Своя сказка

– Копать уже давно ничего не надо. Огороды копаются весной, и тогда же и засаживаются. Сейчас им нужен только уход, который ты им дать не сможешь. Не говоря уже про остальные домашние дела в деревне. Прости, но я не возьму тебя с собой. Тебе там будет тяжело и скучно.

Он попытался что-то возразить, чтоб она хотя бы дала ему шанс, но она перебила его и сказала:

– Пойми, ты дитя каменных джунглей, но в живой природе тебе не выжить. Точнее, не прожить, – поправила она саму себя. – Ты не сможешь встать в пол пятого, чтобы подоить и выгнать корову на выпас. Накормить птиц и другую живность. На ходу позавтракать и весь день на солнцепёке сапать траву на огороде, собирать вредителей или урожай, или пасти тех самых коров, или делать запасы на зиму, или – она устала вздохнула, – в деревне очень много вроде бы простой, но тяжёлой работы. Для городских, это не отдых, и даже не развлечение, для них это каторга.

– Ты бы могла дать мне шанс попробовать, – сделал последнюю попытку он, уговорить её взять с собой в село, – я бы отвёз тебя туда на машине, твои знакомые и соседи, удавились бы от зависти, увидев мою машину и меня.

Уже договаривая это предложение, он понимал, что говорит самую большую глупость и теперь она точно ему откажет, но остановится не мог.

– Нет. И это больше не обсуждается, – отрезала она, дав понять, что разговор окончен. Ещё одну битву он проиграл, но идея, зарождавшаяся у него в голове, заставила его улыбнутся. Битва проиграна, но не война.

– Ну, и ладно, – сказал он, упорно скрывая наползающую улыбку на лицо, – ты вредная и спорить с тобой, что со стеной.

– Я пришла, – остановилась она и он огляделся. Они стояли возле академии. Он уже открыл рот, пытаясь возразить ей, но вовремя остановил сам себя. Тем более, чаще всего именно тут они и прощаются.

– Ну, пока, – бросил он ей, разворачиваясь в сторону дома.

– Пока, – коротко ответила она и пошла в другую сторону.

Его опять подмывало любопытство, проследить за ней, узнать, где же она живёт, но новая идея рождающаяся в голове, вытеснила желание следить за девушкой. Надо будет завтра поговорить с Китом, он точно сможет помочь воплотить его идею в жизнь. Плохо конечно, что придётся Кита посвящать в такие подробности его жизни, но лучший друг умеет хранить тайны и давно знает, что его успехами в учёбе, он обязан заучке Месяц. Ведь он ему даже имя её выдал, а тот так и не проболтался никому. А также, никому не рассказал, про то, где пропадает все будни его друг, после учёбы, а бывает, что и в выходные его не найти. Первое время друзья устраивали ему допросы с пристрастиями, пытаясь узнать, кто его репетитор и где он пропадает, но получив тысячный отказ рассказать всю правду, они от него отстали. У каждого есть то, что скрыто от глаз общества, так пусть у него будет тайна о его репетиторе. Так утешали друг друга любопытные подружки и вскоре, свои заботы и другие события в жизнях их друзей, вытеснили любопытство о его «пропусках» тусовок и сходок. А он в свою очередь, только первое время скучал по беззаботной и развязной жизни, пока не стал привыкать к этой чудной девчонке. Да, завтра он поговорит с Китом. Хоть они и учатся в разных группах, но академия у них одна, в перерыве между парами, он с ним и поговорит. Идя домой, парень почти подпрыгивал от распираемой его изнутри идеи. Он знал, что это огорчит или разозлит Майю, но на этот раз ему хотелось её злости. Нет, обижать её он не хочет, а вот узнать поближе, очень любопытно. Для этого и нужен гений Кит…

– Эй, Марс, есть минутка? – пары закончились, и парень плёлся не спеша по широкому двору академии в сторону выхода уставившись в телефон. Подняв голову на окликнувшего его парня, он остановился.

– Привет Кит, – сказал парень и пожал протянутую ему руку.

– Здоров брат, – сказал Кит и продолжил, – Ты просил найти адрес, помнишь? Две недели назад, – и с этими словами, он протянул ему сложенный пополам, маленький листок бумаги для заметок.

– Да, конечно, – оживился Марс и схватит бумажку, развернул, быстро пробежал глазами и уставился на друга, – Где это?

– Ой, это такая глушь, что я вообще удивляюсь, как там живут люди. От нас туда часть пути надо ехать на поезде, потом на автобусе до ПГТ, а оттуда, два раза в день, утром и вечером, ходит маршрутка. Только два раза в день. Если опоздал на неё, жди до вечера или шуруй пешком 48 км, наслаждаясь живописными пейзажами полей и лесопосадок. В общем, если ты туда собрался, удачи тебе братан! И кстати, на своей машине я бы туда не советовал ехать, дорогу там проложили, наверное, ещё немцы в сороковых, и её же и разбомбили. Можно поймать попутку или частнику заплатить, так кстати выйдет дешевле и безопаснее. Всё-таки, местные знаю те места, а ты нет.

Кит это говорил с таким серьёзным лицом, что парню стало зябко, он поёжился. Хотя, чему он удивляется, в его стране полно сел и деревень, которые даже на карту не занесены были. Только с появление спутниковых карт, это стало делать проще.

– Ладно тебе пугать. Посмотрю на карте, тогда и решу.

– Ты псих, если собрался туда, но, удачи тебе! – Кит искренне веселился. Похлопал друга по плечу и побежал догонять выходящих из ворот девчонок. Ему всегда льстило женское внимание, и он не упускал возможности завести очередную подружку или просто окружить себя девушками.

Кит, он же Никита, очень высокий, почти два метра роста, золотисто-рыжий с яркими зелёными глазами, прославленный на всю академию, как компьютерный гений. Он может достать любую информацию, но только в рамках закона. Его папа, какая-то большая шишка в кругах закона, и Кит знает уйму историй из жизни ушлых хакеров. А вот достать адрес или номер телефона какой-то красотки, для друга или приятеля, ему раз плюнуть. Чем он частенько и занимался. Чаще всего за немалую плату, но с Марсом они друзья с «подгузников», поэтому ему услуги он всегда предоставляет за «спасибо». Хотя, столько раз, сколько Марс его выручал, то о «долгах» и речи быть не может. У Кита, из-за слабости к женскому полу, частенько с ними возникают проблемы, и тогда только лучший друг Марс его спасает.

– Спасибо, – сказал тихо парень, в спину удаляющегося друга.

Он знает, что тот его уже не услышит, но это не важно. Главное, что у него есть то, что ему надо. Зажав бумажку в руке, он пошёл в сторону библиотеки, в ту сторону, куда его одногруппники никогда не заходили, с первого дня учёбы. Возле дверей, адрес перекочевал в задний карман джинсовых штанов. «Там он не должен потеряться», проскользнула мысль и рука открыла дверь, которая слегка скрипнула и впустила его в «храм знаний», так называет она, это Богом забытое место. Хотя, он не разделяет этих её убеждений, для него «храм знаний» – интернет. А для неё, его «храм» – свалка. Хотя, в чём-то она права, наверное. Он ещё не ловил её на ошибках, но не может же она быть всегда права и никогда не ошибаться. Это нереально.

В зале было несколько человек. Её он заметил сразу, девушка обычно сидит за одним и тем-же столом, обложившись книгами, как баррикадами. Он подошёл ближе, она подняла на него глаза, кивнула в знак приветствия, он ответил ей тем же. После привычного обмена кивками, она пододвинула к нему книгу, в которую были уже вставлены бумажные закладки, что означает, ему надо прочитать те места, где есть закладки. Обычно на тех же закладках, написаны подсказки, от куда до куда надо читать. Он поправил книгу, открывая на первой закладки, а она опять уткнулась в открытую перед ней книгу. Учёба, учёба и снова учёба. Осталось совсем немного, но надоело уже до чёртиков. Глядя, на «это» хрупкое чудо, которое с таким рвение грызёт гранит науки, он собрал всё своё мужество, волю и что-то ещё, в общем, всё собрал в кулак и заставил себя тоже уткнутся в книгу. Информация никак не хотела укладываться в голове, потому что одна и та же мысль врывается в его голову и отвлекает от всего иного. Очень хотелось поделится с ней своей находкой, своей добычей, ну, точнее тем, что добыл Кит. И каждый раз приходилось отгонять эту мысль, зная последствия оных признаний. Да она просто придушит его своими ручонками, прямо тут, в своём «храме». Зато он, наверное, войдёт в историю, как первый человек, убитый в библиотеке насильственной смертью, а не случайным завалом книг. Упорное вталкивание знаний, всё-таки отвлекли его от бумажки с адресом, и информация начала доходить. Как всегда медленно, но доходить. Ведя диалог шепотом, они задавали друг другу вопросы и обсуждали ответы. Уже дома, кинув штаны на пол и упав на кровать, он вспомнил о злополучной бумажке. Резко кинувшись к джинсам, он выхватил из кармана листок и за несколько секунд, превратил его в конфетти. Совесть перестала грызть. Обрушившееся облегчение, стало похоже на эйфорию. Он снова упал на кровать и заулыбался своим мыслям. Сообщение в вайбере отвлекло от грёз. «Я знал, что ты потеряешь бумажку, поэтому кинул тебе адрес на «мыло». Не благодари, брат.» «Кит, чёртов Кит,» – шепот, чуть не сорвался на крик. В этот момент хотелось наделать глупостей, но пришло ещё одно сообщение. «Хорошенько выспись, завтра последняя подготовка, перед последним экзаменом» – ну да, она не могла не напомнить этого. Обращается с ним, как с ребёнком. Как будто он не знает, что послезавтра последний экзамен. Злость на Кита, начала перекочёвывать на заучку Месяц. Ну уж нет, теперь он точно поедет в ту Тьмутараканию, где бы она не была. Он докажет ей, что тоже на что-то способен. А за одно, на зло ей, подружится с её бабушкой. Уж он очень постарается, чтоб бабуля его полюбила, и чтоб ткнула носиком свою внучку в то, что она не захотела их познакомить раньше. Может он глупее, может ленивее, но очаровывать женщин, любого возраста, он умеет отлично. Улыбка начала расплываться от уха до уха. «Кит, ты знаешь меня лучше других. Спасибо, брат.» Сообщение Киту улетело и было тут же прочитано, а ей он хотел что-то съязвить, но решил, что лучше будет вообще не отвечать. Пусть расслабится и думает, что он уже мысленно на югах, нежится на пляжах с белым песком, в окружение загорелых красоток.

– Ужинать будешь? – женский голос, спросил шепотом.

– Нет, – так же шепотом ответил он, не открывая глаз и проваливаясь в забитее.

…Благородный рыцарь скакал на своём верном скакуне к далёкой башне, от которой был виден только шпиль, а остальное скрывалось за деревьями, клумбами и лабиринтом из кустов. Оба спутника, рыцарь и конь, были уже очень утомлены. Рыцарь ели держится в седле, а бедное животное с трудом передвигает ноги. В мыслях всплыло только одно слово «Отдых» и в тот же миг, юноша лежит на огромной поляне, а глаза слепит ласковое солнце. Перевернувшись на живот, взору открылся прекрасный вид леса. Незнакомые травы, растут вперемешку с незнакомыми полевыми цветами, над ними порхают яркие бабочки и множество разноцветных жуков. На ближайшее дерево вбежала белка и скрылась в листве. Где-то в глуши прокричала птица, ей ответила другая. Юноша повернулся опять на спину, закинул руки за голову и подставил лицо слепящим лучам солнца, закрыл от удовольствия глаза. Жужжание стрекоз и других насекомых убаюкивает как колыбельная, уже проваливаясь в сон, он подумал «как же тут хорошо». Нежное прикосновение хрупкой руки, возвращает его обратно на поляну. Открыв глаза, он видит вокруг себя безлунную ночь, и её. Глаза девушки слегка светятся в ночной мгле, освещая всю поляну, мягким голубоватым светом. Очень длинные, распущенные волосы, закрыли всё её тело и кажется, что одежды на ней нет. Она стала медленно наклонятся в его сторону и слегка прикрыла глаза, от чего тьма вокруг них начала сгущаться. Его сердце бешено заколотилось, вырываясь из груди, предвкушая сладкий поцелуй, с его прекрасной принцессой. И вот их губы уже почти слились в поцелуе, он чувствует на своих губах её жаркое дыхание…

«Buddy, you're a boy, make a big noise, Playing in the street, gonna be a big man someday» – разразилось громом над ухом. Подпрыгнув на кровати как ужаленный, он начал оглядываться с непониманием, где находится. Телефон продолжает петь знаменный хит группы Queen, а голова не хочет верить, в то, что всё это было лишь во сне. Мобильный умолк и через пару коротких секунд, запел по новой.

– Чёрт тебя побери, кто бы ты ни был, – гаркнул он в трубку, не глядя ткнув в приём звонка на телефоне.

– И тебе доброе утро, – её голос звучал бодро, как будто сейчас было десять, а не семь утра.

– Месяц, иногда мне кажется, что Майей тебя назвали нарочно, чтоб я с тобой маялся, – уже спокойнее сказал он и упал на измятую постель.

– Ты слишком много значения придаёшь своей личности Марс, не льсти себе, а лучше столкни свою тушку с кровати и дуй в библиотеку, жду тебя там через час. Последний рывок и я оставлю тебя в покое на три месяца, разве оно того не стоит?

– Да, чтоб избавится от тебя на столько длительный срок, я готов на всё, – решительно сказал он, выключил телефон и закрыл глаза.

…Серый город смотрит на него, серыми, безликими глазами – окнами. Пустота города настораживает и пугает, даже больше тишина, чем пустота. Его медленный шаг ускорился, и начал перешел на бег. Через минуту он уже бежал изо всех сил, но пейзаж не менялся и казалось, что он бежит на месте…

Телефонный звонок вновь вырвал его из сна, но на этот раз он не жалел об этом. Тряхнув головой, разгоняя остатки неприятного сна, он посмотрел на экран телефона. Хотя, можно было и не смотреть.

– Я уже встал, – буркнул он в трубку, опуская ноги с кровати на пол.

– Хорошо, – сказала она, – перезвоню через десять минут.

И ведь перезвонит! Он её знает. Не первый раз, она его так поднимает на подготовку. Потирая глаза и шаркая тапочками, он поплёлся в душ. В дверях столкнулся с бодрым, и странно весёлым отцом.

– Доброе утро, – по слогам произнёс он, не понимая, что так радует отца в столь ранний час. Да и вообще, что так его радует. Ведь он редко улыбается и радуется.

– Доброе утро, сын, – сказал отец и потрепал его шевелюру, – на улице чудесная погода. Улыбнись, жизнь прекрасна!

Сказав это, отец почти в припрыжку пошёл по коридору, в сторону кухни. Марс так и замер у двери в ванную, не понимая, он всё ещё спит или его отец подсел всё-таки на наркотики.

– Кто ты? И что сделал с моим, вечно смурным отцом? – сказал парень в спину, удаляющемуся отцу.

– Балбес! – ответил отец, оборачиваясь, – Почти лето, птички поют, всё цветёт и пахнет, завтра пройдут последние экзамены, и студенты разлетятся как воробьи, при виде кота. И три месяца отдыха от Вас! – от указал пальцем на сына.

– Раньше ты был к этому равнодушен, – заметил младший собеседник, этого диалога.

– Надоело быть смурным, – очень серьёзно сказал отец, – жизнь проходит мимо, а я всё время смурной, серьёзный, грустный. Надоело! Теперь, буду радоваться каждому дню, каждой минуте! – он отвернулся и уже почти скрылся в проёме двери, как оттуда появилась его голова, – Кстати, через пять дней, мы улетаем в Италию. Не далеко от Катании живёт мой друг, он пригласил нас в гости. Покупаемся в Ионическом море, посетим вулкан Этна, можно будет съездить в Сиракуз или Мессину, или слетать в Палермо. Оторвёмся по полной!

– Что? – у парня аж челюсть хрустнула, так быстро отвалившись от удивления.

– А что? – видно было, что отец не удивился подобной реакции сына, – мы очень давно никуда не выбирались вместе. А друг уже много раз звал в гости, пора бы навестить. В общем, я тебя предупредил.

– Спасибо, – буркнул Марс и уже хотел было закрыть за собой дверь в ванную.

– Если у тебя были какие-то другие планы, извини, – крикнул отец, уже не выглядывая из кухни, – отмени их пожалуйста, и сопроводи меня в Италию. Для меня это очень важно.

– Планов не было, – признался парень, – только предложения, которые я ещё рассматриваю, выбирая варианты. Как скажешь пап, Италия, значит Италия.

«Ну, ничего, – подумал он, закрывая за собой дверь, – неделя-две и я вернусь, как раз за то время, изучу маршрут и решу, как буду добираться, до «улья» этой «Пчелы». Она как раз успеет расслабиться и забыть обо мне, или соскучиться даже». В последнем он сомневался. Её холодное отношение к нему, отстранённость, нисколько не указывало на то, что она может на каникулах скучать по нему. Но это уже не важно. Ведь он принял решение, и теперь не отступится!

Опоздав в библиотеку на пятнадцать минут, обычно он не опаздывает, прошёл к «её» столу и поразился, на нём лежало всего четыре книги. Не десять – двадцать штук, а всего лишь четыре. Обменявшись кивками, он сел рядом и стал ждать, когда она ему укажет на нужную книгу. Но она, после «приветствия», опустила глаза в учебник и долго не поднимала. Он начал ёрзать на стуле от скуки, потом поставил ногу на ногу и стал ею болтать. Это болтание, обычно, выводит её из себя, а сейчас ноль реакции. Он взял в руки карандаш и уже хотел было начать рисовать каляки-маляки в блокноте, как её рука дёрнулась, отобрала у него карандаш и подтолкнула в его сторону ближайшую книгу. С уже вложенными бумажками – закладками – подсказками. Ели слышным шёпотом, он зашипел ей на ухо:

– Вот так бы сразу, – и потянулся к книге.

Она не ответила, увлеченно продолжая читать. Но уже через пару минут, положила книгу на стол, начала писать очередную подсказку на бумажке, вложила её в книгу, предварительно перелистав несколько страниц назад.

– А ты прям пять минут посидеть без учёбы не можешь, – съязвила она, закрывая книгу. – Вот смотри, та, что у тебя в руках – это первая книга, дальше, они лежат подряд. Везде есть закладки с подсказками. Твоя задача, прочитать всё то, что отмечено. Это тебе примерно на три часа. Так что, пока я вернусь, думаю ты всё прочтёшь.

Пока она это говорила, девушка успела встать, взять рюкзак с соседнего стула, закинуть в него канцелярские принадлежности, закинуть рюкзак за спину и поправить свой стул, задвигая его под стол.

– Не понял? – у парня второй раз за день, случился вывих челюсти, – А ты куда собралась? Почему ты меня тут бросаешь одного? И кто будет контролировать процесс моего обучения? – в его голове роилось ещё миллион вопросов, но не все он может сказать ей в слух.

– Мне надо уйти, – спокойно ответила она. – Это на пару часов, и я скорее всего вернусь до того момента, когда ты закончишь читать последнюю книгу. Если же нет, то перечитай всё по второму кругу, понятнее будет и запомнишь больше.

– Да за пару часов, в этом «храме», меня сожрут книжные черви или унесёт в гнездо, журнальная моль, – высказался Марс, не понимая, что конкретно его так раздражает в данной ситуации. То, что ему придётся учить без её подсказок или то, что она так легко уходит, не объясняя ничего.

– Не волнуйся, Мария Михайловна отобьёт тебя от червей, а моль она давно всю вывела. От скуки утраивала на неё охоту с молебойкой, так всю и уничтожила, оставив «заповедник», без столь важного аборигена.

– Ха-ха, как смешно, – она обычно шутила заумно, и чаще всего не смешно, о чём он ей всегда говорил. Указывая на то, что в этом умение ей не удаётся превзойти его. – И всё же, ты куда намылилась? – его удивление перешло в любопытство.

– Марс, мне действительно надо уйти, дело важное и срочное. Я очень постараюсь как можно быстрее вернуться. Но, не всё зависит от меня. И извини, я не могу тебе рассказать, куда и зачем я иду. Это личное. Да и не интересно тебе будет, – она погладила его по плечу, только один раз, провела рукой и отдёрнула её, как будто сделала что-то не то, поняла это и попыталась не заострять ситуацию. – А ты учи, приду, проверю.

Наказала она, погрозив пальчиком. Развернулась и быстро зашагала к выходу, он успел моргнуть только два раза, а она уже скрылась за входной дверью.

«Майя ко мне прикоснулась? Сама? Не под дулом пистолета? Да ещё и не для того, чтоб отобрать у меня третий бутерброд?». Его мысли были настолько далеки от учёбы, что на короткое мгновение, он забыл где находится и в голос сказал:

– Офигеть! Это что сегодня за день такой сумасшедший? – вроде ни к кому не обращался, но ответ на его вопрос всё равно последовал.

– Сегодня, пятница тринадцатое, – скорее всего на автомате, сказала Мария Михайловна. Тут же осеклась, и добавила шепотом, – Марс, не шуми и учи давай, завтра последний экзамен.

«Пятница тринадцатое! – пронеслось в его голове, – Бред какой-то. Ну и что, что пятница тринадцатое? Даже если она и ведьма, то шабаш ночью, а сейчас утро. И при чём тут яркие перемены отца? Нет, день и число тут точно не причём! Но она ко мне прикоснулась. Вот это действительно странно.» Решив, что такая головоломка ему пока не под силу, он всё-таки уткнулся в учебник и попытался понять его содержимое. Пришлось прочитать одно и тоже предложение несколько раз, чтоб начать понимать, о чём идёт речь. После этого пошло легче. Как оказалось, ему было даже проще учиться, без её присутствия. Никто не отвлекает боковое зрение, никто не шурудит страницами возле уха, а также, никто не шипит на него вопросами, «Прочитал? И что понял? Что запомнил?» а то, а это, а там, а сям. Иногда, её способ обучения, его просто выбешивает. Хотя, когда материал усваивается в голове, он начинает понимать, что наводящими вопросами, она помогает ему запоминать и расширять знания необходимой ему информации. Он почти закончил читать последнюю книгу, когда на пороге появилась она.

На слабый скрип двери, парень поднял глаза и усмехнулся. Вид у неё был, более чем забавный. Сразу стало понятно, что волосы, сначала растрепал ветер, потом намочил дождь, а потом снова растрепал ветер, при этом их почти высушив. Одежда оказалась мокрой местами. Возможно, дождь сопровождался сильными порывами ветра, и от этого, она была мокрой только с одной стороны, с правой. В то время, левая её сторона, почти не намокла. Оттряхивая с лёгкой кофточки влагу, она сняла рюкзак и с силой его дёрнула снизу вверх. От чего, слабая ткань застонала, и одна бретелька почти оторвалась.

– Вот же не везёт, – сказала она громче, чем хотела. Но Мария Михайловна, не стала на неё цыкать. Единственный посетитель читального зала, всё равно наблюдал спектакль «Мокрые в библиотеке», улыбаясь во всю ширину, своей ослепительной улыбки.

Лицо библиотекаря, ярко выражало сочувствие и понимание ситуации. Майя была её любимицей и «коренной жительницей» храма знаний. Бедная девочка, лучшие свои годы просиживает тут, учится сама и учит этого «балбеса». Мария Михайловна, немного знала о не простой жизненной ситуации Майи от ректора, поэтому не редко угощала девушку вкусной, домашней выпечкой, которую так любит готовить для своих детей и внуков.

– Извините, Мария Михайловна, – сказала девушка, почти шепотом. – Непогода испортила настроение.

– Всё в порядке Майя, – сказала женщина, вполне серьёзно, – может тебе чаю сделать? Ты вся промокла.

– Спасибо, не надо – она уже подошла к столу, за которым сидит Марс и молча за всем наблюдает.

Парень без слов встал, так же молча направился к выходу, возле дверей она его окликнула:

– Марс, ты куда? Мы же не закончили, – она замерла у стола с рюкзаком в руках.

– Я сейчас вернусь, мне надо отойти ненадолго, – сказал парень и скрылся за дверью.

Девушка перевела взгляд на женщину, та так же удивлённо смотрела на Майю. Они почти одновременно пожали плечами, и каждая занялась своими делами. Майя достала с рюкзака несколько тетрадей, карандаш и ручку. Открыла самую толстую тетрадь, взяла одну из книг и начала переписывать необходимый ей текст. От влажной одежды, девушке стало зябко, она сняла кофточку, но футболка прилипла к телу и неприятно его холодила. «Надо было согласится на чай», промелькнула запоздалая мысль в её голове. Но, было уже неудобно просить. Она съёжилась, передёрнула плечами и уткнулась в книгу, отгоняя от себя мысли о холоде и влаге.

На скрип открывшейся двери, на этот раз, отреагировала только библиотекарь. Её взору явился парень, с тремя пакетами еды из «мака» и бумажным подстаканником, с тремя стаканами. Он подошёл к столу женщины, поставил пакет с едой и один из стаканов. Только тогда, Мария Михайловна увидела, что через его правую руку, в которой он нёс еду и напитки, перекинута спортивная кофта. Догадка её была верна.

– Спасибо Марс, – тихо сказала женщина, взяла пакет со стаканом и направилась к себе в подсобку. Она доверяет этим детям, тем более, им сейчас надо поговорить, а она любит кушать в тишине.

– Пей, – сказал он, поставив перед девушкой стакан и пакет с едой. Свою порцию он поставил рядом, она была, как обычно, в два раза больше, чем у Майи. Сняв с руки спортивную кофту, он накинул на плечи девушки и попытался поправить так, чтоб рукава и края не волочились по полу.

– Ты где это взял? – удивилась она, вставая со стула и просовывая руки в рукава. Их пришлось закатать раза три, но змейку на кофте самостоятельно застигнуть у неё не получалось. Он присел возле Майи на корточки, взял края змейки и быстро застигнул её до самого верха. Так как в горловину кофты, спокойно может поместиться её миниатюрная талия, то полностью застёгнутая змейка, нисколько ей не помешала пить горячий шоколад, обхватив стакан обеими руками и обжигая язык.