- -
- 100%
- +
Глава 1
– Ная! Моё имя – Ная! – волнуясь, быстро произнесла Перерождённая, крепко сцепив пальцы обеих рук; машинально закрыв ими грудь и живот. Она несколько раз переступила с ноги на ногу, не спуская настороженного взгляда с "каменного" лица волшебницы, тщась понять, какие мысли одолевают хозяйку этого места.
– Откуда ты?
– Мой отец – кузнец! Он – владелец Хутора Лака!
– Где это?
– Берег Крылатого Змея! – Ная смолкла, по-прежнему внимательно наблюдая за едва заметными эмоциями на практически непроницаемом лице магини.
– К чему весь этот маскарад? – женщина едва заметно повела плечом в сторону телеги, с легким ритмичным поскрипыванием удаляющейся по дорогое в сторону города.
– Не знаю.... – тихо, едва слышно, пролепетала Ная. – Это он всё придумал. Вик! Сказал – так безопаснее! А ещё сказал, что на Перерождённых идет настоящая охота и чтобы меня… – она ненадолго замолчала. – Не задержали в пути сюда, лучше как-то переодеться. Так, чтобы не вызывать ничьих подозрений!
Женщина задумалась, наконец, шагнула к девушке. Остановилась в паре шагов, подняла руку....
Ная магическим зрением заметила, как от её лица к руке волшебницы потянулся едва заметный магический "туман", который, достигнул перстов магини, исчезал в них, словно серая угольная пыль, притянутая в топку печи в кузнице отца....
– Не лжешь! – констатировала женщина, опуская руку. – Дар! Определи девочке место! В помещении с другими девочками!
– Там места почти нет! И кровати.... Постелить ей на полу?
– Сделаешь ей топчан! Проводи её!
Ная встретилась взглядом с мужчиной, крайне недовольным тем, что ему пришлось отвлекаться от своей основной работы, подчиняясь его жесту, проследовала за ним.
Буквально на секунду обернулась, заметила, что к женщине подошел юноша, крепкий, среднего роста, светло-зелёными глазами и густо гривой темно-каштановых волос, небрежно зачесанных назад.
На её вопрос он стрельнул глазами в сторону Наи, почти сразу отрицательно покачал головой. Магиня крепко сжала губы, отчего они превратились в тонкую розовую линию; развернулась, подняв голову, быстрым и лёгким шагом скрылась наверху.
– Здесь! – буркнул Дар, останавливаясь перед крепкой и массивной дверью, густо "инструктированной" прочными металлическими полосами с мощными стальными заклепками по всей длине, соединяющими крепкое старое дерево и металл обшивки в единое целое. – Девочки живут здесь! Дальше – сама! Мне туда нельзя! Если зайду без спроса, – он едва заметно усмехнулся, – То немедля обратят в снеговика! Или в кого-то еще, похуже! Ты-то людей в животных, али в жабу – не оборачиваешь?
Нае внезапно не понравился тон, которым Дар задал её свой вопрос. Было в его лице и голосе что-то змеиное, неприязненно-предательское. И свой вопрос он ей задал точно неспроста.
Она на мгновение задумалась.
– А это уже как получиться! – Ответила она, на манер магини слегка приподнимая свой подбородок. – Смотря как вести себя будешь! Если будешь подглядывать, да подсматривать. Или – подслушивать, то чем-то и похуже жабы станешь!
Дар на мгновение замер, скользнул напряженным взглядом по лицу Перерожденной, не понимая – шутит она, или говорит правду, однако переспрашивать остерёгся, быстро засеменил от двери, обратно к мешкам с мукой.
Ная почувствовала, как он кольнул её спину ненавидящим взглядом, прислушалась к его шагам. Когда они стали потише, опустила руку, сжатую в кулак, скользнула в тень коридора. Когда шаги затихли совсем, она осторожно выглянула, тихо проследовала за мужчиной.
Дар остановился возле мешков с мукой, из середины вытянул один из кулей, развязал устье.... Зачерпнул с пола земли и песка, забросил в горловину. Туго затянул мешок, вернул его на место "в общем строю".
Ная тяжело вздохнула, прошмыгнула обратно к двери.
На стук долго никто не реагировал. Наконец, за дверью послышались едва слышимые шаги. Загремел засов, щедро оббитая металлом дверь медленно пошла внутрь, скрывая от Перерождённой того, кто изо всех сил тянул тяжеленную створку на себя.
Наконец щель в проеме приобрела размеры, достаточные для прохода худенькой девушки. Из неё и выскочила девушка – невысокая, подвижная. Она быстро осмотрела Наю с головы до ног, приветливо улыбнулась.
– Жеки! – произнесла она, протягивая вперёд узкую ладошку с изящными тонкими пальчиками. – Ты – тоже Перерождённая?
– Да! – Ная даже смутилась от такого напора. – Я – Ная!
– Значит, ты – последняя! – едва заметно вздохнула девушка. – Больше никого не будет!
– Откуда знаешь?
– Уллак сказал!
– Он, что у вас, ясновидящий? – улыбнулась Ная.
– Вроде того! – серьёзно ответила Жеки. – Пойдём! Вечерами здесь прохладно, а тебе еще нужно устроиться! Келья у нас маленькая, зато девочки все – дружные!
– Девочки? Все? Сколько же вас.... Нас.... Всего?
– Девочек – три! – она остановилась, ткнула Нае пальчиком в живот. – Нет, теперь – четыре! И шесть мальчиков! Точнее – парней! Хотя, нет… И тех, и других! – Он звонко засмеялась, ускорила шаг. – А вот и наша каменная шкатулка! – она остановилась перед створкой, укреплённой так же прочно, как и первая, внешняя дверь, носком ноги постучала по металлу.
Дверь открылась почти сразу – вероятно, возвращения Жеки ждали. – Проходи!
Ная шагнула за дверь, осмотрелась.
Комната средних размеров. Высокое узкое окно, густо затянутое изрядно проржавевшими коваными решетками. Низкий потолок, аккуратно собранный в купол из четырех граней. Стены, сложенные из крупных каменных блоков. Три кровати, покрытые грубыми покрывалами серого цвета. Стол – тяжелый; грубо сколоченный из толстых плохо обработанных досок; стулья. Рукомойник над большим кувшином с широкой горловиной. "Удобства" – в углу, закрыты куском материи. Посредине комнаты, напротив входа – камин. Когда-то давно здесь жили люди, для которых комфорт и уют имели третьестепенное значение.
Солдаты.
В комнате витает едва заметный запах дыма – очевидно, очаг зажигали не позднее вчерашнего вечера.
Одна из девушек – на кровати; сидит, согнув ноги. Красивая. Длинные сильные ноги, миловидно, но волевое лицо… Прирождённый лидер. Едва повернула голову в сторону вошедших; другая – та, что открыла дверь – посмотрела Наю, скупым жестом указала на один из стульев:
– Присаживайся! Скоро придёт этот, как его…
– Дар! – Подсказала Жеки.
– Да, он! Он сделает тебе топчан! Где хочешь спать?
Ная стрельнула глазами в сторону окна.
– Не советую! – усмехнулась девушка. – Из окна сильно дует! Говорят, зимой здесь очень холодно! Впрочем, решать – тебе! Меня зовут Сина! А тебя?
– Ная! – Перерождённая шагнула вперёд, еще раз обвела взглядом комнату. – Тогда вот здесь, в углу! Никто не возражает?
Девушка на кровати приоткрыла глаза, равнодушно глянула на вновь прибывшую.
– Моё имя – Ахта! – едва слышно, сквозь зубы произнесла она. – Я здесь – первая! Почти сто дней тебя жду! Уже и забыла, когда и зачем сюда пришла! Почему ты так долго?
– Так.... Получилось! – Тяжело вздохнув, после продолжительной паузы, ответила Ная. – А что значит – все меня ждали? Я, что, особенная какая-то?
– Ты – нет! Но магичка.... Со слов Уллака она знает, что в этот раз всего будет десять Перерождённых! Ты – десятая, последняя! Все давно собрались. Ждали только тебя!
– Странно… – пробормотала Ная. – Перерождённых – намного больше! Намного! Откуда такая уверенность?
– Уллак – ясновидящий. Он сказал, что нас будет десять! Поэтому все ждали десятую. То есть тебя! Что тут непонятного? – Ахта повернула голову в сторону Наи. – Где ты застряла? Почему так долго ехала?
– Потом расскажу! – Ответила девушка, хотя на языке вертелся совсем другой ответ, гораздо грубее.
За спиной Наи загремела дверь, в комнату протиснулся Дар и какой-то парень, который волок по полу несколько тяжелых и толстых плах, судя по многочисленным отверстиям от гвоздей, явно многократно использованных. Дар вопросительно посмотрел на Наю, девушка пальцем указала угол, в котором она решили обосноваться. Мужчина кивнул, остро глянул на помощника, перевел взгляд на Ахту…
– Мы, пожалуй, пройдемся, прогуляемся! – девушка верно истолковала «запрос» Дара. – Заодно и покажем нашей новой Перерождённой Сале! Никто не против?
Возражающих не нашлось.
Ная последней покинула комнату, напоследок мельком глянув в сторону окна.
«Теперь – конец лета; начало осени. – Думала Ная.– Она сказала, что здесь – сто дней. Откуда она знает, что в комнате зимой холодно»?
Путь наверх не занял много времени. Ная вслед за девушками ступила на широкие базальтовые ступени, застопорилась, с усилием поднимая колени на высокие каменные ступени. Перерождённые нестройным гуськом поднимались наверх, на самую высокую башню Сале – такое изначальное имя носил Магиструмс; именно так его называли и местные жители, по каким-то своим, только им понятным причинам, не признававшие нового названия крепости.
«Скорее – форпост»! – думал Сашка, через редкие и узкие окна-бойницы одновременно со своим симбиотом рассматривая фрагменты внутренней части крохотной крепости. При взгляде с «высоты птичьего полёта» Сале предстала перед Сашкиными глазами в виде шестиугольного оборонительного сооружения – неправильной формы, с острым «носом», направленным в противоположную от побережья и города сторону и высокими и крепкими «бортами» прочнейших стен из огромных гранитных блоков, сложенных древними мастерами с ювелирной точностью.
Внутри каменного оборонительного «пояса» в каменную почву литым монолитом вросло одно-единственное сооружение, чьи высоченные стены зримо господствовали и над местностью, и над стенами внешнего периметра, их окружающими; на самом верху замка одиноким путником высилась Надзорная башня – эти слова Ная расслышала, когда, поминутно спотыкаясь, шлёпала подошвами своей обуви вслед за своими новыми «коллегами».
…Ная, наконец, закончила трудный для любого новичка подъем, (последней, разумеется!) шумно выдохнула скопившийся в лёгких воздух, осмотрелась.
Вид с верхней площадки Надзорной башни открывался восхитительный.
Шесть невысоких, но крепких башен с многочисленными бойницами, возвышаясь над стенами, опоясали центральную часть крепости (донжон – всплыло в разуме Наи новое незнакомое слово); двор между центральным сооружением и стенами заполняли колодец, редкие невысокие сооружения из непрочного песчаника неясного назначения и крайне неорганично смотревшаяся в царстве серого камня деревянная беседка – совершенно круглая, плотно закрытая сверху и по бокам прочным парусиновым пологом самых ярких «балаганных» цветов. Внутри «шапито» (Ой! – мысленно встрепенулась Ная, – опять новое слово! Интересно, что оно означает?) иногда – угадывались, а кое-где – просматривались – столы, стулья и… очаг.
Ная поёжилась от ядреного осеннего порыва, закружившего вьюн над самой высокой башней Магиструмса – Сале, мысленно протянула руки в сторону далёкого очага…
«Так себе Хогвардс»! – усмехнулся Сашка. – «Ни Запретного леса, ни моста с монстрами…. Даже поля для квиддича нет! Хотя пару крепких метёлок я вижу даже отсюда»!
«Хогвардс…. Квиддич… – размышляла Ная, направляясь к одной из бойниц Дозорной башни. – Такое ощущение, что у меня снова горячка. Опять полезли в сознание новые непонятные слова…. И я даже догадываюсь об их значении. Откуда это всё? Новое знание? Или здесь так много скрытой магии, что она каким-то образом подняла из моего разума то, что пришло ко мне в виде Дара, при Перерождении»? – она добралась до каменного «зуба», выглянула наружу.
Рва вокруг Сале не было никогда – на оборонительное сооружение данного типа не имелось ни одного даже полунамёка.
При этом больших ворот было двое. Вторые – с противоположной от города стороны стены. Крепость, вероятно, не предназначалась для длительной обороны. Возможно, когда-то она служила местом бытования некрупного гарнизона, охранявшего подходы к городу и порту, присматривавшего за соседними крестьянскими полями и подворьями, однако со временем значение форпоста в оборонительной системе города (А она была? – подумал Заречнев) упало до нуля и потому не нужный никому замок передали колдунам и волшебникам.
Ная пожала плечами, взглянула на Сале уже магическим взором. Малиновая и розовая магия длинными толстыми «нитями» вплелась в структуру стен, башен и замка, поднимаясь вверх, сплеталась в плотный, но совершенно незаметный обычному взору конус. Источник магии находился где-то внизу, под центром замка – «хвост» всех магических плетений вел именно туда.
«Магия красного цвета»! – думала девушка, поочередно рассматривая дальние и ближние окрестности Сале. – «Зелёная – лечит! Это я уже поняла. Красная…. Для чего – она? Защищает? Укрепляет стены? Интересно, магичка нам расскажет об этом, или мы должны до всего додуматься сами»?
Экскурсия на верхнюю площадку донжона прекратилась также внезапно, как и началась. Пока Перерождённые «любовались окрестностями», где-то внизу, рядом с «шапито» материализовалась волшебница, произнесла негромко, но внятно:
– Время обеда! Прошу всех пройти в трапезную!
Перерождённые скупо улыбнулись, кто-то даже хихикнул. Зашуршали подошвы обуви – девушки устремились в сторону лестницы. Ная на несколько секунд задержала взгляд на повозке, двигающейся от города к замку. Повозку явно кто-то преследовал…. Настиг, остановил….. Что случилось затем, девушка не смогла рассмотреть из-за удалённости происходящего. Холодок неприятного предчувствия коснулся её сердца. Она вздохнула, поспешила вслед за девушками – Перерождёнными.
Трапезная разочаровала даже Сашку.
Два огромных, грубо сколоченных стола с тяжелыми (так и хотелось сказать – дубовыми, но дубов в этом мире Заречнев не видел ни разу) скамьями вокруг огромных, словно гандбольное поле, столешниц, производили, мягко говоря, мрачное впечатление. Столы почернели от копоти и замаслились от остатков пищи. Высокое помещение с традиционными каменными потолками пропадало где-то вверху, в полумраке надёжно скрытого от глаз кирпичного купола. От печи, расположенной здесь же, за небольшим барьером, несло запахом хлеба и дешевой похлёбки. Возле очага (магического! – успела заметить Ная) суетилась женщина неопределённого возраста. Хотя слово «суетилась» к её размеренным, даже ленивым движениям подходил меньше всего…
Ная машинально глянула своим новым зрением на энергетическую структуру поварихи. Её плечи едва заметно вздрогнули. Женщина была больна, причем давно. Неизвестная Нае хворь (Перерождённая видела её как аморфное черное пятно в районе груди и живота поварихи) «с аппетитом» пожирала плоть женщины, однако туманный чёрный «ореол» вокруг черного образования в теле поварихи плотно окружило зеленоватое свечение.
«Она ничего не чувствует! – сообразила Ная. – Возможно, она даже не знает, что больна»! – В душе девушки шевельнулась жалось к неизвестной работнице общепита. – «Впрочем, для нас это ничего не меняет! Кушать пищу, приготовленную глубоко больным человеком – это так себе удовольствие. Чревато последствиями, самыми непредсказуемыми»!
Повариха, заметив вошедших девушек, вынула откуда-то снизу широкий деревянный поднос, быстро составила на него четыре деревянных же блюда, ловкими движениями наполнила из варевом из небольшого котла, положила на поднос четыре ложки из светлого металла… Мелко ступая по полу своими толстыми, разбухшими ногами, она скользнула к столу, вокруг которого расселись девушки, аккуратно приземлила поднос на широченную столешницу.
Скрипнула дверь. Девушки дружно обернулись на звук. Все – кроме Наи. Перерождённая сделала вид, что рассматривает свои не очень чистые ногти. Она заметила, как пальцы правой руки поварихи скользнули в широкий левый рукав. Оттуда она с ловкостью фокусника извлекла какой-то порошок и быстро сыпнула его в две ближайшие тарелки.
– А вот и мы! – весёлые голоса явно принадлежали парням. – У нас новенькая? Она точно последняя?
– Да! – раздался уверенный голос одного из вошедших юношей. – Десятая! Больше никого не будет!
– Ура! – раздался чей-то насмешливый возглас. – А как зовут нашу запоздалую магиню?
Все – шестеро юношей и трое девушек – дружно повернули головы к Перерождённой.
– Ная! – тихо ответила она и отчего-то покраснела.
– Утренняя! – подытожил один и пареньков. – Нам обещали, что нас начнут обучать, когда соберётся кворум. Вот с утра и начнём!
Кто-то из пареньков – Перерождённых издал смешок, после чего они дружно потянулись за соседний стол.
– За одним столом с мальчиками нельзя! – Заметив вопросительный взгляд Наи, произнесла Жеки. – Хозяйка наложила категорический запрет!
– А кушать пищу, приготовленную руками очень больного человека – можно? Она разрешает?
Над столами повисла мёртвая тишина.
– Повтори, что ты сказала! – произнёс крепкий парень с умными пытливыми глазами.
Ная повторила.
– Откуда у тебя такая уверенность? – паренёк остро глянул в сторону поварихи, замершей у своих котлов. – Сказал кто? Или – видишь?
– Вижу! – не повышая голоса, произнесла Ная. – У меня Дар Перерождения – вижу болезни на теле человека! Или животного! Эта женщина! – Ная подбородком указала на окостеневшую повариху. – Смертельно больна! Не знаю, что у неё за хворь, но у неё поражены недугом и грудь, и живот! А еще…. – Ная встала и показала рукой в сторону женщины. – Она насыпала какой-то порошок вот в эту и эту чашки!
– Может, это была приправа? – немедленно отозвался веселый мальчишечий голос.
– Не исключено! – парировала Перерождённая. – Но я не хотела бы проверять это! Ты…. Если думаешь, что это – приправа, возьми ложку, сними пробу! Чашки…. Вот эта и вот эта!
Повариха метнулась к столу девушек, быстрым движением смахнула поднос на пол. Довольно ухмыльнулась, стянула с себя фартук, размашисто бросила его на пол.
– Сами теперь готовьте своим «одаренным»! – прошипела она, направляясь к двери. Неожиданно вернулась, схватила за рукоять большую сковороду, опрокинула её на пол – Новенькая вам приготовит! – зашипела она, повторно направляясь к выходу. – Молодая и здоровая! Не такая, как я!
Перерождённые загомонили, двое парней соскочили со своих мест, бросились вслед за поварихой. Не прошло и минуты, как они вернулись обратно, «конвоируя» за руки стряпуху. Та, впрочем, не сопротивлялась. Остановилась возле стола, с ненавистью стрельнула глазами в сторону Наи.
– Да, я – больна! – отвернувшись от Перерождённых, глухо произнесла она. – Но пищу я готовила вам чистую, из свежих продуктов. Или кому-то не нравились мои пирожки? – Она повернулась к юношам и девушкам, с вызовом посмотрела в глаза Ахте.
– Пирожки твои – выше всяких похвал! – ответил всё тот же юноша с весёлым голосом. – Но ты скрыла ото всех, что ты – больна.
– Не от всех! – быстро возразила женщина. – Дар, например, знал.
– А хозяйка? Она – знала? – медленно поднимая ресницы, уточнила Ахта.
Стряпуха замялась.
– Наверное…. Дар обещал мне, что поговорит с ней!
– Что тебе ещё пообещал Дар? – глуховатый голос принадлежал скромному светловолосому пареньку чуть повыше среднего роста. – Мне ты можешь не лгать. Всё равно узнаю правду, если захочу!
Повариха с неприязнью глянула в сторону застенчивого юноши, ответила:
– Дар пообещал мне, что если у Перерождённых отыщется лекарский Дар, то они смогут излечить меня от моей хвори!
– Что за вещество ты насыпала в тарелки? – Ная едва узнала собственный голос. Он показался ей каким-то сухим и «казённым».
– Не было ничего такого! Новенькая лжет!
– А вот и нет! – мягко возразил ей юноша. – Мой Дар Перерождения – перерождение в любое существо этого мира. А ещё – проникновение в любое сознание. Я только что посетил разум новенькой девушки. Она говорит правду. Она действительно видела, как ты что-то сыпнула в блюда. И достала это что-то – из своего левого рукава. Что это было? Отрава?
– Нет! – после длительного раздумья ответила повариха. – Это было сонное зелье. Чтобы вы лучше спали.
– А почему только в две тарелки?
– В остальные не успела!
– Вот что! – подвела итог обмена мнениями Ахта. – Мы здесь всего лишь ученики, послушники. И решения о судьбе человека принимать не можем. Я думаю, будет правильным, если мы обо всем доложим хозяйке! Здесь решения принимает только она! Кто ей доложит обо всем?
В трапезной повисла звенящая тишина. Доносить на нерадивую стряпуху не хотел никто.
– А не надо ничего докладывать! – спокойный женский голос из дальнего, затемненного угла трапезной для Перерождённых прозвучал, словно щелчок пастушьего хлыста. – Я видела и слышала всё! – магиня материализовалась перед столами, словно возникла непосредственно из мрака. Она холодно глянула в сторону Наи, на повариху даже не посмотрела. – Ты – уволена! – спокойно произнесла она, едва заметно качнув подбородком в сторону стряпухи. – Но перед тем как ты покинешь Магиструмс, я поговорю с тобой и твоим рекомендателем! Иди и жди меня снаружи!
Повариха внезапно стала ниже ростом, сгорбилась. Её лицо приобрело серый оттенок, руки мелко-мелко задрожали.
– Простите меня! – крупные капли влаги упали у её ног. – Меня заставили!
– Кто именно?
– Они…. Я их не знаю! Они пришли ночью. Они сказали, что я должна сообщать им обо всём, что здесь происходит.
– О чём именно?
– Кто появился… Как зовут…. Какой Дар… О чём между собой разговаривают Перерождённые…. Чему их учат. Они сказали, что если я буду им всё говорить, они пощадят мою дочь! А ещё они обещали помочь мне с моими хворями.
– И как твоя болезнь?
– Они дали мне какой-то порошок. Сказали, что – магический! Я пью его каждое утро и каждый вечер. Боли нет, как они и обещали.
– Что за порошок ты насыпала в чашки?
Повариху скрутило уже серьёзно. Ноги у неё подогнулись, она упала на колени; закрыла руками лицо.
– Для желудка! Чтобы срали часто и где попало!
– Почему только в две чашки?
– Если отравятся многие, все поймут, что это – из-за пищи. А так…. Один – два мучаются животом…. Никто не подумает про меня! – она отняла ладони от лица, с ненавистью и мольбой посмотрела на магиню. – Что теперь со мной будет?
– Жизнь тебе оставят! – ответила женщина. – Я думаю, тебя теперь только это интересует. – С должности ты уволена! За то, что травила моих учеников, ты лишаешься оплаты за последний месяц. Можешь идти!
Стряпуха тяжело встала с коленей, медленно побрела в сторону выхода.
– Вопросы есть? Или кто-то хочет что-то сказать?
Перерождённые дружно покачали головами. Все, кроме Наи.
– У меня есть вопрос! – под неодобрительные взгляды юношей и девушек произнесла она. Точнее, не вопрос, а информация; наблюдение… – Ная стушевалась, заметив обращенные на неё взгляды.
– Говори!
– Я видела, как работник…. Как его…. Дар! Он развязал горловину мешков и закинул в них мусор. Прямо с земли!
– Сколько было таких мешков? – Внезапно насторожилась магиня.
– Два! – едва слышно произнесла девушка и снова покраснела.
– Я – разберусь! – твёрдо произнесла женщина. – Но – позже! Сейчас у меня к вам только один вопрос – кто из вас умеет готовить?
Над столами повисла тишина. Наконец, руки подняли Ахта, Жеки и юноша с весёлым голосом. Ная немного подумала и тоже подняла руку.
– Замечательно! – констатировала магиня. – Поварихи у нас пока нет. До тех пор, пока я не найму в городе другую, вы, четверо, будете готовить на всех. Продукты – вон там! Постарайтесь к ужину приготовить хоть что-то! Да хоть лепешек напеките! Из отличной свежей муки! – она многозначительно глянула в сторону Наи. – Но прежде, – она жестом остановила Перерождённых, намеревающихся приступить к приготовлению пищи немедленно, – очистите здесь всё! Все котлы, чаши и сковороды; всю посуду – отчистить песком так, чтобы всё блестело! Столы отскоблить до самого дерева, полы промыть на два раза! Воды не жалеть! Вечером, после ужина, жду вас всех в шатре! Будем, наконец, знакомится друг с другом! И с вашими Дарами! – уточнила она, заметив недоумевающий взгляд Ахты. – Всё! Приступайте! Старостой группы назначаю тебя, Ахта!
– Как всегда! – проворчал кто-то из парней, но магиня никак не отреагировала на его реплику.
Ахта оказалась способным лидером. Она быстро «нарезала» каждому из «курсантов» Магиструмса его «зону ответственности», распорядилась приступить – немедленно.
Нае досталось скоблить столы.
Она отыскала на кухне большой тяжелый тесак с удобной и увесистой рукоятью, плеснула на один из двух «гандбольных полей» воды, несколько минут подождала, рассчитывая, что отмокнет хотя бы верхняя часть многолетней грязи, после чего принялась за работу….