Пламя Феникса

Еще никогда Лали не слышала, чтобы Виктор говорил со своей любимой Юви таким тоном.

– Тем более, что я уже отправил письмо, и фениксы скоро будут здесь.

– Не спросив у меня? Я же просила тебя повременить! И ты даже не поинтересуешься, чего хочет сама Лалибэй? Просто политический союз – и ничего больше? Не позволишь ей испытать ту любовь, что есть у нас, Виктор?

Тишина наполнилась свинцовой тяжестью. Лали съежилась. Она не могла поверить, что это говорят о ней, а Юви заступается за нее. Лали всегда была готова сделать так, как ей велел бы Виктор. Но фениксы? Неужели он хотел отослать ее? Лалибэй не чувствовала ног. Ей нужно убежать отсюда и не слушать, а она не могла.

– Она единственная, кто справится с этой ролью. Мы должны укрепить наши позиции и подарить Мартиму королевское дитя…

Тут Лали не выдержала и влетела в кабинет. Гнев затмевал разум. Какие еще дети? О чем он говорит?

– Виктор! – вспыхнула она, разъяренная и растрепанная. – Брат…

Встретившись с его каменным взглядом, она осеклась и склонила голову.

– То есть… Ваше Величество, простите.

Почему брат всегда так на нее действовал? Она не могла вымолвить ни единого слова протеста в его присутствии.

– Лалибэй? – раздался голос Виктора. – Что ты здесь делаешь? Я просил тебя уехать домой.

Да, ей следовало уехать, спрятаться в пещерку особняка и дальше улыбаться, будто ничего не происходит. Вот только она нутром чуяла, что все идет под откос. Да еще этот появившийся из ниоткуда демон! Хорошо, что Виктор держал его взаперти с помощью ремесиса.

Но стоило Лали приоткрыть губы, чтобы возразить брату, и вся смелость куда-то испарилась. Нет, она не могла ему перечить. Виктор правитель Мартима: кто, если не он, знает, как будет лучше.

А Юви… Лали искоса посмотрела на королеву, которая ответила ей ласковой улыбкой. Какие глупости она напридумывала. Как и всегда. Перед ней воплощение божественности, а она смеет усомниться?

– Я просто зашла попрощаться перед отъездом, брат, – виновато сказала Лали и засеменила к выходу, коря себя за малодушие.

Она застучала каблучками по коридору, удаляясь прочь от кабинета, чтобы запереться где-нибудь и поплакать. Разве не это ты делаешь все время, Лалибэй, ревешь и жалеешь себя? И злишься только на саму себя.

Лали свернула в коридор и направилась к парадному выходу. Но вот там показались тени, послышались громкие и веселые голоса. Один, звонкий, она узнала. Кажется, это приехала тетушка Адора со своим огромным семейством, похожим на буйное море, которое она могла утихомирить за считаные мгновения.

Она всегда привозила со своей родины сувениры и необычные сладости. Прежде Лали выбегала к ней, но сейчас, выглянув из-за угла и заметив рядом с Адорой незнакомку, тут же скрылась. Ей пока ни с кем не хотелось встречаться. Тем более, что Адора прибыла из Независимых Стран, а не фениксов ли упомянул брат в споре с Юви?

Лали свернула в противоположный коридор, гадая, где бы ей укрыться от всех. Она шла и шла, петляя по дворцу. Хотелось просто исчезнуть, испариться, рассеяться, как дым. Не сразу Лали поняла, в какое крыло дворца ее занесло, пока не остановилась перед золоченой дверью, запечатанной тяжелой кованой решеткой с дремлющим по ее центру стражем.

Демон. По ту сторону демон, запертый ремесисом Виктора. Ноги Лали стали на миг ватными, когда она вспомнила, в какой близости была от того демона в прошлый раз. Хорошо еще, что никто не узнал об их встрече. Ей пока не хватало смелости признаться в своей вине.

А она виновата? И как это проверить?

Любопытство овладело Лали куда сильнее страха, как порой с ней случалось.

Она подошла к шершавой каменной стене коридора и начертила квадрат, внутри которого разметила несколько линий. Пусть она и не владела ремесисом, но прекрасно знала, как найти дорогу в Тайный архив.

Стоило ей замкнуть рисунок, как магический квадрат засиял: вспыхнули символы, предлагая Лали задачку. Она улыбнулась и вписала недостающий знак. Она обожала эти головоломки. Наконец решетка и символы исчезли, а вместо квадрата появился проем, из которого, зевая, высунулась омерзительного вида синяя голова с растрепанными волосами.

– Досточтимая дахини, доброго вам дня, – учтиво поклонилась Лали.

Ее не пугала внешность духа. С кожей цвета ирисов, безумными красными глазами и лукавой улыбкой та была по-своему гармонична. А когда дахини улыбалась, демонстрируя острые зубки, Лали улыбалась в ответ. В целом духи, пусть порой и сварливые, были безобидными. По крайней мере, для тех, кто умел с ними общаться.

– Что тебе нужно, дитя? – еще шире зевнула дахини. Лали не различала их по именам, они все были на одно лицо.

– Я бы хотела, если можно, одолжить из Тайного архива книгу, совсем ненадолго.

– И что за книга понадобилась тебе, дитя?

Лали задумалась. Точного названия она, конечно, не знала.

– Что-нибудь о демонах. Я хотела бы узнать о них побольше. Понимаете, у нас тут появился один…

– И как ты поняла, что он демон?

– Что? Я… – Лали немного опешила.

Дахини криво улыбнулась, глядя за спину Лали. Та поежилась и обернулась, но там никого не было.

– Может, у него были рога?

– Что, простите?

– Рога у него были? – На голове дахини, из ее клубка волос, выросли два белых, как клыка, рога. – Вот такие, например. Или… – Рога скрутились спиралью, вытягиваясь к потолку, – может, такие? Как у козла.

Послышался смешок. Лали обернулась – по-прежнему никого.

– Да нет же, не было никаких рогов. Я бы… Я бы обязательно заметила.

На это дахини что-то пробурчала про слонов, которых кто-то не приметил, но книгу все же выдала, после чего удалилась восвояси.

Лали опустилась на пол возле решетки и принялась листать страницы. И почему она решила, что это демон? Разве она встречала их раньше? Только читала в сказках.

Пролистав несколько страниц, Лали уловила странный шелест, который шел не от бумаги, а скорее раздавался… внутри ее головы.

– Что…

Она вздернула головой и в этот же миг отчетливо услышала – и впрямь в своей голове, – голос.

«Так ты зайдешь? Или будешь сидеть под дверью?»

Эта интонация, этот окутанный тьмой тембр…

Демон, он говорил с ней!

Лали подобрала юбки, собираясь уже бежать, но остановилась.

– Как ты это делаешь? – поразилась она.

Лали всегда вела беседы сама с собой, а тут кто-то вторгся в ее пространство.

«А ты зайди, и я расскажу тебе».

– Но я не могу, эти решетки создал король, их не разрушить.

В ответ лишь смех, эхом проносящийся по ее венам.

«Все можно разрушить, моя госпожа, все что угодно».

Лали положила руку на решетку, будто поверив, что могла тягаться с ремесисом брата. Каким же было ее удивление, когда металл начал плавиться.

Кейто чуть добавил жара, раскаляя решетку, и девчонка взвизгнула.

«Не все так просто, моя госпожа», – учтиво проговорил он, оказавшись у девчонки за спиной. Она его не видела, но отчетливо слышала мысли, что он посылал ей, разрушая барьеры ее сознания.

Розовые ленты, слишком много лент. Она еще совсем ребенок. Ей бы в куклы играть, подумал Кейто, и это заставило его улыбнуться. Когда-то давно и он был ребенком и даже в краткий миг считал себя счастливым. Но тогда еще была жива леди Камилла.

Он скорее почувствовал, чем увидел, как на длинных черных ресницах заблестели слезы. В них было нечто невероятно чистое и совершенное, заставившее Кейто на миг отступить и прекратить свою игру.

Все это время, проведенное «взаперти», он то и дело отлучался из своей золоченой клетки, заново изучая Дворец. Когда-то он был здесь Императором, но те времена прошли.

Кейто осваивался, принимая свое тело по-новому. Он уже не был прежним: тот человек, с его слабостью, бессилием и отверженностью, умер. Осталась лишь темная душа, которая вновь обрела плотские очертания. Демон. Девчонка нисколько не ошиблась. В Запредельном мире их тоже называли так. А еще – тенями.

Он исследовал свои возможности здесь, в материальном мире. Чувствовал, как ограничивает их физическое тело, и искал лазейки. Но больше всего его сковывала даже не магия Виктора, не сила Юви, нет. Он оказался в самом настоящем плену – во власти этой девчонки.

Знать бы, как именно это работало. Возможно, за ангельским личиком и кудряшками скрывается демоница, которая намеренно вызвала его с того света, чтобы свести с ума. Или заставить служить ей. Служить! Кейто содрогнулся при одной мысли. Он потратил целую бесконечность, чтобы вырваться из рабства других теней, стать тем, к кому никто не решится подойти, даже будучи мертвым. И что теперь? Ему вспомнились жуткие истории о джиннах, которым приходилось выполнять желания своих хозяев. И сейчас его запястья будто сковали кандалами, когда он хотел протянуть руки к горлу девчонки, сжать его и закончить эту пытку, но не мог. Потому что она не позволяла. Но как она это делала?

Девчонка повернулась, дуя на обожженную руку, и Кейто на мгновение стало стыдно. Не в его принципах обижать женщин. Пусть она и исчадие ада.

Но пока можно ненадолго поверить, что девчонка сама невинность.

«Нам предстоит один очень долгий разговор, моя госпожа, – прошептал он в ее сознание. – Но не раньше, чем ты принесешь мне печенье».

– Печенье? – круглые карие глаза уставились в пустоту. Кейто даже удивился, каким гневом они запылали. Девчонка вмиг позабыла о боли. – Что ты сделал с моим печеньем, грязный демон? Отвечай! Ты хоть знаешь, сколько я времени потратила…

– Во-первых, не такой уж я и грязный, – сладко протянул Кейто, возвращаясь в свою плотскую оболочку, возлежавшую на широком диване. Он совсем недавно помылся, радуясь этому как ребенок, который только увидел воду. – А, во‑вторых, я хочу еще. Принеси печенье, и тебе не придется листать эти доисторические книжки. Я расскажу тебе все, что ты захочешь узнать.

Кейто услышал стук каблуков. Звук эхом отдавался в его ушах, слабея с каждой секундой. Зато корично-лавандовый шлейф все еще витал в воздухе, раздражая обостренный демонический нюх. И пронзительный голосок, от которого звенело все тело. Хотелось заткнуть уши, но вряд ли бы это помогло.

Он откинулся на подушки, уставившись в потолок. Юстиана ведь придет к нему? Она приняла его более чем приветливо, что растревожило Кейто. Юстиана была такой же прекрасной, но стала… другой. Зеленые глаза обрели темно-нефритовый оттенок, под стать волосам, уложенным в косу, напоминавшую морскую раковину. От Юви не шло того опаляющего жара, тех искр, что когда-то раззадоривали его. Она была слишком спокойна – будто и не она вовсе. Эта неприятная мысль заставила его вскочить с постели и размять мышцы. Тело определенно нуждалось в тренировке, каким бы всемогущим он ни был. Здоровый дух, как известно, мог поселиться лишь в крепком и здоровом теле.

Он проделал несколько упражнений, пока в мышцах не появилась боль. О, как он скучал по ней! Это легче вынести, чем душевные муки. Но стоит все же разведать обстановку, пока ушла его маленькая мучительница Лалибэй. Младшая сестра Виктора. Кейто прикинул, сколько ей могло быть теперь, но не понимал, как давно погиб он сам.

Пора бы это выяснить. Он и так засиделся в предоставленных ему покоях – удивительно, что его поместили вовсе не в подземелье, подальше от всех. И поразительно, насколько беспечными были действия Юстианы и Виктора. Неужели они решили, что их сил достаточно, чтобы сдержать его подобной магией? Он узнал куда больше о деструкции, он и сам стал ею.

Если это не часть какой-то игры. Больше всего Кейто не желал становиться пешкой в чужих руках. Если его позвала сюда Юви, он уже очень скоро это поймет. Если нет – Кейто найдет того, кто вздумал руководить им, и развеет по всем землям Имгэ. За какой бы миловидной личиной он ни прятался.

В коридорах Дворца было непривычно пусто, но несколько сонных слуг все же бродили по этажам. Кейто прыгал из тени в тень, с легкостью перемещаясь в пространстве, и даже смог подслушать пару-другую сплетен о прибывших гостях – скоро намечался праздник в честь десятилетия правления королевы Юви и короля Виктора.

Десять лет. Прошло десятилетие его небытия. Он же думал, что гораздо больше.

Кто-то шепотом упомянул и его фееричное появление на церемонии, когда Юви запечатывала силу своего брата – что ж, сложно было просмотреть возвращение Императора. И тем не менее, он здесь, и никто его не держит, хотя стоило бы бросить всю стражу на его охрану.

Но о нем будто… забыли. Где же Виктор? Неужели не хочет вернуть его восвояси?

Кейто совершил еще несколько прыжков, когда вдруг почуял неладное. Возможно, он был здесь не так уж и всемогущ. На лбу выступили капельки пота, и Кейто с удивлением смахнул их. Пресвятая Глубина! Неприятное чувство буквально буравило его, сдавливая желудок, ноги и руки слабели. Он опустился на колено, укрывая себя сумеречным плащом и позволяя телу отыскать источник пополнения своих сил. Надо просто заново привыкнуть к этому миру, решил Кейто.

Но вот его вытолкнуло из коридора в пустоту, в мир духов, что невидимым слоем лежал поверх существующего мира. Вновь тянущее чувство, и Кейто оказался в тесном ароматном пространстве, напоминавшем кухню. Он не сразу различил перед собой облик девчонки – она стояла спиной к нему и рыдала, а слезы падали прямо в тесто.

Он вдохнул полной грудью, набираясь сил, и не удержался от замечания:

– Не реви в миску, я же не крекеров просил, – хмыкнул он.

Девчонка повернулась слишком резко, взвизгнула – и в него полетела кастрюля, а в следующую секунду он переместился обратно во Дворец. Чувствовал он себя все еще паршиво, но немного легче.

Возможно, недавние мысли сыграли с ним злую шутку – Кейто очутился у ног никого иного как Виктора. Тот сидел в саду и аккуратно подравнивал листики у карликового деревца в горшке. Руки его слегка дрожали, как от еле сдерживаемого гнева.

– Вижу, ты времени даром не терял, Виктор.

Тот даже не обернулся.

– Я ждал, когда ты придешь.

– Значит, это ты призвал меня?

Тишина. Виктор снова хотел показать свое превосходство?

– Я бы ни за что не решил возродить к жизни такого мерзавца.

– Спасибо за комплимент. Я тоже соскучился. Тогда кто?

Почему-то Кейто не тревожило, что он открылся Виктору. Ему действительно нужно было узнать, кто стоял за его появлением: если Юстиана, то Виктору придется смириться.

– Должно быть, ты не слишком хорошо заботился о ней все это время, – надавил на больное Кейто. – И она все-таки дождалась меня.

Руки Виктора, руки Архитектора, испещренные тонкой сетью морщинок, замерли в воздухе.

– Не. Смей. О ней. Говорить.

– Ты не меняешься, Виктор, разве что постарел на десяток годочков. Чего не сказать обо мне.

Кейто покрутился на месте, щеголяя своим новым телом, которое отличалось от прежнего разве что мощью. Почему ему всегда так нравилось задевать Виктора? Ведь, по сути, он ничего ему не сделал.

Только увел любовь всей его жизни.

Кейто обошел Виктора по кругу, чтобы посмотреть ему в глаза. Что он надеялся прочесть там – он и сам не знал. Ожидал увидеть ненависть к себе, самодовольство, но нашел лишь бесконечную усталость.

Куст за их спинами чуть зашуршал – возможно, только Кейто и уловил этот звук. Демон метнулся туда молнией и выдернул из-за изгороди девушку в боевом прикиде, с высоким хвостом белокурых волос на макушке.

– Знакомься, Циара – мой телохранитель, – ровным голосом проговорил Виктор.

Девушка обольстительно улыбнулась – даже слишком для солдата.

– Ну здравствуй, демон. Если пришел убить короля, тебе придется иметь дело со мной.

Кейто окинул воительницу оценивающим взглядом и лукаво улыбнулся.

– Почему бы и нет?

Глава 3

Девочка из сундука

Рожденная из земли, заточенная в ларец, была она прекраснее всех на свете, сама душа этого мира или, иначе, Сейти. Передавался этот ларец из рук в руки, из столетия в столетие. По силе не было равных этой красавице. «За кого же выдашь ее замуж?» – спросили однажды названного отца Сейти, и тот назначил состязания в ее честь. Соревновались юноши в борьбе, стрельбе из лука и метании копья, пока не появился среди них сам Бог Смерти и совершил невозможное, натянув изумрудную тетиву. А после, в благоприятный час, провели и свадебный обряд. «Не видел я более достойного жениха, – говорил отец. – Отдаю свою дочь тебе, пусть следует она за тобой, будто твоя тень».

Однако недолго длилось счастье. Сейти сгорела в мистическом огне, что объял все ее тело, унеся с собой и тех, кто находился рядом: ведь никто, охваченный гневом, страстью или похотью, не может прикоснуться к божественной силе.

Говорят, что до сих пор горит пламя верности в одном из храмов империи Солид, будто маяк, ставший ориентиром для кораблей холодного Северного моря. Но, может, это лишь слухи…

Легенды и предания Имгэ, Тайный Архив

L

Она никак не могла уснуть, ворочалась и вздрагивала при малейшем шорохе. Поджала под себя ноги, как в детстве, и со всех сторон подоткнула одеяло, оказавшись будто бы в коконе. Вот только сковорода неприятно холодила живот. Лали понимала, что демона сковородой не проймешь, но так ей было спокойнее.

Почему он преследовал ее? Что она ему сделала? Возможно, просто случайно оказалась рядом, в самый неподходящий момент. Что ж, это очень в ее духе.

В прошлый раз, когда она так оплошала, ее похитили, а закончилось все печальнее некуда.

Десять лет назад мартимьяне еще жили под гнетом империи Солид, но повстанцы, объединившиеся под знаменем Белых журавлей, хотели вернуть былые порядки. Они пробрались в особняк Виктора, обманом выманив его, а возле дома поймали и Лали. Ей надели на голову мешок и посадили в машину. Лали дрожала от ужаса, не зная, что ее ждет. Ей было всего двенадцать. А когда ее наконец выпустили на свежий воздух и сняли мешок, она увидела перед собой светловолосого юношу, как две капли воды похожего на Юви. Лали только помнила, что от удивления лишилась дара речи. А потом юноша потянулся к ней – и так все скрутилось внутри, легкие словно сдавило, и перед глазами повисла черная пелена. Лали очнулась, когда над ней колдовала Юви, возвращая ее к жизни с помощью ключа Белой Тейры. Те мгновения, когда Лали прекратила мирское существование, совершенно выветрились из памяти, будто их и не было вовсе. А может, она так и не дошла до Врат Запределья, о которых как-то обмолвился Роши. Ее убийца. В которого ее угораздило влюбиться.

– Нам пора уже все обсудить. Ты приготовила печенье? – раздался знакомый голос, но вовсе не тот, который она бы хотела услышать.

Лали подскочила на постели, собираясь выставить перед собой сковороду, но запуталась в одеяле, и чугунная утварь полетела на пол – правда, ее вовремя подхватил демон.

– Хм, я ожидал более теплого приема, во Дворце мне и то были больше рады. А ты ведь знаешь, насколько гостеприимен твой брат, когда дело доходит до меня.

– Тебя здесь быть не должно! – злобно фыркнула Лали.

Совершенно не зная, что предпринять, она уже распахнула рот, чтобы закричать и позвать на помощь – но кого? Маму? Зачем она только отказалась от предложения Виктора оставить в доме стражей? Тогда это показалось излишней опекой брата, теперь она считала себя самой настоящей дурой.

Но не успела Лали издать и звука, как поверх рта легла холодная ладонь.

– Не надо лишних слов, моя госпожа. – Фиолетовые глаза оказались на одном уровне с ее, вытаращенными от страха. – Спокойнее, хорошо? Просто не кричи, и я, так и быть, оставлю тебя в живых.

Лали коротко кивнула и махнула рукой в сторону подоконника, на котором стоял поднос с печеньем. На всякий случай!

Демон перевел взгляд в указанном направлении и ухмыльнулся.

– А вот это ты правильно.

Он отпустил ее и в два шага оказался у окна. Печенье моментально исчезло – что ж, с такой прожорливостью она не будет вылезать с кухни.

– Давай кое-что проясним. – Демон развернулся к ней лицом и уселся на подоконнике. Лали поняла, что до сих пор послушно молчала. Она до ужаса боялась этого монстра еще со времен Империи – теперь и подавно. Или же скорее привыкла думать, что боится.

– Зачем ты преследуешь меня? – задала мучивший ее вопрос, но демон лишь посмотрел на нее исподлобья и прыснул со смеху.

– Это я тебя преследую? Лучше ответь, зачем ты вызвала меня?

– Ничего подобного! – возмутилась Лали, поежившись в тонкой сорочке, завязанной у горла на шнурок. Ей всегда было холодно по ночам, и приходилось спать в этих ненавистных «ночных платьях». – Кто в своем уме станет вызывать демона?

Тот лишь хмыкнул.

– Давай ты уже перестанешь меня так называть.

– Хорошо, а как тогда? Октавиан?

– Не смей! – резко прервал. – Не произноси вслух этого имени. Считай, что его больше не существует. Зови меня Кейто. – И поморщился, будто печенье пришлось ему не по вкусу. – Эх, что ты туда добавляешь? Я бы съел еще целую гору.

– Только не начинай про печенье… Кейто, – выдохнула Лали более сердито, чем могла бы позволить себе наедине со столь опасной сущностью. Но как Виктор допустил, что тот разгуливает здесь направо и налево?

– Итак, ты вызвала демона с того света, чтобы творить свои злодеяния, я верно понимаю? – спросил Кейто, приближаясь на шаг. – Наша маленькая злодейка?

Он был высоким, слегка сутулился, но держался очень уверенно – и осторожно, будто просчитывал каждый маневр. Светлые волосы, почти белые, длинной челкой ложились ему на глаза, сверкавшие аметистами.

– Я тебя не вызывала! – сжав кулаки, повторила Лали и для пущего эффекта топнула ногой.

– Как мило, – сказал он, окидывая взглядом ее сорочку. – Ты всегда спишь в платье?

Лали сложила руки на груди и насупилась.

– Не твое дело.

– Эх, как же сложно с тобой разговаривать, дитя. Ладно, допустим, ты ничего не понимаешь. Пока. Тебе придется выяснить, как все это закончить.

– Да что закончить?

– Вот это! – голос демона словно проревел у нее в голове.

Кейто подпрыгнул к ней, сокращая расстояние между ними, и схватил за плечи. Мгновение ничего не происходило, но потом… Лали даже не знала, как описать это, он словно стал вытягивать из нее все силы. Как тогда, на улице, в день праздника. Она до ужаса перепугалась и попятилась, плюхнувшись на кровать. Демон черной тенью навис над нею.

– Пусти меня, прошу, не убивай, не надо, – взмолилась Лали, зажмурившись.

– Вот же глупая, – выдохнул Кейто, заваливаясь рядом и перекатываясь на спину. – Ладно, давай рассуждать. Примем тот факт, что ты не блещешь умом и сообразительностью. При хорошей мордашке такое вполне удобоваримо, но нашему делу не поможет. Представь это таким образом. Я вернулся из Запределья в этот мир, а ты в нем… ну что-то наподобие якоря. А я корабль… да, пожалуй, так. И вот, я не могу сдвинуться с места, потому что ты держишь меня!

– Я? – ахнула Лали. – Но как?

– Вот и я хотел бы это выяснить.

– Значит, я теперь проклята? – со слезами на глазах воскликнула она. – За что мне это? Нет, я, конечно, догадываюсь, за что, но чтобы так! Завтра же я пойду к Виктору и Юви, и они решат этот вопрос.

– Никуда ты не пойдешь, – оборвал ее Кейто.

– Почему это? Они правители, самые сильные маги во всем Мартиме. Кому, если не им, под силу решить эту проблему?

– Я бы мог с тобой согласиться, но я к твоему Виктору не пойду. Мы сами разберемся, в чем тут дело. А пока заключим договор.

– Вот еще что!

– Мы поможем друг другу. Ты отпустишь меня, а я – перестану тебе докучать.

Лали поднялась с кровати и разгладила сорочку, сурово взглянув на демона. Если сказанное им правда, то был только один способ проверить. Ее осенила озорная мысль.

– Скажи «мяу».

– Что? – проревел демон.

– Что слышал. Иначе я в это все не поверю.

– Я не собираюсь этого говорить. Какое ребячество! Но что еще можно ожидать от девчонок в розовых платьишках?

– Скажи «мяу», – настойчиво повторила Лали.

– Ни за что.

Неужели он считал ее настолько наивной и думал, что она будет плясать под его дудку? Как бы Лали ни страшилась тянущего чувства пустоты, возникающего в присутствии демона, она сама обратилась вовнутрь и увидела то, что он говорил: странный поток энергии, который витал между ними, будто источая яд. Лали сама не поняла, как ей удалось, но она вдруг направила этот поток в обратную сторону и…

– Мяу.

Их взгляды встретились. Его глаза совсем потемнели, сверкая в сумраке ее спальни. Глаза тигра.

– Прости, что? Я не расслышала, – еле сдерживаясь, проговорила Лали, не веря в свою удачу.

– Мяу!!! – слетело с чуть пухлых губ. А следом звериный рык, от которого Лали повалилась на пол и расхохоталась.