Гарантированное удовольствие [Будете довольны]

– А зачем объяснять? Вы разочарованы наступившими переменами?

– Напротив! Но все-таки становится немного не по себе, когда…

– На вашем месте я бы не стала тревожиться, мистер Белмон. Ваша жена отлично справилась с задачей. Откровенно говоря, я не ожидала, что эксперимент даст такие замечательные результаты. Мы знаем совершенно точно, какие коррективы нужно ввести в модель ТН. Причем заслуга эта всецело принадлежит миссис Белмон. И еще я должна сказать вам честно: она заслуживает полученного вами повышения гораздо больше вас.

При этих словах Лоуренс вздрогнул.

– Все равно… один из членов семьи, – пробормотал он и вышел.

Сьюзен Кэлвин проводила его взглядом.

– Питер, вы прочли доклад Тони?

– Да, притом очень внимательно, – ответил Боггерт. – Не считаете ли вы, что нужно внести в модель ТН некоторые изменения?

– Неужели и вы так думаете? – резко спросила доктор Кэлвин. – Каковы ваши соображения на этот счет?

Боггерт нахмурился.

– Да никаких. Все и так ясно – разве можно допустить, чтобы робот крутил любовь с хозяйкой?!

– Любовь! Питер, вы меня убиваете. Неужели вам не ясно? Ведь эта машина подчиняется Первому закону! Тони не мог допустить, чтобы человеку был причинен какой-либо вред, а разве может быть вред хуже, чем чувство малоценности, терзавшее Клер Белмон. Вот почему он так поступил. Какая бы женщина не сочла за самый большой комплимент для себя способность пробудить чувство любви в машине – холодной, бездушной машине? Он нарочно поднял шторы, чтобы те дамы могли увидеть, как он ее обнимает. Он знал, что браку Клер ничто не угрожает. По-моему, Тони поступил очень умно…

– Вы так думаете? Какая разница, было это сделано нарочно или нет? Как бы то ни было, результат ужасен. Прочти еще раз доклад. Она его избегала. Вскрикнула, когда он подхватил ее на руки. С ней чуть не сделалась истерика. Она всю ночь не спала. Нет, это нельзя так оставлять.

– Питер, вы просто слепы. Слепы, как была слепа и я. Мы изменим модель ТН в корне, только учтем не ваши соображения, а совсем другое. Удивительно, как это не пришло мне в голову с самого начала. Поймите, Питер: машины не могут влюбляться, но женщины могут – даже когда это безнадежно и кажется ужасным.