Темница миров. Пробуждение

Так и вышло. Выйдя из-за широкой арки, отделанной аскетичного вида лепниной, Лия быстро отыскала взглядом двух блондинок-сестер, что выделялись своей яркой красотой среди обедавшего десятка Молей, даже несмотря на то, что одеты они были в простые платья из бледно-василькового сатина. Близняшки сидели за длинным массивным столом цвета слоновой кости и не спеша пили чай из элегантных фарфоровых чашечек. Колирия, как всегда, трещала без умолку с Молями, беспрестанно заливаясь своим звонким смехом. Люсирия же лишь молча улыбалась, снисходительно поглядывая на невзрачных девушек и на свою сестру.

– Роксалия, ты уже вернулась? Всё хорошо? – первая заметила ее Моль по имени Дафна, сидевшая у самого окна, что своей высотой почти подпирало серый потолок.

Близняшки, как и остальные Моли, тут же повернулись к выходу. Колирия продолжала сверкать своими жемчужными зубами, а вот лицо Люсирии стало серьезнее. Хитрый прищур ее голубых глаз не скрывал острого любопытства.

– Лучше разве у Аминариса, – бросила Лия в ответ избитую фразу, после которой другие вопросы редко задавали, и кивнула сестрам в сторону коридора.

Люсирия тут же хлопнула сестру по плечу и первая вскочила со стула. Заправив золотой локон за аккуратное ушко, Колирия пружинисто побежала следом, тоже сгорая от интереса.

– Ну что? Зачем тебя вызывал Горн? – стоило миновать арку, тут же нетерпеливо выпалила она.

– Кори, на башню еще залезь да погромче крикни, чтоб уж наверняка все услышали, – сквозь зубы отчитала Люси свою младшенькую, грубо дернув ее за руку.

– Ой, да, прости, Рокси, – тут же виновато шепнула Колирия, когда они направились по бордовой дорожке к кованной винтовой лестнице.

Роксалия лишь хмыкнула. Каждый аминарисовый день она удивлялась, почему Колирию держат в Школе. Люсирия сама по себе являлась куда более впечатляющей силой, чем многие другие Бабочки. Ее красота затмевала сам рассвет, а ум ранил хваткой остротой. Роксалия никогда бы не произнесла этого вслух, но Колирия являлась балластом для своей старшей сестры. Да, она обладала таким же внешним совершенством, но была поразительно наивна и, чего уж греха таить, глупа, как башмачок. Кори постоянно неосознанно подставляла Люси, приходившуюся выкручиваться за двоих, и очень часто ставила под удар успех их заданий. Зачем Кори нужна Школе, Лия решительно не понимала. От нее больше проблем, чем пользы.

Но, как говорится, друзей не выбирают, и Роксалия знала это как никто. Ибо одной из ее подруг была веселая глупышка Колирия, второй, хитрая умная Люсирия, и третья, справедливая жадина Ти́ра, в данный момент времени обхаживающая какого-то маркиза в королевстве Па́нгот.

Бесшумной поступью всех Бабочек девушки поднялись на верх башни, попав на самый роскошный этаж, где по полам стелились кремовые крупноворсинчатые ковровые дорожки, на стенах висели высокохудожественные гобелены и картины в позолоченных рамах, а из высоких горшков фонтанами росли сочные зеленые комнатные растения. Дойдя до двери с блестящей цифрой три, Роксалия сняла с шеи маленький латунный ключик на серебряной цепочке и провернула им в замочной скважине.

Бабочки быстро зашли в свою полукруглую спальню на пятерых и наглухо закрыли дверь.

– Ну что? Что, Рокси? Говори скорее! – тут же защебетала Колирия, оказавшись в просторной комнате с очень высоким потолком и тремя огромными окнами, украшенными тяжелыми фиолетовыми портьерами.

Пять широких кроватей стояло вдоль изогнутой стены и два гигантских зеркала друг напротив друга, визуально еще больше расширяющих пространство.

Меньше всего Роксалии хотелось обсуждать предстоящий Обряд с Кори. Понимала она в этом ничуть не больше самой Лии, так как была «не Открытой». А вот Люсирия знала, что происходит после Кровавого ристания не понаслышке.

Лия повернулась лицом к подругам, стоявшим в центре сиреневого круглого ковра и смотревшим на нее двумя одинаковыми парами светлых глаз.

– Через седмицу меня отправят на Открытие, – коротко передала она основную суть, решив не вдаваться в подробности.

Пухлые губки Колирии тут же выписали элегантную букву «о», а вот Люсирия хмуро свела свои медовые брови, хотя Бабочкам запрещалось морщиться подобным образом.

– Что мне нужно знать, Люси?

Лицо старшей сестры разгладилось, а на губах заиграла легкая улыбка.

– Особо ничего. От тебя там мало что зависит. Так что просто расслабься и попробуй получить удовольствие.

Рядом звонко загоготала Кори, вызвав в Лии приступ обиженного раздражения. Сама-то глупыха напрочь отказалась проходить Обряд. Хотя никто так сразу и не скажет, кто из них глупыха в таком случае.

– Впрочем, я сильно сомневаюсь, что где-то там можно встретить удовольствие, так что особо не зацикливайся на этой мысли. Лучше брось все силы, чтобы расслабиться. Иначе может быть очень больно, – подойдя к своей кровати, застеленной фиалковым переливающимся покрывалом, со знанием дела проинструктировала Люсирия.

– Почему?

Роксалия знала, что в первый раз бывает больно. Это подтверждала ее личная маленькая статистика из четырех Бабочек, которых она опросила. Три из них утверждали, что им хотелось прирезать «победителей», которые резко становились мучителями. Единственная, кто отзывалась очень даже доброжелательно – Бабочка Эми. Но все девушки подозревали, что ей достался кто-то из Вершителей, неровно к ней дышавший. Эми повезло, и мужчина во время Обряда едва ли не поклонялся ей, в отличие от победителей остальных трех Бабочек, приходивших насладиться их телами.

Разметав по покрывалу золотые локоны, Люсирия рассмеялась в потолок, откинувшись на локти.

– Кто б знал, почему так больно. Верно, Кори? И ты б, наверное, тогда пошла, – поддела она свою младшую сестру, которая тут же заливисто рассмеялась, плюхнувшись на соседнюю кровать животом.

– Даже тогда б не пошла, – махнула Колирия худенькими пальчиками с острыми ноготками. – Я до сих пор считаю, что все вы – отбитые на голову дуры, раз соглашаетесь на это первобытное дикарство.

Широкая улыбка Люси тут же съехалась, спрятав ровный ряд зубов и оставшись на лице лишь мягким полумесяцем. Она едва заметно прищурилась. Лия заметила, как под ее тонкой персиковой кожей напряглись мышцы на узких скулах. Младшая сестра даже не осознавала, на какие жертвы идет старшая, ради них двоих.

– Мой тебе совет, Рокси, договорись с кем-нибудь, – перевела Люси ленивый взгляд на Лию.

– Очень хорошая идея! – энергично поддержала Кори свою близняшку.

– Это каким это образом интересно? – смотря то на одну подругу, то на вторую, едва сдержала себя Роксалия, чтобы не рассмеяться.

Вокруг Кровавого ристания разводят такую тайну, что речь о каком-либо договоре просто-напросто смехотворна. Во-первых, ристание проводится в наглухо закрытом корпусе. Во-вторых, корпус охраняется так, что и неприглашенная мышь не проскользнет на это мероприятие. В-третьих, имена участников находятся в строгом секрете. В-четвертых, победители и проигравшие дают клятву о неразглашении имен участников, за нарушение которой их ждет не больше, не меньше старая добрая смерть. И что-то подсказывало Роксалии, что какие-либо предварительные договоренности тоже приведут к безвременной кончине заговорщиков.

– Эх, Рокси, если бы кто-нибудь заранее предупредил, что ждет меня на Обряде, уверяю, первое, что бы я сделала, нашла бы страшно влюбленного в меня дурака. Поверь, влюбленные дураки нежны и боятся сделать больно, поэтому хоть немного стараются сдерживать свои мерзкие животные инстинкты. Эми тому подтверждение.

Лия застыла, осознавая правильность слов Люси.

– Хрон… – тихо выругалась она, тяжело вздохнув и помассировав напряженные точки на лбу двумя пальцами. – И как это сделать? Сама знаешь, как Наставники относятся к нашим разговорам с парнями. Если они не касаются какого-либо дела, то сразу переносятся в категорию запретных.

– Ох, святой Аминарис, – закатила глаза Люси. – Ну так сделай так, чтоб все подумали, будто ваш разговор касается какого-либо дела. В чем проблема?

Мысленно согласившись, Лия невидящим взором уставилась в окно с залитыми за ним ярким светом пейзажами Долины. Ее мозг быстро перетасовывал в голове мужские имена возможных кандидатов. Их было слишком много. И при этом очень мало тех, кому она могла бы довериться. Проблема в том, что Бабочки и правда очень мало общались с мужчинами в пределах стен Школы. За ними слишком пристально блюли все, от Наставников и Хранителей до самих же Вершителей, Карателей и Соколов. Дело в том, что никогда и никто не знал, кто может являться тайным ревнивым воздыхателем, способным «стукнуть» Высшим на вполне невинный эпизод общения. Парни никогда не отказывали Бабочкам в разговоре, если они к ним обращались, даже осознавая серьезные риски. Однако сами девушки не видели в этом ни смысла, ни интереса, понимая, что игра не стоит свеч.

Единственные, кого более или менее знала Роксалия – Хранителей их группы. Патрок, Рангор, Ти́ман и Йоран. От одной только мысли, что кто-то из них будет прикасаться к ее голому телу, ее чуть не вывернуло наизнанку.

Люсирия громко прыснула, заметив перекошенное лицо Лии.

– Что, подумала о наших неотразимых Хранителях? – проницательно поинтересовалась она под грозный взгляд подруги.

Поняв, что Люси вполне разделяет ее эмоции, Роксалия тоже рассмеялась.

– Бр-р! – направляясь к своей кровати, брезгливо передернула она плечами, будто могла сбросить с них картинки, что подкинуло воображение.

– Ох, – возмутилась Кори, пока Люсирия продолжала смеяться. – Ну вы и дрянные высокомерные девчонки.

Лия и Люси удивленно глянули на младшую близняшку.

– Патрок и Йоран очень даже видные, – надув губки, пояснила она. – Если б я шла на Обряд и собиралась договариваться, первый, к кому бы я направилась, был бы Йоран.

– Ой, Кори, достала ты уже со своим Йораном, – устало простонала Люси, запрокидывая голову. – У него такая рожа хитрая, что я рядом с ним и помаду бы побоялась оставить, опасаясь, что он ее стащит.

– Ох, Люси, Люси, – мечтательно протянула Колирия, переворачиваясь с живота на спину и раскидывая руки по покрывалу. – Единственное, что он может украсть – это глупое девичье сердце. В наших краях так сложно встретить такого внушительного альваранти́йца. Их сейчас вообще днем с огнем не сыщешь. А уж такого… Высокий, синеглазый, красивый, сильный. Хм-м… Я б такому и без Обряда Открылась.

Уголки губ Люси неприязненно опустились.

– Не понимаю, как мы с тобой могли делить одну утробу на двоих, – едва сдерживая брезгливый смех, поморщилась она.

«И не только ты, Люси, и не только ты…», – про себя подумала Роксалия. Хотя мысленно согласилась с Кори. Если оценивать незаинтересованным сторонним взглядом, то Йоран и Патрок действительно были очень даже ничего. Но в том-то и дело, что Лия заинтересована. Йоран после всего случившегося, по ее мнению, заслуживал в подарок мешок козьих какашек. Не больше. Патрока же она воспринимала неким средним между отцом и братом.

Да, не стань Йоран для нее предателем, Роксалия, скорее всего, обратилась бы именно к нему в этом щекотливом вопросе. Хотя тоже спорно. Когда он сдал ее Высшим, ей было четырнадцать, и она воспринимала его исключительно как друга, самым близким человеком. Если подумать, Лия никогда даже не видела его внешности, словно общалась не с лицом, а с тем, что находилось внутри него. Также происходило с Люсирией, Колирией и Тирой. Она знала каждую черточку их прекрасных лиц, но при этом у каждой оно было иное, не имеющего ничего общего с красотой, лишь с тем, что они транслировали из своих душ. Даже у близняшек. Казалось бы, где найти более одинаковых людей? Но для Лии не существовало настолько непохожих друг на друга девушек. Чем чаще она с кем-то общалась, тем быстрее исчезали лица, уступая место сути. Когда же общение прекращалось, суть начинала меркнуть, вновь возвращая зрению способность видеть внешность.

Так случилось и с Йораном. Спустя столько лет дружбы, Лия вдруг увидела лицо Ньёрда только после его «ножа в спину». И пять лет видела лишь физическую оболочку. Он сильно вырос, нарастил мяса на костях, его черты приобрели мужественность и резкость. Лия замечала, как на него засматриваются и Осы, и Моли, и Птички, и даже Бабочки, когда Вершитель проходил мимо. Ей хотелось крикнуть им всем, что не стоит даже тратить время на этого двурушника! Он того не стоит. Но, конечно, она этого не делала.

Вот в чем заключался вопрос. Смогла бы Роксалия, в случае если бы они с Йораном продолжали дружить, переломить в себе этот дружеский барьер, чтобы отдать себя ему на Обряде? Сейчас это уже не имело значения. Кроме ненависти и презрения, она к нему больше ничего не испытывала.

– Я не представляю, с кем можно договориться, – перебила Лия начавшую заступаться за Ньёрда Кори.

– Так уж и не представляешь? – удивилась Люсирия. – Вспомни, кто больше всех слюней роняет, когда ты мимо проходишь. Из тех и выбирай. Даже я таких парочку знаю, а ты уж и подавно.

– О! Да! Я видела, как Джэро́м захлебывался однажды, когда ты мимо полигона проходила, – тут же забыла Колирия о Хранителях, включившись в роль подсказчицы.

Роксалия представления не имела, кто это такой. Куда уж хуже кандидат, если он незнакомец?

– Кто такой Джэром? – всё же спросила Лия.

– Каратель, группы Б, – пояснила близняшка. – Очень ничего такой. Златовласый блондин с зелеными глазами. У него еще такой очаровательный шрам на верхней губе.

– Ой, сиди, Кори, – недовольно скривилась Люси. – Все уже поняли, что тебе кроме блондинов никто больше не мил. Рокси нужен кто-то, кого она хоть немного знает. А ты глянь на нее, она о нем и не слыхивала. Я бы посоветовала либо Чи́ра, либо А́льдана.

В этом был смысл. Чир однажды помогал ей со снаряжением, она хоть немного с ним общалась. С Альданом пути пересекались чуть чаще. Он иногда помогал Наставнику Руту обучать Бабочек, являясь наглядным пособием по рукопашному бою. В принципе, и тот и другой недурны собой. Неплохие варианты, но подумав об Альдане, Лия тут же вспомнила о его друге – Гу́рде Шиле. Каратель обладал светлой головой, изобретая удивительные виды оружия, и способностью воспроизвести любые самые невероятные инструменты для убийства, рождающиеся в головах адептов. Иногда Роксалия обращалась к нему. И только слепец не заметил бы, как Гурд смотрит на нее.

– Пожалуй, я знаю, кто мог бы согласиться, – задумчиво проговорила Лия.

– Пожалуй, многие, – широко распахнула глаза Люси. – Но я всё же заинтригована.

– Гурд Шил.

– Хм… О нем я не подумала. Да, он вроде засматривался на тебя.

– Фу, – скривилась Колирия, явно не поддерживая сестру.

– Тебя никто не спрашивал, Кори.

Определившись с кандидатом, Роксалия начала быстро размышлять, как лучше с ним поговорить. Сомневаясь в выбранном пути, она решила озвучить его вслух, чтобы получить одобрение от Люсирии.

– Думаю, надо будет заглянуть вечером в мастерскую, когда народ разбредется по своим делам.

По осуждающей физиономии старшей близняшки Лия поняла, что план, мягко говоря, требует доработки.

– Ты с ума сошла? Вечером. К Карателю. В пустую мастерскую. Сразу уж тогда с ним под руку к Высшим иди.

– Да, ты права, – согласилась Лия, поняв бред своей идеи и устыдившись, даже Кори бы до такого не додумалась. – Наверное, лучше сейчас его найти. Но вокруг столько народа…

– Вот и отлично. Меньше подозрений, – развеяла сомнения Люси. – В идеале вообще с занятия его сорви. Придумай какой-нибудь веский повод и попроси минуту для разговора у Наставника.

Это уже походило на план. Лия решила последовать ему.

– Осталось только выяснить, где сейчас Каратели его группы.

– Он ведь В? – уточнила Кори.

– Вроде да.

– Дафна говорила, что они на коннике, – поделилась младшая, переворачиваясь обратно на живот.

– Что ж, проверю, – поднимаясь на ноги, уверенно направилась к двери Лия.

– Стой!

Роксалия непонимающе остановилась, наблюдая, как к ней быстро подбегает Люсирия и расстегивает три верхние пуговки на ее горчичном платье, углубляя и без того немаленькое декольте.

– Это еще зачем? – удивленно спросила Лия, сомневаясь, что это сыграет какую-то роль.

– Для убедительности. Не сомневаюсь, Гурд и без твоей просьбы будет участвовать в ристании, но он должен немного вдохновиться, чтобы приложить все силы для победы.

– Ну конечно, – фыркнула Лия, вновь направившись к выходу, однако застегивать пуговицы не стала.

– Удачи, Рокси! – донесся ей в спину звонкий голос Колирии.

«Да какая тут может быть удача?», – ворчливо подумала про себя Роксалия, быстро сбегая по крутой лестнице, и не останавливаясь покинула Рассветную башню.

Огромное, оборудованное конкурными препятствиями, поле для тренировок на лошадях (оно же конник) находилось за яблоневыми холмами, недалеко от горячих источников. Сейчас время занятий, поэтому адептов встречалось немного. В основном Птички да Соколы. Остальные, у кого обучение выпало на утренние часы, после обеда разбрелись либо по индивидуальным занятиям, либо отдыхали. Так что Лия, дабы добраться быстрее до конника за длинными конюшнями, позволила себе легкую пробежку, подхватив полы платья.

Когда она добежала до тренировочного поля, ее щеки разрумянились, а глаза блестели. Десять Карателей гоняли разномастных породистых лошадок, выделывая вместе с ними едва ли не цирковые трюки. Облокотившись о барьерный бортик, Лия завороженно следила, как прекрасные сильные животные легко взлетают в воздух вместе со своими не менее привлекательными полуобнаженными наездниками. Впрочем, среди Карателей и Вершителей сопливых хлюпиков не встречалось. Так что женский глаз всегда радовался, наблюдая за сильными здоровыми мужчинами.

– Роксалия-нима? – раздался слева зычный голос Наставника Хо́бра.

Распрямившись, Лия повернула голову на учителя.

– Доброго дня, Хобр-мит, – почтительно кивнула она.

– Что тебя привело сюда? – подозрительно спросил он, подходя ближе.

Наставники всегда настораживались, когда видели Бабочек вблизи мужских групп. Хотя лучше бы побольше внимания уделили Осам. Вот за кем действительно водились грешки.

– Мне срочно нужно поговорить с Гурдом-нимом по поводу нового оружия, что понадобится мне через седмицу, – очень спокойно, без каких-либо эмоций объяснила Роксалия, зная, что к Гурду часто обращаются по такому поводу.

С сомнением посверлив Бабочку взглядом, седобородый Наставник всё же громко свистнул и крикнул:

– Гурд-ним, подойди!

Перепрыгнув через «тройник», наездник на серой тонконогой лошади резко остановился и направил ее к учителю. Издалека он заметил ожидавшую за забором девушку. Роксалия знала, что лошади чувствуют волнение своего седока. И то, что животное непонимающе задергалось, показалось ей хорошим знаком. Гурд узнал ее и наверняка его сердце забилось чаще.

Подъехав, Каратель спрыгнул, непонимающе смотря то на Наставника, то на Лию.

– Что-то случилось? – первое, что он спросил.

– Роксалия-нима попросила срочно поговорить с тобой по поводу какого-то нового оружия, – пояснил Хобр, внимательно следя за адептами.

– Я слушаю, – поняв, что от него хотят, тут же полностью обратил всё свое внимание на Лию, смотря на нее темными, чуть раскосыми глазами в обрамлении густых ресниц.

– Мне нужны будут две длинные заколки-палочки, которыми скалывают волосы. Верхушки должны выглядеть дорого и элегантно, а остальная поверхность, как полированное дерево, – начала Роксалия описывать то, чем собиралась лишить жизни принца Куаша, довольно давно придумав эту новую разновидность кинжалов в своей голове. – При этом они должны либо быть очень острыми, либо иметь такую скрытую функцию при помощи твоих хитрых механизмов.

Задумчиво нахмурив выразительные черные брови, Каратель сложил руки на блестящей от пота мощной груди, не сводя глаз с лица Бабочки. Стоявший рядом Хобр внимательно слушал и следил за каждым движением девушки и молодого мужчины, пытаясь разгадать скрытый подтекст, что мог таиться за словами.

– Думаю, проще всего сделать палочки в виде чехлов для тонких пик, – предложил Гурд, проведя пальцами по темной щетине на квадратной челюсти. – Или тебе нужна и режущая поверхность?

Роксалия сделала вид, что задумалась, растягивая время, пока Наставник просвечивал их обличительным взглядом.

– Нет, не думаю. Если получится, можно, конечно, и режущую поверхность добавить, но если нет, то и колющей будет достаточно.

– Хорошо, я сделаю.

– Это еще не всё, – несколько напряженно добавила Лия, опасаясь, что Хобр так и будет здесь торчать, и ей не удастся поговорить по реальному делу, что привело ее сюда. – В ручке должна находиться полость, в которую можно поместить капсулу с сонным ядом.

Брови Гурда сначала удивленно вспорхнули, а затем обеспокоенно сошлись на переносице, будто ему до нее было какое-то дело.

– Кого ж тебе поручили, раз понадобится сонный яд? Я ведь правильно понял, он для тебя?

– Да, для меня, – улыбнулась Лия, почувствовав искреннее участие. – Далеко не самого простого смертного. Поэтому-то я здесь.

Очевидно, поняв, что разговор не несет в себе никаких шифров, обозначающих дату, место и время тайной встречи, Наставник посмотрел на поле и не смог остаться равнодушным, увидев, как один из Карателей едва не убил (по его мнению, разумеется) одну из его драгоценных лошадок.

– Тирми́н, сожри тебя хроновы демоны!! – заорал на всё поле Хобр, потопав к барьерам. – Что ты делаешь!? Ты ей сейчас все суставы повыбиваешь, мясник кособокий!..

Эти самозабвенные крики привлекли внимание Гурда, обернувшегося через плечо посмотреть, что такого ужасного сделал Тирмин. Дослушивать Наставника Лия не собиралась, несказанно обрадовавшись мясниковской кособокости Тирмина.

– Гурд, а теперь по делу, – быстро заговорила она, слегка понизив голос.

Эта интонационная смена Бабочки заставила Карателя вновь удивленно посмотреть на нее.

– Я собираюсь пройти Обряд, – зачастила Лия. – Скорее всего, со дня на день вам всем объявят о Кровавом ристании и назовут мое имя. Скажу честно, я не в восторге от всего этого, и перспектива ложиться в постель с абсолютно незнакомым мужчиной – совершенно меня не прельщает. Знаю, просьба прозвучит очень странной, но, пожалуйста, прими участие в ристании и выиграй.

Каратель даже не моргнул ни разу, поняв, о чем его просит Роксалия. Он смотрел на нее так, будто на ее месте стояла птица с человеческий рост и говорила что-то про Обряд. Пока Лия ждала, когда мужчина оправится от потрясения, мысленно она подмечала, что сделала правильный выбор. Гурд Шил нравился ей. Они были одной с ним масти, что психологически немного успокаивало Бабочку.

– Ты хочешь, чтобы победителем стал я? – зачем-то уточнил Гурд севшим голосом.

«Ну конечно! Зачем бы я тогда к тебе пришла?», – захотелось ядовито ответить на столь глупый вопрос Лии, но она мужественно себя сдержала, прикусив язык.

– Да, – вместо этого скромно подтвердила девушка. – Так что, ты согласен?

Взгляд обсидиановых глаз соскользнул с лица Бабочки и упал в обольстительное декольте, а затем вновь взметнулся вверх.

– Конечно, Роксалия, разве могу я отказать тебе?

Гурд даже задышал тяжелее. Это слегка неприятно царапнуло Лию по ее девственному страху где-то глубоко внутри. Однако она тут же жестоко задавила эту предательскую гадину, не позволяя себе поддаваться, иначе на Обряд притащат ее бесчувственное тело.

– Прекрасно. Спасибо, Гурд, – облегченно выдохнула Лия, развернувшись, чтобы не привлекать лишнего внимания слишком долгой беседой, но, вспомнив важную деталь, остановилась, добавив с обворожительной улыбкой: – Ах, да. Палочки-заколки мне всё же нужны. Сможешь сделать?

– Конечно…

– Спасибо, – еще раз поблагодарила она.

Не успела Лия пройти и двух шагов, как Каратель вновь остановил ее, заставив обернуться:

– Роксалия, я обязательно выиграю.

На его лице читалась пугающая решимость. И вроде бы Бабочка должна порадоваться, что ее план может осуществиться, но из уст мужчины обещание прозвучало едва ли не угрожающе. Лия лишь улыбнулась дрогнувшими губами и, кивнув, направилась к башням.

Ничего. Она еще успеет себя настроить на то, что это будет Гурд. Он красив, умен, вроде добр. Не самый худший вариант.