Лучшие отели мира

Не надо быть проще!

Этот отель когда-то любила Коко Шанель, а теперь его обожает Донателла Версаче (такова эволюция стиля). Парижский Hotel Ritz – настоящее буржуазное логово. Здесь, в бесконечном лабиринте коридоров, комнат, залов, салонов, галерей и лестниц, отдыхает буржуазный Минотавр.

Чудовище никто не видел, но все чувствуют, что оно здесь. Hotel Ritz – место, которое затягивает человека, как водоворот. Был человек, стоял рядом на reception – бац! – и нет уже его. Пропал. Ушел в буржуазный астрал.

Hotel Ritz – капище. Здесь живут не ради комфорта и не потому, что отель находится на воспетой художниками Вандомской площади (Place Vendome), рядом с головными ювелирными, парфюмерными и т. п. бутиками Boucheron, Van Cleef & Arpels, Breguet, Mauboussin, Chanel и Chaumet и поблизости от улиц Saint Honore и Faubourg St. Honore с гламурными торговыми рядами. Здесь останавливаются не для престижа, который давно выветрился из этого Ritz.

Hotel Ritz – кремлевская стена и мавзолей буржуазии. Здесь присягают на верность тому общественному классу, который словно живет еще на Правом берегу Сены. Если в Париже снова грянет революция, то разбирать на кирпичи будут и Hotel Ritz. И табличку поставят – «Здесь танцуют. Часть восьмая».

Отель предназначен для особых случаев, когда нужно произвести впечатление – в том числе и на самого себя. Здесь процветает гениальное французское хамство, которое выдается за этикет. Будьте готовы к тому, что вас, например, завернут с завтрака. Вы в casual (утром эта форма одежды допускается в Hotel Ritz) робко, но c достоинством приближаетесь к полупустой ресторанной зале с большими окнами и с видом на палисадник. Вас останавливают на входе. Вы готовы назвать номер своей комнаты и пройти дальше.

В то утро девушка в фирменной униформе остановила меня:

– Вы одна или с кем-то?

Я была одна, но видела в зале друзей. И сказала:

– Я одна.

– Тогда подождите здесь, вот здесь у входа, пожалуйста!

– Простите, вот я вижу своих друзей!

– Это хорошо, но мы не можем вас к ним посадить.

– Почему?

– Мы не можем поставить там стул.

– Но почему?

– Если вы так спешите, то я сейчас спрошу про стул.

Она спросила, и ей сказали, что стул там поставить нельзя.

– У меня интервью, мало времени, посадите меня за другой стол, вот есть же свободные.

– Через пять минут, я же просила вас подождать!

У дверей скопилась очередь, а сама зала, наоборот, опустела. Никто из ожидающих не роптал. Все понимали: это же Hotel Ritz! Здесь со многим приходится мириться. Например, с бесконечным напоминанием о том, что за все надо платить. Сколько стоят бирки на халатах и зонтиках?

– Вы можете всем этим пользоваться. Мы можем продать вам эти вещи. Их можно купить в галерее на первом этаже.

Страшно подумать, что будет, если постоялец по рассеянности потеряет зонтик в городе… Как писал Зощенко, «это так каждый гражданин настрижет веревок, польт не напасешься». Ей-богу, платить за зонтик в Ritz – это смешно. Стоп: это буржуазно!

Номера в Hotel Ritz (отель входит в список The Leading Hotels of the World) разные. Есть с золотой лепниной, с зеркалами, 15 люстрами и сизым гобеленом. Номер человеческий. Потому что можно найти милые трещинки в стенах, царапины на шкафах, затертые до блеска выключатели. Плюс таких номеров заключается в том, что они довольно быстро обживаются. Даже мраморная ванна с кранами в виде шеи лебедя уже через день перестает казаться саркофагом из Британского музея.

В Hotel Ritz есть сьюты с джакузи и сауной, сьюты в современном стиле (где вместо лепнины – деревянные рейки). Есть и очаровательные «мансардные» номера – с покатой крышей и репродукциями Модильяни на стенах. Есть и бутики, и часовые стенды, и бары, и SPA, и фитнес-центр, и бассейн, окруженный колоннами. И даже своя сторожевая собака. Это ротвейлер, который сидит при входе, закинув одну лапу на другую (как редактриса модного журнала). Пес охраняет отель от наркоторговцев, экстремистов и оружия. От современности, короче.

И еще один момент. Перед тем как воспользоваться мини-баром, найдите меню с ценами, оно болтается где-то в номере (не в мини-баре). Потому что, отхлебнув безобидную минералку или сок пару раз за день, вы при check out получите счет. Когда вы заглянете в него, вам покажется, что вы купили туфли Prada и сами того не заметили.

Но все это мелочи. Hotel Ritz – культурологический феномен, который нельзя опорочить или отменить. И опыт проживания здесь важен – в экзистенциальном плане. Остановившись в Hotel Ritz, вы сразу поймете, принимаете вы правила этой игры или нет. Hotel Ritz станет вашим любимым отелем в Париже, если вас всегда бесила фраза «Надо быть проще».

Всё, как при Шанель

Отель Le Bristol (открыт в 1925 году) расположен на самой модной и дорогой улице Парижа – Faubourg St. Honore. Постояльцам легко заниматься шопингом. Однако Le Bristol предлагает клиентам особую услугу – the (the – не английский артикль, а «чай» по-французски) de la mode, то есть «модный чай».

Почти каждую субботу в большом баре Le Bristol проходит небольшой показ модной одежды, сопровождаемый чаепитием.

В камерных показах участвуют не длинноногие модели с подиумов, а друзья или коллеги кутюрье, то есть люди «обычных» размеров. Клиенты, пришедшие на показ, могут и сами поучаствовать в дефиле: «манекенщицу» можно попросить остановиться, подойти поближе, чтобы, например, лучше рассмотреть ткань или детали кроя. Консультанты расскажут, есть ли, к примеру, юбка к этому пиджаку или только брюки, можно ли купить именно эту модель, но в другом цвете, какие предлагаются аксессуары и так далее.

Знатоки вспомнят, что именно так проходили показы моделей Коко Шанель, которые она проводила в ателье на rue Cambon. Клиентки приходили к Шанель не просто на показ, а как бы в гости. Компания пила чай, кофе, пробовала десерты, а манекенщицы под руководством самой Мадемуазель демонстрировали публике одежду и аксессуары.

Le Bristol организует показы совместно с бутиками, расположенными по соседству, поэтому сразу после показа можно отправиться в магазин и купить приглянувшуюся вещь. Если нужно, то в этот вечер бутик будет открыт допоздна – для клиентов отеля. Если дизайнер не имеет бутика на самой модной улице Парижа, то клиенту предоставляется возможность посетить show room в одном из салонов отеля.

Даже если клиентка ничего не присмотрит и не купит во время the de la mode, то все равно впечатления от этого небольшого модного шоу запомнятся надолго. Ведь это не просто показ или вечер, а своего рода чайная церемония. Те, кто уже побывал на модных субботах, говорят, что перед дефиле не стоит устраивать плотный ланч. Потому что на the de la mode подаются особые десерты, которые специально для каждого показа готовит шеф-кондитер отеля господин Жиль Маршал.

Десерты носят название той марки, которая в этот вечер представляет в Le Bristol свою одежду. Жиль Маршал подходит к приготовлению десертов очень ответственно. Накануне дефиле он знакомится с коллекцией, с цветовой гаммой и тканями.

Кстати, на «модный чай» в Le Bristol может прийти не только клиент отеля. Нужно лишь заранее заказать столик, иначе может не хватить места. Это касается и клиентов отеля, поэтому, договариваясь о номере, попросите туристическое агентство забронировать также столик для the de la mode. Начало показа в 15.30. Проживание в Le Bristol – от € 600 за двухместный номер. Стоимость места за столиком «модного чая» – € 40. В эту цену входят чай или кофе, сандвичи, сласти и «дизайнерский» десерт.

В Le Bristol – 175 комнат, из них 48 сьютов, в том числе три «президентских». Отдельного упоминания заслуживают сьюты «Терраса», названный в честь обширной террасы площадью 120 кв. м, и «Панорамный». Последний представляет собой апартаменты общей площадью 200 кв. м c салоном, двумя спальными комнатами, тренажерным залом и небольшой кухней. Сьют находится на последнем этаже. Из окон открывается панорамный вид на Париж.

Le Bristol славится также особой памятью горничных. Иногда, покидая отель, гости забывают в отеле свои вещи. Вернувшись через несколько недель, месяцев или даже лет, они найдут забытые предметы в том же номере и на том же месте. Это касается любых мелочей: книга, открытая на недочитанной странице, пачка сигарет и т. д. Секрет такой памяти, достойной Шерлока Холмса, имеет простое объяснение: горничные фотографируют номер после отъезда гостя.

Ресторан отеля имеет две звезды «Мишлен». Если вы не найдете в меню то, что вам нужно, то его шеф Эрик Фрешон приготовит для вас все, что угодно, даже русский борщ. В винных погребах хранятся 30 тыс. бутылок спиртного более тысячи наименований. Запасы включают и коньяки 75-летней выдержки, шампанское 1865 года, Chateau Petrus 1959 года, Mouton Rotschild. Сомелье в Le Bristol – только очень привлекательные молодые женщины.

Для занятий спортом в Le Bristol работает крытый бассейн с панорамным видом на город, фитнес-центр, сауна, паровая баня, массажные кабинеты. Плюс салон красоты Anne Semonin (косметические услуги, восстановление биоритмов организма, различные виды массажа, шиацу). Кстати, при недавнем ремонте особое внимание в Le Bristol было уделено ванным комнатам, которые признаны сегодня самыми большими ванными комнатами в отелях Парижа.

Весной и летом вы сможете в полной мере оценить местный сад с азалиями и рододендронами, пение птиц, а также фонтан с амурами. Кстати, в Le Bristol вам не потребуется будильник. Постояльцы отеля просыпаются от чириканья и пения птиц в саду. В нем живут: черный дрозд, крапивник малый, синица угольная и синица голубая, зеленушка европейская, трясогузка серая и трясогузка ручейная, горлица турецкая, скворец, сорока болтливая, черная ворона, галка, ласточка деревенская и ласточка оконная, стриж черный, сова, сокол крикливый, зяблик, чайка смешливая, утка дикая, мухоловка серая, певчий дрозд, малиновка обыкновенная, сойка дубовая, королек трехполосный и вьюрок. Вот такая компания.

Консьержа отеля зовут Вольф Ганзель, к нему можно обращаться в том случае, если вам что-нибудь понадобится, например билет в оперу или автомобиль редкой модели.

Памяти барона Оссманна

Le Fouquet’s Barriere, новый парижский отель класса palace, расположен на углу Елисейских Полей и авеню Георга V (Champs-Elysees и Avenue George V), в доме номер 46.

Прямо напротив входа в отель – многоэтажный магазин Louis Vuitton, открытый к 150-летию дома, а по диагонали – два престижных отеля, знаменитый Four Seasons Hotel George V и менее раскрученный Prince de Galles.

Открытие Le Fouquet’s Barriere, которое состоялось 6 ноября 2006 года, стало событием для Парижа – об этом написало большинство цветных приложений к французским центральным газетам. Удивительное дело, но отелей, тем более такого уровня, как Le Fouquet’s Barriere, в Париже – советский дефицит. В городе стало невозможно поселиться в достойной гостинице без «особого звонка» нужному человеку. «Fully booking – мест нет» – будет вам ответ, если вы позвоните банально в отдел бронирования. Отель Le Fouquet’s Barriere не стал исключением – он забронирован по самую крышу. Попробовать новое заведение по горячим следам стремятся все любители Парижа, а их – миллионы в мире. К тому же одно только магическое имя – Жак Гарсиа – способно сотворить чудеса и привлечь еще более пристальное внимание к отелю.

Жак Гарсиа, знаменитый декоратор, работавший над интерьерами Le Fouquet’s Barriere, – это главная приманка отеля. Отметим, что гостиница принадлежит французской отельной группе Lucien Barriere, которая владеет «паласами» во многих французских курортах, включая Довилль и Канн (например, каннский отель группы «Мажестик»).

Действительно, Жак Гарсиа – это один из самых раскрученных декораторов-отельеров. Именно ему принадлежит концепция относительно нового, но уже давно fully booking отеля Costes, что на улице Faubourg St. Honore (впрочем, еще один Costes, что рядом с улицей Виктора Гюго, разгрузил Costes-1). Именно Жаку Гарсиа доверили изменение стиля La Mamounia в Марракеше, легендарного отеля ар-деко, построенного именно в эпоху ар-деко и служившего декорацией к фильмам Хичкока. Жака Гарсиа допустили на чердак венского гранд-отеля Sacher – ему было поручено сделать номера верхних этажей. Отель La Reserve под Женевой, популярнейшее на берегу Лемана место (как отель, как комплекс SPA, как клуб), – тоже плод творческой бессонницы месье Гарсиа.

Гарсиа любят и парижане – посмотрите, кто сидит в забитом ресторане Costes на Faubourg St. Honore. Здесь не только богатые русские. Здесь масса самых богатых французских бездельников, а иногда и истинных легенд – здесь мы видели живого Ива Сен-Лорана. В Costes-1 Жака Гарсиа приходят завтракать и обедать высокопоставленные сотрудники заведений на Вандомской площади.

«Прекрасные фасады в духе барона Оссманна, высоченные потолки, строгость и сумрачность истинного большого люкса – все это уместилось на 16 тыс. кв. м и обошлось в 50 млн евро» – так восхищается новым отелем автор одной уважаемой французской газеты, добавляя, что «в этом паласе денег совсем не считают». Вот именно так и не считали денег на обустройство Парижа Наполеон III и его парижский префект барон Оссманн.

Имя Оссманна хорошо известно не только парижанам, но и всем приезжим – ведь несколько больших магазинов, grandes magasins, Парижа стоят на бульваре его имени. Один из колоритнейших вельмож Второй империи имеет некоторое отношение и к Le Fouquet’s Barriere. Барон Оссманн стал в некотором роде творческим медиумом, к которому через годы, через расстояния обратился наш современник Жак Гарсиа.

На самом деле ничего нового Жак Гарсиа для Le Fouquet’s Barriere не придумал. В отеле нашел отражение его любимый, сумрачный и пышноватый, с раздутыми щеками стиль, который он использовал для первого отеля Costes, однако в другой цветовой гамме и более облегченный. Истоки его лежат в стиле, который сами парижане называют «haussmannienne», или «стиль Оссманна». Стиль Оссманна – это гораздо больше, чем очередное архитектурное направление, это огромная и важнейшая глава в истории города.

Париж, который достался Наполеону III, несмотря на все попытки предыдущих монархов – от Генриха IV и Людовика XIV до Наполеона Бонапарта, – оставался глубоко средневековым городом. Узкие кривые улицы, вонь, нечистоты, грязь, бездорожье, болезни, отсутствие транспортных развязок, нормальных водопровода и канализации. «А таким ли должен быть главный прогрессивный город Европы?» – спросил Наполеон III своего префекта. Париж умирал и умер бы, если бы не Оссманн, который перекроил карту города жестоко и кардинально.

Собственно, тот самый нынешний центр Парижа с большими и высокими зданиями в железных балкончиках и завитушках, с внятными магистралями, более-менее прямыми улицами, большими площадями – это и есть «стиль Оссманна». Елисейские Поля, все центральные авеню – Монтень, Георга V, Франциска I, Виктора Гюго, многочисленных Фобуров плюс все набережные и большинство нынешних мостов, большинство центральных кладбищ, здание Трокадеро, улицы вокруг Оперы, вокзалы, кольцо бульваров – это дело рук барона Оссманна. И вот спустя годы появляется отель Le Fouquet’s Barriere – это «оммаж» барону-градостроителю.

Это остромодный дворец. Это броский «палас», предназначенный в первую очередь для тех, кто любит выделяться, кто носит Dior, Louis Vuitton и Dolce & Gabbana. Белый фасад в духе belle epoque. Большой, с высокими потолками, сверкающий от миллиарда хрустальных подвесок люстр холл. Подвески дают не только рассеянный, несколько оперный свет, но и тихую музыку – от потоков воздуха хрустальные капли бьются друг о друга. Белые цветы. Пол из белого мрамора. Свечи с ароматами. Обитые состаренной золотой тканью стены. Там, где стены не обиты тканью, – большие панели гладкого дорогого черного дерева. Шитые золотом эполеты и аксельбанты на черных мундирах швейцаров. Странные, секретные лестницы, закрытые шелковыми, бархатными, габардиновыми портьерами, – Гарсиа очень любит такие тяжеловесные, театральные шторы.

На reception desk сразу же попросите, чтобы вам в отеле предоставили личного камердинера или мажордома – пусть он занимается обустройством вашего сьюта, а вы пока отправляйтесь в бар Le Lucien. Бары и рестораны – это те общественные помещения, которые удаются Жаку Гарсиа больше всего, гораздо лучше, чем жилые. Кроме бара Le Lucien, в отеле есть два ресторана – Le Diane и La Galerie Joy.

Всего в отеле 107 номеров, из них – 40 сьютов. Интерьеры нельзя назвать перегруженными, но они насыщенные – без этой будуарной куртизанской тематики Жак Гарсиа немыслим. Стиль комнат и коридоров Le Fouquet’s Barriere можно охарактеризовать как стиль Второй империи с неожиданными ультрамодными интонациями 1960-х – словно по всем традиционным завитушкам и загогулинам кто-то прошелся горячим утюгом, снабженным функцией отпаривания. Привлекают внимание «стеганые» стены (хоть какая-нибудь стена в номере обязательно стеганая), обитые той же золотой тканью. Такие стены напоминают о футуристической стилистике Кардена, Куррежа, Рабанна. Мебель с линиями, характерными для стиля бидермейер, но тоже вся «выглаженная», распрямленная.

Более 500 кв. м отведено под самый главный президентский номер отеля (цена за сутки – € 8500). Конечно, он с видом на «весь Париж» – других «президентских» номеров в этом городе просто не существует. Гостиная, спальня, терраса, отдельная кухня, комнаты для прислуги, бархат, шелк, дорогие дерево, мебель. И все здесь очень дорогое. Намеренно дорогое. Блестяще дорогое. Сверхдорогое. Во всем великолепии больше стилизованности, нежели обычного буржуазного уюта, но винить в отсутствии уюта создателей отеля нельзя – «палас» совсем еще свежий. И про парижский Ritz некогда говорили, что это, мол, туристический новодел для богатых американцев. Только сейчас тот новодельный Ritz почитают за самый настоящий парижский историзм.

Сюр по-королевски

Le Meurice – парижский гранд-отель, который любил Сальвадор Дали. Как сообщает в своих мемуарах Аманда Лир, любимая подруга сюрреалиста, когда Дали приезжал в Париж, он останавливался только в Le Meurice. Есть и масса черно-белых фотографий 1960–1970-х годов, подтверждающих безумства Дали, Аманды и всей пестрой сюрреалистской компании в апартаментах художника на втором этаже. Сальвадор Дали – человек, сюрреалист, глазами которого стоит посмотреть на Le Meurice, отель, в котором нет ничего сюрреалистического. Это классический французский гранд-отель, который можно назвать самым монархическим отелем Парижа.