- -
- 100%
- +
– Дальше одностороннее движение, – недовольно проговорил Юрий. – Там тоже? – посмотрел он на Анджея.
– Там и так и сяк, – усмехнулся тот. – Нам нужно найти небольшое кафе. Давай налево.
– Но тут нельзя ездить, – развернув машину, покачал головой Юрий.
– Если очень надо, то можно. Теперь налево. Ну сейчас правильно едем. А вот и кафе. В общем, остановись и делай машину. Я зайду и постараюсь выбраться побыстрее.
– Буду ждать, – кивнул Юрий.
Анджей вошел в кафе.
– Привет, полковник! – Крепкий поднялся.
– Здорово, Бродяга! Жив вроде? – Анджей осмотрел его.
– Пока везет! – рассмеялся крепкий.
– Зачем вызывали? – спросил Анджей.
– Прежде всего, – проговорил полный, – привезли деньги. Сорок. – Он положил на столик конверт. – Можешь пересчитать.
– Да когда я это делал? – усмехнулся Анджей. Взяв конверт, он сунул его в боковой карман куртки. – И прощайте, господа.
– Подожди, – остановил его Бродяга. – С тобой хотят поговорить.
– Кто и о чем? – Анджей взглянул на поднявшегося худощавого.
– Ян Карлович Атоцкий, – подошел к нему худощавый. – Очень приятно познакомиться, господин полковник. – Он протянул руку.
– Что надо? – не подав руки, спросил Анджей.
– Есть выгодное предложение, – ответил Ян Карлович.
– Гуд бай! – Анджей повернулся к двери.
– Постойте, полковник! – Ян Карлович положил ладонь ему на плечо. И заорал от боли в завернутой за спину руке.
– Что ты хочешь? – отпустил захваченную кисть Анджей.
– Вы знаете капитана Медведя? – спросил Ян.
– Дальше что?
«Уже пятнадцать минут прошло, – посмотрел на часы Юрий. – В любом случае я поеду назад. Он хочет, пусть остается. Хотя приехали вместе, вместе и уедем». Вздохнув, он снова посмотрел на часы.
Из кафе вышли Анджей, Бродяга и полный. Последним появился Ян Карлович. Все подошли к машине.
– Здорово, – кивнул Юрию Бродяга.
– Здравствуйте.
– Ну ладно, – пожав руку Бродяге, полному и кивнув Яну, сказал Анджей, – тронулись мы. Кстати, как нам отсюда выбраться?
– Прямо, – ответил Бродяга. – После знака одностороннего движения – налево. Потом направо до проспекта. Там под светофор – и вперед.
– Пока! – Анджей сел в машину и протянул Юрию деньги: – Держи, пять пятьсот.
– Спасибо, – кивнул Юрий.
– Поехали.
– Ну и что ты думаешь? – посмотрел на Яна Бродяга.
– Я доволен, – ответил тот.
– Ты ведь вроде говорил, что в Москве не ездил, – вспомнил Анджей. – А молоток, держишься так, будто всю жизнь по столичным улицам катаешься. Я, например, однажды попробовал. Увидел впереди голосующего и встал. Хорошо, что менты мимо проезжали, – засмеялся он. – В общем, позвонил я, и за мной приехали. Но больше я ни разу не пытался по Москве ездить. А ты молодец! Ну что, тачку сделал? Не кипит больше?
– Все в порядке, доедем.
– Эй! – обернувшись назад, усмехнулся Анджей. – А ты в Вологду поехал? Или в Ярославль?
– А что?
– Так Кольцевую проскочил.
Юрий увидел впереди две столкнувшиеся машины, рядом с ними – мужчину и женщину, судя по всему, водителей «шестерки» и «ауди», и сидевшего в машине милиционера. Остановив «четверку», он вышел, а вернувшись, виновато посмотрел на Анджея.
– Ну что, в Ярославль поедем? – с улыбкой спросил тот.
– Разворот дальше, – вздохнул Юрий.
– Бензин и время твое, – усмехнулся Анджей.
– Ты чего? – растерянно спросил вошедшего Сергея пожилой лысый мужчина в пижаме. – Видел Райку-то? Она ведь каждый день звонит…
– Ага, – не останавливаясь, Сергей прошел в комнату, – видел. Все нормально. Выпить есть?
– Так ведь мать, – опасливо покосился на дверь комнаты лысый, – того-этого. Ну, в общем…
– Сын вернулся, – усмехнулся Сергей, – отметить надо. А то как-то не по-русски выходит.
– Это точно, – поспешил согласиться отец. – Тонька! – повысил он голос. – Приготовь что-нибудь закусить. Отметить требуется. Сын вернулся.
– Все уже готово. – Из комнаты вышла пожилая женщина. – А Рая где? Или снова…
– Мам, – поморщился Сергей, – я не хочу о ней говорить. Давайте отметим мой приезд, а заодно и отъезд. Долго я не задержусь.
– Да ты что говоришь-то?! – всплеснула руками мать. – Только сегодня заявился, а уже уезжать собираешься. Не пущу! Хоть с неделю дома побудь… – Она всхлипнула.
– А действительно, сынок, – кашлянув, подхватил отец, – ведь мы все-таки давно не видались.
– Лады, – кивнул Сергей, – неделю побуду.
– Вот и выбрались, – сказал Анджей. – Надо перекусить. Увидишь кафе – тормози.
– Вон оно, – махнул рукой вперед Юрий.
– Давай подальше. Здесь кухня хреновая.
– Понятно, – усмехнулся Юрий.
– Ничего вам не понятно, молодой человек. Но все-таки проезжай мимо. – Анджей посмотрел на небо. – Кажется, дождь собирается.
– Он прошел уже, – кивнул на грязные окна Юрий. – А стеклоочистители у меня что-то не очень. Давно собирался заняться, да все как-то руки не доходили.
– Возьми минералку, – открыл бутылку с «Липецкой» Анджей, – и через открытое окно плесни. Очистители у тебя нормально работают, а вот вода почему-то не прыскает.
– Думаете, получится? – недоверчиво спросил Юрий.
Анджей высунул руку с бутылкой и плеснул. Щетки очистителя заметно омыли окна.
– Действительно, – удивился Юрий.
– Я так довольно часто делал, – засмеялся Анджей и взглянул на часы. – Почти четыре. Во сколько же мы приедем?
– В два ночи, если не позже.
– А ты спал?
– Да.
– Во, – кивнул Анджей, – кафе. Останови.
«Четверка» подъехала к большому кирпичному зданию.
– Наверняка в меню одни куры, – усмехнулся Анджей. – Ведь объявили, что Тульскую область задел птичий грипп…
Они вышли из машины и направились к кафе.
– Что я говорил? Одни куры. Но будем надеяться, что выживем. Две порции с картошкой, разумеется, хлеб, – сказал Анджей. – Что будешь пить?
– Кофе, – ответил Юрий.
– Кофе и три стакана чая с сахаром, тоже тройная порция. Это мне. И еще, – Анджей увидел коньяк, – две бутылки.
Юрий сел за столик. Анджей, подойдя, сунул одну бутылку коньяка в сумку, другую поставил перед Юрием. И сел.
– Мне не надо, – отказался Юрий. – Вы и так заплатили.
– Не возьмешь, – зевнул Анджей, – разобью. Забегаловка, конечно, классная, но хозяева – духи. Заполонили Русь-матушку. Заметь, русские бегут из всех бывших республик. А в России этих бывших граждан СССР полно. Впрочем, хрен с ними. Во, официантка русская.
Русоволосая девушка, подойдя, поставила перед ними тарелки с цыплятами и хлебом.
– Кофе и чай позже? – спросила она.
– Разумеется, – кивнул Анджей.
– Вас разглядывают, – отметил Юрий. – Трое сидят и…
– Да и черт с ними, – усмехнулся Анджей.
– Вы сколько в тюрьме просидели? – осторожно спросил Юрий.
– Почти восемь, – вздохнул Анджей. – Вообще-то должен был пятнадцать. Но участникам войны объявили амнистию. А я все-таки капитан разведгруппы ВДВ. А ничего цыпленок. Надеюсь, не зараженный, – подмигнул он Юрию. – Всегда боюсь глупой смерти, поэтому и воюю. Это, пожалуй, единственное, что я умею и люблю делать.
– Вы не женаты? – поинтересовался Юрий.
– Был. Только из-за сына и женился.
Москва
– Он обещал найти его, – проговорил в сотовый Ян Карлович, – и я в нем уверен. Сначала он не хотел, но когда узнал кого, то согласился тут же.
– Он вернется в легион? – спросил его мужской голос по-французски.
– Думаю, да. Кстати, Бродяга тоже собирается назад. С ними был некто Орошин, кажется, в прошлом подполковник спецгруппы. Он и передал деньги…
– Ты слишком многое видишь, – недовольно отметил собеседник.
– Ну и чем ты думаешь заниматься? – спросил полный человек с неподвижной левой рукой в перчатке.
– Отдыхать, – улыбнулся Бродяга. – Как станут кончаться бабки, буду собираться назад. Знаете, товарищ подполковник, я уже, видно, привык…
– Меня зовут Илья Игнатьевич, – улыбнулся полный. – Анджей поедет назад?
– Обязательно. Правда, если найдет свою половину, то она его не отпустит. Он женщину какую-то ищет, а вот кто она и где, никому не известно. Он, понятное дело, об этом не говорит. Но я думаю, в любом случае поедет.
– А Славянина ты знаешь? – спросил Илья Игнатьевич.
– Может, и знаю, – пожал плечами Бродяга, – но такой псевдоним мне неизвестен. Там довольно много знакомых по Афгану, да и по Чечне первой. Иностранный французский не для нас, поэтому в основном…
– Знаю, – кивнул Илья Игнатьевич. – Много судеб Афган и Чечня перевернули. Некоторые на национальной неприязни, как сейчас говорят, и сломались. А другие просто ничего в мирной жизни не умеют и пошли по криминальной дорожке. И знаешь, хорошо, что такие, как ты, где-то воюют. А то бы в России милиции пришлось очень туго, – рассмеялся он. – Хотя бы, например, дали возможность бывшим воякам искупить свою вину перед законом в той же самой Чечне.
– Вы куда сейчас? – спросил Бродяга.
– Домой, – вздохнул Илья Игнатьевич. – Правда, если откровенно говорить, нет никакого желания возвращаться. Ведь Людка сразу после моего ранения собрала вещички и к матери укатила, в Питер. Зачем ей муж-инвалид… – Он криво улыбнулся. – Я и не пытался ее удерживать, отрубил, и все. Правда, поначалу больно было. Но сейчас вроде полегчало. Вот только когда домой возвращаюсь, тоска за горло берет. Видимо, отвык я от одиночества и никак не привыкну. Поэтому очень не хотел бы, чтобы Анджей нашел свою женщину. Потому что чего-то он лишится. По крайней мере своей обожаемой Африки – точно! – рассмеялся он.
Стоя у окна, Сергей выдохнул дым.
– Вот и сбылось твое пророчество, полковник, – прошептал он. – А ведь я в нее верил. Думал, Райка моя – декабристка. Случится беда какая, не оставит. А тут врасплох застал, и все на места встало. Как не прибил обоих?.. – Он покачал головой. – А этот окорок, видно, что-то имеет, ребятишки с ним были. Надо уезжать, а то… – Он глубоко затянулся. – Нет, сначала надо выяснить, кто этот окорок. Ведь он запросто может со стариков получить. Сейчас вроде это модно на Руси стало. Придется задержаться. Значит, особо бабками сорить нельзя.
Саратов
– Паша, – горько вздохнула стройная женщина, – Колька и так уже начал тебя бояться. Не пей…
– На свои пью, – недовольно отозвался длинноволосый, давно не бритый верзила. – Вот как забуду все это, – он взмахнул рукой, – сразу завяжу и на работу устроюсь. Еще немного потерпи, и все путем будет.
– Да тебя уже сын боится! – вспылила она.
– Хватит! – рявкнул он. – Как бабки привозил, так хороший был. И сыну нравилось, и мамане твоей тоже. А как…
– Знаешь что, – сдержанно сказала она, – твои деньги давно кончились. Ты на этот раз и рубля не дал. Да и раньше, как приезжал, купишь кое-что, и все. Я тебя уже который раз прошу – перестань пить.
– Да иди ты! – крикнул он и, войдя в комнату, сильно хлопнул дверью. Женщина, качая головой, пошла на кухню. Там за столом сидел мальчик лет двенадцати. Он испуганно посмотрел на нее.
– Мама, – тихо проговорил мальчик, – можно я с тобой пойду? Он сейчас снова бутылку купит и…
– В воскресенье отвезу тебя к бабушке, – решила мать. – И до осени поживешь там. Поедешь?
– Да. Я боюсь его.
– Пошли к тете Анне, – подумав, сказала мать, – побудешь у нее.
– Куда это ты его уводишь? – зло спросил вошедший верзила. – Пусть дома сидит. А ты давай топай, – кивнул он на дверь.
– Вот что, Паша, если ты Колю…
– Да отвали ты! – прорычал он. – Думаешь, я не знаю, как ты себе работу ухватила? Подвернула этому грузину и пашешь у него в ларьке. А я…
– Ну вот что, – перебила женщина, – предупреждаю, если все будет по-прежнему, я обращусь в милицию.
– Мама, – вскочив, мальчик схватил ее за руку, – пошли к тете Анне. Я у них пока побуду. Я есть хочу, а он ничего не дает. Лежит, телевизор смотрит и пиво пьет. И курит, дым кругом. Я попрошу, а он кричать начинает.
– Ты! – рявкнул Павел. – Щенок! Да я тебя…
– Пошли. – Взяв сына за руку, мать шагнула к двери. – И не вздумай нас останавливать, – предупредила она мужа, – сразу позвоню в милицию. А тронешь Колю хоть пальцем, я тебя сонного зарежу.
– Валите отсюда! – закричал Павел. – А ты, Лидка, запомни: на квартиру рот не разевай! Если на развод подашь, голая останешься и на улице вместе с этим щенком побираться будешь. Поняла?
– Да ведь он сын тебе! – воскликнула женщина. – А ты… – Не договорив, она вместе с Колей вышла из квартиры.
– Иди к своему грузину! – закрыв дверь, прокричал Павел. – Сучка поганая! – Он пнул стол. Открыв холодильник, вытащил бутылку водки.
– Заходите, – пропуская Лиду и Колю, отступила в сторону молодая блондинка. – Я тебе говорила: гони ты его в шею, а ты…
– Можно Коля побудет у тебя до завтра? – виновато проговорила Лида. – Я на работу иду. А оставлять его дома…
– Конечно, пусть здесь будет, – кивнула блондинка. – Но как ты дальше жить собираешься?
– Я люблю Пашку, – вздохнула Лида. – Он же таким не был, он после плена изменился.
– Знаешь, – проводив мальчика в комнату, хозяйка вернулась к Лиде, – Коля его уже папой не называет. «Он» и «он». А ты на себя посмотри, похожа стала неизвестно на кого.
– Тебе, Анька, легко говорить, у тебя муж хороший. А Пашка вон сколько воевал. Сейчас он и войны боится, и не знает, что ему делать. Он изменится, вот только успокоится и…
– Он тебя прибьет когда-нибудь. Наверняка начнет говорить, что ты шлюха и с…
– Я завтра утром зайду, – не дослушав, сказала Лида. – И денег оставлю за…
– Этого еще не хватало! – рассердилась Аня. – Ты лучше себе купи что-нибудь.
– Можно захватить детский сад, – войдя, сказал Муса. – Вот дождемся Ваху с его людьми и что-нибудь такое провернем. Надо разработать план, и как только Ваха появится, проведем операцию.
– Не думаю, что Ваха пойдет на это, – возразил Искандер. – Он хочет пробиться в Ичкерию к Басаеву…
– Надо бить везде, где можно! А вы тут наркотиками торгуете. – Муса усмехнулся.
– Зря ты так, – недовольно проговорил Искандер. – Наркотики вырывают людей из нормальной жизни и делают преступниками. Мы продаем не так уж и много, чуть меньше половины просто раздаем, то есть сажаем на иглу. И уже получили двух шахидок. Кроме того, на деньги от продажи наркоты мы живем, платим за…
– Надо проводить операцию, – перебил Муса. – Приедет Ваха, и я сумею убедить его в необходимости акции. Тем более там детишки вертолетчиков…
– Захват заложников – верная гибель, – вздохнул Искандер. – В последнее время гяуры не…
– Но прежде всего это удар по гяурам! – воскликнул Муса. – И мы погибнем во славу Аллаха.
– Надо уничтожать гяуров, – покачал головой Искандер, – и не дать им убить себя. И так слишком много верных людей погибло. Когда появится Ваха, мы решим, что и как делать. Может, вместе с ним уйдем в Ичкерию. У Вахи есть связанные с Басаевым люди. Но и здесь мы нанесем удар.
– И что? – спросил Алихан вошедшего чеченца.
– Обещали принести. Правда, цена…
– Надо узнать, на кого работает этот Федин, – перебил Алихан. – ПЗРК – это не автомат, они все на особом счету. Не исключено, что этот Федин – агент ФСБ и…
– Я его знал по лагерю, – не дал продолжить ему чеченец. – Исмаил с ним знаком.
– Все равно проверить надо. Ты точно знал раньше этого Федина?
– Точно. Мы с ним в лагере были почти год.
– Ладно, – подумав, кивнул Алихан. – Тогда ты и веди с ним все дела.
Трасса Тамбов – Пенза
– Вроде доехали, – зевнул Анджей. – Тормозни у магазина.
– Так и так придется останавливаться, – недовольно отозвался Юрий.
– Какого хрена ему надо? – увидев махавшего жезлом инспектора ГИБДД, удивился Анджей.
– Я скорость превысил, – вздохнул Юрий. – На десять километров. – Остановив машину, вышел.
– Инспектор Левин, – козырнув, представился гибэдэдэшник. – Превышение скорости в населенном пункте. Так что…
– Слушай, командир, – подошел к ним Анджей. – Десять километров всего. Мы уже сутки едем. Между прочим…
– Сейчас сядешь в машину, и там все решите. – Старший сержант посмотрел на Юрия и кивнул на «шестерку».
– Ты в Чечне был? – спросил Анджей.
– Бог миловал, – отозвался инспектор.
– А твой командир? – Анджей махнул рукой в сторону милицейской машины.
– Был…
– Где?
– Не знаю.
– Я сейчас, – сказал Юрию Анджей и направился к дверям магазина.
Из «шестерки» вышел молодой мужчина.
– И давно за то, что не пристегнут, штрафовать начали? – раздраженно спросил он.
– Всегда, – спокойно отозвался инспектор. – Просто на это внимание перестали обращать, а сейчас снова указание вышло.
– Здравствуйте, – забравшись в «шестерку», кивнул сидевшему за рулем капитану ГИБДД Юрий.
– Ну, – посмотрел на него тот, – что же ты? Населенный пункт все-таки…
– Да встретил знакомого, – объяснил Юрий. – Из Чечни едет. Ну и…
– Какое звание? – перебил его милиционер.
– Полковник, – ответил Юрий.
– «Тинькофф» две бутылки, – кивнул на витрину Анджей.
В магазин вошел Юрий.
– Ну что там? – взглянул на него Анджей.
– Все нормально, – улыбнулся тот, – капитан тоже в Чечне был, в Урус-Мартане. Я сказал, что вы оттуда, двадцать пять лет в Чечне…
– Сколько? – удивился Анджей.
– Двадцать пять лет, – повторил Юрий.
– Ну ты даешь! – Анджей захохотал. – Сколько с меня? – спросил он продавщицу.
– Семьсот восемьдесят два.
– Во, – пересчитав деньги, улыбнулся Анджей, – точно. Вовремя я остановился. – Он положил деньги на прилавок. – Надо себя сдерживать, а то меня не остановить. – Анджей взял пакет. – Это твоему сыну и жене. Пиво тоже вам. Все-таки дорога была не очень веселая, а после ванны, вмазав коньячка и попивая пиво, все вспомнится с улыбкой, – подмигнул он Юрию.
– А вы действительно полковник? – спросила одна из двух находившихся в магазине женщин.
– Самый настоящий! – Улыбаясь, Анджей протянул шоколадку стоявшему около нее мальчику. Выйдя из магазина, они направились к машине. Около «четверки» стояли старший сержант и две молодые женщины.
– Ух ты, – засмеялась одна, – сколько накупили! Сейчас устроим…
– Ничего не устроим, – с улыбкой прервал ее Анджей. – Честь имеем.
– Подождите, – заговорила вторая, – куда же вы?
– К тем, кто умеет ждать и не стоит с патрульным у трассы, – ответил Анджей. «Четверка» тронулась. – Значит, старший клюнул на двадцать пять лет в Чечне? – рассмеялся Анджей.
– Да, – улыбнулся Юрий. – Этому, который нас остановил, говорит, мол, пусть едут, денег у них все равно нет. А тут мы с пакетами вышли! – Он рассмеялся.
– Бензин есть? – спросил Анджей.
– Попозже заправимся.
– Слушай-ка, твоя жена, конечно, все фрукты и шоколад отдаст сыну. Но обещай, что одну грушу слопает сама. Вот эту! – Он вытащил из своего пакета грушу и сунул ее в пакет, который предназначался Юрию.
– Есть, господин полковник! – улыбаясь, кивнул тот.
– Так, – Анджей посмотрел на часы, – осталось примерно километров девяносто. Значит, в два в Умете будем. Проплутали порядочно, да еще потом ты в Вологду пытался уехать, – засмеялся он. – Понедельник – день тяжелый, в старину в понедельник даже суда в плавание не отправлялись. Поэтому съездили, можно сказать, неплохо. До Пензы сколько берешь?
– Тысячу, ну и за час ожидания пятьдесят.
– В общем, если понадобится, обратиться можно?
– Желательно заранее.
– А ты таксист-частник?
– В компании работаю, в «Такси-лидер».
– Сколько хозяин с вас берет?
– Немного.
– Ну и ладно. Надеюсь, ты не собираешься всю жизнь крутить баранку?
– Нет, конечно. Но сейчас приходится. И пока все получается.
– А жена работает?
– Да. В казначействе, секретарем.
– В казначействе? – переспросил Анджей. – И что это за дела? Что оно делает, казначейство?
Неожиданно машина резко затормозила.
– Куда прешь?! – заорал Юрий. Обгоняя «КамАЗ», навстречу «четверке» несся черный «опель-кадет».
– Твою мать! – закричал Анджей. – Хорошо, что мы пристегнуты, а то бы в стекло запросто влететь башкой можно.
– Фу-у, – длинно выдохнул Юрий.
– Догнать и глаза промыть! – обернувшись, процедил Анджей.
Прозвучал вызов сотового.
– Да? – Юрий поднес телефон к уху. – Часа через полтора буду дома, – улыбнулся он.
– Скажи, пусть Иринке с Эдиком позвонит, – попросил Анджей.
– Слышь, – сказал рослый. – Кажется, это тачка, на которой полковник тогда укатил.
– Полковник сразу назад не поедет, – уверенно отозвался Армен. – Он в столице сейчас и тачку не отпустит. Мы с ним разберемся обязательно. – Он взглянул на часы. – Сейчас должны подъехать парни Шерифа. Я против объединения. Но Перс хочет, и поэтому…
– Почему бы тебе не отделиться от Перса? – спросил парень. – Ведь мы и так имеем не все, а сейчас вообще будем крохи подбирать…
– Поэтому и встречаемся с Кривым, чтобы уточнить, где и что делать будем мы, а где территория Шерифа. – Вытащив сигарету, Армен прикурил. – Да и невыгодно нам с ними воевать. Они запросто объединятся с братвой Кавалера, и каюк. Сам знаешь, как Кавалер к нам относится. А с Шерифом мы эту компанию закатаем в асфальт.
– А полковник не влезет? – спросил парень. – Ведь у него…
– Нет у него сейчас никого. Он умотал, некоторых посадили, а кое-кто к другим перешел. К тому же на него много бывших подельников зуб имеют. Он же исчез, и у них начались канители. И питерские их давить стали, и воронежские тоже. В общем, хреново им было. Так что многие на него зуб имеют, – повторил Армен и увидел подъезжавший джип. – Вот и Кривой.
– Останови, – попросил Анджей.
Юрий прижал машину к обочине.
– Выключи освещение. Выходит, Перс хочет с пензенскими сойтись, – пробормотал Анджей. – Узнаешь тачку?
– Те двое, – ответил Юрий.
– Точно. Покатили. – Анджей достал сигарету.
Умет
– Ну что, мужики, – Каток поднял стакан с водкой, – давайте за то, что менты просчитались. А как хотели нас упрятать!..
– Я думал, каюк, – признался Кавалер. – А тут вроде раз, и хрен им. Ну армяшки гребаные, я вам устрою стрижку волосатых грудей!
– Сейчас нельзя, – возразил Кок. – Менты на этот раз повяжут. И никакие свидетели не помогут. Так что повременить придется.
– Да они, суки, сами полезут, – сказал Каток. – Сто пудов даю, снова начнут нас прессовать. И что, морду подставлять? Как по Библии – врежут по левой, подставь правую щеку. Да хрен им на рыло!
– Самим начинать нельзя, – повторил Кок.
– А если они начнут? – зло спросил Кавалер. – Нам что, к мусорам ломиться? Мол, помогите, нас армяне прессуют.
– Сюда они вряд ли сунутся, – сказал Кок. – Эти двое просто по бухаре заехали.
– Я лично хрен на них забил, – заявил Каток. – Чуть что – мочить буду. А все эти базары на хрен не упали, друг друга успокаиваем.
– В натуре, мужики, – Карта взял рюмку, – ну их на хрен! Собрались отметить возвращение, а тут как за упокой начали. За нас, братва! – Он встал.
– И заодно готовьтесь к неприятностям, – раздался голос от двери. Повернувшись, они увидели Анджея.
– Во блин, – изумился Карта, – как призрак! Не было, и вот он нарисовался, хрен сотрешь.
– Ара встречался с Кривым возле Кирсанова, – подходя к столу, сказал Анджей. – Надеюсь, объяснять, что за тип Кривой, не надо. – Он сел на подставленный Коком стул и взял бутылку пива. – Кучеряво живете, – откручивая крышку, покачал он головой. – Так что если Шериф с Персом сумеют добазариться, у вас будут крупные неприятности. Шериф отморозок, и он откроет на вас охоту. Как я понял, он хочет все подгрести под себя. С ментами у него более-менее увязано. Ну, конечно, не со всеми, но есть у него купленные оборотни. Потому-то он ни разу не попал под разные там операции. Я тут пошептался кое с кем и выяснил, что Шериф сам иногда отдает своих, для отчета ментам. В общем, если Шериф с Персом сумеют найти общий язык – вам хана. – Анджей допил пиво.
– Ты на нас жути гнать пришел? – хмыкнул Кавалер.
– Просто сообщить, что видел. – Анджей поднялся и пошел к двери.
– Тормозни, – подал голос Кок, – Африка…
– Слушай, ты, – обернулся тот, – Африканцем меня называть может определенный круг людей. Никто из вас к ним не относится. И еще, это ваши проблемы, вам и разжевывать их.
– Ты не можешь успокоиться, – зло посмотрел на Кавалера Каток, – что он тебе в поезде врезал? Сам виноват. В общем, думайте. – Встав, он залпом выпил водку и вышел вслед за Анджеем.
– Ну и вали! – заорал Кавалер.
– Завянь! – крикнул ему Карта.
– Слушай, донжуан недорезанный, – процедил Кок, – канай отсюда в темпе. И больше чтоб не появлялся. Догони Катка с полковником, – сказал он крепкому парню, – и этого проводи, – кивнул он на Кавалера.