- -
- 100%
- +
Предисловие
Начну, пожалуй, с новости. В конце концов, я в первую очередь репортер и только во вторую связан с аналитикой. Итак, в начале ноября 2022 года, когда эта рукопись проходила редактуру, британский таблоид The Daily Star выдал сенсацию. «Предназначенный для прогнозирования цивилизационных закономерностей суперкомпьютер World One определил год, когда произойдет крах цивилизации», – сообщило издание.
Речь шла о спроектированном для небезызвестного Римского клуба компьютере World One, который еще в 1973 году рассчитал, что к 2040 году произойдет глобальный коллапс, если рост населения и промышленности продолжится. Конец же цивилизации, как рассчитал World One, наступит в 2050 году. При этом прогнозные модели относительно ухудшения качества жизни и истощения природных ресурсов до сих пор удручающе точны.
Программа World One оценивала мир как единую систему и производила вычисления, базируясь на массиве разноплановой статистической информации с 1900 года. С ее помощью были созданы графики, показывающие, что произойдет с планетой через десятилетия. Компьютер строил статистические данные и прогнозы для таких переменных, как численность населения, качество жизни, обеспеченность природными ресурсами, загрязнение и многих других.
В качестве одной из мер по предотвращению катастрофы Римский клуб еще в то время предлагал некоторым странам, таким как США, сократить объемы поглощения мировых ресурсов. К рекомендациям, как это обычно бывает, не прислушались. И напрасно.
Сейчас, по данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), девять из десяти человек во всем мире дышат воздухом с высоким уровнем загрязнения. По оценкам ВОЗ, 7 миллионов смертей ежегодно могут быть связаны с загрязнением окружающей среды.
Для чего я начал с не очень оптимистичной новости? Разве эта работа – очередное пророчество о «конце света»? Вовсе нет. Эта книга о жизни. Нашей жизни, каждого человека. Еще она о будущем. И мне, как оптимисту, не хотелось бы окрашивать его мрачными тонами. Но и о «конце света» мы поговорим, ведь ценность жизни познается через смерть.
К слову, из всех эсхатологических представлений (то есть воззрений на проблему «конца света») меня привлекает буддийское пророчество о бодхисаттве Майтрее – Будде грядущего, будущем учителе человечества.
Его имя с санскрита переводится как «тот, кто есть любовь». Бодхисаттва Майтрея признаётся всеми школами буддизма и почитается представителями всех его направлений.
Исходя из буддийских трактатов, сейчас Майтрея находится на небесах Тушита (мир, где воплощаются будды и бодхисаттвы). Когда же он спустится на Землю, согласно предсказаниям, то за семь дней достигнет просветления, так как уже накопил весь возможной опыт и колоссальный потенциал за бессчетные кальпы прошлых воплощений. Предвестниками появления грядущего будды станет наступление благостных времён: прекратятся междоусобицы, голод, конфликты. В обществе исчезнут ненависть, злость и агрессия, будут культивироваться любовь, терпимость и сострадание.
Правда, по преданиям, наступят эти времена через пять миллиардов шестьсот миллионов лет. Однако существует другая, более обнадеживающая, точка зрения. Согласно ей Майтрея может воплощаться там, где он больше всего нужен. Так что, великий бодхисаттва где-то рядом. Как и истина, которую он несет.
Но оставим буддийскую космологию в стороне. Рассмотрим пророчество с обыденной, даже материалистической точки зрения. Чем хороша эта идея? В отличие от христианского понимания «конца света», предполагающего спасение только для избранных, буддизм оставляет надежду для каждого. Любой человек способен приблизить время пришествия Майтреи, если будет вести соответствующий образ жизни. И на сегодняшний день это, пожалуй, лучшая парадигма для человечества.
Собственно, представленная книга – это рассуждение как раз о том, как нам всем выстроить жизнь так, чтобы выбраться из бесконечного цикла кризисов, как нам всем вообще обрести смысл жизни и приблизить те самые благостные времена.
Замысел этой книги зрел около десяти лет. Однако ей суждено стать своего рода отзывом на угрожающие глобальной катастрофой события, разворачивающиеся вокруг сложных русско-украинских отношений. В феврале 2022 года я задался вопросом: что если мы все ошибаемся? Под всеми я подразумеваю не правительство своей страны, не украинцев, не командование НАТО. Все здесь – это человечество. Согласитесь, война не возникает, если в ней нет необходимости. Но если войны на планете случаются, значит, с нашим общим миром что-то не так. Война – это трагическая неспособность людей управлять собственной человеческой природой. Ведь если представить, что наша эволюция длилась всего час, то можно смело предположить, что еще десять минут назад мы были по существу кровожадными животными, подчиненными страстям, склонными к припадкам первобытной ненависти. И внезапно нас призвали стать гражданами и жить в гармонии с миром и самими собой. Нет, так изменения не происходят. Для них необходимо волевое усилие. Нужно захотеть стать другим. Прискорбно, но многие считают, что с ними все в порядке.
Основная идея этой книги заключается в том, что существует естественное (априорное) универсальное Основание, которое позволит нам выстроить благополучный мир настолько, насколько это возможно. И мы попытаемся его определить. Для этого потребуется совершить путешествие в темные глубины человеческого, постараться понять наши мотивы, изменить взгляд на общество.
Разумеется, представители академического сообщества найдут в этой работе множество изъянов. Справедливости ради скажу, что я не ставил перед собой цель написать научную монографию. Представленная работа еще только попытка определить то, что я называю Основание. Понимаю, заявленная проблематика чрезвычайно обширна, и погружаться в детали, значит обрекать себя на работу, которая едва ли будет завершена, так как она не под силу одному человеку. Однако, по крайней мере надеюсь, рассуждения относительно Основания и Настоящего человека для кого-то станут новыми координатами на жизненном пути. Возможно, со временем выдвинутые мною тезисы обрастут новыми подробностями и более изощренной аргументаций.
Но это будет уже совсем другая книга.
Глава 1 Первые и последние люди
В 2020 году на семидесятом Берлинском кинофестивале состоялась мировая премьера фильма «Последние и первые люди» Йохана Йоханссона. Дебютная картина исландца является экранизацией одноименного романа Олафа Стэплдона. Фильм и книгу разделяют больше восьмидесяти лет, однако, вопрос всеобщей смерти сегодня более чем злободневный. По основному сюжету романа, изложенному Йоханссоном, примерно через два миллиарда лет Восемнадцатый вид людей оказался на краю гибели из-за космической катастрофы. Сквозь тысячелетия Последние люди шлют свое печальное послание нам, Первым людям, с просьбой о помощи, надеясь, что мы сможем найти выход.
На тот момент, для многих зрителей фильм стал серьезным интеллектуальным опытом в череде коронавирусных локдаунов и перманентной тревоги. Вопрос не в особой режиссерской интерпретации седой классики фантастики, а в том, что картина заставляет задуматься над важными вещами. Такими, например, как будущее.
Напомню слова, произнесенные бесстрастным голосом Тильды Суинтон, выступающей в фильме Йоханссона от имени Последних людей: «Вашим писателям, сочиняющим книги о будущем, видится достижение некоей утопии, где подобные им существа живут в полном блаженстве. Но такой рай не возник ни разу за множество лет, разделяющих нашу и вашу эпохи». Они бьют в самое больное место человечества – лишают надежды на безопасность и справедливость.
Несмотря на утверждения некоторых исследователей, что насилия становится все меньше благодаря распространению гуманистической философии, мы строим мир, в котором значительная часть населения несчастна. Разумеется, сейчас меньше шансов быть убитым на улице, чем в Париже 18-го века. Когда-то рабство, детоубийство, жестокое обращение с детьми, убийства, погромы, кровопролитие были обыденностью. Сейчас прогрессивный мир осуждает насилие, основываясь все больше на гуманистических философских концепциях. В то же время поводов для оптимизма недостаточно.
Например, по итогам 2022 года в мире будет насчитываться 263 млн нищих, а 860 миллионов будут выживать на $1,9 в день. Такой прогноз дали эксперты Оксфордского комитета помощи голодающим. Они считают, что зонами гуманитарного бедствия станут Восточная Африка, Йемен и Сирия. Увеличению армии бедных способствовала пандемия COVID-19. Кроме того, негативно сказалось повышение цен на продовольствие и топливо, спровоцированное войной на Украине.
Необходимо напомнить, на долю России и Украины в производстве пшеницы и ячменя приходится 30%, кукурузы – 20%, подсолнечного масла – более 50%. Это продовольствие является основным источником питания для самых бедных жителей планеты. Свыше 30% пшеницы, поступающей в 45 стран Африки, производят Россия и Украина. К тому же Российская Федерация является крупнейшим поставщиком газа и нефти. В свою очередь, нарушения в поставках зерновых и энергоносителей привели к повышению цен. Стоимость нефти марки Brent выросла на 60%, а газа и удобрений – более чем в два раза.
В 2007 году рост цен на пшеницу спровоцировали голодные бунты в 37 странах. Тогда культура стоила 240 евро за тонну, сейчас – больше 400. Кризис 2010 года и голод вывел на улицы жителей более 20 стран между Мавританией и Ираном. Он вверг Ливию и Сирию в опустошительные войны, привел к дестабилизации современного мира. Можно предположить, что нынешний кризис будет более разрушительным по своим масштабам. Мы стоим на пороге третьей мировой войны и ядерного апокалипсиса. И это не пустой алармизм, а вполне реальный сценарий развития событий, один из вариантов.
В 2015 году 193 государства ООН приняли 17 Целей устойчивого развития. Цель № 16 подразумевает «построение миролюбивого общества». Но мир не становится безопаснее. Все происходит с точностью наоборот. За последние 30 лет в различных вооруженных конфликтах погибли больше 2,7 миллионов человек. Это удручающие цифры. По подсчетам историков, всего за период становления человеческой цивилизации произошло около пятнадцати тысяч войн, в результате которых погибло больше трёх с половиной миллиардов людей. И это только прямые потери армий и гражданского населения.
Мир также не становится счастливее. Между странами и внутри них существуют большие различия в уровне доступа к благам современного развитого общества, например, медицинским и образовательным услугам. В большинстве государств весь объем, на который ежегодно увеличивается национальный доход, распределяется между людьми, входящими в один процент наиболее обеспеченного населения. Доля же наименее обеспеченного населения стран в среднем составляет 40%, и между этими людьми распределяется менее 25% объема национальных доходов.
В развивающихся странах у детей из наименее обеспеченных семей вероятность дожить до пяти лет в три раза ниже, чем у детей из наиболее обеспеченных. При этом такие наименее обеспеченные семьи составляют до 20% всего населения развивающихся регионов. Во всем мире около 265 млн детей и молодых людей не посещают школу, что равнозначно четверти населения Европы. Более половины детей, не посещающих школу, проживают в районах, пострадавших в результате вооруженных конфликтов: 35% или 22 млн детей от шести до 11 лет, 25% или 15 млн детей от 12 до 14 лет и 18% или 26 млн молодежи от 15 до 17 лет. В ноябре 2021 года генеральный секретарь ООН заявил: «…все больше людей скатываются в крайнюю нищету и сталкиваются с угрозой голода». «Растущее неравенство приводит к дестабилизации ситуации, – предупредил он, – Особенно когда не обеспечен доступ к базовым услугам в сфере здравоохранения, образования, безопасности и правосудия».
Не менее сложным вызовом являются климатические риски. Они нарастают так быстро, что вскоре могут перечеркнуть способность природы и человечества к адаптации. Существует мнение, что то же глобальное потепление – надуманная проблема. Я соглашусь с тем, что климатические изменения сейчас используются как инструмент либо политических манипуляций, либо экономического давления на тех или иных участников глобальных рынков. И это главное, что снижает наше доверие к тому же таянию арктических льдов или изменениям океанических течений. В то же время мы имеем статистику и прогнозы ООН, возможно, не самой объективной организации (особенно в последнее время), но тем не менее.
Итак, по данным ООН, уже сегодня 3,4 млрд человек живут в местах, где людям угрожает опасность. При потеплении на 1,6°C исчезнут 10% животных (сейчас температура поднялась на 1,19°C). 38% населения Земли могут лишиться постоянного доступа к чистой воде. Глобальное потепление повлияло на частоту экстремальных погодных событий: пожаров, ураганов и наводнений. Они происходят чаще, чем прогнозировалось к 2100 году. В целом по миру последние 14 лет каждый год более 20 млн человек вынуждены менять место жительства из-за стихийных бедствий. С 1970 по 2000 год в мире за год происходило 90-100 катастроф среднего и крупного масштаба. Специалисты прогнозируют, что экстремальных волн жары в 2030 году будет в три раза больше, чем в 2001 году, а продолжительность засух вырастет на 30%. Кроме того, людям предстоит пережить новые пандемии. Если антропогенная деятельность будет продолжаться в течение следующих десятилетий так же активно, как сейчас, то человечеству, ко всему прочему, угрожает и голод.
Но и это не все. Уже сейчас можно видеть очертания довольно мрачных грядущих времен. Рассмотрим в качестве примера Шанхай. Из-за коронавируса город долгие месяцы находился в условиях жесткого карантина. Один из крупнейших городов планеты превратился в китайское «поле экспериментов», на котором отрабатывалась стратегия «нулевой терпимости» к COVID-19. Изначально планировалось, что локдаун продлится девять дней, за которые был бы протестирован каждый житель города. Город поделили на две части по реке Хуанпу: восточную часть города должны были закрыть на карантин с 28 марта по 1 апреля, а западную – с 1 по 5 апреля. Однако сдержать вирус не удалось: заболеваемость продолжила набирать обороты.
Более 24 миллионов человек не могли выходить из дома. Некоторым людям пришлось изолироваться прямо на рабочих местах. Чтобы удержать людей в квартирах, власти заваривали двери подъездов. По пустым улицам курсировали роботы, которые через громкоговорители требовали от граждан соблюдать карантинный режим. Отказ от теста на коронавирус нередко приводил к тюремному заключению. Отчаявшись, люди кричали из окон. Над жилыми комплексами летали дроны. «Сдерживайте стремление своей души к свободе», – требовали беспилотники. Недовольство горожан выливалось в столкновения с полицией. По некоторым данным, на тот момент, когда писалась эта глава, со всего Китая в Шанхай свезли больше 38 тысяч врачей. Перед ними стояла одна задача: достичь нулевой заболеваемости COVID-19. Была введена тотальная цензура. В соцсетях удалялись посты с историями о людях, умерших от COVID-19 или несвоевременно оказанной медицинской помощи, возражениями врачей, жалобами на нехватку еды и повальный рост цен.
Это только один из вариантов нашего будущего: подавление человека государственной машиной. При этом не стоит сомневаться в грядущем усилении государственного насилия под предлогом безопасности даже в развитых демократиях. Оно будет носить более мягкий вариант по сравнению с тоталитарными и автократическими режимами за счет изощренной манипуляции общественным мнением. Но демократии пришел конец. В качестве живого примера можно привести основателя Wikileaks Джулиана Ассанжа. Сейчас, после экстрадиции в США, это прибежище свободных людей, ему грозит 175 лет тюрьмы только за то, что когда-то он раскрыл миру правду. И не приходится сомневаться, когда вы читаете эти строки, он скорее всего уже находится за решеткой в американской тюрьме строгого режима. Возникает вопрос, какой будет реакция общества на повсеместное подавление свобод? Наиболее инертная его часть будет пытаться подстраиваться под возникающие новые правила игры. Но политические процессы неизбежно радикализируются. Мы станем свидетелями бунтов, массовых беспорядков, возникновения новой волны терроризма в духе немецкой Фракции Красной Армии. Процесс уже запущен.
Еще в 1958-м году Батай в статье «Переполненная планета» заявил: «…нет ничего, что существует в конечном счёте: всё подвешено над бездной, сама основа – это только видимость страховки». В 70-80-е годы постструктуралисты предложили идею «мира-как-текста». Эта концепция впоследствии была дополнена новым поколением философов. Так, у постмодернистов «мир-как-текст» открылся для множества равноправных интерпретаций. В 80-е наука вслед за философией признала, более того, подтвердила экспериментально, что нестабильность – неотъемлемая часть эволюции. Хаос стал рассматриваться как созидательный феномен. В новом тысячелетии мы вплотную подошли к экстремальной нестабильности – гиперхаосу, в котором нет ничего невозможного. Даже немыслимое теперь возможно. Мир стал, по выражению французского философа Квентина Мейясу, контингентным. В нем больше ничто не является необходимым. Эта ситуация еще более сложная, чем ее в свое время представлял Батай. Мы не просто подвешены без страховки. Бездна – единственное, что нас окружает. И не понятно: падаем мы или застыли, уже погибли, и всё видимое – предсмертная вспышка воспоминаний, – или живы.
Гёте принадлежат слова: «Человечество станет умнее и рассудительнее, но не лучше, счастливее и деятельнее. Я предвижу время, когда человечество не будет больше радовать Бога, и он будет вынужден вновь все разрушить для обновления и творения». Казалось бы, действительно, можно сдаться и смиренно ждать очередного всемирного потопа. Однако будем оптимистами – поводов для капитуляции нет.
Следует понимать: не нами выбран мир, в котором нам приходится жить, вместе с тем, нам выбирать, как жить. Реальность подчиняется всем людям, а не только тем немногим представителям деловой и политической элиты, кто сейчас ее создает. Идеи социальной энтропии до сих пор главенствуют в кругах власти по всему миру, несмотря на то, что экстраполяция классической физики на общественные процессы в целях управления ими, является довольно упрощенным подходом. Нужно помнить: мы гипотетически способны знать все начальные условия, в то время как будущее остается принципиально непредсказуемым. Можем только строить догадки и выстраивать предположения относительно того, каким образом текущие действия повлияют на социальные процессы. И то не далее темпорального горизонта. Бросая камень с крыши, мы знаем наверняка, что он упадет, так как существует притяжение, и нам об этом известно. С обществом все гораздо сложнее. Рассматривать его при прогнозировании как равновесную систему, подчиненную законам термодинамики, все равно что предсказывать погоду на следующее десятилетие.
Возможно, из-за упрощенного подхода к социальным процессам, убежденности, что их можно сколько угодно долго контролировать, как давление в паровом котле, ошибочного понимания природных взаимосвязей, да и нашей собственной природы, мы оказались в положении пассажиров «Титаника». Только на нашем корабле спасательные шлюпки вообще не предусмотрены (куда денешься с планеты?), навигационные приборы и средства связи разбиты пьяной взбунтовавшейся командой, а на мостике развязалась кровавая драка за штурвал и власть прокладывать курс. Только какой курс в таком положении ни прокладывай, он все – в безысходность. Такова неприятная особенность нашего мышления: мы слишком поздно начинаем задумываться об отдаленных последствиях запущенной нами же цепи событий. Мало того, что мы всегда ищем внешнюю причину своих бед, так еще мы реагируем только на непосредственные угрозы. Грядущие опасности для нас слишком абстрактны, чтобы ими всерьез кто-то занимался. Словом, мы видим только малую часть огромного пазла. Между тем организация мира все больше усложняется, и пользоваться подобными моделями мышления – все равно, что дать кораблю полный ход среди айсбергов. Мы слишком привязаны к настоящему моменту. В то время как человечество связано событиями истории, а каждое инициированное нами событие в настоящем имеет последствия, которые могут проявиться через годы или десятилетия. Но мы привыкли оставлять проблемы грядущим поколениям. Только вот задачи перед этими поколениями становятся труднее и труднее.
Между тем, у нас есть очевидное преимущество перед Последними людьми – время. Пусть мы не располагаем суммой знаний о миллиардах лет эволюции человеческой цивилизации, то есть той карты, с помощью которой можно обойти явные и скрытые опасности, мы, Первые люди, находимся в одном шаге от мира, в котором мечтаем оказаться. Мира Настоящий людей.
Почему изменения важны? Поясню. Никто из нас не пребывает в объективной реальности. Мы все по-своему переживаем ее. Создаем собственную версию пространства жизни. При таких условиях сложно утверждать существование какой-либо истины. Однако нужно понимать две вещи. Во-первых, реальный мир существует. Он был до нас и будет после нас, и он никуда не исчезает за нашей спиной. Во-вторых, можно остаться на уровне реактивного мышления, то есть быть погружённым в бесконечные срочные, но мелочные по существу дела, а можно проникнуть в сферы более высокого порядка, откуда открывается совсем другой вид на условия и смысл существования.
Проиллюстрируем эту идею следующим образом. Представим, что некий человек с рождения много лет прожил на острове в окружении небольшой группы людей (допустим, это были потомки переселенцев, бежавших от цивилизации), которые ничего не знали о существовании другого мира. На горизонте не появлялись корабли, над островом не пролетали самолеты, к берегу не прибивало посторонних предметов – полная изоляция. Однажды прогуливаясь по пляжу, человек обнаружил подробную карту континентов, морей, океанов, больших и маленьких островов. Внезапно он понял, что существует нечто гораздо большее, чем он представлял. Он поделился находкой и своими соображениями с другими. Но никто не поддержал его стремление отправиться в странствие. Тогда этот человек построил плот и отплыл в одиночестве, несмотря на риск погибнуть в первой же буре.
Интерпретация. В современной психологии существует понятие «зона комфорта» (смею предположить, его значение известно каждому). Если речь идет о физическом существовании, то покидать эту «зону комфорта» не всегда нужно. Другое дело, когда мы говорим о мышлении. Наши способности к познанию мира, других, самих себя ограничиваются множеством предрассудков, но большую опасность представляет растущая косность ума – чем мы старше, чем устойчивей наше социальное положение, тем менее гибок наш разум, тем больше он регрессирует, практически не оставляя нам шансов на изменения, сужая тем самым наши возможности к познанию мира. Как говорил Сократ, непознанная жизнь не стоит того, чтобы ею жить. Таким образом, в нашей власти выбирать: мыслить в рамках предрассудков (то есть не покидать остров) или открыть ментальное пространство для более значимых целей и задач. Другими словами: быть свободными или оставаться в добровольном заточении.
Свобода – это не то, что даруется свыше, не то, что достигается через огонь и кровь. По сути никакие законы, даже самые совершенные, не способны сделать нас свободными. Свобода – это всегда личный выбор, проистекающий из твердого намерения изменить отношение к жизни. Помните: мы не пешки в чужой игре.
Глава 2 Закон Джунглей
Сербская художница-перформер Марина Абрамович в 1974 году провела шокирующий эксперимент «Ритм 0». Он показал: человек удивительно быстро может превратиться в дикаря, если ему это позволить. «Полученный мной опыт говорит о том, что если оставлять решение за публикой, тебя могут убить», – утверждает Абрамович.
Организованный ею перформанс длился шесть часов, в течение которых художница стояла неподвижно, а «зрители» могли взять любой из 72 предметов, лежавших на столе в комнате, и использовать их на Марине. В их числе были ножницы, хлыст, фонарик, виноград, хлеб, духи, яблоки, роза, нож и даже пистолет. Люди очень быстро потеряли интерес к "хорошим" предметам и принялась истязать художницу. «В начале публика была очень спокойная: они играли со мной, подарили мне розу, целовали, но потом они стали становиться все более дикими. Они резали мою шею и пили кровь. Один человек зарядил пистолет и вставил его мне в руку – его интересовало, нажму ли я на курок. Они взяли ножницы и срезали с меня одежду. Они втыкали в мою кожу шипы розы. Как только эксперимент закончился, я стала собой – до этого я была куклой для них – и стала ходить по галерее, а люди побежали, – вспоминает Абрамович, – я помню, что придя в отель в этот вечер и посмотрев на себя в зеркало, я обнаружила у себя прядь седых волос».