Seattle Overdrive

Через пару дней мы с группой пошли в студию записать несколько песен для первого альбома. Всё происходило по отработанной схеме: мы просто собирались вместе и пытались родить хоть что-то приличное, потом всё превращалось в шабаш и хаос. Попутно много пили, курили до тех пор, пока не свалимся с ног. Часто там же и просыпались – в этой студии. Вообще я знал до жути много таких команд – просто бунт плохой музыки какой-то. Честно говоря, мы были все похожи, местные коллективы играли одно и то же, поэтому я собирал все их кассеты, переслушивал и думал, – нужно такое добавить в свою музыку, чтобы выбиваться из толпы. Пока ничего не придумал…

Не вино, а моча ослиная, господи.

Зачем покупал, надо было виски брать.

Луис следит за мной, как пить дать…

Давно замечаю такую странную вещь: если я сочинял песню, то потом всё происходило примерно так, как поётся в ней. Наверное, в момент сочинения ты отчасти принимаешь на себя эти слова, а те, кому поёшь, делают так же – ищут себя, свою роль в этой маленькой истории, а потом неосознанно следуют тайному плану. По-моему я это уже говорил? Или нет… Так вот, когда мы поехали за город смотреть на мотокросс, я как будто оказался в строках нашей песни про пьяного мотоциклиста, – тогда я понял, что уже никогда не остановлю мелодии в голове. Честно говоря, я не чувствовал, что кроме меня кто-то относится серьёзно к нашему делу. Ну да ладно.

О чём я?

Сперва мы решили исполнить недавние хиты Something in the way9, затем Come As You Are10, ещё пару песен группы Alice in Chains11. Напоследок сыграли совсем свежую композицию, которая особенно хорошо у меня получалась, – Black Hole Sun12. Потом Джейк отправился за пивом, мы решили перекурить. Студия была небольшая, но хорошо оборудованная. Ее соорудил один знакомый Рича, молодой мажорчик, отец помог ему деньгами на бизнес – вот он и решил сделать студию и сдавать её в аренду, тем более он сам записывал, правда, набиравший последнее время популярность хип-хоп. Пока Джейк отсутствовал, Рич разговаривал с тем парнем, а ко мне обратился Алан:

– Такое дело, Мар, мне скоро домой.

– Алан, чёрт тебя побрал, мы только начали. Что за дерьмо.

Меня аж тряхнуло. Медиатор вылетел из руки и куда-то завалился. Пока я ползал в его поисках, разговор продолжался:

– Чтоб тебя… ещё недолго, полчаса поиграю.

– Ладно, разве тебе самому не хочется остаться? Почему я должен тебя заставлять? – говорил я, ползая на карачках.

– Да так, мы же просто развлекаемся? Правда? – спросил Алан с сарказмом.

– Да-да, конечно… О! Нашёл.

Пришёл Джейк с виски – посчитал, что пива недостаточно – дело пошло лучше. Удивительно, только сейчас заметил, откуда он всё время это тащит, в два часа ночи? Ближе к утру мы записали три песни, довольно продуктивный денёк вышел, решили их разослать нескольким знакомым, как demo ещё не существующего альбома. Нужно получить оценки нашей деятельности, хотя бы дилетантские.

Через пару месяцев пришла неожиданная весть – Джейк и Линда решили сыграть свадьбу. Я не очень понимал это. Варварские ритуалы, ей-богу, ещё и в таком возрасте. Несложно догадаться, кто был свидетелями, да-да – я и Мишель. У меня такое чувство, что всё давно решено за меня, происходящее – чей-то большой план и мои друзья в нём замешаны. Может, конечно, я просто параноик – так, видимо, и есть. Нас уже считали парой, хотя об этом и речи не было. Не скажу, конечно, что я был так уж против. На свадьбе было мало интересного, а через три дня у нас состоялось первое выступление в рок-баре – об этом стоит рассказать.

В баре было довольно круто: гитары на стенах, и даже мотоцикл, подвешенный на цепях к потолку. Темно и небезопасно – самое то. Байкеры, рокеры, бунтующая – пока что – молодёжь и прочее отребье, считающее, что свободу можно купить за цену мотоцикла или косяка. Жаждущие революций и перемен, ведомые гормонами, а не идеями и созидательными намерениями – вечно недовольные маргиналы. Что было ещё? Виниловые пластинки на стенах, плакаты с музыкантами – то, что надо.

Ближе к делу стало действительно страшно. Я уже говорил, что боюсь публики? Я предпринял срочные меры и покурил травки за углом бара заранее, – вот такая стратегия. В баре была небольшая сцена, на которой мы еле уместились. Благо нам сказали исполнять спокойные песни под фон, пока не устанем, лучше всего кого-нибудь из сиэтлитов. После того, как мы отстроили инструменты, установили всю аппаратуру, провели саундчек, до начала оставалось минут сорок, мы решили не терять время и выпить немного. Расселись за барной стойкой и заказали по виски со льдом, бармен лет сорока с лицом повидавшего всё на свете налил нам за счёт заведения.

– Ну, как себя чувствуете? Готовы? – спросил я.

– Чёрт. Мужик, страшно немного, – сказал Алан.

– Да нормально, сейчас отыграем спокойненько и всё, думаю, никто особо не будет вслушиваться, – встрял Рич.

– Я лично рад, чёрт. Там всем побоку вообще – невнятно пробурчал Джейк, борясь с рвотными позывами.

– Как у вас с Линдой? – спросил я, сделав вид, что мне интересно. Я до сих пор не понимал, зачем они это делают.

– Отлично, квартиру берём скоро, чтоб её.

– Она тебя прямо в тиски заманила, привыкаешь к семейной жизни? Придётся изменить свои привычки, ответственность там, всё это дерьмо, ну, ты понял.

– Давно уж привыкаю – пришлось на работу автомехаником устроиться. Времени почти нет, хорошо, что университет бросил. Хм… Да.

– И зря, будешь неучем. Я вот стараюсь побольше учиться, думаю, это необходимо в наше время, – сказал с волчьей долей уверенности в голосе Рич, снова влезая в разговор, – будешь куском говна, как Марлон.

– Эй!

Я решил что-нибудь спросить у Алана, а то он молчал и думал о своём.

– А ты как думаешь, Алан?

– Не знаю, каждому своё.

– Пора начинать, ребят, – сказал Джей-Джей, местный заправила.

Мы решили исполнять только каверы, не стали рисковать и играть своё. В списке были: Alice in Chains, Pearl Jam13, The Smashing Pumpkins14. Мы начали, всё пошло как по маслу, никто и вправду не вслушивался, но вроде всем нравилось, по крайней мере, никто ничего в нас не кинул – уже хорошо. Таким образом мы спокойно отыграли все три часа, в процессе покуривая и немного выпивая, нас даже угостили закусками. Я чертовски устал, весь вспотел и охрип с непривычки, но был очень рад.

Джей-Джей предложил нам играть каждую пятницу в то же время, за внушительную по моим меркам сумму, – видимо, совсем из ума выжил. Мы решили ещё немного посидеть – выпить и отдохнуть; в итоге разъехались утром кто куда, потратив все деньги.

В то же утро я лежал и смотрел в потолок, освещаемый первыми лучами солнца, думал о следующей пятнице и о походе в студию. Решил уволиться из магазина завтра же, чтобы больше времени уделять любимому занятию. Подумал, что уже несколько дней не видел Мишель, – нужно позвонить ей завтра, может, сходим куда-нибудь. Что-то желудок болит и бок – не к добру это.

В обед я встал, сходил на работу, забрал деньги за отработанные дни и больше никогда там не появлялся. После пошёл домой и позвонил Мишель:

– Хэй, привет, как дела?

– О, привет, Марлон, хорошо, я думала… ты про меня забыл… – ответила Мишель как-то печально.

– Не забыл. Чем сегодня занималась? Может, придумаем что-нибудь вечером?

– Училась, потом на работу – устроилась, наконец. Вечером не знаю. А ты чего не на работе?

– Я уволился.

– М-м-м, понятно. В общем, вечером позвони ещё. Я пока тут занята.

– Хорошо, до вечера.

– Давай.

– Клади трубку первой, – решил пошутить я и, не успев даже договорить, услышал гудки – посмеялся сам над собой.

Только я начал готовить новый материал для альбома, как неожиданно наведался Ричард.

– Эй, здорово. Заехал новость сообщить – тебе понравится.

– Слушай, Рич… друг… ты предупреждай перед тем, как приходить, ради приличия хотя бы.