- -
- 100%
- +
Из-за стола встал Майор Кугно.
– На этом вводная часть закончена. Всем подразделениям приступить к плановым занятиям и распорядку дня. Все свободны.
Васнецов снова вскочил и гаркнул:
– Встать! Смирно!
Взвод встал, отдавая честь выходящим из аудитории офицерам.
– Всем садиться!
Бойцы дружно уселись на свои места и практически все одновременно загалдели как первоклашки после ухода учителя. Яр глубоко задумался над услышанным. Дворняга за окном мирно посапывала на боку, откинув все четыре лапы.
На следующее утро Яр проснулся уже с новыми ощущениями и настроением. Он чувствовал, что был готов приступить к занятиям и тренировкам. Сразу после завтрака к нему подошёл дежурный по роте младший сержант Коджая и передел приказ от начштаба Баринова явиться в канцелярию. Ярослав зашёл в беседку возле столовой, где собрались бойцы после завтрака на перекур. Тут как раз вовсю шла небольшая дискуссия между новичками и старослужащими – дедами. Всего собралось под два десятка народу. Яр молча встал за спиной у сидящего перед ним громилы. Напротив сидел Сирота с задумчивым видом и жевал травинку, тупо глядя в урну, вкопанную в центре беседки.
– Салаги, здесь внатуре служба не в тяжбу. – Говорил один из незнакомых сержантов. – Всё просто. Внутренняя и караульная службы по месту. Ну, там, патруль периметра базы, наблюдение с вышек за окружающими подступами к базе, иногда помощь научникам, во – о – он их лагерь рядом. Ну, наряд по кухне никто не отменял. – Он ухмыльнулся и обвёл всех присутствующих взглядом. – По утрам ФизО и изучение мат. части тоже как бы актуальны всегда.
– Кроме всего этого есть ещё распорядок дня. – Добавил сидящий перед Яром громила басовитым голосом. – И он включает в себя занятия на полигоне.
– А строевая подготовка тоже, так сказать: «ИНКЛЮЗИВ»?
Все посмотрели в сторону говорящего с улыбками на лицах. То был рядовой Сирота. Все уже даже привыкли к тому, что он всегда хотел схохмить, поддержать любой разговор в шутливой форме, слега сгладить негатив или попытаться погасить напряг. Ярослав тоже перевёл свой взгляд на новобранца. Но тот оставался абсолютно серьёзен, и всё также неотрывно смотрел в пол. Какой-то младший сержант шевельнул плечами и потянулся:
– Нет, Нам тут не до вышагиваний на парадах. К тому же за каждое занятие обещаю реки пота и горы синяков.
Все притихли. Сирота поднял на него глаза. Их взгляды встретились.
– На базе велики потери личного состава?
– Не без того. – Вместо него просто ответил великан. – Чаще по неопытности и беспечности, но есть ещё Его Величество Случай…
– Или СУДЬБА. – Задумчиво проговорил Сирота.
– Угу. Сечёшь. – Сказал» дед*, сидящий напротив.
– А…Вы… бывали… ну – у,… ТАМ,… за Периметром? – Робко спросил сидящий рядом с ним парень и зябко передёрнул плечами.
– Доводилось… И друзей терять тоже случалось… По этому, всем быть внимательными на занятиях, всё запоминать и… шутки в сторону! Это ясно?
Все дружно закивали головами.
– Не понял!!!! – Рявкнул, вдруг, младший сержант Васнецов.
– ТАК ТОЧНО!!!
– Тотаже.
Долговязый сержант, стоящий на пороге беседки ухмыльнулся: – Нибаись, желтаротики! Прарвёмси!
На лицах мелькнули улыбки. Тут в курилку влетел младший сержант Коджая и, пробежав по лицам присутствующих взглядом, остановился на Яре:
– Те чё, особое приглашение нада?! Я ж сказал – БЕГОМ в штаб!! – Он повернул лицо к сидящим. – Остальным строиться!
Все сразу засуетились и, поправляя обмундирование, начали выходить из беседки. Бойцы шёпотом обменивались впечатлениями от услышанного, бросая настороженные взгляды вокруг. Хмурый Младший Сержант Коджая посмотрел им в след и перевёл взгляд снова на Ярослава Рудика:
– Не тупи, зелень, тебя батя ждёт! Быстро! Кто тут «Сирота»?
Последний уже выходил из беседки и вопросительно уставился на дежурного.
– Ты? Пойдёшь с ним! – Младший Сержант кивнул на Яра. – Оба! Бегом, марш! Или дать провожатого, мля?!
Димка Сирота широко раскрыл глаза от удивления.
– Спакуха, Амирам, мы с «Греем «тожж туда рулим. – Громила встал и с хрустом потянулся, расставив руки на пару метров в стороны. – Ща доставим. Будь спок.
И подмигнул глазом.»Грей «поставил ногу на лавку и заправил штанину в берцу весьма необычного вида:
– В лучшем виде и тёпленькими.
Коджая снова осмотрел Яра с Сиротой с ног до головы и пробормотал:
– И чё ОН в них нашёл,… два тупня неуклюжих…
– Можж подают большие надежды. – Тоже тихо проговорил сержант Грей.
Пока шли в штаб, никто не проронил ни слова. На крыльце здания стояла группа солдат и офицеров и неспешно о чём-то беседовали. Среди них Яр увидел и пару девушек в форме капитана и сержанта. Он перевёл взгляд на Сироту, тот щурился и забавно улыбался. Когда они подошли, собравшиеся двинулись к дверям внутрь здания штаба. Сержантка повернула голову и посмотрела в упор в глаза Сироте. Её огромные, казалось чёрные глаза, были двумя безднами, в которых Сирота сразу же и утонул.
– Изз…здрасьсь…тии… – Проблеял он.
Она мгновение смотрела молча потом, вдруг, тихо произнесла:
– Пириуэйт.
– Боже! Этот ангельский голосок любого сведёт с ума! – Заявил Сирота.
По её миловидному лицу скользнула тень улыбки. Сирота аж зажмурился от удовольствия. Она между тем внимательно окинула всех взглядом и слегка кивнула головой сержанту и ефрейтору. Они явно были все давно знакомы. Капитанша, не прерывая разговор с каким-то офицериком, ростом на голову ниже её самой, тоже мимолётом окинула Яра с Сиротой взглядом и слегка шевельнула бровью, продолжая при этом беседу с коротышкой и двигаясь ко входу.
– Серьёзные штучки. – Тихо выдохнул Сирота Яру на ухо когда все стали подниматься по ступеням в здание.
– Угу. – Пробормотал Яр, всецело занятый своими мыслями. Чутьё ему говорило, что они сейчас стоят на пороге больших событий. В штабе Грей сразу повёл новобранцев в правое крыло здания, тогда как все повернули по коридору налево. Сирота стал беспомощно оглядываться назад, но идущий рядом с ним Грей вдруг проговорил:
– Запал?
Сирота перевёл на него взгляд и ответил:
– Похоже на то.
Сержант улыбнулся:
– Ню – ню… не ты первый.
– И, по ходу, не последний. – Пророкотал идущий рядом с Яром здоровяк – ефрейтор.
Зашли в малую комнату с одним единственным окном. Было несколько шкафов у стен. Пара столов с телефонами и оргтехникой. На подоконнике высилась гора формуляров в жёстких переплётах, стопки каких-то бумаг, брошюры и какие-то книги разных размеров высились стопками повсеместно. На стенах висели плакаты, возле окна была прибита карта с отметками разноцветными булавками. С другой стороны окна стоял несгораемый и пошарпанный древний сейф, покрытый облупившейся местами краской. Через открытую настежь дверку видно было чайник, несколько стаканов в старых подстаканниках, какие бывают в ж-д вагонах, и ещё разные мелочи: пачка сахар-рафинад, пару блюдец, ложки, и ещё какая-то дребедень. Грей сказал:
– Падаем на стулья и ждём.
Все расселись на стульях. Здоровяк подошёл к окну и стал задумчиво рассматривать висящую карту. Его задумчивый взгляд внимательно скользил по разноцветным меткам на ней.
– Дима. – Сказал Сирота.
– Ярослав. – Ответил Яр.
Сержант, сидя за столом напротив и копаясь в каких – то книгах произнёс:
– Сергей. А та тумба около окна – Иван – свет – Андреич Глушак.
Новички улыбнулись. «Тумба», не оборачиваясь и не отрывая глаз от карты, величаво и неспешно кивнул головой на короткой и могучей шее. Её, шеи, почти не было видно, – из-под воротника выглядывала пирамида мышц, увенчанная коротко стриженой башней. Сам же ефрейтор был похож на былинного богатыря в два с лишним метра ростом и необъятной широты в плечах с могучим торсом. В комнате было жарко и пахло селитрой. Глушак нажал на кнопку, стоящего на сейфе вентилятора. Лёгкая волна воздуха забегала по комнатке. Великан огромной своей лапищей направил лопасти вентилятора вверх, в потолок. Дверь открылась, и вошёл майор Кугно. Лицо офицера было крайне серьёзным. Всем сразу стало понятным, что сейчас происходит нечто важное.
Десантники вскочили с мест. Майор поднял руку:
– Отставить. Сидите. Разговор есть. И он будет не долог.
Все с интересом уставились на майора.
– Значит так. Есть приказ сформировать группу для выполнения одного… гм,… деликатного задания. Исходя из информации Ваших личных дел, я получил приказ провести с Вами личную беседу. Неволить никого не буду – участие – дело добровольное.
Майор вопросительно окинул взглядом сидящих напротив него бойцов.
– Зона? – Спросил Тумба.
– Она. – Ответил майор. – Риск 100 %. Локации разные, по ходу дела проясним какие именно.
– «Проясним»? – Спросил Грей с ударением.
Сидящий Тумба подался вперёд, демонстрируя полную концентрацию внимания.
– Так точно. Будет согласован маршрут передвижения. Задачи будут разные, но все они вполне выполнимы при должной подготовке и слаженности отряда. Местность смертельно опасна и кишит кровожадными мутантами и,… хмм,… двуногими хищниками. Я гарантирую своё скромное участие.
Майор слегка улыбнулся Грею:
– Ты не против?
Тот приложил правую руку ко лбу, потом слева к груди и провёл перед собой, вправо, открытой ладонью вверх.
– Клоун. – Пробормотал Тумба.
– Чингачгук! – Поправил друга Грей.
– Юмаристы. Впрочем, как и всегда…
В глазах майора блеснули искорки умиления и благодарности, какие бывают у отца к сыновьям. Он перевёл взгляд на Яра. У того словно распрямилась внутри давно сжатая пружина:
– Готов. – Коротко сказал он.
Четыре пары глаз уставились на Сироту, который всё это время не отводил взгляда от карты на стене. Тот встрепенулся от наступившей тишины в комнате:
– А я – как решит стая. – Произнёс Сирота и смешно шмыгнул носом, поглядев на всех по очереди, и остановив взгляд на Грее. Последний дважды быстро зажмурил глаза, скорчив смешную рожицу.
– Ну что ж. Добро пожаловать на борт. – Произнёс, вставая, майор. – Полагаю, у НАС есть пара – тройка месяцев на подготовку. Далее действуем по плану «Шторм». Все свободны. Приступить к выполнению.
Бойцы повскакивали с мест и вытянулись по стойке «смирно».
– Спасибо, мужики. – Проговорил майор, повернув голову, и вышел из комнаты.
На минуту повисла тишина и все четверо посмотрели друг другу в глаза. Грей молча протянул руку вперёд перед собой, Сирота тут же накрыл её своей. Яр сделал шаг вперёд и протянул свою. Тумба застыл на миг, потом сгрёб всё в свою огромную ладонищу и с хрустом сжал. На лицах скользнули улыбки.
– Четыре мушкетёра! – Заявил Сирота. – К бою!
Все засмеялись.
– А чё за план то такой, да ещё и с романтическим названием «Шторм»?
– Охх, лучше б тебе не спрашивать. – Проговорил Грей с зубастой ухмылкой.
– Ща прозреешь. – Прогудел Тумба.
Четверо будущих неразлучных друзей уверенно двинулись к выходу.
2. АДАПТАЦИЯ
Начались суровые будни армейского быта. Вновь прибывшее пополнение быстро разделили на две команды. Одна влилась в подразделения внутренней службы базы, другая была направлена в Центр Подготовки Спецназа. Первый месяц был более труден, чем можно было себе представить. Прежде всего, Яра и Сироту поместили в отдельную казарму, где находилось ещё два десятка бойцов со своими командирами и своим расписанием занятий и тренировок. С сослуживцами им почти не приходилось общаться – все были заняты своим распорядком дня. В первые две недели день и ночь проходили марш-броски, силовые занятия на тренажёрах и спорт снарядах. Спать иногда удавалось всего лишь несколько часов. Сон был тяжёл, тревожен и почти всегда не продолжителен. Физическая нагрузка была неимоверная. В первый же день провели комплексную вакцинацию и получили целый спектр разнообразнейших прививок. Почти 24 часа в сутки проходили в постоянных тренировках на выносливость. Качалка в спорткомплексе никогда не пустовала. В прочем, весь личный состав базы, включая и большинство офицерского состава, соблюдал режим адаптации к нагрузкам. У каждого оперативника был свой график занятий и тренировок. Питание было сбалансировано и очень даже неплохо на вкус. За этим довольно строго следила тыловая служба в паре с медсанчастью. Уже через пару месяцев Яр, как и Сирота, успели даже слегка округлиться. Рядовой Сирота даже стал слегка походить на уменьшенную копию ефрейтора Глушака. Мышечная масса росла и крепла. Усталость от постоянных физических нагрузок вскоре переросла в лёгкую бодрость и даже эйфорию. Новобранцы успели хорошо ознакомиться с расположением и устройством всей базы. Позже Сирота даже успел обзавестись различными знакомствами. С его характером он легко сходился с людьми, находя подход почти к каждому, с кем общался. Иногда он вздыхал о темноглазой красавице – сержанте, но общаться с ней из-за отсутствия времени, да и возможности, у него не получалось. А вот ей иногда даже удавалось тайно следить за его успехами – сержант Ирина Горина входила в группу военных учёных – аналитиков (военнсталов), разрабатывавших и курировавших его становления как военной машины, универсального солдата. Спустя пару месяцев силовых тренировок и стрельбы на полигоне, из различного и, к слову, обширнейшего арсенала вооружения, оба теперь уже настоящих друга, виртуозно поражали цели и находили решения в сложных тактических обстановках, которые «заботливо «создавал на полигоне всем десантникам прапорщик Владимир Хорошун, со своей командой специалистов, в тесном сотрудничестве с научниками. Помощь и поддержку Ярославу Рудику с Дмитрием Сиротой всегда оказывали бывшие всегда рядом сержант Сергей Кугно и ефрейтор Иван Глушак. Грей с Тумбой очень переживали и поддерживали своих вновь обретённых друзей. Все четверо сдружились и составляли единую команду, действовавшую уверено, слажено и оперативно. Майор Кугно, как и многие другие оперативные офицеры, также проводил свой комплекс тренировок, составленный лично для него в Центре Подготовки Спецназа базы. Нередко вся команда проводила совместные действия на полигоне под руководством и наблюдением командования базы и специального штата научных сотрудников. Отдельные занятия с личным составом проводились исключительно учёными и техниками. Не малую часть времени было уделено психическому и психологическому воздействию и противодействию. Яр просмотрел великое множество документальных и обучающих фильмов о Зоне Отчуждения, её возникновению и развитию. Особенно его заинтересовала информация об «артефактах». Эти, почти волшебные порождения аномальных сил обладали, по истине, уникальными свойствами и являлись объектами пристального изучения учёными умами всего Мира! Среди которых было немало лауреатов всевозможных премий, людей с мировым именем и признанным авторитетом в научных кругах! Воочию увидеть артефакты Яру не довелось. Их хранили и исследовали в подземных лабораториях Центра, находящихся глубоко под землёй под «палаточным городком», в котором проживал, в основном, технический персонал, обслуживающий научников. Сами же учёные редко появлялись в расположении базы. Да в этом, собственно, и не было никакой необходимости – всё что нужно, сразу доставлялось непосредственно в подземный городок Центра Исследований различными спецслужбами. Секретность проводимых там работ была наивысшей степени. Поэтому действующая охранная система не имела аналогов и дублировалась сразу несколькими контурами защиты. Кроме того, проводился неусыпный контроль со стороны радиолокационных подразделений и сводных Военно Воздушных Сил. Ознакомиться с любой информацией можно было, исключительно, имея определённый уровень допуска. Время-от-времени базу посещали различные комиссии и группы учёных из разных стран-сателлитов. Предпринимались беспрецедентные меры предосторожности с целью не допустить утечки любой информации о происходящих в Зоне процессах.
Из предоставленных материалов Ярослав узнал, что после самой первой катастрофы в 1986 – ом экосистема Зоны Отчуждения ЧАЭС стала стремительно меняться, развиваясь по какому-то одной ей известному плану. После второго уже катаклизма, в 1999 – ом, этот процесс вообще совершил необычайный рывок вперёд. Вдобавок ко всему всю «ЗО «накрыло некое силовое энергетическое поле, неизвестной природы и происхождения, сильно влияющее буквально на всё в её пределах. Удивительным был тот факт, что радиотелеметрическая связь осуществлялась без малейших проблем повсеместно, хотя и на ограниченное расстояние. Однако спутниковый мониторинг с орбиты планеты был, в силу разных причин, почти невозможен. Установилась однообразная погода, – круглый год в Зоне Отчуждения властвовала осень. Спустя какое-то время в Зоне Отчуждения стало стабильно наблюдаться ошеломляющее явление, именуемое «ВЫБРОСом». По своей сути это можно было назвать неким энергетическим штормом. Частота и продолжительность его постоянно менялась. Учёным, однако, удалось научиться его прогнозировать. Эпицентр Выброса всегда находился в самом сердце Зоны Отчуждения – на ЧАЭС. Что именно происходит в момент Выброса достоверно не известно – аппаратура либо отказывала, либо уничтожалась, а живых свидетелей никогда не было. Животные, растения и некоторые виды насекомых каким-то непостижимым образом выживали, а вот любой человек либо погибал, либо быстро становился так называемым «зомби «– существом агрессивным и кровожадным, с зачаточными признаками сознания и примитивными рефлексами. Личность полностью стиралась, имелись первобытные инстинкты и неуёмная жажда к плоти и крови от любого живого организма. Все существующие меры защиты от трансформации человека в «зомби «были неэффективны. К тому же в теле «зомби «запускались процессы быстрого старения тканей и их разложение. По сути это были полуживые мертвецы – страшные, агрессивные, беспощадные, да к тому же ещё и вооружённые. В самой Зоне Отчуждения присутствовали и другие биологические формы, многие из которых были малоизучены. Были также и такие, о которых имелось весьма смутное представление, а то даже и вовсе отсутствовала любая информация. Всё это и было ещё одним из факторов негласного лояльного отношения властей к сталкерству. Ибо именно бродяги Зоны помогали науке познавать опасные тайны чуждого мира ЧЗО.
Яр понимал, что майор Кугно готовился сам и готовил свою команду для невероятно важной и смертельно опасной миссии в глубине Зоны Отчуждения. Через сто дней десантники были уже теоретически готовы к самостоятельному выходу в Зону Отчуждения Чернобыльской Атомной Электростанции. Но что стоит теория без практики предстояло выяснить уже совсем скоро…
Ярослав Рудик сидел на прежнем месте у окна. Рядом старательно переворачивал толстую папку бумаг сержант Грей. Лицо его было серьёзным. Он внимательно читал строку за строкой, от чего лоб его хмурился всё больше и больше. За спиной, на соседней парте, подобно старинному паровозу, пыхтел над грудой книг и папок с отчётами Тумба. Он возвышался горой над всеми сидящими в аудитории. Рядом с ним сидел, откинувшись на спинку кресла и заложив руки за голову, Дмитрий Сирота. Он, вперив взгляд в потолок, задумчиво жевал спичку. Тумба повернул к нему лицо и смерил того взглядом:
– Слы! Не сачкуй, двоечник, а то получишь «неуд «– мамка заругает. – Миролюбиво прогудел гигант. – А может и попа встретится с папиным ремнём. Негоже родителей расстраивать своей безалаберностью.
По классу прошёлся лёгкий смешок. Бойцы давно прониклись симпатией к этой неразлучной и очень контрастной паре. Их диалоги между собой всегда проходили в полушутливой форме и вызывали позитивные чувства у окружающих.
Сирота повернул к нему голову и тихо произнёс:
– Сирота я, и по фамилии и по статусу, с рождения. – В глазах Дмитрия мелькнула тоска. – В детдоме были друзья, потом в интернате, училище и на заводе, – семьи никогда не было, да и родителей я не помню.
Тумба с грохотом развернулся к нему всем телом, несколько секунд смотрел тому в глаза и медленно, размеренно произнёс:
– И чё, терь? Зато щас, и навсегда, у тебя есть брат. Я! Запомни, чудик, я никому не дам тебя в обиду и никогда не брошу. Вкурил?! – Глаза Глушака излучали тепло и доброту.
Сирота улыбнулся и часто закивал головой.
Тумба снова развернулся вместе с креслом к столу, и слегка повернув голову к нему прогудел:
– Токк попробуй хоть чё-нить пропустить мимо ушей на занятиях. Это касается каждого здесь! – Вдруг неожиданно громко гаркнул он на весь класс.
– Так точно! – Громогласно прозвучало в ответ.
– Гы – гы. – Сказал громила и углубился в чтение. На лицах ребят промелькнули улыбки. Глушак пользовался непререкаемым авторитетом и уважением сослуживцев и офицеров. Этот увалень из глубинки, несмотря на внушительный рост и габариты, был весьма уравновешенным добряком.
В наступившей тишине твёрдо прозвучал голос сидящего рядом с Яром сержанта Кугно:
– Отныне Мы все здесь братья, и по духу и по оружию.
Дверь в аудиторию открылась, и на пороге появился майор Кугно. Все вскочили вытянувшись по стойке «смирно».
– Вольно. Продолжить занятия. – Сказал офицер. – Кугно, Глушак, Рудик, Сирота – на выход.
Лицо майора было не проницаемо, но в его глазах Яр всё же увидел некоторую решимость и даже блеск. Названые вышли в коридор, остальные сели на свои места и снова принялись усиленно изучать предоставленные «ВНИК*-ом материалы.
Выйдя из корпуса, майор повёл подчинённых к себе в кабинет в штаб базы. Рассевшись по стульям, бойцы устремили взгляды на майора, вставшему у висящей на стене карты Зоны Отчуждения. Карта была топографическая, большая и подробная. На ней были разными цветами нанесены различные поля и сделано масса мелких надписей. Прежде всего, карта отображала всю нынешнюю Зону Отчуждения, очерченную широким бледно-зелёным цветом, с красным кругом в центре, вокруг Чернобыльской Атомной Электростанции. Был нанесён ещё один круг жирным пунктиром – границы Зоны Отчуждения после 1986 – го года. Весь общий круг был разделён на двенадцать сегментов, на манер циферблата часов, окрашены каждый в свой цвет и обозначены буквами латинского алфавита. Все сегменты имели своё значение и маркировку – так были отмечены зоны ответственности всех подразделений Контингента. Везде были возведены базы и обозначены их места расположения на местности. Вся прилегающая к «циферблату «местность была расчерчена в косую серую линию и обозначалась надписью «серая – нейтральная». Там были отмечены геодезические особенности местности, населённые пункты и объекты пром. и сельхоз. назначения. Вероятно, это была предполагаемая область нового расширения Зоны при очередном взрыве.
Офицер задумался, и казалось, забыл про своих подчинённых. Его затуманенный взор, казалось, был устремлён в неведомые дали, где только он видел ближайшее будущее. Бойцы молча ждали, когда он заговорит. Взгляды всех помимо воли тоже были прикованы к висящей карте. Рудик всё пытался прочесть названия населённых пунктов и рек, написанные мелким шрифтом. Словно очнувшись от задумчивости и проследив за взглядами бойцов, майор подошёл к стоящему рядом массивному сейфу, вынул из него коробку и поставил на стол, вокруг которого сидели бойцы.
– Здесь Ваши персональные коммуникаторы. Разбирайте.
Грей снял крышку и извлёк четыре пластиковых пакета с написанной маркером фамилией на каждом из них. Каждый взял свой. Яр открыл ленту – застёжку и извлёк прибор с небольшими крепёжными ремешками, размером с мобильный телефон. В пакете были также свои зарядное устройство и блю-туз гарнитура.
– Это, так называемый, «Компьютерный Персональный Коммуникатор – КПК». С функционалом этого прибора ознакомитесь позже. Научники собрали их персонально для каждого из Вас и позже обучат его использованию. Крепиться он на запястье левой руки или помещается в карман. Пылевлагонепроницаем и, в известной мере, огнеупорен и противоударен. Заряд батареи хватает на пять – семь суток непрерывной работы. Это очень важный и весьма полезный гаджет. Советую досконально изучить его возможности и освоить его использование, что называется «с закрытыми глазами».
– Выдвигаемся? – Спросил Грей.
– И да, и нет. Поступил приказ сопроводить конвой на 3 – й пост наблюдения. Я решил, что Нам пора слегка «прогуляться». Заодно примерим новое снаряжение и оборудование. Доставим груз на место и обеспечим проследование команды дежурной смены. С этой минуты Вы все переходите под моё непосредственное и единственное командование. Сейчас все направляемся на инструктаж в Центр Исследований. Вопросы есть?… Нет?… Отлично…
Группа вышла из штаба и направилась к палаточному городку. Встречные сослуживцы с интересом поглядывали им в след. С вертолётной площадки раздался мощный гул двигателей и через миг в воздух плавно взмыл транспортный вертолёт «Чинук», с эмблемой «ВНИК «на своих бортах. Винтокрылая машина плавно сделала пол – оборота вокруг оси и, накренив нос, двинулась вперёд. Сирота восторженно проводил взглядом вертолёт, который вскоре скрылся из вида в наступающих сумерках. Яр тоже посмотрел вслед удаляющейся машине и тайком вздохнул – когда-то давно, в детстве, он мечтал стать пилотом подобной красавицы. Войдя в расположение палаточного городка, который уже включил дежурное освещение, майор повёл бойцов к стоящему в центре небольшой открытой площадки приземистому, но широкому зданию. То был грузопассажирский терминал, с лифтами и подъёмниками, через который проходили все коммуникации с Центром Исследований.