Ты моя – вчера, сегодня, завтра

Глава 4

Эрлан отвёз Катю домой, но сам оставаться не стал. Девушка расположилась в кресле и позвонила подруге по видеосвязи.

– Как всё прошло? – спросила Ширин.

Было видно, что она поставила телефон на стол, а сама нарезает овощи.

– Ты была права, подруга, мамаша Эрлана – настоящая змея в юбке. Задала кучу вопросов. Смотрела так, будто хочет самолично мне дать пинка и, чтобы я не появлялась больше на пороге её дома. Ты там готовишь?

– Ужин скоро, надо поторопиться. У меня семья, и в отличие от тебя они бутербродами питаться не станут. Насчёт матери Эрлана тут всё закономерно, она в свою семью кого попало не примет. Именно поэтому я тебе говорила, что тебе сначала должна сделать предложение сама Зухра, а потом Эрлан, – ответила Ширин и усмехнулась.

– Эрлан сказал, что его маме неважно моё происхождение, что я небогата – не имеет значения. Его мать не отличается снобизмом. Кстати, она меня и не спрашивала, кем я работаю и кто были мои родители.

– Кать, давай я открою тебе глаза. Асановы не снобы, они не будут родниться с семьёй, чтобы приумножить бизнес. Зухра вообще выросла в провинции, где помешаны на нравственности и чистоте девушки, дед Эрлана такой же. Для них достоинство и честь семьи превыше всего. Кубат говорит, мать сына знакомила с девушками исключительно чистыми. Невесты только школу окончили. Тебе двадцать шесть лет, и ты побывала не под одним Эрланом. Теперь понимаешь, в чём дело?

Ширин отошла куда-то, но через несколько секунд снова показалась в камеру. Катя знала, что к Косуновым приходит убираться служанка, а вот готовит подруга сама. Она любит торчать у плиты, да и не доверяет в этом деле посторонним. Кате казалось это глупостью: когда она выйдет замуж за Эрлана, то палец о палец не ударит. Зачем стараться, когда за тебя всё сделают слуги? Да, она умела готовить, бабушка научила, но для себя было лень. Девушка ненавидела часами проводить на кухне и делала это только тогда, когда ждала в гости любимого. В остальное время питалась бутербродами или полуфабрикатами.

– В итоге его мама согласилась на нашу свадьбу. Эрлан заявил, что мы уже подали заявление в ЗАГС, забронировали ресторан. Всё решено, и дороги назад нет.

– Что конкретно она сказала? – Ширин в удивлении приподняла брови.

– «Я начну подготовку к твоей свадьбе. Дай мне контакты ресторана». Вот так и было. Эрлан заявил, что больше не будет обсуждать, а она ответила это.

Неожиданно подруга звонко захохотала. Катя скривилась недовольно.

– Чего ты смеёшься? – спросила она, хмуря брови.

– «Я начну подготовку к твоей свадьбе» – ещё ничего не значит. Вот если бы она сказала: «Я начну подготовку к вашей с Катей свадьбе» – тогда я бы поверила, что она смирилась с решением сына. В крайнем случае она должна была упомянуть, что одобряет его выбор.

– Зухра сказала, чтобы мы со свадебным платьем разбирались сами. Эрлан мне перевёл деньги на наряд. Ты пойдёшь со мной в следующий выходной в свадебный салон? – спросила Катя, стараясь мысленно себя уговорить, что всё идёт как надо.

– Смогу в воскресенье, детей на Кубата оставлю. В субботу он занят, к нему приедет партнёр по бизнесу. Всё буду готовить. Удачи тебе, подруга.

Катя поблагодарила и отключилась, потом положила телефон на журнальный столик и прикрыла глаза. Она всё же надеялась, что противная мамаша Эрлана не помешает их свадьбе. Да и как она сможет теперь? Сын всё решил, ресторан заказали. Осталось выбрать меню и разослать приглашения.

***

Айпери думала, как улизнуть из дома и уехать в столицу. Можно там комнату у какой-то бабушки снять. Девушка уже смотрела объявления на сайте недвижимости. Беда в том, что отец родился в консервативной семье и не желал принимать ничего нового.

Финансами в доме заведовал всегда он. Маме выдавалась определённая сумма на продукты каждую неделю. Если нужно было купить одежду, шли вместе в выходной в торговый центр. На школьный буфет денег не давали. Мама сама пекла дома хлеб и пироги, поэтому брали еду с собой. О карманных деньгах речи вообще не шло.

Единственный вариант – попросить денег у бабушки с маминой стороны. Та была добрая и иногда давала на сладости. Родители отца предпочитали сами покупать внукам гостинцы и приносить.

Айпери полола грядки в огороде, где под жарким солнцем росли: сочная морковь, ярко-зелёный лук и кусты картофеля с крупными листьями. Дом её семьи был небольшим, но кирпичным, с деревянными ставнями и крышей, покрытой красной черепицей. Во дворе стояла беседка, в которую летом приглашали гостей.

Когда она встала с корточек, то увидела, что у забора стоит Нурбек, который жил в начале улицы. Ему было двадцать пять, недавно вернулся с учёбы и уже работал. Высокий, с широкими плечами, он носил аккуратно подстриженные тёмные волосы и лёгкую щетину. Его карие глаза смеялись, а в уголках губ застыла привычная уверенная ухмылка. На нём была простая, но опрятная рубашка и тёмные брюки. Видно, что парень следил за собой.

– Привет, Айпери, – улыбнулся он.

– Привет. Чего пялишься на меня, Нурбек? Проходи мимо, папа увидит, погонит тебя метлой, – нахмурилась девушка.

– Любуюсь тобой, Айпери. Когда я уезжал, ты совсем девчонкой была, а вернулся – расцвела, как роза. Может, я к твоему отцу свататься приду? Дай только калым накопить, – ухмыльнулся парень.

– Я замуж не собираюсь, учиться поеду, поэтому ходи мимо моей калитки, Нурбек, – резко сказала Айпери и пошла в дом.

Мама готовила обед, а стол стоял напротив открытого окна. Как только девушка появилась там, мать сразу строго спросила:

– Ты чего там с Нурланом Устабаевым сцепилась? Тебе делать больше нечего?

– Я не виновата, он сам у нашего забора стоял. Говорит, накопит калым и свататься придёт. Я ответила, что не пойду замуж.

– А почему нет? – на кухне появился отец. – Устабаевы – семья уважаемая. Нурлан академию МВД окончил, хорошая у него профессия, нужная, следователем работает.

– Папа, только не говори, что подыскиваешь мне жениха. Я по твоей указке замуж не пойду, – заявила Айпери смело, хотя внутри всё дрожало от страха.

Отец никогда не бил, но мог ударить словом. Иногда его нравоучения обижали до слёз, но уж лучше так, чем ремень. Её одноклассницу отец порой лупил за провинности.

– Я, может, и закостенелый, как древний мамонт, но не до такой степени. Никто тебя замуж не отдаст, ежели жених не нравится. Но учти: отговорки я долго терпеть не буду. А уж если семью вздумаешь опозорить, выдам замуж в один день и не пожалею. Помоги матери обед приготовить, что стоишь, как не дома? – строго сказал отец и ушёл.

Через мгновение раздался его крик:

– Нурика! Фатима! Вам особое приглашение на кухню нужно?! Живо матери помогать, лентяйки!

С детства родители приучали детей к работе. Сначала – убирать игрушки, потом – всё остальное. Айпери помнила, как в семь лет училась стирать одежду руками, хотя в доме была стиральная машина. Уборка распределялась на всех: когда девочки подросли, в десять лет мама доверила Айпери нож, и та помогала готовить.

Отец тоже не лежал на диване, он выполнял мужскую работу по дому, в огороде всё самое тяжёлое на нём, когда сажали грядки и убирали урожай. Мастеров нанимать не приходилось, он сам мог и кран починить, и розетку поменять.

Айпери надеялась, что её муж тоже будет мастером на все руки. Но до этого ещё далеко, она пока не собиралась под венец.

Глава 5

Айпери зашла на кухню, чтобы попить воды, и увидела маму у холодильника.

– Ну надо же, Бектур, чего ты сегодня такой рассеянный? – покачала она головой.

– Что случилось, мам? – полюбопытствовала Айпери, наливая в кружку воды из графина.

– Отец твой утром не в меру рассеянный был, говорит, голова болит. Чуть не ушёл из дома в тапках. Сейчас заглянула в холодильник, а его обед тут стоит. Портфель с документами взял, а еду забыл.

– Мам, давай я отвезу тут же недалеко. Сяду на велосипед пятнадцать минут, и я у него, – предложила Айпери.

– Хорошо, вези, дочка. Сейчас положу контейнеры в сумку, – улыбнулась мама.

Предприятие, на котором работал отец, действительно было не особо далеко от их дома. Айпери села на велосипед и быстро домчала до административного корпуса. Охрана её тут знала, пропустили без проблем. Транспорт она оставила в холле здания, чтобы никто не уволок, потому что он был один на всех, катались по очереди. Это у папы машина, а они ещё до неё не доросли.

Поднявшись на лифте на третий этаж, Айпери остановилась поздороваться с соседкой. Тётя Фарида мыла тут полы, приходила на часы. Они перебросились парой фраз, и уборщица пошла мыть, но не в тот коридор, где сидел отец. Внезапно лифт снова приехал, из него вышел пожилой мужчина с тростью. Он направился в сторону девушки.

Старших принято пропускать вперёд, и Айпери застыла у двери в коридор.

– Доброе утро, дедушка, – вежливо сказала она.

– Доброе утро, милая, – улыбнулся старик.

Он прошёл мимо и запнулся за порожек. Айпери ловко подхватила под руку и не дала упасть.

– Осторожно, дедушка, не падайте. Куда вас проводить, я тут не работаю, но знаю всё, к папе пришла.

– Спасибо, буду благодарен, если поможешь. Я к племяннику приехал, он владелец, – дед оглядел её пристально.

Айпери, смутилась, снова подхватила старика под руку и повела.

– Как тебя зовут, дочка, чья будешь?

– Я Айпери Султанова. Мой папа здесь главным бухгалтером работает. Забыл обед дома, вот я и несу ему. Его Бектур зовут, – откровенно ответила девушка.

– Не знаком с ним. Спасибо, что проводила. Голова закружилась, давление немного поднялось, наверное.

– Вы не забывайте пить лекарства, дедушка, и не болейте.

– И тебе всего хорошего, дочка.

Айпери проводила до двери приёмной и пошла к отцу. Родители всегда учили, что старших нужно уважать и помогать им, даже если это незнакомый человек. Девушка всегда следовала этому правилу, ей нетрудно.

***

Асанов приехал в гости к племяннику, хотелось повидаться. Он держал небольшое предприятие в посёлке близ того города, где Айдар жил раньше.

Водитель остался сидеть в машине, он поднялся на лифте до нужного этажа, вышел и увидел симпатичную девушку небольшого роста. Она стояла у двери в коридор, но вперёд него не пошла, осталась ждать.

Внезапно закружилась голова, и Асанов запнулся о порожек. Девушка помогла не упасть, потом вызвалась проводить.

Айдар рассмотрел её, красивая, длинная чёрная коса, глаза цвета светлого мёда. От незнакомки так и веяло добротой и почтением к старшим. Одета она была в синее платье чуть ниже колена. Рукава до локтя, вырез скромный, красивая вышивка по подолу, сразу видно, что ручная работа.

Девушка проводила до приёмной и убежала. «Вот бы такую невесту моему внуку», – подумал Айдар, глядя ей вслед.

В приёмной сидела секретарь, вежливо поздоровалась, сказала, что Мансур Алиевич ждёт его. Айдар ответил на приветствие и открыл двери директора.

Племянник тут же подскочил из-за стола, подбежал к нему, проводил в гостевое кресло, начал приветствовать.

– Вам плохо, дядя Айдар? Выглядите неважно, – забеспокоился Мансур.

– Давление, наверное, голова закружилась. Там у тебя тонометр был, – ответил Айдар со вздохом.

– Сейчас всё сделаю.

Мансур был сыном старшего брата, и ему недавно исполнилось пятьдесят лет. Он тоже стал мучиться гипертонией, поэтому держал в кабинете тонометр и лекарства от давления.

– Ух, сто пятьдесят набежало, таблетку и воду дам. Зачем же вы в таком состоянии поехали ко мне, дядя Айдар? – с уважением в голосе сказал Мансур.

– Я к Эрлану в гости еду, хочу на могилу сына сходить, заодно и Али навестим. Заехали к тебе, забрали твою Жибек. Они сейчас с моей супругой в торговом центре, покупают что-то. Женские дела, я не вмешиваюсь. Дал Айзаде денег, пусть делает что хочет.

Айдар принял лекарства и посмотрел на племянника, который сел в своё кресло. Мансур ещё больше пополнел, но не критично. У него в последнее время проблемы с сердцем, даже операцию делать пришлось, хорошо, что всё прошло успешно.

– Мансур, ты знаешь Айпери Султанову? Я сейчас шёл к тебе…

Айдар рассказал, как ему помогла незнакомая девушка.

– Знаю, это дочка Бектура Кайратовича, моего главного бухгалтера. Хорошая девушка, добрая, отзывчивая. В этом году школу окончила. Ей в марте восемнадцать исполнилось.

– А что за семья у неё? Раз Бектур на такой должности работает, значит заслужил, – продолжал допытываться Айдар.

– Бектур пришёл простым бухгалтером, когда папа тут фабрику открыл. Сам дослужился до своего кресла. Скажу честно, отец нанял главного бухгалтера, а он такого тут натворил, пришлось увольнять. Вот Султанов грамотный экономист, уже в молодые годы мог с опытными людьми потягаться. Я доволен его работой. Что касается его семьи в целом, то никто плохого сказать не может. Бектур не курит, не пьёт. Жена у него домохозяйка, дети хорошие, три дочери и сын. Айпери старшая у него, пока не просватанная. Мои сыновья женаты, а так бы посватался. А ты зачем спрашиваешь, дядя?

– Я был бы счастлив, если бы такая девушка вошла в нашу семью.

– Никак Эрлана окольцевать хочешь? Я слышал, он с какой-то взрослой девицей встречается. Двадцать шесть лет ей вроде, русская. Зухра вчера звонила моей жене, жаловалась, – усмехнулся Мансур.

– Раз так, вмешиваться не буду. Расскажи лучше, как поживаешь.

Мансур принялся болтать о семье и бизнесе. Секретарь принесла чай с печеньем. Айдар был доволен, что у племянника всё хорошо. Сам он сейчас жил на юге страны, где обосновался его сын. Как правило, именно младшие живут с родителями до их смерти и ухаживают за ними, если нужно.

***

Улан вернулся в город и сразу позвонил. Зухра ждала его с нетерпением. Она уже начала согласовывать меню на свадьбу, но скрепя сердце. Сын дал список тех, кого хочет пригласить на торжество, остальных предложил добавить ей. Получилось двести человек, нужно заказать приглашения, напечатают их за один день, только вот как их подписать. Пришлось дать макет с такой формулировкой: «Эрлан Маратович Асанов приглашает вас на свою свадьбу». Всё равно рассылать их будет фирма, сын ничего не узнает до последнего момента.

Через неделю после знакомства с Катей Эрлан свалил приготовление к свадьбе на неё, а сам улетел в командировку на пару недель. Это даже к лучшему, приедут родители покойного мужа, и она сможет с ними обсудить ситуацию. Ещё и Улан сейчас примчит, им никто не помешает поговорить.

Личный водитель и помощник явился через полчаса, Зухра встретила его в холле, приказала служанке подать им чаю с печеньем. Все в доме знали, что хозяйка относится к этому работнику по-особенному, но никто не возмущался.

Дождались, пока накроют журнальный столик, и служанка убежит, закрыв за собой дверь. Только потом Зухра начала расспрашивать.

– Удачно съездил, Улан?

– С какой стороны посмотреть. Если вы хотите женить сына, то нет. Если мечтаете расстроить его свадьбу, успешно съездил, – усмехнулся сорокалетний мужчина.

– Рассказывай на словах по порядку, – приказала Зухра.

– Катя Томилина воспитывалась бабушкой, родители у неё погибли. Девушка амбициозная, всю жизнь жаловалась подругам, что не желает жить нищей, хочет для себя лучшей доли. Сейчас запись включу, её соперница по институту всё выболтала.

– Говоришь, охотница за деньгами? Давай послушаем, а ты пока чай пей, – нахмурилась Зухра.

– То, что Томилина охотница, не отменяет факта, что она может искренне любить вашего сына, – парировал Улан.

Мужчина положил на стол свой телефон и включил запись. Раздался красивый женский голос:

– Знаю Катьку Томилину, сука та ещё, простите за выражение. Жениха у меня отбила, поиграла им, как куклой и бросила. Ушла к богатенькому. Алмаз Исаков его зовут, сын местного олигарха.

– И что Алмаза тоже бросила? – послышался голос Улана.

– Сбежала от него как шавка, поджав хвост, только куда, никто не знает. Моя сестра с одним из его друзей просватана, так вот Бек говорил, что познакомилась Катька с Алмазом в стриптиз-клубе. У нас же столица и в отличие от других городов, один притон разврата имеется. «Мёд и яд» называется. Катька там голая отплясывала, а может, и не только это. Говорят, девушки там спят с мужиками за деньги, насколько правда, не знаю. Это вы Алмаза спросите, он там любит ошиваться.

Улан выключил запись. Зухра почувствовала, как лицо пылает от гнева.

– Томилина работала проституткой?! Улан, ты же понимаешь, что вот эту сплетню я не могу представить сыну. Мне доказательства нужны, – Зухра едва не проорала это и начала допивать чай, чтобы успокоиться.

– Есть доказательства. Я съездил в этот клуб. Камер в общем зале и в приват комнатах у них нет, соблюдают конфиденциальность, но в холле камера стоит. Один охранник узнал Катю. Он работает там давно, курсирует по залу и тайком снимает стриптиз на скрытую камеру не ради шантажа, а для собственной коллекции. За определённую плату он мне скинул пару записей с ней. Там Томилина крупным планом не перепутаешь.

– Я всё тебе сейчас верну на карту. Показывай записи, – приказала Зухра.

Улан покопался в своём телефоне и передал ей. Женщина нажала на воспроизведение и увидела, как Катя крутится у шеста, постепенно обнажаясь. Вскоре на ней остались только крошечные кружевные трусики. Посетители стали кидать деньги на сцену и кричать, чтобы она их сняла. Девушка без стеснения сделала это.

На следующем видео Катя обходит столики, за которыми сидят мужики, ей суют деньги за резинку трусиков, она садится к одному парню и начинает ёрзать у него на коленях, а он мнёт её грудь руками.

– Это неслыханно, Улан! Мой сын собрался привести в дом шлюху! Как он мог?! Ему любовь настолько глаза затмила или что?! – не выдержав заорала Зухра. – Возьми телефон, не желаю смотреть эту мерзость. Скинь всё на мой айфон.

– Хорошо, сейчас всё перешлю. Предполагаю, что господин Эрлан не поинтересовался прошлым девушки, а она не стала рассказывать о таком позоре.

Зухра поблагодарила мужчину, перевела ему деньги за работу и оплату расходов. Потом он уехал отдыхать, а она решила позвонить сыну.

– Здравствуй, мама. Что-то срочное? – спросил Эрлан, отвечая на приветствие.

– Я такое сейчас о твоей Кате узнала. Это неслыханно… – начала женщина.

– Мам, прости, я понимаю, что тебе не нравится Катя и ты собираешь о ней всякие сплетни. Прошлое этой девушки меня не волнует, именно поэтому я не дал службе безопасности искать на неё компромат. Она сама мне рассказывала, как училась и жила с бабушкой. Я не знаю, кто и что тебе там донёс, не собираюсь выяснять, потому что не намерен отменять свадьбу. У меня переговоры через пять минут. Ещё раз прости, мам, но мне пора.

– Хорошо, работай спокойно, сынок.

Зухра отключила вызов, но не сдалась. Приедут родители мужа, и она поговорит с ними. Нельзя допустить, чтобы проститутка вошла в семью Асановых и опозорила их.

Глава 6

Айдар сидел за накрытым столом и наслаждался картофельным пюре и вкусными котлетами, приготовленными на пару. Они с женой приехали в дом невестки к ужину.

Зухра ждала, как всегда, встретила их тепло, но взгляд был взволнованный. Айдар подумал, что она переживает из-за свадьбы. Эрлан уехал, а все приготовления оставил на неё.

– Ты очень взволнована, Зухра. Надеюсь, ничего не случилось или ты из-за свадьбы сына тревожишься? – спросил Айдар.

– Из-за свадьбы, из-за сына тоже. Давайте не будем говорить об этом за едой, папа, я после всё расскажу.

– Согласна с Зухрой, давай поедим спокойно, Айдар, – поддержала Айзада.

– Тогда расскажите, как там поживает Рахат с семьёй, – попросила невестка.

– Хорошо живёт, не жалуется. Бизнес процветает, внуки растут. Жена Султана четвёртого ребёнка ждёт. Они всё девочку хотят, а рождаются одни мальчики, – поведал Айдар.

– Тогда пусть на этот раз Всевышний подарит им девочку, – улыбнулась Зухра.

– Дай Всевышний, всё будет как они хотят. Спасибо за ужин, дочка, передай повару мою благодарность, – сказал Айдар, допивая свой чай. – Сейчас пойдём в гостиную и поговорим. Не терпится мне узнать, что в твоей семье не так.

Вскоре они с женой расположились на диване, Зухра подвинула кресло и села напротив.

– Переживаю за сына, папа. Не с той он девушкой связался, ещё и замуж позвал. Видела я её, приводил знакомиться, но она мне сразу не понравилась, – заявила невестка.

– Мансур говорил мне, что ты даже Жибек по телефону жаловалась. Что поделать, дочка, в современном мире родители мало что решают. Где-то в провинции ещё да, но в больших городах молодёжь не прислушивается к старшим, как мы в своё время. Они светские люди, игнорируют многие обычаи, – махнул рукой Айдар.

– Я бы смирилась, если бы эта Катя была нормальная. Да, в её возрасте никто не ждёт крови на простынях в первую ночь. Понятно, что и до Эрлана у неё кто-то был. Я всё же решила дать задание Улану покопаться в её прошлом. Девушка работала проституткой, танцевала стриптиз в столице.

– Что?! Это правда, Зухра?! – изумлённо спросила Айзада.

– У меня и доказательства есть. Я же Катю собственными глазами видела и узнала её на видео. Решила с вами посоветоваться, как быть, слушайте.

Зухра включила запись, а потом показала кусок видео. Айдару чуть плохо не сделалось. Он бы смирился с тем, что внук женится на девушке другой веры. Раз любит, то пусть живут счастливо. Но Зухра начала рассказывать ужасные вещи. Катя атеистка, торговала собой в притоне для мужчин, а из столицы сбежала из-за богатого поклонника.

– Я не знаю, что там у неё произошло с этим Алмазом, девушка не сказала Улану. Видимо, она и сама не знает. Моё мнение однозначно, из столицы просто так в провинцию не побежишь, там же зарплата выше и возможностей больше. Там у Томилиной квартира, а тут она жильё снимает, не без помощи моего сына, я так полагаю, – с раздражением произнесла Зухра, нахмурив брови.

– Что по этому поводу говорит Эрлан, он знает обо всём? – спросил Айдар.

– Я пыталась до него донести, но он упёрся как баран. Говорит, что не желает знать о прошлом Кати. Она ему рассказала всё, что нужно, а службе безопасности он не стал давать задание покопаться в её грязном белье. Он меня слушать не стал, боюсь, когда приедет, тоже не будет. Что делать, папа?