От саванны до дивана: Эволюционная история кошек

Глава 2

На языке кошек

Мя-я-я-я-у-у!

Эти звуки знакомы каждому, у кого хотя бы раз в жизни была кошка, и большинству из тех, у кого ее никогда не было. Мяуканье – квинтэссенция кошачьего поведения, отличительная особенность представителей этого семейства. Но что кошки пытаются сказать своим мяуканьем? И кому? Если они таким образом общаются с нами, не означает ли это, что привычка мяукать возникла у кошек в процессе одомашнивания?

Я всегда считал, что при помощи мяуканья кошки общаются друг с другом и что они всего-навсего расширили свой круг общения, включив туда нас. Однако специалисты говорят об обратном. Загляните в любой научный доклад, посвященный общению кошек между собой, и вы прочтете, что взрослые кошки редко мяукают, взаимодействуя друг с другом (зато они издают другие звуки, особенно когда проявляют враждебность).

Но в этих научных работах есть одна любопытная деталь. В подтверждение своей правоты ученые обычно указывают на труды коллег, где содержатся доказательства их теории (за исключением тех случаев, когда они делают выводы на основе своих собственных изысканий). И если повнимательнее присмотреться к работам, согласно которым кошки редко мяукают, общаясь друг с другом, то обнаружится, что все они ссылаются на одно и то же исследование.

Выходит, утверждение о том, что кошки почти не мяукают, общаясь между собой, целиком основано на результатах одного-единственного исследования о колониях бездомных стерилизованных кошек в Англии. У меня нет оснований сомневаться в этом открытии: не припомню, чтобы мои кошки когда-либо мяукали при общении друг с другом (а вот пошипеть и порычать они могут).

И все же мне долго не давал покоя вопрос: насколько оправдано экстраполировать выводы одного исследования о колониях бездомных кошек на всех наших питомцев? Развивая эту мысль, я стал размышлять, какие кошки – если таковые вообще найдутся – могли бы «разговаривать» со своими сородичами. И тут меня осенило: конечно же, это сиамские кошки, болтушки кошачьего мира, известные способностью «говорить» с людьми без умолку. Но мяукают ли они, общаясь между собой?

Не имея ни времени, ни средств на то, чтобы провести научное исследование должным образом, я нашел компромиссное решение и провел неофициальный опрос среди пользователей Facebook[14]. В закрытой группе любителей сиамских кошек я разместил следующий вопрос: «Известно, что сиамцы любят "поговорить" с людьми, но мяукают ли ваши кошки при общении друг с другом?»

Голоса разделились неравномерно: 68 % опрошенных (или 28 респондентов из 41) ответили, что их сиамцы мяукают, общаясь со своими сородичами. А часть участников, давших отрицательный ответ, сообщили, что их кошки используют иные звуки – например, стрекот – при контакте с сородичами.

А вдруг все эти горячие поклонники сиамских кошек, ответившие положительно, ошибочно принимают какой-то другой тип вокализации за мяуканье? Вдруг люди, которых никто не учил разбираться в повадках собственных питомцев, заблуждаются, и Луша адресовала свое «мяу» вовсе не Мусе?

Вполне возможно. Но, с другой стороны, все они проводят немало времени со своими любимцами и хорошо их знают. Когда две трети респондентов сообщают, что их кошки мяукают при общении друг с другом, к этому стоит отнестись серьезно.

Еще два момента подкрепляют вывод о том, что сиамские кошки действительно «разговаривают» между собой. Десять из двадцати восьми респондентов, давших положительный ответ, отметили, что их питомцы принимаются ходить по дому и мяукать, пытаясь таким образом отыскать друг друга. Еще несколько человек из той же группы сообщили, что, стоит только одной из сиамских кошек громко замяукать, к ней тут же сбегаются все остальные.

Мимоходом выяснился другой забавный факт: несколько участников опроса заявили, что их кошки мяукают, общаясь с собаками!

Я попросил нескольких экспертов по социальному поведению и особенностям коммуникации у кошек взглянуть на результаты опроса, и они сошлись во мнении, что полученные сведения соответствуют действительности[15]. Да, кошки чаще всего мяукают при общении с людьми, но иногда они делают это и при взаимодействии со своими сородичами (и даже с собаками), особенно чтобы отыскать друг друга.

Несмотря на это, вопрос межвидовой коммуникации остается открытым. Кошки мяукают для нас гораздо чаще, чем между собой, поэтому они вряд ли воспринимают нас как часть клана. Что же они пытаются нам сказать?

Любой, у кого дома жили кошки, знает, что у них нет универсального мяуканья на все случаи жизни, скорее наоборот: их богатый кошачий лексикон включает в себя разные звуки. У других животных тоже есть подобные вокальные репертуары: у собак лай меняется в зависимости от обстоятельств, а у обезьян каждый из хищников обозначается своим сигналом тревоги.

Не стану скрывать: я человек азартный и готов поставить немалые деньги на то, что у каждого «мяу» есть свое значение. Именно такое пари заключил один из аспирантов Корнеллского университета.

Николас Никастро поступил в аспирантуру, чтобы изучать эволюцию человеческого языка. Но из-за академических распрей и споров о политкорректности на кафедре антропологии он перевелся на кафедру психологии, где планировал заняться приматами.

Как-то раз он беседовал со своим научным руководителем, экспертом по коммуникативному поведению животных. Профессор утверждал, что крики зверей содержат эмоциональную составляющую, но не имеют ничего общего с языком. Никастро, который с детства держал дома кошек, возразил, что у каждого типа мяуканья свое значение. Его наставник выразил сомнение по этому поводу, и они заключили пари. С планами писать квалификационную работу по приматам было покончено: теперь ее темой стало коммуникативное поведение кошек.

Никастро сделал звукозаписи мяуканья двух собственных кошек, а потом еще десятка-другого питомцев, живших у его друзей и родственников. Для этого Никастро приходил в дом, где обитала кошка, и дожидался, пока животное к нему привыкнет. Обычно на это уходило около часа. Потом он устанавливал микрофон на расстоянии не более двух метров от кошки и записывал ее мяуканье в трех разных ситуациях: когда она ласкалась к человеку, когда просила у него поесть и когда ее усиленно вычесывали. Кроме того, Никастро записывал, как она мяукает, очутившись перед закрытой дверью или оказавшись в незнакомом месте (например, у него в машине).

Порой ждать, когда же упрямая киска мяукнет, было довольно утомительно. Вдобавок кошки несколько раз кусали Никастро, когда он проводил рукой против шерсти во время вычесывания, чтобы тем самым вызвать у них раздраженное или недовольное мяуканье. В остальном же все шло гладко, и Никастро сделал более 500 звукозаписей.

Он искал ответа на простой вопрос: могут ли люди по звуку правильно определить ситуацию, в которой была сделана запись? Девятнадцать студентов университета получили академические кредиты[16] за участие в эксперименте, а еще девяти юношам и девушкам досталось по шоколадке.

Участники заходили в кабинет, надевали наушники, слушали кошачьи сигналы – каждый по отдельности – и нажимали на пульте кнопку, соответствующую тем обстоятельствам, при которых, по их мнению, мяукнула кошка.

В целом участники исследования довольно редко верно определяли ситуацию: только 27 % ответов оказались правильными, но таких же результатов можно было добиться, выбирая ответ наугад. Участники, которые любили кошек и имели большой опыт общения с ними, угадывали чаще, но даже женщина, у которой дома жили кошки, которая любила их и часто с ними общалась, ответила верно только в 41 % случаев. Никастро проиграл пари, зато подготовил отличную диссертацию.

В дальнейшем похожие результаты были получены в ходе эксперимента, проведенного в Италии. Участникам предлагали послушать мяуканье кошки в трех разных ситуациях: когда она ждет кормления, когда оказывается в незнакомой комнате и когда ее аккуратно вычесывают. В основном точность ответов держалась на уровне случайных догадок, хотя женщины обычно справлялись немного лучше мужчин, а те, у кого жили кошки, отвечали правильнее тех, у кого их никогда не было.

Такие показатели свидетельствуют о том, что люди не всегда способны верно определить ситуативный смысл кошачьего мяуканья. Эти результаты приводят в замешательство, ведь нам известно, что каждая из кошек обладает обширным репертуаром разнообразных сигналов. Более того, в подобных экспериментах с собачьим лаем люди достигли более выдающихся результатов. Почему же нам так трудно понять, что пытаются сообщить нам кошки?

Ответить на этот вопрос позволяет исследование, проведенное в Англии в 2015 году. Ученые воспользовались тем же методом, что и Никастро: пришли к кошкам домой и записали, какие звуки они издают в различных ситуациях[17]. После этого они воспроизводили записи, проверяя, смогут ли слушатели правильно определить ситуацию. Но, в отличие от экспериментов Никастро, среди участников каждый раз присутствовали и те, с кем жила кошка.

Разумеется, участники лучше справлялись с заданием, когда слушали свою кошку: 60 % их ответов были верными. С незнакомыми же кошками, напротив, доля правильных ответов равнялась ничтожным 25 %, как если бы участники выбирали варианты наугад.

Такие результаты говорят о том, что у любой кошки есть свой набор специфических звуков для разных ситуаций, и люди, которые с ней живут, учатся понимать значение каждого из них. Однако эти сигналы индивидуальны; не существует универсального языка кошек, где один тип мяуканья означал бы «я хочу есть», а другой – «я напугана».

Причина возникновения таких различий неясна. Некоторые ученые считают, что кошки испытывают разные сигналы на человеке, с которым живут, и выясняют, какие из них вызывают у него ответную реакцию в той или иной ситуации[18]. Возможно, так и есть, но никаких подтверждений этому у меня нет. Как бы то ни было, между кошкой и людьми, с которыми она живет, вырабатывается особый язык общения.

Имейте в виду: все вышеперечисленное относится только к мяуканью. Кошки издают множество других звуков, и смысл некоторых из них – например, шипения и рычания – понятен каждому. Шведский айлуролог Сюзанна Шотц – пожалуй, самый авторитетный специалист по вокализации кошек и лауреат престижной Шнобелевской премии (ее вручают «за достижения, которые сначала вызывают смех, а потом заставляют задуматься») – выделяет восемь типов сигналов: мяуканье, урчание, рычание, шипение, мурлыканье, стрекот, трели и вой, а также их сочетания вроде воя с рычанием или урчания с мяуканьем[19].

Вот что Шотц говорит о механизме мяуканья: «Как правило, кошки мяукают, открывая и закрывая пасть… Они издают звук [м] с закрытой пастью, на звуке [я] они ее раскрывают, а на звуке [у] снова закрывают. Попробуйте сами помяукать и при этом посмотрите на себя в зеркало. Видите, как сначала открывается, а потом закрывается рот?»

Она права: именно так я и мяукаю. Но сразу вслед за этим Шотц добавляет, что сигнал «мяу» чрезвычайно изменчив. Иногда кошка заменяет начальный звук [м] на [у] или [и]. А иногда присоединяет к нему дополнительный слог и кричит «мяу-ау». Диапазон преобразований практически бесконечен. Шотц выделяет четыре подгруппы: писк, стон, короткий и длинный крик, – но отмечает, что «существует бесконечное множество разновидностей мяуканья, и из-за такого обилия вариаций бывает непросто определить, к какой подгруппе относится звук».

Короткое мяуканье заслуживает отдельного внимания. Такой же тоненький, трогательный крик, в котором отсутствует последнее, замыкающее [у], издают котята, когда зовут к себе маму-кошку. Есть мнение, что обычное мяуканье, которое кошки так часто нам адресуют, – это всего лишь оставшаяся с детства привычка: раньше они подзывали так мать, а теперь похожими, но уже более взрослыми звуками общаются с нами.

Что можно сказать о возникновении мяуканья, исходя из того, что кошки пользуются им для общения с нами? Может быть, эта особенность развилась у кошек несколько тысяч лет назад, когда они стали контактировать с людьми?

По всей видимости, нет. Наблюдения за животными в зоопарке показывают, что большинство мелких видов кошачьих тоже мяукают[20]. Но, как и их домашние собратья, эти кошки исключительно мало – еще реже, чем наши питомцы, – мяукают при общении между собой. Еще одно сходство в том, что у этих видов котята тоже мяукают, когда зовут к себе мать.

Однако в отличие от домашних кошек дикие виды редко мяукают, обращаясь к людям. Согласно опросу сотрудников зоопарков, из 365 содержащихся у них кошек только 2 – и обе сервалы – мяукали в присутствии смотрителей. И причина отнюдь не в отсутствии дружелюбия: некоторые другие виды кошачьих выражали симпатию к персоналу зоопарков иными способами. Если представители этих видов не мяукают при взаимодействии со своими сородичами или с людьми, то с кем же тогда они таким образом общаются? Или они просто-напросто разговаривают сами с собой? Это одна из множества загадок поведения кошек, которую еще только предстоит разгадать.

И конечно же, очень важно присмотреться к таким кошачьим, как африканские степные кошки. Изучив особенности мяуканья у этого вида, мы сможем понять, какие аспекты поведения домашние кошки унаследовали от своих предков, а какие развились у них в процессе адаптации к совместной с человеком жизни.

Именно такую задачу ставил перед собой Николас Никастро, принимаясь за вторую часть исследовательской работы. Для этого он отправился на другой конец света, в Зоопарк Претории, который специализируется на разведении африканских степных кошек. С десяток кошек содержались в вольерах, расположенных по соседству друг с другом так, чтобы животные могли общаться между собой. Никастро расставил микрофоны вокруг клеток, а сам стал наблюдать за кошками со стороны.

Проект удался. Благодаря неустанным заботам смотрителей кошки не обращали на людей никакого внимания и под пристальным взглядом аспиранта вели себя как ни в чем не бывало.

Да, африканские степные кошки мяукают! «Я был удивлен тем, как часто они мяучат. Они не смолкают ни на секунду», – вспоминает Никастро.

За 50 часов наблюдений он сделал около 800 аудиозаписей, пометив, при каких обстоятельствах прозвучал каждый из звуков. Дикие кошки мяукали, когда ждали, что их вот-вот покормят, когда вступали в ожесточенные схватки с людьми или сородичами или когда прогуливались по вольеру из стороны в сторону. Но они почти никогда не мяукали в моменты мирного общения с другими кошками. Исследования Никастро касались только взрослых особей, но в других научных трудах говорится, что котята диких кошек мяукают при общении с матерью ничуть не меньше, чем у остальных малых видов кошачьих.

Никастро интересовало не только то, мяукают ли африканские степные кошки или нет. Ему хотелось сопоставить их сигналы со звуками домашних кошек. Для этого он выполнил цифровой анализ спектральных характеристик звуков и сравнил те, которые животные издавали в похожих ситуациях.

Компьютерный анализ выявил, что эти два вида по-разному мяукают во всех изученных ситуациях: крик домашних кошек выше и короче, тогда как у диких кошек он звучит более настойчиво и требовательно. «МЯ-Я-Я-А-А-У-У» по сравнению с более приятным «мя-я-у» домашних питомцев, как говорит Никастро.

После этого Никастро попросил студентов послушать записи криков диких и домашних кошек и сказать, какие из них приятнее на слух. Студенты прослушали по 48 криков – поровну одного и другого вида – и оценили, насколько каждый из них приятен, по шкале от одного до семи. Неудивительно, что они почувствовали разницу между жителями Африки и обитателями Нью-Йорка и в большинстве своем отдали предпочтение местным кошкам.

Случайно ли мяуканье домашних питомцев кажется нам мелодичнее, чем крики африканских степных кошек? Никастро считает, что нет. По его мнению, человеку от природы свойственно отдавать предпочтение коротким высоким звукам, поскольку у детей такие же высокие голоса. А кошки эволюционировали таким образом, чтобы угодить нам.

Этот пример иллюстрирует научную мысль, получившую название гипотезы сенсорной предвзятости. Ее суть заключается в том, что, стремясь к эффективному взаимодействию, виды эволюционируют в соответствии с особенностями восприятия тех, на кого они ориентированы. Так, самки лягушек хорошо улавливают звуки определенной частоты, поэтому в брачный период самцы квакают именно в этом диапазоне. Гуппи особенно хорошо различают оранжевый цвет – возможно, из-за того, что это цвет их пищи, – поэтому пестрые самцы выставляют напоказ свои оранжевые пятнышки, чтобы привлечь внимание самок. И хотя приведенные примеры касаются взаимодействия внутри видов, все это в равной мере присутствует и в межвидовых отношениях. Возвращаясь к кошкам, можно сказать, что они эволюционировали под влиянием нашей восприимчивости к высоким звукам.

В общих чертах все эти факты свидетельствуют о том, что кошки мяукали еще до одомашнивания. Тем не менее, адаптируясь к жизни с нами, они изменили звучание своих сигналов и стали пользоваться ими в других целях. Они отнюдь не считают нас своими соплеменниками и общаются с нами иначе, чем со своей кошачьей братией, потому что кошки всех видов редко мяукают при взаимодействии между собой. Главное отличие домашних кошек в том, что они развили способность дружески общаться с людьми при помощи мяуканья и соответствующим образом изменили свои крики, сделав их более привлекательными для нашего слуха.

Мяуканье не единственный звук, который издают кошки и который окончательно сформировался при нашем участии. Вспомним о другом великолепном звуке.

Кошки часто мурлычут. И не только когда они довольны, но и когда ждут, чтобы их покормили, когда напряжены и даже когда испытывают боль. Как и в случае с мяуканьем, звук, который кошка издает при мурлыканье, меняется в зависимости от ситуации.

В особенности громко и настойчиво кошки мурлычут, пока ждут еды: они крутятся у вас под ногами, трутся о ваши икры, пока вы открываете банку кошачьих консервов. Группа ученых решила проверить, о чем кошки пытаются сказать нам, когда вдруг начинают мурлыкать иначе.

Для этого они записали мурлыканье десяти кошек в двух ситуациях. В первом случае обстановка была спокойной, и кошка довольно – именно так, как мы любим, – мурлыкала, пока ее гладили. Вторую запись делали утром, когда кошку обычно кормили. Правда, на этот раз ее компаньона попросили на время забыть о своих кулинарных обязанностях и остаться в постели. Кошка запрыгивала на кровать, чтобы тот, кому предназначены децибелы мурлыканья, предельно хорошо ее слышал. И это назойливое мурлыканье не имело ничего общего с умильным урчаньем довольной кошки: оно напоминало настойчивый рев бензопилы, призывающий к вниманию.

Прослушав записи, 50 добровольцев единодушно оценили назойливое мурлыканье как «более настойчивое и менее приятное».

После этого исследователи еще раз вернулись к записям и проанализировали акустические свойства мурлыканья. Назойливое мурлыканье отличалось от довольного тем, что в нем всегда присутствовали высокие нотки. Когда новой группе участников предложили сравнить оригинальную запись с цифровой обработкой, они оценили вторую как гораздо менее неприятную.

В заключении научного доклада, посвященного результатам этого исследования, ученые выдвинули предположение, что акустическая структура назойливого мурлыканья имеет сходство с плачем младенца. Известно, что люди особенно чувствительны и отзывчивы к этому звуку, поэтому ученые допустили, что кошки научились воздействовать на эту восприимчивость и издавать мурлыканье, которое привлечет наше внимание.

«Какая ерунда!» – подумал я, прочитав это. Одно дело – выявлять сходства при помощи щегольского статистического анализа, выполненного на компьютере, и совсем другое – воспринимать их на слух: то, что мурлыканье и плач младенца имеют некоторые общие характеристики в цифровом формате, еще не означает, что они на самом деле звучат одинаково.

Потом я прослушал аудиофайлы, которые авторы исследования выложили в интернет вместе с текстом доклада. И что бы вы думали? Слушая записи, я заметил сходство с детским плачем! После этого я отыскал в сети другие записи назойливого мурлыканья и, изо всех сил напрягая слух, действительно услышал в них что-то похожее на младенческий плач.