Хищный цветочек для лорда-дракона

Глава 6

Леди де Вальтес, с недавнего времени полноправная хозяйка дома, сидела напротив нас на софе, сцепив руки. Ей было всего лет восемнадцать, а то и шестнадцать. Из слегка неряшливой прически выбивались пряди темных волос. Одета леди была в незамысловатое платье из беленого льна – тоже одна из местных традиций. В Ровире цветом траура был белый, а не черный.

Девушка была бы симпатичной, если бы не красные, припухшие от слез глаза и не сердито надутые губки. Причем сердилась она на нас.

– Польщена вашим визитом, лорд де Ларнес, но не понимаю его цель. Я уже обо всем рассказала капитану. Неужели вы не можете спросить у него? Меня не было дома больше суток! Я сегодня похоронила отца!

В голосе отчетливо звучали истеричные нотки. Альдан прокашлялся.

– Приношу вам глубочайшие соболезнования и сожаления, что приходится тревожить вас в такой день. Мы бы обратились к капитану, но нам важно услышать именно ваши слова о том, что произошло.

– Мой папенька умер. Вот что произошло, – отчеканила она и зарыдала, закрыв лицо ладонями.

Дракон растерянно замер. Похоже, как и многих мужчин, его вводили в ступор плачущие женщины. Ну и к лучшему, а то я уже хотела аккуратно пнуть его, чтобы помалкивал. Только неизвестно, правильно истолковал бы этот знак кто-то такой самоуверенный, как Альдан.

– Леди де Вальтес, – набравшись смелости, я подошла к ней и рискнула положить ладонь ей на плечо. – Поверьте, мне понятны и близки ваши чувства. Я сама теряла родителей два раза: первый раз – отца с матерью, а второй – женщину, которая после их гибели помогла мне встать на ноги и научила всему, что я знаю. Когда близкие уходят так неожиданно – это ужасно. Но у лорда де Ларнеса есть причины считать, что человек, отравивший вашего отца, уже травил людей раньше и продолжит этим заниматься, подставляя невиновных. Капитан эту идею отвергает, но что если она правдива? Вы ведь не хотите, чтобы другая ваша ровесница оказалась на всем белом свете одна? Помогите нам, ответьте всего на пару вопросов, и мы уйдем.

Девушка шмыгнула, опустила ладони на колени и устремила на меня кофейные глаза.

– Вы тоже?.. Ох, ладно. Конечно, я хочу, чтобы подлеца, который это сделал, поймали, и не важно, кто: вы или капитан. Я готова с вами поговорить, насколько хватит сил.

Я оглянулась на Альдана. Тот с огромным облегчением благодарно мне кивнул.

– Леди, возможно, у вашего отца были враги? Если вы знаете кого-нибудь, кто мог желать ему зла, назовите, пожалуйста, их имена.

Это был стандартный и логичный вопрос. Пока девушка бойко перечисляла неизвестные мне фамилии (за последние сутки она наверняка послала проклятия всем, кто хоть раз обидел ее саму или ее семью), я задумалась над тем, что спросила бы как консультант.

Варить лекарства – это одно. Хотя и сомнительных рецептов я не всегда избегала, особенно когда это касалось бурно отмечаемого праздника начала весны у северян, но убийства никогда не помогала расследовать, и это уже было совсем другое.

– Кто дал заключение, отчего умер ваш отец? – уточнила я, когда девушка замолкла.

– Семейный лекарь, – ответила она. – Он живет через пару домов отсюда. Я сразу же вызвала его. Думала, что, может, папеньке еще можно как-то помочь, а этот проходимец предложил облегчить ему страдания, будто папенька не живой человек, а какая-то лошадь!

– И как зовут лекаря?

– Лерво Теон.

Я вопросительно взглянула на Альдана. Тот едва заметно покачал головой.

– Предыдущую жертву лечил другой человек. Леди де Вальтес, вы можете описать в точности, как выглядел ваш отец, для госпожи Виолы?

То, что она перечислила, действительно могло быть признаками отравления белладонной: рвота, посинение, метание по кровати, хрипы, которые доносились из комнаты и которые заставили слуг переполошиться. Но еще это могло свидетельствовать о каком-нибудь другом редком заболевании или яде. Когда Альдан вернул мне взгляд, я пожала плечами.

Если не видеть тело, говорить не о чем. А де Вальтеса в соответствии с верованиями его культа сожгли, так что и эксгумацию уже не совершишь.

Тупик.

Альдан продолжил задавать вопросы о врагах убитого, чем он занимался, кто мог желать ему зла, и даже вызвал несколько слуг, чтобы уточнить у них сведения. Я тоже вяло поучаствовала в беседе, поинтересовавшись, принимал ли отец леди какие-нибудь лекарства и употреблял ли белладонну. Однако ничего важного по-прежнему не прозвучало.

Нет, папочка был совершенно здоров. Нет, он даже кружечку эля по выходным не ходил пропускать, какой уж тут отвар красавки…

Оживление наметилось, только когда Альдан попросил отвести его в спальню, где нашли убитого.

Леди провела нас на второй этаж и сама открыла дверь в нужную комнату. Та оказалась вполне соответствующей тому образу хозяина, который у меня сложился: пустые стены, старая добротная кровать, массивный сундук с вещами. Ничего лишнего. Место, которое используют ровно по назначению – для сна – и в котором не задерживаются.

Поэтому цветы на маленьком прикроватном столике просто не могли не обратить на себя внимание. Это были лилии. Белые бутоны уже слегка поникли, свидетельствуя о том, что они не совсем свежие. Но больше всего удивило не их присутствие в спальне, а реакция леди де Вальтес.

Девушка аж покраснела от злости и резко повернулась к сопровождавшему нас слуге.

– Я же сказала выбросить этот проклятый веник! Почему он до сих пор здесь?

– П-простите, – побледнев, залепетал он. – Я забыл… Да и они так хорошо здесь смотрелись…

– Откуда они? – вмешался Альдан.

– Их приносили папеньке на протяжении трех дней перед смертью, – ответила леди. – Траурные цветы! Я предупреждала, что это дурное предзнаменование! А он ставил их каждый раз у кровати. И вот теперь он действительно мертв!

Она вновь зарыдала. Поскольку это был уже пятый или шестой раз за время разговора, Альдан не смущался и вошел в комнату. Я – хвостиком за ним.

И вновь мне оставалось только положиться на драконье чутье. Как по мне, на убийцу не могло указать ничто. Полы явно с утра подмели и вымыли, кровать заправили. Если и оставались какие-то улики, их давно скрыли или нечаянно уничтожили.

Альдан выглянул в окно, окинул взглядом улицу и тихо спросил меня:

– Лилии ядовиты?

– Для людей – нет. Если нарвать большой букет и поставить рядом с кроватью, от густого аромата может закружиться голова, но это точно не станет причиной смерти.

Дракон вздохнул и повернулся к постепенно успокаивающейся леди де Вальтес.

– Последняя пара вопросов, и мы уйдем. Вам известно, кто посылал вашему отцу цветы?

– Нет, – она дернула плечиками. – Каждый раз приходили разные мальчишки-посыльные, которые ничего не желали говорить и тут же сбегали.

– А окна? Вы не помните, они были раскрыты или закрыты, когда вы пришли в комнату и нашли отца?

Девушка наморщила лобик.

– Не знаю. Открытыми, наверное. Последние дни такая жара – попробуй поспи с захлопнутыми ставнями, сразу задохнешься.

Очередной тупик.

– Леди, – продолжал Альдан, – настоятельно советую вам подумать, кто на вас работает. Окна спальни высоко, вряд ли кто-то мог забраться снаружи и отравить вашего отца.

– Вы имеете в виду, что кто-то из слуг мог сюда пробраться и насильно влить в него яд? – ахнула девушка.

– Да.

– Все слуги у нас уже работают много лет и казались надежными, – растерялась она. – Они, конечно, бывают рассеянными и нерасторопными, но это ведь общая беда, разве нет?

– Я не могу никого обвинять, дорогая леди. Однако если вы заметите что-то подозрительное или вспомните, пожалуйста, свяжитесь со мной, хорошо?

Леди де Вальтес оцепенело кивнула. Похоже, мысль о том, что убийца все еще рядом, ее здорово напугала. Но, может, и к лучшему? Перестанет так орать из-за мелочей на прислугу…

Когда мы вышли из дома, я уточнила у Альдана:

– А почему бы нам самим не опросить всех слуг?

Он покачал головой.

– Здесь так не принято. Слуги – наемные работники, но это часть господского имущества. Никто не приходит в соседский дом и не начинает копаться там в сундуках. Точно так же никто не лезет к чужой прислуге.

– Мы же так никогда не найдем убийцу! – возмутилась я.

Дракон загадочно улыбнулся.

– Не торопитесь с выводами, госпожа Виола. За домом со вчерашнего дня наблюдают мои друзья. У леди де Вальтес всего четверо слуг, и никто из них пока ничего странного не сделал. К тому же я сильно сомневаюсь, что виноват кто-то из них.

– Почему? Вы же сами сказали это хозяйке!

– Сказал, потому что такую возможность исключать нельзя, хоть и шанс невелик. Я уже попросил кое-кого… скажем так, из своих друзей, проверить, кто работал на Корвона и Вальтеса. Пока связь между слугами не нашлась. К тому же проникнуть ночью на второй этаж скрытно для остальных слуг не такая уж проблема. Этого можно добиться с помощью левитирования, если ты маг-воздушник, запрыгнуть или залететь внутрь, если ты оборотень, или использовать какой-нибудь хитрый артефакт. Хотя ткнуть ножом в подворотне все равно проще, поэтому не понимаю, зачем убийца использовал такой сложный способ: отравление, еще и ночью, когда жертва спит в собственной постели. Слишком много рисков: что жертва проснется, начнет сопротивляться, на шум прибегут слуги и в итоге убийцу спугнут.

– Или яд не успеет убить взрослого мужчину, – добавила я. – Красавка действует не мгновенно, смерть наступает, если наступает вообще, только через несколько часов. То есть человека еще можно успеть спасти.

– Тоже странность, – кивнул дракон. – Почему никто из пострадавших не стал звать на помощь?

– Демоны их знают, – ответила я, однако неожиданная мысль заставила меня сузить глаза. – Лорд Альдан, вы хоть раз в жизни до этого расследовали убийство?

– Нет. Но у меня чутье, что все получится, – уверенно произнес он.

Я который раз за день молчаливо и с отчаянием помянула ежиную мать.

Чутье у него! А ведь на кону моя жизнь!

Лорд с прищуром глянул на солнце, сверкнувшее в его золотых волосах. Хоть меня и раздражал этот прибабахнутый дракон, я невольно загляделась на гладкую загорелую кожу и красиво очерченный профиль. Что там у Альдана с умом, еще выясним, а привлекательностью мать-природа его точно не обделила.

– Уже почти обед. Как насчет заскочить к семейному лекарю де Вальтесов и спросить, что он думает о гибели «папеньки»? Я буду рад, если вы присоединитесь ко мне. В лекарствах я понимаю не так много, и, если господин Лерво Теон окажется шарлатаном, я это вряд ли пойму.

– Эм… – я немного зависла. – А как вы определили, что я не шарлатанка, прежде чем нанимать меня консультантом?

– У меня чутье, – снова пожал он плечами.

Я воздела очи к небесам и послала им тоскливый вздох.

Приличные ругательства начинали подходить к концу.

– Идемте, господин Альдан, – вместо всего, что вертелось у меня на языке, сказала я.

Глава 7

У лекаря нас ожидали только очередные вопросы. Почтенный старичок не был шарлатаном. Наоборот, он явно разбирался в ядах и лекарствах гораздо лучше меня, так что я даже забеспокоилась, а не осознает ли наконец лорд, какую ошибку совершил, и не наймет ли вместо шальной аптекарши мастера своего дела.

Однако Альдан слушал его вполуха и оживился лишь тогда, когда старичок возмущенно сообщил, что яд красавки, вполне возможно, не та причина, которая убила де Вальтеса.

– Что вы имеете в виду? – дракон аж подобрался и шагнул ближе к сухонькому лекарю, нависнув над ним громадой своего роста. – Яд мог быть другим?

– Да нет же, – старичок поежился, отступая из тени высокого лорда. – Это несомненно была красавка. Но думаю, что господина Кьяро пытали перед смертью. На его запястьях были синяки и ссадины, как будто его связывали. В молодости я побыл лекарем при тюрьме, видел такое на заключенных постоянно. Кошмар какой-то! Наверняка это происки тех темных эльфов, которые жили рядом…

Мы с Альданом переглянулись.

Ну да, было достаточно очевидно, что вряд ли законопослушный чиновник сам принял на ночь яд. Но история все равно выглядела все страннее и страннее.

Когда мы вышли от достопочтенного лекаря, я уточнила у Альдана:

– А причем здесь темные эльфы?

– Видели заброшенный дом рядом с особняком де Вальтесов? Там раньше жили дроу. Глава семьи умел открывать порталы в иные миры. Его казнили за то, что он якобы впустил дьярхов в Ровир. Убили всех его родственников, – задумчиво ответил дракон. – Выжил только младший сын. Он сбежал, сколотил банду, стал одним из преступных королей Мараиса и начал мстить обидчикам. Потом выяснилось, что он собрал в подвале своего дома собственный портал в иные миры – и тоже, кстати, сотрудничал с дьярхами. Эта история прогремела не так давно. Вы наверняка еще о ней услышите. Раньше всех собак вешали на дьярхов, а теперь – на темных эльфов.

– Так они ни при чем?

– Мертвецы не возвращаются с того света затем, чтобы пытать и травить соседей, – уверенно сказал дракон и взглянул на солнце, ласкавшее его загорелую кожу. – Между прочим, о делах насущных. Время послеобеденное. Госпожа Виола, как вы смотрите на то, чтобы заскочить со мной в какую-нибудь таверну?

Вообще-то предложение выглядело соблазнительно. Я здорово проголодалась и притомилась бегать за длинноногим лордом-драконом, вдобавок компания была приятной для глаз – если не пытаться с этим самоуверенным выскочкой разговаривать.

Однако я нашла в себе силы сказать:

– Простите, у меня очень много дел в лавке.

Это была чистая правда. Огород сам себя не засеет, поставщики сами себя не найдут, да и рекламой надо бы заняться, чтобы о госпоже Виоле в этом городе знали хоть что-то кроме того, что она, возможно, убила чиновника.

Альдан согласился – и мы распрощались до тех пор, пока я ему опять не понадоблюсь.

Домой я возвращалась в смешанных чувствах. Дракону я ничем особенно не помогла, а в его способностях раскрывать преступления было слишком много поводов засомневаться.

Может, нужно поискать еще покровителей, которые в случае неприятного исхода не дадут мне загреметь за решетку?

Обитатели этого мира считали, что боги их давно покинули. В прямом смысле – бросили планету, погибающую в войне с дьярхами, и переселились в другой мир. Не так давно боги объявились снова… только для того, чтобы опять исчезнуть, объяснив это тем, что всё осознали, их подопечные слишком долго страдали от дьярхов, и они, боги, теперь будут воевать с врагами в их родном мире.

К чему этот внезапный экскурс в историю?

К тому, что боги, невзирая на свое отсутствие, меня явно услышали. Хотя обнаружила я это не сразу.

У лавки вертелся скучающий худощавый паренек лет двадцати. Вид у него был донельзя официальный – рубашка застегнута до воротника, пуговицы на чистеньком камзоле сверкают, под мышкой зажата пухленькая книга, волосы приглажены и напомажены. Когда я подошла к дому, юноша важно поинтересовался, не известно ли мне, когда будет госпожа Виола.

Я уже обрадовалась, что это наконец-то настоящий покупатель, поскорее открыла дверь и впустила его в зал. Но стоило добежать до прилавка, как паренек хлопнул книжкой по столешнице и выпрямился, сурово нависая надо мной. Кажется, даже на цыпочки встал.

– Вас беспокоят из Магпотребнадзора, – веско произнес он.

– Чего? – растерялась я. – Откуда?

– Маг-пот-реб-над-зор! – громко повторил гость по слогам, будто я глухая, а не чужеземка. Заметив, что я по-прежнему смотрю на него с недоумением, он сердито поморщился и «перевел»: – Служба, которая проверяет, правильно ли вы оформили магические товары и не совершаете ли вы нарушений при их продаже. Вы ведь уже ознакомились с перечнем требований?

И паренек подвинул ко мне тот самый пухлый томик. Я ошалело уставилась на размеры «перечня».

Да некоторые энциклопедии потоньше будут!

– Э-э… – промямлила я. – А почему в ратуше меня никто не предупредил о существовании вашего… как там… Магпотребнадзора?

– А почему вы сами об этом не спросили? – ответно удивился парень.

– Как я могу спрашивать о том, о существовании чего даже не подозревала?

– Но как-то же вы открыли лавку? – продолжал напирать тот. – Вы сделали это в нарушение правил? Напомню, что по ровирским законам незнание не освобождает от ответственности!

Я замолчала, не рискуя встревать в спор, в котором слишком велики шансы на проигрыш. Никакие законодательные своды я, разумеется, в глаза не видела. Да и когда бы, если живу здесь всего неделю-другую? Мне повезло плыть в Ровир на одном корабле с торговцами, которые и объяснили, как легко и быстро открыть собственную лавку – дай на лапу тут, дай на лапу там. Но никто ни разу не упоминал о существовании такого государственного органа, как Магпотребнадзор!

– Вы можете полистать перечень, а я пока осмотрюсь и проверю, все ли у вас по закону, – деловито произнес парень и завертел головой.

Губы его зашевелились – очевидно, он читал заклинание. Маги умели визуализировать для себя чужие чары, поэтому я порадовалась, что самые ценные зелья, в которых использовались сильные магические ингредиенты, хранила в холоде подвала и пока не успела выставить на полки.

Рано, ой рано я расслабилась…

– А у вас нет артефактов из иных миров? – осведомился он.

– Нет! – резко ответила я.

– Уверены? Здесь подозрительная аура… – заметив, как я побледнела, пройдоха облокотился на прилавок и заулыбался. – Не бойтесь, за иномирные товары у нас не наказывают. Вы же не путешествуете через порталы, верно? А диковинки – ну и что, что диковинки, до нашествия дьярхов их много было, ведь и по другим мирам странствовать не запрещалось. Я и сам в какой-то мере иномирец – мой отец оттуда… Так что у вас по предметам из иных миров?

– Ни-че-го! – твердо повторила я.

Пусть заливает сколько угодно. После Алавира я так не подставлюсь! Скажешь, что у тебя что-то из иных миров, – мгновенно объявят дьярхом и четвертуют.

Он горько вздохнул, и тут его взгляд упал на мухоловку.

– Это что такое?

– Домашний питомец, – быстро сказала я.

– А почему возле горшка стоит ценник?

– Он вот от того лекарства, – я схватила бумажку с цифрами и сунула ее к первой попавшейся банке. – Как видите, лавка еще не полностью обустроена, а гостей я не ожидала, вот и не успела положить его на правильное место.

Паренек с сомнением хмыкнул и прочитал надпись на банке.

– Мазь от прыщей? Она в самом деле стоит столько?

– Красота – дорогое удовольствие! – я всплеснула руками. – Вы, кстати, не хотите попробовать эту мазь? Вам потребуется большая доза, поэтому исключительно для вас, по особому предложению, сделаю скидку.

Он мрачно глянул на меня, но никак выпад не прокомментировал.

– А этот домашний питомец у вас зарегистрирован?

– Вы представитель Магпотребнадзора или службы по присмотру за домашними животными? – неласково поинтересовалась я. – Сказано же, что мухоловка не товар и покупателям я ее не предлагаю.

– Но…

– Если вы задержитесь из-за того, что придираетесь к вещам, которые к вашей работе отношения не имеют, я не успею вовремя покормить моего домашнего питомца, он озвереет и вместо гусениц может наброситься на вас, – перебила я. – Если это произойдет, вот тогда можете начать жаловаться в… куда там полагается. Хотя отгрызенную руку вам уже вряд ли кто-то вернет.

Мухоловка при этом так кровожадно оскалилась, что парень нервно сделал пару шагов назад. До чего же капризное растение, но какое сообразительное!

– Л-ладно… – протянул надоедливый юнец и вдруг оживился, заметив что-то среди лиан. – А это – неужели голова тролля?

– Ну а с ней что не так? – угрюмо осведомилась я.

– Тролли – волшебные существа, – важно пояснил тот. – Если вы используете их части в своих зельях, вы обязаны это правильно оформить! Кроме того, тролли разумны, и нужно проверить, не пострадал ли кто-то из граждан Ровира при получении вами этого… охотничьего трофея!

– Это муляж, – прорычала я, представляя, как пускаю паренька на удобрения в огород.

Вот же мозгоклюй нашелся! И цепляется ко всему подряд, только не к тому, к чему действительно должен.

А не пытаются ли меня развести, между прочим?

– Не напомните ли ваше имя? – насторожилась я. – И разве у вас не должно быть какого-нибудь удостоверения, что вы в самом деле представитель этого вашего надзора?

Приставала подозрительно замялся. Может, он бы и придумал что-нибудь, но в этот момент тренькнул звоночек на входной двери, и в лавку вошел…

Элькаро. Я не запомнила полностью его длинное имя с фамилией, однако знойного красавца-капитана узнала мгновенно. Паренек из Магпотребназдора побледнел и съежился, отвернувшись к стене, будто прятал лицо от командира стражи. А я запаниковала даже пуще проклятого прилипалы.

Всё, да? За мной уже приехали, чтобы отвезти в тюрьму за убийство, которого я не совершала?

Боги, ну почему мне суждено попасть за решетку именно по такой причине, а не за то, что я обманываю покупателей, втюхивая им вместо любовных приворотов разноцветные леденцы? Все равно никакая магия не поможет по щелчку пальцев влюбить в себя мужчину или женщину, так хоть сладостями полакомятся!

Впрочем, терять лицо я не собиралась и улыбнулась как можно радушнее.

– Здравствуйте! Чем могу помочь?

– И вам еще раз здравствуйте, госпожа Виола, – ответил Элькаро. – Вообще-то я надеялся с вами поболтать по душам, но если вы заняты с покупателями…

Он взмахнул бутылкой вина. Я приподняла брови, только сейчас заметив ее в руках капитана. Неожиданность так неожиданность!

– Этот юноша не покупатель, а представитель Магпотребнадзора, – я красноречиво посмотрела на парня.

– Представитель чего? – переспросил Элькаро.

– Магпотребнадзора. И он все никак не хочет доказать мне, что это правда.

– Потому что вы законопослушная гражданка Ровира и все документы оформили правильно, – скороговоркой протараторил парниша, схватил книжку, поклонился – вряд ли из уважения, а скорее желая не показывать лицо капитану стражи – и выбежал из лавки.

Капитан проводил его насмешливым взглядом.

– Надо же, что-то новенькое придумали – Магпотребнадзор…

– То есть вы понимаете, что этот человек – мошенник, но не будете его ловить? – возмутилась я, потому что мужчина даже не шевельнулся.

Он со вздохом поставил бутылку на прилавок и бросил рядом изысканную шляпу, предварительно проверив, нет ли на столешнице пятен. К счастью, я имела привычку держать торговые помещения в идеальной чистоте.

– Госпожа Виола, большое заблуждение думать, что стража может переловить в городе всех преступников. Это же Мараис.

– И что?

Элькаро задержал на моем лице взгляд темных, почти черных глаз.

– Вы не знали, куда ехали? Видимо, нет, раз не понимаете. Мараис не только один из крупнейших городов Ровира. Он живет за счет порта, а порт – это всегда контрабанда, взятки и другие нарушения закона, поэтому Мараис еще и один из самых преступных городов. В нем несколько сотен тысяч жителей, и все замазаны в чем-то грязном. Даже у младенца здесь найдется пара опасных секретов. Если я захочу поймать и посадить за решетку всех преступников, мне будет проще поставить эту решетку прямо на крепостной стене.

– Тогда в чем состоит ваша работа? – нахмурилась я.

– Поддерживать порядок. Ловить тех, кто обнаглел, и наказывать их, чтобы остальные придерживались хоть каких-то рамок приличия.

Я сложила руки на груди.

– Судя по вашим утренним словам, меня вы считаете одной из таких «обнаглевших», хотя я не сделала ровным счетом ничего плохого.

– Вино скоро согреется, – перевел тему Элькаро, продолжая смотреть мне в глаза. – У вас найдется пара бокалов, кубков или хотя бы кружек?

Я выдержала мгновение, отвечая на его взгляд, но сдалась и ушла искать кружки.

– Простите, что не приглашаю вас на кухню, – крикнула я оттуда. – Она вся в ящиках и сундуках. Торговый зал – самое прибранное место в доме.

– Я не в обиде, – отозвался он. – Понимаю, что у женщины, которая только что переехала из другого королевства и сразу открыла лавку, дел невпроворот.

– А у вас, наверное, их еще больше, – заметила я, возвращаясь в зал с двумя кружками.

Элькаро, уже нашедший для себя стул, на провокацию не поддался и откупорил бутылку. Полилась струя светлого напитка. Ноздри сразу защекотал тонкий аромат.