Повелитель Жизни. Чумной лес
- -
- 100%
- +
– А теперь мы остались один на один, восьмилапый!
– Эй, вообще-то кроме вас двоих еще здесь я! – донеслось возмущение от феи.
– Шпора, пока не лезь, я сам!
Выпад паука принял на щит, но все же не смог устоять на ногах и рухнул на спину. Зато не получил вреда от острых клацающих клыков! К тому времени как паук подобрался ближе, успел подняться, отразить щитом удар мощных лап и тем самым открыл доступ к брюху твари, которое теперь не прикрыто.
– Шипы!
Семь острых шипов вонзились в мягкое податливое брюхо паука, превращая внутренности твари в кровавое месиво. Он едва успел запищать и рухнул на землю, сжавшись в клубочек.
Отдохнуть мне не дали, потому как второй паук справился с корнями и вырвался на свободу. Ему бы скрыться в лесу, но опасная тварь решила попытать счастья в поединке со мной. Я закинул щит за спину и сменил жезл. Теперь у меня в руках было оружие с алым рубином. Повышенная духовная сила позволила атаковать с более дальней дистанции.
Не то, чтобы я боялся подпускать паука ближе к себе, скорее хотел испытать собственные возможности в реальных условиях. Сейчас я полностью контролировал ситуацию, поэтому можно потренироваться.
Уже девять шипов сорвались с жезла и ударили по телу паука метров с сорока, но урон получился очень слабый. Можно сказать, я впустую истратил энергию. Нет, против человека в мантии можно использовать, но паука лучше подпустить поближе, что я и сделал.
Нас разделяло буквально три метра, когда я призвал корни, а потом преодолел недостающее расстояние и остановился практически вплотную к корчившейся твари. Направил жезл прямо в один из глаз твари и призвал шипы. Существо пару раз дёрнулось и безвольно повисло среди корней.
– Говоришь, у них крепкая паутина для верёвок? Раз уж так, прихвачу немного. Всё равно её предыдущим хозяевам она уже не нужна.
С пауками провозился без малого час – смотал небольшой моток паутины, используя для наматывания обыкновенную палку, набрал полные флаконы яда и пропитал им дротики. Да, это не парализующий яд, но и такой пригодится. Пока я возился с клыками твари, выкачивая яд, Басти подошла ближе и хищно втянула воздух.
– Только не говори, что хочешь попробовать эту мерзость на вкус! – я покосился на дикую кошку, но она невозмутимо заурчала и лизнула паучью лапку. – Ладно, держи!
Отломил безжизненную лапу паука, и швырнул в сторону. Басти тут же рванула следом и едва не схватила добычу на лету. Получив лакомство, кошка принялась хрустеть угощением и довольно урчала. Надо взять на заметку! Еще семь лап аккуратно оторвал и сложил в рюкзак. Хотел поступить также и с другим пауком, но тогда будет некуда складывать мицелий.
После небольшого перерыва на обед продолжили путь. Без приключений прошли лесную часть и добрались до подножья гор. Вот здесь подниматься оказалось уже куда тяжелее. Через полчаса восхождения пришлось скомандовать привал, потому как ноги совершенно не слушались и каждый раз так и норовили зацепиться за торчащие из земли камни.
– Помнится, кто-то говорил, что путешествие займет всего пару часов! – посмотрел на Шпору с осуждением, но та и не думала отводить взгляд, а наоборот перешла в атаку.
– Да, пару часов! Если не плестись, а лететь, как фея. И тем более, не встревать в схватку с пауками. Вот оно тебе надо было? Взял бы их в корни, и ушли бы спокойно.
– Оставить их у себя за спиной, а потом всё равно драться, но уже с полными рюкзаками за спиной. И потом, еще неизвестно где бы они растянули ловушки. Ты забыла как это запутываться в липкой паутине?
Шпора вздрогнула, а потом поёжилась из-за неприятных воспоминаний и мгновенно перестала спорить.
К счастью, идти пришлось совсем недалеко. Пусть фея и приврала малость на счёт расстояния, но не критично. Подземелье действительно оказалось легко обнаружить, и норнов здесь точно не было. С виду мне вообще показалось, что эта пещера появилась уже после исчезновения древней цивилизации. Пусть норнов здесь и не оказалось, но ловушек хватало.
– Осторожно, смотри под ноги! – предупредила Шпора, указывая на простенькую ловушку.
Прямо посреди узкой тропы располагалась волчья яма, добротно прикрытая ветками и листвой. Вот только листья давно засохли и осыпались, обнажая острые колья внутри ямы. Думаю, те, кто поставил эту ловушку, просто хотели обезопасить себя от неожиданных гостей. Например, во время ночлега. Судя по кольям, она здесь уже давно.
– О, прям бальзам на душу! – я не сдержал восторга, заметив вторую ловушку, которую тут же принялся изучать.
Простенький механизм – неосторожная жертва цепляет ногой за верёвку, из-за чего опора вылетает из-под кладки брёвен, а уж те катятся на неуклюжего исследователя пещеры и превращают его в блин. Обойти эту ловушку не составило труда, но я всё же призвал светлячка. Вдруг и дальше нас будут поджидать ловушки, а я ведь могу их и не заметить.
К счастью, обошлось. В одном из залов мы нашли дымовики, а чуть дальше наткнулись на крупную поляну шляпника – долгорастущих грибов, которые отличаются большими размерами, но долго зреют. Хотя, с моим умением «Ускорить рост» длительное созревание совсем не проблема. Грибов здесь было так много, что в одиночку мне не унести. Собственно, я и не собирался. Как говорится, дай человеку рыбу, и он будет сыт весь день, дай ему удочку – он будет сыт всю жизнь. Переводя эту ситуацию в метафору, я пришёл сюда не за рыбой, а за удочкой. Осталось только понять как к ним подступиться.
– И что мне делать?
– Бери лопату, осторожно срезай верхний слой земли вместе с мицелием и перекладывай в рюкзаки. Как заполнишь всё, идём на обратный путь.
В принципе, работа оказалась не особо сложной. Быстро наполнил рюкзак и вернулся назад, где мы находили грибницу дымовиков.
– Зачем они тебе? – удивилась фея. – Ты ведь передумал делать из них ловушки.
– Верно, я передумал. Посажу их в отдельной комнате, чтобы тебе не пришлось далеко летать в поисках спор для дымовых бомбочек.
– О, Дэн! Это так мило! – фея раскраснелась и прикрыла личико руками.
– Ничего милого, просто не хочу, чтобы ты рисковала лишний раз. Подземелье должно перейти на полное самостоятельное обеспечение. Конечно, сейчас это сделать почти невозможно, но нужно стремиться. Вода у нас есть, теперь добавится еда в виде грибов и расходники для дымовых бомб. Ладно, рюкзаки забиты, давай возвращаться.
Я планировал сделать еще пару ходок, чтобы набрать побольше мицелия. В идеале должно хватить не только на меня, но и для русалки. А там, если повезёт, смогу разжиться еще большим количеством союзников. Лучше иметь еду про запас, чем стучать зубами от голода.
На обратной дороге задержался и нарезал можжевельника для жезлов. Вышло с десяток заготовок, но не факт, что этого хватит надолго. Только за месяц моего пребывания здесь я потерял два посоха, а что будет дальше?
Хорошенько подумав, решили не возвращаться по тому же пути, по которому пришли сюда. Пауки – невероятно мстительные существа, и если обнаружат место гибели своих сородичей, могут приготовить опасную ловушку. Конечно, в мою пещеру не сунутся – слишком уж далеко идти, но далеко в лес лучше не заходить.
Именно поэтому мы двигались у самого подножья гор. Во время одного из переходов вовремя заметил небольшую группу людей из четырёх человек, которые поднимались в горы. Их взгляды были направлены совсем в другом направлении, поэтому я мог не опасаться быть замеченным, но решил придерживаться мер предосторожности и схоронился среди камней, чтобы не привлекать внимания. Басти послушно улеглась рядом, а фея бесцеремонно уселась на камень – сейчас она могла позволить себе такую роскошь, потому как заметить такую малявку с нескольких сотен шагов человеческому глазу не под силу.
– Шпора, а что ты говорила на счёт сезона гнездовья у грифонов?
– Ты снова меня не слушал? – нахмурилась фея. – Ежегодно, каждую весну грифоны вьют гнёзда на вершинах скал и откладывают яйца…
– Это я понял, мне больше интересно что на счёт вылупления.
– С начала по середину лета из яиц вылупляются птенцы. Что тебя так заинтересовало?
– Не меня, а авантюристов! Ты говорила, что они стягиваются в нашу провинцию на сезон откладывания яиц у грифонов.
– Конечно! Раньше нельзя – иначе из яйца не вылупится птенец. Это непреложная истина. Как только не пробовали высиживать яйца, украденные весной – держали в тепле, в определенной температуре, пытались даже с помощью кур и гусей высиживать – бесполезно. Один умник даже индюка попытался усадить на грифонье яйцо, но ничего не вышло. Именно поэтому пытаются урвать яйцо незадолго до вылупления. Конечно, многим искателям лёгкой наживы приходится несладко – грифоны не самые дружелюбные птицы, а если заметят воришку, порвут когтями, или поднимут на высоту и сбросят на камни.
– А что за загадка с прикосновением к птенцу? Помнишь как Редж нервничал, когда яйцо начало трескаться у меня в руках?
– Тут всё просто – кто первым коснется птенца, того он посчитает своим родителем и будет верен до конца жизни. Яйца грифонов продают целыми, а новый владелец касается вылупившегося птенца и становится его хозяином.
– Выходит, если я коснусь птенца, когда птенец вылупится…
– Если вылупится, Дэн! Мы ведь не знаем когда ему суждено появиться на свет. Грифоны не вылупляются по команде, этот процесс занимает до полутора месяцев. Только не говори, что ты тоже решил уподобиться этим воришкам и украсть яйцо!
– Красть ничего не буду, но признаю, от грифона я бы не отказался. Идём-ка проследим за этими проходимцами. Внутреннее чутьё подсказывает мне, что нас ждёт хорошая добыча.
Глава 4. Крылья
В принципе, я не видел ничего плохого в том, чтобы напасть на группу искателей приключений и обобрать их до нитки. Как говорится, нужно бить врага его же оружием. И потом, сегодня эти негодяи идут на охоту за грифоньими яйцами, а завтра явятся в моё подземелье. Только потом они будут хорошо экипированы, ведь на деньги от продажи яиц грифонов можно хорошо подняться.
Пришлось немного подождать, пока отряд поднимется выше в горы, и только тогда выбираться из укрытия. Рюкзаки решил пока припрятать среди камней – сюда всё равно вряд ли кто-то сунется, а мне таскаться с таким грузом совсем не с руки. В последний момент прихватил с собой лишь рюкзак, где лежали паучьи лапки – вот их хищники точно растащат.
– Дэн, зачем тебе это всё? – нахмурилась Шпора.
– Слушай, вот ты сама не любишь этих ребят, даже советуешь коллекционировать их амулеты. Что сейчас тебя не устраивает?
– Не люблю, когда ты рискуешь без необходимости!
– Знаешь, моя мама осталась в другом мире, волноваться за меня некому, и тебе не стоит – не простужусь.
Вышло немного резко, но эта постоянная опека со стороны феи откровенно доставала. То она тащит меня куда-то ни свет ни заря, то наоборот пытается всеми силами стать на пути и помешать мне исполнить какую-нибудь рискованную затею. Такое впечатление, что не она моя помощница, а наоборот. Шпора вполне заслуженно обиделась и больше не вмешивалась.
Я же едва не потерял искателей из вида. Пришлось немного рискнуть и ускориться, но уже через три сотни шагов припал к земле, потому как они выбрались из ложбины и начали карабкаться по отвесному горному склону. Совсем несложно было понять чего они хотят – на вершине крутого утёса располагалось сразу три кладки, и это только те, которые мне удалось рассмотреть отсюда. Не удивлюсь, если там куда больше яиц.
Да, эта скала хранит целое состояние. Если Шпора не ошибается, грифоны откладывают от одного до пяти яиц, а это значит, что там не меньше пятнадцати золотых, а то и все две сотни! Еще бы такие деньги не привлекали авантюристов, готовых рискнуть жизнью. Вот только я их идеи совершенно не разделял и пока наблюдал со стороны. Басти умостилась рядом и недовольно урчала. Неужели и она невзлюбила авантюристов? Пришлось щелкнуть её по носу, чтобы рысь успокоилась, иначе своим урчанием выдаст нас.
Первым начал карабкаться молодой парнишка в кожаных штанах и лёгком стёганом жилете поверх рубашки. Он ловко преодолел первые пятнадцать метров, а потом остановился чтобы перевести дух, но следом за ним уже полз следующий искатель.
– Гирт, а ты что мнёшься? Никак последним полезешь, как всегда? – поддел товарища один из авантюристов. Они разговаривали достаточно громко, чтобы я мог расслышать их слова. И не боятся, что их услышат птицы? У них-то слух должен быть куда более острым.
– Да он просто слабак и боится, что не доберется до верха! Нужно было тебя оставить в Беловодье! – тут же подхватил второй парень, который уже начал подъем и сейчас нашел время оглянуться на товарища.
– Ползи молча! Я пока раздумываю над маршрутом. Можете быть уверены, я вас еще обгоню и первым спущусь сюда с грифоньим яйцом в руках!
Ясно, это совсем молодняк! Парни были моими ровесниками, и подались в гильдию лишь ради разрешения на поиски добычи. Как оказалось, охотиться за грифоньими яйцами и разорять подземелье можно лишь с разрешения гильдии, потому как авантюристы платят налог в казну, а если ты не гильдейный, значит браконьер! Таким образом, империя имела неплохой навар от произвола авантюристов и несла на себе часть ответственности за произвол искателей.
Спустя полчаса все четверо забрались наверх, и пока им благоволила удача, вот только я чётко услышал пронзительный крик грифона. Огромная птица появилась откуда-то из-за скал и камнем обрушилась на искателей. Четвёрка бросилась к спуску, но одному из авантюристов не повезло – грифон достал его когтями, поднял вверх, а потом сбросил со скалы на камни. Тело несчастного пролетело по меньшей мере с полсотни метров и плюхнулось на землю метрах в пятидесяти от меня.
Это был Гирт. Тот самый парень, который обещал оказаться первым на земле с добычей. На счёт яйца он, конечно, соврал, но хоть в чём-то оказался прав. Я лишь сильнее прижался к земле, надеясь, что огромные птицы меня не заметят. Хотя, глупо рассчитывать на это – они даже кролика могут заметить в траве, а меня так и подавно. Правда, у кроликов нет маскировочных плащей, но где гарантия, что он поможет укрыться от зоркого глаза пернатого хищника?
Мне оставалось лишь неподвижно лежать, надеясь, что грифон меня не заметит, а неподалеку один за другим приземлился весь отряд искателей приключений. Не знаю первый это их поход или нет, но однозначно последний.
– Я же говорила! – прошипела мне на ухо Шпора. – Теперь придётся лежать неизвестно сколько, потому как грифон еще нескоро успокоится.
А он и не думал успокаиваться. Птица спустилась вниз, подхватила когтями одну из жертв и потащила на гору.
– Шпора, мне кажется, пора бежать!
– Шутишь? Птица тебя заметит.
– А будет лучше, если она унесет меня и сожрёт на вершине горы? Я не хочу быть кормом для её птенцов.
Пока мы спорили с феей, грифон вернулся и потащил наверх второго авантюриста. Выбрав удобный момент, я подскочил и рванул прочь. Басти мчалась следом за мной, поджав уши. Своей целью выбрал не открытое плато подальше от горы, а узкий овраг, до которого нужно было пробежать метров двести. Зато грифон туда точно не поместится. Я и сам влезу туда с трудом!
Птица заметила, что одна из жертв пытается сбежать, издала пронзительный крик и обрушилась на меня сверху. Самое печальное, что я никак не мог ей помешать. Щит не выдержит такой удар, шипы лишь ранят птицу, но остановить не смогут. Корни достают на ограниченное расстояние, я просто не успею поймать грифона, пока он будет падать на меня с высоты. Единственным вменяемым решением было бежать что есть сил и надеяться найти подходящее укрытие.
– Дэ-э-эн! – запищала Шпора, видя как когти грифона оказываются в опасной близости от меня.
Шшшух! Я успел прыгнуть в овраг, когти грифона рассекли воздух, и птица поспешила набрать высоту. Словно чувствовала, что я могу ей навредить. Зато Басти не растерялась и атаковала грифона. Рыси повезло, что своей целью грифон выбрал меня, иначе бы дикой кошке пришёл конец. Сейчас же плутовка чихала и пыталась выплюнуть перья, которые удалось вырвать из грифоньего хвоста.
Похоже, птица затаила на нас злобу из-за потерянных перьев, потому как еще несколько минут она нарезала круги над моим укрытием, а потом сдалась и принялась перетаскивать тела авантюристов на скалу.
Для меня это приключение тоже не прошло без следа. Подвернул ногу и пришлось расходовать еще одну единицу энергии, чтобы привести себя в порядок. История вышла не самая приятная – кулоны искателей не получил, добычей тоже не разжился, да и сам едва не погиб и неизвестно когда удастся безопасно покинуть укрытие. Лишь через пару часов я смог выбраться, когда грифон перестал парить в небе. Пришлось пройти по оврагу немного в сторону на случай, если птица всё еще следит за моим укрытием.
Шпора предпочитала молчать и не лезть под горячую руку, но её выражение лица словно кричало: «Я же предупреждала!»
Ругая себя за беспечность и потерю драгоценного времени, я собирался вернуться к тайнику, но меня привлёк жалобный крик птицы. Я даже уставился на небо и пригнулся, ожидая атаки с воздуха, но её не последовало.
– Дэн, это там! – заметила Шпора, указывая в сторону от оврага.
Осторожно пробрался через заросли малины, которая проросла на этой бедной почве и стал свидетелем необычного зрелища. Всего в паре шагов от меня на земле сидел грифон. Судя по всему, он был ранен, но это я заметил несколько позже, когда перестал любоваться его идеально белым оперением.
– Какой необычный грифон! Всё перышки белые, как молоко. Что это за порода?
– Это не порода такая, – отозвалась Шпора. – Это альбинос. Думаю, его выгнали из стаи, поэтому он здесь и сидит в одиночестве. Правда, не всё так плохо. Судя по тому, как он вертит головой, он нас видит.
– Может, просто на звук повернулся?
– Нет, смотри, он прямо на нас смотрит!
– Почему тогда не улетает и не нападает?
– У него крыло сломано! – заметила Шпора.
В этот момент грифон приподнялся и жалобно запищал от боли. Действительно, одно его крыло было сломано, а на обеих передних лапах отчетливо были видны глубокие рваные раны, покрытые запекшейся кровью.
– Ну, это мы сейчас исправим!
Птица настолько ослабла, что почти не сопротивлялась. Лишь когда я подошел на расстояние в пару шагов, грифон предпринял тщетную попытку подняться на лапы, но тут же рухнул и издал очередной жалобный писк. Думаю, он еще и ослаб из-за голода. Сколько он здесь лежит вот так? Повезло, что хищники не напали на его след, потому как раненая птица не смогла бы толком постоять за себя. Достал из рюкзака паучью лапку и швырнул её птице.
– Эй, дружище, как тебя зовут? Беляш? Держи угощение!
Птица оживилась и поймала лакомство на лету. Мощным клювом грифон расколол хрустящую паучью лапку надвое, а потом проглотил в два счёта. Скормил птице еще три лапки и решил, что пока хватит. Пусть останется на будущее, да и Басти обидится, если всё угощение скормлю грифону. Следующую лапку пришлось швырнуть рыси, потому как она недовольно урчала и переминалась с лапы на лапу, ожидая угощения.
С помощью умения Общения с живыми успокоил птицу и подошел вплотную. Теперь он даже не пытался меня атаковать, но всё равно с опаской косился, когда я проводил манипуляции над глубокими порезами. Обе раны вылечил с помощью исцеления, а для крыла потребовалась регенерация, потому как оно здорово пострадало и восстановить правильную форму с помощью обычного лечения оказалось невозможно. Угробил на это дело целых пять единиц энергии, но нисколько не жалел.
Пусть и за пределами Святилища, но энергия быстро восстановится. Зато птица благодарно прокричала и склонила голову, демонстрируя благодарность.
– Где это он так? Может, упал с высоты?
– Думаю, это другие грифоны постарались. Выгнали из стаи и ранили. Такие как он редко выживают в одиночестве. Свои же альбиносов не принимают, да и в изгнании грифоны недолго могут прожить. Это кажется, что они гнездуются поодиночке, но на деле эти существа часто пересекаются между собой.
– Откуда у тебя такие познания? Еще немного тебя натаскать, и можно отдавать в Оракулы.
– А ты отдашь? – сощурилась фея и хитро посмотрела на меня.
– Неа! Мне такое сокровище самому пригодится. Да и потом, куда я без тебя? Привык уже.
– Ну вот, а еще отчитываешь, когда я лезу под руку! – не упустила случая пожаловаться фея.
Грифон поднялся на лапы и неуверенно подошел ко мне, а потом потёрся о плечо. Сделал он это осторожно, но от неожиданности я едва удержался на ногах. Мощное создание! Я провел рукой по голове птицы, и грифон послушно выгнулся, подставляя спину.
– Да, дружище, мы с тобой во многом похожи. Меня тоже сородичи не признают и сторонятся, а при встрече пытаются убить.
– Мне кажется, он признал тебя другом, – заметила фея.
– Думаешь?
– Смотри, даже спину подставил. Это значит, что ты можешь сесть верхом. Грифоны позволяют такое лишь друзьям. Может, сделаешь кружок над поляной?
– Как же я полечу без седла? И потом, Беляшу нужно время, чтобы регенерация поработала над крылом.
– Ты ему уже и имя придумал? – ухмыльнулась Шпора.
– Ну, это пока так, прозвище… Хотя, звучит неплохо. Со смыслом, как я люблю. Пойдешь с нами?
Последние слова были адресованы грифону, и я был готов поспорить, что он понял мои слова, потому как низко склонил голову, а стоило мне сделать шаг в сторону, шагнул за мной.
– Поздравляю! Теперь у тебя тоже есть крылья! – ухмыльнулась Шпора. – Вот только летать лучше с седлом. Знаешь, удержаться на грифоне во время полёта – та еще задача.
– Где же я его возьму?
Хотел было сказать, что в Беловодье мне путь заказан, как в голову пришла мысль, что теперь расстояния для меня не помеха. Сел на грифона и отправился куда нужно. Пусть в Беловодье хоть до скончания веков сторонятся меня и объявляют награду за убийство, я найду другие города, где мне будут рады.
– Ну, совсем далеко улететь не выйдет, но до Арликана он точно дотянет, – тут же отрезвила меня фея, когда я поделился с ней своими мыслями. – Ближайший к нам крупный город – Барлитон, вот там можно и стойла найти для твоего Беляша, и потратить золотишко, которое пылится в сокровищнице.
– А ты уже успела подсчитать! Вам, девушкам, только дай волю, вмиг всё потратите.
Шпора показала мне язык и сделала вид, что обиделась, но уже через пару минут повернулась и состроила милые глазки.
– Дэн, а ты когда в Барлитон полетишь, меня возьмешь с собой?
– А с чего ты взяла, что я вообще туда полечу?
– Чтобы ты упустил возможность встретиться с людьми, которые не пытаются тебя прикончить? Не поверю. Если бы Беляш мог летать прямо сейчас, ты бы уже был в пути до Арликана.
– Я подумаю.
– Подумай-подумай! – сощурилась Шпора. – Но я уже знаю, что ты точно без меня не справишься.
– Это еще почему?
– Потому что дорогу не знаешь, а долго Беляш с седоком летать не сможет, поэтому без меня вы долго будете искать путь.
– Ладно, заноза, возьму!
–Уи-и-и! – Шпора принялась выписывать круги в воздухе и расшвыривать вокруг яркие искры, а грифон поднял голову и радостно заклекотал, разделяя радость феи. Да, теперь в нашем разномастном полку прибавление.
Мы вместе вернулись к тайнику с рюкзаками, и только сейчас я решил попытаться пролететь на грифоне. Беляш совершенно не возражал и с готовностью подставил спину. Это все равно что дельфин, который не прочь поплавать с человеком.
Устроился на спине и обхватил руками шею птицы. Пока Беляш брал разбег, меня немного покачивало из стороны в сторону, но потом грифон оттолкнулся от земли и в пару мощных взмахов крыльями взмыл в небо. У меня внутри всё похолодело, когда мы поднялись метров на двадцать. Это когда в колесе обозрения смотришь на окрестности, дух захватывает от красоты, здесь же я прекрасно понимал, что стоит мне разжать руки, и я полечу вниз.
– Беляшик, ниже! – птица послушалась и спустилась на высоту в метров десять-двенадцать. – А теперь вперёд!
Впечатления от полёта на грифоне не сравнить ни с чем. Мы летели над верхушками деревьев, словно гоночный болид. Да, скорость едва превышала движение автомобиля по городу, но когда сидишь в салоне – это одно, а когда ветер дует в лицо, и ты на бешеной скорости перемещаешься в воздухе – это совсем другое. Буквально за десять минут мы домчались до святилища, где я попросил Беляша подождать и быстренько опустошил рюкзаки. От идеи взять больше рюкзаков отказался – слишком большой вес будет мешать держаться на грифоне.
По пути к пещере остановились у места битвы с пауками. Я быстро осмотрелся, чтобы убедиться, что восьмилапые еще не прознали о гибели сородичей, собрал еще восемь паучьих лапок, которые теперь стали очень востребованы и поспешил убраться подальше с поляны. Шпору и Басти мы нашли на том же месте, где они и были. Фея места не находила от волнения и тут же накинулась на меня с претензиями: