- -
- 100%
- +
ЧАСТЬ 1. ЗНАКОМСТВО
В одном южном городе нашей Родины жили два мальчика – Илька и Димон. Илька учился в третьем, а Димон во втором классе. Илька неторопливый, но смекалистый мальчуган. Была у него одна забава решать головоломки. Взять хотя бы всем известный кубик Рубика – 6 цветов по 9 квадратов. Просто? Так, да не так! Долго Илька пытался разгадать тайну кубика. Он прокручивал грани кубика вверх и вниз, поворачивал ряды вправо и влево так, что Ильке порой казалось, что уже у него в голове крутятся шестеренки граней. Крак-крак! Крак-крак! Уф! Димону не собрать даже одну сторону!
Димон же был противоположностью Ильки. Шустрый малый привык всё делать быстро, но из-за этого выходило всё кое-как. Но по всему Димона это ни капли не огорчало. А Илька тактично помалкивал, не тыкал друга его промашками.
В один из вечеров Илька делал домашнее задание по математике. Склонившись над тетрадкой и от усердия вытащив кончик языка, Илька старательно выводил цифры карандашом. «Конечно, вам, взрослым, легко говорить: «Вот когда я был маленьким и учился в школе…» Бла-бла-бла… Знаю я! – вздыхал Илька.
Допоздна засиделся с домашним заданием наш ученик, даже не заметил как тихонько приоткрылась в его комнату дверь и заглянувшая мама любовно прошептала, глядя на сына: «Трудяжка мой!»
Но вот сложены в рюкзак учебники и тетрадки, и можно заняться чем ни будь по попроще, чем уроки. Кубик Рубика! Неет, после домашнего задания неохота по новой голову ломать… Илька щёлкнул клавишей выключателя, погас стеклянный шар люстры под потолком, и на мальчишку из приоткрытого окна пахнуло тихим сентябрьским вечером.
А за окном светились неоном рекламмы и вывески, запоздалые прохожие спешили в свои бетонные коробки-квартиры, а мчавшимся по сумеречным улицам автомобилям с пятиметровой высоты надменно подмигивали трехглазые светофоры. Обычная жизнь вечернего южного городка. Но если оторвать взгляд от темных улиц и поднять глаза выше крыш девятиэтажных домов, выше линии горизонта, и приглядеться туда, куда не достает свет ни от одного уличного фонаря, то открывается бескрайний и удивительный мир космоса – звёзды, галактики, метеоры…
Илька уселся на подоконник. Как же его манили эти необъятные просторы! Тут всё было подчинено своему небесному закону – Большая Медведица куда-то неспешно брела по тропам Млечного пути, зловещим красным глазом моргал мрачный Марс, грациозно выгнув шею, по просторам Вселенной парило созвездие Лебедя. А желтоликая луна, похожая на ноздреватый бабушкин блин, взирала с небес на Ильку провалившимися глазами бездонных кратеров. Сегодня Илька долго смотрел в темнеющее вечернее небо. Бывало, раньше, ему удавалось заметить пролетавшую падающую звезду-комету. Но она появлялась так внезапно и мелькала так быстро, что ошарашенный её появлением Илька так и ни разу не успевал загадать желание.
Ведь все взрослые говорят, что когда на небосклоне заметишь падающую звезду, то надо успеть загадать самое сокровенное желание и оно непременно сбудется. И как у всякого десятилетнего мальчишки у Ильки их было много. Очень много: и пойти всей семьей в поход, и в зоопарке поглазеть на ленивых тюленей, и что б подарили на день рождения крутейший телефон, и что б каникулы длились девять месяцев, а остальные три – выходные. И многие другие, не менее важные желания. Но было все-таки одно. Одно сокровенное желание, которое Илька даже маме под самым большим секретом таился прошептать. Мечтал он о далеких полётах в космос и стать первопроходцем неизвестных миров, открывать загадки и тайны планет. И, может быть, а Илька был в этом твердо уверен, встретит на межгалактических тропинках затерянную цивилизацию разумных существ!
Такая вот Илькина мечта. Но без знаний и наук её не осуществить. Поэтому и приходилось мальчугану подолгу сидеть за учебниками, узнавать новое, запоминать множество теорем и формул.
– Илюшка! – голос мамы вернул Ильку в свою комнату. – Опять на подоконнике сидишь! А если упадешь? И, как всегда, с открытой форточкой! Спать давно пора!
И, поцеловав сына в белобрысую макушку, мама прикрыла дверь в комнату, где под тёплым одеялом засыпал юный фантазёр.
– Отбой! – сквозь сон услышал Илька суровый голос папы, и свет погас по всей квартире.
Только одной непослушной Соньке не спалось. Она пушистым комком носилась по комнате, катая с грохотом по полу неубранные с вечера игрушки, и таращила в темноте свои круглые кошачьи глаза, будто её дёрнул за хвост сам домовой. Но вот она запрыгнула на кровать, помяла лапами одеяло на груди Ильки, будто замешивала тесто (совсем как бабушка по выходным), зевнула, свернулась в клубок и блаженно заурчала.
Оставляя после себя тёплый след на шершавой стене, утренний солнечный лучик пробился между половинками штор и вплотную подобрался к Илькиной кровати. Он бесшумно скользнул по подушке и коснулся лохматой головы, пересчитал все волосы цвета соломы и принялся щекотать глаза и нос спящего Ильки. Сквозь сон Илька попытался отмахнуться от надоедливого солнечного посланника, прикрылся одеялом, но тот упорно продолжал щекотать ресницы и будить мальчишку. Илька не сдержался – в носу нестерпимо зачесалось, он чихнул и окончательно проснулся. Не открывая сонных глаз, сладко потянулся, сидя в кровати. Впереди Ильку ждал чудесный восресный день, наполненный разными мальчишескими заботами. Всё-таки выходной день – ура!
С кухни доносилось шкворчание готовящегося завтрака. Мама, как всегда, встала раньше всех и уже кулинарила что-то невообразимо вкусное. И аромат этого вкусного уловил нос проголодавшегося мальчишки.
– Доброе утро, «Пуся» ты моя! – заглянула в комнату улыбающаяся мама. – Илюшка, завтрак на столе!
В предвкушении вкусного завтрака Илька наскоро ополоснул лицо и вошёл в зал в приподнятом настроении.
За столом собралась вся семья. Младшая сестрёнка Злата уже нетерпеливо ёрзала на стуле и не спускала хитрых глазенок с мамы, в ожидании, когда она даст ей лучший кусочек, а может даже покормит с ложечки, как совсем маленькую кроху. Рядом со Златой сидел хмурый папа, бесконечно переключающий пультом каналы телевизора, успевая при этом молча и быстро поглощать всё, что лежало перед ним на тарелке.
Илька посмотрел на папу и усмехнулся. Ему вдруг показалось, что поменяй незаметно папе солонку с сахарницей местами, то увлеченный теленовостями папа выпьет даже солёный чай и съест сладкий салат – и ничегошеньки не заметит. Вот и мама закончила свои перебежки от кухни к столу и обратно, и теперь элегантно разливала душистый лимонный чай по чашечкам и кружкам.
Илька с жадностью накинулся на завтрак. «Вкуснятина! – отметил про себя Илька. – Умеет у нас мама готовить – пальчики оближешь!»
Под столом жалобно мяукала Сонька. Эта трехцветная бестия неслышно бродила под столом и терлась мохнатыми боками об ноги детей. Поглядывая то на Ильку, то на Златку, она теребила их по коленям своими когтистыми лапами: «Я тут, внизу! Не забывайте меня – такую ласковую и пушистую. Покормите кусочком колбаски или сыра, а лучше и того и другого. Да, и сгущёнки капнуть в миску не забудьте!»
Неожиданно семейный завтрак прервал негромкий, но настойчивый стук в дверь.
– Илюшка, это к тебе! Дима пришел! – открыла мама дверь другу сына. – Садись с нами завтракать!
– Нее, спасибо. Я уже позавтракал, – соврал Димон, ковыряя сандалией порог. – Нам это… Мы спешим.
– Да, мам, надо! Я чуть не забыл! – поддержал друга Илька и, заметив взгляд Димона, застывший на горячей пицце, быстро сообразил. – Я возьму пару кусочков, можно, мам?
– И вечно вы куда-то торопитесь… – проворчал, не отрываясь от экрана телевизора папа.
А Илька засунул под рубашку теплый сверток с пиццей и, чтоб родители не задавали лишних вопросов, споро погремел по лестнице вниз с седьмого этажа на простор улиц, яркого солнца и вольных ветров. Косолапо перебирая ногами через ступеньку, за Илькой ковылял Димон.
ЧАСТЬ 2. ЛЮБИМАЯ ПОЛЯНА. ПОСТРОЙКА ВИГВАМА
Сперва друзья пораскачивались на качелях, но вскоре это занятие показалось им «девчачьим» и скучным, и они вскарабкались на исполинский орех, цепляясь как кошки за его узловатые ветви. И там, почти под самой кроной, где от солнышка укрывала густая листва, мальчишки почувствовали себя уютней. Настроение классное! Ну и вообще – жизнь налаживалась!
Обычно неразговорчивый Димон «травил» другу свои домашние истории, щедро сдабривая их для вкуса откровенным враньём и ни капельки при этом не краснея. Ковыряя пальцем свежую царапину под коленкой, Димона даже не интересовало, верит ли ему Илька. Главное – его слушали! И Димон пользовался моментом – разливался соловьём. Вот если для пущей убедительности можно было бы жестикулировать – Димон таким моментом воспользовался бы обязательно. Но одна рука занята расчесыванием царапины, а второй приходилось держаться для баланса за ствол дерева.
Илька слушал брехню друга в пол-уха, и легкая улыбка жила на его личике. Он поглядывал вниз сквозь ветви и листву ореха на детскую площадку, где копошились в песочнице, словно жуки, малыши детсадовского возраста…
Нынешним утром Ильке и Димону надоело скучать в тесном, загороженной сеткой-рабицей, дворике, и они, как бы невзначай, оказались у калитки. Там, за ней, открывался интересный и заманчивый мир соседних улиц. Ох, как манило по ту сторону забора мальчишек. Ильке даже казалось, что и дышится на той, запретной родителями стороне, как то по-другому, свободней что ли.
Мальчишки переглянулись и быстро взглянули на окна седьмого этажа многоэтажки – не смотрят ли за ними родители. А, как известно всем мальчишкам и девчонкам, родители умеют прекрасно разрушать планы самых интересных игр своими окриками: «Иди сюда, надень шапку!» А хуже всего: «Быстро домой! Сколько раз я говорила – туда нельзя!» Но мальчишкам в этот раз повезло – у окон не маячили знакомые фигуры мам, и друзья рванули калитку на себя. Бегом за угол дощатого, покосившегося от времени забора, чтобы за ним пригнувшись, отбежать для верности еще пару сотен метров. Уф! Теперь можно перейти на шаг и прислушаться – за спиной ни истошных криков родителей, ни пронзительного свистка строго коменданта общежития. Ура! Свобода!
Друзья спешили. Они торопливым шагом направились за заброшенный армейский аэродром, на заветную поляну с кривой шелковицей. Там, под шатром её низко склонившихся ветвей, они могли безнаказанно валяться голым пузом на ещё сочной, сентябрьской траве и босиком ходить по песчаному дну прохладного ручейка, что узкой ленточкой вьется по краю полянки и, петляя, уходит в сторону города. На его бережках так прикольно сооружать мостки из щепок и веточек (чей крепче?), делать песчаные запруды для разведения юрких головастиков, обязательно дрессированных, которых нет ни у кого в мире. Носиться среди высокой душистой травы и во всё горло завывать по-индейски. Да мало ли чего хотелось городским мальчишкам – вот они отрывались!
Но вот пройден песчаный карьер с застывшими на дюнах белого песка экскаваторами, и аэродром остался позади. И вот она – любимая поляна друзей.
Сегодня мальчишки тоже играли в индейцев. Они принялись за постройку вигвама. Битых два часа друзья увлеченно пытались построить свое жилище. Но вигвам упорно не хотел получаться и высокие диагональные жерди-ветви разваливались и не желали держаться вверху конуса. С первыми неудачами азарт мальчишек таял пропорционально сделанному. Но пацанам уж очень хотелось сделать себе прибежище на случай нападения жадных «бледнолицых» и голодных койотов. И тогда Димон предложил заменить вигвам на шалаш. Уставший Илька, измучившийся с постройкой, тут же ухватился за эту идею и взялся с энтузиазмом крыть крышу шалаша подобранными ветками. Десять-пятнадцать минут и строение было готово – заметьте, по всем правилам индейского искусства шалашестроения. Внутри жилища уютно – пол мальчишки выложили зелёным тёплым мхом, что б мягче лежалось. Загляденье, а не шалаш!
Так! Одно дело сделано, теперь осталось добыть оружие. Ну, сами посудите, что за индеец без винтовки, что бьет врага без промаха на пять сотен шагов? А может вооружиться бесшумным луком и легкими быстрыми стрелами? Тут у друзей вышла заминка. Так как идея игры в «краснокожих» мальчишек посетила только по приходу на поляну, то кое-каких полезных штуковин они с собой не захватили. В первую очередь пригодился бы здоровенный мачете, рубящий с одного удара тростник и молодые деревца, но сгодился бы и перочинный ножик. Конечно острый – тупых ножей у индейцев не бывает! С его помощью мальчуганы вырезали бы гибкий лук, а острые стрелы настрогали с прямого и лёгкого рогоза-камыша. А вот тетива? Конечно, у наших «индейцев» нет табуна собственных выносливых мустангов, этих королей бескрайних прерий и широких равнин, чтоб из волос конского хвоста свить прочную и эластичную нить. Но вот катушку ниток с номером 40, (бабушка как-то говорила, что это самая крепкая нитка), мальчишки тоже не захватили, а она была бы очень и очень кстати. Зато у друзей на вооружении оказались длинноствольные винтовки. И ни чего, что они были всего лишь суковатыми ветвями шелковицы – Димону и Ильке они нравились. Винтовка же ого-го какое оружие, не то что томагавк или какой-то лук!
Кто из друзей Быстрый Олень, а кто Соколиный Глаз – дети не решили. Они заползли в свой шалаш и договорились дежурить по очереди – охранять убежище от «бледнолицых».
Первое дежурство выпало Димону. Он посмотрел на безмятежно растянувшегося на мховой подстилке Ильку, который сразу блаженно засопел, подождал пять, потом еще пару минут, и, уверив себя, что атака «бледнолицых» в его дежурство им не грозит, тихонечко подполз к спящему другу и устроился возле него, положив «винтовку» поперёк входа в шалаш. И больше ничего и ничто не отвлекало наших друзей от главного мужского «индейского» занятия – сна.
Вечерело. Надвигались сумерки уходящего дня. Ранняя осень уже давала о себе знать, украдывая с каждым разом у ещё по-летнему теплых дней по три-пять минуток. Яркие краски сентябрьского дня постепенно меркли и размывались, окрашивая деревья в неприглядный серый цвет. Когтистыми черными лапами тени от них цеплялись за низкорослый можжевельник и траву. Где-то далеко, за Западным, глухо и сердито рокотало небо, временами озаряясь широкими сполохами, так похожими на северное сияние. А со стороны Балковского пруда уже доносился вечерний концерт пучеглазых лягушек.
Разноголосой какофонией кваканье растекалось по всей округе. Оно то ненадолго затихало, то вновь набирало обороты пронзительным дискантом так, что глушило щебетанье вечерних птах, что прилетели на ночевку в густые заросли можжевельника на окраине поляны.
Спрятались последние солнечные лучи в надвигающихся свинцовых тучах, и в шалаше стало свежее. Мальчишки заворочались и проснулись. Димон спросонья дал на четвереньках задний ход и тут же зацепился мягким местом об оставленную «винтовку». Почувствовав помеху он, не оборачиваясь, дернул корпусом, и ещё разок, и «винтовка», хрустнув, разломилась надвое.
– Невезуха… – отряхиваясь от зацепившихся травинок и мха, пробурчал Димон. – Теперь мне придется воевать, используя навыки «у-шу», а винтовку я захвачу в первом бою.
Вот и Илькина голова показалась из шалаша. Теплый и слабый ветерок постепенно крепчал и набирал силу, лохматя неприкрытые вихри мальчишек.
– Ну, Димон, быть дождю! Успеть бы до дома сухими добежать. Вон, видишь, и ветер начал усиливаться! – не отрывая взгляда от небесных всполохов, сказал Илька, поеживаясь от его резких порывов.
– А… – махнул беспечно рукой Димон. – Не сахарные, чай не растаем. Но промокнем – это факт! Нас уже и дома, наверное, с собаками ищут…
И, как бы невзначай, его ладонь потрогала то самое место, которым сломал «винтовку». Да, то самое, которое рассерженные родители используют совсем не по назначению. Уж очень не хотелось Димону делать незапланированный массаж по такому пустяковому поводу, как позднее возвращение домой.
Хотя не только это тревожило погрустневшего Димона. Это ясно, что его поругают сегодня, но если разозлится папа… То всё, пиши – пропало! Завтра вообще не только во двор не выпустят, но даже в длинный, как тоннель метро, коридор общежития не покажешь своего носа. А всё из за Мишки – его двухлетнего братца, который в своих огромных подгузниках и кривыми ножками походил на настоящего косолапого медвежонка. Только лишь с той разницей, что братишка мог долго и талантливо пускать зелёные пузыри из крохотного носа. Вот за ним и придётся весь выходной день смотреть Димону, за которым хвостиком семенил Мишка, не оставляя ни на минутку старшего брата одного.
А Илька всё глазел на мерцающую сторону темнеющего неба. Гроза надвигалась неотвратимо, но жила ещё очень далеко, и Ильку не пугали резкие ослепительные зигзаги молний, метающихся у самой линии горизонта. Лишь негромкое урчание и подрагивание небес подсказывало Ильке, что надвигающиеся армады туч покажут свою мощь и ударят сильным ливнем по родному городу. И тут внимание мальчишки привлекло что-то более яркое, чем разряды молний, летящее почти параллельно горизонту, под небольшим углом к земле. Илька присмотрелся и от неожиданной удачи стало неровным дыхание – падающая ЗВЕЗДА!
– Димон, смотри скорей! Смотри воооон туда! – и Илька ткнул пальцем в вечернее небо в направлении падающей звезды.
– Ага, вижу… – заволновался Димон. – А если это какая ни будь совсем старая звезда откололась от неба и сейчас как бабахнет – и прямо нам по макушкам! Вот шишки-то здоровенные получатся…
– Неее, не бабахнет. Это, наверное, астероид или комета. Видишь, как она оставляет яркий след после себя, похожий на пушистый хвост? Да, это точно комета.
Мальчишки завороженно наблюдали за полетом приближающегося космического тела, которое при приближении издавало звуки, похожие на шипенье кошки, напуганной пылесосом. Вот оно оказалось уже в нескольких метрах от друзей и на какой-то миг зависло над головами мальчишек. Резким хлопком и ослепляющей вспышкой космический объект внезапно разорвало. Плотная стена искрящегося тумана заволокла всю поляну и накрыла с головою Димона и Ильку, и даже кривую шелковицу.
Некоторое время сквозь пелену тумана не проникало ни единого звука. Казалось, что даже притихли разряды молний, будто нашкодившие детки. Не ожидавшие такого поворота событий мальчишки порядочно испугались, испытав на себе эффект светошумовой гранаты, или чего там над ними грохнуло. Неудивительно, что друзья оказались лежащими на траве.
– Илька, Илька… Где ты? – простонал Димон. – Я ничего не вижу…
– Да тут я, тут. – Илька приподнялся с земли, тронул разбитую коленку и нащупал руку друга.
«Обалдеть! Космическая атака! – подумал Илька, протирая кулаками ослеплённые вспышкой глаза. – Рубашку как-то умудрился порвать – от мамы влетииит! Так что же это такое, если так рвануло? То, пожалуй, может это и не комета вовсе, а… Что???»
А туман оседал и рассеивался, расползаясь по поляне самостоятельными облачками, которые таяли в сумерках осеннего вечера, оставляя после себя серебристые призрачные блестки. Они ещё порхали по поляне крошечными мотыльками некоторое время, как бы подчёркивая необычайность случившегося.
– Илька… – зашептал на ухо друга Димон. – Ты сразу только не оборачивайся, но сзади нас кто-то есть… Мне страшно, мама!
У Ильки внутри всё оборвалось и закололо в пятках. И он с не добрым предчувствием медленно, а быстрей от страха он всё равно не мог, повернулся в пол-оборота, и скосил в сторону один глаз. И этого хватило понять, что на полянке есть ещё что-то! Или кто-то?! Поглядев в интересующую сторону уже двумя глазами, его взору открылся странный, округло вытянутый объект, тихонько пыхтевший возле шелковицы.
ЧАСТЬ 3. НЕЧАЯННЫЙ ВЗЛЁТ
Своим мальчишеским чутьём Илька догадался на что это было похоже – на средство передвижения в пространстве! Ну, ракета не ракета, а с космоса прилетело и вот теперь оно перед друзьями – стоит себе у шелковицы и слабо попыхивает, словно воскресный бабушкин самовар, только что без носика, из которого разливают кипяток по чашкам. Ну и размерчик, конечно, – ого-го! В аккурат с шелковку. С такого «самоварчика» чайком за раз можно всю девятую школу напоить.
На боку «самоварчика» отъехала в сторону округлая дверь, показывая нутро корабля, освещённое мягким и приятным желтым светом, и автоматический трап лентой развернул свои ступени, касаясь ног изумленных друзей.
– Ааааа! – выдавил из себя испуганный Димон и на четвереньках, так же, как и раньше, но только в обратном направлении, юркнул в шалаш. Ильке показалось, что тонкие стены шалаша стали ритмично подрагивать, впустив внутрь себя одного из «краснокожих».
Не передать словами, что происходило в голове у Ильки, оставшегося на поляне один на один с инопланетным кораблём. Сначала его ослепила и оглушила вспышка, затем взрывная волна брякнула мальчишку оземь, а дальше появление на поляне «самоварчика» вызвало необычайную тревогу. А теперь ещё у самых ног ступеньки трапа приглашавшие в неизвестный мир! Всё происходящее было настолько ярким и насыщено такими по силе эмоциями, что Илька едва держался на ногах. Но если и случается чудо, то только в сказках, и это знают даже малыши-коротыши, вроде Димкиного братца. А тут – вот оно! Стоит и блестит своими металлическими боками. Обалдеть! Мечта! Сама свалилась, в прямом смысле, на голову.
«Путешествия в космос, вселенские приключения! – всё разом мелькнуло в голове у Ильки. – Да ни кто не поверит! Даже слушать не будут – двадцатые года двадцать первого века на дворе… Но шанс – есть шанс!»
– Давай заглянем! – предложил он Димону, но его слова повисли в пустоте. И только стук Димкиных коленей подсказывал Ильке, что его друг не умер от страха. Тогда Илька раздвинул ветви шалаша, за которыми едва различал сжавшегося в комок бледного друга. – Ну на секундочку! Одним глазком посмотрим и всё…
– Ага… – шмыгнул носом Димон. – Нетушки! А вдруг тама злобные организмусы захватят нас в плен и станут над нами проводить страшные опыты и ужасные эксперименты? А потом, а потом… А потом ты забудешь, как тебя зовут и даже в какой учился школе!
– Ну и как хочешь, – обиделся на друга Илька. Как так? Да такое раз в жизни бывает, да и то не у каждого мальчишки, а тут взять и даже не посмотреть, что там внутри или кто?! Такого шанса Илька не собирался упускать и всё посматривал в распахнутую инопланетную дверь – не покажется ли кто на её пороге? Но вот прошла минута, вторая – из «самоварчика» никто не появлялся и Илька решился: – Ну и как хочешь! Я тогда сам посмотрю, если ты боишься, трусишка.
И, не дожидаясь реакции Димона, смело шагнул на трап. Димон тут же завозился в своём ветхом укрытии – лучше уж быть с Илькой, чем оставаться одному на темной поляне, а там видно будет. Плюнув на ладонь, Димон почесал ушибленный локоть и пошел за Илькой.
Ого! Как только оба мальчишки оказались на пружинистом полотне трапа, он начал плавно поднимать их тела в своё жёлтое нутро.
– Прямо как на «Зелёном», – окрепшим голосом произнёс Илька. Он имел ввиду эскалатор в корпусе центрального рынка, где, как и все мальчишки и девченки, любили прокатиться на нём, пока родители совершали свои многочисленные покупки. Это ж такое чудо! Лесенка-чудесенка!
– Ну да! – согласился с товарищем Димон и покрепче, на всякий случай, обхватил поручни трапа. – Где б ещё покататься, да без родителей?! Ух, какая же это веееещь – инопланетянский корабль!
Мальчишки уже успокоились, у них ушёл первый страх. Сердечки перестали биться бешеным ритмом под майкой и рубашкой, и ребята с нескрываемым интересом оглядывались по сторонам. Коридор корабля, по которому шли наши друзья, был узок и мал настолько, что мальчишки задевали затылками потолок. И если бы им пришлось идти на встречу друг другу, то разойтись вряд ли смогли – обязательно столкнулись плечами.
Весь коридор обшит белым материалом, приятным на ощупь, а вдоль борта – ни одного иллюминатора. Ничего через что можно посмотреть на покинутую друзьями поляну. Подстегиваемые любопытством и жаждой к неизведанному друзей коридор вывел на просторную площадку. Расположенные в два ряда от пола до потолка плафоны освещали площадку голубым светом. Огромные, чёрные экраны в почти пустом помещении под потолком выглядели впечатляюще. Их блестяще-вогнутые плоскости с бильярдный стол расположились рядом, один возле другого. Тут же находилась квадратная тумба из белого металла, напоминая мраморный постамент, на который забыли поставить бюст Пушкина или Чехова. Вот и вся обстановка!