Назначение наказания
- -
- 100%
- +
В литературе порой полагают, что «в соответствии с ч. 1 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается наказание в пределах, установленных законом»[46]. Тем самым отождествляются пределы, предусмотренные общими началами, и пределы назначения наказания вообще, которые лежат и вне таких начал.
Назначение наказания с учетом положений Общей части УК РФ тоже, как правило, понимается широко. При этом широта охвата различна.
Наиболее широкий подход к обозначенным положениям заключается в том, что большинство данных положений должно учитываться при назначении наказания[47]. Уже подход, согласно которому к упомянутым положениям относятся те, которые связаны с назначением наказания[48]. Еще уже подход, не выходящий за рамки назначения наказания[49]. Пожалуй, наиболее узкий подход сводится к тому, что учет анализируемых положений «предполагает необходимость руководствоваться специальными правилами о назначении наказания за неоконченное преступление, при рецидиве преступлений, при совокупности преступлений и приговоров, об определении вида исправительного учреждения осужденным к лишению свободы»[50]. Вместе с тем эти подходы очень сомнительны.
Большинство правил назначения наказания, содержащихся в уголовном законодательстве, связано со спецификой отдельных дел. Общие же начала, как отмечалось, не зависят от нее. Значит, в рассматриваемые положения Общей части УК РФ могут быть введены лишь те, которые также не зависят от специфики отдельных дел. Только наличие сроков или размеров наказаний отвечает предъявляемому требованию. Исключения по понятным причинам составляют лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград, пожизненное лишение свободы и смертная казнь (ст. 48, 57, 59 УК РФ). В то же время с определением пределов видов наказаний в Особенной части уголовного законодательства проблем нет.
Следовательно, рассматриваемое общее начало предполагает возможность назначения вида, срока или размера как основного, так и дополнительного наказания, содержащегося в санкции соответствующей статьи (ее части) Особенной части УК РФ, по которой квалифицировано преступление, от минимально до максимально допустимого. Если минимум срока или размера наказания в санкции отсутствует, он устанавливается с помощью положений Общей части уголовного законодательства, регулирующих данный вид наказания.
Кроме проанализированного предписания в ч. 1 ст. 60 УК РФ определено, что «более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания». Понятно, что наказания, установленные за совершенное преступление, закрепляются в санкциях статей (их частей) Особенной части УК РФ.
Приведенное правило относится лишь к альтернативным санкциям. В единичных выбор вида наказания исключен. В кумулятивных – в части дополнительных наказаний тоже.
С одной стороны, исходя из перечня, содержащегося в ст. 44 УК РФ, для законодателя более строгими видами наказания являются основные. В ней на первых местах расположены главным образом дополнительные или могущие быть дополнительными наказания. Ими являются штраф, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью и лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград (ч. 2 и 3 ст. 45 УК РФ).
Правда, создается впечатление, что ограничение свободы выступает исключением. Данное наказание может применяться в качестве дополнительного (ч. 2 ст. 45 УК РФ), но в названном перечне стоит посередине, а некоторые основные наказания – обязательные и исправительные работы, ограничение по военной службе (ч. 1 той же статьи) – размещены до него. Между тем это впечатление обманчиво. На основании ч. 2 ст. 53 УК РФ ограничение свободы в качестве дополнительного наказания назначается только к принудительным работам и лишению свободы. Они же в списке ст. 44 УК РФ находятся ниже ограничения свободы.
С другой стороны, в кумулятивных санкциях статей (их частей) Особенной части уголовного законодательства дополнительные наказания представлены как назначаемые в единственном числе либо совместно с другими дополнительными наказаниями. Поскольку альтернативных дополнительных наказаний в санкциях нет, степень строгости безразлична для их назначения.
Санкции статей (их частей) Особенной части УК РФ построены в соответствии с перечнем видов наказаний в ст. 44 УК РФ.
Как следствие в санкциях более строгий вид наказания расположен вслед за менее строгим.
Самое мягкое наказание в санкциях статей (их частей) Особенной части уголовного закона размещено на первом месте. Тем самым именно с него и надо начинать решение вопроса о виде подлежащего назначению наказания. И лишь, если его объем лишения или ограничения прав и свобод не сможет обеспечить достижение целей наказания, допустимо переходить к более строгому. И так – вплоть до самого строгого.
Следовательно, применение анализируемого правила означает, что виновному всегда необходимо определять только минимально целесообразный вид наказания. В этом смысле было бы целесообразно уточнить разъяснение, содержащееся в п. 26 постановления Пленума № 58, согласно которому «в случае, если в санкции статьи наряду с лишением свободы предусмотрены другие виды наказаний, решение суда о назначении лишения свободы должно быть мотивировано в приговоре». Решение суда должно быть не просто мотивировано, а обосновано тем, что даже предыдущее по степени строгости наказание не способно обеспечить достижение целей наказания. Тот же Пленум в п. 27 постановления от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре» (далее – постановление Пленума № 55) указал, что, «если суд пришел к выводу о необходимости назначения подсудимому наказания в виде лишения свободы, а санкция статьи уголовного закона наряду с лишением свободы предусматривает и другие виды наказания, то суд должен указать мотивы, по которым ему не может быть назначена иная мера наказания».
Не в полной мере также соответствует закону высказывание, что «выбор судом самого строгого из числа указанных в санкции» наказания «обязательно должен быть мотивирован судом в приговоре, а при избрании других видов наказания, в том числе самого мягкого, такая мотивировка не требуется»[51]. И дело не только в том, что на основании п. 4 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать «мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания». Среди других видов наказания может быть менее строгое, чем самое строгое, но более строгое, чем предыдущее. Мотивировка же самого мягкого наказания нужна, чтобы объяснить, почему следует определять наказание из санкции, а не более мягкое, чем предусмотрено за данное преступление (ст. 64 УК РФ).
Конечно, допустимо исходить из того, что, чем более строгий вид наказания назначен, тем с большей гарантией будут достигнуты цели наказания. Однако при назначении наказания действует принцип экономии репрессии, направленный против определения наказания с так называемым запасом. В противном случае назначенное наказание вряд ли будет восприниматься как заслуженное.
1.4. Учет характера и степени общественной опасности преступления
В ч. 3 ст. 60 УК РФ говорится об учете при назначении наказания характера и степени общественной опасности преступления. Что именно следует принимать во внимание в таком случае, остается за пределами уголовно-правового регулирования. Может быть, именно поэтому в приговорах часто содержится безликая нормативная формулировка – при назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления. Именно мотивировкой назначения наказания подобное назвать трудно.
В ч. 3 ст. 60 УК РФ между указаниями на характер и степень поставлен соединительный союз «и». Отсюда ясно, что и то и другое должно быть самостоятельными показателями общественной опасности преступления. Соответственно, они подлежат отдельному установлению.
В теории бытуют разные взгляды на характер и степень общественной опасности преступления:
– в отличие от степени характер общественной опасности – не индивидуальный признак конкретного преступления, а общий признак преступлений данного вида, например, убийства, изнасилования, кражи[52];
– характер и степень общественной опасности преступления – показатели соответственно качества и количества общественной опасности[53]. Данные решения означают, что характер общественной опасности у соответствующих преступлений одинаков. Когда же говорят о характере общественной опасности преступления как о качественно-количественном своеобразии, свойственном всем преступлениям данного вида[54], по существу, ничего не оставляют на степень общественной опасности.
Изложенное означает, что в принципе указание на характер общественной опасности преступления в общих началах излишне[55]. Характер общественной опасности преступления самостоятельно учесть при назначении наказания невозможно, исходя из его понимания и на практике. Так, в п. 1 постановления Пленума № 58 указано, что «характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления»; при принятии во внимание «характера общественной опасности преступления судам следует иметь в виду прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред».
Однако, если характер общественной опасности преступления определяется законом, можно было бы просто указать на последний. При этом сама по себе направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности (не их нарушение!), на наш взгляд, общественную опасность преступления не определяет, ибо указанные ценности – объект посягательства. Остается причиняемый им вред, который, как разъясняет Пленум, тоже нужно иметь в виду при учете характера общественной опасности.
Вместе с тем причиняемый социальным ценностям вред не может не зависеть от характера и размера последствий, а они в том же пункте постановления Пленума № 58 отнесены к степени общественной опасности преступления, которая «устанавливается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, роли подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, от вида умысла (прямой или косвенный) либо неосторожности (легкомыслие или небрежность)».
В литературе высказывается мнение о самостоятельной роли характера общественной опасности преступления при назначении наказания[56]. Оно идет в разрез с русским языком, по которому характер – это отличительное свойство, особенность, качество чего-нибудь[57], т. е. то, что не подлежит градации, а, следовательно, не может влиять на назначение наказания.
Никак не влияет на сделанный вывод и бытующее понимание характера общественной опасности преступления как характера последнего[58]. Грамматическое толкование закона свидетельствует о том, что в нем говорится и о характере, и о степени именно общественной опасности преступления. В противном случае в ст. 60 УК РФ была бы другая формула – характер преступления и степень его общественной опасности.
Наконец, характер преступления законодатель, хотя и требует учитывать, но только при замене содержания в дисциплинарной воинской части лишением свободы (ч. 1 ст. 55 УК РФ). Стало быть, характер преступления может влиять на выбор вида лишь одного наказания, что доказывает отсутствие необходимости оговорки о принятии во внимание характера преступления в общих началах.
Своеобразный подход к роли характера общественной опасности преступления при назначении наказания заключается в том, что он должен не учитываться, а «устанавливаться судом»[59]. К данному подходу примыкает мнение, что «характер общественной опасности совершенного преступления или группы преступлений определяется… самим законодателем путем отнесения его (их) к категории преступлений небольшой тяжести, средней тяжести, тяжких или особо тяжких», и «суд не вправе при разбирательстве конкретного уголовного дела о совершенном подсудимым преступлении оценить в приговоре его характер общественной опасности иначе, чем это определено законодателем в ст. 15 УК РФ»[60]. Тогда возникает вопрос по поводу смысла наличия в законе указания на характер общественной опасности преступления, если установленное в дальнейшем нельзя принимать во внимание при назначении наказания.
Что касается степени общественной опасности преступления, то ее учет при назначении наказания закономерен. Правда, ее содержание не лишено дискуссионных моментов. Так, в ранее упомянутом п. 1 постановления Пленума № 58 понятие названной степени не разрывается – в нем указано, от чего она зависит. При этом включение некоторых конкретных обстоятельств содеянного в показатели степени общественной опасности преступления требует дополнительной аргументации, это относится к роли подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, и виду умысла либо неосторожности. Дискуссионным нам представляется также и разъяснение, содержащееся в приведенном пункте о том, что «обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание (статьи 61 и 63 УК РФ) и относящиеся к совершенному преступлению (например, совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств либо по мотиву сострадания, особо активная роль в совершении преступления), также учитываются при определении степени общественной опасности преступления».
В теории признано, что роль подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, отражает характер фактического участия соучастника в совершении преступления. Его учет при назначении наказания специально регулируется в ч. 1 ст. 67 УК РФ. Следовательно, роль подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, вряд ли может выступать показателем степени общественной опасности преступления именно в качестве критерия общих начал. Иначе ее придется дважды принимать во внимание при назначении наказания: сначала при применении общих начал, потом – соответствующего специального правила, что недопустимо.
Виды умысла и неосторожности, конечно, включены в состав преступления (его субъективную сторону), но содержательно относятся не к самому преступлению, а к субъекту его совершения. Это, несомненно, исключает возможность их непосредственного влияния на степень общественной опасности преступления.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Цели уголовного наказания: Монография. М., 2021. 192 с.
2
Московский комсомолец. 2024. 26 марта. С. 3.
3
Толстой Лев Николаевич (1828–1910). Не могу молчать!: Избранные произведения Л. Н. Толстого. СПб., 1911.
4
Достоевский Ф. М. Идиот. Роман: В 4 ч. СПб., 1884.
5
См.: Звечаровский И. Э. Меры уголовно-правового характера // Полный курс уголовного права: В 5 т. / Под ред. А. И. Коробеева. Т. 1. С. 701–707.
6
Российская газета. 2022. 23 февр., 25 февр.
7
См.: Наумов А. В. Российское уголовное право. Общая часть: Курс лекций. 7-е изд. М., 2024. С. 788.
8
Российская газета. 2022. 8 дек.
9
СПС «КонсультантПлюс».
10
Заслуживает внимания следующий комментарий отмеченных Президентом РФ проблем. «Возникает закономерный вопрос: релевантна ли ссылка на принцип гуманизма, когда речь идет о снижении уровня уголовной репрессии в отношении предпринимателей? Позволим себе усомниться и в этом. Во главе угла такой государственной политики стоят исключительно интересы экономики страны, и апеллировать к гуманизму (хотя попутно решается и эта задача) в данном случае было бы неким лукавством. Установление уголовно-правовых льгот для предпринимателей направлено на защиту не их личных интересов, а интересов экономики, основу которых составляет предпринимательская и иная экономическая деятельность» (Карабанова Е. Н. Аксиологические основы уголовного правотворчества // Вестник Университета прокуратуры Российской Федерации. № 6 (86). 2021. С. 73–81). Следует с этим согласиться. Речь здесь идет именно о социальных задачах (функциях) уголовного законодательства. Забота об экономике, разумеется, не является непосредственной задачей уголовного закона, но она существует и об этом правоприменителю нельзя забывать.
11
Российская газета. 2022. 17 марта.
12
См., напр.: Наумов А. В., Карабанова Е. Н. Приговор по делу Михайленко С. В. Комментарий к приговору // Права человека. Актуальные аспекты судебной и правоохранительной практики. Спецвыпуск. 2024. № 2. С. 48–58.
13
Российская газета. 2023. 17 февр.
14
Российская газета. 2024. 26 марта. URL: https://rg.ru/2024/03/26/ne-nakazyvat-podskazyvat.html.
15
См., напр.: Карпец И. И. Наказание. Социальные, правовые и криминологические проблемы. М., 1973. С. 159; Шаргородский М. Д. Наказание, его цели и эффективность. Л., 1973. С. 54–55; Уголовное право России. Части Общая и Особенная: Учебник / Под ред. А. И. Рарога. 10-е изд. М., 2018. С. 257–278.
16
Строганова О. Л. Конструирование и применение уголовно-правовых норм о силе влияния отдельных обстоятельств дела на наказание: Дисс. … канд. юрид. наук. Ярославль, 2014. С. 10.
17
Лактаева А. Ю. Реализация равенства перед законом, его реализация при назначении наказания: Монография. Тольятти, 2011. 191 с.
18
Курченко В. Н. Назначение наказания. Теория и судебная практика. Научно-практический курс. М., 2021. 221 с.
19
См.: Аликперов Х. Д. Электронная технология определения меры наказания («электронные весы правосудия». СПб., 2020.
20
Аликперов Х. Д. Указ. соч.
21
Там же.
22
Там же.
23
См.: Аликперов Х. Д. Указ. соч. С. 22; Он же. Новый взгляд на преступление и наказание. СПб., 2022. С. 156.
24
См.: Кудрявцев В. Н. Эвристические приемы при квалификации преступления // Правовая кибернетика. М., 1970. С. 69–84.
25
В качестве удачного развития этой проблемы можно назвать статью: Эйсман А. А. Опыт логико-семантического анализа понятия состава преступления и предмета доказывания // Правовая культура. М., 1973.
26
См.: Кудрявцев В. Н. О программировании процесса применения норм права // Вопросы кибернетики и право. М., 1967. С. 90–93.
27
Бородин С. В. Борьба с преступностью: теоретическая модель комплексной программ. М., 1990.
28
См.: Становский М. Н. Назначение наказания. СПб., 1999. С. 136–270; Мальцев В. В. Наказание и проблемы его назначения в уголовном праве. Волгоград, 2007. С. 127–144.
29
Колониченков Р. А. Уголовная ответственность несовершеннолетних: вопросы законодательной регламентации и назначения наказания: Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Ростов-н/Д., 2009. С. 16.
30
См.: Кругликов Л. Л. Общие начала назначения наказания. Караганда, 2006. С. 12; Садовникова О. А. Назначение наказание по совокупности преступлений: проблемы теории и практики: Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2008. С. 21.
31
См., например, только на момент критикуемого упрека: Рагимов Р. А. Проблемы назначения наказания (по материалам Республики Дагестан): Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Махачкала, 2002. С. 11; Чугаев А. П. Назначение наказания. Краснодар, 2003. С. 50; Дударь Н. Н. Общие начала назначения наказания: Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. М., 2004. С. 12; Дядькин Д. С. Теоретические основы назначения уголовного наказания: алгоритмический подход. СПб., 2006. С. 186; Бурганов Р. С. Принципы уголовного права и принципы назначения наказания: Аавтореф. дисс. … канд. юрид. наук. Казань, 2006. С. 20; Якушин В. А., Тюшнякова О. В. Наказание и его применение. Тольятти, 2006. С. 139. (В перечне представлены лишь работы общего характера, которые было желательно знать, прежде чем делать упрек при исследовании частных вопросов.)
32
Кругликов Л. Л. Указ. соч. С. 23–24.
33
См.: Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка. М., 2016. С. 601, 885.
34
Там же. С. 858.
35
Беляев В. Г. Применение уголовного закона. Волгоград, 1998. С. 111.
36
Энциклопедия уголовного права. Т. 9: Назначение наказания. СПб., 2008. С. 278.
37
См.: Ткаченко В. Общие начала назначения наказания // Российская юстиция. 1997. № 1. С. 10–11; Непомнящая Т. А. Назначение уголовного наказания: общие начала, принципы, критерии. Омск, 2003. С. 14–15; Измалков В. А. Назначение уголовного наказания: общие теоретические начала и практические проблемы их применения: Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Владивосток, 2012. С. 14; Жевлаков Э. Н. Назначение наказания. М., 2014. С. 8; Правила назначения наказания: законодательство, теория, судебная практика / О. Н. Агеева, С. В. Анощенкова, С. В. Петрикова, С. Н. Помнина. М., 2021. С. 6–19; и др.
38
См.: Кругликов Л.Л. Указ. соч. С. 33–34; Садовникова О. А. Указ. соч. С. 21.
39
См.: Ожегов С. И. Указ. соч. С. 862.
40
См.: Кривенков О. В. Общие начала назначения наказания по российскому уголовному праву: Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. М., 2001. С. 10; Зубкова В. И. Уголовное наказание и его социальная роль: теория и практика. М., 2002. С. 220.
41
Соответственно: Кругликов Л. Л. Указ. соч. С. 40; Учение о наказании в уголовном праве России: сравнительно-правовое исследование / Под ред. В. С. Комиссарова, А. И. Коробеева, Хе Бинсуна. СПб., 2009. С. 263.
42
Научно-практический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: В 2 т. Т. 1 / Под ред. П. Н. Панченко. Н. Новгород, 1996. С. 132.
43
Учение о наказании в уголовном праве России. С. 263.
44
Учение о наказании в уголовном праве России. С. 264–266; Уголовное право. Общая часть: Наказание. Академический курс: В 10 т. Т. 6: Назначение наказания / Под ред. Н. А. Лопашенко. М., 2021. С. 113–121.
45
См., напр.: Хамитов Р. Н. Специальные правила назначения наказания. Казань, 2001. С. 47.
46
Кругликов Л. Л. Указ. соч. С. 39.
47
Зубкова В. И. Указ. соч. С. 222; Чугаев А. П. Указ. соч. С. 55–56; Энциклопедия уголовного права. Т. 9. С. 219–231; Измалков В. А. Указ. соч. С. 15–16.
48
Мальцев В. В. Указ. соч. С. 136; Дядькин Д. С. Указ. соч. С. 193; Жевлаков Э. Н. Указ. соч. С. 6–7.
49
Учение о наказании в уголовном праве России. С. 267; Уголовное право. Общая часть. Наказание. Академический курс: В 10 т. Т. 6. С. 121–126.
50
Сидирякова М. В. Назначение наказания участникам групповых преступлений: Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Самара, 2003. С. 14.