- -
- 100%
- +
Глава 5. Загадочная девушка
Тюремщики подошли к моей камере и один из них вставил ключ в замок двери. Повернулся механизм и дверь тяжело открылась. Яркий свет опять с болью ударил мне в глаза, поэтому я инстинктивно зажмурился и прикрыл руками глаза.
Я хотел успеть рассмотреть коридор или хотя бы убранство моей камеры, пока есть источник света, но мои сопровождающие накинули мне на голову непрозрачный мешок, из-за которого я опять перестал что-либо видеть. «Ну, хотя бы глазам больше не больно» — подумал я.
Тюремщик заковал мои руки в наручники и вместе с своим молчаливым коллегой повели меня по коридору, держа меня за локти. Я не мог определить тот ли это был охранник, который водил меня в прошлый раз. Внешне они были абсолютно идентичны друг другу, насколько мне показалось.
Наша небольшая группировка прошла не менее двух минут, прежде чем прийти к пункту назначения. В прошлый раз, я пытался запомнить путь, но сегодня маршрут был абсолютно другим. Видимо, здание еще больше и просторнее, чем я думал прежде.
Меня завели в какую-то комнату, сняли наручники и мешок с головы. Когда мои глаза постепенно привыкли к свету, я обнаружил, что комната для допросов полностью изменилась. Хотя, возможно, это просто другое помещение. Цвет стен был другим, стол и стулья были другого размера и формы. Да и сама комната была значительно больше.
Почему меня привели в другое помещение, а не в прошлую комнату для допросов? Программа развлечений поменялась? Это явно не мои заботы. Так или иначе, я здесь. И меня ожидает еще одно «интервью».
Проблема была такой же: выбраться из этого злополучного места. Если хочу разрешить эту проблему, то надо начинать действовать. Но что предпринять для начала? Надо бы выудить хоть немного информации с того человека. С такими мыслями я сел на стул и опять стал ждать.
Дверь с противоположной стороны открылась и в комнату вошла молодая девушка. На вид ей было около двадцати пяти лет, рост примерно 160 см, телосложение стройное, грудь второго размера, если не два с половиной. Темные волосы, опускающиеся до талии, были собраны в хвост.
Войдя в помещение, девушка неспешно осмотрелась вокруг и остановила свой взгляд на мне. Осмотрев меня несколько секунд, девушка подошла к столу и уселась на стул напротив меня. При этом, она непрерывно смотрела мне в глаза. Очевидно, она хотела или напугать меня или произвести впечатление серьезного и строго человека.
Так или иначе, мы продолжили сверлить друг друга взглядами примерно тринадцать с половиной секунд. Я специально не считал, может только самую малость. Один из моих приемов по сохранению самообладания в тревожные и критические моменты. Просто отсчитывай время в секундах про себя.
Наконец, девушка начала говорить:
— и снова здравствуйте! Как спалось прошлой ночью?
Она поздоровалось со мной так, будто мы встречались вчера, хотя вчера был совершенно другой человек. Был даже мужчина. Я не сексист, конечно, но водить меня за нос я не позволю ни мужчинам, ни женщинам, независимо от их личностей.
Поэтому, я решил поддержать легенду и подыграть этой довольно красивой девушке (личико у нее было весьма и весьма привлекательным):
— спалось, к великому моему сожалению, плохо. Мне бы кровать получше и чуть больше комфорта. Все-таки мне не восемнадцать лет, а все тридцать. Четвертый десяток, так сказать.
Девушка промолчала и продолжила смотреть на меня с отсутствующим выражением интересом на своем милом лице.
Тогда я продолжил:
— прошу еще достойное освещение в моей комнате отдыха и хотя бы немного приоткрыть завесу тайны о том, почему я здесь.
Моя собеседница впервые мило улыбнулась и ответила мне:
— что ж, если Вы так просите, ваши условия «проживания» будут улучшены. Более удобное спальное место, стол, стул, настольная лампа и писательские инструменты, если Вам захочется что-то написать. Хотя, я бы не советовала.
Несмотря на ее дружелюбный тон голоса, меня не покидало стойкое ощущение того, что девушка только и ждет, что я начну ей открываться, чтобы морально и психологически сломить меня.
С тем же невозмутимым и безучастным лицом она продолжила:
— это мы можем гарантировать. А что касается причины Вашего пребывания здесь, это трудно сказать…
— мы? Кто это мы?
— этого, к великому моему сожалению, я не могу сказать, поскольку даже я не знаю нашего руководства и всех сотрудников. Так или иначе, Вы хотели узнать изначально другое, верно?
— если только Ваш ответ будет информативным или хотя бы немного полезным.
Я склонил голову на правый бок, демонстрируя тем самым крайнюю заинтересованность и дружелюбие. Говорил я чуть мягким голосом, в тихой надежде наконец получить ответы на свои вопросы.
Однако, мои чары на девушку не подействовали, поэтому она невозмутимо ответила:
— не пытайтесь меня очаровать. Это бесполезно
— потому что Вы не интересуетесь мужчинами? Может Ваше сердце уже занято? Или просто я Вам не нравлюсь?
Я пытался поймать на ее красивом лице хоть какую-нибудь реакцию на мои слова, но ее личико все равно оставалось невосприимчивым.
Она ответила:
— ни первое, ни второе, ни третье
— есть какая-то еще причина?
— это не важно. Итак, касаемо Вашего главного вопроса
— я готов и весь во внимании
— причина, по которой Вы здесь очень проста: Вы сами захотели здесь оказаться
— в каком смысле сам?
— Вы добровольно были помещены здесь
— я не понимаю
— поэтому ищите причины в себе
— да что ты такое несешь? Объясни же мне!
Я перешел почти на крик, поскольку мое понимание и логика окончательно покинули меня. Тем не менее, девушка все так же невозмутимо ответила:
— успокойтесь, пожалуйста. В свое время Вы сами все поймете. Ну а теперь, наша встреча стремительно близится к концу. Всего хорошего!
С этими словами, девушка встала и направилась к выходу.
— подождите!
Я немного успокоился и решил подумать над ее словами чуть позже, в своей камере. Но у меня остался еще один вопрос, который волновал и интересовал меня с самого начала нашей беседы:
— как Вас зовут?
Девушка в это время уже приоткрыла дверь, собираясь покинуть меня, но на несколько секунд остановилась и произнесла:
— меня зовут Куруми.
Сказав это, Куруми закрыла за собой дверь, оставив меня наедине со своими потрясенными мыслями и личными переживаниями.
Глава 6. Непонимание
Мне снился сон. Во сне я, как обычно, вставал утром, завтракал, умывался, ехал на работу. Ничего необычного, только серость, туман и постоянное стойкое ощущение всеобщей подавленности. Какой-то глубочайшей и давней депрессии что ли.
Так или иначе, день прошел обыденно и без каки-либо ярких событий. После работы вечером я вернулся домой, поужинал, посидел в телефоне до самой ночи и благополучно уснул. Такой вот совершенно скучный и обычный сон. Единственное примечательное в нем то, что это сон снится мне довольно часто.
Мне и раньше снились повторяющиеся сны. Особенно в детстве. Лет так до тринадцати точно. Или двенадцати, уже не помню. Ну, это не так уж и важно.
Дело в том, что те детские сны повторялись от силы несколько раз. Как я поднимаюсь по бесконечной лестнице, которая этаж за этажом, пролет за пролетом меняла свой облик. Менялся материал ступенек, перил, обшивка стен и потолка. Менялись даже освещение и общая атмосфера. Это один из примеров.
Другой, как я со своими друзьями и близкими застряли в огромном загородном особняке, полный опасных и быстрых монстров, а также, леденящим душу бестелесными призраками. В конце концов, после долгих блужданий, мы выбирались на улицу. Радовались непродолжительное время. И как только мы собирались бежать подальше от этого страшного места, призрачные руки вырывались из особняка, хватали всех выживших (а выживали далеко не все из первоначальной группы) и затаскивали против нашей воли обратно в дом.
В детстве было страшно. А сон про скучную повседневную жизнь — это банально. И скучно. И грустно. И слишком часто повторяется.
Тем не менее, я наконец проснулся. Обстановка вокруг меня радикально переменилась. Уже не было кромешной тьмы, из-за которой я раньше не совсем четко понимал, проснулся я или еще сплю.
В комнате стало гораздо светлее, благодаря настольной лампе на рабочем столе. Лампа была простой и незамысловатой. Ну, хотя бы неплохо светила и освещала мою камеру.
Рабочий стол, на котором стояла лампа, был самым обыкновенным, без изыска и богатства. Отсутствовали даже ящики или скрытые ячейки. Гладкая полированная столешница и четыре ножки. Стул перед столом соответствовал своему большему собрату. Такой же деревяный и лакированный. На столе лежали ручка и несколько листов белоснежной бумаги.
— видимо, доставили все это, пока я спал — подумал я, так как вчера я уснул в полной темноте. Надеюсь, в последний раз.
Так же, с благодарностью я вспомнил Куруми, особу, с которой я общался вчера. Она мне даже немного симпатична. Даже не немного, а очень даже. Она выполнила обещания, как и говорила вчера. Но, нельзя ей полностью доверять. Хоть и сердце мое говорит, что ей можно верить, разум предостерегает от преждевременных выводов.
Так или иначе, мои условия «проживания» значительно улучшились и мне стало немного комфортнее тут находиться.
«Надеюсь, что сегодня меня будет допрашивать снова Куруми» — подумал я, добавив себе напоминание о том, что необходимо поблагодарить девушку за хоть и небольшую, но все же заботу.
По моим ощущениям, прошло около трех часов. Надо бы попросить повесить мне на стену часы, так будет удобнее ориентироваться в сутках. Ну и режим надо попытаться наладить. Тем не менее, за день ничего примечательного не произошло. Я улегся спать на односпальную кровать и довольно быстро заснул.
Сон опять был про скучную повседневную жизнь. Разве что краски стали потемнее и лица людей я уже не запоминал. Ну а зачем? Все равно это сон.
Проснулся я от громкого шума. Такое ощущение, как будто за стеной что-то взорвалось. Звуки от громкого и неожиданного действия отдались в моей голове с дикой болью и головокружением. Казалось, как будто вся вселенная внезапно поменяла свой привычный ритм и устремилась в дикий пляс словно кошка за лучом фонаря.
Когда боль наконец стихла, и голова перестала кружиться и гудеть, я медленно открыл глаза. Снова вокруг меня была сплошная тьма. Неудивительно, учитывая произошедшее. Настольная лампа больше не горела. Кстати, о происшествии. Что это, черт возьми, было?
Я ощупал себя с некоторой осторожностью, нет ли ран на моем теле. Беглый анализ на ощупь не выявил явных аномалий. Кости были целы, кожа не обгорела, рефлексы в норме, только голова немного побаливает. Но это меньшее из всех бед.
Я медленно вслепую отыскал дверь камеры и громко постучал кулаком, крича о помощи. Мне хотелось, что мне открыли дверь и объяснили, что произошло. Было ли это покушением? Может кто-то попытался сбежать из этой тюрьмы, не выдержав давления и игры нервов? Или просто техническая неполадка, короткое замыкание, авария техногенного характера? Ничего не понятно. Надеюсь, я скоро получу ответы на свой вопрос.
Наконец, спустя продолжительное время, я услышал шаги в конце коридора. Тюремщик подошел к моей камере и открыл дверь. Я уже привычно ожидал яркий ослепляющей резкой боли в глазах, но, на моей большое удивление, в коридоре горел тусклый аварийный свет. Видимо, здание перешло в такой режим по протоколам безопасности. Кто его знает…
Я спросил тюремщика:
— что здесь произошло?
Но он, как всегда, просто молчал. Кстати, я впервые подробно рассмотрел местного охранника вблизи. Это был высокий мужчина в рабочей форме, на вид около сорока лет, коротко постриженные светлые волосы, суровое лицо с широкими скулами, впалые щеки и синие как небо глаза.
Телосложение у него было мощным, широкая спина, сильные руки и длинные ноги. Почти, как модель. На поясе у охранника был ремень с телескопической дубинкой, миниатюрный электрический шокер, рация с включенным каналом номер восемь и ключи от камер.
«Так-так, ключей несколько, значит, камер тоже не одна штука» — тут же подумал я и постарался максимально четко запомнить отличительные черты этого тюремщика. Вдруг, мне он будет часто попадаться или вообще именно этот охранник приставлен к моей скромной персоне.
Так или иначе, тюремщик упорно молчал и сверлил меня безучастным взглядом, от которого на душе становится прямо холодно и неуютно. Я снова задал тот же вопрос, но не получил никакого внятного ответа или хотя бы реакции.
Смирившись с тем, что этот верзила мне ничего путного не расскажет, я надеялся хотя бы на то, что меня перевезут в другую камеру. Но, к моему великому удивлению, охранник ничего не предпринял даже спустя пару минут неловкого молчания.
Я уж на секунду подумал, что я могу свободно идти и сделал маленький осторожный шаг в сторону коридора. Охранник продолжил на меня смотреть, но не предпринимал попыток меня остановить. Тогда я сделал еще один шаг, пока еще маленький и стал ждать ответных действий.
Их не последовало. Это напрягало меня, поскольку я не понимал, что от меня хотят. Хотят подразнить, что свобода буквально рядом, чтобы сразу лишить этого или дают право выбора: остаться в своей камере или идти восвояси. Если вообще возможно отсюда выйти.
Я сделал уже шаг побольше и остановился. Раньше, я не вглядывался в коридор, поскольку мне на голову сразу надевали непрозрачный мешок. Теперь же, я могу свободно рассмотреть помещение, насколько позволяло тусклое аварийное освещение.
Коридор был длинным, как я и предполагал ранее, примерно метров шестьдесят в длину. Материал стен был бетонным, сами стены покрашены в синий цвет. Обычное явление для государственных учреждений, школ или тюрем. Но, вряд ли именно эта тюрьма была государственной. Что было необычным, так это отсутствие других дверей прямо до конца коридора.
В конце был поворот налево. Хотя я помню, что меня повели направо в последний раз. Или я уже путаю? Ладно, не время выяснять это. Потолок покрашен белой краской. Что меня удивило, краска была совсем свежая, как будто потолок покрасили только вчера.
— Видимо, хорошая краска — тут же подумал я.
Но все это не так важно. Меня мучал главный вопрос на повестке дня. Могу ли я идти дальше?
— Была не была — тихо произнес я себе под нос и начал осторожно идти, краем глаза наблюдая за охранником. Я медленно удалялся вглубь коридора, но меня никто не останавливал. Я уже начал бояться, что сразу за поворотом стоят другие верзилы, готовые заломить меня и бросить обратно в камеру.
Стоп! Я остановился примерно на десятом шагу. Кое-какая деталь не увязывалась в моей голове. Я внимательно пригляделся к стенам. Они были капитальные, нет ни единого намека на то, что за стеной находятся какие-либо помещения. Вообще, складывается стойкое ощущение нахождения в подвальном помещении.
Тогда что взорвалось за стеной? Или это было выше или ниже и мне просто во сне показалось, что это было рядом? Может быть, мой организм этого не ожидал, поэтому среагировал на опасность.
Я снова продолжил свой шаг. Дойдя до середины коридора, я оглянулся. Охранника не было на своем месте. Уйти в сторону было некуда, значит, он вошел в мою камеру. Что он собрался там делать? И почему позволяет мне уйти?
Может, там за поворотом запертая дверь с той стороны и мне просто некуда бежать? Это, возможно, объясняет спокойствие тюремщика. Так или иначе, я не узнаю, пока не дойду до поворота. Поэтому, я решил быстрой дойти до конца коридора. Вдруг, другой такой возможности больше не будет?
Быстро преодолев оставшееся расстояние, я с любопытством и настороженностью заглянул за угол. А там… был еще один коридор. На первый взгляд, такой же длины. И в конце тоже был поворот. Только теперь вправо. Я посмотрел в сторону моей камеры. Охранника не было в поле моего зрения. Ожидая чего угодно, я решил идти до конца. Поймают, так поймают. Накажут, так накажут. За попытку бегства, разумеется.
Это все равно лучше, чем сидеть в своей камере, ожидая своей участи.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.