Очнуться волчицей

Глава 6

ГЛАВА 6

Волчица

Утро выдалось холодным и тихим.

Сквозь щели в досках чердака доносились глухой стук металла, скрежет дерева, хлопанье дверей и негромкие мужские голоса. В воздухе чувствовалась перемена: к привычным запахам хвои, дыма и снега примешалась новая резкая нота — солярка, масло и горячий металл.

Я проснулась раньше Арсена.

Он ещё спал, свернувшись клубочком на рваном матрасе и подложив ладошку под щёку. Несколько раз за ночь вздрагивал, шептал что-то во сне, но так и не проснулся. Я коснулась носом его макушки и вдохнула тёплый, сладковатый детский запах. Потом я осторожно выбралась из его объятий и подползла к узкой щели в стене.

Во дворе стояла новая машина — длинная, с широким открытым кузовом и низкими бортами, обитыми тёмными досками.

Мужчины возились вокруг неё, громко переговариваясь. Они поднимали в кузов тяжёлые доски, стягивали их ремнями и верёвками.

Я прислушалась.

— Не набивай до краёв, — проворчал мужчина в засаленной куртке с меховым воротником.

— Пустые ящики не забудь, — добавил седой, невысокий, но крепкий мужчина с низким хрипловатым голосом. — И в Юрике закупись, а то опять голодать будем.

— Да помню я. И баллон захвачу, — отозвался самый молодой.

Первый выпрямился, облокотился о доску и нахмурился:

— За сараем след видел. Не разобрал: то ли мелкий волк, то ли лиса. Вечером сделаем обход.

Я втянула голову в плечи.

Значит, ждать больше нельзя.

Нужно уходить.

Я вернулась к Арсену. Он ещё спал, но стоило ткнуться носом в его щёку, как глаза тут же приоткрылись. Сначала в них мелькнул испуг, потом он узнал меня и сонно улыбнулся.

Я коротко фыркнула: готовься.

Арсен моргнул, кивнул и принялся стягивать с себя длинную мужскую рубашку, которую я принесла вчера. Через мгновение на матрасе уже стоял волчонок.

Снаружи хлопнула дверь, послышались шаги. Двигатели квадроциклов низко загудели, и запах выхлопов смешался с холодным утренним воздухом.

— Ну всё, мы поехали, — сказал высокий мужчина, отряхивая рукавицы. — Тут немного осталось.

— Термос не забудь, — напомнил седой.

Два мотора взревели почти одновременно, и их рёв постепенно растворился между соснами.

Во дворе воцарилась тишина. Только редкий скрип снега под сапогами напоминал, что один из мужчин всё ещё здесь. Он возился в доме, чем-то гремел.

Я напрягла слух.

Ни шагов, ни голосов поблизости. Момент для побега казался идеальным. Я подхватила волчонка за шкирку и спустилась по скрипучим доскам, прислонённым к чердаку. Волчонок весь сжался, когда лапки коснулись снега. Мы пробрались к грузовику, прижимаясь к стенам сарая.

Снова схватив Арсена за шкирку, я подпрыгнула, вцепилась когтями в торчащую из борта доску и рывком забралась в кузов.

Здесь пахло влажным деревом, железом и сыростью.

С одной стороны лежали аккуратно стянутые ремнями связки досок — ровные, пахнущие свежей смолой. С другой стояли пустые ящики, похожие на те, в которых в сарае хранились продукты. Между ними оставался узкий проход.

Я подтолкнула Арсена за ящики. Он забился в угол и прижал уши. Только глаза настороженно блестели в полумраке. Когда я легла рядом, он прижался ко мне всем телом и облегчённо вздохнул.

Снаружи нас не было видно. Мы были готовы к отъезду. Лежали тихо, почти не дыша.

Где-то неподалёку похрустывал снег — мужчина вышел во двор.

Потом хлопнула дверь. Он снова вошёл в дом. Я затаила дыхание, прислушиваясь к каждому звуку.

Прошло несколько долгих минут. Дверь снова скрипнула. Мужчина вышел. Но теперь к знакомым запахам примешивался новый — резкий, едкий, с металлической горечью, порохом и машинным маслом.

Зверь внутри узнал его мгновенно.

Ружьё.

Мышцы свело от напряжения, будто по ним прошёл электрический разряд. Я прижала уши, наклонилась и коснулась мордой головы Арсена:

Будь готов бежать.

Он понял, тут же поднялся намаленькие лапы. Шерсть на его спине слегка вздыбилась, дыхание стало прерывистым.

Я слышала, как быстро колотится его сердце.

Шаги приближались.

Мужчина обошёл грузовик, тяжело ступая по снегу, подёргал ремни и недовольно пробормотал:

— Надо бы подтянуть.

Звякнул металлический крюк.

Натянулась верёвка.

«Только не залезай сюда…» — безмолвно взмолилась я.

Если он просто сядет в кабину и уедет, всё будет хорошо. Мы переждём дорогу и исчезнем.

Кузов качнулся под тяжестью его тела. Мужчина забрался внутрь. И сразу увидел нас. На долю секунды мы оба застыли. В его глазах сначала мелькнуло недоумение. Потом страх.

Он вскинул ружьё к плечу, и сталь тускло блеснула в полумраке. Чёрное круглое дуло уставилось прямо мне в морду. В груди поднялся звериный рык.

Всем телом я чувствовала дрожащего за моей спиной волчонка.

Время словно остановилось.

Мозг лихорадочно просчитывал расстояние.

Если прыгнуть вперёд — успею?

Или его палец окажется быстрее?

Я увидела, как дрогнули его руки.

«Горло, — прошептал внутренний голос. — Рви горло».

Всё во мне рвалось наброситься на мужчину.

Ещё миг — и клыки сомкнулись бы на его шее.

Но я знала: если прыгну ему на грудь, он, скорее всего, успеет нажать на спуск.

Один выстрел — и пуля уйдёт в угол.

Туда, где за моей спиной жался к полу Арсен.

Выбор занял меньше одного удара сердца.

Подавив желание вцепиться мужчине в глотку, я рванула вперёд.

Прямо ему под ноги.

Глава 7

ГЛАВА 7

Волчица

Решение заняло меньше секунды. Прыжок — не вверх, а вниз.

Я вцепилась зубами в ткань его штанов там, где удар особенно чувствителен для любого мужчины. Какое-то смутное воспоминание подсказало: это самый быстрый способ обездвижить его. Он вскрикнул, рвано и сипло выдохнул и замер, хватая ртом холодный воздух.

Едкий запах мочи ударил в нос. Я невольно стиснула зубы ещё сильнее, слыша, как мужчина застонал от боли, и одновременно зарычала Арсену:

— Беги!

Краем глаза я уловила движение: маленькая тень метнулась из кузова и скрылась за бортом. Мужчина почти не сопротивлялся — шок и боль сковали его тело. Он торопливо отвёл ружьё в сторону и бросил его на доски, будто боялся случайного выстрела. Я оттесняла его к холодному металлическому борту, ощущая, как он дрожит. Мужчина выставил перед собой согнутые в локтях руки, пытаясь перекрыть мне доступ к лицу и горлу, и бормотал что-то бессвязное, больше похожее на жалобное поскуливание, чем на слова. Я лишь громче зарычала.

Его дыхание становилось всё более рваным, а потом глаза его вдруг закатились и тело обмякло. Он сполз по борту грузовика и бессильно осел на пол.

Я не сразу поняла, что произошло. Сердце бешено колотилось, кровь стучала в висках. Я осторожно приблизила морду к его лицу и обнюхала. Он был жив, но едва дышал. Кажется, он потерял сознание.

Я медленно отступала, шаг за шагом, не сводя с мужчины глаз и готовая снова броситься на него при малейшем движении. Его веки оставались закрытыми, губы побелели, дыхание стало поверхностным и очень слабым. Но он всё ещё был жив, а значит, опасен.

Я спрыгнула с кузова в снег и втянула воздух. Повернув голову в ту сторону, где скрылся Арсен, тихо зарычала, подзывая его. Из-за дровника осторожно выглянула маленькая тёмная фигурка и потрусила ко мне.

Я петляла между постройками, замирала в тени и старалась не выходить на открытые участки снега. Арсена несла в зубах. Его тёплое тельце казалось чуть тяжелее, чем раньше. То ли он подрос, то ли за последние дни наконец немного отъелся и набрал вес.

Позади остались двор с грузовиком, запахи людей, масла и металла. Я не оглядывалась, полностью доверившись инстинктам: петляла, бежала зигзагами, уходя всё глубже в лес.

Вскоре снег под лапами стал рыхлее, в нём всё чаще попадались ветки и сухая хвоя. Где-то вдали глухо прогудел двигатель, и я прибавила ходу. Бежала на пределе возможностей, чувствуя, как лапы вязнут в снегу, а мышцы горят от напряжения. Остановилась только тогда, когда лес начал редеть.

Я осторожно выглянула из-за деревьев. Впереди открывалась развилка. Ни людей, ни машин не было видно — только укатанный снег и широкие колеи от шин.

Слева дорога уходила в густую чащу, а справа расходились ещё три, ведущие в разные стороны.

Я выбралась на небольшой пригорок у кромки леса, откуда дорога хорошо просматривалась, легла животом на снег и аккуратно положила Арсена перед собой.

Он сладко зевнул — так широко, что я увидела розовую пасть до самого горлышка и крошечные, но уже острые зубки. Потом он встрепенулся, повёл ушами и уставился на меня серьёзными жёлтыми глазами. Его взгляд без слов спрашивал: что дальше?

Мы пролежали на насыпи больше часа. Я время от времени поднимала морду, прислушиваясь к далёким звукам, но дорога молчала.

Арсен скучал. Первый час он терпеливо ждал, свернувшись клубочком у моих лап, но долго сидеть спокойно не смог. Сначала положил на меня передние лапки. Потом начал карабкаться на меня, как на горку, цепляясь за мех. Забравшись мне на спину, он победно заскулил, подёргал шерсть на моём загривке, а потом осторожно прикусил кончик моего уха.

Я дёрнула головой и негромко зарычала — предупреждающе, но без злости.

Волчонок соскочил, обежал меня и, сияя глазами, лизнул прямо в нос. Я едва удержалась, чтобы не фыркнуть. В его взгляде сверкало чистое озорство, язык был высунут, а сам он буквально дрожал от переизбытка энергии. Так и не успокоившись, Арсен снова обежал меня и опять принялся карабкаться мне на спину.

Я встряхнула плечами, и он скатился прямо в снег, отфыркиваясь и восторженно тявкая. Я ткнулась носом ему в мордашку, слизывая снежинки.

И тут услышала едва уловимый низкий гул мотора.

Я подняла голову и навострила уши. Арсен тоже замер.

Вскоре на повороте показался серый силуэт. Это был тот самый грузовик, в который мы пытались забраться утром. За рулём сидел пожилой мужчина в тёмной шапке.

Я дождалась, пока машина проедет немного вперёд, и, убедившись, что нас не заметили, поднялась. Арсен всё понял без слов: мы снова бежим.

Я мчалась по лесу в том же направлении, что и грузовик. Это было непросто: деревья стояли густо, приходилось лавировать между стволами и корягами. Я боялась потерять машину из виду, особенно на развилках, и каждый раз сердце сжималось от одной мысли: вдруг он уже свернул, а я не успела заметить куда?

Но нам везло. Дорога, по которой двигался грузовик, была частично занесена сугробами. Колёса вязли в снегу, машина шла медленно, тяжело, временами буксовала, пробивая себе путь. Благодаря этому я успевала догонять её и даже делать короткие передышки, когда грузовик в очередной раз застревал.

Лапы уже подламывались. Я понимала: ещё немного — и тело сдастся, несмотря на редкие остановки.

Солнце поднялось высоко, когда грузовик наконец выехал на основную трассу. Там дорога была ровнее, утрамбованная машинами, и водитель сразу набрал скорость. Двигатель взревел, колёса начали разбрасывать мокрый снег и грязь.

Я сделала ещё несколько отчаянных прыжков, но быстро поняла: бесполезно.

Грузовик уходил всё дальше, растворяясь в серой полосе горизонта.

Я остановилась, тяжело дыша. Пар вырывался из пасти густыми клубами, лапы дрожали, как у загнанного зверя.

Арсен спрыгнул на землю, вытянул шею и смотрел вслед машине, будто надеялся, что она всё-таки остановится.

Я мягко ткнулась в его мордочку, поймала щекой тёплое дыхание и легонько подтолкнула носом, успокаивая.

Мы всё равно найдём дорогу, малыш.

Глава 8

ГЛАВА 8

Волчица

Я легла на снег, позволяя себе немного передохнуть. Воздух обжигал лёгкие, а сердце стучало так громко, что, казалось, его слышал весь лес. Арсен тут же прижался к моему боку.

Я подняла голову и посмотрела вдоль трассы.

«Туда, — решила я. — Пойдём вдоль дороги».

Немного отдохнув, мы двинулись дальше. Я держалась подальше от трассы, в тени лесополосы, двигаясь параллельно дороге. Редкие машины проносились мимо с рёвом, оставляя за собой клубы выхлопов и короткое эхо. Там, где лес редел и идти становилось легче, Арсен шагал рядом со мной. Когда же снег оказывался слишком глубоким, он быстро уставал и снова повисал у меня в зубах — маленький, тёплый и полусонный.

Первый день я выдержала на одном упрямстве. Слизывала лёд с веток, а ближе к вечеру поймала для Арсена грызуна. Потом мы напились из ручья и нашли укрытие под вывороченными корнями старой ели. Там и заночевали, тесно прижавшись друг к другу.

На второй день я уже едва держалась на лапах. Силы возвращались всё медленнее, поэтому привал пришлось устроить раньше обычного. Мы углубились в лес, и вдруг я почувствовала нечто странное.

Сначала внутри шевельнулась тревога — дрожь охватила всё тело. Затем я уловила густой, насыщенный запах и резко остановилась.

«Оборотни», — всплыло в голове, будто кто-то произнёс это слово за меня.

Оставив Арсена под елью, я обошла ближайшие сосны по кругу, проверяя, нет ли кого-нибудь поблизости. Запах успел выветриться, но даже от его слабого остатка шерсть на загривке поднялась дыбом. Судя по следу, оборотни проходили здесь давно. Теперь вокруг стояла полная тишина: ни шагов, ни шороха, ни малейшего движения между деревьями.

И всё же остаться я не решилась. Инстинкты настойчиво предупреждали: оборотни опасны.

Я вернулась к Арсену. Заметив мою настороженность, он испуганно задрожал.

— Пошли, — прорычала я.

Подхватив его за шкирку, я поспешила прочь.

Вскоре мы вышли к развилке. Две дороги расходились в разные стороны, а я не знала, какую выбрать: левую или правую. Усталость сковала тело, и я решила, что разберусь утром.

В лесу нашлось старое дупло у основания огромного дерева, устланное сухим мхом. Мы забрались внутрь. Было тесно, зато тепло. Арсен свернулся клубочком под моей шеей и почти сразу уснул.

Я же долго не могла сомкнуть глаз. Всё думала о чужом запахе и пыталась понять: если где-то рядом живут другие оборотни, означает ли это опасность или, наоборот, спасение?

Утро встретило нас крепким морозом. Дерево, под которым мы ночевали, потрескивало от холода, ветки покрылись инеем. Я осторожно выбралась из дупла, стараясь не разбудить Арсена.

Первый вдох свежего воздуха обжёг лёгкие. Запах показался резким и терпким. Я втянула его глубже — и в следующее мгновение внутренний голос загремел в голове, словно удар гонга:

«Альфа. Опасность. Смерть».

Все мышцы мгновенно напряглись. Теперь я отчётливо чувствовала его запах — густой, сильный, подавляющий, словно метка хищника, которому принадлежала эта земля.

И он находился слишком близко.

Не раздумывая, я нырнула обратно в дупло и схватила спящего Арсена за шкирку. Он пискнул, распахивая глаза.

— Тихо. Держись, — прорычала я и выбралась наружу.

Запах становился всё сильнее, будто хозяин этих лесов явно кружил неподалёку. Сердце колотилось, как барабан. Я прижала уши, крепче перехватила Арсена и сорвалась с места. Снег полетел из-под лап, ледяной воздух резал горло, но инстинкт кричал только одно: беги, спасайся.

Я мчалась сквозь лес, петляя между деревьями. Ветки хлестали по бокам, оставляя мелкие царапины. Я слышала лишь собственное хриплое дыхание и стук сердца, отдававшийся в висках.

Добравшись до развилки, я выбрала дорогу, по которой почти не ездили машины. Дорога вела вглубь леса.

Позади хрустнула ветка и я рванула вперёд, лавируя между стволами, перепрыгивая через валежник и проваливаясь в снежные ямы. Сердце грохотало, тело работало на пределе, но хруст за спиной становился всё ближе.

Я петляла, резко меняла направление, уходила с тропы, но преследователь будто заранее знал, куда я поверну. Словно чувствовал меня.

За спиной раздалось злобное рычание.

Из-за деревьев вылетел огромный серебристо-белый волк с горящими жёлтыми глазами. Он врезался в меня всем телом, сбивая с лап.

Арсен вылетел из моей пасти и слабо пискнул.

— Беги, волчонок! — вырвался у меня рваный хрип. — Беги!

Мы покатились по снегу. Белый волк навалился сверху, когти вонзились мне в плечи. Его морда, перечёркнутая уродливым шрамом, приблизилась к моей шее.

Он глубоко вдохнул мой запах.

И вдруг замер.

Одно мгновение.

Второе.

Третье.

Я дёрнулась, пытаясь вырваться, и он словно очнулся. Взревел, будто раненый, а я извернулась и вцепилась зубами ему в щёку.

Он зарычал и отшвырнул меня в снег, словно тряпичную куклу.

— Урод! — сдавленно прохрипела я. — Отвали!

Белый волк снова бросился ко мне. Я ощетинилась, клыки клацнули в воздухе. Он остановился и начал кружить рядом, тяжело дыша. Его взгляд метался по моей морде и телу, словно он искал уязвимое место.

Когда он прыгнул, я была готова и успела откатиться. Волк промахнулся и с треском врезался в ствол сосны.

Он взвыл от ярости, но почти сразу снова медленно двинулся ко мне, пригибаясь к земле. В жёлтых глазах пылала ненависть.

Я отступала, пятясь, и помнила, что позади овраг. Ещё один шаг — и я сорвусь вниз.

Прижавшись к земле, я приготовилась к прыжку. Оставался единственный шанс: вцепиться ему в горло и ранить достаточно сильно, чтобы задержать. Тогда Арсен успеет уйти подальше.

Но белый волк оказался быстрее.

Он сбил меня с лап и вдавил в снег. Я забилась, пытаясь вывернуться, но его когти полоснули по бокам — больно, хотя и не смертельно.

Клыки сомкнулись на моём загривке.

Я чувствовала, как он дрожит от ярости. Я дёрнулась, взбрыкнула, попыталась вывернуться, но чем сильнее я сопротивлялась, тем глубже впивались зубы.

По шее потекла горячая кровь.

Г

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.