Экокриминология (oikoscrimenlogos). Парадигма и теория. Методология и практика правоприменения
- -
- 100%
- +
В монографии Б. Б. Тангиева дается анализ обеих подсистем экологической преступности: 1) множества экологических преступлений и 2) детерминации преступного поведения в сфере окружающей среды. Исследуется вопрос о латентности этих преступлений. К числу достоинств работы следует отнести то, что обоснование системы контроля над экопреступностью осуществляется в единстве социального, информационного и правового подходов. Особой оригинальностью отличается разработанная Б. Б. Тангиевым методология экокриминологии, связанная с геоинформационными технологиями по выявлению, контролю, оценке и прогнозированию экологической преступности и ее детерминантов.
Каждая из криминологических отраслей, относящихся к школе преступных подсистем, привнесла в науку терминологию, без которой
невозможно адекватное отображение развиваемых соответствующими отраслями научных представлений. Б. Б. Тангиев для экологической криминологии разработал производные от общекриминологических специальные операционные понятия: экологическое преступление,
экологический преступник, эколого-криминологический контроль, экокриминологический прогноз, экокриминологическое планирование, экокриминогенная ситуация и др. Эти понятия разъясняются и успешно используются в монографии.
Появление новейших отраслей криминологии, основанных на изучении преступности саморазвивающихся общественных подсистем, вызывает неоднозначное отношение криминологов. Одни авторы одобряют дифференциацию научного знания, следующую в этом направлении, и углубленно исследуют преступность семейной, политической, экономической, «наказательной» и др. сфер.[14] Другие высказывают опасения по поводу новых «изобретений» криминологической науки.[15] А. И. Долгова справедливо замечает, что появление указанных отраслей криминологии не означает рождения соответствующих новых наук.[16] В. Н. Бурлаков полагает, что наметившаяся отраслезация криминологии в настоящий момент является оправданным процессом ее развития.[17] Разумеется, семейная, политическая, экологическая и т. и. криминологии являются составными частями общей науки о преступности.
Школа криминогенных подсистем не претендует на истину в последней инстанции относительно познания преступности. Она позволяет лишь взглянуть на преступность под новым углом и, возможно, высветить при этом ранее не замеченные ее черты.
Рассмотрение преступности на уровне социальных институтов в качестве их свойства порождать преступления внутри и вне себя послужило теоретической предпосылкой для зарождения новейших криминологических отраслей: политической криминологии, криминологии СМИ, богословской криминологии, криминологии закона и др. В качестве важного этапа формирования школы криминогенных подсистем ожидается построение экокриминологии.
Представленные в исследовании Б. Б. Тангиева отдельные положения могут вызывать возражения и споры, но они имеют право на существование, поскольку обогащают науку. Впрочем, если отбросить частности, то в целом о работе Б. Б. Тангиева можно сказать, что она закладывает фундамент экологической отрасли криминологии.
Дмитрий Анатольевич Шестаков – доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, президент Санкт-Петербургского криминологического клуба
Введение
Согласие с природой означает вечное.
Китайский мудрец Лао ЦзыЧеловеческая натура очень противоречива. По мнению многих, в тот момент, когда человек возник на Земле как отдельный вид с присущими только ему качествами, позволявшими провозгласить его наивысшим достижением эволюции, тогда было положено начало экологической катастрофы «замедленного действия» в мировых масштабах. Однако на стадии выделения человека как вида он был еще далек от организации социального общества, и окружавшая природа была для него и домом, и способом выжить, и злейшим врагом. Но прошло время, и человек в ходе своего развития понял, что только объединив усилия с себе подобными, он получит возможность выстоять в этой нелегкой борьбе за выживание. Пытливый ум и неугасающий интерес ко всему окружающему вывели человека на высшую ступень развития. Он, ранее покорявшийся стихии природы, сам стал царем природы. И даже более того, он стал отделять себя от природы, отгородившись неприступными стенами городов и жилищ, полагая, что при помощи науки, техники и ремесла он сможет обеспечить себя всем без ограничения. При этом Homo sapiens счел допустимым не только отделиться от матери-природы, но и поставить ее себе на службу. Человек безгранично стал пользоваться ресурсами природы ради собственного обогащения, улучшения благосостояния и извлечения материальной выгоды, не задумываясь над тем, насколько варварскими являются способы добычи полезных ископаемых, биоресурсов, насколько все более ускоряющийся технический прогресс приводит к засорению и загрязнению земель, водных источников и атмосферы.
Потребительское отношение к природе и окружающей среде привело к тому, что окружающая среда стала агрессивной и для самого человека, который оказался уязвимым перед стихией – и на воде, и на суше, и в воздухе. Ураганы, наводнения, землетрясения и другие природные катаклизмы поставили человечество перед фактом – природа способна погубить человека, так же как и человек природу.
Возникновение угрозы уничтожения человечества как вида поставило нас перед необходимостью обнаружения точек разумного соприкосновения с окружающей средой, достижения баланса между потребностями человека, общества и возможностями окружающей среды. И как результат – в обществе назрела необходимость в создании института оценки и контроля состояния окружающей среды, системы безопасного взаимодействия общества и природы, поскольку сохранение зыбкого равновесия в природе непосредственно связано с возможностью существования самого человека.
В результате в конце XIX в. было сформулировано понятие «экология». Оно произошло от греческих слов «ойкос» – дом, жилище, место обитания, и «логос» – наука. Данное понятие изначально возникло в биологической науке как науке о взаимосвязи живых организмов с окружающей средой – средой их обитания. Однако именно в этот период проблемы взаимодействия все более развивающегося общества и природы стали занимать умы ученых и специалистов. Возникли разные отрасли экологии: промышленная, социальная, космическая экология, экология человека. И как следствие, возникло такое понятие, как экологическая безопасность. По мнению А. М. Воронцова, экологическая безопасность – это совокупность научных знаний и принципов, определяющих модели общественного сознания и поведения, способные противодействовать негативным антропогенным воздействиям на окружающую среду[18].
Проблемы экологической безопасности нашли свое отражение в международном законодательстве. Россия на международной арене выступает за расширение международного сотрудничества в целях обеспечения экологической безопасности, в том числе с привлечением новейших технологий, в интересах всего международного сообщества[19].
Проблемы экологической безопасности затронуты во многих международных документах. Однако большинство из них декларативны, не содержат в себе единого подхода к пониманию проблемы экологической безопасности, четких понятий и признаков экологической безопасности как объекта права. Некоторые из международных актов хотя и не имеют практического значения, однако позволяют привести общество к пониманию проблемы экологической безопасности, закрепляя основные положения, формирующие нравственное отношение человечества к данному вопросу и создающие основу для развития и совершенствования внутреннего законодательства каждого конкретного государства.
Обеспечение экологической безопасности нельзя рассматривать отдельно от понятия «экологическое преступление», поскольку экологическое преступление – один из наиболее опасных видов противоправного поведения индивидуума, результатом которого всегда будет нарушение прав человека на экологическую безопасность.
Экологическая преступность – отрицательное, сложное по характеру социально-правовое явление, складывающееся из совокупности экологических преступлений, подрывающих в целом биологические основы самого существования человечества[20]. Экологическая преступность – это совокупность экологических преступлений, нарушающих природоохранное законодательство и причиняющих вред окружающей природной среде и здоровью человека.
Детерминируется экологическая преступность целым рядом причин, в основе которых лежат экономические, социальные и организационно-правовые факторы. Изучение причинного комплекса должно быть постоянным и системным, а его выводы должны реализовываться на макро– и микроуровнях в политической, экономической, демографической, организационной, воспитательной и других сферах[21].
Если проанализировать детерминанты экологической преступности, на поверхности окажутся те, которые обусловлены социальными факторами. А поскольку последние в той или иной степени поддаются учету и контролю со стороны как криминологов, так и общества, можно предположить, что давно назрела необходимость перехода от правовых мероприятий тактического характера к радикальной стратегии борьбы с экологической преступностью, основным компонентом которой выступят ее профилактика и предупреждение путем изучения и устранения криминогенных факторов, лежащих в основе ее развития.
Латентность экологических преступлений признана одной из самых высоких и по оценкам экспертов достигает 95-99%, а в ряде регионов доходит до 100%. Такие выводы специалистов основаны на фактическом несоответствии все более ухудшающейся экологической обстановки и уровня регистрируемых преступлений. И хотя согласно статистическим отчетам на экологические преступления приходится менее 1% от общего числа совершаемых в стране преступлений, однако с учетом латентности их доля составляет уже 15-23%. Именно в этом заключается огромная социальная опасность такого вида преступлений. Однако самое страшное состоит в том, что и природе, и среде обитания человека, и самому человеку экологические преступления причиняют невосполнимый и неописуемый по своим масштабам вред.
Экспертами уже давно доказано, что общее влияние антропогенного фактора на экосистему Земли превосходит допустимые пределы в 10 раз. Человечество в ходе своего развития уничтожило 40% экосистем, в основном за счет истребления лесного массива. За последнее время ни одна из составляющих окружающей среды не улучшилась, напротив, продолжается истощение озонового слоя, в атмосфере все больше концентрируются парниковые газы, вырубаются леса, что ведет к увеличению площадей пустынь и земель, которым угрожает опустынивание, идет загрязнение Мирового океана и пресных источников вод внутри континентов.
В XXI в. обострение экологических проблем достигнет апогея, и перед человечеством встанет вопрос: «Быть или не быть?» На этом фоне со всей отчетливостью отразится криминогенная роль таких социальных процессов, как урбанизация, индустриализация и научно-технический прогресс, о чем уже говорили профессора М. М. Бринчук, Б. В. Ерофеев, С. М. Иншаков, В. В. Лунеев, Д. В. Ривман, А. И. Соболь, Д. А. Шестаков и др.
В определенный момент названные процессы вышли из-под контроля человека, и их дальнейшее развитие неминуемо приведет к разрушению окружающей среды, нравственности и духовности.
Человеческое сообщество как целостный феномен оказалось не в состоянии обуздать свои постоянно растущие потребности, удовлетворение которых обрекает нас на неминуемую гибель. И именно от усилия по улучшению экологической обстановки зависит существование цивилизации в этом мире.
По данным специалистов, только в XX в. на территории Российской Федерации было уничтожено около 100 тыс. рек. В 185 городах России, большая часть которых расположена в бассейне реки Волги, зафиксирована повышенная концентрация вредных веществ в атмосферном воздухе. В то время как экспертами установлено, что до 95% патологий верхних дыхательных путей и до 30% заболеваний общего характера так или иначе связаны с ухудшением качества воздуха, ежегодное количество твердых отходов на территории России достигает 80 млрд тонн, причем эта цифра постоянно увеличивается. Ежегодно лишь на территории Волжского региона выбрасывается около 42 млн тонн токсичных отходов, из которых только 13% перерабатывается, обезвреживается и утилизируется.
На фоне этих необратимых процессов жизнестойкость народов, населяющих Россию, выглядит удручающе. «Выживаемость русских достигла критической отметки»,[22] – к такому заключению пришли эксперты ЮНЕСКО и Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), в ходе своих исследований определявшие жизнеспособность различных народов путем сопоставления динамики уровня жизни и экономической ситуации, а также их взаимозависимость с учетом экономической политики правительства.
В данной работе в научно-исследовательском аспекте посредством общенаучных и специальных методов на междисциплинарном уровне раскрываются проблемы правовой охраны окружающей среды. Автором сделана попытка проанализировать как общемировые, так и национальные подходы к решению экологических проблем, а также предложены некоторые новые концептуальные направления деятельности по предупреждению экологических правонарушений и преступлений.
Глава I
Историко-правовой анализ развития российского законодательства в области охраны окружающей среды на фоне эволюции экологической преступности
Род проходит и род приходит, а земля пребывает вовеки.
Книга Экклесиаста, или Проповедника. 1.4В прошлом на Руси не существовало никаких специальных нормативно-правовых актов, направленных на регулирование экологических отношений. Однако крестьяне издревле применяли рациональное природопользование, руководствуясь различными приметами и суевериями. Традиции и обычаи, существовавшие не одно столетие, как правило, неуклонно соблюдались.
История основания природоохранного законодательства в России условно можно разделить на три основных этапа: дореволюционное законодательство; советское право, регулирующее отношения по охране природы; природоохранное законодательство на современном этапе.
§ 1.1. Законодательство дореволюционной россии об охране природы
В русском праве правовые нормы, регламентирующие использование природных ресурсов, а в более поздние периоды и охрану окружающей среды, например воздуха и вод в городах, отразили природные, обусловленные ими экономические, а также культурные особенности развития нашей страны. Вместе с тем, в нем прослеживаются те же, что и в законодательстве других стран, основные подходы к охране природы, т. е. через защиту различных форм собственности, государственных интересов.[23]
Русская Правда является одним из древнейших законодательных памятников Древней Руси содержит в себе нормы гражданского, уголовного и процессуального права.
По мере развития частной собственности на землю находят свое правовое оформление и идея охраны объектов природы непосредственно через охрану собственности. Так, Русская Правда устанавливала запрет на кражу дров, а не на рубку леса, так как дрова – это имущество – общественная собственность. Вместе с тем предусматривался штраф за повреждение или уничтожение борти. Подобное нарушение рассматривалось уже с другой позиции: «Имущество князя охраняется и в лесу».[24]
В связи с усилением центральной власти и преодолением феодальной раздробленности князем Иваном III был утвержден Судебник 1497 г., который в правление Ивана IV был заменен Судебником 1550 г., закреплявшим социально-политические принципы русского централизованного государства.
Соборное уложение 1649 г. предусматривало ответственность за уничтожение или повреждение леса пожаром: «А будет кто по не-дружбе учнет в чьем лесу на станех огонь класти, и от того в том лесу учинится пожар, или в чьем лесу пожар учинится от конских, или иные животины от пастухов небреженьем, и таким пожаром учинят поруху бортному деревью и пчелам, и зверь и птицы из того лесу тем пожаром отгонят, и в том на них будут челобитчики, и с суда сыщется про то допряма, что такой пожар от кого учинится нарошным делом, или Пастуховым небреженьем, и на тех людей за такое пожарное разорение взяти пеня, что государь укажет, а истцу велети на них доправити убытки по сыску».[25]
В российском законодательстве XVII-XVIII вв. наблюдается тенденция к определенному ограничению в интересах государства прав собственников по пользованию природными объектами. Уложение 1649 г. разрешало «служилым людям» свободно пользоваться лесом для различных воинских нужд, устанавливая в то же время ответственность за порубку деревьев в помещичьих и вотчинных угодьях.[26]
Петр I ввел новые ограничения прав владельцев на леса, растущие на их землях, разрешив для государственных нужд рубить во всех лесах всякое дерево, не платя за то ничего владельцу леса.[27]Правда, Екатерина II Указом от 22 сентября 1782 г. отменила эти ограничения, предписав предоставить в полную собственность владельцев имений все леса, растущие на дачах помещиков, даже если они были ранее объявлены заповедными.
Лес ранее охранялся только лишь как имущество, дрова. Во времена правления Петра I лес являлся стратегически важным сырьем, используемым в военных, экономических и иных целях государства, в связи с чем по указу Петра I был введен запрет на вырубку леса вдоль рек (из-за удобства лесосплава).
К концу XVIII в. явно назрела необходимость обеспечить систематическую подготовку большого количества специалистов по вопросам экопользования. Поскольку экологии и, соответственно, экологов тогда еще не было, эти функции должны были взять на себя лесники и егеря. С 1803 г. главной организацией, занимавшейся лесным хозяйством, стало Практическое Лесное училище, учрежденное Александром I в Царском Селе.
В то же время принимались новые законодательные решения, направленные на охрану окружающей среды. Например, в соответствии с правовым актом «Учреждения для управления губерний» 1775 г. земский исправник обязан был наблюдать, «чтобы везде на местах и дорогах была чистота»[28]. Согласно Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., «если кто-либо построит признанные по закону вредным для чистоты воздуха или воды фабрику, мануфактуру или завод в городе или хотя и вне города, но выше онаго по течению реки или протоки, то сии заведения уничтожаются на счет виновного, и он подвергается аресту на время от семи дней до трех месяцев или денежному взысканию не свыше трехсот рублей».[29]
Помимо этого, в Уголовном уложении 1845 г. появилась статья, предусматривающая ответственность за незаконный промысел котиков и бобров. Некоторая часть норм при этом содержалась в главе «О нарушениях постановлений для обеспечения народного продовольствия» и предусматривала уголовно-правовые санкции за «безвременное и излишнее истребление служащих в пищу животных и рыбы». Преступлением объявлялось самовольное создание рыбных заводов; незаконный лов рыбы; непринятие должностными лицами («чинами полиции», сельскими начальниками) «мер по прекращению охоты и звериной и птичьей ловли в запрещенное время и в запрещенных местах», допущение торговли добытой в запрещенное время дичью. Специальная глава отводилась статьям о наказуемости нарушений правил о казенных и частных лесах: за самовольную рубку деревьев, укрывательство или покупку похищенного или самовольно срубленного другими лицами леса, за ненадлежащее выполнение обязанностей или злоупотребление ими со стороны «лесных чинов и стражи», за сопротивление названным лицам. Но такого рода составы были ориентированы скорее на защиту интересов собственности государства и частных лиц, нежели на защиту непосредственно экологической безопасности.
Исследовавший историю правового регулирования контроля за охраной атмосферного воздуха Н. И. Малышко[30] приводит несколько примеров, дополняющих картину и сделанные выводы. Так, во Врачебном уставе 1905 г. в главе «Об охране чистоты воздуха» (ст. 650) указывалось, что «полиция наблюдает, дабы на улицах, дорогах, мостах и возле оных нигде не было ничего такого, что может заражать воздух». Там же, в ст. 655, устанавливалось, что «заводы, мануфактурные, фабричные и иные заведения, вредные чистоте воздуха и воды, должны быть устраиваемы по особым правилам, изложенным в Уставах о Промышленности и Строительном». Запрещалось строительство фабрик и заводов, наносящих вред чистоте воздуха, в городах и выше городов по течению рек и проток (ст. 165). В 1833 г. были изданы правила «О размещении и устройстве частных заводов, мануфактурных, фабричных и иных заведений в С.-Петербурге», которые предусматривали, что «все вредные газы, могущие отделяться при производстве работ, должны быть непременно поглощаемы или сжигаемы». В этом документе промышленные предприятия в зависимости от вредности воздействия на атмосферный воздух делились на три категории, причем предприятия третьей категории не должны были размещаться в городе.[31]
Несомненно, развитие правового регулирования экопользования осуществлялось под влиянием различных факторов: природных, экономических, культурных.
Законодательство данного периода в области охраны природы расценивало объекты природы как общечеловеческие ценности и разграничивало право собственности на них, а кроме того, предполагало вмешательство на государственном уровне. Аналогичные тенденции наблюдаются и в законодательстве более позднего периода.
§ 1.2. Законодательство советского периода в области охраны природы
Исследовавшая историю уголовного законодательства советского периода, регулирующего отношения по охране природы, Е. В. Виноградова отмечает крайнюю противоречивость норм института уголовного наказания в начальный период существования Советского государства. Причиной этого, прежде всего, явилась крайняя неустойчивость внутренней политики государства, сложившаяся ситуация, «когда законность заменялась целесообразностью, направленной на удержание и укрепление советской власти, а также тем, что советская власть практически полностью отвергла имперское законодательство».[32]
Вопросы, касающиеся уголовного наказания, да и уголовного права вообще, рассматривались в различных нормативно-правовых актах, как правило, противоречащих друг другу. И для того, чтобы обобщить развитие уголовно-правовых норм, законодателю потребовалось некоторое время, и уже в декабре 1919 года были приняты Руководящие начала по уголовному праву РСФСР.
Процесс децентрализации управления землями и другими природными ресурсами с передачей всей полноты власти местным Советам депутатов юридически был оформлен первыми советскими декретами.[33]
Первым же юридическим актом был Декрет 1917 г. «О земле»[34], который по большей части носил экономический характер, но в то же время уже создавал условия для охраны земель. Статья 2 данного Декрета гласит: «Помещичьи имения, равно как и все земли уездные, монастырские, церковные, переходили в распоряжение волостных земельных комитетов и уездных Советов крестьянских депутатов».[35]В следующей статье говорится о том, что «какая бы ни была порча конфискуемого имущества, принадлежащего ныне всему народу, она объявляется тяжким преступлением, караемым революционным судом».[36] Но интересен тот факт, что нет четко установленной меры наказания. Кроме того, в кодифицированных уголовно-правовых актах «порча конфискуемого имущества» так и не была закреплена. Данное правонарушение очень скоро потеряло свою актуальность. Итак, первое же уголовно-правовое предписание в Советском государстве просуществовало довольно короткий период.
С начала правления советской власти был заложен фундамент для правового регулирования экологических отношений. Был принят ряд декретов: 27 мая 1918 г. «О лесах»[37], в 1919 г. – «О сроках охоты и праве на охотничье оружие»[38], в том же году – «О недрах земли»[39], в 1921 г. – «Об управлении лечебными местностями (курортами) общегосударственного значения»[40], 16 сентября 1921 г. – «Об охране памятников природы, садов и парков»[41] и др.
Данные правовые акты были направлены на определение статуса природных объектов, отграничение их от объектов имущественного характера.
Хотя система правового регулирования экопользования в рассматриваемый период не имела целостного характера, а была сосредоточена на отдельных объектах природопользования, однако уже тогда законодатель делал упор на бережном отношении к природе.
По Декрету «О земле» все лесопорубки без надлежащего разрешения были объявлены преступными. Постановление «О борьбе с лесными пожарами» 1920 г. предусматривало Суд военного трибунала для лиц, умышленно или по неосторожности вызвавших лесной пожар. За эксплуатацию рыбных и звериных угодий согласно декрету СНК «Об охране рыбных и звериных угодий в Северном Ледовитом океане и Белом море» предусматривалось уголовное преследование.