Зорн

Повесив на шею специальный иглопистолет диверсионных групп и закрепив на поясе стандартную кассету с пятью универсальными гранатами, Гронберг накинул на плечи ранец. Проверил нож в ножнах у локтя и второй, у голени. Пару раз подпрыгнул; ничего не мешает, не вываливается. Пора. Закрыв забрало шлема, выглянул в коридор. На внутреннюю поверхность щитка шлема выводилась вся информация с коммуникатора, которую тот выуживал из умирающей сети гибнущего крейсера. Быстро рассчитав наиболее безопасный путь на транспортную палубу, гронец побежал. Двигаться надо было осторожно, но быстро. Ему было ясно, что принцессу в любом случае возьмут живой. Иначе бы вся эта авантюра была бессмысленна.

Тактический план операции был ясен, как будто Глемас сам разрабатывал его: обездвижить крейсер, скоростной удар всеми силами десанта в направлении местонахождения наследницы, захват и быстрое отступление с уничтожением всех свидетелей. Из этого следовало, что прятаться на корабле бесполезно. Крейсер обязательно уничтожат. Пока сюда прибудут имперские силы, поднятые сигналом тревоги с гибнущего судна, агрессоры растворятся в космосе. Единственный шанс уцелеть – это покинуть корабль еще до взрыва.

Прибыв на корабль, агент сразу изучил его схему. Потом побродил по судну, как бы бесцельно, но на самом деле отрабатывая маршруты с палубы на палубу. Это было заложено в нем годами учебы и закреплено жизнью – всегда иметь под рукой несколько путей отхода. Сейчас это пригодилось. Не желая встречаться ни с врагами, ни со своими, Глемас бежал узкими полутемными коридорами на транспортную палубу. Еще в начале путешествия осматривая её, он заметил там катер дальней разведки. Это было то, что надо. Приличный запас хода, космического и атмосферного, и неплохое вооружение.

Пройдя весь путь почти без помех, лишь пару раз пришлось затаиться, чтобы пропустить бегущие куда-то небольшие группы матросов крейсера, он застрял на входе на палубу. Охранявший вход молодой матрос наотрез отказался пропустить его, упорно требуя разрешение от старшего караула. Не помог даже знак – удостоверение всемогущего министерства. Матрос был растерян и, не зная, что делать в наступившем бедламе, упорно цеплялся за устоявшиеся правила. Гронберг понимал его, но времени на уговоры не было. Обездвижив охранника парализатором, он уложил обмякшее тело возле прохода и кинулся к разведкатеру.

Заняв место в кабине пилота, разведчик проверил работу всех систем и стал ждать. Надо было не пропустить момент и стартовать за секунды перед взрывом. Если раньше – заметят и живым не выпустят. Позже – погибнешь вместе с крейсером. Наблюдая через коммуникатор, глазами камер и сканеров умирающего корабля, за происходящим в космосе, он заметил пуск ракеты. Тотчас истребители прикрытия нападавших помчались от имперского судна. Глемас нажал педаль носовой сдвоенной лазерной пушки. Выстрелом сорвало с направляющих аппарель выпуска катеров. Давлением атмосферы корабля её отбросило в космос. В тот же момент гронец стартовал. В шлейфе замерзающего воздуха и в сопровождении выброшенных из корабля предметов катер вырвался в космос.

– Раз, два, три! – отсчитал Гронберг, вжатый перегрузкой в компенсатор кресла, и отключил двигатель. Отключив все, даже систему жизнеобеспечения, он пошел по мертвому катеру к шлюзовой, чтобы залезть в скафандр высшей защиты. Скоро температура в корабле будет не очень отличаться от забортной.

Все получилось просто идеально. За вспышкой взрыва катер просто не заметили. Отключенная аппаратура не позволила засечь его детекторами энергии. Спектрометры приняли катер за гигантский металлический обломок крейсера. Кроме того, поджимало время. Эскадра империи скоро должна была прибыть к месту трагедии.

Когда проводившие поиск истребители нападавших исчезли, он вылез из тяжелого скафандра высшей защиты и включил оборудование. Пока согревался, компьютер выдал ему проекцию его местонахождения, и тут что-то забрезжило на самом краешке сознания. Глемас никак не мог вспомнить, что именно, и оставил это на потом. Он знал, что какой-то кусочек мозга все равно будет работать над этой темой и рано или поздно все вспомнится. Но сейчас первоочередной задачей было: первое – куда увезли его подопечную? второе – кто это был? Хотя, возможно, если узнать второе, первое откроется само собой.

Детекторы катера постоянно сканировали окружающий космос, отыскивая любые остаточные излучения, по которым электронный мозг мог высчитать маршрут похитителей. Надо было торопиться, с каждой минутой следы воздействия на космос затухали, и вскоре фон остаточных излучений мог стать слишком слабым для приборов катера. Было ясно, что до прибытия имперцев фон станет абсолютно нормальным. Пока была только одна хорошая новость – не было следа «схлопывания» пространства. Это говорило о том, что корабль нападавших не ушел в гиперпрыжок. Если они остались в этой звездной системе, дальности полета катера вполне хватит. «Траектория рассчитана, – привлек внимание Гронберга речевой информатор. Тот крутнулся к экранам. – С вероятностью восемьдесят девять и три десятых процента конечная точка – это звезда Дега».

– Какого…?! – удивился разведчик, разглядывая выведенные на экран данные. Окраина Галактики, свободный космос. По негласному разделу – вотчина кармадонцев. Но их войск здесь нет. Конечно, с Кармадонским Союзом отношения всегда напряженные, но не настолько, чтобы уничтожать крейсер и уж тем более захватывать кого-то из монаршей семьи. Это сразу большая война, без вариантов. Больше всего нападавшие походили на пиратов. Ни знаков отличия, ни флага. Но действовали они, как армейская часть. «Ладно, решать эту головоломку будем попозже. Сначала надо добраться туда», – решил гронец, отдавая приказ компьютеру корабля.

«Веселое местечко», – покачал головой Гронберг, продолжая читать данные о планетах Деги.

Планетная система звезды Дега на звездных картах была перечеркнута крестом. Но не жирным красным крестом полного запрета контактов, а обычным – синим. Это подразумевало, что хоть контакты и не запрещены, но каждый, кто туда отправляется – делает это на свой страх и риск. Планеты системы не входили в состав ни одной из трех великих звездных держав. Нормальный кислородный мир был только на одной – ближней к светилу – Зорне. Две другие считались условно пригодными для существования.

Это была обычная пограничная планета, но с кое-какими привилегиями. Когда-то какой-то правитель Зорна оказал важную услугу властям Кармадонского Союза, в зоне интересов которого находился Зорн, за что выторговал особые права. Главное – планета никогда не будет находиться под чьей-нибудь властью. Гарантом этого выступал Кармадонский Союз. Здесь не действовали уголовные, гражданские и прочие кодексы всего цивилизованного мира. Здесь не выдавали беглых преступников и рабов. Здесь разрешались опыты с генной инженерией. Короче, здесь разрешалось почти все. И здесь не имели права находиться ничьи военные силы, кроме опереточной, погрязшей во взятках, пограничной охраны Зорна.

Этот мир был удобен всем, в том числе разведкам и корпорациям великих держав, для обделывания разных темных делишек. Доминирующей была, как и везде, гуманоидная человекоподобная раса. Но в городах – как всегда в пограничье – встречалось немало нелюдей. Понятно, что при таком положении вещей здесь ярко цвела преступность, в том числе и организованная. На планете находились штаб-квартиры трех из восьми крупнейших преступных сообществ цивилизованного мира. Зато никак не могли закрепиться главные разведведомства трех держав.

Несмотря на всевозможные меры конспирации, агенты гибли. В большинстве, в результате несчастных случаев. Некоторая часть – в результате нападений уличных бандитов. И в том, и в другом случае смерть жертв была предельно жестокой. В конце концов, разведки перестали маскироваться и открыли официальные представительства. Понятно, что теперь у них не было никакой возможности работать по своему профилю. Зато, как по волшебству, прекратились несчастные случаи сотрудников.

На Зорне, кроме пяти официальных религий, существовало огромное количество различных культов. В последний год набирала силы одна секта. Это была самая обычная смесь из множества верований людей и нелюдей. Непонятно почему, секта за короткое время приобрела множество приверженцев. Друг друга они называли братьями и, на первый взгляд, были абсолютно равны между собой. Но на самом деле это была жестко структурированная система со строгой иерархией и беспрекословным подчинением на всех уровнях.

Для дикого, едва сшитого аморфными, властными структурами, вольного сообщества Зорна она являлась чем-то чужеродным. Начав подниматься сравнительно недавно, общество Верных – таково было официальное название – уже получило реальное влияние на планете и серьезно конкурировало с преступными синдикатами. Те попытались взять общество под свой контроль, но все получилось наоборот; большое количество рядовых солдат и даже многие бригадиры вдруг уверовали в приход Совершенного и стали одними из самых преданных Верных.

Каждый день в общество вливались все новые и новые члены. Не каждый из них мог объяснить, во что именно он верует, но готов был немедленно умереть за это. Все это напоминало массовое сумасшествие. Власть начала заигрывать с сектой. Ей были дарованы некоторые финансовые поблажки, а на суровом обледеневшем Тарне, одной из двух условно пригодных к проживанию планет, ей было передано в вечное владение огромное, окруженное горами плато. Там тотчас началось какое-то строительство. Говорили про громадный храмовый комплекс, который должен быть готов к приходу Совершенного.