- -
- 100%
- +
– Ты – козел, Мартин! – Саманта еле сдерживала слезы. Мне было глубоко наплевать на это. Я взял телефон с тумбы и вышел из комнаты. Найти выход мне удалось сразу, так как здесь я частенько бывал. Ну, или ночевал.
На улице было прохладно. Похоже, ночью был небольшой дождь. Воздух приятно пах свежестью. Я вспомнил, что мотоцикла рядом явно нет. Пришлось поймать такси и добираттся до дома.
– Алло, Тони! – я громко прокричал в трубку. Водитель подозрительно покосился на меня. – Черт возьми, почему я уехал с Самантой?!
– Эй, дружище! Успокойся и не кричи. И без тебя голова болит. – Тони ответил мне охрипшим голосом. – Сэм сама вызвалась тебя отвезти, так как ты был не в том состоянии, чтобы ехать самостоятельно. И вообще, наколько я помню вы же встречаетесь.
– Мы не"встречаемся"! Мы просто спали пару раз вместе. Это все меняет. – за окном показались знакомые дома. Через пару минут мы подъедем к дому. – Ладно, где мой байк?
– Он на парковке возле клуба. Я заплатил пареньку, что там работает. Он подгонит его к дому.
– Хоть здесь ты не оплашал! – я проговорил это с язвительной усмешкой.
– Слушай, я ведь не виноват, что эта девчонка может манипулировать тобой под действием наркоты! Просто отстань от меня, хорошо?
– Мне нужен порошок сегодня. – я слегка понизил тон. Не хватало мне еще, чтобы этот старик кому – то настукачил.
– Я могу привезти его к тебе. Но твоя мамочка врят ли будет рада видеть у себя во дворце слегка подвыпившего мулата с кучей татуировок и пирсинга.
– Я тебя понял! Когда я могу к тебе подойти? – я оставил водителю сотню и вышел из машины.
– Подъезжай к шести. Я как раз буду дома. Мне нужно встретиться с отцом в ресторане.
– Ясно. Будешь послушным сыночком сегодня? – я усмехнулся про себя.
– Катись к черту! Будто твоя мамочка не такая. Я более чем уверен, что она даже хуже моего отца. – я мог бы посчитать это за шутку, но, к сожалению, это была правда. – Ладно, мне пора. Встретимся вечером тогда. – он не дождался моего ответа и бросил трубку. Я посмотрел на трехэтажный особняк и тяжело вздохнул. Этот дом был для меня любимым и ненавистным одновременно.
Входная дверь открылась и наружу вышла мама. Признаться, вид у нее был устрашающим. В глазах блестели искры гнева. Она стояла и внимательно смотрела на меня, скрестив руки на груди. Я хотел пройти мимо нее, но она не дала мне этого сделать.
– Где ты был? – голос звучал отстраненно.
– А тебя это разве волнует? По – моему нет, так что оставь меня в покое. – я зашел в дом, но от ее расспросов не избавился.
– Ответь на мой вопрос! Ты снова шлялся по клубам, да?! Я права?!
– Да ты уже и прорицанием занялась! – я стал громко хлопать. Эхо от этого стало раздаваться по всему дому. Странно, что дворецкий еще не вышел на шумок.
– Когда ты прекратишь это? Ты же болен.
– Так это же отлично! Избавишься от позора семьи. – я стал говорить все, что в голову приходило. Мне нужно было сорваться на ком – то. И этот кто – то – моя мама. – Просто отстань от меня, хорошо?
– Как ты можешь говорить такие слова? Ты – единственое, что осталось у меня. – я хотел было еще что – нибудь накричать, но ее спас звук снаружи. Должно быть, мой байк привезли. Я прошел мимо матери и вышел на улицу. Снаружи стоял какой – то подросток. Я оставил ему деньги и сел на мотоцикл. Мать стояла возле двери и ничего не говорила. Я знаю, ей хотелось бы видеть примерного мальчика, а не распсихованного наркомана. Но это даже к лучшему. Пусть полностью разочаруется во мне. Тогда и потеря второго сына не будет такой тяжелой.
Глава пятая
Я весь день проездил по городу на мотоцикле, пытаясь хоть как – то унять бушующую ярость во мне. Всю дорогу я вспоминал последний разговор с матерью, дни, проведенные с Томасом. Но от этого мне становилось еще хреновее. Хотелось сорваться на ком – то и выплеснуть всю ярость наружу.
К шести часам я слегка успокоился и подьехал к дому Тони. Конечно, он не жил в особняке как я, но шикарные апартаменты в одном из дорогих районов Лос – Анджелеса все же имелись. Тони жил на двадцать третьем этаже, где его квартира занимала всю площадку. Так как эта квартира была подарком на его двадцатилетие, он уже около пяти лет жил один. Каждый день к нему приходили уборщицы, которые убирали весь тот бардак, который он умудрялся устроить за один вечер. Интересно, как они еще и кокаин не нашли в квартире. Должно быть, он слишком хорошо его прячет, так как иногда и сам не может найти.
Я прошел мимо старенького консьержа, который уже прекрасно знал меня. Я здесь частый гость. Мне нравилось, что Тони живет независимо от своего отца. А мне приходилось жить в огромном пустующем склепе с истеричной матерью. Единственное, что меня там держит – это студия брата. Я не хочу менять место, где он рисовал свои картины. Конечно, художник из него был никудышный, но он правда старался. Теперь там иногда рисую я. Краски и кисти порой помогают мне забыться лучше любого кокса.
Я поднялся на лифте и постучал в дверь. Тони открыл не сразу, сперва за дверью послышался ужасный грохот, а после долгие маты. Должно быть, ему снова помешала собака.
– Привет, Чейз! – парень стоял в черном костюме и слегка приспущенном галстуке.
– Снова Макси под ногами ходит? – я прошел в квартиру и стал искать глазами собаку.
– Черт бы его побрал! Я чуть нос не сломал из – за него!
– Я говорил, что ты его слишком избаловал. Нужно было сразу посадить его на цепь. – с кухни ко мне подбежала огромная немецкая овчарка. Он прыгал возле меня, вытащив свой слюнявый язык. Я погладил его за ухом и посмотрел на друга.
– А тебе идет костюм. Ты становишься таким…брутальным. Знаешь, как бизнесмены с обложки журналов.
– Отстань! Меня сейчас стошнит от этого костюма. Я еле как выдержал, сидя с отцом.
– Кстати, как все прошло? – я решил спросить просто так. На самом деле мне было глубоко наплевать, у меня и у самого жизнь не сахар.
– В начале все было нормально. Он спрашивал как я проживаю свою никчемную жизнь. Но под конец он завел тему о моих расходах. Там оказалось намного больше, чем положено. – Тони почесал затылок, вспоминая свой разговор с отцом. – Это из – за нового товара. Я купил черезчур много. Отец сократил мои месячные расходы, и кажется догадывается насчет наркоты.
– Ты мог бы сказать мне, когда покупал товар. Я бы сразу отдал деньги за свою долю. – я присел на спинку дивана.
– Можешь попозже отдать. Сейчас они мне пока не нужны.
– Как ты отвязался от отца?
– Сказал, что накупил шмоток своей девушке.
– И он поверил? – я не смог сдержать усмешки.
– А ты сомневаешься, что у меня может быть девушка? – он вопросительно приподнял брови.
– Если только те дешевки с клуба. На большее ты не способен. – я пожал плечами. Никогда не любил врать и говорить в утешение всякую чушь.
– Я ведь могу тебя без кайфа оставить! – Тони пригрозил пальцем.
Я промолчал и стал рассматривать все вокруг. Его квартира всегда меняется. В общем, мебель все та же, но ее места всегда меняются. Тони никогда не любил постоянность. Он всегда экспериментирует, как с домашней обстановкой, так и с видами наркотиков. Хотя, сравнивать эти две вещи даже смешно. Тем более, когда одна из них может в любой момент тебя убить.
– Новый товар у тебя с собой? – я посмотрел на друга, который снимал с себя рубашку. На его спине была огромная татуировка с черными крыльями. Это была его первая татуировка, которую он сделал в девятнадцать лет. Он тогда орал на весь салон, спугивая пришедших клиентов.
– Не знаю. Вроде бы я оставлял здесь немного. А что, понравилось качество? – он усмехнулся и на глаза бросились его два золотых зуба, которые он вставил прошлым летом.
– Я не поеду домой. Хочу остаться сегодня здесь. – я разлегся на диване и скрестил руки на груди.
– Ладно, оставайся. – Тони надел свою черную футболку. – Я наверное тоже останусь дома. Вчерашняя девица достала меня со своими расспросами. Черт, стоило с ней переспать, так я уже ее парнем стал!
Я невольно вспомнил Саманту, с которой успел поругаться с утра. Она ведь тоже всегда так считает. Похоже, все так считают. Интересно, почему?
– Эй, ты меня слышишь? – я, кажется, слишком долго не отвечал. – Планы меняются. Мне нужно кое – куда смотаться. Ты как, поедешь со мной? Нужно разобраться с парой конкурентов.
– Нет, я не поеду сегодня. Лучше оставь мне все необходимое и езжай сам. Мне просто нужно отключиться.
– Ты уже второй день подряд хочешь отключиться. Что – то серьезное произошло, да? – я посмотрел на него и закатил глаза, давая понять, что не дам ему ответов. – Ладно, не хочешь не говори. Я оставил все на тумбе возле кровати. Да, и не забудь дать корм псу.
– Хорошо. – собака подбежала и завиляла хвостом, будто чувствовала, что разговор идет о ней.
Тони сразу же ушел, прихватив пакетик с белым порошком. Я решил сразу же покормить собаку, так как после наркотиков мне будет не до нее. Она прыгала рядом и ожидала своей порции удовольствия. Странно, как мало им нужно, чтобы быть счастливыми. Стоит лишь кинуть им порцию вкусного корма, так их глаза сразу же горять живым огоньком.
– Макси! Похоже, ты веришь в сказочную жизнь! – я покладил его по спине. Макси внимательно слушал меня, будто понимал все, что я говорю. – Жизнь – это сказка… Черт возьми, это даже звучит глупо! – я встал возле окна и смотрел на улицу. С высоты птичьего полета все казалось таким крошечным. Люди здесь будто муравьи. Стоит посильнее нажать и ты лежишь просто – напосто раздавленный. Это ведь не похоже на сказку?!
Я довольно быстро нашел все нужное. Удобно устроился на диване и все подготовил. Оставался один шаг к полному забытию. Два небольших вдоха и все. Я взял свернутую купюру и нагнулся над белым порошком. По телу пробежал табун мурашек. Вот мое лекарство, которое еще никогда не подводило меня. Я стал чувствовать слабость, ноги уже перестали меня слушать. Еще пара секунд и я растворюсь в темноте.
Мне стало так хорошо, что я даже не почувствовал, как из носа начала идти кровь. Она попала на мою одежду, на пол. Собака сидела рядом и внимательно наблюдала на мной. Вместо той легкости, которую я испытывал, пришла какая – то тяжесть. Внутри будто все сжималось. Я стал задыхаться, а кровь все не переставала идти. Мне нужно было умыться, да, тогда мне станет легче! Я кое – как встал и дошел до ванной. Но включить кран мне так и не удалось. Голова сильно закружилась и я упал на холодный кафель, не видя ничего вокруг. Только кромешная тьма… Последнее, что я услышал – это голос мамы…
"Чейз!…"
Глава шестая
Вы когда – нибудь ощущали то, как вас вытягивают из цепких рук смерти? Чувствовали, как она не хочет вас отпускать, но у нее не хватает на это своих сил и в итоге просто сдается и снова дает вам время на никчемную жизнь? Похоже, такое редко с кем случается. Не у всех же такая сумасшедшая мать, которая прибежала искать своего сына посреди ночи.
– Джордж, как он? – я отдаленно слышу обеспокоенный голос матери.
– С ним все нормально, Лили. Нам вовремя удалось отчистить его организм от наркотиков. – слышу громкий вздох мамы. Должно быть, она все еще не может смириться с моей зависимостью. Второй голос кажется таким знакомым, но я никак не могу понять, кому он принадлежит. Такое чувство, будто мою память за неделю стерли, оставив лишь кое – какие кусочки.
– Я не понимаю, почему он это делает?! Господи, он так огорчает меня! – похоже, она плачет, но я все еще не могу найти сил, чтобы открыть глаза. – Все это ускоряет прогрессирование болезни, да?
– …Да! – человек, говорящий с мамой тяжело вздыхает. – Опухоль начал расти быстрее. Если не начать…
– Так начинай лечение! Прямо сейчас! – голос матери звучит устрашающе. Пытаюсь представить перед собой ее выражение лица.
– Лили! Я не имею права начинать лечение, пока он не даст свое согласие.
– Его даю я! Я ведь его мать! Так что…
– Ему двадцать пять, Лили! Ты уже давно не в ответе за него! Он должен сам согласиться. – черта с два! Я не намерен соглашаться. Она это прекрасно знает, и пусть смирится с моей предстоящей смертью.
– Но ведь он не согласится! – ее голос срывается на тихий шепот. – Ты же слышал его тогда. Он такой же как и его отец и брат, если решил так, то его уже не переубедить.
– Если ты хочешь, чтобы он жил, то сделай все, чтобы он согласился. Даже если он согласится под давлением, то сомневаюсь, что лечение пройдет удачно.
– И что мне делать?
– Заставь его полюбить жизнь. Найди для него нужный ориентир, которому он мог бы следовать не оглядываясь назад, ища смерть.
– Я не знаю, Джордж! Его единственным ориентиром был Томас. Теперь он будто хочет поскорее присоединиться к нему. – я пытаюсь открыть глаза, чтобы посмотреть на них, но они все еще не открываются. Будто на глазах лежит свинцовый камень, который никак не отодвинуть.
– Мне нужно идти. Думаю, Чейз еще долго проспит, так что ты можешь пойти домой и переодеться. – проспит?! Черт возьми, да я вас сейчас слышу! Как это вообще понять?!
– Нет, я останусь здесь. Мне нужно знать, что с ним больше ничего не случится! – чувствую, как она села рядом и взяла мою руку в свою. Они такие горячие, по сравнению с моими.
– Как хочешь! Тогда я пойду. – раздается слабый хлопок двери и вокруг воцаряется тишина.
– Зачем? – я не могу понять ее. – Почему ты губишь себя? Неужели ты не понимаешь, что мне больно смотреть на тебя такого?! Верни мне моего милого мальчика Чейза! – она пости шепчет это. Из нее вышла бы неплохая актриса. – Боже, я даже не знаю, слышишь ли ты. Это так глупо. – чувствую, как она смеется над собой. Это далеко не глупо, мама. Я и вправду слышу тебя. Но как же я хочу не слышать!
– Извините, мне нужно…– слышу чей – то женский голос.
– Да, да, конечно! Мне выйти? – мама встает с места. Я понятия не имею, что происходит.
– Нет, можете остаться. Я только введу препарат и все.
– А что это? Это не опасно для его здоровья? – интересно, с каких пор ты стала так волноваться?
– Нет, это сильнодействующее снотворное. Доктор Пейн говорит, что во сне организм будет усерднее бороться с болезнью. – мне кажется, или эта девушка слишком медленно говорит? Я начинаю ощущать некую усталость. Если бы сейчас мои глаза были открыты, то я их точно закрыл бы. Должно быть, это все еще действие наркотиков. Я вроде бы и не сплю, но весь организм просто парализован, так же как голос и глаза.
– Он еще долго проспит? – слышу голос матери издалека, будто какое – то эхо.
– Думаю, да. Вам лучше отдохнуть. – слышу слабый стук закрывающейся двери.
Я пытаюсь уловить хоть один звук, но все бестолку. Разум просто – напросто засыпает, не подчиняясь моим требованиям. Наконец, я полностью отключаюсь и перехожу в сон. Я понял это, потому что увидел Томаса. Он улыбается мне самой яркой улыбкой.
Перед глазами возникли моменты из детства. Да, я помню этот день! Отец впервые учил нас кататься на велосипеде. Тот же дом, те же деревья в саду. С тех пор мало, что изменилось. Дом стоит на том же месте, деревья тоже. Изменилось лишь количество людей и счастья в доме. Этого уже никогда не вернуть.
– Томми, держи руль крепче! – голос отца всегда звучал грозно. Но в его голосе все равно можно было почувствовать любовь и заботу. – Осторожно! Попытайся в этот раз не врезаться в дерево!
Вижу, как Томас едет на велосипеде и слегка сворачивает на край дороги. Он что – то кричит нам, но из – за сильного ветра трудно что – либо услышать. В итоге, он все – таки врезается в дерево и падает. Мы с отцом бежим к Томасу, но он даже не плачет. Я всегда завидовал ему. Он был отличным братом, примерным сыном и самым добрым человеком в мире. Он всегда находил хорошее во всем. Наверное, это у него от папы.
– Эй, Чейз! – картинка сменяется и на смену прежней приходит другая. Теперь мы уже довольно взрослые, возможно, больше двенадцати. Томас разбудил меня в три часа ночи, чтобы показать свою первую законченную картину. Хотя, картиной – то ее не назовешь. Простые пятна краски на белом полотне. Но Томас говорит, что это море. Я соглашаюсь с ним, так как очень хочу спать. Его улыбка снова такая яркая.
Все снова меняется, и теперь уже мы сидим на крыше дома. Смотря на звезды, я пытаюсь запомнить хоть одно созвездие, но все бестолку. Интересно, откуда Томас о них знает?!
– Видишь вон ту? Это – Большая медведица. А там расположено созвездие "Персей". Оно похоже на "У".
– Я все равно ничего не вижу! Как ты вообще их запоминаешь?! – я сижу рядом с ним и ворчу.
– Верь в сказки! Они повсюду. Поверишь в сказки, узнаешь какого это!
– Жизнь – это сказка? Ты всегда так говоришь.
– Да. Я рад, что ты запомнил. Всегда следуй этому правилу. – я долго смотрю на Томаса.
Теперь перед глазами белая комната. Похоже, здесь никого нет. Хотя, в далеке появляется чей – то силуэт. Это та девушка, с которой я познакомился в больнице. Она умерла? А теперь хочет забрать меня с собой.
– Привет, Чейз! – почему все, которых я встречал, так улыбаются?! – Хочешь, я поведу тебя в сказку! – она протягивает руку. Но взять ее не успеваю, вокруг все темнеет и я перестаю что – либо видеть и чувствовать. Должно быть, лекарства ускорили свое действие. Я больше ничего не вижу и проваливаюсь в кромешную тьму.
Глава седьмая
Я лежу в этой гребаной больнице уже целых четыре дня. Для меня даже специально оборудовали VIP – палату! Неужели они подумали, что из – за этого я захочу здесь лежать и принимать лечение?! Это же глупо. Хотя, от моей матери можно всего ожидать.
– Мистер Мартин! Вам нужно принять лекарства. – молодая медсестра быстро вбежала в палату.
– Я не собираюсь принимать ничего! Я говорил это и вчера! Может вам другим языком объяснить? Поверьте, я могу объяснить вам это на трех языках сразу! – я смотрел на нее хмурым взглядом. Ее первоначальное выражение лица, где читалась уверенность и властность, стала потихоньку исчезать, а на ее место пришел некий страх и растерянность. Я был весьма доволен произведенным эффектом.
– Доброе утро, Чейз! – в палату зашел доктор Пейн. Только его мне не хватало! От этого я не сдержался и закатил глаза. – Вижу, ты снова не хочешь принимать лекарства?
– Раз уж видите, то зачем же спрашивать? Я думал вы здесь самый лучший доктор. Как жаль! – я поудобнее разлегся на подушке.
– Доктор! Он… – медсестра хотела было что – то сказать против меня, но ее перебили.
– Вы можете идти. Я сам поговорю с мистером Мартином. – доктор положил обе руки в карманы халата. Девушка, тяжело вздохнув, вышла из палаты.
– У меня нет ни капли желания с вами болтать! – я стал смотреть на телевизор позади доктора.
– Я не стану насильно тебя заставлять. Просто…ответь мне на один вопрос! – он сел на стул рядом с кроватью. Честно сказать, меня удивили его слова. Я вопросительно посмотрел на него.
– Что вы намерены спросить? Если это насчет моей матери, то это мое личное дело.
– Нет, я не об этом. Когда ты стал принимать наркотики? – да этот доктор просто мастер застигать людей врасплох! Я смотрел на него с таким удивлением, и не мог ничего ответить.
А что мне сказать?! Сказать, что начал только недавно и из – за неопытности слегка переборщил дозу? Или все же признаться ему, что я уже много лет как "наркоман со стажем"? Боже, это даже представить смешно! Я даже не знаю, как будет выглядеть его лицо после этого.
– Итак, ты мне ответишь? – я посмотрел ему в глаза и усмехнулся.
– Я…я не помню! – мой взгляд бегал по всей комнате. Только лишь бы не смотреть на этого надоедливого доктора.
– Не помнишь? То есть очень давно? – черт, почему он просто не отстанет от меня?!
– Да не помню я! Что здесь не понятного?! – внутри меня снова закипала злость.
Странно, но он просто встал с места и молча вышел. Никаких принуждений принять таблетки, никаких наставлений или предложений. Ничего! Черт, этот доктор и вправду странный.
Я со злости толкнул поднос с лекарствами. На полу образовалась небольшая лужица из – за воды в стакане. В палату тут же забежала испуганная медсестра. Наверное, меня здесь считают за психа.
– Что вам нужно?! Что вам всем от меня нужно?! – мне хотелось хоть на ком – то сорваться. Пусть и на этой бедной медсестре, которая сейчас смотрит на меня, как на дикого зверя.
– Мистер Мартин, прошу успокойтесь! Мне придется позвать доктора и предпринять меры. – она пытается выглядеть сдержанной, но глаза выдают, как страх поглощает ее целиком и полностью. Я люблю это. Люблю, когда на меня смотрят со страхом в глазах. Когда меня боятся и не могут подойти.
– Просто…просто оставьте меня в покое! Не подходите ко мне!
Девушка уже больше не могла ничего говорить. На глаза навернулись слезы и она просто выбежала из палаты. Я не мог успокоиться и все еще тяжело дышал. Дверь снова открылась и я уже собирался крикнуть, но остановился при виде удивленного лица матери.
– Чейз? Что ты здесь творишь?! – выглядела она как всегда шикарно. Деловой черный костюм, аккуратная стрижка, в меру нанесенный макияж. Мне даже стало смешно смотреть на эту постоянность. Кто бы мог подумать, что сын такой женщины страдает наркотической зависимостью, да еще и смертельно болен.
– Ничего! Просто мне не захотели принести положенную дозу кокса. – мама стала терять контроль над собой.
– Ты понимаешь, что говоришь?! Наркотики чуть не погубили тебя! Как ты можешь вообще думать теперь о наркотиках?! – она снова начала свою тираду. Похоже, некоторые черты характера у меня от матери. Например, мы оба очень быстро теряем контроль над собой.
– Знаешь, наркотики хотя бы помогали мне забыться. Уйти на время из этого никчемного мира. А самое главное, забыть о времени прожитом без брата и отца!
– Томас и твой отец никогда не захотели бы, чтобы ты пошел таким путем! Они ожидали от тебя большего, нежели какого – то никчемного наркомана! – странно, почему же никто еще не прибежал на ее крики?
– Ты понятия не имеешь, что бы они сказали! Тем более я бы не стал таким, если бы они были со мной рядом. Да я бы не стал таким, если бы ты хоть немного обращала на меня внимание! – я не знаю, что со мной случилось. Но я просто захотел все высказать ей прямо сейчас.
– Да как ты…я дни и ночи проводила на работе, чтобы хоть немного поднять начатое твоим отцом дело! От него зависело твое будущее!
– Мне не нужен этот бизнес! Ни проклятые деньги, ни чертовы акции! Черт возьми, мне просто нужна была любящая мать! Мать, которая поддерживала бы единственного сына после смерти брата. – я и сам не понял, как встал с кушетки. Мне стало слишком душно в палате. Хотелось сбежать куда – нибудь далеко.
– Чейз, я… – ну вот! Она снова начала делать из себя бедную жертву! Как же это уже бесит!
– Просто оставь меня! Так же, как ты делала это все эти годы. Занимайся компанией, заключай новые контракты. Просто забудь о том, что у тебя где – то есть сын. Уверен, у тебя это очень хорошо получится. – я подошел к двери и открыл ее. – Кстати, можешь уже и наследника подыскивать! Я уж точно не проживу долго, чтобы заниматься потом делами компании.
– Господи, Чейз… – я не захотел дальше слушать ее жалостный голос. Я просто вышел из палаты и захлопнул дверь. Наверняка она сейчас сядет на кушетку и начнет плакать, вспоминать Томаса. А может быть станет сравнивать меня с ним. Кто знает…
Я шел по коридору в больничной пижаме, весь измученный, да еще и босой. Но это мне даже понравилось. Холодный пол расслаблял меня, успокаивая после этой ссоры. Возможно, со стороны это покажется, что я избалованный трудный ребенок, которому просто нечего делать. Как бы я хотел, чтобы это было правдой. Но нет! Моя судьба мне уже стала известна, с тех самых пор, как я переступил порог этой клиники.
Спустившись по лестнице, в далеке я заметил знакомые очертания. Та девушка…Эллисон кажется! Черт, мне нельзя ее видеть. Я ведь приходил сюда в прошлый раз как посетитель, а сейчас я стою в больничной пижаме, да еще и с синяками под глазами. Возле нее идет какой – то мужчина. Должно быть, отец. Они очень похожи.
Я надеялся, что она уйдет в другую сторону и не увидит меня, но именно в этот момент они поворачиваются ко мне и я еле как успеваю спрятаться за угол стенного шкафа.