Адриаднина нить

Глава 17

Глава 17

Бросая на столик конверты с записками Джейсон взглянул на сидящую напротив супругу. С одной стороны, хорошо, что тут замешана девушка, было бы больнее если бы это был…

- Я приставлю к нему охрану, - зло бросил Джейсон, – Мне только этого не хватало! С трудом удалось избежать разбирательств, когда он чуть не убил нашего садовника. Час от часу не легче. Не ребенок, а наказание. За какие такие грехи мне все это?

Противное предчувствие легко тяжким камнем.

- Дорогой, но почему мы должны принимать такие меры? Я уверена, что эта девица развратила его, - прижимая уголок бумажной салфетки вытерла слезы. – Послания мог напечатать кто угодно, даже она сама.

- Мы слишком долго закрывали глаза на то, в кого превращается наш сын, - Джейсон поднялся с кресла направляясь к буфету.

Открывая стеклянные створки вынул рифленый хрустальный графин с янтарной жидкостью и с таким же рисунком без ручек бокал на тонкой ножке. Поднимая крышку в виде капли плеснул себе в стакан. Закрывая графин хлебнул терпкий напиток залпом.

Тереза наблюдала за супругом понимая, что это предел. Только в приступе сильной ярости он прикасался к крепкому напитку чтобы успокоиться. В такие минуты он закрывался в своем кабинете и выходил только когда найдет выход из создавшейся ситуации.

- Похотливое животное! – яростно выдохнул он.

- Опомнись, ты говоришь о нашем мальчике! – воскликнула Тереза.

- Твое сюсюканье и подтирание за ним последствия его поступков привели к этому! – впервые взревел Джейсон на сжавшуюся в ужасе Терезу. – Это выходит из – под контроля!

Двери кабинета открылись и в дверях показался Матис. Уже не тот маленький в пеленках сын. Не тот который учился ходить и говорить. Не тот чьи успехи были важнее собственных. В дверях стоял взрослый, одновременно глупый, изнеженный еще не созревший пацан.

- Не смей кричать на маму! – прикрикнул Матис.

Шумно поставив бокал на деревянный поднос Джейсон обернулся серьезно, взглянув на своего сына.

- Что ты там пропищал? – хмурясь обратился он к сыну.

Тереза, заметив стальной блеск в глазах мужа испуганно заслонила собой сына мотая головой из стороны в сторону.

- Джейсон нет. Прошу нет!

Оставаясь на месте рядом с буфетом Джейсон молча поднял руку показывая супруге выйти и оставить их одних. Продолжая отрицательно мотать головой закрывая сына собой разрыдалась.

- Что сперма ударила в мозг? В твой хиленький не способный к анализу мозг!

- Прошу перестань разговаривать так с нашим сыном. Ты унижаешь его, - истерично вскричала Тереза заступаясь.

Переводя взгляд с трусливо выглядывающего сына на свою супругу спокойно сказал:

- Я слишком долго шел у тебя на поводу Тереза. Терпел как ты делаешь из него кого угодно только не мужчину. Выйди вон из кабинета.

- Нет! – крикнула Тереза.

Спокойный как скала он двинулся к своей супруге, бережно обнимая за талию вывел из кабинета и закрыл двери поворачивая ключ.

Ожидая от разъяренного отца физического наказания втянул в голову в плечи и зажмурил глаза, когда тот остановился, напротив.

- Рассказывай, как все началось, - направляясь к буфету Джейсон игнорировал стуки в двери кабинета и вопли супруги. – Подробно и быстро.

Возвращаясь в кресло с полным бокалом коньяка следил за выражением лица своего сына чувствуя при этом нечто похожее на отвращение. Всю жизнь стараясь быть для него примером никак не могу постичь причины и следствия, которые послужили всему что происходит сейчас.

- Мне так стыдно что ты мой сын, - выдохнул Джейсон. – С какой стати ты решил, что имеешь право без разрешения прикасаться к кому – то? – не слушая бред, которым он пытается оправдать свое поведение.

- Я люблю ее.

Брови Джейсона взлетели вверх. Протягивая вскрытые конверты увидел мимолетную реакцию выдавшую сына с головой.

- Любишь? В жизни не читал столько мерзкого и пошлого. – лицо Джейсона исказил гнев. – Когда любят берегут, а не берут силой! Тебе бы идиоту пример взять со своего соперника, а ты как павлин разряженный и бестолковый не в состоянии ухаживать. Твоя заносчивость не красит тебя, а показывает как ты пуст. Поверхностный и ничтожный.

Поднимаясь со стаканом в руке Джейсон подошел к тут же сжавшемуся сыну подобно улитке.

- Твои выходки давно у меня поперек горла и когда ни будь моему ангельскому терпению придет конец.

Дыхнув на сына перегаром, он сделал большой глоток осушив бокал. Слегка толкнув Матиса он вернулся в кресло. Поставил бокал доставая кубинскую сигару поджег с силой затянувшись. Выпуская сизый дым положил сигару на мраморную пепельницу.

- Как же тогда мне добиться ее внимания? – воскликнул Матис. – Она избегает меня.

- А ты сам чтобы чувствовал на ее месте? Ходишь как индюк. Твои выходки вызывают отвращение.

- Она всего лишь женщина! – вскричал Матис, - Ее голос не важен! Она должна знать свое место.

Челюсть Джейсона отвисла, когда он услышал откровения сына. Это на столько ошеломило и парализовало – как ушат ледяной воды. Легкий хмель тут же выветрился.

- Ее удел молчать и подчиняться! – Матис сделал красноречивый жест рукой тыкая указательным пальцем в пол. - Я каждый день вижу, что каждая из них просто жаждет выйти замуж за богатого, сама вешается на шею. Это она должна заслужить мое внимание, а не набивать себе цену. Недотрога чертова! – сжимая кулаки выкрикнул Матис. – Каждый мужчина делает щедрый подарок удостаивая вниманием. Брак — это трофей, вырванный зубами в женской конкуренции.

Закрывая ладонью губы Джейсон ужаснулся услышанному.

- Дай бог чтобы ваши пути никогда не пересеклись.

Чувствуя раздражение от непрерывных стуков и воплей супруги резко вскочил, замахиваясь широким кулаком.

- Прочь с дороги!

Отомкнув двери распахнул ее.

- Иди послушай, что говорит твой сынок!

Раскрасневшись от слез, она шарила глазами за широкой спиной супруга.

- Где он? Где мой мальчик?

Она ворвалась в кабинет прижимая сына к себе.

- Ни каких карманных денег с этой минуты. Телефона. Каждый день тебя будет сопровождать один из моих людей. – глядя на супругу сжал кулаки. – Я понятно сказал? И чтобы я больше не слышал, что ты лобзаешься с девушками. Ты понял меня?

Матис кивнул чувствуя, что избежал наказание в очередной раз.

- Отойди от него Тереза! – крикнул Джейсон. Когда Тереза встала рядом с сыном продолжил, улыбаясь – Я рад что хоть кто – то утер тебе нос Матис. Она достойна восхищения.

- О чем вы? – глядя на сына потом на супруга сказала Тереза.

- О той самой девушке. А ты мать для него обслуживающий персонал. Да сынок? Так ты отзываешься о всех женщинах? По твоему и я банально трахаю, а потом брезгую. Все нашу совместную жизнь вытираю об нее ноги? – горечь, звучавшая в словах Джейсона, заставила отойти от сына на расстояние.

- Что ты говоришь Джейсон?

- Вся твоя жизнь Тереза по мнению твоего сына заключается в подчинении мне. В обслуживании моих проблем, моих потребностей. Ты вещь. Вот как воспринимает наш сын представительниц прекрасного пола.

- Господи да что ты такое говоришь? У них прекрасные отношения с Лоттой.

Поражаясь наивности супруги подскочил, хватая ее за обе руки, энергично встряхнул.

- Очнись!

- Да это ты очнись. Она не достойна чтобы мы скандалили из – за нее. Она всего лишь сиротка! – с силой сжимая предплечья супруги гневно сверкнул глазами. – Закрой рот Тереза! – вскричал Джейсон и оттолкнул супругу.

Теряя равновесие она уселась в его огромное кресло. Сжимая кулаки, Джейсон перевел взгляд на сына.

- Не провоцируй мою жестокость Матис. Я тебя раздавлю как насекомое. Пошли вон из кабинета! Оба!

Дождавшись, когда двери кабинета закроются он устало, сел в кресло и расплакался.

***

Теперь Жермен работала только в день с режимом пять на два, выходные суббота и воскресенье, включая праздники. Сама приезжала что очень радовало Лоэнн еще и потому что отпала надобность ночевать в детском доме. Познакомившись с родителями Жермен, Лоэнн вошла в семью как дочь, правда не официально.

- Как иногда странно может сделать крутой поворот жизнь, - Лоэнн улыбнулась, прислушиваясь к шагам за дверью.

Милая возня на кухне, приятные ароматы. Предвкушая тренировку в цирковом кружке вспомнила как рассказывала себе какой красивый мужчина этот Адам. Как ее фантазии перетекали в желание связать с ним жизнь. Но чем больше она узнавала его как друга – мужчину тем больше осознавала какую серьезную ошибку могла бы совершить если бы он не оказался таким «благородным».

Продолжая заниматься в цирковом кружке была рада что отношения с Адамом перешли в дружеские, с облегчением осознавая, что наваждение осталось позади. Сердце свободно, голова свежа и режим не сбивается взлетами и падениями влюбленного настроения.

Преуспевая в театральном кружке легко отождествлялась с персонажами, которые играла. На репетициях часто смешила собравшихся пародируя голоса разных знаменитых людей, звуки разных предметов к примеру: скрипучие двери, стук колес поезда или взлет самолета. Неизменным остались правила от который Лоэнн не отказывалась радуясь, что не нужно изображать дружелюбие.

Тихий поворот дверной ручки прервал размышления. Кто – то тихонько отворил двери шепчась. Лоэнн улыбнулась и обернулась. В дверях стоит Жермен, а в ее руках огромный торт со свечами. Первый день рождения в кругу семьи. Дома. Среди любящих людей. Часто моргая Лоэнн старалась прогнать пелену с глаз в страхе испортить сюрприз.

- С днем рождения детка, - не смотря на влажные от подступающих слез глаза, широко улыбалась, – Для меня это такой особенный день! - Жермен шмыгнула носом. – Ведь тебе исполнилось восемнадцать! Теперь ты совершеннолетняя моя девочка.

Жермен, бабушка и дедушка вошли в спальню. Отец Жермен уселся на кровать прижимая к себе Лоэнн и целуя в обе щеки.

- Как настоящий джентльмен вот, - он протянул пышный букет цветов.

- Родная ты наша, - поцеловала в щеки мама Жермен. – Надеюсь понравится. – протягивая бархатный футляр довольно огромный для ювелирных украшений.

- Загадай желание и задуй свечку.

Жермен протянула руки на которых красовался торт цвета зеленого камня. Так необычно! Прохладный оттенок с эффектом внутреннего свечения, такой выразительный на гладкой поверхности.

- Детка этот цвет олицетворяет тебя. Ты так же светишься изнутри богатством своего внутреннего мира и впереди у тебя процветание. С днем рождения!

Задувая свечи Лоэнн поблагодарила за обретенное счастье и возможности, которые открывала для нее жизнь.

- Лоэнн, а что у меня в кармане? – когда Лоэнн позволили укусить кусочек торта из рук Жермен.

- Господи ну и манеры у вас!

- Мам эта наша с Лоэнн традиция. Верно детка? – Жермен подмигнула девушке облизывающей губы от крема. – Вкусно?

- Очень, - протягивая руку к карману она взвизгнула от восторга. – Но как? Как ты узнала?

В руке оказалась коробочка с полюбившимся парфюмом. Он соткан из мерцающего блеска начальных цитрусовых и зеленых нот, оттенённых тончайшим кружевом фруктов. Цветочный дух хрупкого как девичья душа ландыша, чарующего как изгибы тела ириса и великолепного вкуса изысканной розы в сердце аромата. Словно нежное прикосновение воздушных шелков, обволакивает. Струящийся амбро-мускусный шлейф пленяет трогательной элегантностью.

В один из дней, когда Лоэнн гуляла по городу с Жермен согласилась войти в салон брендовой парфюмерии. В прохладном зале где на стройных стойках стояли рекламы, тестеры, где как на выставке прохаживали мужчины и женщины останавливаясь и брызгая на тонкие полоски. Этот ритуал знакомства с духом парфюма, потом кофе, который резко бьет в ноздри надолго оставил яркое впечатление.

- Нравится?

- Я не в силах выразить… - Лоэнн все же не смогла сдержаться, роняя слезы.

- Но, но, но, - прижал к себе дедушка, вытирая слезы морщинистыми руками. – Ты дочь военного. Всегда помни об этом.

- Спасибо деда, что напомнил, - уткнувшись в мужское плечо прошептала Лоэнн.

***

Пребывая под постоянным контролем Матис злился на внезапно обнаглевшую Лоэнн так уверенно державшуюся. Сиротка! Ха! Ты даже мизинца моего не достойна, а уже тем более уважения. Ты склонишь предо мной голову добровольно или… Не в силах держать язык за зубами проговорился обо всем новоиспеченному другу.

Доминику удалось войти в круг доверенных людей. Вместе посещая тренировки в стенах гимназии и в спорт клубе куда Дом часто захаживал. Держи друзей близко, а врагов еще ближе. Старался узнать о нем все и как можно подробнее: что любит, о чем мечтает, какие планы строит.

Дом в свою очередь делился незначительными секретами освещая не большие участки своей жизни оставляя главное в тени. Нравилось замечать откровенное восхищение Матиса.

- Ты так легко идешь наперекор. Как тебе это удается?

- Все начинается с мелочей. Захват личной территории не нахрапом, а тихонько, - Доминик отвел взгляд понимая, что сболтнул лишнее. Может навести на ненужные размышления. Он не настолько глуп. – Помогает добиться внимания самой красивой девчонки, - уводя мысли в другом направлении улыбнулся Доминик.

Чувствуя, как червячок совести свербит нахмурился. Наверное стоит отказаться от затеи. Но это эффективный способ. Если держать его под контролем он всего лишь напугает. Не позволю обидеть, но смогу перевести все это в свою пользу и добьюсь своего - просто окажусь в нужном месте в нужное время.

Плевать этот выскочка получит свое!

- Серьезно? Как ты узнал? – задался вопросом Доминик, наблюдая за Матисом через невысокий барьер между ними, стоя под душем в спортивном корпусе.

- Был неприятный разговор с родителями. Мама проболталась. Отец пригрозил поставить охрану. Так что приручить ее безнадега, - смывая шампунь Матис закрыл глаза подставляя лицо под струи воды.

- И ты так просто сдашься?

С улыбкой на лице вспомнил как поцеловал Лоэнн. Ее упругое с изящными изгибами тело так прекрасно подходившее, будто созданное специально для него. Даже ткань формы не скрывает ее грудь. Порой кажется она специально сопротивляется лишь бы сильнее прижаться. Ее игра только раззадоривает, что невозможно пройти мимо и не коснуться.

Она дразнит своей походкой. А как вкусно пахнет ее тело, что сложно удержаться и не поцеловать. А какие мягкие волосы! Ни у кого таких нет. Извиваясь в моих руках, она так сладко стонет. Брать все это силой даже азартнее.

– Знаешь я все больше чувствую к ней ненависть чем любовь. Меня бесит что она больше не обходит стороной как раньше, будто специально. - сказал Матис проводя вспененной губкой по преобразившимся мускулами плечам, плоскому с очертаниями кубиков животу встал под воду, чтобы смыть пену.

Как же мягко намекнуть что ей никто не поверит... Кто она и, кто он. Смогу отомстить наконец благодаря твоему падению. Хоть я и играю роль твоего друга нет - нет да скользят насмешливые взгляды твоей свиты обвиняя меня в сомнительной ориентации.

- Чем она так зацепила меня? – возмущенно воскликнул Матис.

- Наверное тем что безнаказанно игнорирует замечая, что другие охотно вешаются тебе на шею. Это отличный ход привлечь твое внимание. Разве нет?

Задумавшись над услышанным взглянул на Доминика, принимающего душ рядом с ним.

- Похоже ты прав. Знал бы ты как я злился и ревновал думая, что вы пара.

Поворачиваясь лицом к упругим струям воды Доминик с радостью нашел повод смолчать. Оборачиваясь и отплевываясь от воды сказал:

- Мне по секрету рассказал один мой приятель, что проверить женщину на истинное отношение можно через поцелуи, - Доминик широко улыбнулся. – та что любит буквально растает, когда прижмешь ее к себе. Он так заарканил девчонку, которая так же как Лоэнн игнорировала его.

- Не смеши меня. Когда я впервые поцеловал она пнула меня.

Доминик рассмеялся, вспоминая как Матис скорчился, получив в пах.

- А ты что рассчитываешь на быструю победу? Она же играет. Хочет, но боится показаться доступной. – продолжил подталкивать к нужному решению Доминик.

Выключая воду Матис снял с крючка полотенце вытирая тело наклонив голову вперед, чтобы вода с волос не попала на сухие участки. После обернулся и вышел в раздевалку раздумывая над услышанным.

Команда давно переоделась, болтая о предстоящем мероприятии к новому году. Матис переоделся в школьную форму.

- Слышал Матис?

- Что? – замыкая кабинку с вещами накинул на одно плечо рюкзак.

- Перед новогодними каникулами будет театральное представление и дискотека. Ты идешь?

Взглянув Доминику в глаза улыбнулся заметив, что намек понят.

***

Генеральная репетиция сопровождалась украшением актового зала к предстоящему концерту. Подбор и примерка костюмов. Смехом собравшихся прогоняя сценки если кто – то оговаривался во время диалога. Такие приятные закулисные хлопоты и фотографии, которые навсегда запечатлели эти события и будут развешаны на стенах студии.

Чувствуя восторг от приятных переживаний Лоэнн счастливая, окруженная понимающими в этот момент ее состояния, старалась не думать о долгих разговорах о поступлении в академию. Страсть как не хотелось портить себе настроение думами, что всю свою жизнь будет окружена такими людьми как ее одноклассники. В свои восемнадцать еще не готова принимать серьезные решения, способные привести к более серьезным последствиям нежели детство в детском доме.

Тяжко выдохнув она заметила компанию собравшихся на последних рядах одноклассников радуясь своему внешнему виду. Костюм и пробный грим, плюс измененный голос скрывает. В таком виде никто не узнает меня.

Пользуясь моментом пока играют роли другие, персонажи разглядывала Матиса. Сердце быстро забилось, вспоминая что все сложнее справиться с ним, не причинив при этом ему вреда. Мне все равно ни кто не верит. Девушки из театрального или циркового кружка откровенно завидуют, не понимая, как это противно. Хихикают и шутят.

Переключаясь на свою роль старичка вышла на сцену. Аплодисменты режиссера показывают что все идет отлично. Свободно чувствуя себя на сцене Лоэнн радовалась, что небольшая импровизация сработала на ура.

Покидая сцену Лоэнн вошла в комнату за актовым залом чтобы переодеться к другой роли. Волоски встали дыбом, когда почувствовала, что что –то не так.

- Эй ты. А где Лоэнн?

Она обернулась замечая, как из шкафа вышел Матис. Судорожно сглатывая она сжала кулаки. В очередной раз ему удалось застать врасплох.

- Выйди вон, - прикрикнула Лоэнн меняя голос на одну из посещающих театральный кружок. – Она будет завтра.

- Да ладно тебе Логед, - слащаво улыбаясь уверенный в своей неотразимости двинулся к ней.

Реакция тела выдала с головой. Улыбаясь еще шире, он раскинул руки.

- Не бойся, - полушепотом сказал Матис. – Иди ко мне Лоэнн. Я сразу понял, что это ты, хотя ловко играешь голосом.

Похотливо хохотнув прошептал:

- Я конечно не гей, но с радостью займусь с тобой любовью даже в костюме старичка.

Отступая с каждым шагом от него Лоэнн уперлась спиной о стену.

- Особо не разбежишься верно.

С другой стороны, кто – то замкнул комнату, а в актовом зале громко играет музыка. Слышится смех собравшихся украшающих зал. Западня!

- Только тронь меня, - угрожающе зашипела Лоэнн.

Останавливаясь рядом с прижатой к стене девушке, он оперся на раскинутые по обе стороны руки преграждая путь где шкафы как стражи ему помогают.

Продолжая улыбаться Матис заметил, что она не пытается сопротивляться. Стоит спокойно и ждет. Криво усмехнувшись так же приглушенно сказал:

- Вот мы и одни. Не стесняйся. Мы же взрослые. И тебе и мне уже по восемнадцать.

Наклоняя лицо для поцелуя и ожидая пинка в пах поставил блок коленкой. Хватая руки девушки завел ей за спину прижимая к себе с силой сжимая запястье. Ее шумное дыхание заставило вскипеть кровь, затуманить мозг.

- Отпусти, - жалобно всхлипнула Лоэнн. – Пожалуйста, отпусти.

Заглушая ее мольбы поцелуем Матис со стоном оторвался от губ и хриплым голосом сказал:

- Так – то лучше.

Опуская голову к шее девушки ощутил чарующий аромат ее тела.

- Пожалуйста не надо. Умоляю, отпусти.

Тиски его рук сковали в стальное кольцо. Пытаясь контролировать ярость, вырывающуюся наружу почувствовала, как его губы с шеи спускаются все ниже, ниже.

- Нет! – вскрикнула она, когда он отодвинул край рубахи сценического костюма чтобы коснуться груди.

Полгода, до конца обучения жалких полгода. Неужели все так и закончиться? В этот момент показалось важным во что бы то ни стало получить приглашение в академию. На зло! Утереть нос этому ублюдку и его высокомерной матери.

- Я ненавижу тебя, - крикнула она. – Ненавижу.

Оторвавшись от ее благоухающей нежной как лепестки роз кожи рассмеялся. Срыв замка с той стороны привел его в чувство.

- Если проболтаешься, после я буду не единственным кто дотронется до тебя. Поняла меня?

Отпуская Лоэнн он заскочил в шкаф закрывая за собой двери. Сотрясаясь всем телом Лоэнн осела на корточки закрывая лицо руками.

- Как тебе удалось запереться тут? – сказал Адам улыбаясь облаченный в костюм: кружевная маска, черный плащ и кружевные белые манжеты.

Лоэнн зачарованно любовалась вошедшим мужчиной вспоминая тот спектакль.

- Думаю кто – то пошутил или не заметил, как я вошла переодеться, - обнимая ноги руками уткнувшись в колени сказала Лоэнн.