- -
- 100%
- +
Тяжелые времена учат и закаляют. Боль хоть и ранит, но и меняет нас к лучшему. Ведь так? Но как наблюдать за единственным сыном, самым дорогим человечком что он ошибается и не подстелить солому, чтобы не было так больно. Оградить от всего дурного. Шрамы это метка победы: боль позади, рана затянулась. Но эта бесконечная тревога. Порой за это стыдно. Только когда дети появляются у тебя понимаешь, что невозможно все контролировать. Как отпустить ситуацию и довериться ходу событий? А если что – то случиться с ним? Как потом жить с этим? Мог бы уберечь и не сделал. Мог бы повлиять, но не смог. Как довериться если не может контролировать? Дома не удержишь, на цепь не посадишь.
Открывая двери автомобиля перед сыном положил ему руку на плечо.
- Ты пойми Матис миром правит уродство, пошлость. Чем глупее персона, тем больше ликующих ртов.
Опуская глаза Матис заглушая слова отца в голове мысленно кривлялся, показывая ему язык.
- Это стадо – ему хочется зрелищ. Когда ты допустишь оплошность, сразу спустят безмозглых и бешенных. Люди алчны и злобны. Чаще зависимы и склонны к садизму. Все настолько примитивны, с радостью разлагаются умом и развратом тел. – тяжко выдохнув продолжил, стараясь донести до ума сына, - Мне все чаще противно жить в этом мире. Я очень боюсь за тебя. Не хочу, чтобы ты страдал.
- Ты печешься о своей репутации? – нагло улыбаясь сказал Матис.
Сжимая руку в кулак Джейсон сжал челюсть понимая, что сказанное прошло мимо. Физическим наказанием тоже не добиться. Как же достучаться до тебя идиот?
- Я не ищу признания у тех, чьи ценности меняются вместе с направлением ветра.
Пропуская Матиса в салон автомобиля с силой захлопнул двери облокотившись на крышу локтями закрывая глаза руками.
- Я никогда ни на кого не ровнялся, не завидовал, - прошептал Джейсон. – Нет у меня идеалов чью жизнь я хотел бы прожить.
Тяжело вдыхая и выдыхая поднял глаза к небу.
- Никогда ни на кого не смотрел снизу-вверх или наоборот. Как же мне научить тебя? Ох если бы я знал, как тяжело быть родителем стремился бы я к этому?
Понимая свое бессилие Джейсон обошел автомобиль и сел за руль.
- Знаешь в чем прикол папа? – глядя в зеркало дальнего вида обратился к отцу Матис. – Вы говорите, что любите меня, но любите меня послушным. Как только я говорю вам нет, вы обижаетесь. Я сразу становлюсь плохим. Скажите мне что я не прав? Докажите, если я ошибаюсь!
Глава 9
Глава 9
Дорогая домой проходила в полном молчании. Шумный город с раскаленным от жары воздухом остался позади. Шоссе растянулось вдоль лесного раздолья иногда петляя. За окном деревья кружатся в хороводе раскинув ветви как подол платьев всех оттенков зеленого.
Впереди показался знак и автомобиль свернул влево, снижая скорость. Кованные ворота, сквозь которые видно продолжение леса бесшумно открылись впуская. Обогнув по кольцевой остров голубых елей автомобиль проехав еще пятьсот метров остановился у крыльца. По обе стороны от дома раскинулось поле с соснами и голубыми елями.
Покидая салон все так же хмурясь и сохраняя молчание Джейсон помог супруге выбраться из автомобиля. Матис молча выбрался и бегом поднялся по лестнице и вошел в дом.
- Дорогой может останемся дома? – касаясь ворота пиджака мужа сказала Тереза. – Я так перенервничала, определенно вызову массажистку.
Взглянув на супругу Джейсон не в силах выдавить из себя хоть слово прижал ее к себе.
- Что с тобой дорогой?
Прижимаясь ощутила, как он дрожит, будто от холода. Скрывая слезы бессилия Джейсон с силой зажмурил глаза. Моя семья не должна видеть, как мне страшно. Я не слаб – это нервы. Вытирая глаза большим и указательным пальцем, он выпрямился и надел темные очки.
- Мне нужно на работу. Тебя отвести?
- Нет. Я позвоню в гимназию и предупрежу своего заместителя. Заодно узнаю, как прошла встреча, - касаясь щек Джейсона ладонями улыбнулась. – Я люблю тебя дорогой. С тобой мы в безопасности любимый.
Касаясь губами раскрытой ладони Терезы улыбнулся, оставляя сказанное без комментариев.
- Мне пора. Увидимся позже.
Покидая придомовую территорию Джейсон сжал рулевое колесо что побелели костяшки пальцев. Сохраняя низкую скорость махнув рукой охраннику и остановился.
- Дик позвони мне если Матис куда ни будь соберется хорошо? Следуй за ним и держи меня в курсе.
Мужчина кивнул, не задавая лишних вопросов.
***
- Два аршина и четыре вершка. Или почти тридцать восемь вершков или около четырех локтей – Лоэнн рассмеялась, услышав единицы измерения от Жермен. Опуская пластмассовую стрелку на затылок девочки, плотнее прижала – Смотрите – ка как вытянулась!
Надевая тапочки Лоэнн отошла к зеркалу. Приподняла подол платья по краям расправляя складки. Любуясь желтым оттенком материи на котором изображены большие розовые и фиолетовые цветы сказала, поворачиваясь то в один бок то в другой.
- Мне кажется у меня появился живот и бедра полноваты, - разглядывая себя в летнем платье, которое было в пору два года подряд.
Жермен снимая мерки записывала на листок. Удивленно приподнимая брови кинула взгляд на Лоэнн.
- Дорогая моя выкинь эти глупости из головы. Вот список кружков. Почитай, полюбопытствуй.
Лоэнн подошла к столу и взяла протянутый лист со списком. Присаживаясь на стул перечитала несколько раз.
В детском доме не проводился урок физкультуры как таковой, не считая прыжков на скакалке, кидание меча через сетку. От скуки владение скакалкой казалось на столько простым, что переход от двух на одну ногу или переменки не составляли труда ни для кого, а под музыку так прямо танец. Ее иногда включали по громкоговорителю, когда проходила уборка территории или разрешалось два часа прогулки в теплую погоду.
Отсутствие турников и места для пробежек восполнялось изобильным наличием обручей. Девочки пробовали крутить на талии больше одного, давая представление как в цирке.
Много читая и интересуясь почти всем подряд Лоэнн хотелось научиться садиться на шпагат, восхищаясь невесомыми балеринами в пышных платьях. Хотелось лазить по скалам и управлять яхтой на высоких волнах. Страсть как хотелось мчаться, чтобы ветер в ушах оглушал на спине могучего и в тоже время стройного скакуна. Каково это?
С того дня как стало известно о том, что дальнейшее обучение будет проходить в особенном для нее месте все чаще и по долгу мечтала, как станет знаменитой актрисой. Заполнит жизнь путешествиями и обязательно домом, где будут породистые скакуны, питомник с большими собаками и свой велосипед. Жермен я заберу с собой.
- Как думаешь мне нужен хоть один иностранный язык? Конечно кроме того которому ты сама учишь меня, - Лоэнн серьезно взглянула на Жермен.
Тепло улыбнувшись сидящей напротив девочки сказала:
- Развитие это жизнь. Чем шире кругозор, тем больше возможностей видно. Стоит ли ограничивать себя?
- Смотри тут и театральный, и цирковая гимнастика, и курсы программирования. Как выбрать что – то одно если меня интересует все это сразу? – воскликнула Лоэнн сдерживая слезы.
- Детка там стоит расписание. Если они проводятся в разные дни, ты сможешь посещать каждый из них. А по поводу программирования там есть дисциплина. Взгляни вот сюда, - Жермен подала другой лист где перечислены дисциплины на будущий год.
Может быть зря я так волнуюсь? Ищу повод объяснить о странном правиле для нее. Лоэнн с богатым внутренним миром все эти годы стремиться к отсутствию боли, досады. Но все же это нужно обсудить. Лучше сказать, правду сейчас, чем она вновь столкнется с этим там. Заполняя себя досугами у нее просто не будет возможности знакомства с так называемыми людьми, а сама будет избегать общение с ними. Будет меньше нуждаться в компании, а займется обучением. Именно для этого она переведена, ведь так?
- И верно, - довольная улыбаясь сказала Лоэнн. – Тогда я пойду на театральный и гимнастику! Не хочу быть коровой!
Глаза девочки так искрят счастьем, что сердце сжимается. С чего начать? Как сказать? Дай мне сил не ранить ее, не отбить это желание жить и учиться. Стремиться к большему даже после того, как достигнут первоначальный потолок, а ставить перед собой новые, более масштабные цели и достигать их. Разбивать своим крепким лбом, расширять кругозор все шире и шире.
- Что с тобой Жермен?
Тяжко вдохнув она опустила глаза на правила в гимназии.
- Лоэнн есть одно обстоятельство, - отводя глаза в сторону Жермен поднялась со стула. Ноги ватные и неподъемные. Облокотившись на стол, она опустила подбородок к груди чувствуя стальные тиски.
- Тебе что плохо? – Лоэнн соскочила со стула приближаясь к Жермен. – Я сбегаю за медсестрой.
- Нет стой!
Протягивая лист с основным положением и правилами девочке Жермен ожидая вопли негодования, нежелания обучаться там или бог знает, чего еще, но вместо этого неожиданно спокойно прочла, не останавливая взгляд не на одном пункте. Подняла глаза на Жермен и сказала:
- Ты надеюсь именно из –за этого так себя почувствовала? На самом же деле ты здорова, да? – тревога и страх неподдельно отразились на лице девочки.
- Да я здорова Лоэнн.
- Это для меня важнее, чем весь свод этих правил. С одной стороны, их можно понять, согласна?
Улыбнувшись Жермен наблюдая за Лоэнн в очередной раз восхитилась ее мудростью непогодам и в тоже время смесь детской непосредственности.
- Я даже рада, что мне не нужно изображать дружелюбие, - широко улыбаясь сказала Лоэнн. – Правда. Я слишком ленивая чтобы притворяться.
Ухмыльнувшись Жермен рассмеялась.
- Иди ко мне ленивая моя.
Раскинув руки для объятий Жермен прижала девочку к себе.
- Как же я люблю тебя Лоэнн. – вырвалось у нее до того, как она осознала сказанное.
- Я тоже очень люблю тебя Жермен.
- Давай договоримся с тобой вот о чем, - немного отстранившись Жермен заправила курчавые волосы Лоэнн за уши. – Когда пятилетнему ребенку больно, он поднимает шум на весь свет. В десять он тихо всхлипывает. В пятнадцать привыкает зажимать себе рот руками, чтобы никто не слышал ни звука и кричит безмолвно. Этих страданий никто не видит и невольно привыкаешь к отравленным плодам, растущим на дереве твоей боли. Прошу тебя всегда оставайся пятилетней, не носи все это в себе. У тебя есть я. Не скрывай от меня ни чего. Договорились?
Кивая Лоэнн вновь прижалась к Жермен чувствуя себя в безопасности. Утыкаясь в ее грудь тихонько сказала:
- Я буду как змея. Она не знает страха. Когда она сбрасывает старую кожу становится слепой, замирает и теряет ее без сожалений. Побыв уязвимой, лишенной привычностей я становлюсь сильнее, смелее на пути, где сейчас я никто и не являюсь ни кем, иду к себе настоящей. Я стану личностью.
- Лоэнн ты уже личность. Я горжусь тобой!
Резкий стук в двери комнаты Жермен заставил вздрогнуть обеих.
- Кто там?
Жермен выпустила из объятий девочку и подошла к двери. Щелкая шпингалетом открыла двери удивленно вскинула брови увидев секретаря.
- Жермен вас вызывает директор. Прямо сейчас.
- Да, да иду.
Закрывая за собой двери Жермен поцеловала в щеку девочку.
- Я зайду к тебе перед уходом, - подмигнув ей быстрым шагом направилась в другую сторону крыла огромного как замок здания.
Не задавая вопросов секретарю молча следовала, сохраняя скорость шагов как у шедшей рядом. Огромный холл встретил прохладой, пустотой и тишиной. Сквозь цветные витражные стекла солнечные лучи отражали цветной рисунок на холсте пола цвета маренго.
Постучавшись в двери Жермен приоткрыла и вошла, заслышав разрешение.
- Сейчас пришел факс от министерства образования, его потом направят в оригинале, - директор, не поднимаясь с места протянула гладкий блестящий лист. – Лоэнн переходит на полное обеспечение гимназии как сирота. Поэтому вам нужно предварительно снять мерки и вместе проследовать в специализированный магазин.
Суровый взгляд Верены Львовны впервые смягчился. Даже появился блеск восхищения, немного гордости, только она тщательно его скрывает.
- Лоэнн выбрала кружки для занятий? Там тоже идет форма и обувь.
Жермен от радости широко улыбнулась и закивала.
- Да! хочет посещать сразу два.
- О! – улыбаясь воскликнула директор. – Приятно радует. Какие же?
- Театральный и цирковую гимнастику. Честно признаться она хотела еще курсы программирования, но там ведется дисциплина.
- Ушам своим не верю. Такая увлеченная и разно сторонняя.
Жермен опустила взгляд читая текст факса. Вспомнив о главном подняла взгляд.
- Верена Львовна как нам быть в те дни, когда я буду на смене? В нашу сторону автобус не поедет за Лоэнн и ночевать она будет здесь.
- Я честно признаться сама думала об этом. Мучать девочку более ранним подъемом, через весь город проехать это почти два часа!
Жермен обрадовалась, что в лице директора у нее появился союзник.
- Одну Лоэнн я не могу оставить в своей квартире, хоть она и самостоятельная.
- Это исключено!
- Я что ни будь придумаю. Вызову тебя и обсудим. У нас впереди почти три месяца летних каникул.
Жермен кивнула и улыбнулась.
- Когда поступит официальный приказ я сообщу. Беги домой, отдохни. Завтра на смену.
- Хорошо!
Жермен протянула факс и повернулась на каблуке туфель направляясь к выходу из кабинета.
- Жермен, - окликнула ее директор.
- Да Верена Львовна, - останавливаясь обернулась.
- Похоже ты переворачиваешь принятую догму в этом городе. Мне и тревожно, и в то же время самой этого всегда хотелось. Даже приятно будет прочесть в газетах очерк о Лоэнн, чем очередную статью какие жестокие дети проживают здесь.
- Только я надеюсь, что она будет не с критикой в адрес адекватности министерства образования. Дети не заслужили такого отношения.
***
Тщательно изучив технику освоения скакалки через интернет Матис вышел во двор у дома. Запах свежескошенной травы, садовник на маленьком стульчике сидит лицом к грядкам ковыряясь в земле. Рядом с ним разные инструменты. Стесняясь того что могут увидеть его промахи зашел за цветущее деревце жасмина. Перекидывая шнурок спортивного снаряда через голову натянул как было показано на видео, чтобы смерить уровень необходимой длинны. Перебрасывая через голову сделал первый прыжок сгибая ноги в коленях. Затем повторил по одному прыжку еще и еще.
- По одному разу вроде выходит, а если пять подряд?
Вставая в стойку вновь натянул и перекинул через голову, тут же следом еще поворот шнурка над головой и еще. Вес собственного тела показался неподъемным, дыхание сбивается, ноги тяжелые и противно трясутся щеки. Размышляя об этом в моменте прыжка не успел перепрыгнуть. А не так – то это просто. Руки вращают шнурок быстрее чем успеваешь прыгать.
Вновь вставая в стойку натянул и прыжок, еще раз. Щеки прыгая вместе с телом закрывают обзор глаз. Не успевая перепрыгнуть разозлился и бросил скакалку под ноги наступая на нее.
- Простое до совершенства? А где тут простое? Я же как слон! – раздраженно воскликнул, продолжая топтать скакалку.
Чуть поодаль, за густо разросшимися розами мамы показался садовник. Подрезая и прореживая кусты невольно уловил движение на газоне и взглянул на Матиса.
- Чего вылупился? – грубо бросил Матис и поднял скакалку.
Занимаясь уходом за садами в разных богатых домах с юных лет впервые слышал грубое обращение в свой адрес. Да еще от такого сопляка. Игнорируя грубость брошенную в свой адрес вернулся к обработке цветов. Осталось не много.
Матис зашел за куст чтобы не видеть садовника и повторил попытку. Вышло почти десять только усталость и сбитое дыхание как при пробежке в быстром темпе. Проявляя колоссальное терпение повторил еще раз. Теперь получается не больше трех.
- Да что ж такое! – пыхтел от негодования.
Бросив скакалку закрыл лицо руками и часто заморгал, прогоняя слезы. Заслышав работу садовых инструментов резко выдохнул и убрал руки. От злости казалось что садовник нарочно попадается на глаза. Высматривает и наверняка смеется над ним.
Поднимая скакалку ненавидя снаряд хлестнул его о землю в попытке наказать и быстрым шагом направился в сторону работающего старика.
- Ты что подглядываешь? – толкая мужчину в плечо крикнул. – Эй ты старик, я к тебе обращаюсь!
Не ожидавший сильного толчка мужчина упал на спину касаясь поясницей края кирпичного бордюра и застонал, хватая ртом воздух.
- Эй ты мелкий уродец, - услышал он обращение к себе.
- Что ты сказала? – оборачиваясь и сжимая кулаки прошипел Матис. – Ты уволена! – почти визгливо воскликнул он.
- Ты мне не платишь чтобы уволить, - рассмеялась Люзи ему в лицо. – Мелкий гадёныш скорую вызывай! Сообщи о возрасте пострадавшего и не забудь сказать, что это был ты. Я с радостью стану свидетелем. Поднял его быстро! – приказным тоном распорядилась горничная.
Пыл и уверенность в свою безнаказанность испарились, когда он попытался посадить садовника. Мужчина громко застонал, бледнея и закатывая глаза. От страха противно бросило в жар.
Отец меня точно убьет.
- Что ты стоишь. Помоги мне! – выкрикнул Матис обращаясь к горничной.
- Я с радостью поставлю тебе подножку. А ты учись отвечать за свои поступки и слова.
Люзи вернулась на кухню сразу к телефону. Набираясь номер скорой помощи вынула карандаш и оторвала листок. Нагибаясь над столом рядом с телефоном прижала трубку плечом.
- Скорая?
Диктуя адрес сообщая возраст и причину, повесила трубку и набрала внутренний номер охраны на воротах предупреждая о прибытии скорой. Повесив трубку пошла в служебную комнату, собрала свои вещи и оставила короткую записку об уходе, делая отметку без оплаты за проработанное время в счет оплаты за испорченную скатерть. Не привлекая к себе внимание вышла через служебный вход пошла вдоль дороги.
Сколько таких семей здесь в этом богатом и престижном районе? Устроюсь! А вот терпеть унижение, да еще от кого? От мелкого ублюдка? Себе дороже.
Внимание привлекли вопли сирены и впереди показалась скорая помощь, мчавшаяся на всех порах.
- Любопытно какую басню напоет их сынок?
Глава 10
Глава 10
Восторг одновременно страх и десятую даже сотую долю волнение. Эти чувства чего – то нового, неизведанного и невыразимо прекрасного. Школьная форма разительно отличается по качеству и расцветке: атласный светло - серый верх с мелким рисунком цветов; бледно - золотые косые линии более плотного подола юбки со складками и туфли в тон на широком низком каблучке. Казалось бы, скромная гамма, а смотрится дорого и впечатляюще на расшитой поверхности ткани.
Впервые курчавые волосы радуют. Крупным завитком ниспадают по плечам и спине прихваченные блестящим изумрудом заколки. Изящная сумочка вместо вместительного рюкзака в которую помещаются пенал с канцелярией и папка с тетрадями. Необычно!
Лоэнн впервые за долгое время покинула стены детского дома. Проезжая в общественном транспорте любовалась высотными зданиями, памятниками, витринами магазинчиков, жилыми домами с кованными карнизами, стоящими в них цветущие растения, пестрили яркими соцветиями. Больше всего в глаза бросались толпы людей.
Жермен показала центральную библиотеку где сразу заполнили карточку и взяли несколько книг. Лоэнн впервые кушала в большом ресторане с огромными окнами и милыми цветами на столиках. Даже вкус знакомой пищи казался особенным. Впервые попробовав мороженное разных вкусов, любимое лакомство из всех с терпким вкусом шоколада. Сколько всего нового узнала Лоэнн когда просто выбрались сдать мерки на школьную и форму для кружков.
Завидовала ли Лоэнн окружающим, которые могу наслаждаться всем эти каждый день? Если честно нет. Удивлялась что они настолько заняты телефонами что у них нет еще свободных пар глаз чтобы заметить красоту города за окнами автобуса, который колесил, замирая перед каждой новой остановкой.
Трель будильника ворвался в воспоминания. Спала ли эту ночь? Ночь перед началом учебного года или дремала, воображая и вспоминая пережитое до сегодняшнего дня.
- Лоэнн, подъем, - показалась в дверях спальни Жермен.
Улыбаясь Лоэнн протерла глаза и села свесив ножки с кровати. Отдельная спальня в сонных приглушенных розовых тонах стен с добавлением зеленых акцентов на бархатном изящном кресле и прикроватном коврике в котором ступни утопают будто касаешься густой шерсти животного. Окна значительно меньше и на них нет решеток, занавешены молочно-белым тюлем и коричневыми плотными шторами.
- Доброе утро Жермен.
- Доброе детка, как спалось?
Оглядывая комнату и переводя взгляд на Жермен улыбнулась.
- Впервые будто дома.
- Здесь ты дома. Помнишь? - Жермен вошла в комнату и расправила шторы. – Беги умывайся и будем завтракать. Сегодня первый учебный день и море приятных впечатлений впереди.
Сползая с кровати Лоэнн бодро проследовала в ванную. Как только она вошла загорелся рассеянный свет настенных бра освещая нежные полынно-мятные оттенки стен и бронзовые акценты раковины, крана и рамы с большим зеркалом. Рядом тесниться белый высокий шкаф где аккуратно хранятся полотенца и разные предметы гигиены.
Пушистое полотенце приятно пахнет лавандой. Все в доме Жермен особенное, изящное и интересное как она сама. Покидая ванную Лоэнн решила переодеться после завтрака и сразу прошла на кухню, где солнечный свет пробуждал яркими стенами горчичных тонов и нежно – розовых накидок стульев. Удивительный баланс между теплотой и нежностью, энергией и расслаблением.
Жермен взглянула на вошедшую Лоэнн и вспомнила себя в ее возрасте. Попробуй выйди в таком виде из комнаты. Улыбнувшись она поставила перед девочкой тарелку с глазуньей и салатом, следом оладьи, со взбитой сметаной и свежей клубникой.
- Приятного аппетита дорогая, - сказала Жермен улыбаясь девочке.
Впервые завтрак в компании, даже приятно встать рано замесить тесто и приготовить самой, а не покупать в магазине готовое. На ужин я порадую тебя своим коронным блюдом, мечтательно улыбалась Жермен наблюдая за трапезой Лоэнн.
- Очень вкусно! – восторженно сказала Лоэнн.
Жермен только улыбнулась и подлила смородиновый чай себе и Лоэнн. Так приятно заботиться, отдавать любовь. Такое ощущение что ее становится еще больше. Ты мой смысл, моя радость и моя гордость. Бросив взгляд на часы Жермен убрала свою посуду и вымыла. Допивая чай стоя у раковины будто спешила, а впереди месяц жизни с Лоэнн на правах мамы и дочери. Все как мечталось, когда впервые встретила эту необыкновенную девочку.
Убирая за собой посуду Лоэнн воспользовалась смягчающим кремом после мытья посуды. Нежный аромат белой лилии и мускуса приятно щекочет ноздри касаясь прохладной текстурой кожи.
- Беги переодевайся скоро приедет автобус.
Протягивая руки к Жермен Лоэнн обняла за талию прижимаясь.
- Спасибо огромное, за все. – Лоэнн поцеловала в щеку выскользнув из объятий прошла в комнату быстрым шагом.
Открывая створки шкафа коснулась материи школьного платья. Взгляд невольно упал на покрывало и подушку которое подарила мама. Эти вещи стали предметом раздора, боли и одиночества в детском доме.
Возвращаясь к кровати взбила подушки, расправила простыню и накрыла одеялом заправляя кроя, а поверх накрыла покрывалом. Проведя ладонью по покрывалу расстегнула пуговицы пижамы. Снимая рубаху и шорты коснулась отполированной поверхности ручки комода, потянула на себя и достала шелковое нижнее белье. Оно нежнее, невесомее и приятнее к телу, нежели застиранное хлопковое.
Расстегивая верхнюю пуговицу школьного платья просунула руку в рукав ¾ наслаждаясь дорогой материей, тяжестью складок подола, которые приятно облегают бедра касаясь краями коленей. Аккуратно вскрывая упаковку со скользкими нежно мерцающими тонкими капроновыми колготами собрала их и просунула ступню вытягивая во всю длину, затем вторую. Расправляя подол оглядела себя в зеркале расправляя локоны волос.
- Впервые вы играете мне на руку, - улыбаясь выдвинула ящик прикроватной тумбы и достала две заколки закрепляя их чтобы волосы не лезли в лицо.
Сунув ноги в тапочки достала из шкафа туфли и сумочку в которой с начала лета собраны необходимые тетради и пенал. Покидая спальню Лоэнн убрала пижаму в комод и закрыла створки шкафа. На пороге оглядывая комнату убедила что в ней остался после нее порядок.
Сердце буквально вырывается из груди когда заветный автобус показался на горизонте. Ярко – желтый с рекламой гимназии. Несколько человек уже находились в салоне, когда туда вошла взволнованная Лоэнн. Заметив любопытные взгляды, она еле заметно кивнула в знак приветствия и уселась на первое свободное место. Двери закрылись и автобус поехал дальше.
Стараясь не думать о предстоящем дне, каково будет ее впечатление от нового места, какими будут окружающие и вообще, как ее встретят любовалась проносившимся за окном городом.



