- -
- 100%
- +
Глава 1
Девушка очнулась от резкого и болезненного удара в бок:
– Тинка, вставай! Не померла – значит, работать надо! Черви сами себя не утопят. Вставай, отец сильно на тебя ругается.
Мальчишка стоял у топчана и смотрел на неё с негодованием. На вид ему было лет десять, весь худой и грязный. Волосы неопрятно торчали во все стороны. Лицо чумазое, с паутинкой корост на губах. Одет в грязную грубую рубаху и парусиновые штаны с заплатами. На ногах – деревянные башмаки.
– Пошли работать, пока отец злой. Потом напьётся, может, и подобреет. – Мальчишка уже более миролюбиво объяснял суть вещей.
А девушка никак не могла взять в толк, чего от неё хотят. Но осторожно слезла с топчана, сунула ноги в деревянные башмаки, стоящие рядом, и направилась вслед за мальчишкой.
Идти долго не пришлось. Под одной крышей находились несколько топчанов, стол и очаг, из которого прямо внутрь струился дымок от тлеющих веток.
По дороге мальчик накинул на себя грязный жилет из овчины и подал такой же девушке.
– Слушай, погоди, не беги ты так, я не успеваю за тобой. И тяжело мне. Расскажи, что со мной случилось? – Тинка держалась руками за стены, но её всё равно сильно шатало из стороны в сторону.
– Червяк тебя ударил. Думали – всё, отошла к Пресветлому. Но ты не померла. Только неделю провалялась. А отец всё ругается: «Если не померла – пусть работает».
Тем временем они вышли из вонючей хибары на улицу. Все соседние дома были почти одинаковые. Серые, старые покосившиеся и грязные. Крыши покрыты чёрной соломой.
Тинка с сопровождающим дошли до конца улицы и повернули в поле.
– Я буду воду носить, а ты топи этих тварей, – наставлял он.
– А как топить-то?
– Всё забыла? Ох, на вот, смотри. – При этих словах мальчик подхватил огромное, литров на десять, деревянное ведро и начал лить воду в нору.
Вода из норы выплеснулась обратно фонтаном и с шипением. Будто её на горячую сковороду плеснули.
– Не нравится гадам! А я вот вам ещё добавлю, – и он снова плеснул в нору водой.
– И долго так? – Тинка смотрела и явно не понимала смысла работы.
– Пока все не передохнут. – В ответ мальчик подал ей ведро с остатками воды. А сам подхватил пустое, и отправился к небольшому ручью неподалёку.
Тинка осмотрелась. Поле всё в буграх от нор, и конца его не видно. Да здесь хоть всю реку вылей – одно мало будет. Между тем из норы, которую заливал мальчик вода обратно не выплёскивалась.
Тяжело вздохнув, Тинка с трудом подняла огромное ведро и направилась к следующей норе. Только наклонилась, чтобы влить воды, как из норы вытянулся белый полупрозрачный червь, толщиной с руку, обвил её и, не успела она опомниться, как затащил под землю. Только и успела подумать, что застрянет, задохнётся и умрёт.
Под землёй было темно настолько, что разницы нет, закрыты ли глаза или открыты. Тинка развела руками, чтобы нащупать стены, но руки ничего не касались.
– Забыла, что вы убогие. – Голос был женским, низким и завораживающим, а спустя мгновение пространство вокруг осветилось мягким светом.
Источник его, в форме светящегося шара, находился на хвосте червяка. Сам червяк был длинным, опирался на изгиб хвоста, и его морда находилась вровень с лицом Тинки. А вокруг головы червя изливалось розовое свечение. Двоякое чувство охватило девушку. С одной стороны – красота червя, плавность линий и голос завораживали. С другой стороны, окутывал страх. Для чего её затащили под землю? Они же с братом топили этих червей. А если эти решили отомстить? Ох, лучше не думать, что они с ней сделают, но живой – точно не отпустят.
Стен самой пещеры Тинка увидеть не могла. Остатки света рассеивались в кромешной темноте.
– Мы ждали тебя долго, так долго, что некоторые начали роптать. Но ты нашлась. – Червяк говорил спокойно и скорее радостно, а сияние вокруг его морды время от времени переливалось золотым и розовым светом.
– А вы, это кто? – Надо постараться быть вежливой, может, тогда и не убьют.
– Мы – Змеехранители священной земли! Я – Змеемать! – оказывается, они ещё хуже червей, они – змеи. Глаза девушки расширились от страха, а сердце ухнуло куда-то в область колен.
– Вы точно ждали именно меня? – Страх никуда не делся, сковывал горло, когда Тинка пыталась произносить слова, но любопытство вместе с тем подначивало всё узнать подробнее.
– Это ведь ты выжила, после того как тебя Змеелоб ударил?
– Выжила, но кто ударил и как – совсем не помню, я вообще многое забыла. – Надо было сказать правду, что она вообще всё забыла, но девушка просто не успела закончить фразу.
– Значит, ты и есть избранная! – подытожила Змеемать.
– Избранная? Для чего? – Тинка напряглась. Может, они её в жертву готовятся принести, кто их знает? Потихоньку возвращавшаяся память подсовывала обрывки легенд про девушек, отданных на откуп змеям.
– Ты освободишь нашу священную землю от людей! – И свечение вокруг головы змеи вспыхнуло чистым золотом.
А Тинка задохнулась воздухом, не в силах поверить в слова змеи. Нет, это не с ней, да кто она такая? Деревенская девчонка, каких множество в их деревне! Нет, должно быть произошла ошибка. О чем она и поспешила заверить змею:
– Вы ошибаетесь, точно Вам говорю. Я себя-то не помню, как я могу помочь Вам? Может, Змеелоб промахнулся, и не того ударил? – Если отказаться напрямую, могут и убить. А вот если показать на другого – возможно, поможет.
– Мы не промахиваемся. Дай твою руку. – Ну всё, будут отрывать куски и есть по частям, промелькнуло в голове. А тем временем рука покорно поднялась, совершенно против воли её владелицы.
Хвост Змеематери раздвоился, на одном продолжал светить шар, а вторым концом она полоснула Тинку по руке, а затем себя по телу – и прижала обе раны вместе. Иссиня-голубая кровь смешалась с красной.
Тело Тинки изогнулось дугой от пронзительной боли, но только на мгновение. А когда змея отпустила руку, вместо пореза был тонкий, еле заметный голубой шрамик.
– Сейчас мы с тобой породнились. Я передала тебе нашу силу и магию. Ты можешь ими пользоваться ровно год. Потом либо мы избавимся от людей на своей священной земле, либо ты умрёшь. Мы знаем, что люди корыстны и просто так не оставят нашу священную землю. Поэтому взамен мы расскажем, где залегают драгоценные для вас металлы и камни. Их очень много, но нам они не нужны. Это наша цена.
– А как велика ваша священная земля? – Едва справившись с услышанным приговором, спросила девушка. Может, и правда получится обменять землю на золото и камни? Всё же лучше попытаться выполнить задание, чем с ужасом дожидаться смерти. А ещё она воспрянула духом оттого, что прямо сейчас её убивать не станут.
– Посмотри в себя! – Змеемать только усмехнулась в ответ.
Легко сказать, а как это сделать? Тинка закрыла глаза и сосредоточилась на воспоминаниях. Вот её деревня, вот поле, под которым она сейчас находится. И вдруг её окутало золотое уютное тепло. Она поднялась над землёй и увидела точные границы этого золотого света. Они располагались над деревней и вокруг неё, на расстоянии трёх полей.
– Увидела! – за неё подытожила Змеемать.
И тут резкий удар в бок лишил Тинку возможности дышать.
– Опять спишь? Я всё отцу расскажу. Пусть хоть до смерти тебя запорет, если слов не понимаешь! – Недавний мальчик стоял над Тинкой и зло кричал.
Сама она лежала на земле. Уснула? Значит, Змеемать ей приснилась. Это, считай, повезло. Пресветлый уберёг от невыполнимой задачи. Но глаза наткнулись на еле заметный голубой шрамик. И тут она поняла – не уберёг!
– Бери ведро и топи червей! Сколько можно повторять? – Мальчишка снова пнул Тинку в бок, но уже без злобы, скорее поторопить.
– Я не буду их топить, и тебе не советую. – С этими словами девушка поднялась, отряхнула юбку и, пнув стоящее рядом ведро, пошла в сторону дома.
– Отец нас накажет! Пошли давай, ну ты чего? Поругались и будет. – Мальчишка шёл рядом и испуганно дёргал её за рукав платья.
– Звать-то тебя как? Я забыла. – Тинка попыталась сменить тему разговора.
– Сника я, брат твой. Правда, мать твоя умерла, а твой отец женился на моей матери. Поэтому мы наполовину родные. – Малец уже вовсю шмыгал носом, потому что дом неумолимо приближался.
И вдруг дверь распахнулась, а на пороге появился пьяный, здоровенный мужик. Волосы чёрные, всклокоченные, в густой растительности на лице застряли крошки. Рубаха вся в разводах, а от самого разит за версту.
– Я велел топить червей! Мне барон за работу платит, и дармоеды мне не нужны! А ну пошли работать! – Он всё больше распалялся в пьяном угаре.
– Я не буду топить червей! – Решительно заявила Тинка и остановилась напротив.
– Ах ты! – Пьяный мужик замахнулся на неё, а она от испуга только закрыла лицо согнутой в локте рукой.
И в этот момент из ладони Тинки вырвалась белая стрела и ударила мужика в занесённую для удара руку. Он зарычал от боли, а его рука безвольно повисла как плеть.
– А ну проваливай из моего дома, тупое отродье! – Мужик хотел было пнуть Тинку, но вовремя спохватился, и только грязно выругался.
– Пошла вон, хоть сдохни – домой не пущу! – С этими словами он захлопнул дверь, и Тинка с братом остались на улице.
Глава 2
– И куда ты сейчас? Вот надо было тебе отца злить? – Брат стоял рядом и на чем свет поносил её.
– А ты ничего не заметил? – Погружённая в свои мысли Тинка не обращала внимания на его слова.
– Ещё как заметил. Ты отцу слово поперёк сказала, он тебя и выгнал из дома.
– А стрелу видел? – Тинка начала сомневаться. Может, ей привиделось всё?
– Какую ещё стрелу? Отец ругался, потом на тебя замахнулся, но бить почему-то не стал. А следом и выгнал. Тебе привиделось чего с голоду? – Вот зря он про голод. Тинка тут же почувствовала резкий спазм в животе, а следом ещё один.
– Ты вот что, иди у Старой Заны отсидись. А через несколько дней приходи. Отец, может, и забудет. А если нет, то ты прощения проси. Он так-то добрый у нас. Только пьёт сильно. – На этом разговор был закончен, Сник повернулся и пошёл в сторону поля.
Тинка шла прочь от своего дома и размышляла. Почему брат не видел стрелу? Что ещё может дать сила и магия змей? Тинка знала, что есть маги огня, воды, воздуха и земли. Но про магов со змеиным даром не знала. А если она случайно кого-нибудь покалечит? Может, к Змеематери пойти спросить? Или заглянуть в себя?
Но вместе с тем некоторые фрагменты памяти к ней возвращались. И она пришла к Старой Зане. Ей оказалась бабушка-божий одуванчик. Жила она в отдалении от деревни, в лесу, была известна как травница, но ходили слухи, что и колдовством владела. Поэтому и сторонилась людей.
Тинка привычно постучала в дверь, а затем толкнула её.
– Это кто мой покой потревожить посмел? – Голос у Старой Заны был низким и скрипучим. Что вместе с чёрными одеждами и совершенно белыми волосами, выбивающимися из-под чёрного платка, наводило на посетителей жуткое впечатление. Этим старуха с успехом и пользовалась.
А дом – полная противоположность старательно создаваемого образа хозяйки, чистенький, и крепко сложенный. Правда, первая комнатка совсем крохотная. Тёмная и без мебели. Она предназначалась для встречи гостей. Паутина на стенах, полумрак – редко кто из страждущих задерживался в ней дольше отведённого времени. Все стремились поскорее заполучить зелье, или трав лечебных, и поскорее сбежать. И не возвращаться сюда никогда. Эту комнату от остальных комнат отделял проход, плотно завешанный чёрной тряпкой.
– Это я Тинка, – с порога прошептала девушка. А зачем кричать? Старуха, несмотря на преклонный возраст, прекрасно слышала, хоть и старательно скрывала это от людей.
– Проходи деточка, вот сюда проходи, за стол. Сейчас вместе обедать будем. – Хозяйка радостно засуетилась вокруг Тинки и потащила её в светлую часть дома. Туда только девушку и приглашали, остальным вход был запрещён. Просто старуха не любила людей, потому что знала не понаслышке, на что они способны. А Тинку любила, как родную, и жалела очень из-за судьбы, её постигшей. С родным отцом вроде живёт, а хуже, чем у чужих людей.
На этой половине дома всё светлое и чистое. Даже белые вышитые занавески на крошечных оконцах радовали глаз. Тинку всегда удивляла эта разница между входной тёмной комнатой и остальными светлыми.
– Вот тебе каша, вот мне каша. – Хозяйка уже раскладывала ароматную кашу по тарелкам, а потом махнула рукой и достала кусочек окорока, мелко покрошила и бросила в тарелки с кашей. Тинка прошла к столу и села на приставленную короткую лавку.
– Давай есть, пока не остыло. – Старая Зана придвинула тарелку и сама взялась за ложку.
На вид ей было лет семьдесят, но никто точно не знал её возраста. Седые, почти белые волосы она всегда скрывала под тёмным платком. Кожа на лице и руках вся сморщенная и сухая. Оттого становилось ещё страшнее при взгляде на неё. Только вот девушка давно не замечала внешности старухи, потому что неизменно получала от неё любовь и ласку. От единственного человека во всём мире.
– Рассказывай. – Уже после съеденной каши, хозяйка разлила травяной взвар по кружкам и приготовилась слушать.
И Тинка рассказала всё с самого начала: как очнулась, как брат потащил её топить червей, как её признали избранной, и как её выгнал отец из дома. Старуха слушала, не перебивая, а когда Тинка закончила свой рассказ, стала задавать вопросы:
– Значит, стрелу Сник не видел. Хм, а покажи-ка шрамик на руке?
Тинка послушно протянула руку ладонью вверх.
– Я ничего не вижу. – Старуха внимательно рассмотрела тонкую ручку девушки и даже провела своими шершавыми пальцами по ней.
– Возможно, это магия змей. Они умеют зачаровывать людей и животных. А что касается их священной земли, так это, скорее всего, правда. Ты ведь знаешь, как называются наши земли?
– Змеин Змеиные! – Тинка ответила и, испугавшись своего ответа, закрыла рот ладонями.
– А тебе лично что Змеемать пообещала? – старуха прищурилась в ожидании ответа.
– Не знаю, она не сказала, а я не спросила. – Тинка только развела руками. В этом была она вся. Никогда о себе не думала, не хитрила, за это в свое время и обратила на неё внимание травница. И не только за это.
– Ты, деточка, вот что. Идти тебе пока рано. Несколько дней поживи у меня. А я тем временем у водицы да у ветра спрошу совета, а ты отдыхай. – Старуха нежно погладила Тинку по голове, и девушку внезапно потянуло в сон.
Когда та заснула, прикрытая огромной шкурой, Старая Зана собралась и, осторожно затворив дверь, пошла к ручью, что протекал буквально за её домом. Про змеиную магию она мало что знала, потому что уже давно никто с ней не сталкивался. Змеи хорошо видят ночью, умеют зачаровывать жертву. Некоторые ядовиты, живут очень долго. Вот, пожалуй, и всё.
Глава 3
У ручья старуха поклонилась на все четыре стороны. Потом села на землю и острым ножом разрезала себе ладонь.
– Вода к воде, кровь к крови, сила к силе! – Она шептала, а капельки крови с её руки стекали в ручей.
Затем закатила глаза и запрокинула голову. Так она просидела долгое время, а придя в себя, встала, снова поклонилась на четыре стороны и пошла обратно в дом.
Тинка проснулась в сумерках. И, вспомнив всё, только горько вздохнула.
– Проснулась? Ну и хорошо. Пойдём травки пить, да разговаривать. – Старая Зана уже наливала запаренные травки и ставила на стол чашку с мёдом, а рядом – глиняную тарелку со свежими лепёшками.
– Я спросила у воды про тебя. Она ответила «Всё в ней», то есть в тебе, Тинка. И больше ничего не сказала. – Хозяйка уже проглотила ложку мёда, и сейчас запивала её ароматными травами, морща нос от удовольствия.
– Дальше. Торговаться с бароном Линсом за Змеиные земли не вздумай. Он игрок и пройдоха. Обманет, как пить дать. Тебе надо к королю, и не маши руками. У каждого своё предназначение, и его надо исполнять. – Старуха проглотила ещё ложку мёда и сладко зажмурилась.
– Мы сейчас вот что. Травки допьем, да ты к ручью сбегай. Ведро воды мне принеси – считай, с обеда посуда грязная стоит. – Старуха больше ничего не сказала. Только задумчиво уставилась в сторону.
Делать нечего, и Тинка, подхватив ведро, направилась к двери. Темно, конечно, но до ручья два шага. Даже заблудиться негде. И не видела она, как остро смотрела ей вслед старуха.
Выйдя на крыльцо, Тинка зажмурилась. Темнота, хоть ножом режь. А когда вновь открыла глаза – глухо ахнула. Темнота никуда не делась. Только сейчас от каждого дерева шло мягкое свечение, и тропинка к ручью прекрасно видна. И каждая травинка рядом с ней.
Вот заяц вдалеке пробежал, он тоже излучал свет, вот с ветки сорвалась испуганная птица. А сова, напротив, любопытно наблюдает за Тинкой. И мошки, те искорками пронизывали воздух.
Девушка по-новому разглядывала мир вокруг себя и неторопливо шла к ручью. Зачерпнула ведром воды, но не удержалась, и, сделав круг, вернулась в дом.
– Вот и молодец. Сейчас нагреем воду, да прибирать будем. – Хозяйка вовсю хлопотала возле очага.
– Зана, а я в темноте всё вижу! – Тинке понравилось на прогулке, и она с восторгом поделилась своим открытием.
– Значит, видишь в темноте! – Только и сказала старуха, тяжело опускаясь на лавку. – Ты вот что. Садись здесь в уголочке и загляни в себя. Путь тебе предстоит долгий. Поэтому начинай готовиться сейчас. Кто знает, будет ли у тебя ещё спокойное время на это. – И старуха указала на тёмный угол, а сама занялась посудой.
Как ни заглядывала в себя Тинка, ничего нового не увидела. Мысли скакали с одного на другое, а в памяти всплывали картинки ночного леса. И всё!
Промучившись ещё немного, Тинка призналась, что ничего в себе не видит, и старуха уложила её спать.
* * *
В эту ночь половине магов Делиры приснился один и тот же сон. Темнота, а из неё смотрит змея с розовым сиянием вокруг головы и говорит: «Я посылаю к тебе свою избранную. Она несёт мою волю и мою плату. Жди её». Все маги, увидевшие сон, с утра помчались к королю – Алонсо Умному. Но не учли, что он и сам был магом огня, и ему тоже явилась странная змея.
Но хуже было, что и храмовники узнали. У них тоже были свои маги, и истолковали они сон однозначно. Змея у них что-то требует, но готова за это платить. А храмовники как рассуждали? Что послано храму, то в нём и останется. Поэтому оживились в ожидании посланника и даров. Никак нельзя такое пропустить.
Короля Алонсо не зря прозвали Умным. Он начал день с того, что распорядился всё узнать про змей. Ещё бабка рассказывала ему какую-то сказку про Змеемать, и про магию змей, вот и надо всё узнать. А уже потом думать будем. Чего хотела змея. Вот ведь, волю свою королю диктует. Смеяться некому!
* * *
Спустя два дня старуха усадила Тинку рядом и завела разговор:
– Выбора у тебя нет, поэтому завтра поутру посажу тебя в обоз до столицы. Не перебивай. – Она отмахнулась на открывшую было рот Тинку. – Деньги я тебе дам. Что знаю – расскажу, а дальше сама, девонька. Тебе дадено – тебе и нести! – Старуха сказала, как припечатала. Да и чем возразить? И так уже три дня прошло из отпущенного змеёй года жизни.
Права хозяйка – Тинка отъелась здесь, выспалась, пора и за дело приниматься, неизвестно ещё, сколько на исполнение приказа змеи времени потребуется. Ох, ну почему именно она – Тинка?!
Утром Старая Зана выдала девушке мешочек с монетами и заплечный мешок со сменным платьем, сухарями в дорогу, куском окорока, травами для взвара, кореньями и мешочками с крупой.
– Будешь готовить и есть в дороге. – С этими словами, крепко обняв Тинку на дорогу, старуха подсадила её на телегу в обоз.
Ехать в обозе можно было разными способами. Идти рядом – это самое дешёвое. Но ноги в деревянных башмаках можно было до колен стереть. Ещё можно просто ехать на телеге. Немного дороже, но это как посмотреть.
Перемещаться поодиночке опасно – лихие люди таких и поджидали. А обозы следовали организовано и с охраной.
Дорожная жизнь была размеренной и сразу понравилась Тинке. Знай, сиди, да по сторонам глазей. Ведущий обоза заранее выбирал места для отдыха и ночлега. На отдыхе всех кормили нехитрой похлёбкой. Затем мыли посуду. Как правило, этим занимались женщины. Ночевать можно на постоялых дворах, но это для богачей. Простые люди спали либо на телеге, либо просто под ней.
Тинка быстро смекнула размеренную дорожную жизнь – и пристроилась к одному из котлов с группой людей. С ними ела, а затем помогала мыть посуду. Делов-то!
Весна постепенно уступала место лету. Дни были длинные и тёплые, а ночи короткие. Впрочем, ночи Тинку не пугали, а, наоборот, радовали новыми впечатлениями. Но только до той поры, когда всё случилось в первый раз!
В ту ночь, пришлось, как обычно, заночевать на дороге. Ведущий обоза выбрал открытое место в поле и дал команду – отдых до утра. Привычно развели костры и начали готовить походную похлёбку – вода, корешки, крупа и окорок, один крохотный кусочек на огромный котёл, только для аромата.
Тинка крутилась возле одного из костров, и тут её пронзила острая мысль – опасность! Она начала прислушиваться к себе и внезапно почувствовала – зверьё дикое и голодное с зимы бродит совсем рядом. Дальше размытая в голове картинка прояснилась. Их обоз брала в кольцо стая волков.
Ночь уже опустилась на землю. Лошади молчали, видимо ещё не чуют волков. А как люди в темноте отобьются? В обозе есть и дети и старики. Да даже если лошадей загрызут, дальше обоз как двинется? Ох, что же делать?
Глава 4
Побежать к ведущему обоза и рассказать? Да кто её слушать будет? Ещё и выпорют за панику. Просто закричать «волки» – считай, то же самое.
А кольцо вокруг них уже смыкалось. И тогда Тинка «увидела» самую большую и уважаемую волчицу в стае. Это она вела всех на людей. Мысль пришла сама собой. Надо волчицу отговорить. И Тинка начала мысленно к ней тянуться.
– Я Тинка из Змеиных земель. Змеемать признала меня избранной и отправила с поручением. Я здесь. Не нападай на нас, пожалуйста. – Тинка подбирала слова и встраивала их в своё послание волчице. Повторяла и повторяла одно и то же, стараясь достучаться до той самой волчицы. Другого способа спастись она совершенно не представляла.
По мере того как Тинка «говорила», она «увидела», что волчица вначале внезапно остановилась. Потом зло поскребла лапами землю, завыла в полной тишине, а затем развернулась и пошла прочь от обоза. Вся стая последовала за ней.
Вот тут-то обоз и всполошился. Заржали и поставили на дыбы лошади. Охрана обоза кричала людям прятаться под телегами. А сами хватали и поджигали в кострах палки. Люди испуганно метались и прятались. Одна Тинка совершенно спокойно улыбалась во тьму.
– Спасибо. Я запомню твою доброту!
– Сочтёмся со Змеематерью! – внезапно услышала она ответ волчицы. Вот значит как. Она умеет мысленно разговаривать с волками и слышит их ответы. А почему тогда она лошадей не слышит? И не говорит с ними? Или это был прорыв, во время смертельной опасности?
Тинка потянулась мыслями к лошадям, но кто-то наступил ей на ногу. И она не смогла «поговорить» с ними из-за внезапной боли. Отвлеклась. Ничего, ей ещё несколько дней с обозом ехать – найдёт время.
Паника постепенно улеглась. Лошади успокоились и только глубоко втягивали воздух ноздрями да внимательно поводили ушами. Это Тинка отлично видела в темноте. Охрана, тоже не наблюдая нападения, разрешила людям выбираться из под телег и продолжать готовить ужин. Про спасение девушкой от нападения волков так никто и не узнал.
Утром, когда все проснулись, поели и двинулись в дорогу, Тинка решила поговорить с лошадью, запряжённой в их телегу.
– Я Тинка, Змеемать послала меня с поручением. Я еду в обозе. – Она уже привычно формулировала мысли, обращаясь к лошади.
– Ой, отстань, хвостатая. Некогда мне болтать. И так тяжело, и на дорогу смотреть надо, а то отступлюсь, ногу сломаю, с меня быстро шкуру сдерут. – Лошадка только отмахнулась от Тинки. – Если поговорить хочешь, с Любопытным разговаривай. Он главного в обозе возит. А мне работать надо. – И больше она не отвечала, лишь нервно подёрнула хвостом.