Исполнение мечты: как это бывает

– Вы не видели здесь молодого парня, который ужинал со мной, он ещё танцевал с девушками с углового столика?

– Серёжа, ты сегодня отвозил нашего гостя с девчонками? – спросил бармен у местного таксиста. – Поговорите с ним, – обратился он к Артёму.

Сергей рассказал, куда отвёз Романа, и пообещал утром привезти его в целости и сохранности.

Но наутро Рома не появился в гостинице, и Артём опять пошел в кафе. Завтраком кормила другая смена, и никто ничего не знал про Романа. Таксиста Серёжи тоже не было. Артём по телефону вызвал машину, объяснил как мог водителю, куда вчера отвезли его коллегу, и они поехали. Этот дом оказался за городом, хоть и недалеко, километров пять, но разыгралась метель и как назло где-то на полдороге заглох двигатель. Таксист поковырялся немного под капотом и сказал:

– Надо идти за помощью, я быстро сбегаю тут рядом, а вы подождите в машине.

Артём остался один, сколько ждал, не помнил. Видимо, у таксиста что-то не сложилось с поисками. Ветер усиливался, и его порывы раскачивали машину, как колыбель. Было ужасно холодно. Надо было идти и самому искать помощь, но в такую метель он не понимал, куда идти, и решил остаться в автомобиле. Незаметно для себя Артём начал засыпать.

Стало совсем тихо. Казалось, снег полетел медленнее и почему-то вверх: взлетал с ветрового стекла, откуда-то из-под машины и чудесно кружил над тундрой в разноцветном вихре. Яркий свет вспыхнул на закруглении горизонта. Вдруг зазвучала музыка и таинственный голос Эдмунда Шклярского пропел: «У шамана три руки…», и Артём увидел, как над ним камлает шаман Сабырыкы. Он не испугался, потому что знал: молодой шаман очень уязвим – его может убить даже шёлковая ленточка, привязанная к одежде от беременной женщины. Артём в деталях разглядел одежду, но никакой ленточки не было. Перевел взгляд на рукоятку бубна с металлическими привесками, которую прислал шаману добрый дух через чёрного ворона с наполовину белой головой. Тем временем в разноцветии метели жёлтый цвет стал преобладать. И это уже не снег летел, а песок – тундра превратилась в пустыню, и из-за бархана вышел навьюченный верблюд, за ним второй, третий… Рядом с караваном, изнемогая от жары, шли погонщики. Артём боялся, что появится злой дух абаасы: вот тогда могут начаться проблемы. Но проблемы уже начались. Он почувствовал приятное тепло по всему телу и потерял сознание.

Очнулся от резкого запаха нашатыря на кушетке в больнице.

– Обморожений нет, – констатировал доктор, – но вы здорово переохладились. Могут быть осложнения, поэтому полежите у нас недельку-другую, а там видно будет.

Артём вспомнил, что он не нашёл Романа, и попросил позвонить в гостиницу узнать, появился ли он. К вечеру Рома с виноватым лицом зашёл в палату.

– Ты таки явился?

В ответ тишина.

– Про что молчишь?

– Хорошо молчать труднее, чем хорошо говорить, – попытался отшутиться Рома.

– Тот, кто говорит, также и что-то думает, – парировал Артём.

– Да, после этой ночи я подумал и вспомнил слова моей мамы о том, что лучше с умными людьми таскать камни, чем с дураками пить пиво. Артём Вадимович, простите меня, после бурной ночи я проспал в гостях до обеда, а когда вернулся в гостиницу и не нашёл вас, подумал, что вы работаете с клиентами и поехал на ближайшее предприятие.

О том, что Артём провел почти неделю в якутской больнице, не стали рассказывать в «РАВЕ». В эту неделю Рома бегал по предприятиям города как заводной. Он только утром заходил к Артёму отчитаться за предыдущий день и получить новое задание. Благодаря вынужденной самостоятельности Роман быстренько научился разговаривать с клиентами, составлять протоколы намерений и даже заключать договоры. После выписки из больницы Артём в первую очередь пошёл на телеграф (тогда мобильные телефоны только появились и были доступны не всем) и позвонил домой. Радости его не было конца – Софьюшка родила прекрасную девочку, всё прошло хорошо, и молодая мама с маленькой Линкой уже собиралась выписываться домой. Артёму хотелось лично забрать своих дорогих девочек из роддома, но нужно было закончить работу здесь, в Якутске.

Для Романа эти две недели авральной работы стали хорошей школой регионального менеджмента, которая стоила бы добрых пару месяцев обычной стажировки. А для Артёма ничегонеделание в больнице стало поводом для тревожных мыслей: «А правильно ли я выбрал жизненное кредо, связав себя с торговлей? Шёлковый путь действительно великий, и там люди проявляли чудеса коммерции, а достаточно ли я хорош для великих дел?» Подобные мысли терзали встревоженную душу его днём и особенно ночью, когда вокруг было тихо, а он, выспавшись за день, не мог сомкнуть глаз. И сон не шёл, и тревога возрастала, и не было никого рядом, с кем мог бы посоветоваться, а когда удавалось задремать, часто виделся караван с богатыми товарами и уставшими погонщиками…

Тем временем, несмотря на переживания Артёма, продажи увеличились и в фирме стали поговаривать о расширении штата отдела региональных продаж. На этом можно было бы завершить практическое обучение своего подопечного, но пережитое в Якутске сплотило их, и Артём решил поехать с Романом в завершающую командировку.

Предстояла поездка на поезде в Читу.

Дорога долгая.

Артём неспешно начал свой рассказ о том, как он в молодости побывал в этих краях:

– После третьего курса полагалась практика, и нас, человек пятнадцать во главе с преподавателем, отправили на БАМ. Нам, курсантам военного училища, эта поездка представлялась забавным приключением. Только в один конец дорога занимала около шести суток, и Валерий Павлович, завкафедрой истории, успел рассказать нам много интересного.

– Не знаю, почему запомнилась легенда о Великом шёлковом пути, – продолжил Артём. – Кстати, наш поезд движется по одному из отрезков этого знаменитого маршрута, который был открыт с лёгкой руки китайского императора У-ди, отправившего ещё во втором веке до нашей эры своего сановника Чжан Цяня на запад для поиска союзников в борьбе с набегами степных народов. После долгих лет скитаний, опасных приключений и даже плена Чжан Цянь все-таки вернулся домой и рассказал императору, что видел многое из того, чего нет в Китае: восточные сладости, полотняные ткани, вино. Но особенно впечатлил правителя рассказ о «крылатых» конях Давани, которые по размерам и скорости превосходили низкорослых китайских лошадок. У-ди вспомнил завет Конфуция, что для успешной империи необходимо развитие внешней торговли и снарядил караван с шелком и бронзовыми зеркалами в Среднюю Азию, дабы обменять это добро на ферганских скакунов. Таким образом, как это часто бывает, совершенно случайно зародился Великий шёлковый путь.

Справедливости ради надо сказать, что не все считали полезными достояния Шёлкового пути: в Риме, к примеру, считалось аморальным носить одежду из чрезмерно дорогого шёлка, и даже был принят закон, запрещающий ношение шелков, но, к счастью, этот закон был вскоре отменён. А Чингисхан и вовсе использовал торговый маршрут для захвата новых территорий и порабощения других народов.

Меня лично очень заинтересовала легенда, рассказанная Валерием Павловичем о купце Кавитти, торговавшем в смутные средневековые времена. Вот эта история.

Флорентийский банкир и купец Франческо Пеголотти советовал своим коллегам брать с собой полотняные ткани, продавать их в Ургенче и запасаться сомами – серебряными слитками, чтобы покупать на них шёлк.

Купец Кавитти так и сделал: продав весь свой товар за несколько сот сомов, остался в караван-сарае дожидаться большой партии шёлка, чтобы взять его по оптовой цене. В селении рядом с мечетью была и христианская церковь, куда Кавитти ходил молиться, чтобы Господь дал ему силы благополучно вернуться в Италию. Около храма к нему подошёл парень, выдававший себя за сумасшедшего, и несколько раз шепнул купцу: «Не жди караван – уходи в свою страну! Не жди караван – уходи в свою страну!» Кавитти не обратил внимания на слова больного, но на всякий случай сдал серебро и деньги на хранение хозяину постоялого двора.

И правильно сделал, потому что однажды вечером, увидев, что купец идет один без охраны, на него напала шайка бандитов. Не найдя при нём денег, разбойники избили его, забрали почти всю одежду и бросили на дороге.

Лула, дочь зажиточного местного мельника, рано утром пошла по воду и нашла полуживого беднягу, привела его домой, выходила, а когда Кавитти смог говорить, она узнала, что спасла богатого флорентийского купца.

Через некоторое время пришёл караван с китайским шёлком, фарфором, пряностями и другим богатством. Кавитти успешно завершил сделку и явился в дом мельника просить руки и сердца Лулы. Девушка согласилась ехать в далекую Европу потому, что была влюблена в флорентийца. Несколько дней ушло на подготовку к свадьбе, и после пышного пиршества новый караван с молодой семьёй отправился в далёкий путь. По суше они добрались до крымского города Солдайи (так итальянцы называли Судак), а там, зафрахтовав два корабля, отправились в Италию. Во Флоренцию молодая пара прибыла с пополнением: по дороге Лула родила красивого мальчика, будущего путешественника и успешного торговца.

Артём отпил чаю из стакана с подстаканником и продолжил:

– Рассказав нам эту легенду, Валерий Павлович добавил: «Заранее готовьте себя к самостоятельной жизни. Сейчас, пока вас ведут по жизни родители и преподаватели, решите, какой путь для вас главный, и начинайте идти своим путем уже сегодня. Есть много сфер для приложения ваших усилий, к примеру торговля. Как видите, ещё в древние времена она была прибыльным делом, хоть и довольно опасным. У вас сейчас другие цели и задачи, но не все вы станете генералами: служба пролетит быстро, поверьте моему опыту, и надо будет двигаться дальше. У каждого из вас должен быть свой план, и если уж давать простор мыслям, то по-сибирски широкий».

Артём вдруг замолчал и долго смотрел в окно на проплывающие мимо сибирские просторы. В динамике звучала песня «Мой выбор» в исполнении известной рок-группы.

– Ты знаешь, Рома, я уже тогда подумал, что после службы займусь торговлей. Как видишь, уволившись в запас, я не изменил своего решения. Во мне живёт связь времён, и сейчас как никогда я чувствую связь территорий, которую издревле объединял Великий шёлковый путь. Здесь, в Сибири, я представляю себя тем флорентийским купцом: сколь долго ни длилось бы моё путешествие, а возвращение домой неизбежно. Только везу я домой не товары, а навыки ведения торгового дела. Эти прекрасные суровые места дали мне большой заряд для развития бизнеса в Крыму. Мне приходилось жить в разных местах, и, как бы ни манили неизвестные края, родные крымские пейзажи не могу променять ни на что. Мы с женой решили вернуться в Крым, так что тебе, Рома, придётся самому двигать региональную торговлю в «РАВЕ». Думаю, что ты готов к этому. Или я ошибаюсь?

Примечания