Планета розовых слонов

ГЛАВА 1

Исчезновения

Мой кабинет в здании Галактической инспекции внезапно стал тесен, когда в нём поставили столы для Сэмми и Коры. Кабинет мне вообще-то никогда и не был нужен, но по штату положен и он есть. Кошмарная ситуация. Теперь куда голову ни поверни, хоть налево, хоть направо – везде наткнёшься на упорный взгляд юной и нежной дамы алчущей приключений. Взгляд с одним и тем же немым вопросом: «Когда же, наконец?»

Забренчал настольный коммуникатор – Карл.

– Зайдите все ко мне. Есть дело.

Уже неделю как мы с девочками прибыли с Церебры на место своей формальной «приписки» на Сибелиусе и я знакомлю их с местными порядками, возможностями и сотрудниками. Прошли длиннющие коридоры с кабинетами инспекторов, заходя к тем, которых я знаю. Заглянули в архивы и библиотеки. Освоили кафе и буфеты. Но первым делом я познакомил Кору и Сэмми с секретарями Карла и его помощников. Ведь именно у них можно разжиться как самой свежей деловой информацией, так и самыми небывалыми сплетнями о всех и каждом. Мои девочки вроде бы понравились всем. Во всяком случае, антипатии, враждебности никто не проявил. Вот любопытство было. А их самих привёл в восторг главный компьютер, занимающий два этажа огромного здания Галактической инспекции. Теперь у них свой собственный прямой доступ к его ресурсам.

Кора решила от скуки сыграть с ним в древнюю игру крестики-нолики, но получила от машины такую отповедь текстом, что смутилась и покраснела от стыда. Кто научил машину ругаться матом, пытались выяснить ещё несколько лет назад, но установить злодея не удалось. Попробовали удалить матерный словарь, но этот электронный монстр не позволил. Так и оставили, раз это на безотказность машины не влияет. Карла мы видели всего раз, когда он сам заглянул в мою каморку поинтересоваться нашим прибытием на Сибелиус.

– Вот что друзья, – начал он, когда мы, миновав цербера в приёмной, ввалились в его кабинет, – собирайтесь-ка в поход.

– Далеко?

– Рядом. На известную вам Виолетту. Нет-нет, золото и биржа тут ни при чём. Там внезапно и таинственно стали пропадать люди.

– Ведь это дело местной полиции.

– Они тоже сначала так думали, но оказалось, что пропажи не на планете, а с планеты. Кто-то улетел в отпуск и не вернулся. Кто-то отбыл по делам и растворился бесследно где-то в космосе. Передали дело нам. Вернее, принять его вам и предстоит. У нас никаких подробностей, а только официальная заявка.

– И много пропавших?

– Уже за сотню перевалило. Место для работы в управлении полиции Виолетты вам предоставят, помощников выделят, если потребуются. Билеты возьмите у Бонни и полный вперёд! Пока ясности с делом нет, я служебное судно вам не выделял. Получите по первому требованию. Что-то хочешь сказать, Кора?

– Карл, а ведь у Сэмми нет значка и удостоверения агента Галактической инспекции.

– Как так, Анри? Она же оформлена в штат.

– Чёрт, совсем забыл! Это по заявке займёт в персоналке три дня, а одолжения я у них просить не могу – давняя вражда с этими формалистами.

– Зайдите в службу персонала прямо сейчас. Я распоряжусь. Дуйте!

Секретарь Карла, передавая нам билеты на рейс, с интересом окинув взглядом Сэмми и Кору, произнесла:

– Анри, а господин Бренер с момента вашего возвращения в управление прямо-таки просто расцвёл эмоционально. Внешне не заметно, но я-то чувствую. С чего бы это не знаете?

– Как с чего, Бонни? Дело-то, какое грандиозное мы благополучно завершили.

– Ну да, дело, конечно, что же ещё может быть, – с глубоким сомнением хмыкнула полноватая секретарь неопределённого возраста, меряя Сэмми взглядом с головы до ног. – Поздравляю вас всех с грандиозной премией.

– Вот, пожалуйста, этого ещё не хватало, – посетовал я, пока мы шли до службы персонала, – Ну и интуиция у Бонни. Теперь сплетни пойдут о шашнях самого главного здешнего босса с никому неизвестной стажёркой. Ладно, если безымянные, то это ещё полбеды, а если персонифицированные? Нам никому прохода не дадут всякой трепотнёй. Очень удачно дело подвернулось. Чем скорее мы отсюда отчалим, тем меньше нервов нам попортят.

– На чужой роток не накинешь платок. Так вроде бы когда-то где-то говорили. А, Сэмми? – развеселилась Кора. – Сплетня – это ведь так потешно! Я имею в виду, когда сплетня не про тебя саму.

– Будь моя воля, – потихоньку свирепея, сквозь зубы процедила Сэмми, – я бы этой Бонни язык на дверную ручку намотала бы. Была бы хоть какая-то почва для сплетен-то…

– Да, что есть, то есть. Эту даму хлебом не корми, а дай только кому-нибудь косточки перемыть. Однако в серьёзных вопросах на неё всегда можно положиться. Карл за ней, как за каменной стеной.

В службе персонала Сэмми уже ждали.

– Инспектор Дега, вы подтверждаете, что присутствующая здесь особа является агентом Сэмми Дежу с планеты Пармезан?

– Подтверждаю.

Сотрудница приложила копировщик ДНК к руке Сэмми и перенесла генетический код на удостоверение и значок. Занесла в удостоверение и номер бластера Сэмми. Чуть ли не до самого жилого городка Инспекции Сэмми любовалась своей новой, блистающей золотом бляхой. Собрались быстро и вот мы уже в полёте.

Главный город Виолетты тоже Виолетта. От этого всё время возникает путаница в документах и отправлениях, если в них не упомянуто о городе или планете идёт речь. Правда, мне ни разу не довелось слышать, чтобы какую-нибудь из множества партий золота, витающих вокруг золотой биржи, получил не тот адресат. Виолетта и как город, и как планета знаменита своей биржей золота, но на самом деле – это просто специфическая примечательность для самой планеты не имеющая особого значения. Планета как планета вроде Земли с равнинами и морями, засухами и дождями, полями и заводами. Население смешанное, как и везде. Уровень преступности тоже ничем не выделяется и значительно ниже, чем на Церебре. В общем, заурядная планета.

На Виолетте утро. Начальник городской полиции Николай Дэн принял нас незамедлительно.

– О, инспектор Дега! Сколько лет! Наверное, около пяти или шести, пожалуй, прошло с нашей с вами совместной работы.

– Здравствуйте, здравствуйте, Николай. Вот оказывается, куда вы вскарабкались по служебной лестнице. Поздравляю. Знакомьтесь, мои помощники – агенты Сэмми и Кора.

– Ну, раз прислали вас, Анри, то я уверен, что наши проблемы скоро разрешатся.

– Будем надеяться – рассказывайте!

– Всё так же не любите копаться в бумагах? Хотя, впрочем, если их все выложить перед вами, то скроетесь с головой. Так что и, в самом деле, лучше я вам опишу события словами. Наверное, месяцев семь назад у нас в городе вдруг ни с того, ни с сего возросло количество заявлений по без вести пропавшим. Сначала незначительно, но стало нарастать и к последнему времени достигло примерно на пятнадцать-двадцать человек в месяц больше, чем это было ранее. Это по шестимесячным данным. За последний месяц мы события ещё не классифицировали. Иными словами, сейчас пропадает бесследно вчетверо-впятеро больше людей, чем полгода назад. Сначала удивлялись просто непонятному увеличению числа пропавших. Ведь прирост не связывали со специфичностью самих пропавших, но когда месяца два назад разделили всех по характеру пропаж, то стало понятно, что странно тут не только количество.

– Да, нам уже сообщили, что это не пропавшие на Виолетте, а не вернувшиеся откуда-то из космоса.

– Совершенно верно. Отбыли в отпуск, к родственникам или по делам и не возвратились в ожидаемое время. Таких людей и раньше было достаточно. Поэтому сразу особенность исчезновений в глаза и не бросилась. Вот в общих чертах проблема. Я вам определю в помощь группу лейтенанта Сайреса Смита. Толковые ребята. Можете загружать работой, когда потребуется. Я думаю, что вас для начала больше заинтересуют краткие досье, с перечнями собранных материалов. Если потребуются сами документы, то их вам мгновенно предоставят. Насчёт помещений для вас…

– Извините, Николай, перебью. Нам, пожалуйста, на время расследования уступите аппаратную галактической связи. Если она у вас не та, что раньше и тесная, то ещё и какую-нибудь смежную комнату.

Наш собеседник совсем по-простецки, не стесняясь, почесал в затылке.

– То есть у нас самих доступа к аппарату не будет?

– На какое-то время не будет.

– Понятно. У нас потребность в дальней связи не очень великая, пожалуй, обойдёмся. Рядом Министерство транспорта. Тогда я распоряжусь освободить аппаратную и перенести все дела туда. Как я понимаю, вам с ночлегом нужно устроиться. Рекомендую отель «Омега». Он чуть дальше по улице на той стороне. Да вы же его знаете, Анри. Столовая у нас своя вполне приличная. Тоже рекомендую. Работает круглые сутки. Ночью, конечно, просто как буфет.

Отель и в самом деле скромный и удобный. Девочки взяли себе двойной номер. Зашли также в полицейскую столовую и остались вполне довольны.

– Одно плохо, – покрутила носом Сэмми, – я собиралась привыкать купаться в роскоши. Всё-таки как-никак я теперь миллионерша и положение обязывает, да и жалование не скудное, а придётся всё так же влачить вместе с вами аскетичное существование. Непорядок! Анри, а вас никогда не влекло пуститься в разгул? Ведь вы можете же себе это позволить. Нет? Вы случаем не скопидом? Тоже нет? Ладно, тогда и я не буду вас дискредитировать своими аристократическими замашками. Сдержусь как-нибудь. Надеюсь, вы оцените моё самопожертвование. Кора, не щиплись! Что я не могу со своим собственным шефом потрепаться, пока работа ещё не началась?

Аппаратная оказалась всё той же, довольно просторной и даже столы с компьютерами нам уже приволокли. На каждом столе по коробке, набитой тощими папками. У стены напротив большого экрана шикарный диван. Наверное, для руководства, решившего пообщаться с кем-то далёким.

– Смотри-ка, – удивилась Кора, – среди нас уже и работу распределили. Вот этот стол мой! На нём вроде бы папок поменьше. С чего начнём?

– С чтения всего подряд, разумеется, девочки.

Только вот начать не успели. Вошёл высокий, черноглазый мужчина лет тридцати и представился Сайресом Смитом. Познакомились.

– Помещение моей группы, – сообщил он, – чуть дальше по коридору с правой стороны. Я на ваших настольных коммуникаторах установил на кнопку быстрой связи свой код. Осваивайтесь и если что, то сразу звоните. Со своими ребятами я вас в рабочем порядке познакомлю.

Лейтенант ушёл.

– Девочки, просто читаем всё, что нам принесли. Потом делимся предварительными соображениями.

Досье хоть и краткие, но на их чтение от корки до корки у нас ушло около четырёх часов. Посидели несколько минут молча, давая отдых глазам.

– Кто первый? Давай ты, Сэмми.

– Что тут можно сказать? Не знаю, как у вас, а у меня мужчин и женщин примерно одинаково. В глаза бросилось то, что в подавляющей массе случаев нет никаких доказательств, что пропавшие отправились именно туда, куда объявили.

– Верно, я это тоже заметила, – подтвердила Кора. – Если сравнить бездоказательные отбытия с установленными точно, то получим, что бездоказательные равны приросту пропаж людей. Надо их отсортировать и работать только с ними. Я сделаю.

– Важное обстоятельство. Что из него следует?

– Либо они могли улететь куда угодно, либо вообще никуда не улетали, – выдала Сэмми.

– Нужно выяснить видел ли кто-нибудь их отлёт, – добавила Кора.

– Всё?

– Пока всё.

– Не совсем. Нужно выяснить, нет ли у них всех чего-нибудь общего в семейном, социальном положении. Всё-таки группа довольно большая и вдруг никто никого из них не провожал. Почему? Иначе не было бы неизвестности с отбытием. И второе. Нужно провести поимённую проверку списков отбывавших с Виолетты пассажиров за последние несколько месяцев. Сомнительно, что такое значительное число людей вдруг изменили бы свои имена. Тогда, если они не остались на планете…

– То должны засветиться на каких-то не заявленных ими отбытиях, – перебила меня Кора. – Точно!

– Больше ни на что не обратили внимания?

Девочки вопросительно уставились на меня.

– Если посмотрите на даты пропаж, то увидите, что люди пропадали по несколько человек около какой-то средней даты с недельной периодичностью. То есть, возможно, небольшими группами. Потом с неделю не пропадал никто и вдруг снова несколько человек за два-три дня, а иногда и несколько за день. Что-то это тоже должно значить. Но такое распределение событий было только первые четыре месяца. В последние два пропажи равномерны во времени. Это тоже, наверное, чем-то вызвано.

– Но почему местная полиция этого не заметила.

– Полиция считала пропажи типичными и для неё формально важны даты подачи заявлений о розыске, а нам это совершенно ни к чему, ибо с действительными датам пропаж никак не связано. Думаю, что даже если и заметили в датах что-то подозрительное, то копаться в этом не стали. Всё равно передавать дела нам. Да и даты пропаж вряд ли точные, раз провожающих не было. Подтвердить-то их некому. Что пропавший заявил, то и есть.

Я нажал на коммуникаторе кнопку быстрого вызова.

– Слушаю.

– Сайрес, вот уже и понадобилась помощь всей вашей группы. Мы зайдём к вам или вы к нам? Как вам удобнее?

– Сейчас мы нагрянем.

Симпатичные ребята, но какие все разные! Рост, одежда, причёски и даже возраст. Есть и один, которому за сорок. Застрял почему-то в карьере? Двое из молодых – симы.

– Шеф Дэн предупредил меня, чтобы я, работая с вами, Анри, ничему не удивлялся, – входя во главе своей компании, объявил с улыбкой Сайрес. – Но уж что-то очень быстро у вас зреют задания для нас.

– Рассаживайтесь, кто на что найдёт. Да, и на тот диван тоже можно. Мы просмотрели папки. Основное там есть и прочие документы нам вряд ли понадобятся. Не удивляйтесь, если расследование покажется где-то странным. Групповые и аналогичные преступления эффективнее расследуются по общим в группе тенденциям, а не деталям каждого из них. На этом экономится много времени. Как я понимаю, делами о пропажах людей занимается ваша команда.

– Наша.

– Замечательно. Стало быть, в деталях вы ориентируетесь лучше нас. Поэтому не будем и выяснять, что не вошло в дела и осталось у вас в головах в виде своих собственных догадок. Наверное, что-то из того, что поняли мы из этих папок, дошло и до вас. Кора сейчас доложит наши соображения и что, исходя из них, нам следует предпринять. Кора!

– Коллеги, при просмотре дел, у нас сложилась следующая картина. Пропавших мужчин и женщин примерно равное количество. Означает это что-нибудь или нет, мы не знаем, но распределение несколько странноватое.

– Чем странноватое? – поинтересовался коротко стриженый блондин с длинным носом.

– Как вы сами установили, многие пропавшие в космосе мотивировали своё отбытие деловыми нуждами и таких довольно много.

– И что из того? – пожал плечами тот же блондин.

– Как вас зовут? – спросила его Кора.

– Барри.

– Так вот, Барри, много ли вы видели в жизни женщин, которых рассылают в космос с деловыми поручениями? Или которые сами отправляются вдаль по собственной деловой инициативе. Вряд ли много. Разъезжают по делам в основном мужчины. Женщин-деловых непосед вряд ли найдётся более двух-трёх на сотню мужчин. Это уже очень давняя традиция в цивилизации не подвергать женщин излишнему риску. А космос, как ни надейся на современную техническую безопасность, всё равно остаётся областью повышенного риска.

– И…

– Помолчите, пожалуйста, Барри! Всё очень просто. Учитывая множественность заявленных деловых мотивов, если бы эти мотивы были действительными, то в общей группе пропавших заметно преобладали бы мужчины. Это чисто статистически. А вот у нас мужчин и женщин почему-то поровну. Такое распределение может сложиться, скорее всего, в том случае, если мотивы отбытия были вовсе не деловыми и суммарный состав группы складывался искусственно. Теперь вы поняли, Барри, почему мы считаем состав пропавших странным и что это нам даёт?

Все парни дружно засмеялись.

– Надо же, Барри, как тебе нос утёрли!

– Ладно, коллеги, успокойтесь, – подняла руку Кора, – продолжим, а то я вижу, за окном уже вечер наступает. Сэмми, что у нас дальше?

– Доказательства отбытия.

– Да, нет никаких доказательств отбытия пропавших именно туда, куда они объявили. Как мы понимаем, не было провожатых, которые подтвердили бы намерение пропавших. Из этого следует, что убыть они могли куда угодно или даже вообще остаться на Виолетте. Есть и ещё одно интересное обстоятельство. Анализ дат показал, что люди пропадали не непрерывно в течение всего полугода, а группами по несколько человек с примерно недельным перерывом в течение первых четырёх месяцев. И только в последние два месяца равномерно. Что это значит, ещё предстоит понять, но раз есть закономерность, то есть и какой-то неизвестный нам смысл. Вот это всё, что имеется у нас на сегодня. Вопросы есть?

– Неожиданный оборот для уже проведённого нами расследования, – подал голос Сайрес. – Оказывается, есть, где ещё можно и нужно покопать. Анри, нам вы что поручите?

– Вам наиболее объёмная работа. У вас людей больше и они уже знают, где рыться и с кем встречаться. Нам нужно выяснить, что может объединять пропавших в семейном, социальном плане. Почему нет свидетелей их отбытия? А также свести вместе сведения о том, кто и почему объявил пропавших в розыск. Себе мы возьмём задачку попроще. Перешерстим списки всех отбывших с Виолетты за исследуемые полгода. Вдруг и повезёт. Если люди не отправились туда, куда заявили, то куда-то они всё же отправились.

– Понятно, тогда с утра все этим и займёмся.

Команда Сайреса ушла. Стали собираться и мы.

– Где будем ужинать? Здесь или поищем что-нибудь в городе? – полюбопытствовала Сэмми. – Интересное дело нам досталось. Как думаете, Анри, сложно это и надолго ли?

– Всё, что уходит в космос сложно, а, значит, обычно надолго. Посмотрим, что нам скажут списки убывших с Виолетты. Давайте пойдём. Я знаю тут неподалёку симпатичный ресторанчик. Если он цел и хозяин в нём тот же, что и раньше, то приятный ужин будет нам обеспечен. Не роскошный, как для миллионерш, но всё же. Ключи нам оставили. Кора, запирай.

Утром мимоходом заглянули к Сайресу. Ребята все ещё здесь, но уже готовы разбегаться по городу. Нужно их кое о чём предупредить.

– Коллеги, придвиньтесь, пожалуйста, ко мне поближе. Нужно вам кое-что сказать, о чём я вчера забыл. Дела о пропажах людей обычно скучны и не экстремальны за редким исключением. Но, как сами видите, сегодняшнее дело отличается от типичных очень существенно. Множественность пропавших с одними и теми же признаками, а также вполне явственно просматривается серьёзная организованность пропаж. Связь же исчезновений с космосом говорит о больших затратах на организацию. А большие затраты – это большие интересы и большие ожидаемые выгоды. Если большие интересы в деле, которым мы заняты, окажутся преступными, то это автоматически означает, что возникает очень опасная ситуация. Если мы окажемся на пути этих интересов, то наши противники будут действовать по принципу, что все средства хороши. Так что предельная осторожность и внимание. Вы будете опрашивать людей, а они болтливы. Неизвестно ни на что вы наткнётесь, ни куда поплывут сведения о том, что вас интересует и на что вы наткнулись. Если обнаружите что-то необычное, то сразу сообщайте Сайресу и нам, а сами туда не лезьте. Вот такое вам настойчивое напутствие.

Выслушали мою речь довольно равнодушно. Ну что ж, раз так уверены в себе, что ничьи советы им не нужны, то и прекрасно. Может, так и есть. Мы с девочками эту компанию ещё не знаем, но предупредить их наш долг. Вышли от них и побрели в аппаратную.

– Сэмми, свяжись со службой пассажирских перевозок космопорта и затребуй списки пассажиров за полгода по отбывающим рейсам. Кора, составь список всех пропавших и отсортируй его по дате их предполагаемого отбытия.

Кора зарылась в папки, перенося имена в компьютер, а Сэмми принялась с кем-то переругиваться по компьютерной сети.

– Нет, это просто невозможно насколько бестолковы портовые служащие! Трудно открыть архивы и отправить мне несколько файлов. Хоть сама иди туда и выколачивай нужное. Вот, пришли, наконец. Кора, у тебя список готов?

– Почти. Знаете, какая интересная штука. В прошлом месяце пропал тот самый брокер, у которого мы с Мишелем покупали слиток пармезанского золота. А я-то хотела ему позвонить, чтобы он меня сводил куда-нибудь вечерком. Жаль, очень симпатичный сим. Вот, всё закончила. Давайте сверять.

Сверка нарисовала ещё одну странную картину. Очень странную. За первые четыре месяца никто из нашего списка Виолетту не покидал. Зато все, исчезнувшие за последние два месяца, кроме одной дамы отбыли в один и тот же пункт назначения – на Церебру в Новый Рим. Даму можно откинуть. Она в список просочилась или из типичных пропаж, или… Ну, сам не знаю, что с ней могло произойти. Нужно Сайресу отдельно разбираться. Но вот сорок два человека на Церебру – это уже что-то. Место назначения само по себе заставляет насторожиться. А куда вот делись ещё шестьдесят три?

Вызываю Сайреса.

– Сайрес, у нас тут выделилась из пропавших месяц назад одна дама, которая вроде бы должна была бы отбыть, но почему-то не отбыла. Да. Агнес Крон. Откуда? У нас ведь краткие досье. Адресов нет, а у вас должны быть. Нет, мне не надо.

– Анри, – окликнула меня Кора, – я общий список делю на два – начальный на шестьдесят три человека и конечный на сорок два. Текущие, не сортированные пропажи за последний месяц я не беру. Куда могли испариться шестьдесят три человека, если они планету не покидали? Убиты? Ради чего? Нужно исследовать их финансовое и имущественное состояние.

– А, может быть, и покинули – нелегально. Хотя и убийств совсем исключать нельзя, но они слишком маловероятны. При таком количестве жертв и на планете всё бесследно? Разве что только уже вне её. Очень верная мысль о финансовом состоянии. Нужно обязательно выяснить. По движению денег многое можно проследить и понять. Но сразу ордер на сто пять человек… Выдаст ли такое судья? Подготовь ордер для суда на всех сразу и приложение к нему в виде списка местных банков. Основания-то железные. Сам пойду.

Заглянул к Дэну за визой, поставил для солидности у секретаря печать на этот необычный документ и вышел на улицу. Денёк чудесный. Приятно прогуляться пешком до не так уж и далеко расположенного здания городского суда. Пристанище Фемиды с его мрачноватыми, гулкими залами и коридорами навевает смертельную тоску. Дверь дежурного судьи. Сменная табличка с именем Гай Гансовски. О, Господи, только этого мне и не хватало! И деваться некуда. Дежурный судья только один. Может быть, зайти завтра? Ай, где наша не пропадала! Открываю дверь кабинета и вхожу с независимым видом.

– Здравствуйте, Ваша честь.

– Вот тебе и раз! Инспектор Дега! И вы набрались наглости явиться ко мне?

– Набрался, Ваша честь. Деваться некуда. Я уж подумывал зайти завтра, когда не вы будете дежурить. Или мог бы подослать кого-нибудь другого, но понадеялся, что вы меня уже забыли или не признаете.

– Врёте вы всё, инспектор! С вашим-то умом и надеяться на чью-то забывчивость? Как можно забыть незабываемое? Так обвести меня вокруг пальца! До сих пор, как вспомню, и меня начинает трясти от бешенства.

– И сейчас тоже, ваша честь?

– Что тоже?

– Трясёт?

– Ну и нахал же вы, инспектор! Благодарите своих начальников за заступничество в нашем верховном суде, который спустил всё на тормозах. Я против ничего не мог поделать, а то вы до сих пор сидели бы за решёткой.

– Ваша честь, что вы в самом-то деле так расстраиваетесь. У нас с вами одна цель. Просто методы работы разные. Вспомните, ведь проблема-то с межпланетным мошенничеством была ведь разрешена. Ну, пришлось мне в горячке дел разок-другой подделать вашу подпись. Но результат-то налицо. Да и что бы вы сделали? Корыстных намерений не было. Разве что должностной проступок. Долго бы я не просидел в любом случае. Да и то, если бы меня удалось задержать на Виолетте. Так зачем тогда вообще сажать такого гения сыска, как я?

Судья молча уставился на меня. Не понять кипит он внутри от злобы или через силу сдерживает смех.

– Зачем пришли?

Я подал ему ордер и его копию для архива суда.

– Сто пять человек сразу и все банки в городе? – изумился он. – Вы с ума сошли? Где такие ордера были виданы?

– Ваша честь, дело серьёзное и неотложное. У нас нет времени множить бумаги и по каждому пропавшему отдельно устанавливать, где он хранит свои деньги. Люди продолжают исчезать каждый день, и мы надеемся по движению средств понять, куда пропадают и почему.

Судья, глядя на меня исподлобья, что-то досадливо заворчал про себя. Схватил ручку и, царапая слишком сильным нажатием бумагу, подмахнул ордер, шлёпнул свою печать и отпихнул бумагу ко мне.