Петля времени. Часть первая

Чудовище

Багровый диск лениво светящего солнца медленно выкатывался из лесной чащи на изредка помеченное грязноватыми облаками, тёмно-синее полотно неба. А слабый, южный ветерок, смешивая капельки росы с чистым, утренним воздухом, то там, то здесь, рваным одеялом бросал к земле серую муть тумана. Земля просыпалась, словно ленивая госпожа, не спеша, цветами поднимая голову к солнцу, потягиваясь ровными, высокими елями и вздрагивая листьями на берёзах, избавляясь от ночной прохлады. А подданные, радостным, многоголосым пением встречали её пробуждение. И в тоже время, крадучись, словно опытный вор, сначала далёким, еле уловимым шорохом травы и потрескиваньем ломающихся сучьев под ногами , а потом частым и нервным дыханием чьих-то лёгких, пространство захватывала какая-то неведомая, скрытая тревога. А когда между деревьями замаячила бегущая человеческая фигура, тревога бешено стала превращаться в угрозу. Человек явно спешил, потому что не замечал на своём пути больно бьющих по его лицу ветвей и царапающих в кровь руки корявых сучьев. Пот, градом скатывался по его лбу, попадая в широко открытые, наполненные ужасом глаза. Наконец он выскочил на небольшую поляну, и остановился, чтобы осмотреться. Это был парень. На вид не больше 18 лет. Высокий и худой в телосложении, с взлохмаченными, но аккуратно стриженными серыми волосами. Одет он был в футболку, выскочившую при беге из рваных на коленях потёртых джинс. Да в мокрые от утренней росы белые кроссовки. В общем, всё говорило о том, что в такой ранний час и в этом месте он явно оказался случайно, хотя оно и было ему знакомо. Потому что, разведя руки в стороны, он громко закричал самому себе…

– Не может этого быть! Да, где же ты?

Видимо выискивая взглядом знакомую тропинку и, не находя её. А потом, хватаясь руками за голову, с дрожью в голосе завопил:

– Вообще, чёрт возьми, где я?

Молодой человек ещё долго бы раздумывал над этими вопросами, но позади его раздалось громкое рычание. И он снова сорвался с места, углубляясь в чащу леса. А через короткий промежуток времени на ту же поляну выскочил невероятный зверь, вернее чудовище размером и телом в быка, а головой вытянутой вперёд как у крысы. Весь он был покрыт густой, рыжей шерстью. На массивных ногах, вместо копыт виднелись львиные лапы с когтями, больше похожие на небольшие сабли. Какое-то мгновение оно принюхивалось, впитывая ноздрями окружающий воздух, а затем, открыв пасть, громко зарычало, словно предупреждая всех:

– Не трогать, это моя добыча.

И огромными прыжками вновь пустился в погоню. Чудовище догоняло беглеца. Исходящий от человека потный аромат тела и крови, словно плетью подстёгивал его. Большими прыжками, ловко увёртываясь от ветвей и сухих сучьев, как кинжалы торчащих из деревьев, оно с каждой секундой сокращало расстояние до намеченной цели. В предвкушении расправы над беззащитной жертвой из раскрытой, огромной пасти, между острых как нож кривых зубов, пенным ручьём стекала слюна. Выпученные вперёд, чёрные как уголь глаза, зловеще сверлили мелькающую впереди спину жертвы, оценивая расстояние и выискивая место для последнего, решающего броска. Обогнув глубокий овраг и, оказавшись вновь на открытой местности, зверь сделал рывок, выгнул дугой спину, опираясь всем телом на задние лапы и выпустив острые когти на передних, прыгнул на человека.....

Страшный рёв пронзил утреннюю и размеренную жизнь лесной чащи. От истошного, пронзительного рыка, чуть поодаль, в небо, широко расправив перепончатые крылья, испуганно взметнулась стая необыкновенных птиц с длинными чешуйчатыми шеями и лисьими головами, А из оврага, выскочил похожий на чебурашку зверёк. Встав на задние лапки, он посмотрел удивлёнными глазами на происходящее и, тут же, помчался прочь. И тотчас, сонная до этого местность оживилась, Зашумела, заурчала, задвигалась…,

Парень лежал, широко раскинув руки, уткнувшись лицом в мокрую от росы траву. На его спине, из-под рваной звериными когтями футболки, вяло сочилась кровь. Рядом, подёргиваясь в предсмертных конвульсиях, откинув голову назад, валялось изуродованное тело чудовища. Вместо рыка теперь оно издавало что-то хрипящее. На шее зияла кровоточащая дыра, вокруг которой его рыжая шерсть стала багрово красной. А до этого, наводящие ужас выпученные глаза, медленно угасали, прощаясь с жизнью и прячась обратно, внутрь головы. Над ним, тяжело дыша, стояли ещё два. Отличие было лишь в серой шерсти и голове. У них она больше походила на медведя. Постояв какое-то время над жертвой, звери обошли друг друга и, не найдя существенных для своего тела ран, развернулись в сторону человека, Подойдя к нему ближе, один, осторожно, зубами подтянул рваную футболку к голове лежащего, а другой, как собака, ласково начал зализывать его раны, останавливая кровотечение. Парень тихо застонал и шевельнул правой рукой, потом левой, а затем медленно начал подтягивать их к голове, пытаясь опереться и подняться. Спасители тихо отошли от человека и скрылись в овраге.

Ни руки, ни ноги, не слушались парня. Страх, испытанный до этого, парализовал мышцы настолько, что тело ему казалось чужим. С большим трудом он перевернулся на спину, а потом сел, поджав ноги к туловищу. Обхватив голову руками и не поднимая тяжёлых век, человек попытался остановить головокружение, дабы осмыслить, что же с ним произошло? Но мысли путались, кружились в ней, словно рой пчёл у своего улья. Наконец парень, преодолев слабость, открыл глаза. Повсюду, вокруг него была вытоптана трава, как будто недавно кто-то устраивал здесь массовую дискотеку. Только вот ни музыки, ни танцоров, он не обнаружил.

– Что за чертовщина? – тихо спросил он себя.

– Где это чудище? Оно же было рядом! И вообще, где я?

Всё больше запутываясь в своих вопросах, человек попытался встать, но ноги по-прежнему отказывались подчиняться , и тогда он решил очень просто.

– Нужно всё вспомнить. Что со мной произошло вчера днём и этой ночью?

Гоша

Частный, небольшой дом на одной из улиц провинциального города. Недалеко лес, а там и маленькая речушка с ярким названием Светлиха. Приятно посидеть жарким летом с удочкой на берегу в тени старой берёзы, благо цивилизация не коснулась этого райского уголка. Есть ещё и рыба, и раки. Эти места Гоша знает с рождения, любит бродить по ним, мечтая. Каждый овраг и каждая поляна знакома ему. Никто, наверное, не собирал грибов и ягод в городе больше, чем он. И пусть люди говорят о нём:

– У него не все дома.

Он то, знает, он нормальный. Вот и мама говорит:

– Не обращай на них внимания, просто ты, мой мальчик, видишь то, что другие не могут видеть.

Она всегда так говорит, чтобы успокоить не только сына, но и себя. Они давно, лет девять, уже живут вдвоём. С тех пор, как пропал его отец. Он и так очень часто задерживался в командировках. А потом, пропал совсем. Стройный и высокий шатен, с какими-то пепельно-серыми волосами на голове. Голубые глаза, ровный, прямой нос и тонкие губы. Держался при всех всегда строго и благородно, как будто он не от мира сего. Хотя дома был всегда ласков и приветлив. Таким он запомнился сыну. А в городе, до сих пор, судачат:

– Малый-то, как две капли воды похож на отца. Ну, надо же! А сам вот, как пришёл ни откуда, так и ушёл. Не выдержал, наверно, вот и бросил умалишённого ребёнка и жену, дуру. Хотя и сам был со странностями. Надо же, имя выбрал пацану, Госий. Благо, что в ЗАГСе женщина с головой дружила, переиначила в Гошу.

Парень сидел на скамейке, во дворе своего дома, размышляя об этом. Он часто думал. Больше, чем разговаривал, потому что друзей у него было очень мало, да и те относились к нему с каким-то, плохо скрываемым, то ли подозрением, то ли сожалением.

– Ну что ж, школа закончена, аттестат на руках, будем теперь строить планы на будущее.

Не по возрасту зрело, вслух закончил свои мысли Гоша. В это время, в доме, загремели посудой. И в открытое окно высунулась, почти на половину, мать. Довольно красивая брюнетка, лет 40, с маленьким курносым носиком и губами словно бантик.

– Сынок, что там сидишь? А ну-ка давай домой, я уже давно стол накрыла. У нас праздник, или нет?

Нежным, грудным голосом пропела она. И сын, послушно поднявшись со скамьи, зашёл в дом. Разувшись в тесной прихожей и миновав кухню, Гоша проследовал в зал, откуда слышались шаги мамы. На праздничном столе, установленном в центре зала, красовалась бутылка Советского шампанского, рядом в большой плетёной вазе лежали фрукты, а на фарфоровых тарелках салаты и нарезки сухой колбасы. У окна стояла мать, держа в руках красивый праздничный торт. Увидев это, Гоша на некоторое время растерялся, но поняв его смятение, мама тот час скомандовала:

– Не стой в дверях, давай за стол! Кто у нас в семье мужчина?

Лукаво подмигнув сыну, спросила женщина.

– Открывай шампанское, а торт я пока в холодильник спрячу.

С этими словами мама убежала на кухню и вернулась уже с бокалами в руках. Молодой человек, с глухим буханьем открыв шампанское, наполнил бокалы, и благодарно посмотрев на мать, произнёс:

– Спасибо, мама!

– Ну что ты такое говоришь, мой мальчик? У тебя сегодня такой день! Разве я могла по-другому.

Залепетала женщина, оправдываясь.

А потом, помедлив, добавила:

– Давай выпьем за то, чтобы ты стал хозяином своей судьбы!

И залпом осушила бокал. Сын последовал её примеру. После чего они сели за стол и принялись кушать. Через некоторое время мать поднялась из-за стола и вернулась с маленьким свёртком в руках.

– У меня совсем вылетело из головы одно дело.

Как то тихо, не по-домашнему просипела она.

– Нет, скорее это просьба… Не моя. Отца твоего.

С расстановкой в предложениях начала женщина.

– Прежде чем уйти, отец оставил вот это…

Она кивнула на свёрток, лежавший у неё в руках, и продолжила:

– Он очень просил передать тебе его тогда, когда настанет время. Я думаю, что оно пришло. Возьми!

Мать передала аккуратно свёрнутую тряпицу сыну и, пустив слезу, ушла на кухню. А Гоша бережно развернул материал и увидел на старом кожаном шнурке серебряный медальон в виде сердечка. В центре красовался зелёный изумруд, размером с горошину. Вокруг него, тонкой золотой росписью, было что-то написано. Парень тут же удалился в свою комнату. И покопавшись в многочисленных книгах, лежащих на полках выше письменного стола, отыскал, наконец, то, что было ему нужно. Но, как не пытался он расшифровать незнакомые слова, всё было тщетно. Перевод этому языку отсутствовал в ней. Гоша откинулся на спинку кресла и задумался:

– Что это может означать? Что имел в виду отец? Ведь он никогда просто так не говорил. В каждом его слове всегда скрывался смысл. Значит, здесь есть нечто, что я должен понять.

Гоша осмотрел ещё раз подарок. А за тем, повесив его на шею, спрятал под футболку. И вдруг тело юноши пробил, как ознобом, еле уловимый заряд энергии. После чего грудь наполнилась приятным теплом. Как будто медальон нашёл то, что искал. Возможно своё место. Но парень, не придав этому особого значения, продолжал размышлять:

– В чём здесь секрет? Почему его не подарил он сам, ещё тогда, когда был с нами?

Думая так, юноша начал постепенно проваливаться в лёгкое забытьё, как это не раз с ним бывало. И тут же комната стала наполняться каким-то серым туманом. В этой дымке он различил вначале еле заметное очертание замка стоявшего на берегу реки. Присмотревшись, он заметил, что река эта не Светлиха, а какая-то другая, более широкая и полноводная. А тем временем, замок становился всё отчётливее. Теперь он смог даже различить бойницы на стенах и знамёна на шпилях замка. У стен патрулировала стража, то ли в латах, то ли в неведомых ему костюмах, а на перевязях, вложенных в ножны, у них висели сабли.

– Сынок, Гошенька, сынок!

Прервал его видения взволнованный голос мамы. Туман тут же рассеялся. И парень, очнувшись, увидел перед собой стоящую с полотенцем в руках мать.

– Да, мам!

Хрипло, как после сна, прошипел парень.

– У тебя опять было видение?

Не унимая волнения, пытала его женщина.

– Да, мам!

– Господи! Господи! Когда же это кончится?

Слёзно запричитала она, выходя из комнаты сына. И уже из кухни более энергично крикнула:

– Иди сюда, торт кушать!

Чаепитие прошло молча. Женщина не хотела возвращаться к теме, которая была явно ей не приятна, а сын не стал настаивать на этом. Помыв за собой посуду, он вернулся в комнату, открыл недочитанную им книгу и ушёл в её чтение с головой. Так прошёл день. А вечером всё повторилось. Оторвавшись от книги на какое-то время, парень вновь увидел, как комната заполняется туманом. Снова, вначале смутно, а потом всё явственнее стали виднеться очертания замка на берегу, и стража у его подножия. Только в этот раз, он настолько чётко смог различить спину идущего воина, что даже понял, из чего сделаны его латы. Это была толстая, плохо выделанная кожа какого-то животного. В этот момент Гоша услышал очень тихий, глухой голос. Нет, даже не услышал, а почувствовал сердцем:

– Сын мой, ты мне нужен!

Это был голос его отца. Он помнил его. Он никогда не забывал его. Ему, очень захотелось крикнуть в ответ:

– Папа, где ты?

Как вдруг, стражник оглянулся, и парень увидел страшное лицо уродца с клыками выступающими вперёд. Такое обычно показывают в фильмах ужасов. В огромных бородавках и с рогами на голове. А здесь Гоша увидел его так близко и так явно, что невольно отшатнулся. И туман стал рассеиваться. Очертания замка расплылись и наконец, полностью исчезли. Юноша очнулся и опрометью вбежал в зал, где мать, как обычно в это время, смотрела любимые сериалы:

– Мама, мама, я слышал голос отца!

Взволнованно выпалил он, но в ответ, встретив холодный, колючий взгляд женщины, услышал:

– Я тебе сколько раз говорила, не сиди столько времени за книгами? Ты же видишь, что болезнь прогрессирует.

И тут же, сменив гнев на милость, добавила:

– Мальчик мой, тебе нужно отдохнуть, или, в крайнем случае, выйти на воздух.

Парень сразу уцепился за предложение сделанное мамой:

– Тогда отпусти меня в ночное за раками. Ведь ты обещала!

Как она не любила этот лес, куда постоянно тянет её сына. Там она последний раз видела мужа. Но, подумав немного, согласилась. Сколько лет минуло с той поры. С условием, что ровно в шесть утра Гоша будет дома. На том и решили. Юноша побежал собирать снасти и вскоре, уже с рюкзаком на плече, шёл по давно знакомому маршруту, весело насвистывая любимую мелодию. В траве, словно подпевая парню, щебетали кузнечики. А лягушки, в низинах, вторили этому хору. Вечер выдался жарким и безветренным и потому, оделся он просто, по-летнему легко. За что не раз корила его мать:

– Ты ведь в лес идёшь, а не в город. Оденься теплее.

На что сын отвечал одно и то же:

– Мам, я этот лес знаю лучше, чем город наш.

И только лишь из уважения к матери клал в рюкзак к снастям старую, тёплую куртку. Спустившись в лог, Гоша оказался у лесного массива. Здесь лес был настолько густым, что пройти казалось невозможно, но парень и тут отыскал спрятанную в зарослях дорогу и шагнул в дебри. Забираясь всё дальше и дальше, юноша стал невольно замечать, что тропа, по которой он шёл, временами стала то пропадать, то появляться, а заросли становиться намного гуще. Кроны деревьев стали такими большими, что закрывали небо над головой. И когда он выбрался снова на открытую местность, с удивлением увидел, что весь небосвод усеян звёздами. А прямо над ним висит большая и невероятно яркая луна, больше похожая на электрический фонарь.

– Точно, сбился с пути, – подумал про себя Гоша и вслух добавил:

– Ну, ничего, рассветёт, выберусь.

Он деловито скинул с плеч рюкзак, собрал хворосту и, вынув спички, разжёг костёр. Пристроившись удобнее у огня, положив рюкзак под голову, парень задремал, и открыл глаза уже тогда, когда луна спряталась за верхушками деревьев, а звёзды начали медленно угасать. Светало. Как вдруг, его внимание привлёк нарастающий шум. Как будто кто, лез через чащу напролом, ломая и круша всё на своём пути. Гоша поднялся на ноги, чтобы лучше разглядеть кто это? И тут появилось оно…

Лиасо

Посидев так какое-то время, прокручивая в памяти ещё и ещё вчерашний день, юноша не смог найти ответ на интересующие его вопросы. И тяжело поднявшись, пошёл прочь от злосчастного места. Ему было абсолютно всё равно куда идти, лишь бы подальше убраться от леса, где натерпелся он страха. Время шло. Солнце уже подбиралось к зениту, а парень не останавливался. В голове стремительно носились мысли, которые он пытался остановить. Чтобы понять непонятное. В таком состоянии он и вышел на дорогу, хорошо видневшуюся в высокой траве. Но вместо привычных следов, оставленных автомобильными шинами, на ней отчётливо выделялись следы ног, копыт и узкие, как рельсы, углубления, оставленные тяжёлыми повозками. Голодный, уставший физически и морально, юноша обрадовался и этому факту. Он ступил на дорогу, и уже веселее зашагал навстречу неизвестному. Но, не пройдя и километра, впереди себя заметил небольшое облако пыли, которое с каждой секундой разрасталось. Не напрягая слуха, было уже слышно ржание лошадей, подгоняемых всадниками. Не зная, что делать, Гоша отошёл к обочине и застыл в ожидании встречи с ними. Как вдруг, чья-то сильная рука рванула его назад, и он рухнул в кусты лицом вниз. Кто-то, плотно прижал его к земле так, что пошевелиться не было никакой возможности. Он лишь слышал, как отряд всадников проскакал мимо и только тогда, хватка лежащего на нём ослабла, а потом тот и вовсе отпустил юношу, поднявшись. Встал и Гоша. Обернувшись, парень увидел того, кто так небрежно бросил его в кусты. Перед ним стоял высокий, не меньше двух метров, человек. Или лучше сказать, похожий на человека тип. Что больше всего отличало его от людей, так это нос, которого почти не было. Вместо оного виднелась небольшая выпуклость с двумя отверстиями в нижней части. А ещё глаза. Они соединялись у носовой выпуклости и тянулись почти до висков.

– Наверное, он видит и сбоку.

Подумал про себя Гоша.

Отличались и руки. У него они были перепончатыми до середины пальцев.

– Как у водоплавающих. Скорее всего, так выглядят и ноги.

Заключил юноша, глядя на незнакомца снизу вверх. Одет тот был просто и видимо бедно. На голое тело накинутая, изрядно потёртая кожаная жилетка-безрукавка, до груди связанная шнурками, вместо пуговиц. Из такого же материала короткие, не по росту, штаны, да похожие на лапти сандалии. Ну, а по возрасту, он выглядел, скорее всего, ровесником Гоши:

Зд-ра-вст-вуйте!

Растягивая приветствие, произнёс Гоша. Высокий тип, в это время, тоже рассматривал парня. Вероятнее всего, для него он так же выглядел причудливо. Потому что ответил лишь пару секунд спустя, на незнакомом юноше языке:

Импарио тернэе магосэ!

Но видя, что собеседник не понимает его речи, протянул руку ко лбу юноши. Гоша стоял не двигаясь. Тогда, он положил перепончатую кисть на лоб, и, закрыв длинные глаза, замолчал. Гоша тоже молчал, ожидая дальнейшего развития событий. Постояв так с минуту, незнакомец убрал ладонь со лба, открыл глаза и выпалил:

– Привет! Меня зовут Лиасо, а ты, кто?

Юноша назвал своё имя.

– Ты принадлежишь народу Великой Эллее? – снова поинтересовался он.

– Нет! Я из Калиновки! – возразил ему Гоша.

Собеседник на некоторое время задумался, а потом произнёс:

– О таком народе я ещё не слышал! А где находится твоя земля, на восходе солнца или там, где оно садится?

Парень и сам хотел бы знать, в какой стороне его Калиновка, поэтому непроизвольно ответил:

– Да хрен его знает?

– Этот секрет знает только ваш маг? Хрен?

Не унимался Лиасо. Гоша улыбнулся и ответил:

– Да нет, думаю, даже маг не знает, где моя Калиновка.

– Какая загадочная твоя земля!

Понимающе согласился высокий и, помедлив, предложил:

– Ты хороший! Я вижу это! И ты голоден. Пойдём со мной, я познакомлю тебя с моим домом и там мы накормим свои тела.

– Да, уж. Можно бросить в желудок что-нибудь.

Согласился парень и направился следом за Лиасо, уходящим от дороги. Весь путь, занявший около трёх часов, Гоша больше слушал, чем говорил. Его спутник умел рассказывать, органично используя при этом и жесты, и мимику. Из его рассказа юноша много узнал о нём самом, его народе и земле, на которой они живут.

– Я всегда ухожу далеко от дома в поисках лечебной травы. Правда, отец, очень этим не доволен.

Начал свой рассказ новый знакомый. И, слушая собеседника, парень всё больше понимал, что Клиоды \так называл Лиасо свой народ\, мало чем отличаются от людей, разве что видом. Они точно так же как люди, умеют, и работать, и отдыхать, и любить, и воевать. Конечно, много в их быте и поведении казалось ему странным, поэтому он иногда перебивал спутника вопросами. Но тот, не обижался, а терпеливо всё объяснял. Из рассказа Лиасо выходило, что Клиоды мирный и древний народ, живущий по берегам Великих озёр и занимающийся преимущественно рыболовством. До недавнего времени страной правил самый богатый, от севера до юга и от востока до запада, князь Монари. Но злые Куиты \слуги тёмного Кадара\, коварно убили князя, а потом и многих мужчин с женщинами и детьми. Разграбили их жилища, и теперь, им приходится кормить ненасытные тела врагов, после каждой полной луны одаривая их дорогими подарками. Но, они не теряют надежды на то, что Великий Рамос узнает про их беды и освободит Клиодов от ненавистных Куитов.

Закончив свой рассказ, Лиасо поинтересовался у Гоши, как тот оказался на его земле? И юноша пересказал события минувших суток. На что новый знакомый пожал плечами, показывая недоумение, а потом произнёс:

– У меня отец умный, он посоветует как быть!

– Спасибо!

С появившейся надеждой в голосе поблагодарил парень.

– Пожалуйста!

Широко улыбнувшись, ответил Лиасо и добавил:

– Твой язык очень красивый и легко воспринимается моей душой!

Так, просто и незаметно для себя, молодые люди подружились. И, уже доверяя друг другу, достигли берегов Великих Озёр. Перед ними открылся чудесный вид. Насколько простирался взгляд, всюду была вода, над которой кружились похожие на чаек птицы. Казалось, безоблачное небо у горизонта падает в эту бескрайнюю, играющую волнами красоту. До этого юноша видел море только по телевизору и теперь, увидев воочию великолепие созданное природой, остановился и наслаждался с высокого берега увиденным, приоткрыв рот. Неизвестно сколько времени парень простоял бы в приятном оцепенении, но товарищ, легонько хлопнув его широкой ладонью по плечу, поторопил:

– Пошли!

Друзья нашли пологий спуск и дальше отправились по песчаной гальке рядом с водой. Обойдя мыс, грозно выступающий как огромный кулак, товарищи вышли к поселению. Которое, преимущественно, состояло из высоких глиняных строений с маленькими окнами, накрытых сухим камышом, разбросанных по всему побережью словно шашки на доске. Повсюду из воды на песок были вытащены лодки, а на шестах, вкопанных в землю и связанных верёвками в виде турника, сушились бредни и сети. Гоша, идущий следом за Лиасо, делал вид что не обращает внимания на Клиодов \ внешностью и одеждой похожих на приятеля за исключением женщин с украшениями из ракушек и минералов\ смотревших на него, как на диковинку. Хотя в своем, испачканном травой и пылью наряде, среди них он на самом деле выглядел как чудо. Лиасо вёл товарища к дому, стоящему на некотором возвышении по отношению к другим. Он и выглядел более ухоженным, скорее, даже новым. Из которого навстречу им вышел такой же высокий, как и его спутник, мужчина. Подойдя к гостям, он скрепил в замок кисти рук и вежливо поклонился. Лиасо сделал то же, шепнув другу:

– Делай, как я.

И парень последовал его примеру. Вокруг них сразу образовалась толпа, сгораемая видимо любопытством. Но мужчина, с достоинством подняв голову, правую руку, при этом прижав к сердцу, левой рукой, показал на дом. Таким образом, приглашая гостей войти. Толпа сразу расступилась, освободив проход. Обстановка внутри дома на удивление оказалась подчёркнуто скромной. В зале, где прямо с улицы оказались гости, у окна стоял добротный деревянный стол с лавками вокруг него. В конце его стояла широкая кровать, застланная выделанными шкурами. На полу и на стенах тоже были шкуры. Мужчина, повернувшись к Лиасо, что то по-своему сказал. Тот ответил ему, а за тем, обращаясь уже к Гоше, спросил: