Ошибочка вышла

Глава 6

Яна

Каждый кто говорит, что не завидует – отчаянный лжец. Все завидуют. Это неотъемлемая часть человеческой натуры. Насколько бы идеален ты не был, насколько бы богат ты не был, ты все равно найдешь чему завидовать.

Чему завидовала я? Я завидовала парочке, проходящей мимо меня. Вне всяких сомнений, они были влюблены. Их счастливые улыбки, горящие глаза – все это свидетельства любви. Я много раз замечала, что влюбленные люди словно оживают. Сейчас была зима, но, казалось, они несут с собой весну, такими оживленными они были. Мне была незнакома такая любовь.

Остаток недели прошел менее сумбурно. Тим после игры не появлялся. И слава богу!

За неделю я успела придумать сотню отмазок, чтобы только не ехать к этому мерзавцу домой и не устраивать театр двух весьма сомнительных актеров. Однако заранее знала: какую бы отмазку я не придумала, Лисин меня раскусит. Полагаю, по одному его виду понятно, что он тот еще авантюрист. А, как известно, рыбак рыбака видит издалека. Шансы провести этого хитрого лиса были ничтожно малы.

«Что ж, в таком случае мне остается только играть по его правилам. К тому же, правила созданы для того, чтобы их нарушать, верно?» – монолог в моей голове прервал звонок мобильного телефона.

Подойдя к окну, поставила свой латте на подоконник и достала телефон из сумочки.

«Папа»

Я вздохнула, устало потерла переносицу, после чего все же сняла трубку, уже представляя, о чем пойдет речь.

– Алло?

– Дочь, здравствуй, – как всегда консервативным тоном поздоровался со мной, и я просто не могла не закатить глаза. Эта его намеренная строгость – сплошной цирк. Я-то знаю, что он добряк. Кого спрашивается он хочет надуть?

– Здравствуй.

– Как твои дела? – издалека начал, и мне не удалось сдержать смешок.

– Дела – отлично, – ответила нарочно скучающим тоном.

– Дочь, – сделал паузу, – ты знаешь, – несколько нервно начал он, и я знала, что мама разве что текст ему не написала, что он должен мне сказать. Сама она была слишком гордой, чтобы позвонить неблагодарной дочери, которую они вырастили, а та захотела от них съехать. Да и еще к кому? К ее родной сестре? К слову, с которой они всю жизнь соревновались, хоть и довольно неплохо общались. – Дома тебе всегда рады. Твоя мама, – на этом я его прервала.

– Если маме есть что мне сказать, пусть сделает это сама.

Папа глубоко вздохнул, и я уже могла представить, как он по привычке снял очки и потер переносицу. Он так делал всякий раз, стоило нам с мамой начать спорить.

– Хорошо, – сдался, пробурчав что-то отдаленно похожее на: «упрямство это у вас в крови», а после продолжил: – Зайди ко мне. Я дам тебе материал для доклада.

– Откуда ты знаешь про доклад?

– Дочь, я у тебя профессор или кто? – усмехнулся.

– Хорошо, сейчас буду, – ответила, а после сбросила звонок.

С папой у меня складывались отношения лучше, чем с мамой. Полагаю, это потому что он меня больше понимал. При этом наперекор маме все равно идти не решался. К слову, мама у меня была хирургом. Весьма строгая женщина, которая все пыталась держать под контролем. Очевидно, если бы я не съехала меня бы выдали замуж за хорошего, по ее мнению, мужа. Конечно, я же не захотела идти по ее стопам. Впрочем, я и пением начала заниматься исключительно ей назло, а затем как-то втянулась и начала получать удовольствие.

Мой отец, также известный как – Алексей Витальевич, преподавал в другом корпусе. Идти было недалеко.

Я кинула взгляд на окно.

М-да, погода сегодня не располагала. Опять мела метель. Я люблю снег, но не пургу, когда ничего не видно.

«Возможно, из-за погодных условий Тим отменит нашу поездку», – загорелась во мне надежда.

Было бы очень кстати, а потом уже можно будет и не ехать, мол, поезд ушел. Кто не успел, тот опоздал, как говорится. С такими коварными мыслями я забрала свой латте и направилась к отцу.

***

– Как ты мог?! – закричала, топая к выходу из здания.

– Яна, вернись! – крикнула мне вдогонку мама, на что я лишь фыркнула.

– Милая… – начал папа, но, встретив мой пронзительный взгляд, замолчал и понуро опустил голову.

Я со всей силы дернула на себя дверь и вышла, чтобы не слышать ворчание матери и глупые оправдания отца.

Не могу поверить, что он позвал меня, когда там была она! Знал же, что ничем хорошим это не закончится! Да мы же как кошка с собакой!

В очередной раз мне пришлось слушать обвинения! Моя мать – самый настоящий самодур. Всегда говорит, что не просто хочет как лучше, а знает как лучше. Безусловно, мое мнение не учитывается. Могла бы хоть раз не устраивать скандал! Так нет же!

Я зарычала, крепко сжимая в руках сумку, будто она виновница всех моих бед.

Порой мне казалось, что я ненавидела свою мать. Она настоящий диктатор. Если что не по её, так это неправильно. Я жила так девятнадцать лет и больше не намерена. Довольно! Пора взрослеть!

До меня донесся стук двери, а затем каблуков. Не было нужды оборачиваться, чтобы понять что мама последовала за мной. Полагаю, эта женщина собирается меня преследовать!

– Яна! – закричала она, однако я проигнорировала, продолжая свой путь.

Свернула на дорогу к главному корпусу. Понятия не имею, то ли удача была на моей стороне, или ж напротив неудача, но… Облокотившись на свой джип, стоял Тим и курил сигарету. Около него крутилась какая-то девица. Подойдя ближе, распознала в ней Ангелину с соседней группы. Не могла сказать о ней ничего плохого, но и хорошего тоже: слишком мало о ней знала.

Лисин пока меня не заметил. Должно быть, был слишком занят созерцанием прелестей своей собеседницы. Впрочем, неудивительно.

Я понятия не имела, за мной он здесь или же нет. Сейчас меня это волновало меньше всего. В считанные секунды я оказалась около Лисина, но он меня все равно не замечал.

– Поехали! – рявкнула, наконец привлекая внимание этого казановы.

На лице парня отразилось удивление, а затем замешательство.

Так и не дождавшись ответа, я открыла дверь машины и нагло уселась на переднее сиденье.

Лисин, очнувшись от ступора, что-то пробормотал шокированной Ангелине. Написав на ее руке свой номер (какая банальщина!), он обаятельно улыбнулся. Лишь после этого Казанова соизволил посадить свою задницу в машину.

Буквально за секунду до того, как мы тронулись мама вылетела из-за поворота. Она заметила меня сразу же. Я видела, как степень ее злости возросла до уровня неконтролируемой ярости.

– Молодой человек, прошу сейчас же выпустить мою непутевую дочь! – подходя, командным тоном заверещала она.

Тим одарил меня вопросительным взглядом, на что я покачала головой.

Он прикусил губу, секунду что-то обдумывая (наверное, не стоит ли выкинуть меня из машины, чтобы не иметь дело с сумасшедшими женщинами), а после уверенным плавным движением все же вырулил, бросая моей маме через окно:

– Прошу прощения.

Молчание затянулось на долгих пять минут. Тим не спешил спрашивать меня обо всей этой ситуации невольным участником которой он стал, и за это я была ему благодарна. Кто бы мог подумать, что он такой тактичный?

Последнее что мне хотелось так это рассказывать о том цирке, что творился в моей семье. В частности, что родители до сих пор бегают за мной как за маленькой, всякий раз указывая на мой незрелый возраст, слабый характер и несамостоятельность.

Тишину прервал звонок телефона.

Я кинула взгляд на гаджет, находящийся в моей руке, и фыркнула. Сбросила, а после и вовсе отключила.

– Итак, – произнес Лисин, прерывая молчание, тем самым заставляя меня напрячься.

Я уже было успела придумать кучу отмазок на его вопросы относительно эпизода на улице, но Тимур меня удивил, сказав:

– Мы сейчас заедем к тебе. Возьмешь вещи на два дня, а потом выезжаем к родителям.

Возмущенно я выкрикнула:

– Но ты говорил, что мы поедем вечером! Сейчас только четыре часа дня!

– Планы поменялись, – несколько резко ответил. – Сейчас уже четыре. Пока ты соберешься – будет пять. Нам ехать не меньше трёх часов. Приедем к восьми вечера. И это если в пробку не попадем, а так и вообще к девяти, – рассуждал Тимур вслух.

– У меня сегодня репетиция, – сложила я руки на груди, демонстрируя этим жестом всю свою важность.

Тимур окинул меня скептическим взглядом и, усмехнувшись, произнес:

– Уже нет.

Мне захотелось кинуть в него чем-то тяжелым, чтобы стереть с наглой физиономии самоуверенность, однако на сегодня мои силы были исчерпаны. Махнув рукой, при этом не забыв скривить лицо, я откинула голову на сиденье и уставилась в окно.

Спустя двадцать минут мы остановились возле моего дома. Лисин командным голосом отчеканил, что в моем распоряжении сорок минут, а затем уехал по своим крайне «важным» делам.

Я достаточно быстро собралась. В частности, потому что собрала сумку еще вчера. Я-то думала, что успею попасть на репетицию. К слову, Владимир Николаевич не обрадовался моему сегодняшнему отсутствию. Не то чтобы у меня был выбор. Точнее, выбор есть всегда. Вопрос в том, как дорого он может обойтись. Если я кину Тимура и пойду на репетицию, он припрется туда, закинет меня на плечо и утащит. С него станется. Такого бесцеремонного поведения Владимир Николаевич не одобрит еще больше. Точнее, будет в высшей степени возмущен, что какой-то наглый сорванец посмел прервать репетицию, а выслушивать потом мне…Нет, уж лучше так.

Только я успела сделать бутерброды, как от Лисина пришла смс.

«Выходи»

Взяв термос и наш маленький тормозок, я закинула сумку на плечо и вышла из квартиры. Через минуту я уже усаживалась в машину. Удивительно, но в ней я ощущала себя комфортно, словно каждый день на ней езжу.

«Если голубоглазый дьявол от меня не отстанет, чувствую буду на ней часто кататься», – поморщилась, тут же выкидывая эти нелепые домыслы из своей головы.

– Метель начинается, – будто Тимур и сам не заметил, произнесла со слабой надеждой.

– Мы все равно поедем, – ухмыльнувшись, пресёк на корню мои попытки саботировать поездку. – Что это там у тебя? Чай? – поинтересовался, кивая головой на термос в моих руках.

– Ага.

– Налей мне, – скорее приказал, чем попросил Лисин.

Я недовольно на него зыркнула, уже собираясь послать за такой беспардонный тон, как Тим поспешил добавить самым милейшим голосом:

– Пожалуйста.

Ему бы в театре играть с его обаянием. Такой талант пропадает.

Закатив глаза, все же налила этому охламону чая, а после вложила железную полукруглую чашку в руку.

– Спасибо.

Потянулась, чтобы включить радио. Уж больно, напряженная тишина между нами повисла. Да и о чем нам говорить? Оказывается, мы можем только спорить.

– Не включай, – отрезал Тим, на что я фыркнула, и, конечно же, включила.

Лисин только пробормотал себе что-то под нос, однако радио не выключил, отчего на моем лице расплылась ликующая улыбка. К чему лукавить, мне нравилось его раздражать.

Спустя час езды все игры на телефоне закончились, песни по радио начали крутить по второму разу, а молчание Тима и вовсе стало раздражать.

Я глубоко вздохнула и посмотрела на парня. Тот сосредоточенно вел машину.

– Какова версия? – задала вопрос, делая звук радио тише.

– Версия? – нахмурившись, переспросил.

– Ну того как мы начали встречаться, и тому подобное, – пожала я плечами.

– А ты похоже спец, да? – несколько дразнящим тоном проворковал Лисин, ухмыльнувшись.

– Ты имеешь в виду, часто ли я помогаю идиотам? – не смогла судержать язык за зубами, приподняв важно подбородок.

Губы Тима сжались в тонкую линию. Он одарил меня тяжелым взглядом, после чего хмыкнул.

– А тебе приходится им часто помогать?

– К счастью, ты единичный случай.

– Для тебя, солнце, я буду кем угодно, если ночью мне что-то перепадет, – заявил, словно невзначай проводя своей рукой по моей ноге. Я возмущенно засопела и дёрнула ногой, сбрасывая его руку.

– Кретин! Ты же обещал!

– Пардон, мадмуазель, забылся, – очаровательно мне улыбнулся, невинно хлопая глазами.

– На меня твои улыбочки не действуют.

– И это мое наказание, – раздосадовано вздохнул он. – Я-то все еще надеюсь тебя трахнуть.

Да как он…?

Ну, знаете ли!

Все слова застряли в горле. Этот голубоглазый антихрист вообще знает, что такое приличие? Не то чтобы я ханжа, но это слишком грубо. К тому же, самонадеянно. Признаться, давно я не встречала настолько прямолинейного человека. Ко всему прочему, мне казалось, что мы уже давно проехали эту щепетильную тему.

Похоже, только я старалась всеми силами забыть тот кошмарный вечер. Лисин же напротив каждую нашу встречу не стеснялся мне напомнить об этом «казусе». Эти выходные будут проверкой моего терпения. Надеюсь, что я не сорвусь и не убью этого засранца.

– Да ладно тебе! Не надо делать такие глаза, будто не сидела на мне верхом, – добил меня своим фамильярным поведением.

– Я перепутала! – выпалила.

– Как угодно, но тебе все равно понравилось, – ни секунды не сомневаясь в своей правоте, изрек Тим.

– Вот еще! – фыркнула, поморщившись. – Ты обещал без своих дурацких намеков. Спешу тебе напомнить, что после поездки наши пути разойдутся, как в море корабли.

– Ты не захочешь разойтись.

– Ты так уверен? – наградила его скептическим взглядом.

– В любом случае у меня есть два дня, чтобы это проверить, – ухмыльнулся Тим.

Я лишь на это позерство закатила глаза, а после поспешила перевести тему на более нейтральную.

– Какая версия?

– Познакомились через друзей.

– Хорошо, – кивнула головой, соглашаясь. – Сколько мы вместе?

– Около трех месяцев, – без раздумий ответил.

– Ты врал своим родителям три месяца?

– Я не врал. Просто не хотел их расстраивать.

М-да, от такого парня можно ожидать чего угодно. Если уж он своим родителям вешает лапшу на уши, то что говорить о девушках. Бедная Ангелина. Уже наверное планы на него построила…

– Да, кстати, – прервал мои размышления Тим, – Маму зовут – Антонина Николаевна, папу – Семен Петрович. Дальше разберемся по ходу дела.

– О боже, зачем я только на это согласилась? – простонала, проводя рукой по лицу.

***

Когда мы добрались, время подходило к десяти вечера. Я была на взводе. Мы попали в жуткую пургу. Ко всему прочему, это недоразумение не хотело останавливаться. Благо, хватило ума ехать медленно. Мы так долго ехали, что кажется мой зад принял форму сидения.

Мысленно я истерила и проклинала этого мерзавца, а на яву мне пришлось нацепить на лицо милую улыбку и под ручку с Лисин топать к воротам дома.

– Помни, мы счастливая пара, а убить ты меня сможешь потом, —наставительным голосом произнес Тим, после чего нажал на звонок.

Я осмотрелась.

Да он, похоже, мажор!

Уже из-за ворот виднелся большой трехэтажный дом с большими панорамными окнами и огромным количеством елок, но самое удивительное, что почти все были украшены, а несколько даже светились гирляндами. Дорогое удовольствие, я вам скажу.

Впрочем, мне стоило догадаться, как только я увидела его тачку. Стал бы бедный студент ездить на джипе и снимать дом? Очень сомневаюсь. Я вот например, как и большинство моих знакомых, передвигались на автобусе.

Спустя минуту дверь открылась и перед нами предстала светловолосая женщина низкого роста.

Лицо Тима тут же осветила искренняя улыбка. Наклонившись, он обнял женщину.

– Мамуля, привет! – поздоровался, а затем, отстранившись, пододвинул меня за талию к себе. – Это – Яна.

– Кхм, здравствуйте, – неловко пролепетала.

– Здравствуй, – добродушно произнесла она, а после заключила меня в крепкие объятия.

Я сперва опешила, но затем все же обняла ее в ответ.

Вот это гостеприимство!

– Наконец-то мой мальчик взялся за ум.

Мне с трудом удалось не фыркнуть. Если бы она знала, что ее сынок и не планировал браться за ум, то не стала бы так добродушно нас встречать. Полагаю, дала бы нам пинок под зад.

– Ну давайте! Проходите, – подогнала она нас.

– Ты иди, – повернувшись ко мне, произнес Тим, – а я машину в гараж загоню.

Мне захотелось возмутился, но я и очухаться не успела, как его мама уже тащила меня за руку к дому, между тем задавая вопросы, на которые я едва успевала отвечать.

Не прошло и десяти минут, как меня усадили за стол. Не знаю, зачем Антонина Николаевна наготовила на целый полк. На столе стояло несколько салатов, мясная запеканка и закуски. Я, признаться, даже застеснялась, но Антонина Николаевна чуть ли не силой заставила меня наложить себе всего да побольше. Сама же она, точно разведчик, выуживала у меня информацию. Где учусь, кто родители, сколько детей хочу, как их назову и где будет свадьба.

От последнего вопроса я аж подавилась. В голове все смешалось. Прежде мне доводилось представлять свою свадьбу только с одним человеком. Впрочем, и сейчас я представляла ее только с Даниилом. Свадьба с Тимом даже звучит глупо. Если и думать обо мне как о невесте Лисина, то разве что обрюхаченной и брошенной.

Мысленно я представила свадьбу, на которой Тим мне изменяет с подружкой невесты, а после меня утешает Даниил в своих нежных объятиях. Вот это был бы номер! Я уже представила, как Даниил меня страстно целует… Но Лисин зашёл на кухню, и мои мечты разбились об реальность.

– Как вы тут без меня, дамы? – произнес, садясь на стул сбоку от меня.

Антонина Николаевна тут же засуетилась и принялась Лисиную насыпать еду, приговаривая что её мальчик мало кушает и обещая дать мне пару рецептов.

Вообще-то я ожидала, что будет много людей. Возможно, сестры, братья, если такие имеются, но кроме нас троих никого не было.

– Когда будет отец? – поинтересовался Тимур, отпивая чай.

И куда только влазит?! Он же съел половину запеканки и салатов!

– Ой, эта его работа, – махнула женщина рукой. – Завтра должен с утра приехать. Еще будут Николь и Самвел.

– Хорошо, – кивнул он головой.

Они еще переговаривались, но я потеряла нить разговора. День был тяжелый. Голова гудела, и меня охватила дикая усталость. Глаза то и дело слипались, и я без конца зевала.

– Мам, – произнес Тим, кладя свою руку мне на коленку под столом, отчего я тут же подскочила. – Мы пойдем спать. День был тяжелый.

– Конечно-конечно! Идите, дети! – пролепетала она.

– Давайте, я помогу, – вставая из-за стола и взяв тарелки в руки, сказала.

– Я справлюсь. Идите, отдыхайте, – приказным тоном отрезала Антонина Николаевна, и у меня не возникло даже мысли ее ослушаться. Очевидно, командовать – это у них семейное.

Мы поднялись по лестнице и прошли по коридору. Оказавшись у двери в самую последнюю комнату, Лисин ее открыл и подтолкнул меня в спину.

Зайдя, я внимательно осмотрела владения «врага». Посередине стояла большая кровать, панорамные окна открывали прекрасный вид на сосновый лес. В дизайне комнаты, а то, что тут поработал дизайнер – не было сомнений, преобладало дерево. Впрочем, и сам дом был отделан из дерева. Также в комнате была большая плазма, плейстейшен и остальные «чуда» техники. А ещё у Лисина имелась личные гардеробная и ванная комната!

Чертов богач! И нет. Я не завидую. Ни капли.

Особенно меня порадовал камин. Не электронный, а самый настоящий. С дровами и кочергой, как положено. Это придавало комнате особого уюта.

– Располагайся! Чувствуй себя как дома, и вся такая фигня.

– Черт! – прошипела, стукнув себя по лбу ладошкой, – мне нужно забрать сумку из машины. Там вещи.

– Зачем? – ухмыльнувшись, спросил этот гад, окидывая меня весьма неприличным взглядом.

– За шкафом, – прорычала я.

– Расслабься, дорогая, – притянув меня к себе и поцеловав в лоб, проворковал Лисин, а после невозмутимо добавил: – Я принёс твою сумку. На кресле лежит.

Я закатила глаза, пробурчав себе под нос «идиот», а после, оттолкнув нахала, подхватила сумку и направилась в ванную.

– Давай я потру тебе спинку! – донеслось до меня, но в ответ я лишь хлопнула дверью, а затем ещё и закрылась на замок.