- -
- 100%
- +
– А знаешь, так даже интереснее, – выдохнул он, и… рывком задрал футболку, обнажая грудь, едва прикрытую кружевным бюстиком. – Мне нравится твоё сопротивление, Ладочка, это так заводит…
И тут он замер, уставившись с непонятным выражением на моё тело. А я вдруг ощутила, как кожу словно закололи сотни невидимых иголочек, осторожно опустила глаза и… Ого. Вон оно как, оказывается, работает. На животе стремительно расцветали тёмно-синие узоры, сплетаясь в причудливый рисунок, и видимо, Рыков отлично знал, что это такое. Резко отдёрнув ладони, он выпрямился, перевёл взгляд на меня. В тёмной глубине горело настоящее бешенство, красивые черты лица исказились от ярости.
– Кто. Это. Сделал? – тихим, ровным голосом спросил он, указав на узоры.
А они и не думали пропадать, и вместо того, чтобы смутиться от собственного вида, я вдруг поняла, что мне смешно. Видимо, на нервной почве, и ещё от сладостного чувства победы в моём первом серьёзном столкновении с суровой реальностью. Губы сами растянулись в улыбке, но я ничего не ответила, с вызовом вздёрнув подбородок. Нет, не дождётся. Чтобы ещё Веру Петровну попытались заставить снять с меня единственную защиту? Глаза Рыкова сузились, он скрипнул зубами, нависнув ещё ниже и буквально гипнотизируя взглядом.
– Значит, во-от как, да? – мягко произнёс он, и в его тоне слышалась неприкрытая угроза. – Думаешь, «Щит чистоты» спасёт тебя, ведьма?
Ага, теперь знаю, как называется проклятье. Красивое название. Но я молчала, напряжённая и едва сдерживающая смех, щекотавший горло.
– Я же всё равно узнаю, кто это сделал, и будь уверена, избавлю тебя от него, – пальцы Рыкова на мгновение коснулись моей щеки, но от этой ласки я едва не отшатнулась. – Ты не уйдёшь от меня, Лада, запомни это.
Длинно выдохнув, некромант осторожно, стараясь не касаться кожи, поправил футболку, потом за локоть выпрямил меня и освободил руки. Я тут же поспешно заправила одежду в джинсы, отодвинувшись как можно дальше от него, и подняла с пола упавший рюкзак. Дальше до самого города мы ехали в тишине, и если честно, меня она совершенно не напрягала. Я даже успела задремать немного. Но когда Рыков въехал в город, тут же проснулась, прилипнув к окну. Как ни удивительно, но я первый раз приезжала в столицу, бабушка никогда не брала с собой, а я и не рвалась. Мне хорошо и спокойно было в нашей деревне. А теперь, раз уж представилась возможность, почему бы не насладиться?
Спальные районы с безликими одинаковыми коробками высотных домов вскоре сменились парками, скверами, элитными постройками и торговыми центрами. Широкие улицы с яркими витринами, модные магазины, бутики, кафе, рестораны. И люди, много людей. Все куда-то спешили, от пестроты одежды рябило в глазах, мимо проносились машины. Господи, как здесь жить?! Я же заблужусь в первый же выход! Такой большой город, и ни одного знакомого в нём! Не называть же таковым Рыкова… А дома становились всё больше похожие на старинные особняки, украшенные лепнинами, коваными балкончиками, горшками с яркими цветами. Мы подъезжали к самому центру, где и находился целый квартал, принадлежащий Университету.
Машина приблизилась к воротам в высокой ограде, тоже кованой, остановилась у шлагбаума, и он тут же начал медленно подниматься – Рыков небрежно махнул пропуском перед носом бдительного охранника.
– Добро пожаловать в Университет, – впервые за прошедшие полтора часа подал голос некромант, сворачивая на широкую аллею, обсаженную липами. – Общежитие дальше, здесь учебные корпуса.
Общежитие выглядело вполне неплохо. Современные девятиэтажные здания, дорожки со скамейками вокруг, деревья, кусты жасмина и сирени. Даже магазины внизу, что очень обрадовало, не придётся бегать за территорию. Настоящий город в городе, действительно. Рыков остановился около двухэтажного здания, на котором висела вывеска «Администрация», вышел, и я поспешно выбралась вслед за ним. Скоро, скоро он уйдёт, и я останусь одна, наконец-то. Непроницаемое лицо Рыкова напрягало, казалось, он что-то задумал, и мне это точно не понравится. Не покидало беспокойство, что некромант знает, как обойти проклятье.
– Идём, – бросил Рыков, направляясь к входу.
Я молча последовала за ним, не задавая вопросов. Следующие полчаса прошли в хлопотах по оформлению. Подозреваю, без Рыкова я бы проторчала тут весь день, а так, мне очень быстро сделали пропуск на территорию, он же карточка, куда начисляют стипендию, и он же – ключ от двери в общежитие. Ещё маленький нюанс: когда мы были у коменданта, Рыков как бы невзначай обронил:
– Ей – отдельную комнату, без соседей.
Мои щёки вспыхнули при этих словах, и хотя пожилая женщина в очках никак не отреагировала, лишь молча кивнув, я почувствовала себя очень неловко. Представляю, что она подумала. И надеюсь, что Рыков не станет вламываться ко мне без спроса! Не сомневаюсь, у него здесь везде свободный проход.
– Я поставлю вам на ауру метку, – вежливо сказала комендант, обращаясь ко мне. – Чтобы защита Университета пропускала вас тоже.
– Хорошо, – так же вежливо ответила я.
Она прикрыла глаза, подняла перед собой руки, и изобразила в воздухе замысловатый знак, а у меня по спине прокатилась волна мурашек. Больше никаких неприятных ощущений я не испытала. А на карточке-пропуске проступила руна, вспыхнула золотистым и побледнела.
– Всё, можете идти, – комендант открыла глаза. – Третий корпус, пятый этаж, пятьсот пятнадцатая комната. – Столовая тоже есть, поскольку вы иногородняя, вам полагается бесплатный завтрак и ужин, в пропуске это отмечено. Вход на территорию Университета – с шести утра и до двенадцати ночи. Не опаздывайте, защита вас просто не пропустит.
Я робко улыбнулась и кивнула, пряча карточку.
– Спасибо, – пробормотала и поднялась. – Я могу идти?
– Да, конечно, всего хорошего, – женщина тоже кивнула и вернулась к бумагам.
Мы вышли. Я не рисковала смотреть на Рыкова, надеясь, что он не пойдёт провожать дальше, до общежития. Не хочу, чтобы меня видели в его компании! Почему-то не сомневалась, что его тут многие знают. И не хочу, чтобы думали, что я – его девушка! Губы поджались, внутри заворочалось глухое раздражение. Какие бы у него ни были планы на меня, они не сбудутся. Я сделаю всё для этого. Мы так же, ни говоря ни слова, вышли на улицу, и я повернулась к Рыкову, храбро взглянув ему в лицо.
– Спасибо, дальше я сама, – как можно твёрже ответила, отступив на шаг.
Он же, засунув руки в карманы, усмехнулся, лениво так, с пренебрежением, и кивнул. От взгляда, прогулявшегося по моей фигуре, захотелось поёжиться, кожа покрылась холодными мурашками.
– Устраивайся, Лада, – кивнул он. – До встречи, ведьмочка.
После чего развернулся и пошёл к машине. А я – в обратную сторону, искать свой корпус и знакомиться с новой обстановкой. И всё время, пока не скрылась за углом, чувствовала спиной пристальный взгляд некроманта. А завернув за здание, прислонилась к стене, прикрыв глаза и чувствуя, как дрожат колени, длинно выдохнула. Ох. Надо срочно отвлечься и заняться насущными делами, это отвлечёт от тревожных мыслей о Рыкове и собственной дальнейшей судьбе.
Глава 2
Некромант с трудом сдерживал ярость и раздражение, поднимаясь в лифте в просторный кабинет отца на последнем этаже высотки в самом центре города. Судорожно стиснутые пальцы, чёрные провалы глаз и ходящие желваки, а ещё – почти непреодолимое желание что-нибудь разбить, разрушить. Зверь рычал и рвался, чувствуя настроение хозяина, но Рыков научился его контролировать, как и собственную силу. Иначе все кладбища в столице регулярно приходилось бы упокаивать. Причём, ему же самому. А грязную работу Эдгар не любил.
У отца никого не было, поэтому младший Рыков без стука открыл дверь, проигнорировав слабый возглас секретарши – тёмной ведьмы. И личной любовницы Рената, это Эдгар тоже прекрасно знал. Мать была в курсе и не возражала, а секретарша – Кристина, что ли? – имела достаточно ума, чтобы не претендовать на большее и довольствоваться малым. Рамона сквозь пальцы смотрела на интрижки мужа, поскольку и сама не без греха, однако слишком наглых могла и убрать с шахматной доски. Особенно тех, кто сдуру мог посчитать, что главному некроманту столицы пришла пора поменять супругу.
Хмыкнув своим мыслям, Эдгар вошёл в просторный кабинет с панорамным окном и широким столом из красного дерева, подошёл к бару в углу и достал оттуда бутылку дорогого коньяка. Ренат, отложив ручку с золотым пером, проводил его пристальным взглядом, не спеша начинать разговор.
– Как всё прошло? – наконец спросил Рыков-старший, пока сын в несколько глотков проглотил алкоголь, даже не ощутив букета и вкуса.
– Никак, – сквозь зубы процедил Эдгар, сжав в пальцах бокал так, что он угрожающе затрещал. – На ней «Щит чистоты»! – выплюнул он и повернулся к отцу, в тёмных глазах сверкала ярость. – Наверняка Максимова постаралась, твар-рь светлая! – прорычал некромант.
Такие же тёмные, как у сына, глаза прищурились, Ренат в отличие от сына не спешил злиться. Соединив кончики пальцев, он откинулся на спинку дорогого директорского кресла и невозмутимо обронил:
– Неприятно, но ожидаемо. Подозреваю, дражайшая Вера Петровна давно приглядывает за девчонкой, – в голосе Рената послышались ироничные нотки. – Но к сожалению, Эд, мы не можем надавить на неё, не нарушив равновесие, – старший некромант скривился, как будто кислый лимон укусил. – Эта ведьма хоть и светлая, но крепко сидит на своём месте, и связи тоже у неё имеются. А развязывать новую войну из-за девчонки, пусть и перспективной, мне пока не хочется.
Эдгар хмуро глянул на отца, плеснув ещё порцию виски.
– И что тогда делать? Ждать, пока она найдёт себе покровителя и станет тоже светлой? – желчно спросил он.
– Нет, – последовал невозмутимый ответ, а потом Ренат продолжил. – Зайди с другой стороны. Влюби её в себя.
Глаза Эда распахнулись в удивлении, он уставился на отца с недоверием.
– Что?..
– Влюби её, – терпеливо повторил Ренат. – Девочка молоденькая, романтичная, наивная. У тебя бездна обаяния и харизмы, – он усмехнулся. – Стань паинькой и дай ей понять, что в её силах перевоспитать плохого мальчика, – его глаза блеснули предвкушением. – Юные девочки падки на такие приманки, Эд. А потом соблазни и сообщи о невесте, – равнодушно продолжил Ренат. – И готовая карманная тёмная ведьма с внушительным потенциалом у тебя в руках.
Его сын помолчал, взгляд стал задумчивым. Некромант поболтал янтарную жидкость в стакане, пригубил, потом протянул:
– Она же меня возненавидит, думаешь, станет потом работать?
Ренат рассмеялся.
– Дорогой мой, у неё выжжет все чувства, ты о чём? Для неё станет важным лишь выгода, посмотри на Кристину хотя бы. Она когда-то тоже любила меня, – самодовольно сообщил Ренат. – А теперь работает на меня уже пять лет и послушно раздвигает ножки и открывает ротик по первому моему щелчку. Зато отдыхает на островах в бунгало и может позволить себе брэндовые шмотки с последних показов, – некромант с презрением скривил губы. – Настоящая тёмная. Такой и твоя Лада станет, увидишь. Только вот что, с Жанной пока не стоит публично появляться, иначе спугнёшь нашу милашку, – понизив голос, добавил Рыков-старший.
Эдгар усмехнулся в ответ, отставив стакан и скрестив руки на груди.
– Жанне это не понравится, – отозвался он, но сожаления в его голосе не слышалось.
Идея отца нравилась ему с каждым мгновением всё больше. Да, пожалуй, это в самом деле отличный ход. Перевоспитание плохого мальчика путём появления чистой и наивной девушки, в которую тот непременно влюбится. Чем не классический сюжет любовных романов, их девы так любят читать? Лада, скорее всего, не исключение.
– Неужели не приструнишь собственную невесту? – поддел Ренат, выгнув бровь. – Она вроде не дура и должна понимать, что верность в понятие договорного брака не входит. Но любовницы приходят и уходят, а жена – она навсегда, – назидательно добавил старший Рыков, подняв палец. – Она родит тебе детей, наследника, и это гораздо важнее того, что ты там кого-то трахнул случайно, потому что случай подвернулся.
Эдгар закатил глаза и фыркнул.
– Только лекций мне не надо читать. Ладно, я поехал, – он направился к выходу из кабинета. – Поговорю с Жанной как раз и продумаю этапы охмурения милашки.
– Удачи, – раздалось ему вслед.
По пути к машине Эдгар набрал номер невесты – роскошной суккубочки, отличной любовницы, не чуравшейся никаких экспериментов и готовой воплотить в жизнь любые фантазии некроманта. Даже самые откровенные. При воспоминании о Жанне Эдгар ощутил, как кровь быстрее побежала в жилах, а в паху потяжелело. Да, пожалуй, сбросить напряжение сексом – лучший выход. Может, хоть тогда мысли об этой синеглазой наивной ведьме перестанут выводить его из себя. Обломов Эдгар не любил, если не сказать больше, а особенно тех, кто их устраивал. И Лада ещё очень пожалеет, что не пожелала покориться обстоятельствам добровольно.
– Слушаю, – раздался в трубке низкий, с сексуальной хрипотцой, голос суккубы, выдёргивая Эдгара из размышлений о его головной боли. – Эд? Что-то случилось? – в тоне Жанны проскользнуло лёгкое удивление.
– Да, солнышко, – мурлыкнул некромант, открывая машину. – Мне надо расслабиться, ты дома?
Жанна издала смешок, от которого у Эда все волоски встали дыбом от предвкушения.
– Для тебя – всегда, милый, – проворковала суккуба. – Есть пожелания, Эдди?
– Меня разозлили, – признался он невесте.
– О-о-о, – томно протянула Жанна, и Эдгар представил, как она облизала полные губки.
Очень умелые, надо признать, и член просто встал колом от этой мысли, чуть не разрывая джинсы.
– Мой мальчик хочет пожёстче? – выдохнула Жанна, и все инстинкты Эдгара взревели, требуя выжать газ до предела и мчаться к невесте без всяких правил и светофоров.
– Порадуй меня, крошка, – хрипло ответил он, выруливая со стоянки и удерживая телефон плечом.
– Жду, – коротко бросила суккуба и отключилась.
А Рыков порадовался, что жила Жанна недалеко, в элитном квартале малоэтажных домов, в шикарной двухэтажной квартире с личной террасой, маленьким бассейном и целым банным комплексом. И джакузи, и две парных – обычная и турецкая, и душ с эффектом тропического дождя. Жанна любила роскошь во всём. Владелица целой сети модельных агентств, а по сути – контор по оказанию элитных эскорт-услуг, – она могла себе это позволить. Всё-таки, не просто содержательница обычного борделя, провести время в обществе девочек Жанны стоило весьма приличных денег.
Въехав в ворота жилого комплекса, где жила невеста, Эдгар припарковался у знакомого подъезда и чуть ли не бегом поднялся по ступенькам. Кивнув консьержке, он направился к зеркальному лифту, хотя в доме всего было три этажа. Но на каждом – двухэтажная квартира. Доехав до последнего, Эдгар вышел на площадку с единственной дверью и достал ключи, открыв замок. На мгновение ярко вспыхнула магическая защита, пропуская его, и Рыков шагнул через порог.
Его встретил полумрак и приятная, ненавязчивая мелодия. Пахло жасмином с лёгким привкусом восточных благовоний, но самой хозяйки в просторном холле было не видно. Эдгар снял обувь и поспешил в гостиную, с предвкушением ожидая встречи с Жанной. Она всегда точно знала, как угодить его настроению, в какие игры он хочет играть сейчас. Истинная суккуба. Некромант свернул в дверной проём, отделённый от короткого коридора полупрозрачной органзой, синей с серебристым отливом, и застыл, разглядывая Жанну.
Она стояла на коленях, раздвинув их, и кроме крошечного кружевного треугольника на ней больше ничего не было. Шею охватывал кожаный ошейник со свисающей между полных, налитых грудей цепью. На запястьях – наручники со специальными креплениями, шикарные огненные волосы собраны в высокий хвост, открывая длинную шею. Жанна смотрела ему в глаза, изогнув пухлые губы в улыбке, чуть опустив ресницы, и глубоко дышала, привлекая внимание к тугим шарикам сосков. Уже возбуждённая и готовая для него.
– Мой господин, – низким, бархатным голосом произнесла Жанна, слегка выгнувшись в пояснице и ещё шире раздвинув колени.
Рыков медленно улыбнулся, не сводя с неё взгляда, и неторопливо подошёл, остановился рядом, заложив большие пальцы за ремень джинсов. Чуть наклонился, ухватил хвост, оттянув голову Жанны назад, и заглянул в глубокие, фиолетовые с серебристой искрой глаза суккубы. Они затягивали, манили за собой, обещая все удовольствия, какие только можно себе представить. Алые губы приоткрылись, розовый язычок дразняще провёл по ним, и Эдгар шумно выдохнул, сжав сильнее шелковистые пряди и намотав на кулак. Всего лишь на мгновение мелькнула совсем другая картинка, как на месте Жанны стоит та, строптивая, но уже покорная и послушная…
Резко выдохнув, Рыков впился жадным поцелуем в приглашающе открытый ротик, другой рукой ухватившись за цепь на ошейнике. О да, Жанна прекрасно знала, что ему сейчас надо. Ноздри уловили едва заметный, пряный запах её желания, и в крови вспыхнул огонь. Эдгар слегка прикусил нижнюю губу Жанны, втянул её в рот и наконец отстранился, с предвкушающей усмешкой глядя в потемневшие до цвета неразбавленных чернил глаза суккубы.
– За мной, – негромко бросил он и выпрямился, потянув за цепь.
Рыков направился по коридору, не оглядываясь, а Жанна, одним грациозным движением перевернувшись, направилась за ним. На четвереньках. Как и полагается послушной… игрушке. Ухмылка на губах Рыкова стала шире, во взгляде зажёгся огонёк, а джинсы стали тесными и неудобными. Хорошо, специально оборудованная комната находилась недалеко, и Эдгар толкнул дверь, переступив порог.
Стены обиты малиновым бархатом с тиснёным узором. Окон тут не было вообще, горели лишь два светильника по углам, создавая интимный полумрак. В настоящем камине потрескивали дрова, в воздухе разливался аромат благовоний с нотками фруктов и восточных пряностей. Жанна любила такие запахи, и Рыкову они тоже нравились. Они очень подходили суккубе. У камина – удобное мягкое кресло, рядом с ним на столике – его любимый коньяк и стакан, блюдце с нарезанным лимоном, сыром и жареными зёрнами кофе. В пепельнице лежала приготовленная сигара его любимой марки. На круглой, широкой кровати – чёрное бельё с рисунком из розовых лепестков. Не шёлковое, из тонкого хлопка. Ну конечно, кому, как не владелице элитных борделей знать, что шёлк крайне неудобен, пусть и выглядит красиво и романтично. Он страшно скользкий…
А ещё, на специальной подставке рядом с кроватью лежали разнообразные плётки, штук пять на выбор. Да, Рыков предпочитал именно их всяким там игрушкам, похожим на мухобойки. Да и Жанну настоящая боль заводила сильнее. Некромант подошёл к креслу, опустился в него с тихим вздохом удовлетворения и расслабленно откинулся на спинку, наблюдая за Жанной сквозь ресницы. Она села рядом с креслом, всё так же раздвинув колени и положив ладони на бёдра, молча глядя на него с ожиданием во взгляде. Рыков же неторопливо раскурил сигару, налил коньяка, пригубил, наслаждаясь этим самым предвкушением и рассматривая совершенное тело.
– Раздень меня, – лениво обронил Эдгар, поставив стакан и положив сигару.
Жанна выдохнула:
– Как пожелает мой господин.
Не сводя с него подёрнутого дымкой желания взгляда, суккуба выгнулась кошкой, красиво отставив попку, которую не прикрывало ничего. Трусики только спереди имели кружевной треугольник, сзади лишь ниточки, не позволявшие белью свалиться. Ладони Жанны легли на его бёдра и медленно заскользили вверх, к паху, а сама она подалась вперёд. Так, что полные груди мягко прижались к напряжённому члену, потёрлись об него. Пальчики Жанны шустро вытащили футболку из-за пояса джинсов, коснулись обнажённой кожи, погладив кубики пресса на животе. Рыков длинно выдохнул, прикрыв глаза и откинув голову на спинку, наслаждаясь этой мимолётной лаской умелой любовницы. Она точно знала, как прикоснуться к нему и где, чтобы у него напрочь отшибло способность соображать.
Вот и сейчас подушечки скользили по груди едва дотрагиваясь, задирая футболку, и Рыков поднял руки, позволяя Жанне снять одежду совсем. Уронив её на пол, она прижалась к его уже обнажённому торсу горячим, мягким телом. Эдгар отчётливо ощутил горошинки сосков, к которым тут же захотелось прикоснуться, сжать их так, чтобы Жанна вскрикнула от сладкой смеси боли и удовольствия. Но он удержал инстинкты, дав возможность любовнице развлекаться дальше.
– Мой господин позволит? – низким, грудным голосом мурлыкнула суккуба, и Рыков едва заметно кивнул.
Тёплые губы прижались к его груди, шаловливый язычок пощекотал, обвёл вокруг одного плоского соска, потом принялся за другой. По телу Эдгара прошлась волна горячей дрожи, разлившись внизу живота, и немедленно захотелось избавиться от джинсов. Жанна спускалась слишком медленно, дразня и легонько прикусывая, порхая пальчиками по торсу и лишь распаляя его желание. Эдгар ухватил её за хвост и слегка потянул, хрипло выдохнув:
– Хватит. Дальше.
Она поняла правильно. Выпрямилась, грациозно опустилась снова на колени и принялась за его джинсы. Расстегнула, он приподнялся, позволяя стащить ровно настолько, чтобы высвободить ставший просто каменным член. Жанна снова посмотрела на Эдгара, не торопясь прикасаться. Послушная суккубочка. Очень. И тем сильнее хотелось уложить её поперёк колен и как следует отшлёпать. Просто потому, что она не давала ему повода для наказания. Ох, как ему нравились эти игры! Это пьянящее ощущение власти над красивой, чувственной женщиной, её покорность. Ноздри Рыкова хищно раздулись, глаза сверкнули, и дыхание сделалось тяжёлым, неровным. Он потянулся к сигаре и небрежно кивнул, давая знак.
Жанна медленно облизнулась, словно дразня, и наконец тонкие пальчики нежно обхватили твёрдый ствол, погладили бархатистую, тонкую кожу. Эдгар едва не охнул от прострелившей позвоночник от поясницы до самого затылка молнии удовольствия. Ох, да. Жанночка определённо лучшая из его многочисленных любовниц. Эдгар полностью расслабился, доверившись умелым рукам и губам суккубы, позволил жаркому, пряному наслаждению растечься по телу, наполняя каждую клеточку. Юркий язычок облизал чувствительную головку, нежно пощекотал самую серединку, и Рыков не удержался, тихо зашипел, намотав хвост Жанны на кулак и слегка оттянув.
– Так, детка, да-а, – тягуче произнёс он, стряхнув пепел и набрав ароматный дым сигары.
Теперь уже горячий рот взял в плен его член, медленно вбирая в себя до самого конца, глубоко, так, что Эдгар почувствовал, как головка упёрлась в горло. А после Жанна глотнула, и он едва не кончил прямо сейчас. Сдержался в последний момент. Вот чертовка, что творит! Не-ет, так быстро закончить веселье некромант не планировал, и зашипев, он резко дёрнул за хвост, заставил Жанну выпустить его достоинство. Вот и повод. Не торопясь отпускать, пристально глядя в фиолетовую глубину взгляда суккубы, Эдгар усмехнулся, потом пригубил виски. Жанна терпеливо ждала, не шевелясь и так же глядя на него с лёгкой улыбкой на губах.
– Поторопилась, дорогая моя, – негромко, с явным удовольствием обронил некромант.
– Простите, господин, – проворковала демоница.
Она знала, что ему нужен повод, и легко его дала. Такая опытная в минете суккуба прекрасно понимала, что делает. Эдгар в очередной раз убедился, что сделал прекрасный выбор, решив жениться на Жанне. Она в самом деле понимала его, как никто. Некромант поднялся, скомандовал:
– Сними их.
Жанна послушно стянула с него джинсы, снова замерла, ожидая указаний, и они последовали.
– На кровать, животом, живо.
И снова она сделала то, что Эдгар хотел: опустилась на четвереньки и добралась до постели именно так, соблазнительно выставив попку и призывно повиливая. Внизу живота пылал настоящий огонь, и ах, как хотелось оставить все игры и уже ворваться в это желанное тело, войти до упора, почувствовать, как сомкнутся мышцы вокруг напряжённого ствола! Жанна улеглась на кровать, распластавшись на ней и послушно расставив широко ноги. Так, что открывался отличный вид на едва прикрытое кружевной тканью лоно, и Эдгар даже отсюда видел, что оно откровенно мокрое. Жанна хотела его не меньше, чем он её, но – сначала наказание. Некромант неторопливо повернулся к подставке, перебрал плётки и выбрал любимую. Из нескольких длинных шнурков с крупными узелками на конце. Такая оставляла отчётливые следы и причиняла довольно ощутимую боль.
После чего приблизился к готовой принять наказание суккубе, ласково провёл хвостами плётки по сливочно-белой попке. Всего через мгновение её раскрасят красные полосы, а тонкие пальцы сомнут покрывало в попытке сдержать стон. Эдгар улыбнулся, продолжая водить кожаными хвостами по упругим ягодицам, а второй ладонью обхватил член, слегка сжав его. О, эти томительные мгновения предвкушения! Как же он любил их смаковать, растягивать, чтобы внезапно, когда Жанна совсем не ожидает, резко взмахнуть и стегнуть от души подставленную попку!