Ален Айри в Харатане

На следующее утро Ален не отправился в поле, вместо этого он работал при дворе дома: занимался уборкой, рубкой дров и прочим. Рядом с ним постоянно находился один человек, видимо тоже раб, но он ничего не делал, только говорил Алену что делать – значит, раб-надзиратель. И Алена не отправили на поле. Почему? Боятся, что он сбежит? А может, есть другие причины, которые ему неведомы. С утра Ален думал, что он будет делать, и, откровенно сказать, он был рад, что остался при дворе, так как надеялся увидеть, как люди применяют магию, а потом каким-то образом выучиться ей самостоятельно, ведь это вполне возможно! Хотелось ему так верить. Хоть он и испытал действие магии на себе, он так ничего и не видел.

На вчерашних торгах был один человек, не такой, как все. Этого никто не заметил, но всё же он был там и всё видел. Этот человек отличался от присутствующих тем, что ему было противно то, что происходило, и он не был рабом. Кроме него, двух девушек-девственниц и Алена, пожалуй, никто не испытывал отвращения к самому этому процессу, который назывался работорговля. Рабы, которых продавали, не испытывали отвращение, а, скорее, разочарование: они бы с радостью поменялись местами с теми, кто их покупал или продавал – но не этот человек. У него внутри всё кипело, но никто этого не видел, не мог видеть. На лице его лежала маска безразличия, человек выглядел спокойным и уверенным. Взгляд его карих глаз неотрывно был прикован к рабам на протяжении всех торгов. Что он высматривал? Никто не знал, кроме него самого, и никто не обратил внимания на его странное поведение. А почему? Потому что он смотрел на торги с расстояния в пять километров, с высокой башни, на которой он был совершенно один. Он не имел никаких оптических приборов, острота его зрения и вправду поражает. Хотя это был временный эффект от заклинания «Острый Глаз», которое он наложил на себя, но сила этого заклинания поражала, ведь он не просто смотрел на торги, он видел то, что не видно обычному глазу. Ауру может видеть любой маг, который хоть немного разбирается в магии, но на близком расстоянии и надо как бы всматриваться на протяжении некоторого времени, также ауру легко подделать, или просто скрыть, а вот чтобы разгадать подделку требуется уже большое мастерство.

Ален провёл на торгах всего двадцать минут, достаточно мало, если знать, что торги продолжались в течение шести часов, на протяжении которых незнакомец с карими глазами и острым взглядом наблюдал за их ходом. Его сразу заинтересовал Ален, но он остался до конца, вглядывался, ожидал чего-то, но видимо этого так и не произошло. Сейчас, в данный момент, этот человек подходил к дому хозяина Алена. Его одежду и часть лица скрывал коричневый потрёпанный плащ с капюшоном. В правой руке он держал палку, которую использовал как трость, шёл он неспешно, немного сгорбившись, опустив взгляд к земле.

– Я пришёл к вашему хозяину. Передайте, что меня зовут Сэм, я маг третьего класса, и у меня есть деловой разговор к нему.

Один из двух людей, стоящих у входа в поместье хозяина Алена, кивнул головой и побежал в сторону дома докладывать о госте, второй остался стоять в молчании, не глядя на посетителя, так как боялся, что тот может что-нибудь сотворить с ним, если захочет.

Спустя несколько минут, которые второму стражнику показались слишком длинными, хозяин Алена и первый страж подошли ко входу.

– Маг четвёртого класса, Зао Регелути. Сэм, это ваше полное имя?

– Да. Я из простой семьи, поэтому и имя моё простое, но мне повезло в жизни и теперь моё происхождение не так важно. А вы, судя по имени, уроженец империи Шиозорк?

– Верно. Так по какому именно деловому вопросу вы ко мне пожаловали? Для мага вашего класса у меня ничего подходящего нет, наверняка, я не смогу заключить с вами никакой сделки, которая вас бы устроила.

– Нет, Зао, вы ошибаетесь, – Сэм ухмыльнулся, и его глаза блеснули из-под капюшона. – Дело в том, что я пропустил вчерашние торги, а мне нужны рабы.

Магические эксперименты с участием людей не были редкостью. Так как человек в большинстве случаев умирал в ходе эксперимента, то маг, его проводящий, нуждался в постоянном пополнении «расходного материала», в таком случае лучше всего было покупать самых дешёвых рабов. Такие мысли были в голове богатого толстяка Зао Регелути, и Сэм, догадываясь о них, продолжил:

– Я понимаю, о чём вы думаете, но самых дешёвых рабов забрали вчера, так сказать, мои коллеги и, конечно, они не продадут их мне. Я разузнал, с кем можно заключить нормальную сделку, первый, кого мне посоветовали, это вы. Надеюсь, меня не обманули?

– Ох… ну раз так, вы, наверное, слышали, что я люблю заключать сделки по приличным ценам и не люблю уступать, – промямлил Зао, подыскивая аккуратно слова, чтобы, не дай Айри, не обидеть как-то мага третьего класса.

– Плачу серрами! – сказал Сэм, доставая из-под плаща мешочек, из которого пробивался тусклый синий свет.

– Проходите, проходите! Осматривайте, можете взять любого, кто вам понравится, о стоимости уговоримся, когда выберите всех, кого надо.

Зао вмиг стал супер-гостеприимным от мысли, что ему заплатят не простыми деньгами, а серрой- волшебной валютой (монетка, которая тускло светится синим светом). Любой маг может растворить её у себя в руке и увеличить тем самым свою манну (запас магических сил, выносливость магов другими словами). В столице империи Кассалидельтри, где сосредоточенны самые сильные маги всей империи, вообще не признаётся другая волюта. Да, серрами там мало пользуются, в основном – церрами, которые эквивалентны тысячи серр.

Хозяин по пятам ходил за Сэмом, поэтому ему пришлось изображать, как он тщательно выбирает себе товар. Он ходил и тщательно вглядывался в ауры рабов Зао. Конечно, с такого расстояния ему не требовалось более двух секунд, чтобы разглядеть всё в ауре человека, который даже не умеет пользоваться магией. Но изображать что-то для Сэма было чуть ли не каждодневным занятием, так что он справлялся с этим без труда.

Через час таких вот усилий Сэм, наконец, остановился, выбрав, того, кого и планировал с самого начала – Алена.

– И после всего вы выбрали только одного раба? – удивлённо произнёс Зао.

– Дело в том, что не каждый подойдёт, я искал того, в ауре которого явно видна сильная воля. Таких рабов сложно смирить и обычно они самые дешёвые.

– А разве можно через ауру увидеть что-то такое абстрактное, как воля?

Зао выглядел как ребёнок, которого облапошили, видимо он негодовал на учителей, которые обучали его магии. Его учили, что в ауре можно увидеть магическую энергию, но это сложно, так как маг будет её прятать, физическую энергию – здоровый ли человек, насколько силён, вынослив, можно увидеть пол, возраст. Ну, в общем, фактические данные, которые можно как-то измерить, а такие абстрактные понятия, как воля, или послушность, или ещё что-то в этом роде, этого не разглядишь в ауре.

– Это так. Такого сегмента в ауре, как воля, не существует. Я скорее анализирую многие данные, ну иногда ошибаюсь, поэтому так долго и выбирал. Ошибки дорого стоят.

– Понятно, понятно… итак, перейдём к торгам. Я купил этого раба из самых дешёвых, это так, но по завышенной цене, он и вправду оказался ценнее. Я думаю, за сто серр я с ним расстанусь.

– Ты не обалдел ли?! – резко сказал Сэм.– За сто серр можно купить на торгах штук триста таких рабов, если не больше.

Зао, явно не ожидая такой реакции, ошеломлённо смотрел на Сэма, не зная как себя вести. В Касе (то есть в империи Кассалидельтри) сила решает всё. Тот, кто сильнее, всегда прав. Тот, кто сильнее, должен находиться в почёте и уважении. Конечно, силу можно компенсировать статусом, но максимум что смог себе позволить Зао это получить удостоверение в том, что он маг четвёртого класса, хотя на самом деле его оценили как пятый класс. Сам он был родом с Шиозорка, его семья была богата, и все его братья имели талант в магии. С самого детства он был белой вороной среди них, естественно, объектом насмешек и подколов. В Шиозорке он не мог выбиться в люди, это была богатая страна и там ценились знания, способности, которых у Зао не было, поэтому он и решил отправиться в другую страну. В Харатан он не захотел, так как там идут постоянно войны, гражданские и внешние, а в Касе он смог основаться в одном из пограничных городов. Благодаря деньгам и своим мозгам (которые по сравнению с жителями Кассалидельтри оказались намного выше среднего) он смог занять такое положение, благодаря которому большинство его уважало и даже боялось, но этот маг третьего класса, конечно, не входил в это большинство. После напряжённого молчания, Зао, осторожно выбирая слова, предложил Сэму самому назначить цену.

– Ладно. Я, конечно, погорячился, но и ты знай меру, – ответил он, – Назови реальную цену, естественно больше той, за которую ты приобрёл его.

– Так, думаю если увеличить мои затраты в трое, то это будет десять серров.

– Десять. Хмм… я дам тебе пятнадцать, если ты оденешь его в лучшую одежду и дашь в дорогу еду. Я отправлю его до моей лаборатории, а сам займусь своими делами. Не хочу, чтобы его по дороге приняли за беглого раба.

– По рукам! – воскликнул Зао и приказал слугам вынести лучшую одежду и подготовить куль с едой в дорогу. Зао был рад, ведь пятнадцать серров это раз в сто больше, чем он заплатил за этого раба, а в этой стране, где магическая сила особенно ценится, того больше!

Ален, который слышал весь разговор и уже опять корил свою судьбу за такое над ним издевательство, приобрёл надежду всё-таки сбежать, ведь его отправят одного, да и в приличном виде.

В этот момент Сэм глянул на него и ухмыльнулся, но ничего не сказал. Слов и не нужно было, в этой ухмылке читалось: «Я знаю все твои мысли, даже не надейся на это». После этой ухмылки в голове Алена что-то щёлкнуло. Он не боялся, хотя его положение было ужасным, но ему было всё равно, что с ним будет. Снова пытки в рабстве или что ещё похуже, даже смерть, ничего не беспокоило его. В глубине его души начала разрастаться чёрная сосущая дыра, которая затягивала в себя всё: хорошее и плохое, тревоги, надежды… В этот момент ему показалось, что смерть- это что-то сладкое и желанное. Ему не было ни больно, ни холодно, ни жарко, с утра его покормили вместе с другими рабами, так что и голод его не мучил, но в душе, даже не в душе, а где-то ещё глубже, темнота покрывала собою всё и вся.

Сэм, рассчитавшись с Зао, который с поспешностью удалился, обратил своё внимание на Алена. На самом деле, он немного лгал ему. О том, что в ауре нет таких абстрактных понятий, как воля. Чем сильнее маг, тем глубже он может заглянуть в душу к человеку (аура – это как её диаграмма), и эта вот чёрная дыра, у которой нет названия в обычном языке, Сэм её видел, видел, как она быстро растёт. Названия у неё нет, но это событие часто путают с такими состояниями человека, как печаль, грусть, скорбь, уныние, тоска. Эта дыра чем-то напоминает те состояния, но отличается. Если бы мы захотели подобрать самое подходящее название для этой дыры, то это было бы «ложная безысходность».

Сэм, оглядевшись по сторонам, приблизился к Алену и проговорил тихо, чтобы только он его услышал: «Не переживай, я друг. С этого момента у тебя всё будет хорошо. Я обещаю тебе!». Эти слова Сэма наверняка были такой же ложью, как и ложная безысходность Алена, но это помогло! У Алена глаза просветлели, теперь в них любой человек (без магического дара и особых талантов) мог разглядеть надежду, которая росла невероятными рывками.

«Всего несколько слов, а такое резкое изменение…» – подумал Сэм. В его опыте не было подобных случаев. Да, он ожидал, что поможет Алену, но чтобы вселить такую надежду, которая была уже твёрдой уверенностью, что будущее светло и безопасно. «Он что, думает, что я Айри и явился с небес, чтобы помочь ему?»

Спустя полчаса Алена переодели и снабдили всем необходимым для похода. Зао так и не показался перед Сэмом, радуясь своей «выгодной» сделке и боясь, чтобы она не отменилась. После того, как они отошли от владений Зао, Сэм заговорил:

– Вот балбес! Этот Зао. Если бы он хоть чуток был посильнее и внимательнее, то мог разглядеть то, ради чего я тебя выкупил.

– Ради чего же? – поинтересовался Ален.

– Ты, потенциально, маг вне классификации, как выражаются в Касе, ну, в общем, способности к волшебству у тебя громадные. А этот простофиля, Рэзон, не удосуживает себя вглядываться в ауры людей, которых он продаёт. Это ему когда-нибудь дорого обойдётся! Поверь мне… Кстати, как тебя зовут?

– Ален. Мне повезло, что вы меня заметили.

– Поверь, это не везение. Я уже около трёх лет каждые две недели путешествую по граничным городам. Их всего шесть, и там один раз в сезон происходят торги людьми, которые ведёт губернатор города. Это специально так сделано, чтобы торговцы рабами сами приходили к покупателям и всегда знали, где достать, как они говорят, «товар».

– А можно задать вам вопрос?

– Да можно, но обращайся на «ты». Я тебя выкупил не себе в рабы, а чтобы избавить от рабства. Да и сам я не люблю такое обращение, я перед тобой стою один.

– Хорошо. Я хотел спросить, что за удостоверение надо предъявлять? Меня забрали в… из-за того, что у меня не было его. Вроде тогда сказали, что нужна какая-то печать.

Сэм взмахнул рукой ладошкой вверх, и над его рукой появились слово, состоящее из белого дыма. Написано было на незнакомом языке, но Ален мог прочитать «Ситэрастиллим».

– Так меня зовут на самом деле. Печать показывает силу её владельца и имя. Имя никому не нужно, смотрят обычно на силу. Можно замаскировать печать, например, другое имя, но тогда не сможешь показать всю силу печати, также можно легко спрятать свою силу.

Сэм ещё раз выдвинул руку, ладошкой к Алену, на этот раз «Ситэрастиллим» было написано как бы чернилами на руке.

– Это самая слабая печать, – пояснил Сэм. – В город пускают только сильных людей, ну, они не могут их не пустить. В Касе такая политика: самые сильные маги- это граждане Каса. Хотя, ты видел пепелище на южных воротах?

– Да. А что это было?

– Это народ Красса. Выходцы из Кассалидельтри, ну так принято считать. Они живут особняком в лесу, так называемые «лесные разбойники», хотя на самом деле безобидные ребята, если их не тронут. Южнее этого леса находится громадная страна под названием Харатан, в которой постоянно идут войны. Раньше охрана Гараба патрулировала границу леса, но недавно они перестали это делать, и харатанцы начали нападать на крестьян, которые живут в лесу, да и лес начали рубить, где-то были пожары. Вот народ Красса и ответил. Они, по сути, мирные, но обладают огромной силой, неизвестно ещё, кто сильнее, Кас или Красс, – Сэм улыбнулся и продолжил. – В общем, они сами не собираются охранять границы, поэтому намекнули так, что если Гараб продолжит игнорировать налёты Харатана, то им не поздоровится.

– Так что же было там?

– Пришло три человека… Они спалили ворота и огромный район города. На это у них ушло минуты две. Говорят, после этого на земле ещё долго горела надпись: «Знайте, что ту границу защищать легче, чем эту». Ну, или что-то в этом роде. Кто знает, но поговаривают, что сам Красс был один из этих трёх, но я не удивлюсь, что среди его приближенных есть немало тех, кто способен на это.

– Но стражи так и стоят возле города. Они не боятся повторения ситуации?

– Стражи? Ха! Это пушечное мясо стоит там на случай появления кого-то из народа Красса, чтобы сообщить об этом Рэзону. Рэзон силён, сможет сдерживать их атаки, но это не всё. Сам Каэль посетит этот город со дня на день, видимо, для переговоров.

– А кто это?

– Ты не знаешь, кто такой Каэль? Откуда же ты появился?

– Издалека, очень издалека.

– В нашем мире это имя наверняка знает каждый. В империи Кассалидельтри он самый сильный и уважаемый человек, а также её правитель. В Харатане матери пугают своих детей его именем, как будто он воплощение всемирного зла. В Шиозорке существует несколько десятков достижений и рекордов, которых установил Каэль ненароком! Ему завидуют, его боятся, его любят и ненавидят, но, пожалуй, ты первый, кто его не знает. Народ Красса раньше жил по всей империи Кассалидельтри, и именно Каэль решил изгнать их к границе – по причине их анархии. Они никого не слушают, но умирать тоже не захотели.

– А может, они хотят расквитаться с этим Каэлем? И придумали это всё только ради мести?

– Нет. Они не будут мстить. Я не смогу тебе объяснить, но когда ты окажешься среди них, ты поймёшь почему. Но такое их поведение- это и вправду ненормально. Можно теперь я задам несколько вопросов? – с улыбкой сказал Сэм.

– Да, конечно.

– Откуда именно ты попал в Гараб?

– Я жил у одного старика в лесу несколько дней.

– Нет. Откуда ты вообще?

– Эээ… Я не могу ответить на этот вопрос.

– Хм… Ну, а как так получилось, что тебе двадцать пять лет, а твоя печать до сих пор не сломана?

– Какая печать?

– Ясно. Эта печать… По легенде, раньше все люди могли обладать магией, но у кого-то потенциал был больше, а кто-то не мог сделать практически ничего. Пытаясь получить хоть какую-то силу, люди выдумывали всяческие зверства, которые им не помогали. Общество в таком положении жить не могло, поэтому Сам Айри создал печать, которая блокировала магическую силу. Однако, если ты обладаешь большим потенциалом, то печать сломать можно. Ну, это всё легенда, но печать есть у каждого человека с рождения. Она ломается в возрасте от пяти до пятнадцати лет, в зависимости от потенциальной силы: чем сильнее человек, тем раньше она слетает. Бывают и исключения, но чтобы такие аномальные! Я бы не удивился, если бы ты её сломал в три года, но дожить до двадцати пяти и так и остаться под печатью…

– Я так понял, что если печать не снять, то магией мне не овладеть?

– Верно.

– Так как же мне от неё избавиться?

– Я не знаю. Обычно это делается проявлением сильной воли. Ещё можно помочь человеку, зарядив его маной, чтобы он смог её сломать, но в твоём случае не уверен, поможет ли это тебе.

– Надо попробовать!

– Обязательно, как только доберёмся до моего убежища, я с этого и хотел начать.

Тем временем Ален и Сэм уже вышли через северные ворота города, Сэм показал печать силы на воротах, на этот раз его имя было «Сэм», а надпись светилась красным, хотя была начертана на руке. Сэм потом объяснил, что дымовая надпись означает большую силу, а он не так известен и не желает становиться таковым, чтобы показывать всем свою истинную силу. Какое-то время они шли по дороге, мощённой камнем, затем свернули на протоптанную дорожку, далее дорога совсем пропала. Вокруг было полно зелени, высокая трава, иногда попадались деревья, холмистая местность иногда сменялась долиной, но нигде на горизонте не было видно высоких гор; деревьев попадалось много, но нельзя было назвать это лесом. По пути они прошли через несколько деревень, в которых было около двадцати домов из дерева и больше ничего: ни ратуши, ни церкви, ни каких-либо заведений для гостей. Порой на вершине какого-нибудь холма стоял красивый и большой дом – видимо, это были поместья тех, кто владел сими землями. Алена всё время мучила одна мысль: почему у людей, владеющих магией, такие простые дома, и почему они вынуждены заниматься тяжёлым трудом, чтобы добывать себе хлеб? Сэм видел замешательство Алена, но не понимал в чём его причина. Ему и в голову прийти не могло, что Ален – пришелец с другого мира, и ещё более несуразная мысль, конечно, не могла посетить голову Сэма, о том, что Ален это Айри, другими словами, бог этого мира.