Ангел рядом со Мной

Эти её огнедышащие взгляды. Могла бы, то испепелила бы одним только взглядом.

На самом деле, единственный страх, вызываемый её напряжённым видом, был страх того, что я не удержусь. Сорвусь, впившись своим пересохшим ртом в её растерзанные от постоянного нервного покусывания губы. Сама ведь напрашивалась, как мне казалось. Этими своими губами и выбившейся из-за уха прядкой непослушных волос.

Сама его довела.

Заслужила.

Какие нужны усилия, только чтобы не прижаться губами к её горячей шее, от которой, должно быть, пахнет яблоками, которые она каждый день с удовольствием грызёт. Как ещё не исхудать, когда питаешься одними фруктами? И кто знает, почему я вообще это заметил. Но,… грызёт, одновременно увлечённо читая какую-нибудь книгу, сидя вместе с остальными в помещение, где проходили съемки. За такое краткое время, она со многие сдружилась и казалось, будто они знакомы много лет, как старые друзья… Но больше всего злило, что она общалась со всеми, как с близкими друзьями, меня же будто и не было вообще… Хан Су Рин, была единственной, которая могла проводить с нами больше других времени, они все были, как и правда старые друзья… Могли говорить на разные темы, и никто не говорил, чтобы они перестали так много проводить времени вместе.

Меня же радывало, что за счет этого, я могу видеть ее чаще.

Но начинало злить ее близкое общение с Хён Джуном. Вот от кого не ожидал, так это от Хён Джуна. Мне единственному, казалось, что они слишком уж близки? «Признай, ревнуешь» – еще чего. Конечно, нет.

А однажды я чуть ли не поперхнулся чаем, когда…

Капелька сока соскользнула с её подбородка вниз, по шее, медленно прокладывая себе дорожку к ямке между выпирающими ключицами. Всё ниже и ниже, пока не исчезла в вырезе слегка расстёгнутой белой рубашки. Видит бог, не ей одной было тогда жарко. А она и не обратила внимания на эту каплю, потому что утонула в страницах своей книги.

Неужели даже щекотно не было?

У меня все мысли из башки выбило, когда я это увидел. Словно в вакуум запихали. Даже слова сидящего подле Джун Со отскакивали от меня рикошетом. А внизу живота будто бы кровь подожгли.

И когда вообще началось всё это? Давно ли?

С первой встречи, вот когда. И дня, чтобы я не думал о ней. Я начал замечать её, даже когда взгляд не утыкался в её прямую, как струна, спину.

Вот и сейчас, она сидит на полу почти рядом со мной, около нее сидит Хён Джун, как я заметил, всегда около нее крутится, с другой стороны сидит Сын Мин. Другие занимались своими делами, пока был перерыв на отдых, пока менялась обстановка. Она мило и весело о чем-то болтала с Хён Джуном, кто бы сомневался, я скрывился. Она сидела впереди меня, я же прислонившись спиной к стене, наблюдал за ними. И еле уловимый аромат её непослушных волос забивался мне в ноздри. Что это было? Карамель?

Сидя на полу, я спиной ощущала, что сидящий за мной Мэн Хо то и дело, что смотрит на меня. Невыдержав этого, я обернулась. Мэн Хо пристально смотрел на меня, ничуть не смущаясь тем, что его застукали. Недовольно сощурив глаза, он чуть склонил голову набок, поймав мой взгляд. И я поняла, что не в силах отвести глаз. Это было как натяжение между нами электрического провода, потрескивающего от напряжения. Сердце заколотилось неистово, кровь зашумела в ушах. Мэн Хо пригвоздил меня к месту, пришпилил взглядом, от которого в жилах кипела кровь. Я боялась сглотнуть лишний раз. Сердце стучало в горле, ладони потели…

Надеюсь, что этого никто не заметит.

Первым, кто прервал наш зрительный контакт был Мэн Хо, он отвернулся, отвечая на поставленный вопрос Сын Мина. Я же резко отвела взгляд и уставилась в пол. Боже, это было невыносимо. Хотелось провалиться под землю. Пульс колотился в висках, и руки всё никак не желали согреться. Я не знала, как описать такое состояние. Каждый раз, когда наши взгляды встречались, сердце начинало бится все сильнее и быстрее.

– Су Рин, – услышала я голос Тиена.

Я подняла глаза на парня.

Тиен сидел в черных джинсах, черная кожанная куртка со множеством молний, поднизом – простая, черная футболка.

– Ты меня слушала? – спросил парень.

– Нет.

– Мы и не сомневались, – неожиданно произнес Хён Джун.

– О чем вы? – спросила я.

– Ты так на Мэн Хо смотрела… – начал Тиен.

– Не правда, – возвратила я. – Я не смотрела на него.

– Врешь ты правдоподобно, – улыбаясь, произнес Хён Джун.

Очень нужно мне рассматривать Мэн Хо, мне и так доводится его часто видить. Я лишь фыркнула и отвернулась от парней.

– Кажется, мы правду сказали, – тихо произнес Хён Джун Тиену.

– А вот и не правду сказали, – произнесла я. – Очень надо мне смотреть на него.

Я поднялась и направилась куда-нибудь подальше от этих парней, которые считают, что мне нравится Мэн Хо. Это не возможно. От этого становилось просто смешно. Это ересь какая-то, что мне может нравится Юн Мэн Хо, мне просто нужно привыкнуть к факту, что мне придется провести с ним всю жизнь. Как бы это не страно звучало, но мне просто нужно привыкнуть, что мне придется видеться с ним больше чем 24/7, тяжелый факт того, что работаем мы вместе, а значит будем видется круглые сутки. Я тяжело вздохнула.

Куда катится этот мир?

Еще месяц назад, я и подумать не могла, что столько всего посыпется на меня, как град. Столько всего нужно обдумать…

Всю неделю Мэн Хо не сказал мне ни одной колкости, и это настораживало, не давало покоя. Он считает, что я собралась с ним в игры играть, очень мне это нужно. Я не могла найти оправдание моему поведению, я вроде и не ненавидела его, но при этом злилась. Из-за чего была эта злость, я понять не могла. Как бы я не пыталась найти ответа.

Я вышла из здания и подняла голову к солнцу. Оно светило ярко, и грело своими лучами кожу. Повеял легкий ветерок, при этом развивая легенько мои волосы. Опустив глаза увидела идущего мне на встречу Мэн Хо, но вот… подумай только о нем, так он тут, как тут. Из под земли, что ли вырос? Только что, его здесь и близко не было. Сделав одное неверное движение, я зацепилась об собственную, что правая туфля с меня попросту слетела. И если бы не ловкость, с которой Мэн Хо подхватил меня за талию, я уже прочесала бы носом всю дорожку.

– Решила побыть Золушкой, Су Рин? – тихо рассмеялся Мэн Хо, подав туфельку.

Как он так быстро оказался здесь? Он же только что в нескольких метрах от меня был?

– Осторожнее, а то споткнёшься, как на ступеньках, со своей то грацией маленького слонёнка, – хмыкнул Мэн Хо.

Нашел, что вспоминать.

– Ты такой невыносимый, что иногда так и хочется врезать тебе в нос, – тяжело вздохнула я, стараясь не начать закипать от злости.

– Попробуй. Хотя… Мы далековато от бордюра, а стульчика у тебя с собой нет, так что… – с издевательским тоном произнёс Мэн Хо, сохраняя абсолютно беспристрастное выражение лица.

Да я всего лишь на пару сантиметров ниже тебя Мэн Хо!

– Всё, лимит моих нервов на сегодня исчерпан, – фыркнула я, заправляя за ухо непослушную прядь волос и складывая руки на груди.

– Мне стоит боятся? – издевательски спросил Мэн Хо.

Эта его издевательская ухмылка на его ангельском личике, меня раздражала, хотелось ее чем-нибудь подправить.

Ему было весело. Он просто находил это забавным, а меня это раздражало и злило, и кажется, он этого и добивается.

– Да, – уверенно, ответила я.

– Как страшно, – да он издевается!

– Если не хочешь, что бы я тебе перед съемки твое ангельское личеко не украсила, то лучше не зли меня.

Внутри я была готова его исцарапать.

– Не страшно, ни капельки, – я была готова ударить себя по голове, за что мне это наказание? – Ты кажешься милой, когда злишься. Замечала это?

– Да ты издеваешься!

– Как догадалась?

– Ясновидящая я, – фыркнула я, и отвернулась от него, смотря куда-то встрону.

Мэн Хо только засмеялся и развернулся лицом к солнцу.

– Ты красная, – произнес Мэн Хо.

– Что?

– Когда злишься, ты становишься красной, – сказал Мэн Хо.

Я сжала руки в кулаки. Подняв глаза на него, и закусила нижнюю губу, когда предательское сердце пропустило удар. Как же он был чертовски хорош во всей своей холодной красоте с лёгким золотистым загаром. Прохладный ветер беспощадно трепал его черные пряди, а Мэн Хо, казалось, было абсолютно плевать. Он сложил руки на груди и поднял лицо к солнцу. По всей видимости, этот наглец, будто сошедший с обложки самого популярного модельного журнала, наслаждался спокойствием.

– Ты… ты просто невозможен!

Я развернулась и вернулась обратно.

Это была словно чья-то злая шутка. Какая-то дьявольская пытка.

Оставшейся день, я старалась делать вид, что совершенно не замечаю Юн Мэн Хо. Но мои старания, каждый раз проваливались, потому что не замечать его – было тяжело. Что же это за чувство, когда я смотрю на него? Почему не могу отвести взгляд, пока он не видит? Вот он стоит и смотрит куда-то вглубь помещения, даже не обращая никакого внимания на то, что стилистка поправляет ему волосы. «Хочется оказаться на ее месте?» – совершенно нет, даже и не задумывалась об этом. Этот внутренний голос меня сведет с ума!

Но и отвести взгляда я не всилах. И я не могла понять почему.

Если бы меня сейчас, кто-то заметил, то подумал, что я открыто рассматриваю Юн Мэн Хо. Но я ничего не могла с этим поделать. Он стоял в простых черных брюках, белая рубашка, на один размер, кажись, больше него, а поднизом черная водолазка, а серебряная подвеска в виде ангельского крыла, придавала его образу какой-то загадочности. Волосы идеально уложены и хорошо покрыты лаком, что они не распадались в разные стороны при резких движениях.

Каждое его движение в клипе просто завораживали, и я не могла отвести от него взгляда. Чтобы он этого не заметил, я старалась смотреть на небольшой монитор, во время съемки, но это мне не помогало. Каждый его взгляд точно в камеру, заставляло мое сердце биться чаще, даже я стала замечать, что меня даже в жар стало бросать, только от одного взгляда.

Когда съемки закончились все стали собираться. Парни пошли переодеваться, а я вышла на улицу. Что же это со мной такое? «Просто признай, что он тебе нравится» – чушь полная. Он мне не нравится. И на этом точка. Ну не может он мне нравится.

– О чем задумалась? – спросил меня Хён Джун.

От неожиданности я резко обернулась, при этом задев его лицо своими волосами.

– Ты меня напугал, – произнесла я, положив руку на сердце.

– Чем это, я тебя напугал? – парень приподнял одну бровь.

– Ты так неожиданно подошел.

– Больше не буду тебя пугать, – улыбаясь, сказал Хён Джун. – Так о чем задумалась?

– Да, так, ни о чем, – произнесла я, повернувшись лицом к солнцу.

– Могу задать один вопрос? – парень обошел меня и стал напротив меня.

– Какой?

– Только отвечай честно, – произнес Хён Джун, я согласно кивнула. – Что между вами?

– Между кем?

О чем это он?

– Между тобой и Мэн Хо.

– Ничего.

– Так я тебе и поверил, – сказал Хён Джун, – еще в тот вечер я заметил, что между вами, что-то есть. Вы ведь явно знаете друг друга.

– Наши семьи несколько лет дружны друг с другом, – ответила я. – Но я чаще общалась с его братом, самого Мэн Хо я никогда не видела. В тот вечер я узнала, что Мэн Хо старший брат Чон Иля. Вот и все.

– Но кажется вы не ладите друг с другом.

– Есть немного.

– Что же такого между вами произошло?

– Да так мелочь, – не могла же я ему сказать истинную правду.

– Понятно, – сказал парень.

Он стал рядом со мной и тоже поднял лицо к лучам солнца.

Я решила кратко рассмотреть его. Тонкие черты лица, немного пухлые губы, глаза были прикрыты черными густыми ресницами. Одет в синие джинсы, в простную нежно-голубую рубашку в тонкую белую полоску, с растегнутыми верхними пугавицами, открывая его ключицы, тонкий ободок серебряной цепочки на его тонкой шее, дополнял весь этот образ. На солнце его волосы, казались платиновыми, казалось, что на них нет того количества лака, который был всего лишь пару минут назад. Они идеально лежали, а белокурая челка скрывала его лоб.

Я даже залубовалась им, пока не услышала, знакомый мне голос.

– Хан Су Рин, принеси мне банановое молоко, – произнес Мэн Хо.

– А сам не возьмешь? – возразила я.

Он сделал пару шагов в нашу сторону. В его взгляде, что-то было странное.

Я взглянула на Хён Джуна. Тот пожал плечами и куда-то ушел. Ну, конечно, а мне, что делать?

Мэн Хо приоделел разделяющее нас расстояние, и произнес:

– А для чего ты тогда нужна, если не можешь выполнить простейшую просьбу.

– Я не считаю, что ты произнес это, как просьбой, – сказала я, – больше всего это звучало, как приказ.

– Хан Су Рин, я тебя всего лишь попросил, не давал я тебе приказа.

– Я не стану выполнять твою просьбу, Юн Мэн Хо, – произнесла я, сложив руки на груди.

За долю секунды он преодолел тот метр, что нас разделял, оказавшись близко ко мне.

– Су Рин, я спокойно тебя попросил, неужели так тяжело? – парень мягко улыбнулся, склонив голову немного влево.

Затем он медленно вытянул руку и коснулся моего подбородка длинными пальцами, аккуратно приподнимая чуть вверх, чтобы наша глаза встретились. Я смущенно подняла глаза и тут же встретилась с его. Такими тёмными-тёмными, прям как шторм за окном. Такого цвета я никогда ранее не видела.

– Я не служанка тебе, Юн Мэн Хо, – произнесла я, смотря прямо ему в глаза. – Я не нанималась тебе в служанки, чтобы выполнять, все твои прихоти. Мне нужно идти.

Он молча сделал шаг назад, смотря ему в глаза, я не знала, что читалось в них. Он развернулся, и посмотрел, куда-то вдаль.

– Значит, как стоять и говорить на веду у всех с Хён Джуном, так ты никуда не спешила, – его спокойный голос выворачивал наизнанку. – А сейчас ты, куда-то собираешься идти. Тебе разговоривать со мной противно? Я не понимаю, твоего поведения, Су Рин!

Он развернулся ко мне всем корпусом настолько резко, что я, испугавшись, сделала несколько шагов назад.

– Ты ревнуешь, что ли? – тихо произнесла я.

Еще один шаг мне на встречу, я же делаю шаг назад.

– Мне все-равно с кем ты говоришь по углам, – голос такой спокойный, но от него становилось не по себе. В глазах читалась буря эмоций, а на вид, совершенно, спокоен. – Но ты просто игнорируешь меня, даже не говоришь, что с тобой не так, Су Рин? Разве ты бы раньше не упустила бы шанса, что либо сказать в мою сторону? А сейчас ты только молчишь.

Я не заметила, как Мэн Хо снова оказался рядом. Напряжение между нами можно было резать ножом. Бледные пальцы мягко коснулись щеки. Я подняла взгляд и посмотрела ему в глаза. В голове не было ни одной связной мысли. Его горячее дыхание обжигало губы. Слишком близко. Просто сумасшествие…

– Почему тебя это так волнует? Как мне говорить с тобой, о чем мне с тобой разговаривать? Как я могу говорить с тобой, если каждый наш разговор заканчивается колкостями.

Его взгляд. Такой холодный и пронзительный…

Что-то, что заставляло ощущать ком в горле.

Мэн Хо просто развернулся и ушел. Как только он исчез, я поняла, насколько близко он стоял. Невыносимо близко. Я шумно вздохнула полной грудью так, словно только что научилась заново дышать. Его взгляд отпечатался в памяти свежей фотокарточкой. Ноги почему-то задрожали, и я начала судорожно втягивать драгоценный воздух через рот. Мне пришлось до боли отрезвляюще закусить губу, чтобы взять себя в руки и сконцентрироваться. Что он хочет сказать этим разговор? Это полная бесмыслеца, в ней нет никакого смысла, но, что-то явно было не так, как раньше, а я же не могла понять. Что именно изменилось? Почему вместо того, чтобы просто бросить в меня, какой-либо фразой и уйти, он говорит, что я стала игнорировать его? Да я бы с удовольствием игнорировала бы тебя – Юн Мэн Хо, если бы могла.

Его лицо стояло перед глазами. То, как ходили его скулы, как тяжело он дышал… Я разозлилась. То ли на себя, то ли на него… Я словно физически ощущала его присутствие. Слышала аромат его парфюма. Меня съедало чувство вины и… чего-то ещё. Вины? Какой вины? Но чувство это меня не покидало, я попыталась разобраться, но ничего не получалось.

Что с этой девчонкой не так?

Что со мной не так?

Почему мне не нравилось, что она говорила с Хён Джуном? Мне просто хотелось, чтобы она отвлеклась, перестала говорить с ним. В её голове крутились сотни вопросов, и ни на один из них не было ответа. Слишком много недосказанности между нами. Сидя в автобусе, и смотря в окно, я все пытался понять, почему меня стало волновать, с кем общается Су Рин.

– Мэн Хо, ты почему такой задумчивый? – спросил Хён Джун, сидящий рядом.

Я мельком взглянул на него. Перед глазами появилась картинка, как он стоит рядом с Су Рин, они мило общаются… Я отвернулся к окну.

– О своем, – ответил я.

– Ты всю дорогу молчишь, что-то случилось? – спросил Мин Сонг.

– Ничего, – произнес я.

Я не горел желанием, сейчас с кем-либо разговаривать, просто не хотелось. Было сложно принять то, что я не могу рассказать правду им, я просто не мог сказать. Почему я ночами уснуть не могу, потому что продолжаю думать о Су Рин, и пытатся понять свои чувства. Я признавался себе, что Хан Су Рин – нравиться мне, но иногда хотелось, сказать себе, что это не так, запретить думать о ней.

Но сейчас мне стоит взглянуть на своего лучшего друга Хён Джуна – так я сразу вижу Су Рин.

Мне казалось, что я схожу с ума. Неужели я начинаю ревновать Су Рин, к своему другу? Я ведь доверяю ему… Но так же понимаю, что она тоже может кому-то нравиться, но мне не хотелось, чтобы это был, кто-то из близких мне друзей. Но и сказать им, что Су Рин мне нравится, я не решался. Но хуже того, что не могу сказать, что – Хан Су Рин, является для меня невестой.

За такое короткое время я начинаю понимать, что не смогу себе простить если хоть кому-нибудь не скажу, что она мне нравится, хоть, кто-то должен это знать. Я должен с кем-то поговорить. Но я не решался сказать об этом, самой Су Рин. В данной ситуации, она просто не поверит мне, так же, как я и сам не могу все еще поверить в это. «Или просто не хотелось верить?»

Я не помню, когда это произошло, не могу отдавать себе отчёт о своих же переменах, но сейчас я четко ощущаю диковинный сгусток различных эмоций и чувств, распирающий грудную клетку откуда-то изнутри. Я попробую разобраться в этом коктейле, распутать клубок ощущений.

Теплота и растерянность.

Я бы очень хотел отвести ее куда-то. Может в кофейню, или в парк, или в театр. Я не знаю куда, а ещё уверен, что она ни за что не согласится. Хотя мы бы могли провести время вместе, так весело и непринуждённо болтая и немного посмеиваясь. Но жаль… У нас нет такой возможности.

Окрылённость и оцепенение.

Мне кажется, она пахнет весной. Или свежестью. Может, крыльями за спиной. Я видел ее улыбку так часто, но так много раз не придавал ей значения. Иногда мне хочется, чтобы она улыбнулась именно мне. Я мог бы ради этой улыбки сделать всё что угодно.

Трепет и тоска.

Хан Су Рин похожа на хрупкую нежную магию – дотронешься до нее, и она исчезнет, растворишься в воздухе своим золотистым перезвоном, оставляя на кончике пальца тонкий слой искристой пыльцы. Я бы хотел ее поцеловать. Не страстно и грубо, как целуют этих девиц вокруг их кавалеры, но нежно и невзначай. Пусть даже совсем немного коснуться твоих губ, но вложить в это прикосновение все те завитки розоватого тумана из моей головы, что просачиваются в самые потаенные уголки моего сознания, заставляя подумать о ней. Но я чертовски боюсь показать ей свои чувства, потому что я знаю – за ними следует такое ледяное, разбитое на тысячи мелких осколков, сердце.

Решимость и отчаяние.

Я так много раз обижал ее, что и сам уже не смогу пересчитать. Надеясь получить удовлетворение, и будет нечестным скрыть тот факт, что мне удавалось поднять настроение таким способом. Но, я действительно сожалею о всех тех оскорблениях, прозвучавших в ее адрес. Она никогда не поверит в искренность моих слов, но я знаю – я бы до смерти забил любого, кто осмелился бы оскорбить ее. Я бы испытывал невероятную ярость, буквально взрывающую мозг и крошащую кости. В голове бы наверняка звучали те самые лживые фразы, что были произнесены в твою сторону. Я действительно не способен ее защитить, и это просто убивает меня изнутри. Мы оба знаем, что слова значат намного больше, чем действия, так что я был бы с ее обидчиками до подземельных огней груб, каждым звуком бы выбивал из них желание жить. Слова ведь всегда побеждают. Но в этот раз я всё равно бы проиграл.

Легкость и отрицание.

Я не знаю, как можно уместить все те мысли и эту дрожь, и покалывание на кончиках пальцев, и затуманивание взгляда, и острую горечь.

Вчерашний день не дает мне покоя. По возвращению домой, я не могла успокоится, и продолжала думать, о разговоре с Мэн Хо. Я никак не могла понять, почему он ведет себя так. Почему сначала он бросается колкостями в мою сторону, а потом ведет себя, будто ревнует меня. Его поведение, было для меня не понятным. Идя утром по коридору я не ожидала столкнутся с Cо Ёнхо, он был одним из мемберов другой группы. Их группа дебютировала намного раньше, они были старшими, мне доводилось с некоторыми столкнуться тоже вот так в коридоре, так я лично с ними не общалась. Знаю, что их там десять человек.

– Доброе утро, Хан Су Рин, – произнес парень.

Он был выше меня на несколько сантиметров, с темно-каштановыми волосами и золотистыми прядями на челке. Темно-карие глаза смотрели на меня, с каким-то странным взглядом, будто оценивающим. Руки в карманах брюк, разслабленная поза, ворот белой рубашки позволял увидеть его ключицы, их что не кормят? Почему они все такие худые? Вроде, как я знаю, многие ходят в тренажерный зал, занимаются спортом, мышцы же, где-то должы быть, или я чего-то не понимаю?

– Доброе утро, Со Ёнхо, – произнесла я, немного поклонившись.

Со Ёнхо ухмыльнулся. Что его так насмешило?

– Хан Су Рин, ты не согласилась бы, пообедать со мной?

Что?! Это что на него нашло? Нет, вы серьезно?!

Я уставилась на него, как на призрака, ей Богу. Вот только мне еще этого не хватало. И так полно забот, так тут еще и это…

– Не хочу обижать, но я не пойду, – произнесла я. – У меня много работы.

Я собиралась уйти, но голос Со Ёнхо заставил меня остановится и повернуться к нему:

– Только не говори, что у тебя есть парень? Как же он мог тебя отпустить работать туда, где так много молодых людей? – он, что смеется? Я прям по лицу, по глазам это видела. Еще один. Вот же угораздило же меня. Я была готова ударить себя по лбу. – Не боится он, что тебя уведут?

Я собиралась уже ответить, как чья-то рука нежно приобняла меня за талию, меня прижали к себе. Видеть, кто же меня сейчас обнимает я не могла. Но через секунду, я услышала:

– Нет, не боится, – спокойно, произнес Юн Мэн Хо.

Вот только его здесь не хватало.

Я смотрела на Со Ёнхо, он явно был удивлен, даже озадачен таким заявлением от – Мэн Хо.

Я тоже была в шоке от такого поведения Мэн Хо.

– Юн Мэн Хо, что-то я не припоминаю, чтобы ты с кем-то встречался, – начал Со Ёнхо.

– А я должен афишировать свои отношения?

Какие еще отношения? Это он про меня? Я не его девушка! «Ну, да, ты же у нас невеста его, ну никак не девушка». А – Юн Мэн Хо, не мой парень. «Конечно, он же твой – жених», этот голос меня начинает раздражать.

Я попыталась вырваться от объятий Мэн Хо, но он крепче прижал меня к себе, пристально смотря на Со Ёнхо.

– Не подходи к ней, она МОЯ, – произнес Мэн Хо, и взяв меня за руку потащил, куда-то.

Моя? Когда это я могла стать – его? Я не его собственность!

Когда мы свернули за угол, и Со Ёнхо не было видно. Я вырвалась из его рук и сделав шаг вперед, обернулась к нему.

– Не хочешь ничего мне сказать?

– Нет, – спокойно ответил Мэн Хо.

– Почему ты отвечаешь за меня?

– Если бы не я, то ты бы уже обедала с ним, – сказал парень.

– Что значит твое: МОЯ? Я тебе, что твоя собственность?

– Су Рин, – он явно начинал злится, – послушай меня.

Он сделал шаг ко мне, я же отступила от него на шаг, но он неожиданно прижал меня к стенке, уперев руки в стену, рядом с моей головой. Я ощутила запах его парфюма, что вбилось в нос, мне казалось, что этот запах заполняет все вокруг. Его черная челка свисала над глазами, от чего его и так темные глаза, стали еще темнее, я будто в глубь бездны смотрела, взгляд буквально прожигал насквозь.

– Ты совершенно ничего не понимаешь, – продолжил Мэн Хо. – В последний раз тебе повторяю: если бы не я, то ты сейчас обедала, а может потом уже и ужинала с НИМ, – на последнем слове он сделал акцент.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Тебе, что десять лет? – мне казалось, или Мэн Хо начинал злится. Его глаза с каждым разом становились все темнее, казалось, что темнее уже просто не куда. – Не понимаешь ничего?! Поразмышляй хорошенько, может потом мне спасибо, скажешь.