Случайно суждено

Глава 5 – Я её больше не увижу

– Москва, встречай! – выходит Соня из самолёта и радостно вскидывает руки.

– Слава нас не встретит.

– Вот засранец. Как чувствовала, – набирает чей-то номер.

– Он просто много трудится.

– Ага-ага.

Через часа два я была уже у подъезда. Поднимаюсь на 5 этаж и открываю ключом дверь.

Слышу звуки телевизора. Забыл выключить, что ли?

Прохожу в гостиную.

– Слава? Что ты тут делаешь? – удивлённо смотрю на него.

Он сидит на диване и уплетает чипсы.

– В смысле что делаю? Живу. Забыла?

– Ты же говорил, что не сможешь встретить?

– Я и не мог. Но в последний момент встреча отменилась. А тебя я уже предупредил, что не приеду. Что зря мотаться по пробкам?

– Знаешь, было бы удобнее, если ты бы всё-таки приехал.

– Ну, у тебя руки-ноги есть, такси в нашей стране, благо, ещё дешёвые. В чём проблема? – продолжает смотреть телек.

Подхожу и перекрываю ему вид. Беру немного чипсов из пачки.

– Что, даже не соскучился?

– Если честно, так был занят, что даже не успел. Кажется, будто вчера виделись.

– Ясно, – иду в комнату и плюхаюсь на кровать, засыпаю.

***

– Жди меня там, – говорю ей, смотря в её прекрасные голубые глаза. Она кивает. Какая милая. Как только она согласилась провести со мной этот вечер? Бьюсь об заклад, у такой леди есть достойный её мужчина, уверенный в себе, богатый. Всё не про меня...

«Ха, ещё и надумал себе что-то. Да у тебя нет шансов!» – бубню я себе под нос.

Сам подумай, на кой ей сдался мелкий работник по обслуживанию зданий, который прячет свою неуверенность за тупыми шутками и приколами?

– Пфф, – выдыхаю и захожу в магазин электроники.

– Мы закрываемся через 10 минут, поторапливайтесь.

Я быстро нахожу то, что мне надо, бегу на кассу и попадаю в большую очередь. Кручусь-верчусь, стоя на одном месте, ступни отбивают ритм знакомой мелодии. Ну, хватит, Ян, как будто шило в том самом месте. Это она на меня так действует.

Выхожу из магазина, довольно направляясь к ней, в магазин одежды. Вижу её сквозь стеклянные двери, собираюсь зайти, но мне преграждает путь какой-то парнишка лет семи.

– Извините, извините, – испуганно, – помогите мне.

– Чем помочь?

– Там маме моей плохо, упала на землю и не может встать. Тут за углом.

Осматриваюсь, народу уже мало.

– Хм, может, скорую вызвать? – пытаюсь сообразить, что делать.

– Нет-нет, только не скорую! У нас нет страховки.

– Ну, веди.

Он шустро убегает, и я иду за ним. Мы свернули с центральной улицы на узкую.

– Пожалуйста, быстрее! – кричит мне. – Я ускоряюсь.

Идём мы уже быстрым шагом около двух минут.

– Ну, и где она?

– Вот тут, за углом.

Мы снова поворачиваем налево и заходим в какой-то глухой закоулок. Тут почти нет света, только один фонарь мигает вдалеке. Вокруг что-то похожее на старые гаражи. Мальчик убегает вперёд и скрывается за стеной, я постепенно замедляю шаг.

– Ну, и где твоя ма...

– А вот и наши гости, – смотрит на меня здоровый мужик, с цепью на груди.

– Эй, кудрявый, подойди! Твой друг явился, – орёт второй.

– Мужики, вы что-то попутали. Мы не знакомы.

Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но путь мне перегораживает ещё один, похудощавее, но с битой. Как креативно. Остаюсь на месте.

– Я уверен, мы сможем разойтись спокойно. Хотите телефон, деньги? Вот, всё, что есть, – выворачиваю карманы.

Тут откуда не возьмись вылетает тот мальчик с деньгами в руках. Ну, ни стыда ни совести. За ним выходит ещё один громила. Я узнал его. Это тот придурок с пляжа, который приставал к Марго. Что за сброд тут собрался...

– Тут ты не прав. Спокойно разойтись мы не сможем.

Я стараюсь сохранять спокойствие, но мой пульс учащается и пот пробивается сквозь футболку.

– Четверо против одного, вам не стыдно? Нет дел поважнее?

– Да у нас тут заняться нечем, вот и куролесим. Небо ясное, пляж пустой, а хороший вечер – всегда повод развлечься.

Я могу попробовать сбежать, но вряд ли это что-то изменит. Или нужно рискнуть? Я, конечно, знаю несколько приёмов с армии, но никогда не доводилось мне бороться с четверыми в одиночку.

– Запомни, – ко мне подходит кудрявый и нагло вертит своими ключами перед моим лицом, – никто не смеет меня оскорблять в присутствии тёлки.

– Чем это от тебя так несёт? – закрываю пальцами нос, отворачиваясь от него.

– Сэнсэй, – ржут двое, – да он совсем страх потерял, вырубай его!

Я заметил, как его правое плечо отодвинулось назад. Бить будет с правой. У меня секунда на размышления.

Б – блокировка.

Я поднимаю руку в сторону удара, чтобы смягчить его силу.

З – захват.

После блокировки захватываю запястье нападающего одной рукой, а другой рукой обхватываю его локоть. Это поможет контролировать его движение.

П – перекрытие.

Наклоняюсь в сторону, противоположную от захваченной руки, тяну за собой кудрявого, чтобы сбить его с равновесия.

П – поваливание.

Используя силу своего тела, я валю его на землю, подставив свою правую ногу под его левую.

И последнее. Контроль. Удерживаю его руки сзади, чтобы предотвратить дальнейшие действия.

– Ты поэтому привёл дружков? Потому что сам не в силах справиться?

– Заткнись, урод! А вы что стоите, недоумки?!

Все ненадолго остолбенели, но после криков своего Кудряша принялись идти на меня. Я резко рванулся убегать, но они перегородили мне путь, у одного из них виднелся пуш-даггер, торчащий из пальцев. Я знал, что в лучшем случае останусь в живых.

Бита летит прямо на меня, я уворачиваюсь и с силой толкаю худощавого ногой, он летит на того мужика с цепью. Внезапно один из нападающих, тот с тычковым ножом, бросился на меня. Я уклонился в сторону и схватил его за запястье, пытаясь сделать тот же самый приём и вырвать оружие из его рук. Он дернулся, но я не отпускал его, и в этот момент другой парень с битой снова пошел в атаку.

Я резко отпустил запястье, но он неожиданно задел меня ножом, я отвлёкся на жгучую боль, и в этот момент дубинка прилетела мне прямо по затылку. Я упал. На меня шли ещё двое. Я попытался встать, но тот продолжал лупасить меня палкой, другой ногами.

Сэнсэй подошёл и, присев на корточки, смотрел мне в глаза. Их удары не утихали, каждый был с новой силой, и по ногам и по спине, по животу, по лицу. Я даже не мог дышать, не то что кричать. Кто-то прижал мою голову подошвой к земле.

– Знай своё место, отброс, – уверенно произнёс Кудряш, не отводя от меня взгляда. – Отойдите! Моя очередь.

Он добивал меня, но, кажется, я уже ничего не чувствовал. В голове крутилась только одна мысль «Я её больше не увижу». Мир стал размытым, как будто смотришь через мутное стекло. Я перестал сопротивляться. Последнее, что я почувствовал – это резкая боль, а затем наступила тишина.

Глава 6 – День звонков

– Я не хочу праздновать с твоими родителями, – впопыхах надевает брюки и подбирает с пола галстук.

– Но почему? – бегаю за ним по дому, пока он собирает свои носки.

– Твоя мать выносит мне мозги, а отец... сама знаешь.

– Мои родители тебя любят. Ну, раскритиковал он твоё хобби, что с того? Тебе тоже многое не нравится, чем я занимаюсь.

– Это не хобби, это моя страсть! – буркает мне. – Ты же знаешь, я всегда мечтал стать гонщиком.

– Тогда зачем пошёл в ювелирный бизнес? Ты уже несколько лет ноешь мне про эти гонки.

– Как зачем? Там бабки крутятся, во-первых, а во-вторых, я че, дурак, жизнью рисковать?

– То есть на картинге безопаснее? Там даже крыши нет.

– Ничего ты не понимаешь, женщина! – достаёт обувь и надевает куртку.

– Ты там проводишь большую часть своего свободного времени, хоть бы раз меня пригласил посмотреть, – принимаю обиженную позу.

– Не неси глупостей, там тебе делать нечего. Всё, мне надо бежать. Сегодня задержусь, ложись без меня, – целует в щёку, и дверь за ним захлопывается.

Через два дня Новый год, а он всё бегает. М-да.

Открываю телефон, смотрю фотки с отдыха. Эх, классно было. Дохожу до конца и застреваю на фотке со статуей дракона, куда случайно попала часть лица Яна. Улыбка моя испаряется, брови собираются в домик. Я тыкаю на «корзину». Передо мной выскакивает окошко «Вы уверены, что хотите удалить фотографию?» Я задумываюсь и пялюсь в экран. Вдруг приходит сообщение от сестры. Нажимаю на баннер. «Посидишь с ребёнком?»

И сразу же звонит.

– Да?

– Слушай, у меня тут форс-мажор. Коля ехал с Воронежа от родственников, но на полпути ласточка крякнула, и теперь он ждёт своего знакомого на автовозе. Там ещё снегопад такой, жесть, в общем. А он должен был...

– Божена, ближе к делу.

– У меня сейчас смена начнётся, а Марфушу не с кем оставить. Ты уже приехала?

– Я дома. Когда к вам заехать?

– О-о, замечательно! Нет, мы сами приедем.

Кладёт трубку.

Раздалось три звонка в дверь.

От оно как, оперативненько.

Впускаю их и только хочу поздороваться, как Божена резво подталкивает ребёнка вперёд, через порог, и закрывает дверь. Я помогаю Марфуше раздеться и иду на кухню что-нибудь приготовить. Она стеснительный ребёнок, поэтому говорит очень мало. К тому же Марфа ест выборочно, так что накормить её – та ещё проблема.

– Будешь омлет?

Мотает головой.

– А кашу?

– Фи.

– А что тогда?

– Лоллы.

– Не поняла.

– Гхоллы, – пытается она сказать внятнее.

– А-а, ясно. Роллы, девочка моя, с мамой будешь кушать. Давай ограничимся на хлопьях с немолоком.

После завтрака я включила ей мультики, а сама сидела в комнате и разбирала чемодан. Неблагодарное это дело. Собирать чемодан гораздо приятнее. В начале я разложила свои старые вещи, а потом принялась за новые покупки и сувениры, настойчиво игнорируя красную коробочку от Яна. Она была обернута в блестящую красную бумагу с золотистыми узорами.

Когда чемодан был уже пуст, я взяла коробочку и села с ней на кровать, гадая, что же может быть внутри. Но мне так не хотелось её открывать. Вернее, хотелось... Но тогда бы я проиграла. Меня бы развели на чувства, на эмоции, которых я избегаю. Если внутри окажется что-то, что вызовет у меня улыбку или тепло в груди, это будет ещё одной раной. Я боялась, что это будет что-то, что напомнит мне о нём, о том, как легко он вошёл в мою жизнь и так же легко вышел из неё, оставив лишь этот подарок.

Воспоминания накатывали. Его улыбка, его голос, его шутки – всё это было так близко мне. Он просто исчез, оставив меня одну с этой коробочкой и множеством вопросов. Почему он не сказал ничего? Почему?

Я пошла на кухню и выкинула её в мусорку. Со спокойной душой я стала собирать и наряжать ёлку, достав из темнушки пару коробок мишуры с гирляндами. Марфуша мне помогала.

Телефон зазвонил.

– Алло? Пап?

– Здравствуй, доченька. Как дела? Ты уже вернулась?

– Папуля, всё хорошо. Доехала нормально. Вы там как?

– Да вот готовимся потихоньку к Новому году, купили уже вам подарки, – радуется.

– Эм... Насчёт этого.

– Мать так рада, что мы отпразднуем все вместе! Уже накупила столько продуктов, класть некуда.

– Просто Слава не хочет, чтобы вы приезжали...

– Что? Как не хочет? – охает мама.

– Я на громкой?

– Да. Так что этот твой там придумал? – их голоса звучали так расстроенно, что я не могла этого выдержать.

– Это семейный праздник! Нельзя быть порознь, – чуть ли не за сердце там, наверное, хватается.

– Нет-нет. Вы не дослушали меня. Он не хочет, чтобы вы приезжали так поздно! Днём раньше было бы прекрасно. Переночуете и вместе приготовим ужин.

– Ой, замурчательно! – хлопает в ладоши мама. – Не правда ли, Пуська?

– Да оставь ты кошку в покое, дай ей отдохнуть от твоих тисков.

– Ладно, пап, до встречи, у меня тут вторая линия.

Ёлки-палки. Слава меня прибьёт. Переключаю вызов.

– Слушаю?

– Марго! Наконец-то дозвонился! Во-первых, поздравляю тебя с повышением.

– Спасибо.

– А во-вторых, в связи с этим, у меня для тебя вопрос. Сможешь ли ты третьего января проинтервьюировать одну важную персону?

– Третьего?..

– Знаю, что в праздники. Но дело не терпит отлагательств. Плюс это твой шанс показать себя. Интервью будет посвящено внедрению новых технологий в хирургическую практику и их влиянию на качество медицинских услуг.

– Ох...

– Ответ ожидаю либо да, либо положительный.

– Знаете же, на кого повесить. Хорошо.

– Вот и отлично! Вышлю информацию по почте.

Я только положила трубку, мне опять кто-то звонит.

– Это Маргарита Романовна?

– Допустим.

– Уделите нам всего пару минут. Мы бы хотели предложить Вам кредитную карту на...

Так. До свидания.

Кидаю телефон на диван. Через минуту он опять трезвонит! Чёрта с два я отвечу на это! Прохожу мимо, чтобы посмотреть, кто звонит. Слава, блин.

– Если ты что-то забыл дома, я тебе привозить это не собира...

– Я просто хотел сказать, что люблю тебя. Что ты сразу атакуешь?

– Ой, извини. Я, эм... я тоже тебя люблю.

– Настроение новогоднее подлетело, да и с работы получилось слезть раньше. Встречу коллег только в следующем году.

– Вот и славно. Я рада! Можешь забрать посылку на почте по дороге?

– Марго, ну, такой мороз, что звёзды пляшут. Я ещё голодный, как медведь после зимней спячки. Давай потом. Что на ужин?

Я почёсываю затылок, хороший вопрос.

– Это сюрприз.

– Скоро буду, целую.

Так-так, жрать вообще нечего! В холодильнике сверчок запел свою последнюю песню.

– Здравствуйте! Это «Уют-Плюс»? Ага, прекрасно. Мне нужен борщ со сметаной, два, вареники с картошкой и ещё две порции винегрета, – Марфа стоит, как котик в сапожках, с таким же космическим взглядом, – ой, стойте-стойте. Добавьте ещё порцию роллов, пожалуйста. Да, наличными. Хорошо, спасибо!

Марфа захлопала в ладоши и убежала играть в зал.

Когда привезли еду, я дала роллы своей племяшке только на одном условии. Итак, повтори, что ты должна сказать?

Марфа встаёт в позу солдатика и с прикрикиванием лопочет.

– Гхита – ты пгхекгхасная хозяйка, гхоллы были пгхосто супегх!

– Молодец, топай.

***

– Марго, ты меня сегодня удивила, – Слава ложится в кровать и накрывается одеялом.

– В смысле?

– Такой вкусный борщ я давно не ел, с каких пор ты научилась готовить?

Я зеваю, думая, что ответить.

– Да просто зашла в магазин и вдохновилась э-э... рождественской атмосферой, знаешь там, свёкла, огурцы, кукуруза... И voilà! Борщ – так ему и быть.

– М-хм, радуй так меня почаще, – ведёт своей рукой мне по бедру и улыбается.

– У тебя игривое настроение из-за борща или...?

– Ты такая красивая, такая притягательная, – целует меня в шею, – мм-мм, какая вкусная.

Я сглатываю комок в горле и думаю плыть по течению. Но когда он на протяжении трёх минут «топил мой лёд», а потом не выдержал, я поняла, что совсем не хочу его.

– Слушай, подожди-подожди, – отталкиваю его руками.

– Что такое?

– Прости, я не могу.

– Это почему ещё?

– У меня, ну... гости из Краснодара приехали.

– Какие ещё гости? – в недоумении.

– Ну, этот, как его, ежемесячный отчёт.

– Ты беленов объелась?

– Дни красные. Не тупи, Слав.

– А-а, так что ж ты сразу не сказала? Я тут несколько минут мучаюсь, чтобы ей приятнее было, а она даже не предупредила.

– Мне было приятно, – укутываюсь в одеяло, отстраняясь от него.

– А мне теперь как заснуть? Поможешь?

– Понятия не имею, о чём ты говоришь, – соврала я, как и о красных днях.

– Зашибись.

– Кстати, завтра приедут мои родители. Задержатся у нас до следующего года, – пробормотала я быстро.

– Что?! – вскрикнул он, шокированный.

– Спокойной ночи, – мигом вырубаю свет и притворяюсь, что сплю.

Глава 7 – Проглотить желание

Сегодня 31-е. На ёлке горят огонёчки, а под ней куча подарков. Стол в гостиной накрыт, осталось только вынести ещё парочку салатов и напитки.

– А куда мужчины запропастились? – спрашивает моя мама.

– Они с утра были в бане. Решили Новый год встречать чистыми.

– Что ж, как ни мойся, белее снегу не будешь.

– Мам, да пусть делают, что хотят. На кухне только мешаться будут.

– Ну, и когда этих лентяев ждать?

– Минут через 20 уже должны приехать. А пока мы только тут девочками. Да, Марфуша? – любяще осматривает её новогодний костюмчик змеюки.

– Божена, ты правда считаешь, что одевать ребёнка в змею – это норм?

– А что такого? У нас же не год кошечки намечается или зайчика.

Вздыхаю. Впрочем, Марфа всегда воспитывалась нетривиально. В обществе такие слывут за детей странных, но с другой стороны вызывающих любопытство.

– Марго, я тут недавно встретила Антона. Спрашивал про тебя.

– Что? – бросила я резать ананасы, – и что он спрашивал? А что ты сказала?

– Кто такой Антон? – вмешивается мама.

– Мам, это её бывший.

– А-а, школьная любовь. Эх, такой хороший паренёк, жалко, что разошлись.

– Ну, ма-ам, хватит уже.

– Слава, конечно, неплохой парень. Но готов ли он на серьёзные отношения? Уже пару лет тебе нервы треплет, но ни кольца, ни разговоров о совместном будущем.

– Так, стоп-стоп. Сначала скажи, о чём вы говорили?

– Да ни о чём тебя компрометирующем! Что заладила-то? Любишь его ещё?

– Пфф, ещё чего. Просто есть гештальт незакрытый. Расстались как-то непонятно.

– Да он тебя испугался. Ты была слишком настойчивой.

– Я? – ещё интенсивнее натираю сыр.

– Да. Разве это нормально осыпать парня комплиментами и говорить ему о свадьбе после 2-х недель отношений? Любой сбежит, пятками сверкая! – хихикает Божена. Марфуша сидит у окна и допивает коктейль из перепелиных яичек.

– Я и Славе говорила, но он же не сбежал!

– Он просто понял, что с тобой можно резину тянуть.

– Разве я недостойна внимания и любви? Быть настоящей женой... – нижняя моя губа поджимается, а голос выдаёт печаль.

– Доченька, безусловно, ты достойна! Выкинь эту чушь из своей головы. Антошка был глупым, не понял сразу, кого потерял. А Слава... Ну, он тугодум. Дай ему время.

– Ты тут так замуж хочешь, – начинает сестрица, – ты вообще Славу-то любишь?

Я задумалась, продолжая раскладывать ингредиенты в салатник.

– Маргарита? – поднимает брови мать, – ты ответишь?

– Да-да, я... люблю его. Ну, в смысле я привыкла к нему, мы притёрлись. Мне, комфортно, что ли. Хотя бывают моменты разногласий и непонимания. Да и бесит он меня иногда. Но так же у всех? – ищу поддержки в их взгляде.

Они переглядываются, на лице нотки сомнения.

– Ма-ам, ты ответишь?

– Да-да, конечно. Бывают... Но, дорогая моя, чтобы связать жизнь с человеком, нужно быть уверенной в своих чувствах, быть уверенной в нём и в себе.

– Так ты уверена? – Божена выпучила на меня глаза, ожидая положительного ответа, вероятно.

Из прихожей неожиданно послышались крики Коли и моего отца. Слава забежал на кухню и вручил мне посылку, которую я давно просила забрать. Он потёр руками и начал жаловаться на урчащий желудок. Заходит Дмитрий Казимирович, отец Славы, и предлагает помочь с приготовлениями.

– Так-так, кухня не Москва, не резиновая, – моя мама напирает на мужчин, – выходите и помогите нам лучше с сервировкой стола. Вот тарелки и приборы. Пошли-пошли, – выгоняет их.

– А где мать Славы? – с любопытством спрашивает Божена.

– Я тебе не говорила? Они развелись месяц назад. Думаю, она празднует со своим новым хахалем.

– Ёшки-матрёшки.

– Только не напоминай ему об этом, больная тема, – подхожу и шепчу ей на ушко, – если честно, из-за этого он и не хотел, чтобы наши родители приезжали.

Божена вылупила на меня глаза, но я ей показала пальцем «цыц».

Через час стол был полностью готов, все сели провожать старый год.

– С Новым годом! – выкрикивает мой отец, – счастья, радости, блаженства и...

– Ты ку-ку, что ли? – толкает его мама, – ещё пару часов до двенадцати.

– Сама ты ку-ку. На Камчатке и в Сибири уже давно Новый год!

– Да, а через пару часов они, наверное, уже и к утреннему столу сядут! – добавляю я, подмигивая.

– Включи телевизор, – говорит мама, – вдруг что-то путнее идёт.

– Слава, – спрашивает его мой отец, – ещё не перестал маяться дурью?

Слава закатывает глаза, я начинаю волноваться.

– Дурь у вас в голове.

– Слава, – одёргивает его Дмитрий Казимирович. – Когда научишься разговаривать?

– А когда меня перестанут упрекать? Я же тебя не спрашиваю про мать.

– Это тут причём?! – всполошился его отец.

– Притом. Ты думаешь, она от тебя ушла просто так?

– У неё был любовник!

– Да если бы ты завязал со своей карточной дурью, такого бы не случилось! – Слава сжимает кулаки, глядя на отца. – Ты же весь в долгах был, ты ее замучил!

– Это не правда.

– Я хоть и занимаюсь «дурью», как вы говорите, но хотя бы обеспечиваю вашу дочь всем необходимым, – обращается к моему отцу.

– Давайте успокоимся, – развожу я руками, – кому подлить сока?

– Вот не лезь сейчас, Марго, – кидает Слава, даже не взглянув на меня.

Все молчат.

– Вот и проводили старый год, – съязвил Коля.

– Сейчас самое время разрядить обстановку, – ринулась к микрофону от караоке Божена. – Марфа, иди сюда, давай.

Марфуша встала на стульчик в зелёном костюмчике змеи и начала рассказывать стихотворение:

Новый год встгхечай, алоха

И семью ты гхадуй

Ну, а если всем так плохо

То пошли все на...

– Сто-о-ой!!! – подбегает Божена и зажимает ей губы ладонью. – Не это стихотворение!

Мама в шоке, мужики ржут.

– Больше похоже на наш семейный девиз.

– Коля, я просила выучить с ней стихотворение, а не позорную частушку!

– А что ты на меня смотришь? Говорил же, лучше сама. А теперь я виноват.

Я смотрю на мужчин, задача Марфуши выполнена, обстановка разряжена.

В течение следующих двух часов мы обсуждали семейные дела, работу, садики и рыбалку, не затрагивая больных тем каждого члена семьи. По телевизору шёл фильм «Любовь и дятлы», а Марфа довольно распечатывала свои подарки под ёлкой. Дмитрий Казимирович уже пригубил, а мы с девчатами пили сок. Всё-таки мне уже двадцать семь, здоровье ни к черту.

– Новый год через десять минут, девочки, готовим свои желания! – Божена приносит маленькие листочки и ручки, даёт нам с мамой. – Пап, тебе надо?

– Глупости какие, – отвечает Роман Викторович, – сами ешьте эту гадость.

– Согласен. Полная бредятина, – включается Слава, – вы знали, что на самом деле новый год наступает в момент, когда начинается колокольный перезвон, то есть за 20 секунд до первого удара курантов? Так что загадывать желание в ваши двенадцать ударов – это чушь собачья.

– Слав, пожалуйста, не порть атмосферу праздника.

– Я просто сказал.