Пусть останется тайна

Неделю спустя Свете стало казаться, что ночь, проведенная с ним, привиделась ей во сне. Все у нее валилось из рук. И она поняла, что ей необходимо узнать правду. Любая ясность в конечном итоге легче изматывающей неизвестности.

Она поехала к Артуру в институт и нашла его. Тот страшно удивился, увидев Светлану. И даже вроде обрадовался:

– Света, ты что здесь делаешь?

– Тебя искала. Ладно, извини. Убедилась, что ты жив-здоров, и ухожу.

– Подожди-подожди, – он преградил ей дорогу. – Дай объяснить, почему исчез. Мне приятелю помогать пришлось. Разрулить надо было одну ситуацию. Уезжали на несколько дней в другой город. Хотел предупредить тебя, но не успел. А вернулся только сегодня утром.

– А из того города позвонить не мог?

– Извини, я твой телефон еще наизусть не успел запомнить. А записная книжка и пейджер в Москве остались. Конечно, нехорошо получилось, но ты уж прости меня. Больше не буду.

– Дурак. Я так волновалась. – Света резко опустила голову, потому что у нее из глаз потекли слезы. – Думала, вдруг убили тебя. Столько ужасов себе нагородила. Дурак, дурак…

– Я правда больше так никогда не буду.

Выхватив из кармана носовой платок, он вытер ей слезы.

– Если не хочешь, можешь не приходить. Я тебе не навязываюсь.

Света хотела вырваться и уйти, но он крепко схватил ее за плечо.

– Нет. Я приду. Обязательно приду. Только завтра. Сегодня нужно к маме. Она ведь тоже волнуется.

– Ты и ей ничего не сказал?

– Сказал, когда уезжал, но сегодня-то прямо с поезда в институт. В общем, я у нее отмечусь, а завтра после лекций весь в твоем распоряжении. А если хочешь, – он выдержал паузу, – и послезавтра.

– Я подумаю, – она не собиралась так быстро сдаваться.

– Нет, ты сейчас скажи. Мне маму надо предупредить, если не вернусь ночевать. Телефона ведь нет. Забыла?

– Ну, ты на всякий случай предупреди, – постаралась как можно холоднее произнести она. – А не выйдет, сюрпризом домой вернешься. Мама будет только рада.

– Какая ты злая, – усмехнулся он. – Ну ничего. Завтра с тобой разберемся. А сейчас извини, бегу на занятия. И так несколько дней пропустил.

Он чмокнул ее в щеку и скрылся в аудитории.

А следующим вечером действительно пришел. С двумя пакетами разных вкусностей и горшочком, в котором цвели фиалки.

– Это чтобы не забывала, когда меня тут не будет, – водружая цветы на подоконник, сказал он.

Света совершенно растаяла. Конечно, она попыталась выяснить, где он так долго пропадал. Артур отмахнулся:

– Длинная и чужая история. Справились, и ладно. Будем считать, проехали. – Он поморщился. – Предлагаю не оглядываться назад и насладиться сегодняшним вечером. Благо для этого есть все возможности. Еда, постель и куча свободного времени, которое у нас с тобой никто не отнимет.

И Свете стало так хорошо! Ну что, в конце концов, случилось? У Артура какой-то приятель попал в беду, и он бросился ему помогать. Разве с его стороны это плохо? Значит, он верный друг. Конечно, мог бы и позвонить ей. Но у них ведь отношения только начались. А звонить он явно не привык, сам ведь живет без телефона. Ничего. Привыкнет. Он обещал больше так не поступать.

Успокоив себя таким образом, она окончательно простила его, и он остался у нее до утра.

С тех пор Света и Артур стали встречаться постоянно. Сперва он все чаще и чаще оставался у нее ночевать, потом стал жить по два-три дня, даже кое-какие вещи к ней завез. Они грели Свету иллюзией семейной жизни. Даже когда Артура нет, его старые джинсы тут, тапочки стоят в передней. И не так скучно одной, и знаешь, что он непременно вернется.

Он уже познакомился со Светиными отцом, матерью, мачехой, отчимом. Все друг другу понравились.

– Светка, какого ж красавца ты оторвала, – с некоторой даже завистью сказала мама. – Одного только в толк не возьму. Вроде все равно вместе живете, так почему не поженитесь? Я, разумеется, не ханжа, да и вы с Артуром взрослые люди. Просто не понимаю, чего ждать-то? Сомневаетесь друг в друге?

– Не торопи события, ма, – ответила Света. – Всему свое время.

Она и сама не понимала, чего Артур дожидается. Несколько раз, наступив на собственную гордость, пробовала завести с ним разговор о женитьбе. Он отшучивался:

– Это слишком серьезный шаг, а я еще маленький. И вообще, чего тебе не хватает? Я же с тобой.

– Мне хочется, чтобы ты каждый день был со мной, – возразила она.

– Если только в этом дело, то все равно не получится. Во-первых, маму надо навещать. Во-вторых, у меня профессия не такая, чтобы каждый вечер лежать на диване перед телевизором. Сама понимаешь: съемки, гастроли. Если повезет и мне удастся пробиться, этого будет много. А я хочу пробиться, поэтому привыкай.

И с мамой, несмотря на все Светины намеки, Артур ее так и не познакомил. Он ловко и упорно уходил от этого.

Сдав летнюю сессию, Артур неожиданно объявил Свете, что уезжает.

– Как уезжаешь? Куда? – вскинулась она. – Мы же вместе к морю собирались.

– Уж извини. Возникла возможность подработки. Не могу же я на твоей шее сидеть.

– Неужели роль предложили? – обрадовалась она.

– Если бы, – хмыкнул Артур. – Нет. Один знакомый позвал с ним вместе заброшенные деревни на севере пошерстить. Он каждый год туда ездит. Иконы, сундуки и барахло старинное всякое. Иностранцы метут. На это лето ему опять крупный заказ сделали, а напарник его неожиданно ногу сломал. Вот он меня и позвал.

– Возьми меня с собой, – попросила Света. – Мне все равно куда. Главное, чтобы вместе. Я бы вам готовила…

– Ни в коем случае! Там условия жуткие. Болота, топи, да еще все на своих горбах тащить придется. Нет уж. Жди меня лучше тут. Вот вернусь с деньгами, и съездим куда-нибудь на недельку – по высшему разряду.

Он уехал, а Света места себе не находила. За время отсутствия от него пришло всего две телеграммы. Одна – что доехал, вторая – что жив-здоров и возвращается. А в промежутке между ними она бессонными ночами с ужасом представляла себе, как любимого затягивает в зловонную трясину.

Вернулся Артур дочерна загорелый, исхудавший, весь в ссадинах и бесчисленных комариных укусах. И ведь и впрямь хорошо заработал. К тому же не в стремительно дешевеющих рублях, а в твердой американской валюте. И увез Свету в Сочи. И так им там было хорошо, что они еще недельку прихватили и возвратились в Москву только к десятому сентября.

Дома их ждал сюрприз. Даша и Слава объявили, что собираются пожениться.

– Присоединяйтесь к нам, – предложил Артуру Слава.

Тот опять отделался шуткой:

– Не-ет, мы хитрые. Сперва поглядим, как у вас получится, а уж потом решим, стоит ли овчинка выделки.

– Светка, ты тоже так думаешь? – спросила Даша.

Та неопределенно пожала плечами:

– Куда торопиться?

– Ну я тебя не узнаю, – они уединились на кухне, и разговор происходил один на один. – Ведь раньше мечтала о свадьбе. Белое платье, машина, помнишь? Теперь такие свадебные лимузины! Мы со Славой смотрели, прямо не знали, какой выбрать. Нет, Светка, советую тебе на него насесть и заставить жениться. А то он с тобой все живет и живет. Потом, глядишь, вообще свадьбу замотает. А лет через пять как-то глупо будет белое платье и фату напяливать.

– Почему через пять? Вот институт окончим…

– Ты сама-то себе веришь? Ну в то, что говоришь? Зачем ему добровольно жениться? Он и так имеет все прелести женатой жизни. Только когда ему этого хочется. А не хочется, ушел к маме – и никакой ответственности. Даже прижучить нельзя. Все законно, он ведь тебе не муж. Нет, Светка, ты его распускаешь. А мужика следует держать в кулаке. Чтобы точно знал свое место.

– Даша, зачем ты так. Нам с Артуром хорошо. А со свадьбой сами как-нибудь разберемся.

– Это ему хорошо, а не тебе. Я же вижу. У тебя даже глаза собачьи делаются, когда ты на него смотришь. Нельзя же так.

– По-моему, ты сама с замужеством не сильно торопилась, – напомнила Света.

– Я – другое дело.

– В каком смысле?

– Во всех, – отрезала подруга.

Света понимала: в чем-то Дашка, несомненно, права, но именно это и раздражало. Света желала выйти замуж, ей хотелось стать женой Артура, однако, стоило Дашке начать свои наставления, она принималась ей возражать. Почему подруга считает себя вправе учить ее и думает, что она станет поступать по ее указке? У нее собственная голова на плечах, она сама уже взрослая и со своей личной жизнью способна справиться без посторонней помощи.

Да и кто бы советовал! Сама Дашка никогда никого не слушала, вечно поступала по-своему. Вот и Свете не хочется ее слушать, пусть она и права.

Тем не менее, стоя в загсе и глядя, как счастливая, с сияющими глазами и раскрасневшимся от волнения лицом Даша обменивается кольцами и целуется со Славкой, Светлана с горечью подумала, что ведь это могла быть ее собственная свадьба, если бы она постаралась и уговорила Артура. И тогда это они бы с Артуром стояли перед свидетелями и гостями и у нее, Светланы, глаза сияли бы от счастья. А платье она себе уж точно выбрала бы получше. Она знала, какое ей хочется, и даже успела уже накопить на него деньги. Но… Она посмотрела на Артура. Он стоял рядом и явно скучал. В отличие от Светланы, происходящее ни в малейшей мере не волновало его.

Дашка стала замужней женщиной. Славкины родители купили молодым квартиру. Теперь они жили отдельно, и Даша изображала из себя великую хозяйку. Вроде бы у обеих подруг все теперь было одинаково. Тем не менее Свету не покидало ощущение, что ее жизнь неполноценна. Угнетал неопределенный статус. Конечно, она говорила, что ей все равно, но на самом деле это было совсем не так. Семьи-то, в отличие от Даши, у нее нет.

Артур то приходил, то уходил. То жил с ней вместе месяц подряд, а то неделями не появлялся. Они могли куда-нибудь собраться, а он в самый последний момент неожиданно сообщал, что у него срочная работа или какие-нибудь дела, и исчезал. А потом как снег на голову сваливался вновь. Иногда с крупной суммой денег.

– Откуда? – каждый раз пыталась выяснить Света.

Артур по обыкновению отшучивался:

– Честно, украл.

И она не приставала с расспросами. Раз не хочет, то все равно не скажет. Ну не банки же он, в самом деле, грабит! Тогда денег было бы гораздо больше. Скорее всего обломилась какая-то разовая подработка. Тогда многие подрабатывали кто чем мог.

Каждый раз Артур аккуратно делил прибыль: «Это нам с тобой, а это маме». Мамина часть на другой же день отправлялась по назначению, а свою они от души прогуливали, чтобы потом несколько месяцев перебиваться Светиной хоть и стабильной, но скромной зарплатой.

Света привыкла жить сегодняшним днем, ничего не планируя на будущее, так как никогда не знала, что их ждет завтра.

У Дашки, наоборот, все шло по плану. Спустя некоторое время после свадьбы она забеременела. И не случайно, а вполне рассчитанно.

– Госэкзамены с животом легче будет сдавать, – делилась она своими соображениями с ближайшими подругами Светой и Ликой. – А потом меня Славкин отец к себе в фирму на работу оформит, и я сразу уйду в декрет. Сама буду дома сидеть с ребенком, а стаж будет капать. А через годик няню наймем, и, если захочется, пойду поработаю. Дома-то за год наверняка надоест сидеть.

– Практичность на грани фантастики, – с завистью выдохнула Лика.

– На самотек в наше время ничего пускать нельзя, – отозвалась Даша. – Вот я и стараюсь из любой ситуации извлечь максимальную пользу.

– Я вообще-то тоже, но не всегда получается, – посетовала Лика.

– А у меня почти всегда. – Даша перевела взгляд на Свету: – Как там твой Артур, по-прежнему не сдается?

– Он ведь не крепость, чтобы сдаваться, – Света привычно ушла в оборону. – А нам и так хорошо. Нормально живем, что еще надо.

– Да ты половину времени одна проводишь! – воскликнула Даша.

– А я отдыхаю, когда его нет. Привыкла уже. И вообще штамп в паспорте для нас в этом плане мало что изменит. Работа с шести до девяти Артуру не светит. Значит, у нас и дальше так будет.

– Ну, не знаю, – вмешалась Лика. – Я бы так не смогла. Постоянно бы думала, где он и с кем.

– А я тебе его и не предлагаю, – засмеялась Света.

Она говорила легко и весело, но на душе было тяжело. Они с Артуром уже заканчивали институт, приближался рубеж, который он сам обозначил, однако теперь об этом не вспоминал. И так и не удосужился познакомить ее со своей матерью.

Весной Артур опять пропал. Очень надолго. Появился он почерневший, измученный и осунувшийся. Света была в такой ярости, что ей уже не хотелось не только пускать его на порог, но и видеть.

– Проваливай туда, где был.

– Не могу. – Он понурил голову. – Там, где я был, уже никого нету. Мать заболела и умерла. Представляешь, была совершенно здорова и вдруг в три недели сгорела от рака. Мне было ни до чего и ни до кого. Пытался ее спасти, но…

– Бедный. – От Светиной ярости не осталось следа. – А мы так с ней и не познакомились.

– Это я виноват. Какой же я был дурак, – с сожалением произнес он. – Все откладывал. Считал, успеется. Ничего нельзя в жизни откладывать, иначе потом оказывается поздно.

Он сидел на пуфике, Света стояла перед ним. Обняв ее бедра, он прижался головой к ее животу.

– Ты станешь моей женой?

– Разве ты сомневался?

– Не знаю. Ты ведь постоянно на меня обижаешься.

– Обижаюсь – значит, люблю и реагирую. А вот если бы не обижалась…

– Так будешь моей женой или нет?

– Конечно, да.

На следующий же день, даже не дожидаясь, пока они подадут заявление, Света отправилась в магазин и купила заветное платье. Домой она, правда, его не повезла. Есть примета: нехорошо, чтобы жених видел невестин наряд до свадьбы. И Света спрятала платье у Даши, заодно объявив, что Артур сделал ей предложение.

– И когда торжество? – заволновалась подруга. – Мне что, у тебя гулять на сносях придется? Светка, это с твоей стороны нечестно.

– Не беспокойся. Свадьбу мы решили устроить к осени. Летом подзаработаем как следует, чтобы на все хватило. А ты к этому времени родишь.

– А маленького куда дену? – не успокаивалась Даша. – С собой в ресторан тащить, что ли?

Свете стало смешно.

– Мне замуж теперь не выходить, пока твой ребенок не вырастет? Сама ведь меня торопила.

Даша вздохнула:

– Ладно. Что-нибудь придумаю. Но пообещай мне: свадьба состоится только после того, как я рожу. Желательно месяц спустя, не раньше. Чтоб я в форму вошла.

И Света пообещала.

Заявление в загс они подать так и не успели. Однажды Артур явился домой, сияя от радости.

– Светик! Можешь меня поздравить! Я получил роль, и меня приглашают в Америку!

Ничего не понимая, она немо взирала на него, а он продолжал:

– Да понимаешь, полгода назад проводили кастинг на какой-то сериал про наших в Америке. Я на всякий случай решил поучаствовать. Думаю, чем черт не шутит.

– То есть тебя отобрали, а ты от меня скрыл? – Она не знала, что и подумать.

– Да нет, не так. Они вообще, не сказав ни слова, исчезли. Ну, я и решил, что рассосалось. А сегодня вдруг получаю приглашение. Надо срочно оформляться.

– Что значит срочно?

– Да вот прямо в течение ближайших дней должен сдать все документы в посольство.

– О чем ты? У нас с тобой даже заграничных паспортов нету.

– У меня есть. Я тогда же на всякий случай и сделал. А тебе не надо.

– Как не надо?

Он заметно смутился.

– Меня одного приглашают.

– А это надолго?

– Минимум на несколько месяцев.

У нее пересохло во рту, и она враз севшим голосом спросила:

– А наша свадьба?

– Придется перенести… – Посмотрев на нее, Артур зачастил: – Ну, Светик, подумаешь, несколько месяцев. Зато я заработаю кучу денег, вернусь, и такую свадьбу закатим! Все обзавидуются. Пойми ты: не могу я упустить такой шанс. Вдруг там зацепиться удастся. Тогда поженимся и в следующий раз вместе поедем. Здесь-то на настоящую работу у меня надежды нет. Три с половиной фильма в год снимают, да и в тех в основном своих человечков используют.

– Можно подумать, в Америке чужих ищут.

– Во-первых, иногда ищут. Меня-то нашли. А потом – там индустрия!

Артур весь был уже там, в его ушах гремели медные трубы, а в глазах мерцал блеск «Оскара». Он верил в свой успех, рвался к нему, и Свете стало совершенно ясно: он скорее навсегда откажется от нее, чем от каким-то чудом выпавшего ему шанса.