- -
- 100%
- +
– Привет, – сказала Лада одному медвежонку.
– Привет, – ответили медвежата и представились: – Меня зовут Матрёна, а меня Потап. У нас есть ещё братик, его зовут Тяпа.
– А где он? – поинтересовалась кошка.
– Он с мамой в берлоге спит, а мы гулять пошли.
– А меня зовут Лада, – представилась она.
– Мы таких, как ты, ещё не встречали. Но нам мама сказала, что, когда она приходила в деревню, видела такую, как ты, и ещё она громко шипела, – сказала Матрёна. – А ты умеешь шипеть?
– Да, умею, – сказала Лада.
– А как это – шипеть? – спросил Потап.
– А так – ш-ш-ш… – показала Лада.
– Ой, как страшно! Можно ты не будешь больше шипеть? – попросила Матрёна.
– Давайте я вас с моей хозяйкой познакомлю, – предложила Лада.
– Давай. А где она? – спросила Матрёна.
– Тут недалеко. Пошли!
– Хорошо, пошли, – согласились медведи.
И Лада повела друзей к хозяйке.
Хозяйка, когда увидела кошку в окружении двух медвежат, очень испугалась.
– А вот и она, моя хозяйка. Хозяйка, это мои новые друзья.
– Ой! – крикнула девочка. Раньше она никогда не видела так близко медведей.
– Привет, – поздоровалась Матрёна.
– Привет, – сказала хозяйка.
– Будем дружить, они не страшные, не бойся, они нас сами боятся и моего шипения тоже, – сказала Лада.
– Хорошо, – сказала девочка, но всё же поторопилась домой. – Мне и Ладе пора домой, – сказала она и пошла вперёд к селу.
– Ну идите. Пока, – попрощались медвежата.
– Пока, – попрощались Лада и девочка.
Домой они пришли с целой корзиной молодых шишек для варенья и с новыми впечатлениями от знакомства.
Глава 8. Отъезд
В деревне было здорово, чистый воздух, приключения, много друзей, но надо было возвращаться. У хозяйки был выпускной, и надо было готовиться к празднику. Лето уже набирало свои обороты, хотелось остаться дольше. Семья собрала вещи, загрузила автомобиль и двинулась в путь, обратно в город. Ехали той же дорогой. Отдыхали, пели песни, заправляли автомобиль, выгуливали кошку, наблюдали красивые виды из окна.
Приехали поздно, глубокой ночью, но так как в Мурманской области летом – полярный день, ехать было светло и легко.
Глава 9. Выпускной
В день выпускного хозяйка одевалась, готовилась, пела песни и несколько раз уходила, приходила домой. У Ладиной хозяйки был выпускной из начальной школы при переходе в старшую.
Вечером, когда хозяйка уже пришла окончательно, то вместе с кошкой села смотреть фотографии с праздника, подаренный альбом и рассказывать, кто где. Девочка делилась своими впечатлениями и эмоциями. После просмотра она угостила всех домашних, в том числе и Ладу, вкусняшками.
На следующий день в честь праздника решено было ехать на аттракционы. Там было весело, и само собой «сочинилось» стихотворение про Ладу, потому что там Лада нашла приключения.
Как-то взяли кошку Ладу на аттракцион.
Он такой красивый, яркий ат-тра-кци-он!
Села в лодку кошка Лада со своей хозяйкой,
Выпрыгнула кошка с лодки, намочив фуфайку.
«Что такое, что за дело? Обмочила лапки,
Лучше сяду без хозяйки вон на ту лошадку».
Закрутилась карусель: круг, другой и третий.
«Ой, довольно, не хочу, дальше не поеду».
Тут увидела она солнечного зайку,
Он скользнул на колесо и исчез куда-то.
«А-а, так в прятки ты играешь, подожди, поймаю», —
Соскочила кошка вниз к зайчику в кабинку
Что тут сразу началось! Полетела к небу.
Поднялась кабина ввысь, выше сосен, елей.
Наша Ладушка от страха в пол прижалась телом…
Страх прошёл, и посмотреть очень захотелось,
Что такое там в окно ярко-ярко светит?
Подползла она к окну маленькой кабинки,
Смотрит – там весь город виден, словно на картинке.
«Ого-го, да я крутая, смелая я кошка,
Подождите, не спускайте, посмотрю немножко».
Колесо тихонько вниз круг свой докрутило,
Дверь открылась. Слышен крик: «Вот она, спустилась!»
К Ладе радостно бежит тут её хозяйка
И целует, обнимает свою беглянку.
Зайчик солнечный скользнул по паровозу робко…
«Нет, пожалуй, отдохну, хватит, остановка».
Вот такое приключение было у Лады. Покаталась на колесе обозрения, побегала за солнечным зайкой, да ещё и познакомилась со знаменитым котом Семёном. Этот кот преодолел расстояние от Москвы до Мурманска длиною в шесть лет. Вернулся к себе домой, доказав, что животные знают дорогу к дому.
После аттракционов Лада приехала домой с хозяйкой и забралась спать в свой уютный кошачий уголок. Отдыхать в тепле и комфорте.
Заключение
Мы будем ещё рассказывать о путешествиях в Кольском краю, о её жителях и чудесных местах полуострова. Познакомимся и с другими жителями, а также навестим старых знакомых. Узнаем много о традициях и играх, но это уже другие истории, которые вам расскажут наши герои.
Дорогие друзья, мы рады, что наши рассказы и герои пришли к вам в гости и познакомили с чудесным краем Кольской земли, с её обитателями, и верим, что вы так же, как и мы, любите и заботитесь о родном крае, о его природе и животном мире.
Наши знакомые, которые стали уже друзьями, – рыбки Шустрик и Аврора, семья медведей, олень Феррит, лошадка Искорка, кошка Лада – ещё не раз познакомят вас с красотами края и расскажут свои интересные истории. До новых встреч.
Елена Инкона
Что сделает добрее нас…
Ну как же так?! Беда случилась!
Тому виною виноград.
Возможность пёсику открылась
Съесть ягод гроздь, а он и рад…
Казалось, всё: отказ от пищи,
Потеря жидкости, белка…
Больница, клетка – то жилище,
Где жизнь в неволе нелегка!
И вот уж смерть «мурлыкать» стала,
Что, мол, с ней будет хорошо,
Затем она запричитала:
«Давай, слабей, слабей ещё…»
Но свет любви струился тихо
От той семьи, где пёсик жил,
И, дрогнув, отступило лихо…
Врачи сказали: «Дай бог сил!
Любви, похоже, “чудо-чаша”
На редкость сделалась полна!
В борьбе за жизнь забота ваша
Лавиной вылиться смогла!»
И ожил пёс, минуя долю
Невинной жертвы, и сейчас
Малыш справляется с той ролью,
Что сделает добрее нас…
Хамелеоны
Нелегко хамелеонов
Выискать среди бутонов.
Маскируясь от врагов,
К мимикрии[1] вид готов.
Внешне все они не схожи.
Есть у ящериц на коже
Точки, полосы, овалы –
Словно все воображалы!
Цвет сменив, они готовы
Нам поведать, что суровы.
Бурым стал – не подходи!
Лучше мирно обойди…
Станет страшно – посветлеют.
Как же так они умеют?
А глаза, как чуда два!
Смотрят каждый – кто куда;
Вверх и вниз, вперёд и вбок,
Я бы точно так не смог!
Всем хватает им сноровки,
Как из снайперской винтовки,
Длинным языком по цели
Раз «пульнуть» – и всласть поели…
Если б ящерицы эти,
Что хитрей других на свете,
Всё ж делились чудесами,
Я б явился солнцем к маме.
Тарантул
Да, тарантище огромный!
Он бывает бурый, чёрный,
По размеру – как кулак,
И по нраву – не слабак.
Он живёт в степи, в пустыне,
Есть и в зоопарке ныне…
Ходит хищник на охоту
По ночам, как на работу.
Там он не допустит промах,
Если встретит насекомых.
Днём в нору паук бредёт,
Сеть паучью не плетёт.
А зачем напрасный труд?
Восемь глаз не подведут!
Хоть тарантул и не львица,
С ним играть любой боится,
Правда, он не забияка,
Но укус его, однако,
Может вызвать зуд, отёк,
В редких случаях и шок…
А зачем такие риски?!
Лучше гладить спинку киске…
Щенок
Мой весёлый верный пёсик!
Словно кнопочка твой носик,
Глазки, точно угольки, –
Искорки хранят внутри.
Хвостик – круглое колечко,
А в груди твоей – сердечко,
К подвигам бесстрашно рвётся,
Лай звоночком раздаётся.
Если мы начнём играть,
То нельзя уже понять,
Где тут лапки, где тут ушки?
Только бантик на макушке
Мне подскажет, где твой нос,
Что до кошки не дорос.
Тишку любит вся семья!
Больше всех, конечно, я.
Лягушка-древолаз
В зоопарке есть лягушка.
Кличут чудо – древолаз,
С виду вроде как игрушка,
Но и змеям фору даст.
У неё на яркой коже —
Сотня пагубных веществ!
Яд берёт она, похоже,
Из всего того, что съест.
Кроха, с вишенку размером,
Четверть века может жить.
Но вот людям, даже смелым,
С ней не следует дружить.
Лучше б ей в среде привычной –
В тропиках режим блюсти,
Мошек есть и быть токсичной,
Только чтобы жизнь спасти.
Поступок
Чёрный ворон во дворе с раненым крылом
В лютый холод в декабре бился насмерть с псом.
И уже, казалось, всё – ворону конец,
Но на помощь подоспел лет восьми малец.
«Нет! – кричал он рьяно псу. – Битого не бьют!
Нет! Не брошу, не уйду! Я – защитник тут».
Замер пёс, не стал рычать, словно понял он,
Что не стоит обижать птиц с «одним крылом».
«Эй, Кирилл, пойдём играть, – детвора звала. –
Всё! Хорош уже спасать птиц среди двора!»
Но призывы не смогли сбить заветный план…
Ворон был в крови, в пыли, прыгнул в руки сам.
Пёс ушёл. Ему потом есть принёс Кирилл.
Ворона ждал тёплый дом. В нём он долго жил…
Ольга Козлова
Грозовая Тилька
Жила я в то время на Политехе в небольшой однушке. Мне нравилось пребывать в этой квартирке, потому что там у меня росло много разных растений, плавали в большом аквариуме рыбки, пели птички, пыхтели собаки и мурчали кошки. Прямо за моими окнами росла старая рябина с тремя стволами от одного корня. Её ветки находились в непосредственной близости от моих окон, и летом городская квартира превращалась в настоящую дачу. Каждый день рябина выглядела не такой, как вчера. А фотографии с ней в разную погоду и времена года даже побывали на выставке. Это был мой настоящий раёк! Из птичек у меня тогда жили только голубенький волнистый попугайчик Рикки и канареечка Тилька. Жили они дружно в одной большой клетке. Корм у них примерно одинаковый, купалки и поилки одной на двоих им вполне хватало. Сосуществовали они очень мирно, вместе клевали корм, вместе летали по комнате и спали рядышком, прижавшись друг к другу.
Холодная и тёмная зима наконец-то прошла, и наступила ярко-зелёная оглушительная весна. Птицы во дворе гремели с трёх часов ночи, головокружительные ароматы цветущих растений буквально сшибали с ног, а регулярные весенние грозы животворили всё вокруг мощными тёплыми потоками. Реальное счастье, что и говорить! Вот на одну из таких весёлых весенних гроз выпал мой выходной. Наслаждаясь домашним бытием, я выпустила птиц погулять по квартире. Окна, конечно же, закрыла. Гроза только что прошла, и раскидистая старая рябина сияла тысячами бриллиантиков. По её веткам рассыпалась стайка местных воробьёв, ловко прячась от голодной серой вороны, которая настойчиво пыталась поймать молоденьких желторотых птенцов. Я на минутку испугалась за них, но, увидев, какие они юркие и сообразительные, успокоилась. Понаблюдав ещё с минуту за неуклюжими попытками вороны, я отвернулась от закрытого окна. И тут вдруг внезапно налетел сильный ветер, с грохотом распахнул окно, и испуганная Тилька метнулась прямо на улицу, на ветки мокрой рябины.
– Тилька! – в ужасе закричала я.
Но что толку-то? Она весело встряхивала хвостиком и радостно пиликала на весь двор. Яркая, жёлтая, звонкая, такая заметная среди тёмно-зелёной листвы. Сердце моё замерло. Я быстро поставила открытую клетку на подоконник, надеясь, что беглянка скоро вернётся. Она действительно какое-то время попрыгала по влажным ветвям и уже засобиралась домой, как вдруг прямо на неё откуда-то сверху спикировала ворона. Тилька пискнула и исчезла в глубине рябины, но ворона быстро протиснулась за ней следом. Тилька, издавая громкие крики, начала метаться туда-сюда по тонким веточкам, стряхивая с них яркие капли. Ворона не отставала, и я в отчаянии швырнула в неё картофелину. Шокированная Тилька, выпорхнув из густых ветвей, полетела по открытому пространству в соседний двор. Ворона, конечно же, понеслась следом. Это был конец…
Позвонив маме и, как ребёнок, расплакавшись в трубку, я уехала к ней. Отец находился в отъезде, и просидели мы с ней до самой темноты. Поужинали, дважды попили чаю. Я в подробностях несколько раз пересказала ей грустную историю, сама себе сто раз представила, как ужасная огромная ворона глотает всю целиком мою миленькую птичечку, и слёзы снова наполнили глаза. Мама утешила меня, обняла, поцеловала, надавала с собой баночки со всякими вкусностями и отправила домой, так как завтра мне надо на работу. Возвращаться домой не хотелось. Я всё думала о Тильке, о её гибели, о том, как теперь будет жить в одиночестве бедный Рикки.
Приехав домой, я долго не хотела заходить в кухню. Но пойти пришлось: надо было поставить в холодильник мамины баночки. Открыв дверь и включив свет, я увидела умилительную картину. На подоконнике открытого окна стояла Тилькина клетка, а рядом, прижавшись к ней и свернувшись шариком, спала она сама! Открыв сонные глазки и посмотрев на меня, она зевнула и сказала:
– Пи-ить!
Я тихонько прикрыла окно, взяла её в руки и перенесла на жёрдочку в клетку. Потрясение сердца! Восхищение и восторг! Каким непостижимым образом эта маленькая, совсем молоденькая птичка, не только сумела избежать, казалось бы, неминуемой гибели, но и нашла дорогу домой из чужого двора, ни разу в жизни не бывая на улице? Как она сумела отыскать родное окно и вернуться? Неизвестно. Вот это сила, вот это сообразительность и ловкость. Какая воля к жизни!
Много лет прошло с той поры, но я до сих пор помню маленькую жёлтую Тильку и её невероятный подвиг, который служит мне примером и учит не сдаваться даже в самых трудных жизненных ситуациях.
Лилия Колесникова
Среди громкоголосых улиц
И городских
Многоэтажек
Меня один
Знакомый аист
Принёс и подарил
Наташе.
Мне с нею очень
Повезло,
Я главным в доме
оказался.
И чтобы я не уставал,
Мне новенький диван
Достался.
С Наташей мы
Давно живём.
Вот помню, как
Вставали ночью,
Чтоб бутерброды
Посчитать,
И ели с ней,
Кто что захочет.
Теперь иные времена.
Она всё больше
По диетам,
Лишь я не перестану
Ждать
И корм, и рыбу,
И котлеты.
И ей диета не нужна.
Ведь нет её милей
И краше.
Раздать бы каждому
Коту
По любящей его
Наташе!
Ася Комарова
Щенки
Однажды, прогуливаясь по саду около дома, мальчик Миша увидел щенка. Он был белый с чёрным пятном на копчике. Мальчику захотелось рассказать об этом дедушке, и он побежал домой.
Вернулись они вдвоём, но щенок уже сбежал. Дедушка поставил стакан с объедками, который взял на всякий случай.
Когда они отошли уже порядочно, куст зашевелился. Оттуда вышли несколько щенков и две взрослые собаки.
– Одного стакана мало… – задумчиво произнёс дедушка.
Они вернулись домой и стали искать, что можно ещё дать щенкам.
– Что вы ищете в холодильнике? – раздался бабушкин голос.
– Объедки, – ответил Миша.
– У нас и еды-то нет. В магазин бы сходили.
С этими словами дедушке пришла светлая мысль в голову. Надо купить сосисок.
Когда эта парочка вернулась из магазина, стало понятно, что еды так и нет. Сосиски были куплены и тут же скормлены собакам.
Пришлось вернуться в магазин и купить что-то для себя.
– А можно мне щенка? – спросил Миша за ужином.
– Да. Нет, – дедушка с бабушкой ответили хором.
– Почему нам нельзя щенка? – решил подискутировать дедушка.
Ответа не последовало.
На следующий день мальчик возвращался из школы и встретил породистую собаку. Она была большая и чёрная. Миша позвал её с собой.
Подойдя к двери квартиры, пёс ворвался туда – и сразу на кухню.
– Выгони его! Он же чей-то. Хозяин будет искать.
Выгнать обратно такую большую собаку не так-то просто.
– Может, объявление повесим? – спросил дедушка.
– А где он будет всё это время? – парировала бабушка.
Мальчик молча наблюдал дискуссию прародичей.
Когда бабушка с дедушкой ушли с кухни, Миша взял сваренный утром кусок мяса и отвёл собаку на улицу.
Только дверь хлопнула – бабушка побежала на кухню. Кастрюля стояла на плите, крышка открыта, а мясо отсутствовало.
Дедушка в этот момент бежал за внуком по лестнице.
Миша уже стоял на улице и разговаривал с каким-то бородатым мужиком. Дедушка подошёл поближе и услышал разговор, из которого стало понятно, что это хозяин собаки.
Когда Миша вырос, он завёл свою собаку.
Марина Короткова (Завгороднева)
Пушистые ангелы
К нам ангелы спускаются с небес,
Порою не на крыльях, а на лапах.
Мягка их шерсть, в глазах – задорный блеск,
Свободные сердца не знают страха.
И мокрым носом тычутся в ладонь,
Мурлыча громко песню нам без слов.
Пока мы спим, наш охраняют сон.
И беды наши гонят со счетов.
Все девять жизней нам порою отдавать
Они готовы – только б оценили!
И с радуги за нами наблюдать,
И вспоминать, как нежно их любили…
У ангелов, идущих по пятам,
Пушисты лапы, а не в перьях крылья.
Делите пищу с ними пополам
И каждый день цените их усилья!
Кошачья грусть
Привет, родная, я скучаю.
Всё думаю – ну как ты там?
Я здесь по радуге гуляю
И снюсь тебе по четвергам.
Давай мы убежим на море
Вдвоём, забыв про все дела!
Присядем рядом на заборе
Смотреть, как море пьёт заря.
Я расскажу тебе о вечном.
А лучше – тихо пропою.
И мы бываем человечны.
И «после» ждём вас всех в раю.
Мы можем иногда присниться.
И вас накроет тихо грусть.
В тумане сон тот растворится.
И грусть приятной будет пусть.
С тобой о море мы мечтали.
Во сне к нему я приведу.
Чтоб его волны нашептали –
Я до сих пор тебя люблю…
Любовь Косинова
Мой друг Максик
– Макс! – отовсюду из окрестных дач слышался голос хозяина шустрого дружочка.
– Макс! – раздавалось одновременно со всех сторон разными голосами соседей.
Треугольные стоячие уши Музки устали вертеться в разных направлениях, реагируя на звуки, и она, грустно вздохнув, положила голову на вытянутые вперёд белоснежные лапы, зевнула и закрыла глаза в надежде поспать.
– Серёга! Забери своего Макса.
– Серёга! Ты хуже Обамы!
«Стррранно, при чём здесь бывший амеррриканский прррезидент? – думала Муза, засыпая… – Серррёга – это, как вы уже поняли, хозяин Макса, а Макс – джек-рррассел-терррьеррр, мой дррруг. И почему его все так не любят? Нет, вздррремнуть, видимо, не получится… Буду ррразговаривать. Слушайте, дорррогие ррребятишки, мой рррасказ! И Максик тут как тут. Прррискакал, нарррисовался…
Наш папа, завидев в очередной раз этого шустрика в саду, сразу начинает петь арию из оперы “Севильский цирюльник”:
Фигаро здесь, Фигаро там,
Фигаро здесь, Фигаро там…
Папа всегда сравнивал Макса с этим ловким пройдохой Фигаро. Ну и что же, что терьерчик мог пролезть в любую заборную щель, проползти под воротами, протиснуться между насаждениями и просочиться сквозь водопроводную трубу? Зато он весёлый, смешной, задорный и даже красивый. Его короткими волнушками шерсть, как у овечки, напоминает наш коврик в ванной, такая же мягкая и приятно пахнущая. А лапы выглядят будто ножки старого журнального столика – короткие прямые цилиндрики. Когда Максик бежит, его туловище скорёхонько переваливается с ножки на ножку так, что выглядит это довольно забавно. Вот у меня бы так не получилось! Я – крупная и грациозная собака, шведская лайка, поэтому и нравлюсь дружочку. Но и я его тоже люблю. Ещё мне нравится его хвостик – трубочкой, который «тикает», словно метроном на старом пианино. Вот у меня хвост колечком. Это моя гордость! Видимо, поэтому Макс так и норовит его получше разглядеть.
Когда он приходит, то осторожно подкрадывается к любимым маминым цветам и знатно так, с большим удовольствием, удобряет их – помогает по хозяйству. После этого растения источают особенный аромат, целый букет ароматов! Не знаю, почему маме это не нравится… Она начинает сразу ругать собачку за то, что розы теперь обязательно погибнут. Вот я так никогда не делаю, но и не понимаю, почему цветы засохнут от такого щедрого полива. Зато Макс не копает ямы, которые папа почему-то называет кратерами. Ещё он говорит, что хочет жить на даче, а не на Луне, потому что для выращивания винограда ему лунный грунт не нужен.
Все домочадцы очень переживают за меня, когда я общаюсь с Максом, боятся за мою честь. Ещё они боятся за честь моих подруг. Иногда ко мне в гости приезжают Груня, Феня и Мишель. Я их не так сильно люблю, как Максика, но отношусь к ним по-царски – снисходительно. А вот Макс – настоящий ловелас. Так его называют все остальные взрослые, кроме меня, конечно.
Однажды мама, уставшая бороться за жизнь своих роз, решила проучить своего помощника по хозяйству и наказать за хулиганство. Они с папой хитростью приманили дружочка поближе к себе говяжьей вкусняшкой, погладили по голове, да и «щёлк!» – пристегнули к моему поводку.
– Раз собака не нужна своему хозяину, и она гуляет, где хочет, как тот кот из мультфильма, то пусть посидит здесь, подумает, – строго сказала мама. – Гонишь этого незваного гостя со двора, гонишь, а он, настырный такой, никак уходить не хочет, да ещё и продолжает творить свои «грязные» делишки в нашем цветнике.
Поставили пленнику миску с водичкой рядышком, потому что ведь не изверги они какие-нибудь.
Сначала гость наш недоумевал: мол, что же это, как же это: “Хозяин меня никогда не привязывал, не позволял себе такой вольности в обращении, а эти граждане вон что удумали…” Да-да, так мне и сказал. И так мне жалко его стало. Действительно. А если бы я в гости зашла, и со мной так же… Даже представить такое трудно!
Посидел немного Макс, полежал, водичку попил, а потом и осознал, что прощение просить надо, и вдруг так жалобно заскулил, что сердца домочадцев наших все одновременно в один комочек сжались. Я это точно знаю, потому что они очень не любят, когда собаки скулят. Заплакала и я. Сначала-то я обрадовалась, что мне такую хорошую живую игрушку подарили, а потом поняла, что не нравится Максику игрушкой быть. И тогда мы вдвоём так громко завыли, что мама и папа переглянулись.
– Мне показалось, что плачем своим она имя друга выводит? – спросила мама и точь-в-точь повторила за мной мою жалобную песню (“Маааксик, Маааксик, дррруг мой, дррруг мой”), потому что всегда ценила мой музыкальный слух и красноречие.
– Придётся отпускать! – резюмировал папа и отстегнул карабин поводка.
Только и видели беглеца, след его тут же простыл, даже пятками не успел сверкнуть на прощанье. Но ненадолго. С тех пор стал мой дружок осторожнее себя вести, побаивался злоупотреблять гостеприимством. Играет, прыгает вокруг меня, а вдруг что – сразу ретируется, по пути оставив ароматный цветочный подарок своей огромной избраннице, то есть мне».
Хельга Красильникова
Будет и на нашей улице праздник
Улица поёт шумною толпой,
Затемно бредёт парень удалой.
Кошка смотрит ввысь – так резво, бойко.
Блюдо манит «кис», дух мяса стойкий.
В городе проход требует забот:
Молнией летит алый галиот[2].
Очень трудно взять, съесть кусочек –
Ходят лапы тут-там между бочек.
Взгляд сосредоточь, место занимай,