Доктор Барт

Глава 1

Алиса в очередной раз набрала номер Никиты. Долгие длинные гудки.

– Ну же, Ник! Ответь! – с отчаянием прошептала Алиса.

Вчера на вечеринке по поводу окончания второго курса Алиса застала Никиту целующимся с их однокурсницей Гелей Смирновой.

Алиса, которая была уже изрядно "подогрета" выпитым с начала вечера, закатила жуткий скандал и едва не устроила потасовку с Гелей. Их еле разняли.

Разгневанный Никита увёз Алису домой на такси, от греха подальше, потому что Смирнова грозилась вызвать полицию и написать заявление на Алису.

Проводив Алису до её квартиры, Никита сообщил девушке о том, что между ними всё кончено, что он устал от её выходок. Ему нужна нормальная девушка, а не такая дикая. Не подросток с ярко-синими волосами и манерами хабалки.

Он устал от её выходок! Видимо, это она обжималась по углам с каким-то левым чуваком, а не он целовался с ненавистной Смирновой!

Потом Никита сдал Алису с рук на руки её родителям и отчалил. Судя по всему, обратно на вечеринку. И закончил эту вечеринку в объятиях Смирновой.

Сидя на парапете у входа в главный корпуса Технического университета, Алиса снова набрала номер Никиты, и опять безрезультатно.

Перед тем, как приехать в университет за направлением на практику, Алиса побывала у Никиты. Дома у него никого не оказалось. Просидев полтора часа на скамейке у подъезда и беспрестанно набирая номер Никиты, Алиса понуро побрела на остановку и поехала в университет.

Пауэрбанк ещё дома забыла как назло! Аккумулятор смартфона нещадно разряжается. Ну как так-то?! Неужели Никита даже не хочет с ней поговорить? Ведь завтра он улетит с родителями на побережье, на целых два месяца!

Никита, в отличие от Алисы, – отличник, и практику он давно прошёл, ещё до сессии, всё успел, а Алиса тянула до последнего.

Когда Алиса набрала Никиту в очередной раз, поняла, что её номер добавлен в чёрный список.

Ах, вот как! Из глаз брызнули слёзы, и Алиса начала копаться в рюкзаке в поисках Айкоса.

– Золотой пох.р, – сквозь зубы пробормотала Алиса, смахнув слёзы. – Нет, платиновый! Хотя нет… Алмазный. Алмазный пох.р! Вот! Катись! Вместе со своей Смирновой!

Алиса спрыгнула с парапета, закинула на плечо рюкзак, сунула смартфон в карман рваных джинсов и решительно зашагала к корпусу.

…Конечно же, нужного преподавателя не оказалось на месте. Ситуация как раз в духе сегодняшнего дня. Завтра начинается практика, а у Алисы направление не готово.

Тщетно проторчав у кафедры сорок минут, Алиса всё же решила пойти во второй корпус, – ей сказали, что куратор практики, вероятнее всего, там.

Идти решила через длинный переход, который соединял два корпуса. За два года Алиса ни разу не ходила там одна, потому что об этом переходе в рядах студентов циркулировали разные байки, в большинстве своём, жутковатые, но сегодня Алисе было всё нипочём.

Спустившись с первого этажа на цокольный, Алиса пошла по сумрачному коридору. Вскоре она поняла, что идёт не туда, поскольку оказалась в тупике. Развернулась на сто восемьдесят, быстро пошла обратно и опять свернула не туда.

Впереди замаячила какая-то белая металлическая дверь, и Алиса потянула её на себя, чтобы спросить у того, кого надеялась застать внутри помещения, как ей уже выйти к переходу. Потянула двери, не прочитав предупредительную табличку, прикрученную к двери прямо на уровне глаз: "Не входить! Опасно для жизни!".

Рядом с надписью располагался красноречивый портрет "бедного Йорика", – это, видимо, для тех студентов, которые не воспринимают информацию, облечённую в текст.

За дверью было темно, и Алиса с размаху налетела на что-то плоское и твёрдое. Алиса успела подумать лишь о том, что теперь она знает, каково это, когда искры летят из глаз. Потом вокруг всё засверкало, затрещало и хлопнуло …

Очнулась Алиса почему-то лёжа на холодном бетонном полу. С трудом разлепив веки, она увидела светлое пятно, которое постепенно обретало определённые очертания.

Вскоре Алиса поняла, что над ней склонился какой-то человек. Молодой человек, парень. Незнакомый черноглазый брюнет, если быть точнее.

– Ты кто? – тихо и хрипло спросила Алиса.

– Я? Вася. То есть, Бартов Василий. А ты кто?

–Я Алиса Кузовлева, – губы произнесли это сами, на автомате. Значит, она не потеряла память? Ура! – С гуманитарного. А ты с какого факультета?

Даже лёжа на полу и находясь явно в невыгодном положении, Алиса отметила про себя то, что парень очень симпатичный, и раньше она его точно не видела. Не очень высокий, не такой, как Никита, но внешность яркая, запоминающаяся.

Правда, белая рубашка с коротким рукавом и тёмно-серые брюки с наглаженными стрелками выглядят довольно странно, но фигура у Василия хорошая – спортивная и крепкая.

– Вставай! – Василий протянул руку Алисе, и девушка, кряхтя и охая, начала вставать. – Разве в Политехе есть гуманитарный факультет?

Василий удивлённо сдвинул чёрные брови, рассматривая рваные джинсы Алисы, короткую оранжевую маечку с широкой бретелькой на одном плече, маленькое блестящее колечко в открытом пупке и ярко-синюю шевелюру.

– В каком ещё Политехе? – в свою очередь удивилась Алиса и обвела глазами коридор.

Странно, но она находилась вовсе не в сумрачном тупике с белой металлической дверью, а в переходе! Правда, тут было всё как-то по-другому: деревянные окна с коричневыми рамами вместо белых металлопластиковых, зато стены белые, а не бледно-розовые, как обычно.

– Ах, да! Это раньше наш универ так назывался – Политехнический институт, – наконец дошло до Алисы. – И его до сих пор некоторые называют Политех.

Василий Бартов продолжал пристально смотреть на Алису, и ей вдруг не к месту вспомнился бдительный и неравнодушный управдом Иван Васильевич Бунша из старого фильма. Фильм всегда показывают днём тридцать первого декабря, и родители его неизменно смотрят от начала до конца. А первого января смотрят фильм "Джентльмены удачи".

Взгляд Алисы остановился на красном значке, приколотом к рубашке Василия. Значок был небольшой, в виде знамени, а на знамени – золотой профиль вождя пролетариата и надпись: "ВЛКСМ".

– Сегодня здесь косплей какой-то проводят что ли? – удивилась Алиса. – А я почему не в курсе?

– Что проводят? – недоуменно спросил Василий.

– Ты почему так странно одет, говорю?

– Я странно одет?! Я иду с заседания комсомольского актива, мы обсуждали скорую поездку в стройотряд. Я там буду врачом, уже третий раз собираюсь ехать. Я учусь в медицинском, а езжу всегда с Политехом в качестве врача. А вот ты себя видела?! Валяешься тут на полу полуголая! – новый знакомый даже задохнулся от возмущения.

Алиса с опаской посмотрела на Василия и сочла за благо не вступать с ним в дискуссию по поводу заседания комсомольского актива. Кажется, парень не в себе. Надо сваливать – тихо и молниеносно.

Алиса опять огляделась. Куда бежать-то? Они стоят в длинном переходе. Может, закричать?

– Ладно, Василий, мне пора. Приятно было познакомиться, – Алиса начала пятиться от Василия, но он сделал широкий шаг к ней, заставив девушку вздрогнуть всем телом.

– Погоди, Алиса, не бойся! – уже другим тоном, не возмущённым, а сочувствующим, заговорил Василий. – На тебя что, напали? Обидели, или…

Василий побледнел.

– Никто на меня не нападал. Я заблудилась и набрела на щитовую. Кажется, меня током шандарахнуло, но всё обошлось. Я пойду, ладно, Вася? – Алиса заглянула в глаза парня успокаивающе и просительно. – Не беспокойся обо мне.

– Да куда ты пойдёшь-то? Не успеешь из корпуса выйти, как за тобой бригада приедет. Подожди, я провожу тебя.

Василий, не выпуская из поля зрения Алису, подошёл к окну, на котором стоял странный плоский портфель с металлической полосой по периметру. Открыл портфель и, как фокусник, достал оттуда белый медицинский халат, а потом медицинскую шапочку старого образца.

– Вася, признайся, это какой-то пранк? Твои друзья нас снимают на видео, и завтра я стану героем в сети? Или ты хочешь убедить меня в том, что всегда носишь с собой медицинскую униформу?

– Алиса, ты как-то странно говоришь. Вроде, по-русски, а вроде, и нет. Я с практики сюда, в Политех, пришёл, точнее, с защиты практики, а униформа это моя, потому я её забрал. Надевай халат и шапочку, прячь свои волосы, и я провожу тебя до дома. Тебя нельзя оставлять без присмотра. Почему родители отпустили тебя одну?

– Вася, ты совсем что ли? Мне двадцать лет! Я перешла на третий курс, учусь на экономиста. И я давно хожу везде без сопровождения родителей!

– А зря, – покачал головой Василий. – Переодевайся.

Злобно пыхтя, Алиса надела халат поверх своей одежды, натянула на голову шапочку и спрятала волосы. Ладно, чёрт с ним! Главное – дойти до поста охраны, а там уж Алиса сделает ноги от этого сумасшедшего, который, с какого-то перепугу, считает сумасшедшей её.

Фойе тоже изменилось до неузнаваемости, пока Алисы не было: исчезло электронное табло, вокруг висели плакаты времён СССР, а на большой красной растяжке было написано что-то о решениях девятнадцатого съезда ВЛКСМ.

Понятно, всё-таки будет косплей, вот уже и фойе оформили! А Алиса даже не знала ничего. Она уже повернулась к Василию и открыла рот, да так и замерла: поста охраны не было. Вместо него стоял коричневый полированный стол, за которым сидела тучная пожилая ярко-рыжая женщина в тёмно-сером халате и синей косынке.

– Обалдеть, как всё реалистично! – восхищённо воскликнула Алиса, глядя на Василия сверкающими зелёными глазами. – Ты видел?

Алиса обвела рукой фойе, но Василий почему-то не разделил с ней её восторг. Подхватив Алису под руку, он быстро вёл её к выходу из корпуса.

Едва они вышли на улицу, как Алиса снова начала разглядывать всё вокруг. Над входом в здание бился на ветру большой алый флаг, а на самом здании опять же была огромная, во всю длину, красная растяжка.

Пожалуй, для тематического мероприятия как-то слишком. Очень уж большой размах. У Алисы вдруг появилось какое-то странное предчувствие, которое лишь окрепло, когда она заметила, что на стоянке перед корпусом практически нет машин. Да и стоянки как таковой нет.

– Алиса, где ты живёшь? На чём отсюда лучше добираться – на автобусе, на трамвае или на троллейбусе? Или вообще пешком?

Алиса как раз смотрела на то место, где должна быть "умная" остановка, однако не было никакой – ни умной, ни не очень. Тревога внутри нарастала.

– На каком троллейбусе, Вася? Троллейбусы уже года три не ходят по городу, троллейбусная сеть у нас ещё до пандемии прекратила своё существование…

Слова застряли в горле у Алисы, потому что именно в этот момент она увидела, как по не слишком запруженному автомобилями проспекту двигается троллейбус, а навстречу ему – ещё один.

Вообще, вся картина, открывшаяся взору Алисы, очень напоминала чёрно-белые ностальгические фотографии, которых в сети сейчас была уйма.

– Алисааа! – Василий осторожно коснулся руки девушки.

– Вася, ты можешь меня ущипнуть? – серьёзно спросила Алиса, повернувшись к своему спутнику и заглядывая в его почти чёрные глаза.

Василий вспыхнул, услышав странную просьбу.

– Ты девственник что ли, Уассся? – не выдержала Алиса. – Так шокирован простой просьбой?

Паника угрожала захлестнуть её окончательно, и девушка хваталась за свой обычный образ этакой лихой амазонки, как утопающий за соломинку.

– Как тебе не стыдно, Алиса! – возмущённо воскликнул Василий, и возмущение его было искренним. – Кто дал тебе право так со мной разговаривать? Больше всего мне хочется повернуться и уйти, а не помогать тебе…

– Ты всегда такой зануда? – бесцеремонно прервала его пламенную речь Алиса.

Резко развернувшись, Василий быстро зашагал прочь. Спина его была очень прямой, напряжённой и какой-то даже… оскорблённой что ли.

– И что я за идиотка? Ну и пусть… пусть он тоже катится! – с отчаянием прошептала Алиса и вдруг заплакала.

Заплакала молча, без всхлипов и рыданий. Села на парапет, ущипнула себя за руку, что было сил, и охнула от боли. Последние сомнения рассеялись вместе с надеждой: нет, это не сон.

– Алиса, ты что, плачешь?

Рядом стоял Василий и встревоженно смотрел на девушку.

– Вася, – Алиса быстро вытерла ладонями слёзы и схватила Василия за руку. – Спасибо, что вернулся! Прости меня, я больше никогда не стану так с тобой разговаривать.

– Да ладно, – выдохнул Василий и опять покраснел. – Я понял, что тебе просто тяжело. Тебе нужна помощь.

"Не то слово! Ещё как нужна!" – хотелось крикнуть Алисе.

Прохожие бросали на них с Василием любопытные взгляды, и Алиса вспомнила, что она в медицинской униформе.

– Вася, скажи, пожалуйста, какой сегодня день? Число, месяц и год.

– Пятое июля тысяча девятьсот восемьдесят второго года, понедельник. А что?

– Блин, – развела руками Алиса. – Конечно, я читала о подобном, но никогда даже не подозревала, что это произойдёт со мной!

– Что именно, Алиса?

– Когда я проснулась сегодня утром, Вася, и даже тогда, когда приехала сюда, было четвёртое июля две тысячи двадцать второго года! Правда, тоже понедельник. А после того, как словила разряд в той щитовой, я оказалась в прошлом сорокалетней давности.

– Алиса, – осторожно заговорил Василий. – Тебе нужна помощь. Скорее всего, помощь специалистов. Послушай меня, пожалуйста! Мне очень не хочется действовать без ведома твоих родных. Скажи мне твой адрес.

– Вася, да не сумасшедшая я! И адреса у меня сейчас нет. Получается, что моей маме сейчас пять лет, а отцу – семь. Папа живёт в Казахстане и приедет сюда только через десять лет, поступит вот в этот Политех. Мама живёт в Майкопе, и приедет сюда через двенадцать лет. Дом, в котором мы живём, построят в конце девяностых, а я появлюсь на свет в две тысячи втором! Нет у меня сейчас здесь никого! И даже если я нашла бы кого-то из своих, мне бы никто не поверил, сочли бы за сумасшедшую. Ты же, например, считаешь меня сумасшедшей, не веришь мне.

– А как поверить-то, Алиса? Я реалист, и о чудесах только в книжках читал.

Вспомнив всё, что когда-либо слышала и читала о жизни в СССР, Алиса сузила глаза:

– А откуда у меня такие шмотки, Вася? Разве можно сейчас что-то подобное купить?

– Ну… не знаю, – замялся Василий. – Может, кто-то из твоих знакомых привёз из-за границы? Или ты у фарцовщиков купила.

– Ага! Майка-то моя сделана в Узбекистане, чистый хлопок! Сейчас этикетку покажу! – Алиса начала расстёгивать белый халат.

Вася, быстро оглядевшись по сторонам, перехватил её руки:

– Не надо, не надо! Верю на слово.

– А волосы я где покрасила? И как? Разве есть такая краска в магазинах или в парикмахерских? Как-то не верится.

– Не знаю, Алиса. Но у нас в городе, в том, в котором я вырос, была городская сумасшедшая. Она красила волосы в зелёный цвет, и обрезала рукава у плаща и у пальто.

– Спасибо, Вася, – улыбнулась Алиса и достала из кармана джинсов смартфон.

Попробовала включить – конечно же, тщетно.

– Как думаешь, Вася, что это?

– Не знаю, – удивлённо ответил Василий. – Может, транзистор?

– Это телефон, Вася. Не просто телефон. Там компьютер внутри, понимаешь? Электронный мозг. Где, по-твоему, я это взяла?

– Мало ли, – не сдавался Василий, однако Алиса видела по его глазам, что он всерьёз сомневается.

– А маникюр? – решила "дожать" Василия Алиса и сунула ему под нос свои руки.

Ногти были ядовито-оранжевые. Ладно хоть, короткие, а то раньше Алиса носила длиннющие.

– Ужас, – пробормотал Вася, но Алиса вдруг заметила, что он усиленно старается подавить улыбку.

– Скажи ещё спасибо, что татуировок у меня нет! Не люблю.

– Спасибо, – всё-таки Василий улыбнулся.

– Вот я дурья башка! – спохватилась вдруг Алиса. – Мне нужно вернуться в универ и найти эту белую дверь! Если я снова туда войду, вернусь в своё время!

Алиса быстро пошла в сторону корпуса, а Василий – за ней следом. Однако, сколько они ни искали, не нашли никакой металлической двери.

– Алиса, не хочу тебя расстраивать, но кажется, дверь появилась позже, – сдавшись и поверив Алисе, сказал Василий.

Ему было проще поверить, чем считать Алису сумасшедшей или шпионкой.

– Позже?! – Алиса остановилась, будто налетела на препятствие. – А как я домой-то вернусь? Что подумают мама и папа?! Ведь они будут меня искать…

Алиса вновь заплакала, а Василий начал её утешать, обнимая и гладя по голове.

– Это что такое вы здесь устроили?!

Резкий голос заставил Алису и Василия вздрогнуть и отшатнуться друг от друга. Рядом стояла та самая рыжеволосая дородная женщина с вахты.

– Мы ничего не устроили, – быстро заговорила Алиса. – Мне очень нужно найти щитовую. Знаете, такую белую металлическую дверь. Помогите, пожалуйста!

– Поооомооооочь тебе? – возмущённо воскликнула женщина. – Я милицию сейчас вызову, будет вам помощь! Голову они мне будут морочить! Нет тут никакой белой металлической двери, и не было никогда. Быстро марш отсюда, или я в милицию звоню!

…Устало опустившись на парапет, Алиса достала Айкос и несколько раз затянулась.

– Что это? – удивлённо спросил Василий. – Трубка такая?

– Ага, вроде того, – горько усмехнулась Алиса. – "Моя бабушка курит трубку, трубку курит бабушка моя!"* Скоро и у него зарядка сядет.

– Ты куришь, Алиса?

– Скорее, балуюсь.

– И зачем нужно такое баловство? Ты же девушка! Я мужчина, и то не курю, и никогда не курил, даже не пробовал.

– Да и я теперь не курю, всё.

– Вот и хорошо.

– Вася, скажи честно, ты активист? Староста группы, например?

– Я комсорг курса. А что?

– Почему-то я так и подумала. А девушка у тебя есть?

Теперь Василий смотрел в сторону; лицо его напряглось.

– Была, – сказал он наконец. – Мы встречались два года, а полгода назад расстались. Нина уже замуж вышла, в июне свадьба была. За офицера вышла и уехала с ним.

– Всё будет хорошо, Вася, – Алиса коснулась его руки.

Почему-то ей не хотелось больше слушать о девушке Василия. И не хотелось знать, любит ли он до сих пор эту Нину.

– А у тебя? Ты… встречаешься с кем-то? Он ведь, наверно, будет искать тебя? Я бы искал. С ума бы сошёл, наверно.

– Меня некому искать. Кроме родителей, разумеется. Друзьями не обзавелась – характер у меня очень сложный, резкий. А Никита… Никита меня бросил вчера. Сказал, что между нами всё кончено.

– А какой он – этот Никита? – хмуро спросил Василий.

– Никита? Самый красивый парень на потоке, спортсмен. Капитан сборной университета по баскетболу. Отличник. Староста нашей группы. Блондин с зелёными глазами, с волевым лицом.

– Ух ты, яхты, – невесело усмехнулся Василий.

– Но я не хочу говорить о Никите. Расскажи лучше о себе, Вася.

– Я тоже когда-то был спортсменом. Играл в юношеской сборной по футболу в нашем городе, в том, в котором вырос. Потом получил травму мениска, осложнённую, восемь месяцев провёл в санатории. Думал, останусь на второй год в восьмом классе, но нагнал. Пока в санатории был… тогда и решил, что врачом стану. И специализацию выбрал такую на будущее: травматолог-ортопед. На шестой курс вот перешёл.

– А сколько тебе лет, Вася?

– Двадцать два.

– Значит, через сорок лет тебе будет шестьдесят два?

– Логично, – улыбнулся Василий. – Алиса, тебе нужно где-то остановиться, отдохнуть, поесть. Пойдём ко мне в общагу? Я один живу, и уже в том крыле, где живут преподаватели. Не бойся только и не думай плохого. Я от чистого сердца. Нельзя человека одного оставлять, без помощи.

– Мне нужно найти щитовую, Вася!

– Обещаю, что завтра вернёмся и поищем ещё раз. Зайдём через второй корпус, через переход, чтобы вахтёрше на глаза не попадаться. Только надо одежду для тебя найти. А сегодня необходимо отдохнуть, слишком много всего навалилось.

Отдохнуть Алисе очень хотелось, так, чтобы не думать ни о чём. Да и спорить не было сил.

– Хорошо, Вася, ты прав. Веди́ в твою общагу!

* В тексте использован отрывок из песни "Моя бабушка курит трубку", автор – Гарик Сукачёв.

Глава 2

– А где общага, Вася? – долго молчать Алиса не могла.

– Здесь, недалеко, на Попова.

– Эта улица так и называется сейчас Попова… То есть, не сейчас, а… Вась, а что это вот там продают?

Алиса указала на полную женщину в белом халате, торгующую чем-то из ящика прямо на улице.

– Пирожки, – Василий замедлил шаг. – Ты, наверно, есть хочешь?

– Очень хочу, но…

– Пойдём, – взяв Алису за руку, Вася решительно направился к ящику с пирожками.

Рядом с ящиком запах оказался настолько аппетитный, что у Алисы закружилась голова.

– Подходите, покупайте горячие пирожки, – приветливо улыбнулась продавец. – С практики идёте, ребята? Из областной?

– Ага, – нашлась Алиса, которая по-прежнему была в медицинский униформе.

Вася, кажется, лгать не умел вообще, потому и молчал, достав из своего плоского "чемодана" кошелёк.

– Вам какие? – бойко спросила женщина. – С чем?

– А с чем есть? – Алиса даже облизнулась, как голодная кошка.

– С мясом и рисом, с ливером, с капустой, с яблоками и с повидлом.

– Мне один с мясом и один с повидлом. А ты какие будешь, Вася?

– Я не буду, не хочу.

– Тогда и я не буду, – легко сказала Алиса и даже начала поворачиваться, стараясь не смотреть на разочарованную продавщицу.

– Мне с капустой, – быстро сказал Василий. – Один с капустой, один с повидлом и один с мясом.

…– Почему ты не хотела есть, если я не буду? – спросил Вася, когда они шли по аллее и жевали пирожки.

– Во-первых, терпеть не могу есть в одного. А во-вторых, что же, ты будешь меня кормить, а сам?

– Я просто успел пообедать перед тем, как пошёл на заседание.

– Вася, деньги я очень постараюсь вернуть. Только пока не знаю, как.

– Алиса, нам сейчас нужно думать не об этом. Не беспокойся о деньгах. Я получаю повышенную стипендию, да ещё постоянно подрабатываю в больнице. Не шикую, конечно, но на жизнь не жалуюсь.

– Я тоже стараюсь подрабатывать, занимаюсь копирайтингом.

– Чем? Как это?

– Тексты пишу на заказ. У меня даже постоянные заказчики есть, правда, не очень крутые. Только вот деньги у меня хранятся на карте или в электронном кошельке.

– Как это – на карте? – не понял Василий. – И что за электронный кошелёк?

Алиса доела пироги, достала из рюкзака влажные салфетки, вытерла руки, и лишь потом показала Васе пластиковую карту.

– Вот. Часть моих сбережений хранится на этой карте. Я стараюсь почти всегда расплачиваться безналично.

– А, понял! Это как на сберкнижке?

– Да, только со сберкнижки ты не можешь расплачиваться в магазине, например, разве что безналичными переводами, а с карты – можешь. Везде установлено специальное оборудование.

– Удобно, наверно? И кошелёк не нужен?

– У меня нет кошелька, потому что никогда наличку с собой не таскаю, но у многих кошельки есть. Кстати, вот, на моей карте написано, до какого времени она действительна. Обрати внимание на год.

Вася задумчиво почесал затылок.

– Ну и дела!

– А ещё могу паспорт показать, Вася.

– Алиса, я тебе уже верю. Мне сложно осознать происходящее, но я верю, потому что другого выхода нет. А если его нет, какой смысл упираться?

– Золотые слова, Вася! А меня впустят к тебе в общагу?

– Впустить-то впустят, но официально только до двадцати трёх ноль-ноль.

– А неофициально?

– А неофициальных гостей у меня до сих пор не было. Вот сегодня и посмотрим, что получится из нашей затеи.

…Общежитие располагалось в пятиэтажном кирпичном здании. Вася жил в комнате на четвёртом этаже. На этом этаже жили, в основном, преподаватели, многие с семьями. Кухня была общая на весь этаж, а туалет и душевая в каждой комнате – свои.

Последнее обстоятельство весьма обрадовало Алису, которая всегда придавала огромное значение личному комфорту.

Мебели в комнате было немного, зато в одном из углов располагался шкаф, забитый множеством книг, в другом бодро шумел холодильник "Саратов", на подоконнике стоял металлический электрочайник, а на столе – маленький телевизор.

Василий, как и ожидала Алиса, содержал своё жилище в идеальном порядке.

– Я дам тебе спортивный костюм, только он будет великоват. Футболки и рубашки здесь, выбирай сама, – Василий распахнул дверцы шкафа.

– Спасибо, Вася! Я понимаю, что мой скин здесь не проканает, придётся воспользоваться твоей добротой.

– Только вот… Тебе, наверно, нужно… Нужен…

Василий опять смутился и покраснел.

– С моим минус первым вполне обойдусь и без излишеств, – махнула рукой Алиса.