Последний легион

Ангара нажал клавишу, и застывшее перед ними изображение ожило.

Это была одна из улиц Леггета. Каменное здание протянулось почти на весь квартал, и камера была установлена напротив него, через улицу. На здании висела скромная вывеска: ГОРНОДОБЫВАЮЩАЯ КОМПАНИЯ «МИЛЛАЗИН». На площадке около здания стояли три бронированных лихтера, рядом с которыми расхаживали четыре вооруженных охранника.

– Бедняга Миллазин, – пробормотал Хедли. – Сначала они пытаются захватить его дочь, потом воруют его золото.

– Интересно, что огорчило его больше?

– Первое, – ответил Хедли. – Он в самом деле ее любит. К тому же она еще совсем девочка. Золото просто стало последней каплей. Но у него есть еще повод для огорчений… Я тут поболтал с ребятами из экипажа «грирсона», на котором летал Янсма, и выяснил, что у парня что-то было с дочерью Миллазина.

Изображение замерло, и Ангара удивленно взглянул на молодого офицера.

– Трудно поверить, что это случайное совпадение.

– Вот-вот, и мне так показалось. Чертовски интересно. Давай смотреть дальше, друг мой. Может, мы что-то и упустили.

Ангара снова нажал клавишу.

Из здания компании «Миллазин» вышли шесть человек, каждый тащил небольшой переносный сейф с деньгами. В среднем лихтере открылись боковые двери. До сих пор все происходило в соответствии со стандартной процедурой доставки денег на шахты С-Камбры – наличные кредиты вместо электронного перевода. Шахтеры-'раум, не слишком доверяя своим боссам – и не без оснований, – настаивали, чтобы им платили «настоящими» деньгами. Однако в процессе передачи денег произошло нечто непредвиденное. Из бокового проулка вынырнули два бронированных грузовых корабля и протаранили передний и задний лихтеры. Из кораблей попрыгали 'раум и открыли стрельбу. Охранники ответили огнем, побежали, но были застрелены. Подлетели два других лихтера, их задние двери распахнулись, оттуда выбросили трапы, и 'раум начали грузить сейфы на борт. Все 'раум были в капюшонах с масками. Все, кроме одного.

– Дай-ка нашего мальчика крупным планом, – попросил Хедли. Ангара так и сделал. И экран заполнил Гарвин Янсма с бластером в руке. – Отлично. Теперь вернись назад, к тому моменту, как он выпрыгивает из корабля.

Быстрая прокрутка, и вот уже Гарвин вместе с 'раум соскакивает на землю, прицеливается, нажимает на спусковой крючок, прицеливается снова…

– Ну-ка, еще раз, – сказал Хедли. – Останови момент, когда он стреляет. Хорошо. У этого бластера небольшая отдача, тебе не кажется?

– Пожалуй.

– Расширь угол. Ну а теперь покажи мне, кого он застрелил.

Ангара отмотал запись назад, вперед, назад, вперед…

– Никого, – ответил он. – Дерьмовый стрелок?

– Имеет квалификацию меткого стрелка, – заявил Хедли. – Может, они пока не доверяют ему и не дали боевых зарядов?

– Не факт. Однако ясно, что это была проверка. Им, без сомнения, известно о существовании камер, фиксирующих все происходящее на входе в компанию «Миллазин», и недаром лицо открыто только у него одного. Они сделали все, чтобы теперь ему просто некуда было деться. Даже если у него нет боевых зарядов, уже самого факта, что он принимал участие в этой операции, достаточно, чтобы ему пришлось несладко, когда мы его схватим.

– Может быть, – сказал Хедли. – Пошли дальше. Так. Вот он делает вид, что стреляет… Взгляни-ка на эту женщину у него за спиной. Ее обрез, между прочим, все время нацелен в юного финфа Янсму, видишь? Да, они не доверяют ему. Смотрим дальше. Теперь он делает то, что ему приказано, – просто стоит и ждет, пока они крикнут, что все золото погружено. Забирается в лихтер – ну, чем не мятежник? – и отбывает вместе с остальными и добычей. Конец эпизода, начало легенды. Теперь один из наших врагов – Янсма-мятежник, черт бы его побрал. Правильно?

– Правильно, – согласился Ангара. – Конец легенды наступит тогда, когда мы его подвесим за задницу.

– А вот и неправильно, – возразил Хедли. – Отмотай обратно к тому моменту, когда он целится из бластера, и дай крупным планом его лицо. Приглядись повнимательней.

– Он напуган, – сказал Ангара. – Поэтому и мигает так часто. У меня тоже был бы тик, если бы я предал все и всех, с кем делал общее дело.

– Чертовски странный, какой-то неровный тик. Нет, что-то тут не так. – Хедли попросил уже заметно раздраженного Ангару еще два раза прокрутить эту сцену, а потом взял блокнот и карандаш. – Ты имеешь представление об азбуке Морзе?

– Более или менее. Правда, это было очень давно.

– Ну, давай еще разок, только медленно.

По мере того как сцена разворачивалась перед его глазами, Хедли писал что-то в блокноте.

– Теперь мне нужно кое с кем связаться. – Он защелкал клавишами, сделал запрос, выслушал ответ и отключился.

– Ну, ну. Все гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд, – заявил он. – Я попросил еще раз проглядеть личное дело финфа Янсмы. Ничего, в общем-то, нового – он преуспел во всем, чему обучался. Включая курс коммуникации, причем в том числе и методом гипно-кондиционирования. И вот тебе результат. Веко у него не просто так подергивается, а в коде азбуки Морзе: «Т, У, Д, А, И, С, Ю, Д, А».

Ангара смотрел на буквы, пытаясь понять, что они означают.

– Ну и какой в этом смысл, Хедли? Чушь какая-то.

– Почему же чушь? «Туда и сюда» значит, что он как бы работает на обе стороны. А что ничего больше не успел сказать, так у него времени было в обрез.

– Ох, мать твою… – не удержался Ангара. – С ума можно сойти!

– Это точно. Ну что, какое принимаем решение? Верим ему? И если да, как вступить с ним в контакт? Давай, мессия, изреки что-нибудь.

– Не знаю, – ответил Ангара. – Я сначала должен обдумать твой первый вопрос.

– Иоситаро, – очень вежливо сказал Хедли. – У меня есть к вам предложение.

«"Вам", скажите пожалуйста. Будь начеку, маленький смуглый братец».

– Да, сэр! – Ньянгу постарался изобразить высшую степень заинтересованности.

– Все строго секретно, – заявил сент Ангара. – Садитесь, пожалуйста.

«Пожалуйста? Ну, держись, Иоситаро».

– Мы неправильно оценили поведение вашего друга Гарвина Янсмы, – сказал Хедли. – Теперь у нас есть основания верить, что он невиновен и очень хорошо соображает.

Ангара объяснил все, что случилось с Гарвином – слухи об этом уже доходили до Иоситаро, – упомянув и о его кодированном подмигивании. Да, его друг и впрямь соображает быстро.

«Вероятно, проклятые 'раум угрожали разорвать его на части, выбить ему мозги. Он, конечно, не сам додумался до того, что так скверно воняет. И лучше бы ему быть поосторожнее в этом кроличьем садке. А то он решит, что всех перехитрил, станет самоуверенным и нарвется на неприятности. Влипать во всякое вонючее дерьмо – это больше по моей специальности».

– Очень интересно, – сказал Иоситаро, когда Ангара закончил. – И, признаться, я вовсе не удивлен. Но зачем вы рассказываете все это мне?

– Мы хотим, чтобы вы проникли туда и вытащили его.

– Ух ты! Сент, я ведь не боевой робот, – с кривой усмешкой ответил Ньянгу. – И зубы у меня не стальные, и карманной ядерной пушки на заднице нет. Может, вам про меня чего лишнего наговорили?

Ангара бросил взгляд на Хедли.

– Ваши мальчики из РР такие же предусмотрительные, как их начальник.

– Надеюсь, – ответил Хедли. – Иначе можно считать, что мы обучали их впустую.

– Мы снабдим вас мини-комами для связи с полицией и РР. И обеспечим хорошее прикрытие.

– Какое, к примеру?

– К примеру, будто вы тоже решили дезертировать.

– С какой стати я должен все это делать? Может, Янсма мне и друг, но…

– А что, если мы повернем дело так, будто вы помогли ему дезертировать? – предложил Ангара.

– Не пойдет.

– И отдадим вас под трибунал?

Иоситаро открыл было рот, но не произнес ни слова.

– Ну же, говорите! – поощрил его Хедли.

– Лучше не надо, сэр. У меня и без того хватает врагов.

Ангара вопросительно поднял бровь.

– Не понял. Ну-ну, продолжайте.

– Очень хорошо… сэр. Вся эта показуха с трибуналом, которую они устраивают специально для холо. Под барабанный бой в знак позора срывают с человека нашивки, эполеты, рвут их, швыряют в грязь медали. Драматично, конечно… сэр… Но, по правде говоря, все это пустяки по сравнению с тем, что меня беспокоит на самом деле.

Ангара вспыхнул, и Хедли усмехнулся, взглянув на него.

– Почему?

– Потому что в обычной жизни все совсем не так драматично.

– У вас, видимо, есть некоторый опыт в этой области? – спросил Ангара. Ньянгу не ответил. – Простите. Продолжайте.

– Попробуйте взглянуть на это с позиции 'раум. Как я, значит, с криками убегаю от копов. Та же самая показуха, о которой я говорил. И первое, чем они займутся, это будут проверять меня, как только смогут.

– Вряд ли у них есть сканеры.

– Плевал я на сканеры, – заявил Иоситаро. – Я запросто проведу любой сканер.

Хедли удивленно уставился на него.

– Как? Прошу прошения, сейчас не время, но как-нибудь потом вы непременно покажете мне этот трюк. Ладно, продолжайте. Простите, что прервал.

– Что меня беспокоит, это официальные документы. Наряды, всякие бумаги, которые должны быть заполнены для того, чтобы офицер предстал перед военно-полевым судом. В них должны быть убедительные доказательства того, что я перекинулся на сторону 'раум. А иначе как вы отдадите меня под суд?

– К чему все это? Вы сходите с ума. Пока правда будет известна только в Корпусе и на самом высоком уровне. У нас не должно быть поводов для беспокойства, – упрямо возразил Ангара.

– В Корпусе, сэр? Последний раз, когда я был в штаб-квартире, мне попались на глаза около десяти клерков-'раум. Не пытайтесь убедить меня в том, будто коуд Уильямс и милль Рао лично занимаются своими файлами.

– Только потому, что некоторые из наших клерков вышли из среды 'раум… – начал Ангара.

– Мы должны считать их врагами. Не говоря уж о том, что я не верю, будто кто-то в самом Корпусе не разболтает этот секрет своему дружку из копов. И пошло-поехало. А что среди наших 'раум у них есть агенты, это не вызывает у меня никаких сомнений. Очень скоро все, включая 'раум, будут знать, что старина Иоситаро вздумал поиграть с ними в кошки-мышки. А ведь именно я рискую своей задницей, если влезу в это дело. У меня, знаете ли, есть некоторый опыт в таких делах. Если что-то может обернуться в худшую сторону, оно непременно так и обернется. А покойничком-то быть мне.

– Ладно, – сказал Хедли. – Оставим эту идею. Мы найдем другой способ установить контакт с Янсмой. Но хотелось бы, чтобы вы помогли нам разработать план, поскольку вы знаете Янсму лучше всякого другого.

– О чем разговор? Я с вами. И мы должны сделать это, так или иначе.

Ньянгу возвращался в казарму с мрачной миной на лице и тяжестью на сердце.

– Что с тобой? – поинтересовался Кипчак.

– Сволочи! – огрызнулся Иоситаро. – Они все твердили, что Гарвин предатель, и пытались из меня вытянуть, не знаю ли я чего-нибудь.

– Эй, Ньянгу! – вмешался в разговор Герд. – Чего ты от них хочешь? Одно слово – начальники.

– Да, в самом деле, чего от них хотеть? Я скажу вам, что они сделают. Развесят по всему городу афиши с изображением Гарвина, и какой-нибудь коп застрелит его. А потом они выяснят, что все совсем не так, и скажут: «Ох, простите, ошибочка вышла». Что, сами понимаете, Гарвину Янсме уже не поможет. Тупицы они и есть тупицы, черт бы их побрал.

– Может, мне поговорить с Хедли? – спросил Пенвит. – Я как-никак хорошо знаю Гарвина.

– Попытайся. Но что я им ни толковал, они точно не слышат.

– Ты бы лучше успокоился и пошел поспал немного, – мягко сказал Кипчак. – Тебе сегодня ночью дежурить, третья смена.

– Дождь, кажется, льет не переставая? Ладно. Пойду, пожалуй, и впрямь прилягу… Черт бы побрал все это дерьмо.

Не поднимая особого шума, почти буднично Планетарное правительство сообщило о временном прекращении транспортной связи с отдаленными островами-городами по причине «гражданских волнений» и пообещало, что оно будет восстановлено, как только это станет возможным.

Коуд Уильямс приказал помалкивать о Гарвине Янсме и Ньянгу Иоситаро. Увы, это мало помогло. Сначала дезертировал Гарвин, потом Ньянгу – по крайней мере, так это выглядело. Весть о случившемся разнеслась по всему Корпусу.

Согласно наряду, страйкер Иоситаро должен был заступить на ночное дежурство. Однако, когда пришло его время, выяснилось, что он безобразно пьян. Начальник караула попытался урезонить его, но получил удар ногой, упал и потерял сознание. Тогда за дело взялся твег из числа охранников, но Иоситаро сломал ему руку, под дулом пистолета заставил остальных охранников отступить в караульное помещение, запер их там, а ключ выбросил в залив.

Затем он нагрянул в военный магазин, который только что закрылся, взломал заднюю дверь и, угрожая продавцам пистолетом, похитил вечернюю выручку. Выбежав из магазина, разбушевавшийся страйкер захватил полицейский патрульный корабль, ударив попытавшегося урезонить его полицейского. Гражданские власти оказались неспособны быстро среагировать, и наутро брошенный корабль нашли неподалеку от Экмюля.

Ньянгу Иоситаро и Гарвин Янсма были занесены в список разыскиваемых преступников, вооруженных и особо опасных. И полиция, и армия получили приказ в случае их обнаружения стрелять без предупреждения.

– Это, – сказал Гарвин, – Джо Пойнтон. Занимает в Движении примерно такой пост, как… ну, командир Второго полка. Именно она дала мне шанс, когда я решил присоединиться к 'раум. – Чувствовалось, что Пойнтон произвела на Гарвина впечатление, и Иоситаро посмотрел на нее с уважением.

– Остальные могут идти, – распорядилась Пойнтон, и охранники исчезли. Она достала из ящика стола пистолет и положила его перед собой. – Интересные вы люди, как я погляжу. Сорвиголовы, да?

Иоситаро пожал плечами.

– Что было делать, если мне пытались помешать?

– Может быть, – сказала она. – Хотя в самом деле как-то не верится, будто Корпус позволил тебе устроить все эти безобразия только ради того, чтобы обеспечить прикрытие для твоего якобы дезертирства. И мы ценим твой вклад в казну Движения. Для твоего сведения, там было около девяноста семи тысяч. – Иоситаро криво улыбнулся. – Ты появился в Экмюле четыре дня назад, и у меня было время порасспросить о тебе и выяснить, не «засветился» ли ты в наших отчетах. Янсма уже знает, что мы требуем от братьев и сестер сообщать о любых контактах с солдатами, и все это тщательно документируется. Однако для тебя это, наверно, новость.

У Ньянгу перехватило горло при воспоминании о его «контакте» с девицей по имени Лимни.

– Первое, что мы обнаружили в наших отчетах относительно тебя, это случай, когда ты без каких-либо разумных оснований помог мальчику-'раум, на которого напали пьяные. Почему?

– У меня был довольно трудный и удачный день, захотелось сбросить напряжение.

Пойнтон удивленно посмотрела на него.

– Неожиданный ответ! Ну, как бы то ни было, поскольку это был неординарный поступок, мы отправили за тобой «хвост». Однако ты ловко ускользнул от моих оперативников, имеющих немалый опыт слежки. Той же ночью я решила захватить тебя, Янсма, чтобы разобраться в происшедшем, для чего послала за тобой двух людей, опытных воинов. В результате один был искалечен, а другому пришлось долго восстанавливать здоровье, и он до сих пор не в форме.

– Прошу прощения. – Гарвин изо всех сил пытался изобразить, как он пристыжен. – Я думал, они хотят меня ограбить.

– Позже, – продолжала Пойнтон, – сначала один из вас, а потом и второй дезертировали, заявив, что хотите влиться в ряды Движения. Не кажется ли вам, что все это выглядит подозрительно?

– Может быть, – согласился Иоситаро. – Но, по-моему, многое в жизни выглядит подозрительно.

Удивительно, но на губах Пойнтон на мгновение промелькнула улыбка, от чего лицо ее удивительным образом преобразилось в лучшую сторону. Впрочем, она тут же поджала губы.

– Я обсудила связанную с вами проблему с руководством Группы Планирования. С одной стороны, мне не хотелось бы пренебрегать тем, что вы представляете для нас определенную ценность. Вы уже сообщили нам важную информацию об армейских кодах и служебных процедурах. Правда, Корпус изменил действующие коды, так что сообщенные вами сведения имеют скорее теоретическое, чем практическое значение. Нас ожидают трудные времена, и вы можете оказаться очень полезны и в качестве воинов, и в качестве учителей для наших неопытных бойцов. Поэтому первая точка зрения, которую я услышала, пришлась мне не по душе.

– Полагаю, – сказал Иосита'ро, – вам посоветовали расстрелять нас.

– Именно.

– Немного расточительно, да? – заметил Гарвин. И Пойнтон снова улыбнулась.

– Временами я забываю о том, какими мрачными сделала нас жизнь. Надеюсь, вы и дальше не утратите свое чувство юмора.

– Пока мы сами живы, – сказал Ньянгу.

– Что склоняет меня ко второй точке зрения на вашу проблему. Вам ведь известно о существовании связанных с рантье террористов, об этих так называемых «бородах»?

Оба собеседника Пойнтон кивнули.

– У нас есть совершенно точные сведения не только о том, что рантье субсидируют их, но и что наиболее эффективно действующие убийцы среди них были завербованы в Корпусе. Существует даже мнение, что некоторые до сих продолжают служить в армии, и это прикрытие позволяет им безнаказанно осуществлять свои зверства. Что вы думаете об этом?

– Вряд ли, – ответил Иоситаро. – Я ведь из «Разведки и рекогносцировки». Если бы кто-то из наших связался с этими эскадронами смерти, мы бы не могли совсем ничего не знать об этом.

– Может, так… А может, и нет, – сказала Пойнтон. – Вам обоим не откажешь в уме. Я вполне могу предположить, что кое о чем вы умалчиваете. Не говоря уж о том варианте, что вы можете быть двойными агентами, и в этом случае просто лжете. Но это не имеет особого значения, поскольку глава Группы Планирования и я решили подвергнуть вас дальнейшей проверке. Контролировать выполнение этого задания буду я, и вы получите доступ ко всем ресурсам, имеющимся в распоряжении 'раум. Перед вами ставится задача выследить и уничтожить эти эскадроны смерти. «Бороды» должны быть уничтожены. Если вы потерпите неудачу, это, возможно, будет означать, что вы вели двойную игру. Однако в этом случае связанную с вами проблему за нас решат «бороды». Если же вы добьетесь успеха… то окажете огромную услугу всей D-Камбре.