Крылья скарабея

Через стекло, я увидела подругу, бегущую к остановке. На душе стало как-то гадко. «Доктор» внимательно за мной наблюдал. «Давай поговорим» – предложил он, – Интересная девушка Маша, таких гадостей про тебя наговорила, прежде чем уйти. Рассказала, что у тебя есть психопатка подруга – Оля, такая же дура, как и ты. Еще она тебя назвала «синим чулком» и «святошей». Да, много чего поведала твоя преданная подруженька».

Понятно, что ему от меня что-то надо, а точнее информация об Оле. Сейчас, мужчина меня деморализует, рассказывая гадости.

– Самое интересное, что нам ничего не стоило услышать это, сама все рассказала, попросив отпустить ее быстрее, – продолжил молодой человек.

– То, как меня зовут – не секрет. А то, что у меня много друзей, это скорее плюс, чем минус.

– Так у тебя есть подруга Оля?

– Да.

– Что ее связывает с Матвеем Казариновым?

– А кто это? Я на допросе? Не понимаю, зачем было вывозить меня за город. Можно задать вопросы в библиотеке.

– Чем быстрее ты ответишь, тем быстрее тебя отвезут домой. Зачем Оля ездит в село Червонное?

– А я откуда знаю? За дешевым золотом, наверное, все туда за этим ездят.

– Ты ездишь?

– Нет. Не люблю золото.

– Зачем Оля следит за Матвеем?

– Делать ей нечего, еще следить за кем-то! А кто, ты, вообще, такой?

– Я, частный детектив, Сергей Протасов. Оля говорила о своих поездках в село?

– Нет, об этом Матвее Казаринове, тоже ничего не говорила. Да и вообще, я сомневаюсь, чтобы Олька, так перед мужиком унижаться стала, следить за ним. Даже если бы он ей очень сильно нравился.

– Так значит, она называла имя Матвея? Только что сказала, что он ей нравится.

– Неправда. Я этого не говорила.

– Я тебя не отпущу, пока все не расскажешь!

– Да, ради бога. Если бы ты не курил, было бы совсем хорошо.

– У тебя притуплен инстинкт самосохранения. Почему такая спокойная?

– А ты хотел бы, чтобы я истерику закатила?

– Да, нет. Не люблю истеричек. У тебя глаза потухшие, это после смерти матери или с рождения.

Да, подружка моя, за столь короткий промежуток выложила максимум информации.

– А ты привык, чтобы на тебя женщины смотрели с огнем в глазах?!

– Я не о том, у тебя нет страсти к жизни. На таких, маньяки клюют.

– Спасибо тебе, дорогой товарищ. Так я сюда приехала о своей жизни поговорить?

– Да, пока эти пол часа для тебя не без пользы прошли. Ты поняла цену дружбы с этой, как там… Машей, я тебя предупредил о маньяках, а третьим будет предупреждение для Оли: «Пусть не суется в большие игры!»

– Все? Я могу идти?

– Куда торопишься? Дома тебя никто не ждет, мужика у тебя нет. Подружка твоя сказала, что ты девственница. Сейчас это удивительно. В четырнадцать лет на аборты бегают. Ждешь большой и чистой любви?

– Да. Вообще тебя это не касается.

– Понятно. Не в той ситуации мы с тобой встретились… Я бы хотел с тобой дружить.

– Конечно, попутно собирая информацию об Оле.

– С твоей Олей все ясно. Решила девочка в разведку поиграть, только заиграться может. А что тебя лично интересует в этой жизни?

– Много всего. Ты можешь мне помочь?

– Да, с удовольствием.

– Я хочу знать, что случилось 25 октября 1977 года около ресторана «Славянский».

Сергей немного удивился моей просьбе, но кивнул головой в знак согласия.

– Понятно. Хочешь проверить меня.

Он собрался опять закурить, но был остановлен звонком телефона. Поморщившись, детектив долго глядел на экран мобильного, видимо надеясь, что у звонящего не хватит терпения дождаться ответа. Но неизвестный был очень настойчив Сергей, горестно вздохнув, вышел в коридор.

Сняв обувь, я тихонько подошла к двери. Ничего, не услышав, открыла ее. Там никого не было. Я осторожно пробежала по коридору и обнаружила детектива на лестнице. Сергей стоял, повернувшись лицом к окну. Мужчина, прислонив ухо к трубке телефона, внимательно кого-то слушал. Наконец собеседник выговорился, и Сергей произнес: «Не думаю, что она с Князем связана» Затем, после паузы: «Да, скорее бабские заморочки. С подружкой я поработал. Этой дуре, я понравился, хочет продолжить знакомство, попросила о какой-то ерунде»

От возмущения я заскрипела зубами «Да, понимаю, что не девяностые, – услышала я вновь его голос, – тогда все намного было бы проще» Заметив, что открывается дверь одного из номеров, я рванула обратно.

Вскоре вернулся Сергей. «Не скучала?» – улыбнувшись, спросил он. «Нет», – растянулась я в ответной улыбке. Так соскучилась, что взяла бы в руки вон ту настольную лампу и шмякнула тебя по голове, но вслух произнесла: «Поехали» Я назвала ему настоящий адрес, когда въехали в город, все равно, при желании, узнает.

Дворовые сплетницы присутствовали полным составом. Огромная иномарка внесла в их ряды необычайное оживление. Бедные старушки сгорали от любопытства, вглядываясь в тонированные стекла автомобиля.

«Кофе что-то хочется» – сказал Сергей, кладя свою ладонь поверх моей. «Так езжай быстрее, а то все приличные кофейни закроются!» – произнесла я, убирая руку.

Попытавшись открыть дверь, я потерпела неудачу. Сергей усмехнулся, разблокировав двери. «Так, когда увидимся?» – продолжая играть скоропостижно развившегося Ромео, спросил мужчина, «Как только, так сразу» – я произнесла, выходя из машины.

Мое появление было встречено гробовым молчанием старух. Затем, самая главная сплетница, сказала: «Здравствуй, Настюшка!» «Здравствуйте», – улыбнувшись, ответила я.

«Нашла проститутка спонсора», – услышала я, войдя в подъезд, голос приветствующей меня старухи.

Бедная женщина, мучается, наверное, язвой желудка вкупе с астмой, отравляя себя собственным ядом.

Утро в университете выдалось суматошное. Мы переходили из корпуса в корпус на занятия, так как случилась какая-то авария. Надо было взять новую литературу в библиотеке, выстояв огромную очередь. Я поставила в известность профессора Корнилова, что еду в Германию. А также сбегала в отдаленный корпус, чтобы сдать деньги за обложку диплома и подарки, придумывала себе разные занятия, только чтобы не думать о Маше. Девушка в университет сегодня не явилась.

После занятий, я встретилась с Ольгой. Подруга была очень бледной, видимо сказывались последствия аборта, который, она сделала сегодня утром. «Представляешь, – начала рассказывать подруга, – После этой экзекуции, меня отправили в палату, чтобы отлежалась.

Чувствовала себя ужасно, на соседней кровати лежала женщина тоже после операции. Повернувшись ко мне, она сказала, таким елейным голоском: «Что любишь кататься? Люби и саночки возить!» Стало еще гаже.

Затем ко мне пришла, чтобы поддержать морально, психолог. Спросила, как здоровье, я сказала, что нормально, не буду же я жаловаться. И тут такое началось: психолог шипела, что я детоубийца и не могу себя хорошо чувствовать, что Бог меня накажет, и я не буду иметь детей. В общем, кошмар, и так было плохо, а стало хуже некуда. Самое смешное, что я за это еще и деньги отдала. Знали бы они, как этот ребенок получился!»

– Оль! Надо завязывать с расследованием. Меня просили тебе передать: «Пусть не суется в большие игры!»

И я рассказала обо всем, что вчера произошло.

– Хорошо, я не буду больше в этом капаться, потому, что, когда ты за свои поступки отвечаешь – это одно, а когда за них расплачиваются твои близкие, это совсем другое», – заверила девушка. Но я почувствовала, что подруга не собирается отказываться от мести.

– Понимаю. Но месть – это блюдо, которое подают холодным. Судя по телефонному разговору, у Матвея есть враг, которого он боится. Знаешь, у китайцев есть такое понятие, как стратагема-правило поведения в сложной ситуации, содержащие какую-нибудь хитрость, уловку, которые позволяют выйти из этой ситуации с достоинством. Я тебе расскажу о двух тиграх.