Потаенный посредник

Глава 3. Свет и тьма

Друг – человек, который знает о вас все,и, тем не менее, любит вас.

Серость. Над головой и под ногами. А между тем – плотный белесый туман. Куда ни глянь – беспросветная близь. И пока ощущения твердили, что всюду одно – куда ни пойди, всё без разницы – чувства… кричали. «Бей или беги». Что-то надвигалось. Тянулось за ней. Медленно, но непрерывно. Увидя себя со стороны, Алина замерла, когда серые, неестественно длинные, бледные руки с метровыми, испещренные кровящими шрамами пальцами вырвались из дымки. Холодом падая ей на плечи, садясь на неё как один огромный паук. Девушка сорвалась вперед, но восемь лапок-пальцев сомкнулись на ней, будто протыкая стеклом. Зеленым.

Туман развеялся. Перед ней возник лик того, кому принадлежали эти руки. Теперь она видела не на себе, а перед собой, прикованными кандалами. Узник восседал на железном троне в мигающем свете одинокой лампочки. Спадающие до груди вьющиеся волосы как пыльные каштаны рассекали во взгляде и без того тонкую фигуру, будто тюремная решетка. Его вытянутое лицо плотно обтягивало череп, точно старый, протертый брезент. Пустые бледно-зеленые глаза «смотрели» вдаль. Длиннопалые кисти покоились на коленях, длинными тонкими ногтями впиваясь в ошметки ткани, покрывающие тело узника. Истлевший цветочный узор. В нем не было жизни… и тем не менее он поднял палец.

– О-о… – указывая на девушку, узник безголосо молвил. – …на.

Сбрасывая с себя оковы незримой хватки, Алина испустила из груди отчаянный крик. Он не давал девушке слышать ничего, кроме себя. А когда сил кричать не осталось, она всё же обратила внимание на своё окружение. Целый класс людей, в полном недоумении смотрящих на неё. Помимо учителя и Николая, выглядящих скорее вдумчиво. Алина сгорбилась за своей партой, понимая, что на её лбу сейчас огромное красное пятно. Конечности знакомо заныли – сон на уроке дело привычное. Но орать на всю школу было чересчур даже по её меркам.

– Достаньте ваш телефон, Мереньева, – Максим Янович мгновенно сбросил напряжение, обращаясь к Алине спокойным тоном.

Девушка удивилась. В первую очередь тому, как стало тихо. Никаких перешептываний. К тому же и внимания к ней ощущалось немного, вопреки прямому оклику. Даже Николай глядел лишь украдкой. И только после этих соображений она задумалась, зачем ей доставать мобильник. Тот сам ответил на этот вопрос, предварительно завибрировав. Алина поняла, что должно было случится, но не успела отрубить звук. Искаженный гудок отгремел почти также громко, как её голос ранее. Проморгавшись, девушка зажала кнопку «#», переводившую в беззвучный режим.

– Не хотите поделиться, сударыня, что же там за канонада такая? – усмехнулся математик.

Не ожидая ответа, он продолжил выводить на доске «y=». Алина взглянула на уведомление на экране – «193 непрочитанных сообщения». Глаза полезли на лоб, когда кирпичик снова зажужжал в руках. Новое сообщение. Приходя в себя со сна, она припомнила, что по дороге включила телефон. Ведь нужно оставаться на связи, чтобы не волновать маму. Однако эти сообщения были не от неё…

Номер не то, что незнакомый, его вообще не было. В графе значилось лишь «Д». Алина открыла последнее входящее, чтобы просто убрать окно уведомления с экрана.

«316 секунд. Направляйся к спортивному залу по коридору первого этажа до истечения этого времени, если пойдешь пешком. Если способна переместиться игнорируя физические преграды, тогда есть дополнительные 34 секунды, чтобы проследовать за пределы школьной зоны с противоположной от ворот стороны. В этом случае воспользуйся местом без наблюдения людей и камер (ближайшая слепая зона…»

Сообщение продолжалось. Но девушка закрыла его. Запустив ладонь в волосы, Алина почесала голову, накручивая пряди на пальцы. Опустив веки, она взмолилась, чтобы это всё ещё был сон. Что она бредила, что её инфантильное воображение играло с ней. Вибрация отдалась жжением в её руке. Новое сообщение от «Д»:

«Следуй указаниям, если планируешь пережить этот день. Они идут за тобой.»

Алина содрогнулась. Что это могло значит? Идут, казалось бы, и идут… Однако смерть не входила в её планы. Не после того падения с моста. Зажав нижний ряд кнопок, она открыла «контроль». Поменяв «вид» на тройку, девушка задержала дыхание. Пускай Алина уже немного понимала, как работало это особое «зрение», ничего простого для неё в нем не было. Видеть себя со стороны, даже не в первый раз, воспринималось сюрреалистично. Она положила руку на лоб, убеждаясь, что её не лихорадит. И тем не менее, она видела всю классную комнату, все парты со всех стороны, пока сидела за своим местом, уперев лицо в учебник.

Одноклассница, сидящая за Николаем, постучала ластиком на конце карандаша по его плечу. Передала записку, хихикая. А он кивнул ей, бросив короткий взгляд через плечо. Алина закрыла глаза, и всё застелила тьма век. «Дура! – подумала она, мотая головой. – Не о том беспокоишься…»

На выдохе открыв глаза, девушка направила взгляд от себя. Как можно дальше, к двери классной комнаты. В руке вновь вибрировал телефон. «Они идут за тобой» – эти слова будто стояли у неё перед глазами, хотя экран мобильного оставался вне поля её зрения. Алина просто не могла отбросить их. Сердце стучало тревожно. Кто «они»? Её преследовали? Несмотря на то, что девушка напоминала себе, что это просто СМС-сообщения, верить которым не было причин, бездействовать ей больше не хотелось.

Дверь классной комнаты была закрыла. Но между ней и рамой зиял промежуток, к которому она присмотрелась своим «летучим» взглядом. Он будто стал шире, позволяя в себя провалиться, и вот Алина уже в коридоре. Сидя за партой, она видела пустующий школьный коридор классов. Никто за ней не шел. Вспомнив, что сообщение предлагало сбежать в спортивный зал по первому этажу, девушка «полетела» этим маршрутом. Уперевшись в дверь, разделяющая коридор с гардеробами разных классов и тот, в котором «была» она, Алина застряла. У этих пластиковых дверей не было зазоров. Черная резиновая прокладка на прилегающей к раме части двери не только не позволяла ей хлопать, но и никак не давала через себя подглядеть на ту сторону.

Такие же белые пластиковые двери вели в лестничные клетки справа и слева. Гуляя по коридору взглядом, опускаясь к полу и взмывая до потолка в попытках немного освоиться с этой странной функцией телефона, Алина приметила в правой двери одно отличие. Выбитый замок – точнее, дыру специфической формы, под цилиндрический замок, которого в одном из входов на лестницу не было. И как не приметить… это ведь она его сломала. За три года так и не починили, после практического урока Николая и неудачного повторения за ним от Алины. Запереть – заперли, а открыли только сняв его целиком. Девушка уже давно завязала с авантюрами… Но последствия её действий просто не давали ей ничего забыть.

Неприязненно стиснув зубы от горечи напоминания, Алина воспользовалась «дырой» в двери, протискиваясь взглядом на лестничную площадку. По ней вверх, на второй. Дверь в коридор этажа не закрывалась до конца из-за погнутого доводчика, позволяя спокойно прошмыгнуть в коридор. Даже в бестелесном перемещении ей будто нужен был проход, лазейка. Попробовать пройти напролом, сквозь стену, ей мешало даже не представление о том, что обычно они непреступны, а стремление пролезть «по-хитрому». Извернувшись, умудрившись.

И вот тогда, пролетев вглубь коридора второго этажа, она умудрилась осознать кое-что. Глядя вблизи на на звонок, висевший над потолком, заметно дребезжащий, девушка не оглохла. Ведь слышала его вполне привычно, приглушенным трезвоном из коридора. Как если бы она сидела в классе. Вероятно, потому что Алина там и сидела. Спускаясь взором чуть ниже, девушка облегченно выдохнула, усмехнувшись тому, как она могла второй раз за день заорать на весь класс или просто свалиться с парты, разразись этот звон прям ей в ухо.

– И не жалко тебе все ещё водиться с этой дурой? – донесся до её слуха вовсе не шепот.

И не крик, конечно. Просто голос её одноклассницы, не пытающейся скрыться или выделиться. Не стеснявшая себя попытками не вмешиваться в чужие жизни. Алина хотела бы верить, что этот разговор её не касался.

– Или скорее «возиться», – но ещё больше ей хотелось, чтобы звонок порвал ей тогда барабанные перепонки. – Мешанова же просто играет тобой. Я слишком хорошо её знаю.

В чрезмерно уверенном и слегка сиплом тоне ей угадывалась Кристина. Алина запомнила её имя по ассоциации с крысой, так как не раз замечала, как та теснилась за гаражами близ школы, звеня по пути бутылками. Но лицом к лицу они говорили последний раз классе в четвертом. Тем не менее, она продолжала:

– Забей ты на эту показушницу, Коля, – Кристина слышно оперлась об парту, что та скрипнула. Рядом с ними кто-то другой, тоже девушка, посмеялась. – У моей ЛП-шки, Лизоньки, ДР-шка завтра! А вот типа в пятницу собираемся, и тебя приглашаем. Обязательно приходи, поболтаем!

И вновь противный смех. Алина хотела сбежать от него, отчего мчала вдаль по коридору. Но от действительности ей так было не сбежать. Ни от той, что была в классе… Однако и взглядом Алина наткнулась на что-то реальное, требующее внимания. В их Н-образной школе административные кабинеты располагались на втором этаже, рядом со столовой и по пути к ней из коридора классных комнат. То есть, буквой Т. Медпункт, кабинет директора, социального работника, бухгалтерия – всё там. И вот с этого направления в сторону учебной части шли двое. Заместитель директора по безопасности, так хорошо знакомый Алине по её шальному прошлому, и незнакомый мужчина.

На две головы выше своего сопровождающего, что раньше казался девушке эталонном устрашающего взрослого, собранный и внушительный. Этот мужчина был одет неоправданно аккуратно и строго для их простенькой школы. Темно-синий костюм с галстуком, непрозрачные очки и телефонная гарнитура на ухе. Образ казался ей слишком кинематографичным для реальности, особенно рядом с небритым, помятым во всех отношениях замдиректором. Сопровождая гостя, тот торопливо переставлял ноги, непрерывно говоря что-то вслед мужчине, так как едва поспевал за его широким, правильным шагом. Он тоже шевелил губами, а значит говорил, но кратко. Ещё одна причина для Алины беззаветно желать, чтобы слух её убрался из классной комнаты той же дорогой, что и зрение.

Из нагрудного кармана незнакомца слегка выпирала карточка с фотографией. Удержав на ней взгляд, Алина рассмотрела её внимательней, видя обе стороны как на ладони. На обращенной наружу: логотип с буквами «FoM», фотография мужчины без очков, подписи «Senior Security & Investigations Officer», «Старший офицер безопасности и расследований», «ID-номер: FoM-RU-315». А на оборотной: «Jacob Tucker», «Fetus of Millennium LLC», «Срок действия: 01.01.2017 – 31.12.2018», «security-verify@fom.com», «Удостоверение действительно только при предъявлении паспорта. Не подлежит передаче третьим лицам».

С каждым словом она всё сильней мечтала проснуться. Ведь не может быть такое правдой. Что тут забыл какой-то иностранец следователь? Телефон в её руке всё продолжал дрожать, как бы упорно Алина его не игнорировала. Взгляд, в надежде оправдать видимое, изучал этого Джейкоба дальше. Под рукой он зажал черную папку-планшет для бумаги. Как старомодно! Документы могли пролить свет на цель визита столь странного гостя. Алина убеждала себя, что всё обойдется, и это просто будущая забавная история. Однако файл при Джейкобе, раскрывшись во взоре девушки, показал ей… её лицо.

На первой же странице фотография девушки, «Alina Mainshan», «age: 16», «Presumably, the Mind Force’s beta or alpha», «Natural ability: not qualified», «task: capture»… Текст продолжался, но Алина уже не понимала. Ни содержания, ни почему она в нем, ни что ей делать. Предплечья вжались в парту до тряски. Ноги старшего офицера шаг за шагом сближали их. Не оставалось сомнения, куда он шел. Вот уже и чертова дверь на лестницу, он протянул к ней руку. Схватить!

– Черт… – невольно на выдохе выпалила Алина, теряя всякое самообладание. Зажмурившись, она вскочила, грохнув кулаками по столу. – Нет! Не приближайся!

Его рука коснулась её плеча, что Алина тут же отдернула, со всех толкая парня в грудь. Николая, оказавшегося перед её вновь открытыми в классе глазами. Смотрящего на неё так болезненно… с жалостью.

– Ну ты её хоть слышишь, Коля! – просипела Кристина, пристраиваясь сбоку парты, между ними.

– Помолчи, – на миг натянув улыбку, чрезмерно вежливо попросил Николай, обернув к ней лицо, не спуская глаз с Алины. – Пожалуйста.

Не сдвинувшись ни на шаг, парень точно высматривал что-то в Мэйншан. А она смятенно озиралась. Окно, Нико, дверь.

– Это далеко уже не намек, должен понять наконец, – не отступала Кристина, для чего-то повышая писклявость своего голоса, положив ладонь на грудь Николая. – Оставь кидалу, не муча-

Стоило ей оставить руку на нем, как терпению парню вышел предел. Нико схватил ладонь Кристины, с силой сжав её между своим большим и остальными пальцами. Девушка заскулила, а он поднял руку, удерживая её кисть чуть выше головы. В стороне от лица, чтобы она могла смотреть ему в глаза.

– Закрой. Рот.

Холодно и серьезно приказал Николай, отпуская ладонь. И Кристина закрыла. Молча, точно вовсе не она, девушка развернулась и зашагала к доске. Механически точным, одинаковым шагом. Совсем не двигая руками.

– У Крыстины синяк останется, – не подумав, отметила Алина, смотря той вслед.

– Значит запомнит, – меланхолично усмехнулся Николай. – Недавно он рассказывал, что крысы очень умные.

«Я её так вслух назвала?! – кольнула девушку мысль. – Не время для этого…»

Алина дернулась вперёд, к двери класса, но его рука остановила за запястье.

– Поздно, сейчас идти нельзя, – прошептал Николай.

– Мне надо бежать! – не слыша его, вырывалась Алина.

– Постой, прошу, – перехватывая её за другую руку, Нико развернул Алину к себе, обхватывая за талию. – Не показывай ничего, подыграй мне.

– Что ты-

Внезапно окутавшее тепло крепких объятий прервало не только её речь, но и мысли. И пускай наблюдавшие со стороны одноклассницы уже точили на неё зуб, ничего из того, что они могли сказать или сделать, не было способно отвлечь Алину от этого момента. Однако раздался звонок… и под его звон дверь кабинета открылась. Личности вошедших не стали для девушки сюрпризом. Однако зачем Николай вытворял это – оставалось крайне неприятной загадкой.

«Может ли он… – Алина осеклась, чувствуя себя не в праве подозревать его. – Надо бежать, дура!»

– Эк-хем, класс! – пытался обратить на себя внимание заместитель директора по безопасности. – Извините за задержку. Преподаватель скоро придет.

Не приметив Алины, так как Николай развернулся с ней так, чтобы быть спиной ко входу, мужчина прошел в классную комнату. Пока он оглядывался, она смогла увидеть в за дверным проемом того самого Джейкоба, теперь своим обычным взглядом. Выходило так, что крепкий удар телефона по столу помогал сбросить «настройки».

– Ох, чего удумали, голубки! – разглядев парочку, пожурил их заместитель директора. – Ну-ка, никакого баловства на уроках. Да и на переменах надо о другом думать, молодежь! Пройдемте в мой кабинет, Мэйншан.

– Не переживай, я рядом.

Шепнул Николай, отпуская. С напускной неловкостью потерев затылок, парень легонько подтолкнул Алину вперёд. За спиной, чтобы не было видно.

– Простите! – улыбнулся тот заместителю. – Больше не повториться. Не ждите. Даже через шесть… морских мин перепрыгну я скорее, чем приду к тому, чтобы вам перечить.

Николай говорил почти что обычно. Но этот бред отчего-то никого не смутил. А Алине и вовсе показалось, что сказал он нечто иное. Девушка, сглотнув ком тревожности, подошла к замдиректору.

– Ага, давайте, учитесь хорошенько! – прохрипел мужчина, выходя с Алиной из класса. – Экзамены уже не за горами, лодыри.

Снаружи класса ничего ужасного не случилось. Они пошли на второй этаж, Джейкоб впереди. На нем уже не было гарнитуры. Не сразу, но Мэйншан спросила:

– Я вроде… ничего такого не делала. Что-то случилось?

– Ой, дырявая моя голова! – воскликнул замдиректор, смеясь после. – Выдернуть-выдернул, а ничего не сказал. Ох, на пенсию мне пора наверное, – сетовал мужчина, которого Алина не воспринимала прежде старше сорока. Но теперь она подумала, что слишком плохо осознает возрастные рамки. – Ничего серьезного, какая-то формальность. Психологическая консультация. Послушает тебя, распишешься, что все хорошо… Вроде так передавала директор, я то его не понял. С отцом, кажется, связано… или эт из-за того, что Максим Янович названивал в охранные фирмы. Разберешься, молодежь!

Не прошло и минуты, как ноги довели её до его кабинета. Джейкоб отшагнул в сторону, пропуская Алину вперёд. Заместитель директора же первым вошел внутрь, будто бы слегка даже убеждая девушку, что все нормально. Нехотя, она вошла, понадеясь, что эта «роспись» пройдет быстро и под присмотром замдиректора. Но надолго он не задержался.

– У меня тут ещё одно срочное дело, да и не разберу я его лепета, – махнул тот рукой, как только Алина присела в большеватое для неё гостевое кресло. – Не прогуляй тут все, потом проверю!

Замдиректора оставил их. Как внутрь прошел старший офицер безопасности, девушка и не заметила. Но он уже сидел за столом перед ней. Не видя его глаз, Алина от нервов осматривала окружение. Комната становилась тем более крохотной, чем дольше она это делала. Слева и справа её сужали шкафы с пыльными папками. Мужчина перекрывал широкой спиной большую часть единственного окна в кабинете, темнее в её глазах из-за обрамления светом. Он пододвинул в сторону устаревший монитор компьютера, чтобы ничего не препятствовало обзору.

– Ай… дазнт, – было попробовала вспомнить урок английского Алина, не способная усидеть смирно от возросшего напряжения.

– Алина Мэйншан, – с глухим ударом положив планшет на стол, твердым голосом начал Джейкоб. – Год и четыре месяца назад сменили данную при рождении фамилию «Мереньева». Это так?

По-русски, с легким акцентом, но вполне понятно.

– Ну… да, – этот строгий официальный тон потупил её взгляд. Ладони вжались в её кирпичик.

Избегая смотреть в лицо, девушка приметила слегка выглядывающий из-за плеча мужчины пластиковый цветок на подоконнике. Много лет назад она оторвала от него листочек, пытаясь доказать, что он настоящий.

«А ведь Иля сразу понял… – её губы дрогнули в улыбке от воспоминания, но на душе стало гадко. – И чтобы я делала сейчас, будь он рядом?»

Рассматривая девушку, мужчина чуть расслабил плечи. Глубоко вздохнув, он снял очки и провел рукой по коротко стриженным темным волосам. Его серые глаза подчеркивали глубокие морщины на буроватой коже гладковыбритого лица. Вновь подав голос, Джейкоб зазвучал неожиданно мягко.

– Меня зовут Джонатан Трумэн. Можно просто Джон. Простите за такой… неожиданный визит. Пока что я здесь как внештатный психолог. Но, может быть, задержусь у вас.

Мужчина слегка откинулся в кресло, отчего то заскрипело. Не торопясь, он сложил очки и опустил их на стол, следом закрывая планшет и переворачивая его открывающейся стороной вниз. Лицо тронула улыбка. Не слишком широкая, не слишком натянутая. Достаточно приятная.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Такер, будто искренне интересуясь. – Ситуация, из-за которой мы здесь, никак не отразится на твоей жизни. Если только не сделает её чуть проще. Я не напугал тебя?

– Нормально, – на ощупь перевернув телефон экраном вверх, Алина ответила ровно, не сильно задумываясь.

– Хорошо, хорошо… – Он кивнул, вполне удовлетворенный. – Ты ведь умная девочка. Сразу определила во мне иностранца. А мне казалось, я не выделяюсь.

Сердце пропустило удар. «Какая же я дура!» – подумалось Алине. Она постаралась не показывать удивления, в целом пряча взгляд.

– Знаешь, иногда в школах случаются… странные вещи. Конфликты, недопонимания, недоразумения, – его ладони тихонько прихлопнули по столу, левая рука по папке. Пальцы легонько перестукивали. – Об этом мы и поговорим. В рамках улучшения психологического климата, для профилактики. В последнее время в классе не было случаев? Нет… скажем так, откровенно, проблем с одноклассниками? Или просто, может быть, ты заметила что-то необычное?

– Какого рода? – выпалила та погромче, пытаясь заглушить нажатие кнопок.

Но щелчки всё равно слышались, что Алина сразу поняла по взгляду Джейкоба. Его глаза внимательно следили, и кратко опустились к источнику специфического шума. Но затем тот задумчиво отвел глаза в потолок. А она надеялась открыть меню, чтобы в случае чего… сбежать?

– Хм… Любого, полагаю. Все, что хоть малость беспокоит. Все ведь ради ощущения безопасности, уверенности учеников.

Мужчина закивал, прикрыв глаза. То есть, не смотрел на неё. Алина почувствовала, как глупо она себя ведет. Она уверена в опасности, которую могла сама себе выдумать. Откуда кому-то знать про неё? И что вообще знать? Она и сама толком ничего не понимала… А потому никакие вопросы не должны были её волновать.

– Нет, ничего особенного, – ответила девушка, чувствуя, как тревога отступает.

– Может быть что-то в социальных сетях? Там сейчас сплошной негатив…

Алина посмеялась. Даже искренне. Тот сперва не понял, смотря недоуменно. Приподняв руку, она показала свой кирпичик. Мужчина сдержанно улыбнулся в ответ.

– А как дома? – вдруг спросил он, переключая тему. – В семье все хорошо? Вы с мамой близки?

– Да… нормально, – этот вопрос снова заставил её чувствовать себя неуютно. К чему это?

– А твой отец… Вы общаетесь?

– Нет, – Алина чувствовала, точно правая и левая руки поменялись местами. – Давно уже нет.

– Понимаю, – Джейкоб закивал, приподнимая руки со стола. – Ну а кто-нибудь из них может рассказывал тебе, куда они ездили в молодости? До брака или сразу после.

Ноги тоже не избежали этой участи. Её будто перекручивало, но раскрутиться обратно не выходило. Переложив руки на телефоне, Алина не избавилась от неуютного ощущения. Кирпичик завибрировал в сжатой ладони.

– Не знаю… Причем тут вообще это, мистер Такер? – пробормотала она, пытаясь дышать ровно. Казаться спокойной. Однако воздух словно сгустился до состояния желе.

– Алина… – нотка удивления раздалась в его голосе. Выдержав паузу, мужчина продолжил. – Ты уверена, что ничего необычного вокруг тебя не происходило? – неизменная мягкость его голоса отдавалась холодной дрожью на спине девушки. – Уже ведь были прецеденты. Прошу простить, мне трудно даются фамилии… Илья Забатлив?

– Заботлив! – резко подняв на него взгляд, сердито бросила Алина. Но затем сразу сгорбилась, упирая взор в ноги – Иля…

Коверкать его фамилию пытались многие. Ни у кого не выходило долго. Ведь Алина всегда была с ним. И считала, что ему она вполне подходит. Не смешная… а правильная.

– Да-да, простите… – он вовсе не звучал извиняющеся. Скорее, довольным реакцией. – Но суть ведь в том, что тогда случилось.

Алина закусила язык. Она надеялась, что боль поможет отвлечься от воспоминаний. Но она слишком тесно с ними переплетена. Кровь стучала в висках, пальцы белели от напряжения. Телефон стал вибрировать с новым упорством, беспрерывно.