Кротов 2

Через три дня, когда Вовка уже вписался в рутину охраны дома, его вызвал командир. Кротов уже знал, как его зовут – Витар Гланд, но называл, как и все, Полковник. Похоже, седой сам когда-то так назвался, потому не возражал против подобного обращения. Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться, что он имел отношение к армии. Все: выправка, поведение, манера командовать и, конечно, отношение к внешнему виду – он абсолютно не терпел неряшливости, как в ношении формы, так и в быту – говорило об этом.

Сейчас, стоя перед столом и глядя на ежик седых волос – Полковник что-то быстро печатал на коммуникаторе, Кротов думал о том, что могло привести этого, наверняка высшего офицера, на службу некрупному мафиози. Для этого точно надо совершить очень большой косяк. Армейцы, а тем более МРОБовцы никогда не опускались до такого. Империя заботилась о своих служивых: жалование любого солдата гораздо выше, чем у самого высококвалифицированного рабочего. Об офицерах и говорить нечего. Кроме того, уволившихся в запас армейцев сразу подбирали охранные структуры. Ведь даже сам Вовка, уволенный из Академии с «волчьим билетом», почти без труда устроился в фирму, охранявшую рудники и перевозки.

Полковник поднял голову, и Кротов выбросил эти мысли из головы. Взгляд седого – внимательный и строгий, в одно мгновение оценивший внешний вид землянина, только подтвердил сложившееся впечатление. Это явно бывший силовик.

– Садись, Кротов. Пришло время поговорить.

Вовка сел.

– Слушаю, Полковник.

– Сначала одна интересная вещь. У меня есть кое-какие связи, остались еще друзья. Так вот я попросил их пробить тебя и скинуть мне всю информацию. Так вот, думаешь, что я узнал?

Он замолчал и опять внимательно посмотрел на землянина. Вовка, хоть и понимал, что тот не ждет ответа, но все равно буркнул:

– Не знаю, Полковник.

– Ничего! Представляешь? О тебе никто ничего не знает! Кто ты и откуда взялся. До Академии я добраться не смог, но ведь ты же где-то жил и до нее. Хоть мне и наплевать на все это, но, может, ты все-таки что-нибудь разъяснишь?

Кротов и сам не ожидал подобного. Что происходит? Он, брат самого Сергея Кротова, спасителя Империи, теперь никому в этой Империи неизвестен. Он пожал плечами и искренне ответил:

– Я сам в шоке, Полковник! Как это может быть? Я же не клон какой-нибудь.

– Ладно, это мое дело, разберусь. Я почему-то тебе верю. Если бы МРОБ или Гражданская Охрана захотели подсадить сюда человека, они бы подготовили легенду без изъянов. В ней бы и соринки не нашел, и вся бы она подтверждалась. Все-таки давай, еще раз расскажи мне о своей жизни. Только не растягивай, мне особенно интересно про Армию и Академию.

Вовка на секунды задумался – что можно выдать в этот раз? Про Академию он мог рассказывать всю правду, однако в этот раз Полковник, хотя и сказал, что ему наплевать, наверняка, ждет упоминаний и о жизни перед армией. То, что он, Кротов, без имплантата, скоро все равно вылезет наружу, поэтому лучше рассказать об этом самому. После короткой паузы Вовка начал излагать очередную версию своей жизни. Он справедливо решил, что Брунею будет наплевать, что он инопланетник, лишь бы он смог хорошо воевать, поэтому приоткрыл эту страницу.

Он не стал распространяться, откуда именно, чтобы не связывать себя с Землей. Еще с Академии он знал, что информация о его родной планете засекречена. Поэтому, после того как признался, что он инопланетник, сообщил только, что родиной является заброшенный аграрный мир, где уже тысячу лет не происходит ничего интересного. Это, и правда, не вызвало у Полковника интереса – таких миров в самой Империи тысячи, и, конечно, нет ничего странного в том, что есть такие миры и за пределами Империи.

Вот другое известие удивило седого до того, что он даже приподнялся и переспросил:

– Нет чипа?! Ты не врешь?

– Нет. Все так и есть.

Полковник опустился обратно в кресло и задумчиво произнес:

– Как же так? Ведь ты учился в Академии. Тем более спецназ. Да я и сам видел, как ты дрался…

– Полковник, зачем вам забивать голову. Главное, я умею и могу воевать лучше, чем остальные в этой команде. А вам ведь нужно только это?

– Вообще-то да. Мне нужны профессионалы.

Он замолчал и на несколько секунд ушел в себя. «Похоже, решает мою судьбу», – подумал Кротов. Он понимал Полковника, для этого мира человек без имплантата почти урод. А то, что этот «недоразвитый» принят в элитную военную Академию, в Спецназ, в который инопланетников, вообще, брали очень редко, совсем запутывало дело. Вовка и сам, будь он на месте Полковника, наверняка, задумался бы.

Седой очнулся.

– Ты прав. Все это пустое, без информации из Академии я, все равно, ничего не пойму. Ладно, когда-нибудь все выяснится, а сейчас мне просто нужны такие, как ты. Правда, лучше бы с чипом в башке. Но ты сам знаешь, что зарплатой армейцев сюда не переманишь, поэтому будем работать с тобой, делать из этих мешков с требухой дисциплинированное войско. Хозяин хочет завоевать этот город, и мы должны это устроить.

Вовка согласно кивнул – подобная задача как раз соответствовала его планам – он тоже хотел завоевать, но не только этот город. Его мечты куда масштабнее планов Брунея.

– Все! – Полковник подвел черту под предыдущим обсуждением. – Смотри сюда, начнем с этого…

То, что предложил Полковник, не являлось каким-то откровением, все это веками отработано в любой армии любого мира. Дисциплина, армейский порядок, физическое развитие и специальные занятия. Именно в таком порядке эти понятия и расставил бы сам Вовка. Первое, что делало толпу нормальной боевой единицей, это умение подчиняться воле командира, готовность выполнить приказ, не раздумывая. Лишь потом шли боевые навыки, умение стрелять, драться и прочее, прочее…

Кротов прошел через эту ломку, когда вольного гражданского человека превращают в солдата, еще в Российской Армии, и это гораздо труднее, чем учеба в военной Академии этого мира. Война в Чечне дала ему дополнительные практические навыки, которые сколько ни учись военному делу, не приобретешь в условиях мирной жизни. Объединив то, что он получил на Земле, и то, что дала ему Академия, он стал вторым таким солдатом в Империи. Первым стал его брат – Сергей Кротов.

 Так что охранникам Брунея повезло – Вовка оказался идеальным сержантом. Однако сами они думали иначе, и началась невидимая война между землянином и местными. Даже одно то, что новенький, отработавший всего пару дней охранник, вдруг стал командиром, ожидаемо вызвало волну неприятия. Теперь к тем пятерым, которые участвовали в первой схватке, добавились все остальные. Но Вовка ожидал это и готовился ко всяким неожиданностям.

Следующее утро началось словно в армейской казарме – ровно в шесть утра Кротов открыл все двери комнат, где спали охранники и зычно гаркнул:

– Подъем! Строиться в коридоре!

В ответ понеслись ругательства, и Вовка понял, что без физического воздействия в первый раз не обойтись. Он ясно понимал, что провести подъем так, как это происходило с ним самим в первый день в армии, не получится. Тогда тех, кто на команду сержанта только заворчал и продолжил спать, бесцеремонно скинули с кровати и пинками погнали в строй. Здесь не пацаны-новобранцы, дело опять бы закончилось большой дракой. Поэтому Вовка применил другой способ, но не менее эффективный. После того как он убедился, что на его приказ никто реагировать не собирается, он достал заранее полученную у Полковника гранату, сжал кубик пальцами, настраивая на светошумовое действие, потом бросил её на пол, а сам опустил щиток бронешлема, отвернулся и присел. Хотя шлем погасил грохот взрыва и затемнил щиток от светового воздействия, Кротов всем телом почувствовал произошедший рядом взрыв. По сонным охранникам шумовое воздействие должно ударить со всей силой.

Так и произошло – через несколько секунд из комнат стали выползать чумные, ничего не соображавшие люди. Не давая им опомниться, Вовка погнал всех в строй, иногда используя шокер, выставленный на треть мощности.

Карт-бланш, полученный от Брунея и Полковника, дал Кротову возможность проводить тренировки так, как он хотел. Охранники тоже поняли, что деться некуда – сам шеф поддерживает этого новенького выскочку – и подчинились. Физическая сила, молодость и хорошая кормежка делали свое дело, охранники быстро втянулись и даже стали получать удовольствие. Зато свой задор начал терять сам Вовка – никаких нападений на дом мафиози не происходило, сами они тоже не проводили никаких операций, а служба ради службы Кротова совсем не устраивала. Несмотря на молодость, он повидал уже жизнь и знал, что люди растут быстрее всего во время боевых действий. Сидеть здесь до самой старости он совсем не планировал.

Вовка уже начал думать, что все это – охрана, всевозможная сигнализация и особенно пулеметы в кронах деревьев и на крыше – всего лишь паранойя Брунея и никогда не пригодится. Но тут жизнь показала себя, и он понял, что не прав. Оснований для «паранойи» у шефа оказалось более чем достаточно.

 После того, как Кротов оказался на своем нынешнем месте, он не прервал контакты с Грони, так как, наученный горьким опытом, знал, что в этой жизни удача непостоянна, и возвращение на нижнюю ступень социальной лестницы возможно в любую минуту. По вечерам он иногда связывался с торговцем и расспрашивал того о жизни. Именно от него, а не от своих непосредственных начальников, он впервые узнал о намечавшейся сходке теневых правителей этого города. Среди постоянных жалоб на то, что Вовка его бросил, Грони мельком сказал, что скоро всех уважаемых людей в Банесайде ждут большие перемены. Уважаемыми людьми торговец называл всю бандитскую братию. Кротов мгновенно выделил эту информацию и начал расспрашивать. Так что, когда его вызвал Полковник и сообщил о том, что скоро им предстоит операция, новостью для него это не стало.

Со слов седого выходило, что это действительно похоже на боевую операцию, и готовиться к встрече придется соответственно. Первым делом они, Кротов и Полковник, отправились на рекогносцировку места проведения «встречи в верхах». Вовка впервые за все время пребывания в доме Брунея выехал в город и во все глаза рассматривал то, что появлялось на круговых дисплеях кабины. В самом транспортере, как в армейской машине, все окна забраны броневыми пластиковыми листами, и открывать их Полковник не разрешил. Уже одно это настраивало на серьезность всего происходившего. Седой тоже постоянно напоминал, чтобы Вовка не расслаблялся, в этом городе все хотят съесть друг друга.

Местом встречи выбрали отель на холме. В городе несколько холмов. Самым высоким и фешенебельным являлся Холм, где правил неофициальный глава местной мафии Карбюзи. Он так и назывался Главный Холм. Тот же холм, где должно пройти «высокое собрание», назывался Холмом Утех. Название, как понял Вовка, появилось по основному занятию живущих в этом районе. Вокруг и на самом холме находилось множество заведений продажной любви.

Почему выбрали этот район, Вовка не понял, все-таки он пробыл здесь еще очень мало. И хотя он не упускал даже крупицы информации, до полной картины здешней жизни еще далеко. Поэтому он напрямую спросил об этом у Полковника. Тот объяснил: дело в том, что для нормального функционирования местного бизнеса необходимо, чтобы приходящие сюда клиенты чувствовали, что они в безопасности. Поэтому местный клан, с молчаливого согласия остальных, запретил появляться здесь с оружием. Для этого на въездах в район стояли посты, и просвечивали всех прибывающих.

Исключений не предусмотрено. Кротов понял это и сам, когда их транспортер остановили и предложили дальше идти пешком, так как на машине установлено вооружение. Так же вежливо, но строго боец в бронике попросил сдать и личное оружие. И Полковник, и Вовка не стали отдавать свои лучевики, а оставили их в транспортере, на попечении водителя-охранника.

Да, обеспечить безопасность встречи заклятых друзей здесь легче, согласился Кротов. Без оружия, голыми руками, убийство организовать гораздо труднее. То же, что местные князьки готовы поубивать друг друга, землянин уже понял даже за это короткое время. Бруней, его шеф, с яростной одержимостью хотел прорваться на вершину власти в Банесайде. Вовка нисколько не сомневался, что остальные «коллеги» их хозяина вынашивают такие же планы. Кротов хоть и не горел желанием поднимать наверх неадекватного мафиози, но в этом конкретном случае планы Вовки и Брунея совпадали. Ему тоже нужно, чтобы Бруней поднялся и стал главным в этом городе. Тогда и у Кротова площадка для прыжка выше будет гораздо предпочтительнее.

 Поэтому он относился к своей работе с максимальной серьезностью. Полковник пересек площадь и поднялся по высокому крыльцу к разноцветным веселеньким дверям выбранного отеля.

– Ты посмотри вокруг, проверь подходы и как можно свалить отсюда в случае форс-мажора. Ну, там сам знаешь, учился в Спецназе.

– Есть, Полковник! Все сделаю.

Кротов заметил, что начальнику охраны нравится, когда он отвечает именно так, по-армейскому. Сам Вовка не любил все это, ему, в отличие от брата, партизанская жизнь ближе. Но опять же, в отличие от романтика Сергея, он являлся практичным эгоистом. Раз это помогает ему в жизни, он будет делать так, как надо, а не так, как хочется.

Он пошел вокруг аляповатого двухэтажного здания, отмечая все, что может помешать при эвакуации. Электроника брони уверенно выдала точки, где установлены стационарные камеры. Мух он пока не видел, но сейчас день; время, когда вся жизнь в этом районе замирала. Он не сомневался, что ночью, когда здесь будет гудеть толпа, в небе появится туча этих маленьких соглядатаев.

Здание отеля стояло почти посреди площади, отдельно от других подобных заведений. Снаружи оно оказалось шестигранным, в каждой из шести стен-граней имелся свой вход. Широкие двустворчатые двери – все разного цвета – позволяли не толпиться на входе. Это хорошо, отметил Вовка, в случае эвакуации можно будет быстро прорваться.

Завибрировал коммуникатор, его вызывал Полковник.

– Кротов, войди внутрь. Тебя проводят.

Стоявший на входе охранник оказался под стать бойцам из команды Брунея. Здоровенный амбал с квадратной челюстью. Он грозно – сверху вниз – посмотрел на землянина, но ничего не сказал и посторонился. Похоже, здесь мода такая, усмехнулся Кротов, охрана обязательно должна быть двухметровой.

Его действительно ждали – сразу за охранником стояла стройная девушка с разноцветными короткими волосами и излишним количеством косметики на лице. Хотя с этим у нее явный перебор, но Вовка не мог не признать, что этот макияж делал ее лицо выразительным и сексуальным. Одежда тоже соответствовала обстановке, девушка обошлась самым ее минимумом. Кротов невольно почувствовал, что его тянет к этой местной красотке, он с трудом оторвал от нее глаза. Похоже, какая-то химия, решил он. Это, скорее всего, так и было – секс-индустрия тоже вовсю использовала достижения технологической цивилизации.

– Вы из охраны господина Брунея? – сексуально пропела красотка. От этого голоса у Вовки случился очередной приступ, он быстро опустил глаза на штаны, блин, не опозориться бы. Нет, все нормально, ничего не торчало.

– Да! – нарочно грубо, чтобы скинуть наваждение, ответил он.

По взгляду девушки он понял, что она знает о его состоянии и разозлился.

– Куда идти?

– Вы нервничаете, – так же нежно ответила она. – Не надо, здесь можно расслабиться. Оставайтесь после того, как закончите дела. Мы поможем вам снять напряжение по самому высшему разряду. Кого вы предпочитаете? Может рабыню? У нас богатейший выбор, и мы постоянно их обновляем.

«Может, правда, остаться, – подумал он. – Женщин у меня уже давно не было». Однако тут же одернул себя. Какие к черту женщины? Он приехал сюда ради дела. Женщины подождут. Он шел за полуголой девицей и, несмотря на принятое решение, не мог оторвать глаз от завлекающе покачивающихся ягодиц. «Черт, разберусь немного со здешней жизнью и обязательно наведаюсь сюда».

Они прошли по коридору до лестницы и поднялись на второй этаж. И в коридоре, и на лестнице светильники приглушены, так что вокруг царил полумрак. «Плохо, если здесь всегда так». По привычке, оставшейся еще с Земли, он не любил таких мест. Здесь в каждом темном углу мог спрятаться человек. Хотя если ты в бронекостюме, никакой полумрак роли не играет, можно воевать в полной темноте, все равно будешь видеть как днем. Как бы то ни было, коридор и особенно лестница, что вела наверх, ему не понравились. Наверху Кротов остановился и огляделся, девушка вопросительно подняла брови, но остановилась тоже. Этот коридор так же, как и нижний, просто создан для наемных убийц – полумрак, множество красивых пышных растений возле роскошных кресел. Да тут можно взвод спрятать, опять подумал Вовка и прошел дальше. Коридор заканчивался большим, во всю стену безрамным окном. Возле самого окна стояли два кресла, отделенные от всего коридора свисавшими с потолка вьющимися растениями.

Вовка взглянул в окно и понял, почему здесь кресла. За окном открывалась панорама города. Отсюда, с холма, Банесайд выглядел красиво и ухожено. Если ты не знаешь, что творится на тех улицах, где нет богатых домов и движущихся тротуаров. Ни рынка рабов, ни хижин Сангвиля отсюда не разглядеть. Только ровные башни жилого города и разноцветные дома богатых районов.

Однако землянин только мельком глянул на эту красоту, его гораздо больше интересовало, что находится внизу, под окном. Он почти прижался к пластику окна – нет, здесь не выйдешь, внизу только квадратики плитки.

– Все, идем, – Кротов повернулся к девушке. – Веди.

Это оказался небольшой, на десяток столиков ресторан. Когда они вошли, зал был почти полон, оставалось всего несколько свободных мест. Все сидевшие словно по команде повернули лица в их сторону. Все мужики, отметил Вовка, и пошел через зал к столу, откуда ему махал Полковник. Он сидел не один, за круглым столом рядом с ним еще двое. И тут Кротов понял, что ошибся – не все в зале мужчины.

Женщина сидела справа от Полковника, она внимательно посмотрела на землянина, и Вовка поежился. «Черт! Какой у неё взгляд. Как будто я её родственников убил. Злая ведьма!»

– Познакомьтесь. Общаться придется часто. Это мой заместитель, Кротов. Он инопланетник и профессионал. Военный.

Взгляд женщины стал еще жестче, словно она готова прямо тут схватиться с ним. «Что это с бабой? Какая-то шизофреничка». Кротов тоже посмотрел ей в глаза и не отвел взгляд, пока она не отвернулась. «Вот так, дамочка, – усмехнулся он. – Я вам не мальчик». Эта безмолвная дуэль не ускользнула от Полковника, он тоже усмехнулся и продолжил.

– Володя, это наш коллега и конкурент Саларви Сапаренд. Она начальник охраны метра Корвюзи и ненавидит военных.

– Прекрати, Гланд! Я умею отделять работу от личного.

И действительно, ярость в её глазах погасла, и голос звучал спокойно. Кротов впервые услышал, чтобы Полковника называли по имени. Все, даже сам Бруней, называли его только Полковник. «Интересно, откуда у них такие отношения?» Однако додумать он не успел, женщина язвительно спросила у него:

– А ты, Кротов, участвовал в восстановлении конституционного порядка на планетах?

– Нет. Но я знаю, что это такое.

Вовка знал, про что она говорит, наслышался рассказов на Тарантосе. Это когда какая-нибудь планета или несколько вдруг решают, что им будет лучше, если они выйдут из Империи. И Вовка очень хорошо понимал, что там происходит, когда Император решает надавать по заднице непослушным подданным. У него перед глазами пример Чечни, сам прошел через все это. Следующая её фраза напрочь отвергала только что сказанное Полковнику. Может, она и умела отделять личное от работы, но явно не сейчас.

– Я бы вас, сук, всех разорвала на части.

«Похоже, она попала под каток. Надо расспросить Полковника. Как же я интересно с ней буду работать? Девка на меня зверем глядит, отвернуться нельзя, сразу вцепится» Кротов не стал ничего отвечать на её злость, лишь бросил нарочито равнодушный взгляд и отвернулся. Он ожидал дальнейшего развития склоки и вопросительно взглянул на Полковника. Однако женщина уже справилась с гневом и обычным голосом спросила:

– Где ты смог достать настоящего армейца, Гланд?

– Случайность, – не стал распространяться Полковник. – Давайте уже перейдем к делу.

Собрание не заняло много времени, все вопросы – куда кому подъезжать, сколько людей будет в охране у каждого гостя, на каком расстоянии от заведения будет находиться основная охрана и тому подобное – утрясли быстро. Как понял Вовка, такие встречи проводятся уже не первый раз. Он внимательно слушал и мысленно прикидывал, как все это будет происходить с точки зрения возможного нападения. В общем, все получалось вполне безопасно, алгоритм встречи вроде бы не давал места для эксцессов. Но при этом, он прекрасно знал – весь предыдущий опыт говорил об этом – всего предусмотреть нельзя. Ведь те, кто готовят нападение, тоже стараются предусмотреть все.

«Мне можно было и не приезжать, – подумал Вовка. – Тут спокойно бы справился и один Полковник. Похоже, он просто хотел засветить меня, чтобы все знали, что у Брунея есть профессионал». Кротов тоже постарался запомнить присутствующих и, осторожно, чтобы не заметили, на всякий случай снял всех на коммуникатор.

 Когда сходка закончилась, и они с Полковником шли к выходу, Вовка опять заметил ту девушку, что сопровождала его. Она стояла за пышным розовым растением в коридоре и снова призывно улыбнулась ему. И опять на Вовку накатила волна желания. «Черт, здесь точно что-то нечисто, – подумал он. – Но не могу я сразу начать хотеть, только взглянув на нее». Он едва заметно кивнул и отвернулся. «Надо все-таки потом добраться сюда и проверить все это».

Встреча должна состояться через три дня. Так что времени у них хватало с запасом. Когда Вовка решил, что все сделано и выезд подготовлен, он попросил у Полковника разрешение выйти в город. За столько дней он ни разу, кроме выезда с Полковником на подготовку встречи, не покинул дом Брунея.

Кротов наплел что-то про необходимость встряхнуться и развеяться после трудной недели, хотя на самом деле повод другой и о нем никто не должен знать. Вся работа Вовки находилась на виду, он весь день проводил с подчиненными, стараясь сделать из них вояк. Поэтому Полковник не стал возражать.

Кротов действительно поехал сначала в центральный район Бонесайда. Но только для того, чтобы запутать следы. Он не думал, что Полковник будет за ним следить, но вбитые в Академии знания и прошлый опыт заставляли сделать именно так.

В центре он вошел в огромное здание торгового центра известной Имперской фирмы, побродил минут десять между рядами с завалами вещей и яств, потом перешел на нижний ярус центра и, пропустив первую капсулу в нужном направлении, сел в следующую. Вернулся он в центр через три часа, еще час убивал время в том же торговом комплексе, потом посидел в заведении, где подавали хоть что-то похожее на земную еду, и лишь после этого вернулся домой. Со стороны выглядело так, что он действительно развлекался – в руках вместительный пакет со всякой всячиной, лицо довольное и веселое. Вовка и в самом деле доволен – он получил то, что хотел.

День, когда должна произойти встреча «в верхах», выдался совершенно обычным – доброе, неяркое солнце заливало своим мягким теплом этот больной мир. Подобное светило должно освещать совсем другую планету, планету счастья и спокойствия. Местный мир явно не заслуживал такого доброго солнца. Встреча должна состояться в обед, но Полковник и Вовка уговорили Брунея выехать раньше. Надо осмотреться.

На первый взгляд все нормально. У них, как положено, забрали оружие, оставив только виброножи. Кротов взял пару человек и осмотрел подступы к веселому заведению, а Полковник с еще одним охранником прошел внутрь. На улицах жизнь еще не началась, хотя все питейные заведения уже открыты. Ничего подозрительного Кротов не заметил. Он отправил спутников назад, к транспортерам, а сам забежал в один из баров. Там подошел к хмурому не выспавшемуся бармену и назвал себя. Бармен некоторое время разглядывал его, иногда бросая взгляд на что-то под стойкой. Сравнивает меня с присланной голограммой, решил Кротов. Бармен наконец ожил и пробурчал, что все в порядке, посылка ждет.

– Когда будете забирать?

– Пусть еще полежит. Попозже зайду, заберу.

 Он вернулся к колонне где его руганью встретил хозяин. Бруней был нервным злым психом. Едва только что-то начинало идти не по его плану, он срывался и вымещал злость на оказавшихся рядом. Кротов уже изучил это, и, так же как и остальные домочадцы, старался не попадаться ему на глаза в такие минуты. Однако сейчас деваться некуда, не идти же на осмотр по второму кругу. Поэтому Вовка уселся в свое отделение и приготовился выслушивать брань и угрозы. Больше всего Брунея злило то, что он сидит взаперти в машине и ждет, словно какой-нибудь охранник. Видя, что его брань никак не действует на землянина, он не выдержал и заявил, что больше сидеть в транспортере не будет и идет в отель. Однако до команды Полковника, Кротов никак не мог разрешить сделать это. Он вздохнул и загородил дверь.