- -
- 100%
- +
Севрюгина Елена Вячеславовна
Лауреат конкурса 2 степени
Родилась в г. Туле в 1977 году. Живёт и работает в Москве. Кандидат филологических наук. Член московского ЛИТО «Избранники Муз», член Московской городской организации Союза писателей России. С мая 2017 года – ведущая регулярных литературных гостиных в Малом зале ЦДЛ. Автор публикаций в областной и российской периодике, в том числе в журналах «Москва» и «Молодая гвардия». Золотой лауреат премии «Золотое перо Руси» (2018 год). e-mail: elena_s2003@list.ru
Когда придёт последняя зима…когда придёт последняя зимас холодным снегом, выпавшим внезапно —диск солнца тихо скатится на запад,туда, где сны ссыпает в закромабезликая, безжалостная тьма.когда под бледным светом фонаряпромчится тенью сумрачный прохожий —я осознаю сердцем: мы похожи.сгорая в белом вихре декабря,мы верим, что огонь горит не зря.очерчен путь – и стоит ли стенать,что, хрупкий свет теряя по крупице,сердца людей не вечно будут биться,поскольку вероломная веснане сможет всех одаривать сполна.ещё не время выжить из ума,ещё душа течёт ручьями строчек,но мойры нить становится короче.наступит день – и я пойму сама:пришла моя последняя зима.С утра метёт…С утра метёт. Ты в метре от метро,где турникет – залапанный Харон —молчанием приветствуя народ,бумажной дани требует на входе.Дешёвым кофе тянет из бистро,и, «contra» перемешивая с «pro»,играет в застарелое таросутулый день – такой обычный вроде.И хочется кричать сквозь толщу лет,что ты нашёл потерянный билет,В руке неловко скомканный билет —твой постоянный пропуск в подземельеи верный шанс, что там (идите на)тебя найдёт такая глубина!И сладко жить, надеясь, что она —твой тайный Амстердам и милый Мельбурн.Выходишь вон – и снова на мели,где правят бал копейки и рубли,где в сотый раз кого-то понесли,где твой успех твои же тупо слили…А ты идёшь – вздыхаешь, но идёшь —усталый ощетинившийся ёж,и, возвратясь домой, по сути, – бомжот пустоты и тщетности усилий.Да будь он хоть Лас-Вегас, хоть Тибет —теряется в потасканной судьбепростая фраза – лучшее в тебе.Но, даже не задумавшись, в тебе ли,ты верил: жизнь – зачуханный вокзал,забыв о том, как много лет назадплескался космос в ласковых глазахи чутко мир дремал у колыбели.Сага о поэтелуна роняет свет сиротскийна стол, неровный по краям.за ним – поэт, почти что Бродский,почти что Бог, почти что пьян.с высот своей слоновьей башнипорой поглядывает внизи ловит творческий кураж, нопока похмелью он сродни.он хочет слышать шум оваций,ему призвание дано —пусть ждать от вечности авансанеблагодарно и смешно.за ней не стоит волочиться,хоть cry, хоть крой – а всё не в масть…она к тебе не постучитсяи даст в безвестности пропасть…теперь что воля, что неволя,но как спасительный родникв мозгу, пронзённом алкоголем,безумный замысел возники все рифмуется так рьяно —и мир, сорвавшийся с орбит,такой восторженный и пьяный —таланта божьего арбитр.а вечер, к таинству причастный,картину тушью запостит —сидит поэт, почти что счастлив,читает вслух почти что стих…Ахматов Алексей Дмитриевич
Лауреат конкурса 3 степени
Родился 08 февраля 1966 г. Заместитель председателя поэтической секции Санкт-Петербургской писательской организации Союза писателей России, главный редактор одноименного ежегодника и куратор премии «Молодой Петербург». Член союза писателей России (Санкт-Петербургского отделения) с 1994 года. Лауреат премии им. Борис Корнилова в номинации «На встречу дня» за 2010 год, премии журнала «Зинзивер» за 2014 и 2015 года, и премии им. Н. В. Гоголя в номинации «Портрет» за 2016. Автор нескольких поэтических сборников, книги критики и книги прозы. Почта: 22446688@mail.ru
* * *Мне долго ангелы шептали:«Ты избранный, ты не такой,Как все. Иди по вертикали,Мы заняты твоей судьбой.Пускай здоровьем ты не пышешь,Не сильный голос пусть, а все ж,От Бога все, что ты напишешьИ даже что произнесешь»!И я б, наверно, им поверил,(Что оставалось, право, мне?)Когда б ни санитар у двериИ ни решетки на окне.* * *Не знаю, как на самом деле нужно,Но, думаю – я жил совсем не так,Как в переводе Пушкина натужноИ строго завещал Гораций Флакк:Веленьям Божьим не был я послушен,Страшился, часто требовал винца,Ни похвалы не принял равнодушно,Ни клеветы, оспоривал глупца.И поручиться за тунгуза смелоНе смог бы я, считая в тот момент,Что для поэта все-таки не делоСебе до смерти ставить монумент.Причины смертиВ каталажке архангельской бомжСпал и видел коттедж на Рублевке,А в Москве одному из вельможСон явился, что он в уголовкеПод Архангельском где-то гниет.Так они на российских просторахСны свои запустили в полет,О воздушных забыв коридорах.И, как следовало ожидать,Над Строкавином сны их столкнулисьНочью, двум самолетам под стать,И хозяева их не проснулись.* * *Сойду с ума, как сходит капитан,Поспешно покидающий корабль,По трапу к шлюпке. SOS радистом дан,Трюм затопило и замкнуло кабель.Без паники оставлю я себя,С достоинством, торжественно почти что.Так капитан без верхнего бельяСжимает судовой журнал под мышкой.Последним он уходит с корабля,Хоть в запертой каюте (он-то знает!)В воде по пояс мечется дитяИ хомяка за пазухой спасает.* * *Ты нашла того, с кем проще,С кем комфортней, без страстей,Мне оставив ветер в роще,Неухоженных друзей,Посиделки до рассвета,Разговоры о стихах,И всех девушек на свете,И всю водку в кабаках.И за это все в итогеТы взяла лишь двадцать лет,И еще совсем немного,То, чему названья нет,То, о чем лишь ветер в роще…То, чего ни ржа, ни тленБольше не коснутся, в общем —Равноценен сей обмен.Ода дивануСкрипи, мой диван, подо мною,Рыдай, как разбитый рыдван,Пускай под рессорной дугоюМелькает дорожный бурьян.Несись в полуночных просторах,Пружинами всеми звеня,Пусть сонмище снов, словно свораСобак, провожает меня.Лети, мой диван, невесомоИ в ночь уноси седокаОт улицы прочь и от дома,Где сердце сдавила тоска,Где с милой, с которой делилиМы счастье земное и кров,В быту, как в бою, пристрелилиНевечную нашу любовь.Рыдай же над нами утробно.Ты тоже, на ножках кривых,Тому Боливару подобно,Не вынесешь больше двоих.* * *Когда-то Державин расстроился,Сказав гениально о том,Что все медным тазом накроется,А лира пожрется жерлом.И предостерег нас по-доброму,Что все обращается в прах.Потомок, сродни археологу,Найдет нас в глубоких пластах.А что мы оставим для вечностиЧитателям новых эпох? —Обломанных рифм наконечникиДа ржавые лезвия строк.Дорди Вера (Никитина Вера)
Лауреат конкурса 3 степени
Родилась в 1956 году, детство и юность прошли в г. Мелитополе, где она получила педагогическое образование. После института постоянным местом жительства стал г. Новосибирск, где 20 лет преподавала в школе и 15 лет занималась предпринимательством. К стихам вернулась осенью 2018 года. В 2019 году заняла 2-е место в конкурсе стихотворений на историческую тематику «Поэтического клуба Президентской библиотеки, г. Санкт-Петербург, 2-е место в поэтическом конкурсе «Цветы Франции» в рамках фестиваля культуры и искусства Франции «Фиалки Тулузы», 1-е место в Конкурсе Международного Фонда ВСМ «Никто и ничто не заменит тебя». Почта: dordi@bk.ru
Итальянский вопросЛишь тёплые губы шепнули «мой Ваня»,и сдался матрос итальянского флота,такое красивое имя Джованниосталось забытой и трепетной нотой.Он мило бранился по-русски нередкос соседом из немцев, давно обрусевшим,и стал моим самым загадочным предком,когда-то с Россией сродниться посмевшим.С лица не сходила восторга улыбка,когда выпивали за дружбу и братство,и только из красного дерева скрипкабыла его главным и верным богатством.С глазами, прикрытыми от вдохновенья,играл про любовь и прекрасные муки,а дети, измазавшись свежим вареньем,ловили божественной музыки звуки.Была бы возможность сидеть с ними рядоми слушать волшебную музыку эту,я предка спросила б не словом, так взглядом:«Зачем ты, Джованни, затеял всё это?»Шепнула бы этим невинным потомкам:«Бегите, спасайтесь!», пока не насталото страшное время, где скрипки в котомкахи степи казахские вместо вокзалов.И выжить не всем, и вернуться немногимза то, что, Джованни, ты был итальянцем,а где-то Сибирь обморозила ногисоседям их, немцам, читай, иностранцам.Ни те, ни другие сгибаться не стали,а сколько достоинства в преданных лицах,не зря же их деды присягу давалиРоссии и матушке императрице.Забыты давно итальянские корни,замужеством скрыта фамилия эта,да только Джованни, России поборник,узнать не успел продолженья сюжета.Как ждали полжизни короткого слова,услышать хотели одно – «невиновны»,искали в газетах, кручинились снова,теперь я указ этот знаю дословно.Жалели, что мало осталось здесь немцевиз тех, что Россию любили веками,и сколько ещё вот таких «иноземцев»зачем-то считала она чужаками.Ты, знаешь, Джованни, а я не уеду,похоже, светлей полоса мне досталась.К России любовь – от тебя и от деда,Я верю в неё. И как ты, я осталась.Без папыВ три года расстаться с любимым мужчиной,В четыре скорее писать научиться,Мечтать уколоться знакомой щетинойИ рядом увидеть родителей лица.А глаз его грустных забыть невозможно,Из зеркала смотрят они ежечасно,Лишь письма ему, остальное ничтожно,И в пять осознать, что борьба не напрасна.Да вот же он машет рукой у калитки,И день согревается этим моментом,Но мама в какой-то пушистой накидкеОтчаянно спорит о чём-то зачем-то.Куда же уходит её долгожданный?Ну, дайте побыть с ним хотя бы немножко!Но вечер его поглощает туманный,И в стёкла отчаянно бьются ладошки.В бреду и в горячке всю ночь прометатьсяИ звать его громко, а может, услышит?Ей пять, но она не привыкла сдаваться,И утром письмо непременно напишет.И вложит в конверт своё лучшее фото,Ладошку ещё обведёт аккуратно,Добавит рисунок, смеётся там кто-то,Он точно поймёт и приедет обратно.И долгие годы в мечту свою верить,Скорее увидеть его на пороге,Повиснуть на шее и прямо у двериЗаплакать об этом счастливом итоге.Ей часто казалось, он служит в разведке,И, чтобы противник его не приметил,Он дочери пишет не то, чтобы редко,А просто ни разу письмом не ответил.В шестнадцать решила – чудес не бывает,А в двадцать письмо, наконец, получила,Он в гости зовёт, он её приглашает,Да мимо удача опять проскочила.Она не поедет по разным причинам,И горько потом пожалеет об этом,Её долгожданный любимый мужчинаПределы земные покинет тем летом.С мечтою рола, чтоб он ею гордился,Успешной и сильной поэтому станет,Да только жалеть, что он с ней не простился,Вопросами мучиться не перестанет.А годы спустя ей расскажут те люди,Что рядом с ним жили и всё о нём знали,Как много писал ей, мечтая о чуде,Как письма зачем-то в пути пропадали.Во сне он приходит и рядом садится,И звёзды им тихо мигают в окошке,А утро бесстрастно даёт разлучиться,И в сердце отчаянно бьются ладошки.Затонская Мария
Лауреат конкурса 3 степени
Родилась в 1991 году. Пишет стихи с 13 лет. Дипломант IX Международного поэтического конкурса «Золотое перо» 2012 г, призер и финалист Международного поэтического конкурса имени Константина Романова 2014 г, 2017 г., дипломант III Международного литературного фестиваля-конкурса «Русский Гофман» 2018 и др.
Обладатель Национальной литературной премии и звания «Золотое перо Руси» в номинации «Поэзия», с 2017г. Участник XVIII Форума молодых писателей России, стран СНГ и зарубежья, 2018 год; участник XVIII ежегодных Семинаров молодых писателей Союза писателей Москвы, 2018 год, участник Ежегодного Всероссийского Совещания молодых литераторов Союза писателей России, 2019. Публикации в сборниках и альманахах: «Золотая кисть. Золотое перо. 2012», «Академия поэзии 2013», «Нарисуй картину словами» (2014) и др. Газета «Саровская Пустынь» (2017, 2018), ж. «Белая скала» (2018), ж. «Арион» (№1, 2018), ж. «Нева» (№1, 2019), ж. «Кольцо А» (№124, 2019). Почта: zatonskaja-m@yandex.ru
По камушкам пройденного путиПо камушкам пройденного путисможет меня найтия та – что сейчас просыпается в материнской воде,там, в девяносто первом, будто в Нигде.Я ей отсюда машу:– Смотри —вдоль неясной дороги ещё не горят фонари,бог смотрит в меня и в тебя изнутричерноты.– Из воды? —говорит.– Из воды, – говорю. Тогдаона переворачивается – раз.Она отталкивается – два.Три – по рукам акушерки течёт вода,Онавыходит,чтобыискать меня.***Хрустальные глаза звезд над синими деревнями,троится оконная рама вагона,через моё лицо стелется линия горизонта,снег длится,ночь длится,жизнь длится.Человеческий силуэт, мелькающий в соснах, —размером с отражение моего носа.Белые хлопьялетят сквозь раскладной столик.Ложка звенит в стакане.Люди сопят в вагоне.Гудок рассекает время.Сонная проводница подходит ко мне не спеша:«Всё, – говорит, – выходите,ваша».РадостьД.радость, стиснутая в человеческом теле,в чужеродной форме, смотрит в щелизрачков – на худого, выросшего в проёме.радость – бабочка, запертая в стеклянный домик,нервное хлопанье крыльев глазастых.тело стоит.тело говорит:«здравствуй».***Я тебя люблю, моя маленькая жизнь.Синева, синева, синева льётся,птичьи гнёзда – хрустящие деревянные солнца,в солнцах птенцы:дзинь-дзинь.На кухне отцовский самогон, философские мятежи —споры о Солженицыне и литературной лжи.Вместо барных полок – книжные стеллажи.Мы держим друг друга за плечи и округляем рты,выдувая маленькие истиныиз пустоты.Люблю дерево. Его шершавость и чешую,вечернюю оранжевость дня, балансирующего на краюгоризонта, и неглубокого озера сонное дно.И всхлип, который издаёт вода, когда ты входишь в неё за мной.И всплеск, когда начинаешь грести.За этот не умолкающий барабан в груди,за любовь ко всему, и к единственному среди.Сон комнаты(У картины «Спальня в Арле»)Видишь, она на тебя из холста растёт —спинка кровати, выпучивается, как живот.Маленький подголовник внутри – костьмильнёт к углу голубой стены.Видишь, он к тебе тянется – этот пол,подползает рыхлыми досками, и уже почтивстал под твоим ботинком, говорит, мол, —иди.Стул неприметный, скукоженный у окна —на нём сидит сон Ван Гога, пока он самснится комнате – и насовсемостаётся среди этих неровных стен,в синеве,из истёртых дверей переходящей прямов желтизну звёзд,разлитую в рамах.***На «Комсомольской» бородатый мужикс чёрной виолончельюдумает о Ростроповиче и Шопене.Тени скользят, смычокпилит деревянную грушу.Женщина в растрёпанной белой шубепоправила волосы, уши,облизала губы,вытянула телефон, щёлк, щёлк и,благородно покачиваясь, опустила тыщонкув раскрытый футляр,студентки с распахнутыми глазамив холодный гранит врастаюти застывают, как манекены.У бородатого мужика дома,наверное, будут пельмени.Жена купит новые наволочки.И лапочке дочке яблочки.Макарова Инга Борисовна
Лауреат конкурса 3 степени
Родилась в 1961 году. Писала стихи в институте, затем был перерыв в двадцать с лишним лет. Вернулась к написанию стихов 9 лет назад. В последние годы принимала участие в поэтических конкурсах, фестивалях авторской песни в номинации «Поэзия». Лауреат фестивалей «На Соловецких островах», «Цейский вальс», «Соцветие». Дипломант фестивалей «За туманом» (Чехия), XLIII Всероссийского фестиваля авторской песни имени Валерия Грушина. Стихи публиковались в альманахе «Параллели судеб» 2016 год, сборнике «Нам есть что сказать…» Спб. 2014.
СнегПерекроив метеосводки,И, дерзкий совершив побег,Неслышной, воровской походкойНа улицы спустился снег.Начав прогулку так несмело —Он всё уверенней идёт,Закрашивая белым меломВсё, что не спряталось. И вотЭкран оконный монотонноРябит от трепета помех.И небо стало многотонным.И лопнуло. И – грянул снег!Он стал разнузданным бандитом:Какой апломб, какой напор!Так яростно, так неприкрытоНапал на беззащитный двор!Собою всё заполняя,Съедает краски и дома.И нет ему конца и края —Зима! Кромешная зима!!И снег, прожерливой стихией,Десантом с вражеских планет,Прикончив полихроматию,Дожевывает чёрный цвет!А дома – тихо и спокойно.Зелёным кружевом цветыОберегают подоконникОт этой белой пустоты.И за чертою непогодыНа бело-чёрное киноЛишь два влюбленных идиотаСчастливо пялятся в окно.БольницаБольница, больница, больница…Усталые, старые стены.Дожди… И по стёклам струится,Тоска, словно вспухшие вены.Я страшно, безумно усталаОт воздуха, с привкусом боли.От ламп, что горят вполнакала —На волю! На волю! На волю!..О темень за створками оконЯ бьюсь покалеченной птицей.А время свивается в кокон…Больница, больница, больница……И надо же было влюбитьсяВ совсем непонятное что-то:В дремучую эту больницу,В тяжёлую эту работу.Тащить, неразумной улиткой,Усталости сладкое бремяИ бережно, нитка за ниткой,Разматывать вязкое время.И видеть на бязи подушекХудые сутулые плечиИ тёплые лица старушек,Которым становится легче.ГородПроводами прошито пространство больших городов.Прорастают домами знакомые парки и скверы.И уже не понять: то ли боль? То ли кровь?.. То ли кров? —Этот Город. Во мне и со мною. Без меры.Он ещё узнаваем. Ещё горделив и суров.Серым камнем гранита дублирует серое небо.И в колодцах дворов он хранит шорох наших шагов,Тайны наших миров, погружая всё глубже их в небыль.Он запутал меня в телефонных своих проводах,В именах, в адресах, растерявших хозяев по свету…И в других городах, и в чужих часовых поясахЯ ищу их следы, как ушедшей эпохи приметы.И – опять возвращаюсь. В Мой Город. Во всё, что так страстно люблю!Проходными дворами и шпилей звенящим полётомОн навылет прошил непутёвую юность моюИ навеки пришил к комариным приневским болотам.Да, меняется жизнь. Нас обоих меняют года.Зависаем в межвременье, путая «было» и «будет»…Прикипая всей кожей друг к другу уже навсегда,Разделив обстоятельства времени, места и судеб.Савушкина Нина Юрьевна
Лауреат конкурса 3 степени
Родилась 13 февраля 1964 года в Ленинграде. Живет в Царском Селе, работает стенографисткой. Первая публикация – в газете «Ленинские искры». Печаталась в журналах «Посткриптум», «Нева», «Северная Аврора», «Зинзивер», «Царскосельская лира», «Зарубежные записки», «Звезда», а также в антологиях «Стихи в Петербурге. 21 век. Платформа», «Петербургская поэтическая формация», «Антология Григорьевской премии. 2011 и 2012», «Собрание сочинений. Поэзия Петербурга. 2010», «Царское село в поэзии», «Анфилада» (Германия), в сборнике «23» (ЛИТО В. Лейкина), а также в поэтическом альманахе-навигаторе Союза Российских писателей «Паровоз». Издано 5 поэтических сборников – «Стихи», «Пансионат», «Прощание с февралем», «Беседка», «Небесный лыжник», «Снежный король». Член Союза писателей Санкт-Петербурга и Союза российских писателей. Лауреат премии имени Гумилёва «Заблудившийся трамвай» (2005 год), и премии имени Ахматовой (2015 год). e-mail: sav-nina@yandex.ru
Памяти одного музыкантаСредь репетиций он вечно торчал в дверяхи сладострастно причмокивал, раздражая,дух источал, характерный для всех нерях, —фрик, нацепивший фрак, персона чужая.Он наобум забрёл в музыкальный храм,где прилепился к нам, как ириска липкий.То приставал к хористкам, охоч до дам,то домогался партии первой скрипки.Но инструмент любой, например гобой,вдруг под его губой являл оголтелость,то издавая скрип, то собачий вой,только не трель, которой внимать хотелось.Мы намекали: «Шмотки переодень»,и за фальшивые ноты нещадно били.Он исчезал куда-то, но через деньвновь воскресал меж нас, как фантом из пыли.Гадкий утёнок с бледною скорлупой,на голове присохшей, словно плешина,самозабвенно готовый играть с любойгруппой голимой, – на пикнике в глуши, накорпоративе, ёлке в детском саду,на погребеньях, раз не зовут на свадьбы.Грезил – я в рай влечу или в ад сойду,только бы там дозволили мне сыграть бы…Так и сбылось – дыхание прервалось,треснул пюпитр, засохла слюна на флейте.Мы провожаем тебя, нежеланный гость,и произносим: «Водку в стакан налейте».Воображаем мысленно те края,где ты лабаешь, Моцарту подражая, —всех обыгравший. Ведь если жизнь не своя,значит, и смерть чужая.Оборона снежного городкаБыл город золотой, а в январе стал белым.Раскинулся, как труп, очерчен снежным мелом.Вокруг него реки затянута петля,но жив он вопреки всему, лишь скрылся длятого, чтобы вдали от склок и зуботыченбезмолвие хранить. Готичен и статичен,он, словно я и ты, так хрупок, так раним.Давай от суеты его обороним.Пусть город не воспет никем еще, однако,под стенами кипит чернильная клоака,и графоманы, в ком нутро голодных крыссогрето коньяком, нацелились в круиз.Вдруг королева крыс в серебряном муаренаш мирный парадиз растащит на гербарий?Парк станет сиротлив и холодом продут,она ж уйдёт в отрыв, да как издаст продукт!В стихах её закат течёт, как кровь из вены,там дюны лунны, а буруны белопенны.Всех манит крик души разверстою дырой.Не слушай, не дыши, скорей глаза закрой.В зубах её хрустят осколки виноградин.Соседний южный сад истоптан и раскраденна тысячи цитат… К нам движется отрядкрысят – горбат, носат. Не отступай назад!Гляди, они ползут, всё на пути рифмуя.Чтоб охладить их зуд, снежок в руке сожму я.Щелкунчиком зовись, а я – твоя Мари.От бесталанных крыс ворота затвори.Пусть головы летят бильярдными шарами,но город золотой в резной блистает раме,от пошлости опять очищен и спасён…Мы будем вспоминать волшебный этот сон.Монолог гусеницыС ажурного листа слетев на дно оврага,ползу упорно ввысь, проталкивая слизь,туда, где в облаках вальсируют имаго,которые давно на небо вознеслись.Парящие вверху достигли озаренья.И мне издалека мерещится впотьмах —жасмина перламутр, александрит сирени,горящий на крылах, чей вдохновенный взмахмой приземлённый торс ввергает в злые корчи.Я ненавижу тех, которым удалось,распотрошив хитин, стать ярче, легче, зорчев обличье нимфалид, лимонниц и стрекоз,за то, что не постичь курсирующим в кущах,сосущим задарма нектар иных миров,как чешутся во мне осколки крыл растущих,скребущих изнутри не продранный покров.Смагина Виктория Ивановна
Лауреат 3 степени
Родилась в 1966 году. Дважды становилась дипломантом всероссийского литературного конкурса МВД России «Доброе слово» (2010, 2011), победитель в номинации «Поэзия» литературного конкурса «Новые имена – 2» (2018), лауреат Международной литературной премии «Пятая стихия» имени Игоря Царёва (2018), победитель в номинации «Поэзия» Международного литературного конкурса «Петроглиф-2018»; финалист литературной премии «Народный поэт – 2016», пятого Международного литературного форума «Славянская лира – 2018», VI Международного поэтического конкурса «45-й калибр» (2018), конкурса поэзии фестиваля UMICON (2018), II Международного литературного фестиваля «Центр Европы – 2018», Всероссийского литературного конкурса им. Г. Каменева «Хижицы – 2018». Публиковалась в журналах «Сибирские Афины», «Жеглов, Шарапов и К», «Графит», «Аврора», в сетевом альманахе «45-я параллель», на литературном портале «Белый мамонт», в коллективных поэтических сборниках. Е-mail ava2436@yandex.ru_
Тотв этом вечере – стылый ветери качание ивняка.тот, кто знает про всё на свете,не случился ещё пока,не придумался во седьмицу,не откликнулся на «агу».плачут песню свою зегзицыи воробышки на снегу.во путивле ли, во самарре,на горе ли фернандо поо непарном страдают твари,колоколя «по ком, по ком».открывают кассандры вежды,христофоры – индийский след,агасферы куют надежды,несчастливый жуя билет.бьются айсберги о титаник,с челубеями – пересвет,бьётся маня, готовя манникдля нахлебника вредных лет.зацветают морковь и донникна страницах дисплейных книг,на комоде отставший слоникосалфечен и тем велик.он трубит о своём, домашнем —киндер, кюхе, рассада, кот,правда зеркала – «ты не краше» —и незыблемое «пройдёт».маргаритка – не маргарита,озаренье убей платком.протограбли и пракорыто —архиматрица точка ком.тот, кто знает, случится тихо,смех и поступь его легки.вечер.ветер качает мифы,мироздание,ивняки.Типажиснег кукожится – шкура пятнами, огибает амёбы луж.солнце щурится перекатное. акапельно играет тушнеумолчный оркестр сосулечный, вторя звонким синичьим «пинь».бродит юный апрель по улочкам, хорохорится – «наступил!»,улыбается вербным птенчикам, нежно-жёлт их весенний пух,балагурит с травой застенчивой и щетинистой от непрух(то пригреет, то вдарит минусом) – зеленея, зело дрожи.год за годом по оле-римусу просыпаются типажи —кто под зонтиком, кто без зонтика, кто тернов, кто во братцах глух,и теряется в миллионниках удивление повитух.за индиговым взглядом ахают многолетние голоса,говорящие на инаковом с отражением в небесах,медоносной пчелой над вишнею, молчаливым мальком в реке,окликающие над крышами маску лунную из микен,выпевающие за уллами красноту марсианские слов.бездноглазые, тонкоскулые суперновы своих миров,раскалённые магнетически…наблюдаю, сгорев почти,как играет апрель в куличики с homo candentis1 лет пяти.Моя печали«утопи моя печали…»кто сказал про «утоли»?мама люлечку качаетна одной шестой земли,еле слышно напеваяпро кусачего волчка,берегиньим «баю-баю»подтыкаючи бочка.всеязычное легатонежности без суетынапевают у кроватокв уголках пяти шестых.спи, малыш, бамбино, бэби,майне кляйне, мон пети.спи, укрытый тёплым небом,в кулачках зажав пути.не буди рассветный кочетмлечность этой тишины.здесь никто, никто не хочетни болезней, ни войны,здесь эдемово началопрорастёт из божьих глин.утопи моя печалив колыбельных снах земли…