Инженеры слова

Николай закрыл глаза ладонью и засмеялся, будто закашлялся. Представил этого широкоплечего амбала в пестрых зауженных штанишках, а воображение тут же дорисовало обтягивающий топ. Мельник был единственным, на кого жара не действовала. Казалось, его организм давно научился переживать любые погодные издевательства.

На задних сиденьях почти не было слышно, что говорит дородная женщина-экскурсовод в цветастом платье со светлыми волосами, собранными в гульку. Кажется, она решила исправить ситуацию и заодно потренировать свой почти оперный голос:

– Для полноты исторического опыта в салоне поддерживается температура, соответствующая средним показателям летнего сезона Центральной России образца 2007 года, – медленно говорила она, протягивая «о» и «а», – напоминаем, что легкая тряска входит в культурно-историческую программу «Дороги предков». Благодарим за понимание.

– Да уж, легкая, – вздохнула Лис.

– От этой тряски у тебя точно, – начал Андрей, а закончил Коля: – появится третий седой локон.

Она промолчала и снова уставилась в тополя четвертого поколения.

– Воинская! Выходят? – крикнул водитель через час автобусной пытки.

– Да! – быстрее всех ответил Андрей.

ПАЗ снизил скорость, остановился. Мужчины по очереди выскочили, оба машинально подали руку Лис. Она выбралась из автобуса и несколько секунд собиралась с мыслями, пытаясь снова полюбить человечество. Воздух пах травой и чем-то сладким. Шелестели листья, и было так тихо, как бывает только вдали от города.

Коллеги замерли у такой же, как и транспорт, ретро-остановки.

– О, это прекрасно! – театрально обратился Мельник к Андрею. – Ты только взгляни, мой друг, на эту солнечную мозаику!

Тот разглядел пиксельное море, закат, плывущего куда-то мальчика в плавательной шапочке и сказал:

– Красиво.

– Идемте, нас ждут, – по-менеджерски позвала Лис.

Она указала на приземистый шестиколесный «Тигр» метрах в двадцати. И чем ближе Лис подходила, тем больше понимала, что приятной командировки не будет не из-за «Дороги предков».

– Эй, Чайка, – подбежал к ней Андрей и прошептал: – А это не тот, с которым ты… – и не успел договорить.

– Тот.

Она сцепила зубы и, не моргая, смотрела на военного за рулем.

– Тебя что, босс не предупредил?

– Нет, – по-змеиному ответила Лис.

Коля едва заметно кивнул в сторону «Тигра», уточнил у коллеги то же самое, и Андрей подтвердил его догадку. Мельник тихо присвистнул.

– Громче свистни, я ж еще не догадалась! – ругнулась Лис.

Когда команда почти дошла до автомобиля, с водительского места спустился высокий, подтянутый мужчина в форме. Он медленно подошел к Лис, протянул руку и сдержанно произнес:

– Елизавета Игоревна.

– Сергей Викторович, – холодно ответила она и глянула на погоны: – Полковника дали?

– Давно.

– Поздравляю. Но, видно, платят мало? Водителем приходится подрабатывать?

– А я смотрю, седых прядей прибавилось, – парировал он.

Лис тут же отпустила его руку и пощупала волосы, будто на ощупь можно определить их цвет.

Сергей Викторович едва заметно улыбнулся.

– Не напрягайся. Пошутил.

Он представился Андрею и Коле:

– Полковник Волков, заместитель по вооружению сорок седьмого центра автоматизированного управления ПВО, когда-то тоже работал в «Заслоне», – и будто бы оправдался, – в какой-то далекой прошлой жизни.

Они не стали задавать лишних вопросов и залезли на заднее сиденье, Лис устроилась на переднем. Волков отключил автосопровождение ИИ «Старшина» и повел машину вручную. Андрей поглядывал на свои механические часы каждую минуту. Коля развернул карманный планшет и делал вид, что изучает карты узлов АСРК «Заслон», хотя знал до мельчайших деталей всю технику объекта.

– Слышал о вас много хорошего, – вполоборота дружелюбно сказал Волков.

– А мы о вас не слышали, – ответил Мельник, видя, что коллега молчит. Затем подумал, что фразу можно трактовать двояко, и добавил: – Не в смысле, что хорошего не слышали, а вообще…

Получилось еще хуже, он махнул и замолчал.

Лис сцепила руки в замок и хмуро смотрела на подмигивающее синим полотно магнитного сопровождения. Там, куда через секунду должны были наехать колеса «Тигра», свечение становилось ярче и плотнее, словно ясное небо после дождя – батареи готовились передать заряд. Сергей Викторович понемногу сбавил скорость и прижался к обочине. И свернул на узкую дорогу без покрытия.

– О-о-о! – уважительно протянул Корнеев. – Туда и на ручном, уважаю.

Затем осекся и снова глянул на часы. Трудно испытывать искренне чужую неприязнь. Крупные колеса автомобиля поднимали пыль на маршруте, по которому, видимо, ездил один полковник. С обеих сторон росли лопухи выше человеческого роста. На фиолетово-изумрудных колючках блестела пыль. «Тигр» крался к лесополосе по узкой колее, словно настоящий хищник.

Из-за деревьев выглянул массивный бетонный. – Вернее, только часть – остальное скрывали земляные насыпи и сетки маскировки. Когда-то под ним текла река, а теперь находился вычислительный центр «Старшины». Лис всегда казалось странным, что весь стратегический ИИ региона живет внутри старого советского моста. Небезопасно. Именно поэтому они здесь: вывести устаревшего цифрового управленца из основного контура и заменить распределенной системой.

Сергей Викторович вернул «Тигр» на магнитную дорогу. За пять километров до въезда в часть притормозил под аркой с камерами – проверка по биометрии. Послышалось какое-то юношеское, моложавое:

– Доступ разрешен.

Исследования показывали, что такой тембр голоса вызывает меньше раздражения и к нему чаще прислушиваются.

На первый взгляд в полях по бокам не было ничего, что могло бы запретить въезд, но Лис Чайка уже давно наметала взгляд на ненатуральные холмы и только похожие на птиц дроны.

Через минуту они оказались у трехметрового забора, за которым то виделся парк развлечений, то высотки, то вовсе высоченные деревья – защитный маскирующий купол искажал видимость. У ворот ждали три технические платформы с заслоновским оборудованием и личными вещами команды. Тележки подмигивали оранжевым и ждали, пока их пропустят в часть.

Волков снова включил техническое сопровождение ИИ «Тигра».

– Полковник Волков, разрешите запустить скан-дроны? – спросил Старшина.

– Разрешаю.

Из небольшого оконца над створками вылетели три дрона размером с крупных шмелей. Они зависли перед лицами гостей, тонко зажужжали и провели по коже едва заметными зеленоватыми лучами – сверили спектральную карту тканей. Лис почувствовала легкое тепло на кончиках пальцев.

– Анализ завершен, – отозвался ИИ-помощник. – Биометрическое совпадение подтверждено. Доступ разрешен.

Тяжелые створки ворот медленно разошлись в стороны. Чем глубже «Тигр» заезжал на территорию, тем больше часть проступала сквозь маскировку. Появлялись бетонные коробки ангаров, дороги с адаптивным покрытием, направляющие грузовых платформ. В паре километров над деревьями медленно вращалась огромная антенна РЛС, похожая на темный скелет старого колеса обозрения.

Вдалеке почти бесшумно взлетел аэрокор «Грифон» и быстро растворился в небе. Навстречу попадались военные электрокары, техники в серо-синих комбинезонах, стайки молодых новобранцев. Над дорогой время от времени вспыхивали тонкие голубоватые линии навигационных проекторов, а на перекрестках стояли старые бетонные указатели, которые почему-то никто не заменял года с 2050.

Полковник Волков довез заслоновцев до гостевого корпуса при казарменном блоке. Лис моментально выскочила и, не оборачиваясь, зашла внутрь.

Утро было недобрым, как и предыдущий вечер. В кабинете, который заслоновцам выдали для работы, осталась только Лис, Мельник ушел на полевые работы, а Корнеев отправился знакомиться с ИИ «Старшина». Кондиционер вышел из строя, окна были распахнуты настежь, пахло цветущей сиренью. Под потолком жужжали мухи, прячущиеся от жары.

– Я с Крыловым общалась, весь проект строила, а ты мне этого подсунул?! – кричала Лис проекции начальника.

Круглой, розовощекой, отдыхающей на озере проекции.

– Лизавета, не кипятись, он хороший специалист.

– Хороший? – она звучно выдохнула в потолок. – Ну если мы хотим делать проект десять лет, а не три дня, то да. И попомни мои слова, он мне еще напакостит.

– Не выдумывай. Любую ситуацию можно рассматривать как минимум с двух сторон.

– О-о-о, – протянула она, – учитель включился. Ясно. Буду работать с чем есть. До свидания.

Она хлопнула по столу, деактивировала проектор, а с ним и планшет. Она открыла список согласований, закрыла, снова открыла переписку с Крыловым и поняла, что зацепиться не за что. Придется работать с Волковым. Зашел Мельник в потертой футболке, тактических штанах с большими карманами. Он бросил сумку с инструментами на кресло, взял поллитровую бутылку воды и залпом выпил.

– Наверху пекло, вот Андрюха под мостом прохлаждается, надо к нему сгонять, – сказал он.

Чайка сегодня была в желтых в черную клетку штанах и сейчас молча разглядывала этот узор. Коля продолжил:

– Они, прикинь, данные Старшине со «Сферы» и РЛС на флешке приносят. На флешке, Лис! Конечно, только расширенные пакеты, но все же…

– Серьезно? Я как-то упустила этот момент…

– Ага, он их напрямую не понимает. Ему конвертируют данные в старый формат, а потом скармливают вручную.

– М-да… – протянула она. – Ладно, ты все РЛС проверил? И «Резец»? Техники правильно подключили?

До приезда команды здесь год работали тридцать техников, прокладывали дополнительное оптоволокно, подключали новые модули, чинили старые, заглубляли узлы для распределенного «Старшины 2.0». Сейчас наступал финальный этап двухлетнего проекта – трехэтапный запуск и введение в эксплуатацию.

– Ага, и оптику тоже, «Сфера», конечно, здесь знатная.

– Смотрю…

Она вернула планшет в рабочий режим и открыла «Шину», ПО для проектирования комплексных объектов, и тут же закатила глаза.

– Что, опять лежит? – спросил Мельник и порадовался, что он не управляющий проектом.

– Угу, – вздохнула Лис, но программа будто подслушала и загрузилась.

– Из-за местного прокси, наверное, надо Корнеева спросить.

– Неважно, – настроения разбираться в причинах не было, а то им же и чинить придется, – ага, вот, вижу, вижу… – бормотала Чайка и водила пальцем по схематической карте подключений всего комплекса.

Красным мигали кабели виртуального полигона и снаряжения, зато все радиолокационное оборудование и рой БПЛА уже значились желтым – ожидали связи с ИИ 2.0.

– Идем к Андрею, проветриться надо, – Лис протерла глаза, завязала волосы в пучок и пошла на улицу.

Коля отправился следом. Навстречу по дороге шел взвод новобранцев в облегченной полевой форме. Шагали неровно, устало. Над строем летел круглый дрон Старшины размером с футбольный мяч, покачивался в такт и юношеским бодрым голосом командовал:

– Левой! Левой! А ну-ка песню!

БПЛА поднялся чуть выше строя, и новобранцы нестройно, но очень старательно затянули:

– Мы шагаем через ветер, через дождь и через пыль…

– Темп держим, – тут же вмешался Старшина. – Громов снова поет мимо ритма.

Немного понаблюдав за этим зрелищем, напарники вызвали электрокар, похожий на машину для гольфа. Запрыгнули внутрь и там зазвучал тот же ИИ:

– Сообщите конечную точку.

– Под мост, в вычислительный центр, – скомандовала Лис и со вздохом добавила Коле: – Как-то этого Старшины слишком много.

Они отъехали, и Мельник прямо спросил:

– Слушай, вы отчего с Волковым не ладите? Нет, все знают, что из-за того проекта для РЖД, но что там было? Мужик он вроде неплохой, сегодня со мной по всем вышкам мотался.

– Что было, то было, – ответила она, – катись лучше молча.

Мельник спасовал и выставил перед собой ладони. Через десять минут они приехали под мост и спустились на лифте до минус пятого этажа. Андрей сидел на металлическом столе и философствовал с искусственным интеллектом:

– Нет, ну ты скажи, если правда может вызвать панику, а ложь угрожает безопасности, как поступить? Твоя задача спасти больше людей.

– Да уж, Корнеев только с железками так многословен, – усмехнулся Мельник и протянул ладонь: – Привет, Андрюха, еще не виделись.

Лис бегло осмотрела высокие стеллажи с синими, красными и желтыми светодиодами, прицокнула и покачала головой:

– Столько места зазря пропадает. Сюда можно заселить еще один рой БПЛА.

– Так давай заселим, – сказал Андрей.

– Ага, и опять мне проходить триста тридцать три круга ада согласований. Нет уж, спасибо.

– Давай с Волковым обсудим? – не подумав, сказал Коля.

Лис метнула острый взгляд, и он тут же замолчал, он еще хотел дожить до вечера, а если будет так часто упоминать полковника, то очень рискует не справиться с этим.

– Что у тебя тут, готово все?

– Запад, север подключены, восток на завтра, юг послезавтра. Давайте запускать, – он посмотрел на часы, – как раз обед закончился.

Команда привыкла в командировках есть два раза – до работы и после, чтобы быстрее выполнить задачи, и потом уже расслабляться. Так что, когда все обедали, им мешали намного меньше.

– Погнали, – сказала Лис после проверки узлов.

Система запустилась, и на схематической карте АСРК «Заслон» одна за другой загорелись новые линии связи. Подключились данные с радиолокационных станций, оптических мачт «Сферы», акустических постов, дронов наблюдения и внешнего контура сопровождения. Несколько секунд ничего не происходило. Затем карта вспыхнула красным.

– Обнаружена малоразмерная воздушная цель, отсутствующая в базах распознавания, – сообщил ИИ 2.0, его голос был старше прежнего, будто ему лет тридцать.

Самого объекта на записи видно не было, тепловой след был нестабильным, радиолокационная сигнатура постоянно менялась. По данным многопозиционной локации БПЛА походил то ли на серп, то ли на крыло и быстро приближался к северо-западному сектору части.

– Это как? – тупо спросила Чайка и тревожно бросила Коле: – Вызывай Волкова, – затем Андрею: – Запросы на все эр-эл-эс, запрос на «Сферу», сверить данные, быстро, быстро, у нас меньше минуты!

– Волков едет в центр сопровождения, хочет подтверждения операторов, – отчитался Коля, – блин, нафига, мы так не успеем.

– Идиот, – прошипела Лис, – все такой же.

– Глушилка не работает, – сообщил Андрей. На планшете вспыхнуло:

«Объект опасен. Обнаружено изменение сигнатуры».

– Старшина, подтверждаешь заключение? – спросил Корнеев у старого ИИ, который оставили для перепроверки.

Ответ появился не сразу. Видимо, алгоритмы Старшины еще не научились анализу данных по новому маршруту. Да и для этой задачи его быстродействие не нужно было. По статистике, такие цели появлялись раз в несколько лет: обычно все легко классифицировалось, база хранила данные за сотню лет.

– Подтверждаю.

В динамиках раздался спокойный голос Волкова:

– Перехват разрешаю.

– Успел, – прошептал Коля, – красавчик.

Лис фыркнула и поморщилась. Где-то наверху коротко завыла сирена. На общей схеме вспыхнули две синие точки. Перехватчики стартовали почти одновременно. Секунды растянулись. Андрей вывел на стену-экран трансляцию с внешней камеры, но вражеский БПЛА на камере не было видно. Над лесополосой вспыхнул короткий белый шар. Что-то мелкое посыпалось вниз, и на всех устройствах вспыхнуло: «Воздушная цель уничтожена».

Лис коротко, почти беззвучно рассмеялась и сползла на пол возле серверной стойки.

– Ну… с запуском нас.

Через несколько секунд по внутренней сети прошел сигнал повышенной готовности. На схеме объекта желтым загорелись посты наблюдения.

– Семьдесят второй регламент, – пробормотал Андрей, просматривая служебные уведомления. – Теперь до ночи будут перепроверять все, что способно летать, ползать или хотя бы отдаленно напоминать беспилотник.

Мельник шумно выдохнул. Корнеев молча смотрел то на планшет, то на свои часы и пробормотал: «Подозрительно».

В кабинете Волкова кондиционер работал, и только поэтому Лис уговорила себя успокоиться и выслушать, что он скажет. После того, как сбили неклассифицированный беспилотник, полковник отправил служащих за обломками, а вместе с ними поехал и Мельник. Сергей Викторович вызвал Чайку.

На его столе стояла фотография в изящной серебристой рамке, наверное, там жена и дочь, которых он видит раз в пару месяцев.

– Что, и этот проект мне зарубишь? Еще два года жизни у меня отнимешь? – не удержалась Лис. – Кому тут будешь рапортовать? Комитет по этике ИИ тут не поможет.

– Успокойся, текущий проект к прошлому не имеет отношения.

– Именно поэтому ты поехал сверять данные с операторами? – она отвела взгляд, стараясь не показывать, что ей было страшно. – Перехватчики могли не успеть.

– Не могли. Но ты права. Это я и хотел тебе сказать. Лично. Извини, похоже, я недооценил вашу систему.

– Не мою, ее разрабатывала команда. Как и для РЖД тогда, а ты поставил крест на карьере стольких людей.

Волков молчал, а Лис не прекращала. Ей хотелось расставить все точки, швырнуть в лицо Волкову свой успех.

– Да если бы делу дали ход, никого из команды не взяли бы даже на оператора ИИ, не то что проектировщика.

– Я все тогда разъяснил комиссии, такого бы не было. Лиза, десять лет прошло, сколько можно?

– Сколько нужно! Ты чуть не отобрал у меня дело жизни.

– Лиза! – Волков тоже начал срываться. – Наш ИИ убил бы девочку, если бы она упала на рельсы! Он бы не остановил поезд, считая это сопровождающими потерями!

– Его надо было дообучить!

– Его надо было переобучать! Полностью! Переделывать с нуля!

– Чушь! Чушь, Волков! – она вдруг выдохнула. – Но это и правда не имеет значения. Все воображаемые дети живы, а система, которую команда делала два года, мертва и утилизирована, ты полковник, а я менеджер по внедрению комплексных проектов. Лучше сделаю вид, что мы не знакомы.

– Тогда только Алька родилась, – сказал Волков, – ты же знаешь. Нельзя допустить, чтобы ИИ мог навредить, тем более детям.

– Да, Сереж, конечно. Именно поэтому нужно писать жалобу на напарника, с которым работал семь лет в комитет по этике.

– Просто у тебя нет детей, ты не поймешь, – он осекся, понимая, что сказал. Лис прикусила губу и сглотнула.

– Пожалуйста, если соберешься зарубить и этот проект, скажи сначала об этом мне.

– Не соберусь.

– Я могу идти? Завтра вставать рано.

– Иди. Я просто хотел сказать, спасибо за службу. Ваша система сработала сегодня отлично.

Чайка вышла из кабинета, закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и прикрыла глаза. Сделала глубокий вдох, выдох и подавила жар в глазах, которые хотели проронить сотни горячих слёз. «Жалость к себе еще никого до добра не доводила», – подумала она и пошла на улицу. Вечер еще держал дневное тепло, но уже не давил. Сирень пахла густо, почти медово, и воздух наконец перестал царапать кожу. И хотя моря здесь поблизости не было, отчего-то казалось, что где-то рядом большая вода, шумный прибой и песок. Лис села на лавку под пышным сиреневым кустом и смотрела, как мирно едут, будто плывут, грузовые тележки по выделенным полосам.

Андрей и Коля поочередно звонили, но Лис не отвечала на звонки, хотела полностью успокоиться и наконец-то вернуться в рабочий режим. Встреча с прошлым далась ей неожиданно тяжело. Волков был ее лучшим другом, напарником, коллегой. Они трудились два года над комплексным проектом для РЖД, над системой, которая должна была не только сделать удобнее поездки, но и обеспечить безопасность. И тут при нестандартных вводных система… Система посчитала, что жизнь семилетнего ребенка не стоит того, чтобы пытаться остановить поезд, потому что при экстренном торможении девяносто процентов пассажиров получат травмы. «Ребенок обладает меньшей общественной значимостью, чем пассажиры состава», – сказал тогда ИИ. Ошибки для этого и находят на испытаниях. Их исправляют и идут дальше. А Волков составил подробный отчет с описанием технологий, алгоритмов, данных и отдал комитету по этике ИИ. Проект закрыли, частично засекретили, финансирование урезали, двадцать человек из двадцати пяти уволили.

Коллеги нашли ее через час.

– Ну и что это значит? – спросил Коля и присел рядом. Он толкнул ее плечом и добавил: – У тебя от таких переживаний точно третья седая прядь появится, – затем ткнул в голову, – вот, Андрюха, ты тоже видишь? Первая волосинка уже седеет, вот тут, на затылке.

– Ага, – подтвердил тот, – даже две вижу.

– Да ладно, – улыбнулась Лис, – не верю.

– А этому-то полковнику поверила вчера, вон как за голову схватилась, когда он так же пошутил.

– Коль, харе, – одернул его Андрей, – у нас, кажется, другая проблема.

– Какая? – напряглась Лис. Коллеги переглянулись.

– Во-первых, – сказал Коля, – со сбитой целью какая-то ерунда.

– В смысле?

– Район падения оцепили почти сразу. Дроны сопровождения висели над квадратом до прибытия группы. Посторонних не было.

– И?

– И ничего.

– То есть?

– Вообще ничего. Ни корпуса, ни электроники, ни осколков, ни следов падения. Будто ничего не сбивали.

– Во-вторых, – добавил Андрей, – подозрительно, что за две секунды работы новой системы сразу же обнаружился объект. Еще и неклассифицированный.

– И что вы хотите сказать?

– Или диверсия, или ошибка, или мы вообще не понимаем, что происходит, – ответил Коля, – но надо завтра внимательнее проанализировать этого тролля.

Лис задумалась и почему-то задала вопрос не о самом важном:

– Почему тролля?

– Да в системе событие отобразилось как ТРЛЛ–1, – объяснил Андрей.

– И что это значит?

– Не сталкивался. Посмотрим потом в справочнике.

– Ладно, идемте ужинать, – вздохнула Лис, – этот день слишком трудно мне дался.

Они отправились в столовую, ели пюре с куриными котлетами и свежий хрустящий овощной салат. Затем разошлись в разные стороны, Лис спала в женской казарме. Едва она положила голову на подушку, как тут же уснула.

Наутро за завтраком заслоновцы спланировали работы. Лис и Коля отправились в виртуальный полигон. Раннее утро было теплым, но не жарким, длинные тени медленно становились короче, пение птиц понемногу замещалось шумом моторов. Сегодня Чайка была в розовых в белую клетку брюках, и Мельник шел, посмеиваясь, так как не мог перестать представлять в них Корнеева.

– Прекращай, – возмутилась Лис, – а то сейчас переодеваться пойду.

– Не, ни за что.

– Ладно, смех продлевает жизнь.

У входа в комплекс для тренировок их уже ждал Алексей Миронов. Он был немного младше Мельника и Чайки, с растрепанными светлыми волосами, в очках и походил на школьного учителя физкультуры.

– Алексей, можно Леха, главный инструктор, – протянул он руку и широко улыбнулся: – Сказал бы «чувствуйте себя как дома», но не уверен, что у нас уютная домашняя обстановка, чтобы такого желать.

Потом увидел озадаченные лица гостей и добавил:

– Вы извините, я слегка на взводе, жена на девятом месяце, – потом хлопнул себя по лбу: – Ну вот, опять я это всем подряд рассказываю, кому оно нужно?

– Все в порядке, – улыбнулась Лис, – не переживайте.

– Так, что вам нужно? Обзорная экскурсия? Держите браслетики, – он протянул каждому электронный идентификатор, – вход как на дискотеку.

Снова улыбнулся и повел за собой.

– Мне нужны точки подключения, а ей, – он кивнул на Лис, – центр управления.

Миронов провел их через пару шлюзовых дверей в главный зал полигона. Помещение больше напоминало крытый стадион метров на двести в глубину и ширину. Серый пол расчерчен тонкой сеткой светящихся линий, а стены поднимались вверх гладкими черными панелями без единого окна. Сейчас полигон находился в режиме ожидания и выглядел почти пустым. Только под потолком медленно двигались десятки проекторов, лидаров и сенсорных модулей, похожих на металлических насекомых.

– Не впечатляет? – усмехнулся Миронов. – Сейчас исправим.

Он коснулся программы управления на планшете. По полу побежали зеленые линии. Воздух задрожал, словно от жары. В нескольких местах вспыхнули полупрозрачные контуры зданий. Через секунду посреди ангара вырос перекресток, затем появились дома, светофоры, деревья и припаркованные автомобили. В дальнем конце зала сформировалась железнодорожная станция, а над ней медленно проплыли облака. Лис невольно замерла. Картинка выглядела настолько убедительно, что мозг отказывался верить в бетонный пол под ногами. Полигон второго поколения она видела еще в университете. Но такого масштаба – никогда.

– Можно собрать что угодно, – объяснил Миронов. – Город, аэропорт, участок фронта, железную дорогу, морской порт.