Айлин – дочь адмирала

Самый первый межзвёздник появился в их системе почти две сотни циклов назад. Он вынырнул практически на орбите Сониума, чем перепугал всё население планеты. Не подавал сигналов, не отвечал на запросы, просто висел в пространстве мертвой грудой. На тот момент Сониум уже задумывался о колонизации Теонуриана, на другой его стороне добывая туилизий, необходимый как топливо для быстрых перелётов и основу для жизнеобеспечения города под куполом. К межзвёзднику были отправлены все имеющиеся космические суда, хотя все понимали, что один залп из орудий чужих и на Сониуме не останется жизни. Корабль был словно мёртв: побит метеоритами, со свёрнутыми антеннами, потерянной частью солнечных батарей и покорёженными боками. При приближении к кораблю автоматически сработал датчик открытия шлюза и два челнока, с находящимися на их борту военными, медленно опустились внутри. То, что они обнаружили там, Той Кринс знает лишь по роду своей работы, жителям планеты это узнать было не суждено. Им было лишь сказано, что внутри были обнаружены испорченные криокапсулы с погибшими космонавтами. О том, что три криокапсулы исправно функционировали, знали только высшие чины на планете. Их оставили на корабле, не рискнув отключить от жизнеобеспечения. Сам же корабль использовали для перевозки строительных материалов на соседнюю небольшую, единственно пригодную для жизни планету в системе – Теонуриан. На планете было решено построить три огромных города-миллионника, каждый из которых накрыли отдельным куполом, построили сообщение между городами и шахту по добыче туилизия. И, чтобы освободить место на своей планете, в одном из городов, Чионусе, построили огромную верфь для строительства космического флота. И только тогда, когда Теонуриан почувствовал себя слишком самостоятельным, решив не преклоняться перед материнской планетой, а решив поставлять ей туилизий по выгодному ему курсу, случился «скандал в семье». Сониум, выжатый до нитки колонизированием другой планеты, остался пустышкой «у разбитого корыта» и начал требовать у непокорного ребенка отдачи. Ведь на Теонуриан отправлялись молодые, сильные, избранные, тогда как на самом Сониуме оставались не принятые, "второсортные" и обиженные, что повлекло за собой падение нравов, перенаселение и нехватку специалистов. В итоге, неквалифицированные, озлобленные жители материнской планеты повели в бой свои оставшиеся корабли и руководством Теонуриана было решено прервать криосон мужчины с чуждого корабля, чтобы он дал залп из всех орудий, тем самым показав Сониуму, что сюда ему соваться не стоит. Потому как за почти двести циклов техники так и не разобрались в системе чужого межзвёздника. Они просто не знали, что кораблём управляют не они, а искусственный интеллект под названием – бион. Бион уровня развития подростка не мог стоять на месте, вот и позволял "кататься" чужакам по системе. Но только дело доходило до исследований корабля, то у техников с Теонуриана ничего не получалось: их то слегка било током, то они оказывались в безвоздушном кармане и с выпученными глазами ползли пару метров до двери шлюза, за которой был спасительный воздух, то отключалась гравитация и они зависали в воздухе, то резко взмывали вверх. И многие из них говорили потом, будто слышали тихий смех.

***

В последнее время криокапсула, в которой спала молодая красивая женщина, стала вызывать опасения, внутрь поступало гораздо меньше кислорода, чем требовалось для нормального жизнеобеспечения работы мозга и поэтому её аккуратно спустили на планету под пристальный контроль врачей. При пробуждении мужчины присутствовал прежний глава Альянса – Айк Кринс, отец Тоя. Военные стояли поодаль, у стены, с направленными на чужака термобластами. Как только мужчина пришёл в себя и сел в открытой криокапсуле, понял всё. Он оглянулся в поисках других капсул и, увидев лишь одну, потянулся к ней, упал и попытался ползти в её сторону. Айк Кринс шагнул к мужчине, подал руки, подставил плечо. Мужчина не замечал ничего вокруг, смотря только в сторону второй криокапсулы и по его щеке текла слеза. Двое военных помогли мужчине встать и заглянуть сверху в прозрачную верхнюю часть крышки. В криокапсуле спала маленькая девочка с мягкой улыбкой и ямочками на щёчках. Мужчина осел на пол и закрыв глаза ладонями, молча замер. Через минуту он шумно выдохнул и оглядел присутствующих:

– Я – Тогун Бикар, – он приложил руку к груди.

Айк Кринс протянул пришельцу переводчик. Мужчина засунул его себе в ухо и следующую речь понимали все вокруг.

– Выжили только я и она? – он кивнул в сторону второй криокапсулы.

Айк Кринс кивнул и предложил пройти в медблок. Мужчина, смотря ему в глаза, повторил вопрос будто для кого другого:

– Бион! Выжили только я и она?

Вдруг, переполошив военных, раздался ещё один мужской голос:

– На данный момент могу с уверенностью сказать, что только ваши жизненные показатели, адмирал, и показатели Айлин соответствуют норме.

– Бион, это они их убили? – задал вопрос адмирал, не сводя глаз с лица главы Альянса.

– Нет, адмирал. Почти все были мертвы по прибытии в данную систему сто девяносто земных лет назад.

– Почему вы не разбудили меня сразу? – спросил чужак у главы Альянса.

– Не было нужды, – спокойно ответил тот.

– А теперь?

– А теперь есть.

Они молча рассматривали друг друга: в голубых глазах чужака плескалась боль от утраты, в кислотно-зелёного цвета глазах Айка Кринса тревога за свой народ.

В тот день никто не сказал Бикару Тогуну о неисправной криокапсуле и находящейся в ней молодой женщине. Как, впрочем, не сказали и на следующий день, и через месяц, и через пятнадцать циклов, узнав, что там находится та, ради которой он сделает всё, оставив её как козырь против своевольного чужака. Айк Кринс покинул пост главы Альянса более десяти циклов назад, оставив его своему заместителю – своему сыну. И, как полагается каждому теонурианцу, отслужившему свой срок, спустился лифтом в подземелья, работать там, на сколько хватит его сил. И теперь, стоя перед единственным окном в своём кабинете, Той Кринс думал: может, он поступил глупо, держа Айлин заложницей Альянса, ведь за столько циклов Тогун доказал свою лояльность Теонуриану? Один козырь на случай неповиновения Тогуна у Альянса есть – криокапсула до сих пор находится в секретном блоке медицинского уровня. Конечно, нет гарантии того, что женщина проснётся, раз был сбой с кислородом. Или проснётся адекватной, а не идиоткой, пускающей слюни. Той Кринс хотел было замять дело и отпустить девчонку, лишний раз под видом доверия и дружбы привязать Тогуна Бикара незримыми обязательствами. Но теперь поздно. Даже если он это сделает сейчас, это будет выглядеть как откуп, будто Альянс боится адмирала, идёт у него на поводу. Может, нужно было сразу сказать ему, что та женщина жива? Тогда у него и мысли бы не возникло улететь отсюда. Хотя… если она не выживет после криосна, козыря не будет. Козыря может и не быть по другой причине – Тою донесли, что Айра Стокс подала заявку на ребёнка. Не от Тогуна ли она собралась его родить? Но почему? Почему у этого человека всё получается повернуть в свою пользу одним только словом?

***

– Здравствуйте! Здравствуйте! – адмирал приветствовал каждого входящего на борт лично, пожимая руки. – Проходите. Собирайтесь группами возле моих помощников, они отведут вас на экскурсию. Пожимая руки Питкеру и Нэйке, адмирал внутренне ликовал, но внешне оставался бесстрастным. Мало того, что ему удалось вложить записку в руку Питкера, так и сам при рукопожатии получил записку от Нэйки. Умные оказались ребята! Адмирал ещё какое-то время приветствовал прибывающих, но их было слишком много, а записка жгла карман. Всё, для чего задумывался этот балаган – произошло. Можно аккуратно исчезнуть, переложив всё на военных, направленных Альянсом, следить то ли за порядком, то ли за ним, Бикаром, сделав из них на время няньку для восхищённых студентов.

– Ребята, не в службу, а в дружбу, меня в лабораторию вызывают, а помощники закончились, возьмите студентов тоже, поводите по кораблю.

Он видел, как расширились глаза от удивления у солдат, но ему уже было всё равно – аэроплатформа под ногами и адмирал взмыл вверх от бесконечного потока желающих побродить по кораблю.

– И что это было? – задал риторический вопрос глава города главе Альянса, сидя перед экраном с трансляцией встречи адмирала с желающими посетить межзвёздник, в его кабинете.

– Вот и я хотел бы знать…

Они не первый час сидели с бокалами в руках и наблюдали, как адмирал пожимает всем руки и искренне улыбается.

– Может, действительно, доказывает лояльность?

– А может, задумал какую-нибудь гадость, что скорее всего. Я думал немного приструнить его тем, что девчонка у нас, но мне почему-то кажется, что я не только нажил себе проблем, но и беспощадного врага.

– Так отпусти её. Оправдай.

Той Кринс тяжело выдохнул, поставил бокал и вызвал помощника. Когда тот вошёл, приказал:

– Проверить всех, кто пришёл, но на стажировку записан не был.

Помощник кивнул и исчез.

– Там весь город, Той, – напомнил собеседник.

– Наш город. А он – один. Я докопаюсь, что он задумал и пусть это будет просто экскурсия!

Тем временем адмирал спрятался от посторонних глаз в своём челноке.

– Бион?

– Да, адмирал, – голос биона напоминал голос старого, уставшего человека.

– Чужие следилки убрал?

– Конечно, адмирал. За сегодня натыкали, как никогда.

Тогун горько усмехнулся, включая свои глушилки вокруг челнока:

– Не удивительно. Они боятся. Они забрали Айлин и думают, что держат меня на коротком поводке, но остерегаются, зная мой характер, что этим самым только разозлили меня.

– Айлин, моя девочка, – загрустил бион. – Тогун, я слишком слаб вдали от моего межзвёздника, но всё, что в моих силах…

– Да, бион, ты мне пригодишься, – Тогун достал записку и развернул:

«Адмирал, мы с вами. В медблоке Айлин нет, проверили сами. Но есть Дейя Кандо, сестра убитого Тэрина Кандо, она была с ними в тот день. Думаем вытащить её».

Адмирал удовлетворённо хмыкнул: хорошие ребята. Теперь нужно продумать план до мелочей, не подвергая их риску, но воспользовавшись их помощью.

– Бион, ты чувствуешь Айлин?

Некоторое время бион молчал, прислушиваясь:

– Слабо. Далеко. Она спит.

Адмирал облегченно кивнул на эти слова биона.

– Как далеко она?

– Юг. Красный сектор. Третий ярус, десятый уровень. – Перед взглядом адмирала развернулась голограмма с планом.

– Я буду её вытаскивать. Поможешь мне. Будешь открывать двери, вызвать лифты, подсказывать направление, в общем, вся техническая часть.

– Если не умру, – будто печальный вздох пронёсся по челноку. – Каждый день отмирают клетки, от меня осталась лишь десятая часть. Почему ты не переложил меня в новый межзвёздник?

– Он подконтролен Альянсу. А ты, как и я – землянин, понимаешь? Мы с тобой – родные. Ты, я и Айлин.

– А Мари?

Тогун завис на мгновение:

– Мари?

– Её сердце бьётся. Я его слышу. Не так, как Айлин, тише и гораздо медленней. Она, вероятно, в криосне.

Тогун сжал кулаки и издал то ли рык, то ли рёв:

– Ты говорил – она мертва.

– Я говорил: почти все погибли. Ты не спрашивал. У неё были проблемы с криокапсулой – недостаток кислорода и местные забрали её на планету, в медблок. Она там же, где и Айлин, – карта перед взором адмирала крутанулась и уровнем ниже загорелась красная точка. Адмирал не сводил взгляда с точек и молча сжимал руки в кулаки:

– Сволочи! Они смотрели мне в глаза, просили защитить их планету, зная, как я горюю о потере Мари! Они и Айлин пробудили без моего ведома через два цикла! Я хотел улететь с этой чертовой планетки, забрав мою девочку в криосне, мечтал вернуться на Землю, пусть спустя многие годы! Но – нет! Они пробудили её, она росла и взрослела здесь, на Теонуриане, считая его домом, заставив меня забыть мечты о возвращении! Они заставили отдать земной межзвёздник Сониуму, как жест доброй воли: «Ну и что, что он не полетит без биона, Сониум об этом же не знает!» Они использовали все мои знания и умения, я был их щитом при атаках материнской планеты! Я дал им знания как вырастить бионы!

Правда, все они были слабыми. Первый, который подаёт надежды, сейчас приживается в новом межзвёзднике. Свой же бион Тогун в тайне ото всех поселил в том, что у него осталось – на двухпалубный челнок, очень маленький для биона после огромного корабля. Его бион медленно умирал. Тогун страдал.

– Мари жива…

– Спорное утверждение, адмирал. Нехватка кислорода могла привести к повреждению мозговой деятельности.

– Но – не факт?

– Мне не известно, сколько времени продолжался сбой, это могло случиться и при прохождении пояса астероидов, и при выходе из гиперпрыжка, и при встрече с кометой, когда корабль сошел с курса и протаранил одну из лун на краю этой системы. Чем дольше не поступал кислород, тем больше вероятность печального исхода, адмирал.

Тогун смотрел невидящими глазами на голограмму с картой, на которой были отмечены две красные точки и у него рождался план.

Глава пятая

– Говорит адмирал Тогун Бикар, – включилась всеобщая трансляция. – Желающих посетить новый межзвёздник было очень много и за два дуна успели не все. Поэтому сегодня я опять объявляю день открытых дверей для всех желающих.

А в это время в своём кабинете жутко выругался глава Альянса и вызвал своего помощника:

– Что там происходит? Ты выяснил?

– Ничего конкретного – толпы студентов бродят по межзвёзднику, мешая строительству, приставая с вопросами к рабочим, в том числе, и военным.

– Адмирал?

– Один дун приветствовал каждого входящего, затем отправился, как всегда, на верфь, и выбрался из своего челнока только час назад.

Глава Альянса задумался: где-то он восхищался землянином, где-то понимал его, но боялся его непредсказуемости и острого ума. Раньше Альянс считал, что получив бионы и знания от адмирала, его можно будет отодвинуть, кинув на стол козырь. Теперь же, если он и Айра решили завести ребенка, козырь в виде его бывшей пассии может стать неактуальным. Остаётся только его дочь.

Адмирал, как и дун назад, приветствовал каждого, пожимая руку. Нарушать личное пространство на Теонуриане было не принято, но адмирал плевал на правила. Желающим посетить корабль приходилось мириться с забавой адмирала. Нэйка с Питкером появились только к концу дуна – взмокшие и запыхавшиеся, оба пожали ему руку, покивали с улыбками и прошли на корабль.

Той Кринс мерил шагами кабинет и пытался хоть немного понять логику землянина: может, он просто решил позлить Альянс? Развлекается? Что он может противопоставить целой планете?

Адмирал ещё некоторое время поприветствовал желающих пройти на корабль и удалился на аэроплатформе в свой челнок, о чём и было доложено главе Альянса.

Через час от челнока отделилась тень и исчезла где-то у стены. Тогун в светоотражающей накидке летел вдоль стены верфи на аэроплатформе в сторону центрального ствола, на который, как на земную детскую пирамидку, были надеты ярусы города. Для этого пришлось воспользоваться помощью биона, так как его личный чип, аккуратно вытащенный им через разрез на руке, остался в ванной комнате челнока, показывая следилкам Альянса его местоположение. Бион ослабел без решения многоуровневых задач, сегодняшняя вылазка адмирала должна немного встряхнуть искусственный мозг. Адмирал влетел в лифт, откинул верхнюю крышку кабины, аккуратно выбрался наверх, вернул верхнюю часть на место, и шагнув в пустое пространство между лифтами, устремился вниз по шахте. В самом низу, где она выходила на общий уровень, он сбавил скорость до минимума и осторожно огибая многочисленные тросы и кабели, пробирался на аэроплатформе почти касаясь пола, выискивая взглядом запасной выход из подземелья. В полу он увидел огромные двустворчатые двери, в которые тянулись тросы одного из лифтов. Подлетел сверху и надавил, двери под его тяжестью открылись внутрь. Осторожно спустился, оглядываясь. Обычный уровень, всюду, как и на наземных уровнях, горят лампы, только над головой вместо высокого купола глухой потолок. Где-то были слышны голоса, и даже смех. Адмирал отключил аэроплатформу и направился в их сторону. За одной из открытых дверей слышались два голоса, хозяин одного из которых и нужен был адмиралу: