Корпорация Дар-2. «Партизанская война»

3

Лагерь клана «Викинги»

Все, что создано усилиями множества игроков за три месяца, было уничтожено. Кароги были везде, пауки отстреливали сетями вновь появляющихся из респауна голых игроков и тащили их в общую кучу, шевелящихся, копошащихся, стонущих, опять умирающих, скрипящих зубами от бессилия и злобы игроков. В центре лагеря, глядя на трех экипированных игроков, лежащих опутанными паучьей сетью, смотрел стройный стильный – другого слова не подберешь – юноша. Он был бледен, но эта бледность лишь прибавляла лаконичности стилю. Черная, как крыло ворона, челка закрывала пол-лица. Он был одет в чёрный камзол, плащ, высокие сапоги. Все сверкало чистотой и новизной. Белый накрахмаленный ворот рубашки обрамлял тонкую, но явно крепкую шею и излучал парадность одежды. В его облике было что-то анимешное, неестественное, нарочито лаконичное и строгое.

Брюнет спокойно рассматривал связанных лидеров клана и давал указания магу карогов. В его действиях и выражении лица не было никаких эмоций, он спокойно руководил процессом пленения второго по величине и силе игрового клана.

Именно это событие транслировали почти все мировые телевизионные каналы, обсуждали все игровые форумы. Это игровое событие произошло накануне глобального старта игры для всех желающих. Старт подразумевал сразу две игровые планеты. Причем планета Харм являлась полным сюрпризом для всех игроков. Единственное заявление корпорации было о том, что Харм свободен от всех ограничений, но при этом полностью оправдывает свое название.

«Викинги» были лидерами по многим показателям игры на Аттуме. Фраги, количество членов клана, популярность лидера среди земного населения, в особенности у женского населения. «Викинги» заняли большой, по местным меркам, пустующий укрепленный город и очень быстро там обжились. Фруктовые сады, большие охотничьи угодья, одичавший домашний скот, удобное расположение в замкнутой, окруженной двумя реками долине давали возможность быстрого развития. А наличие на другой стороне реки постоянного пополнения вражеских сил в виде пауков и рептолов давало постоянный доход фрагов и оружия. Кароги были редкими гостями и являлись скорее военными инструкторами, чем основными врагами. В этом же городе стоял монументальный куб с наставником внутри, а на соседней улице в одном из старых храмов нашлось и хранилище древних. Вскрыть его удалось лишь раза с двадцатого, после того как на сколопендр обрушили несколько больших каменных блоков.

Игроки, путешествующие к наставнику, успешно переплывали реку и оказывались в относительной безопасности, комфорте и уюте, формируя боевые отряды, пополняя клан «Викингов».

Семья грифонов жила тут до прихода людей. Совместно отбив нападения сколопендр и пауков, грифоны приручились и стали живыми талисманами клана. Две взрослые особи были грозным оружием и принципиальным преимуществом в соревновании межклановых рейтингов. Пара грифонов успешно отложила кладку четырех яиц, одно из которых обменяли на детёныша страшнокрыла.

Человек в черном плаще рассматривал связанного главу клана без эмоций, но с интересом. После недолгого внимательного осмотра он спокойным уверенным движением опытного хирурга острым когтем металлического наперстка разрезал до кости лицо лидера «Викингов», другим пальцем зачерпнул из раны струящуюся кровь и с гастрономическим интересом дегустатора погрузил окровавленный палец в рот. Отведя в сторону глаза, наморщив безупречный лоб, он быстрым, неуловимым взгляду движением отсек лидеру голову из ниоткуда возникшим в его руках клинком. Пока труп лидера клана исчезал, человек в плаще с расширенными глазами с брезгливостью медленно проговорил: «Мясо! Пустое бесполезное мясо», – голос, металлический резонирующий голос напоминал звук дисковой пилы, разрезающей твердую породу дерева. Рядом стоящий паук выстрелил из пращи баллоном с жидкой сетью в образовавшуюся брешь.

– Всех, у кого после смерти сохраняется доспех и оружие, приковать к стене. Плазморогов отправьте к кубу «древних». И не вздумайте пытаться уничтожить здания резонатором! Собак и свиней оставить тут лагерем. Остров для пришельцев заблокировать! Птенцов звероптиц отправить на Харм, – все эти слова записывал на переливающийся свиток угрюмый, одетый в нелепо цветной, расшитый орнаментом плащ маг карогов. Его посох висел в воздухе на расстоянии локтя от его правого плеча. Он кивал после каждой фразы брюнета и писал. Когда возникала непродолжительная пауза, он отдавал команды паукам и стоящим рядом карогам. Те, получив приказ, быстро уходили его выполнять. Военная дисциплина чувствовалась во всем: и в выполнении приказов, и в четкости действий. По всему городу сновали пауки, разыскивая спрятавшихся или успевших сменить точку воскрешения игроков. Кароги заселялись в пустующие дома, люди-кабаны тащили повозки с поклажей. На центральной площади лежал огромный труп грифона, два кабана не спеша разделывали его на куски мяса, складывая в разные повозки.

Этот кашмар транслировали все телеканалы Земли. Огромное количество зрителей жадно всматривалось в детали происходящего. Для многих не укрылись слова человека в черном о том, что птенцы грифонов должны отправиться на Харм. Для всех возник вопрос, тот ли это Харм, на который хотят открыть свободный доступ игроков на всемирном старте игры. Харм, как было заявлено, не являлся планетой, при посещении которой ставилась хоть какая-то задача. Все свободно, в том числе убийства и в том числе игроков.

Трагедия клана «Викингов» началась с того, что совет клана «Викинги», решил самостоятельно устроить рейд в пещеру, где, по предположению их разведчиков, базировалась лаборатория императора, производящая боевых монстров. Изначальный план сделать вылазку совместной с кланом «Вар» потерпел неудачу, когда представители клана «Вар» предложили провести тщательную разведку, а уже затем принимать решение по планируемому рейду. Горячие головы «Викингов» сделали ставку на бессмертие и огромную силу грифона. Он один был способен расправиться с парой десятков карогов, тем более планировалось действовать в замкнутом тесном пространстве пещеры, где терялись основные преимущества карогов, – быстрота и ловкость передвижения, виртуозность фехтования.

В игре на этом этапе кароги доставляли игрокам самые большие неприятности. Погоня, пленение, пытки, почти неминуемо смертельный исход в схватках с ними при даже двукратном превышении в количестве, а еще их станящие маги. Стан на грифона не действовал, и это был еще один аргумент в пользу самостоятельного рейда. Прошли пещеру с наскока, из двухсотрейдовых бойцов ушли на перерождение пятьдесят шесть человек, но когда дошли до конца пещеры, то в огромном зале обнаружили лишь большой черный полированный постамент из камня. Выступающий из земли пятиметровый квадрат сиял чистотой и блеском. Тут же у камня собрали совет. Было совершенно непонятно, что делать, где ожидаемая лаборатория и откуда берутся боевые монстры. Пока бурно обсуждали итоги рейда, грани квадрата стали расти вверх, и когда они выросли до полноценного пятиметрового куба, его стены пошли трещинами и через несколько секунд обрушились осколками тающего стекла. На постаменте плотно, плечом к плечу, стояла новенькая, с иголочки, сотня карогов, в центре квадрата волчьей сотни возвышался боевой маг. Он рявкнул, поднимая посох вверх! Кароги, как будто проснувшись, стали осматриваться и, увидев людей, стали спрыгивать с камня и выхватывать оружие. От неожиданности игроки потеряли время, и если бы не грифон, который сразу кинулся на карогов, как только их увидел, то бой был бы бесславно проигран. В итоге карогов одолели, но в пещере осталось лишь двадцать человек и потрепанный грифон. Когда после сбора трофеев остатки клана приняли решение уходить, стенки куба стали расти. Грифон нахохлился и встал в боевую стойку, игроки ожидали неизбежного тяжёлого боя.

Когда черное стекло осыпалось, исчезая, на постаменте остался стоять лишь один персонаж. Это был уже нам знакомый лощёный брюнет в черном плаще. Он спокойно огляделся и, не обращая внимания на шипение грифона, грациозно потянулся, плавно покрутил головой, как будто разминал шею, оглядел всех и исчез. Лишь небольшой смерч оседающей пыли остался напоминанием о ком-то, кто его создал. А затем игроки наблюдали проявление ужасной машины смерти. Первым в мясорубку попал грифон. Куски шерсти и перьев с мясом и брызгами крови летели во все стороны, казалось, по всему его телу одновременно. Грифон оседал, превращаясь в фарш, его кровь уже текла повсюду. Игроки подскочили к нему в попытке хоть как-то помочь и оказать сопротивление, хоть каким-то образом вернуть своего боевого танка и товарища, когда все они стали погибать, исчезая, уходя на перерождение один за другим.

Через три минуты все было кончено, брюнет, появившись, выглядел как мясник в конце смены, весь в крови, налипших кусочках мяса и перьев. Он сложил в скрытый карман на спине красный клинок с голубоватым отливом, поправил спадающую челку, вытянул руку и щелкнул пальцами. В его руках на самых кончиках, появился красный огонек. Он сначала вспыхнул, а затем быстро погас, превращаясь в тлеющий ободок. Волна огня пошла по рукам, голове, туловищу и растаяла на подошве обуви. Брюнета как будто отмыли, почистили, заполировали и причесали. Он сиял чернотой одежды, белизной рубашки и чистотой волос, а бледность лица замерцала голубыми искорками электричества. Левой рукой он достал из кармана черный свиток и, когда тот вспыхнул, прочитал какую-то абракадабру на непонятном языке. Квадрат опять стал расти. За тем осыпавшись на постаменте, остался лишь черный круглый столб с отверстием в центре. Брюнет молниеносно, как если бы он был тут, а через мгновенье стал там, оказавшись у столба, вложил в отверстие свиток. Затем он положил сверху красный кристалл и, что-то прошептав, спокойно ушел. Насвистывая какую-то мелодию, он, не торопясь, пошел в сторону выхода из пещеры.

4

– Расскажи, Егор, что мы знаем о брюнете, что ты увидел из новостей, трансляции игры и о чем пишут на форуме. – мы – я Егор и Клим – сидели на верхнем ряду амфитеатра, сын возился с маленьким страшиком на пару рядов ниже. Город бурлил, все были чем-то заняты, многие обсуждали две основные темы – завтрашний официальный старт игры и разгром клана «Викингов» загадочным персонажем «Брюнет».

– Да мало чего знаем. Скорость у него бешеная, или это такие короткие телепорты. Появился из пещеры, про которую думали, что это лаборатория. Но, по факту увиденного, получается, что это портал куда-то еще. Он распотрошил грифонов как цыплят. Выследил расположение клана «Викингов». Теперь город занят, «Викинги» в плену, а птенцов грифонов везут в пещеру. Эта информация часовой давности. На форуме обсуждают слова брюнета, что птенцов грифонов отправить на Харм. Если этому верить и это тот самый Харм, то получается, что в пещере портал на планету зла. А если таких брюнетов там окажется много, то нам придется туго. Пока вот такие сокращенные данные.

– В таком случае пещеру необходимо срочно разрушить, а еще лучше уничтожить портал. Надо понять, как он строится, как его уничтожить, сколько их еще на Аттуме. Это теперь наша вторая родина, и её надо защищать. А то попрет всякая нечисть с Харма. Кто его знает, какие там еще сюрпризы.

– Так, может, и нет никаких лабораторий? Может быть, это нашествие с Харма?

– Я сам, помню когда система нам объявляла монстров императора как порождение секретных лабораторий. Да, теперь, похоже, система сама в ступоре после смерти персонажа на Земле. Клим, ты-то чего молчишь? Ты самый опытный из нас, ты аксакал жизни, если можно так сказать, – Клим, казалось, наслаждался происходящим вокруг. Он, раздетый по пояс, босой, развалившись на ступенях амфитеатра, грелся на весеннем солнце Аттума, щурясь и улыбаясь.

– Когда-то в детстве мы с друзьями сооружали конструкции из столов, стульев, скатертей и тканей. И объявляли эти сооружения нашей детской территорией. Родители благосклонно наблюдали и принимали наше детское творчество. Повзрослев, мы стали строить шалаши в лесу, разжигая костры, создавая дружеские союзы, договариваясь о собственных незыблемых, как нам тогда казалось, правилах. Система, родители, государство принимали это. «Это переходный период, – говорили они. – Пусть наслаждаются детством, перед тем как войти во взрослую жизнь». Через некоторое время мы создали коммуну хиппи. Мы не хотели возвращаться под крыло системы, нам казалось, что секс лучше войны. Мы видели, что система, любая, деструктивна. Она ограничивает свободу и создает препятствия творчеству, если только это творчество не является механизмом, составляющей защиты системы или войны систем. И в этом творчестве система никак не ограничивает творца. Так и была создана атомная бомба. Так вот, к чему я это. Игра. Как вы думаете? Когда игра перестала быть игрой?

– Ты хочешь сказать, она не перестает быть игрой? И сейчас? Так это банально. Ты к чему это все?

– Я к тому, мой проницательный друг Григорий, чтобы ты обратил свой взгляд в суть процесса. Что ты сейчас наблюдаешь на Аттуме?

– Ты имеешь в виду войну систем?

– Это-то как раз банально, как и то, что земляне являются инструментом в войне систем. Я о том, что система, имеющая в своем арсенале любые совершенные инструменты, по какой-то одной ей ведомой причине применяет, на мой взгляд, самый несовершенный, а именно слабых несовершенных людей. В нашем арсенале лишь высочайшая приспосабливаемость и подаренное нам бессмертие, которое с таким же успехом может быть отнято.

– Вот кто бы говорил о слабости и несовершенстве? Ты без всякого посредничества перенес ребенка из одного мира в другой.

– Да, это было, но при этом я чуть живот не надорвал. А как тебе сила перемещения миллиардов людей? Да еще и на две планеты.

– Но почему-то именно на нас ставку сделали в деле освобождения планеты. Наверное, как-то эти умы просчитали возможные варианты.

– Ладно, пора испортить эту надменную физиономию. Брюнет, говоришь? Давай для начала обрушим пещеру над порталом. Даже если они откопаются с помощью своих сколопендр, пройдет немало времени, а разрушить я точно смогу. Есть у меня одна возможность устроить локальное землетрясение. И в этот раз я пойду один… На тебе, Егор, клан и плато, а тебе, Клим, похоже, предстоит разобраться с личными проблемами, пока ты два дня спал, к тебе наведывались посетители. И, как выяснилось, кто-то тебя знал в том мире, когда ты был еще таким же юным, как и я. А вот и она, – плавно, грациозно, в длинном расшитом сарафане, похожем на легкий плащ, или, может быть, легком плаще, похожем на сарафан, к нам по ступеням поднималась Милана. Длинная тугая коса подчеркивала стиль русской красавицы. Вокруг Клима поднялось облако, и уже стала материализовываться голая нимфа, но Клим, улыбнувшись щелкнул пальцем, и красивое видение стало исчезать, зато вместо него материализовался огромный лохматый рыжий кот. Он не спеша и, как показалось, с некоторой ленью спустился на одну ступень навстречу к Милане. Клим ошарашенно, хлопая глазами, смотрел на кота. Милана улыбнулась, громко поздоровалась со всеми, а обратившись к Климу, отдельно поприветствовала:

– Привет, скиталец! Ты думал, ты один таскаешься со своим приданным, или, правильнее сказать, преданными?

– Мила! Мила! Мила! – он кинулся к ней навстречу, подхватил на руки и стал целовать в лицо, губы, волосы. – Как же я долго тебя искал. Я же чувствовал, что ты где-то здесь, – кот спокойно сел и стал деловито осматриваться. Мы все, улыбаясь, с любопытством наблюдали встречу в полном смысле слова через столетие. Несведущим никогда бы и в голову не пришло, что этим двоим, на вид не более тридцати лет, больше чем по сто двадцать лет.

– Я тоже тебя искала, Климушка. Это была еще одна причина отправиться в этот мир.

– Ты где пряталась все это время?

– В лесу, на Алтае, училась у местных шаманов. Десяток лет в Тибете в монастыре. Там мы с тобой на пару лет разминулись, я потом это узнала.

– Это твой, ээ, кот?

– А, понимаешь, кто это?

– Да я вижу, что не кот это, а кто понять, не могу, – она звонко, как колокольчик, рассмеялась.

– Это мой домовой. Вижу, не ожидал ты такого увидеть? В лесу свои домовые, не корявые старички и мохнатые зубастики, а вот такие сибирские пламенные красавцы.

– Он у тебя общается?

– Да, наверное, так же, как твоя голая девица, они, похоже, из одного пространства, а может, и нет.

– Очень похоже, – Клим с прищуром и улыбкой разглядывал кота, не выпуская из рук Милану. Затем резко отвернулся и впился в глаза Миланы. – Как же я по тебе скучал, Мила! Ты из наших кого-нибудь еще нашла?

– Нет, Климушка, Ромка и Лева погибли в Отечественную, Елена умерла при родах, ее близнецов я уже похоронила, тоже на войне погибли. Больше ни о ком не слышала. Ты, я смотрю, ведьмак?

– Это смотря что ты под этим подразумеваешь.

– Уразумеваю колдуна, волшебника, мага. Ты еще что-то можешь? Ты как малыша спас? А как сюда перенес? В Тибете этому не учат. Там изучают вибрации души, тела, пространства, а ты вон что.

– Это все работа с энергиями. Я начал создавать новые конструкции из уже освоенных учителями магических практик. Пытался понять, чем владею и что можно развивать и изменить. А ты, предсказательница моя, далеко продвинулась?

– Нет, так далеко, как ты, я не пошла, что-то вижу, а другое лишь на секунды, но дар есть дар, развиваю потихоньку. Тебя вот вообще не увидела, то, что мальчик к Григорию вернется, видела, а тебя нет, странно это, – я, сидя рядом, приобнял сына, который уже поднялся ко мне, горбатый страшик, как взрослый лемур, сидел у него на плече и с удивлением все разглядывал. Я думал об этих, выглядящих моложе меня, двоих влюбленных. Было ощущение наблюдения одного целого, чего-то большого и красивого. Я обратился к сыну:

– Андрей, как тебе в этом мире?

– Классно, пап! Сегодня большой праздник – Всемирный старт! Мы с Бомом подружились, он катал меня по всему городу! Мы убили с ним одну сколопендру! Ну, Бом убил, когда я сидел у него на шее, я кидал в нее камнями. Страшики ее растащили, там было ожерелье и оружие. Оружие мы сдали на склад, а ожерелье вот, – он вытащил из-за пазухи плоский, как большая монета, черный диск с дырочкой на кожаной веревке, – мне дядя Егор его подарил. Сказал, что это защита от любых физических воздействий на одну минуту.

Я оглянулся на Егора – он ловил каждое слово наших великовозрастных влюбленных, и, только когда я окликнул его, он, засмущавшись, отошел от них и подошел ко мне.

– Спасибо! – я показал ему амулет. – Егор, возьми, пожалуйста, Андрея под опеку. А мне надо прогуляться до одной пещерки. Сколько «Викингов» смогли уйти из плена? Есть проводник?

– Да, мы договорились о взаимодействии, о том, что портироваться сможем в любое время. Они ждут у нас в гостинице. Я за ними уже послал, скоро будут. Ты уверен, что пойдешь один?

– Да, Егор, у меня, как ты знаешь, есть все для того, чтобы разрушить более грандиозное сооружение, а не просто большую пещеру. Ну а если что-то пойдет не так, увидимся на точке возрождения. Все мое останется при мне, а лишнего я с собой не возьму. Смотри за сыном.

– Да, конечно, Гриш, не переживай. Я сам скоро в очередь буду вставать за ним смотреть. Так сказать, сын полка! Ну, и твой, конечно. И не опаздывайте, сегодня большой гала-концерт, нон-стоп, с ноля часов большой старт, триста миллионов игроков появятся в игре, хмм, одновременно. Будем собирать попаданцев-иностранцев, бабушек и дедушек со всех лесов. Девушек! Пауки, кстати, тоже активизировались, как будто чуют чего.

– Да уж, человечиной, видимо, через пространство запахло. Смеюсь. Раздавим их как клопов, да и с брюнетами с этими справимся. Сын здесь, Клим здесь, его столетняя девушка, – я взглянул на красавицу Милану, сидящую у Клима на коленях, и разрез на сарафане выгодно оголил ее безупречные колени. Они без остановки что-то друг другу рассказывали, смеялись, целовались, не обращая ни на кого внимания. – Он, я так думаю, за ее благополучие не только кого-то сюда притащит, но и отсюда куда подальше отправит.

– Думаю, этот сможет. У меня ощущение, что он и нас великолепно слышит, хоть мы и в десятке метров на шумном галдящем стадионе, – в амфитеатре стал собираться народ, заранее занимать лучшие места, а кто-то – готовиться к выступлению, стендаперы уже развлекали публику злободневными шутками, пытаясь прославиться, имея такую огромную аудиторию, кому-то аплодировали, кого-то освистывали. Все шло своим чередом.

– Ладно, Егор, посматривай тут за всем, интересные выдаются сутки. Где мой проводник?

5

Пещера.

Проводника звали Павел. Я попросил его навести телепорт не на саму пещеру, а на какое-то место рядом с ней. Надо было оглядеться.

То, что я увидел, превзошло все мои ожидания. Мы вышли на опушке леса, на холме, в паре километров от входа в пещеру. Там собралось несколько десятков тысяч карогов. Шатры, палатки стояли повсюду от горизонта до горизонта. Мы чудом не угодили в сам лагерь, но между нами оказался крутой овраг с большим ручьем, протекающим по его дну. Повозки, люди-кабаны, кароги-маги – их всех тут было не перечесть, и все они готовились к походу. Глядя на все это, я порадовался, что лагерь «Викингов» находится приблизительно в тысяче километров от нашего плато. Если бы он был в двухстах километрах, мы бы уже сейчас стали готовиться к большой войне.

Я прикинул, что при всей моей сегодняшней силе и экипировке здесь мне напролом не пройти. Надо было что-то предпринимать, и при всем отсутствии выбора я решил сыграть Александра Матросова, закрывшего вражескую амбразуру своей грудью. Жаль, что у Александра Матросова не было точки возрождения. Но тогда, наверное, это бы не стало подвигом, а было бы просто военной хитростью.

– Павел, давай, ныряем прямо к этому черному кубу. Я сейчас приготовлю посох и прямо с ходу разрушу этот безумный портал и всю пещеру вместе со всеми ее обитателями.

На нас уже были надеты амулеты невидимости, и когда Павел дочитал последние строчки свитка с указанием места, мы шагнули в черноту портала.

Оказалось, что нас тут уже ждали. В Павла через секунду вонзилось около семи стрел из черного металла, и он растворился, оставив после себя утыканный стрелами костюм. В меня стрелы сыпались без остановки, костюм неуязвимости держался хорошо, но я уже набрал ускорение и крушил все движущееся вокруг. Я превратился в быстроногую передвижную мясорубку, продвигаясь к черному, полированному и как будто вибрирующему низкими частотами кубу. Кабаны и кароги, маги и офицеры – все наваливались на меня сплошной массой, и я сделал прыжок под купол этого опасного цирка, приземляясь прямо на куб и ударяя по нему моим белым, похожим на длинную трость посохом!

Все резко замерло, как будто картинка остановилась, сделав еще один прыжок в сторону от этой непонятной и оттого устрашающей картины, я увидел, как куб колыхнулся, как студень, от моего прыжка, а затем резко, как разбитый большой аквариум, разлился по всему полу огромной мерзкой зеленоватой густой жижей. В нос ударила волна ужасной вони. Даже запахи дорожных туалетов, наполненных многодневными испражнениями, казались щадящими и умеренными в сравнении с этим зловонием. В ушах набатом проклокотало очень громким, но при этом булькающим голосом: «Кто посмел!? Убью!», – а затем из жижи стало подниматься нечто! Этому нет описания. Постоянно переливающееся дерьмо, булькающее, двигающееся, создающее из этого всего двуногую фигуру!

Зажав нос, я изо всех сил ударил концом посоха в пол пещеры! Каменная волна пошла во все стороны, вырастая в огромный, все крушащий вал. Потолок пещеры не заставил себя ждать, он обрушился весь и сразу, сминая меня мгновенно в облачко эфирного пара.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.