Прыжок на месте. Книга третья

Граф шумно выдохнул.

– Во-первых, она тут не одна, а со своим опекуном, который тоже лицо королевской крови. А во-вторых, я планирую провести возле Зеленого Ада около трех-четырех лет и только потом приду в знаменитый на весь мир Эйнур, город двух рас и жемчужину Колиса, так же известный как Город Неудачников. И вот если там меня кто-то спросит, как я получил это ужасное для слуха жителей всего мира прозвище…

Шаддар аль Акрас и телохранители принцессы синхронно выпучили на меня глаза. Пришлось их добить.

"Вскоре после падения последнего оплота ужаснейших Сеятелей, принесших неисчислимые беды жителям мира, Пан, лица королевской крови из Вашрута находят возле Зеленого Ада невинного бессмертного и дают ему прозвище "Короля Гоблинов". Какие цели они преследовали?" – выдал я еще одну горькую цитату, от которой ладонь воина ожидаемо сверкнула.

Пока собеседники приходили в себя, я оглянулся. На территории Дома Матери уже суетились порядка четырех десятков смертных и бессмертных, раскладывая шатры и обустраивая лагерь. Меня они не видели, Шаддар закрыл иллюзией небольшой участок свободного места, где мы беседовали, а на Картера было наложено заклинание, меняющее его облик для сторонних наблюдателей. Мое присутствие для свиты принцессы, вступающей в нелегкую пору первого набора уровней, должно было оставаться в тайне.

Я покосился на Бессов, споро собирающих круглую металлическую клетку. Именно там Ее Высочество и будет сидеть, поджидая, пока верные слуги в специальных крепких рукавицах будут приносить визжащих и отбивающихся безоружных гоблинов. И рэзать их, конечно. Но меня интересовало несколько другое – сами Бессы. Дичайшие цвета волос, непропорциональные тела и имена…о, эти имена…

Большой Начальник, Прекраснодевушка, Убийца Тысяч, Кувшинка-на-Жабе…знаменитейшие Неудачники.

Те, кто решил, что предложение Системы о новой жизни – это какая-то игра. Шутка. Недолгое развлечение. Выбравшие себе глупое имя. Отрастившие грудь девятого размера или мужское достоинство по колено. Странные, смешные, нелепые – вызывающие смех или слезы у смертных и бессмертных. Их было много, этих Неудачников… очень много.

Далеко не все вписались в исходные общества наций Пана или в принципе могли это сделать. Проблемы психики, морали, культуры, авантюризм или просто ошибочно выбранное направление порождали одиночек, которым долгое время был никто не рад.

А темпераментные и экспрессивные жители тропического королевства Вашрут исповедовали принцип не судить по внешности и имени. Никого. Даже приплывшую вплотную к их границам на мелководья гигантскую орду глубинных беженцев расы хирри. Педантичных разумных амфибий они восприняли как чуток иных людей, просто занудных и с жабрами. Древо дружелюбия и гостеприимства легкомысленных, но мудрых вашрутцев дало множество обильных плодов – популярность, военную мощь, знания других рас и Бессов. Великое множество бессмертных, уверенно назвавших Эйнур, Город Неудачников своим домом.

Слово "дом" для Бессов в Пане значило очень многое.

На улицах Города Неудачников можно было встретить эльфа-богатыря, орка-пацифиста, хоббита-драчуна – и это всеми воспринималось нормально. Бессы редких рас, которых серьезный и вдумчивый человек не выбрал бы ни за какие коврижки или "пустые", так и не нашедшие за прошедшие десятки лет классового мастера – все "не такие" Бессы стекались в Эйнур, принимали его законы и заново учились жить в цивилизации. Вашрут не был бесплатным раем для всех желающих, но зато он всем желающим давал шанс. И за него держались всерьез.

– Что ты хочешь? – голос воспитателя принцессы был способен заставить молоко скиснуть прямо в вымени коровы.

– Три пары рукавиц, которыми ваши воины таскают гоблинов. Две лопаты. И прикрыть иллюзией мой уход из Дома Матери. – отрапортовал я и встретив полное недопонимание, пояснил, – К возникшей неприятной ситуации между мной и королевской семьей Вашрута мы вернемся через несколько лет, когда я приду в Эйнур.

Граф Шаддар покачал головой.

– Нам нужны гарантии, что ты не устроишь королевству неприятности. А еще нормальная формулировка произошедшего, для страховки. Я позову принцессу.

Валорра аль Акрас подъехала к нам на Картере, соскочила с него и настороженно уставилась на меня. Граф подвел принцессу ко мне вплотную, заставив уже меня подозревать всякое.

– Уважаемый Кирн Джаргак, попросите пожалуйста Ее Высочество. О чем-нибудь. Не вставая. – выдал аль Акрас, удивив всех присутствующих.

Я растянул губы в улыбке, старательно не показывая зубов и раскрыл объятия.

– Ваше Высочество! Можно вас поцеловать?! – бодро спросил я.

Принцессы умеют телепортироваться, оказывается. Милый ребенок преодолел за долю секунды пару метров расстояния и выглядывая из-за спины телохранителя страшным и категоричным шепотом сказал: "НЕТ!". Родственник правителя Вашрута возвел очи горе, но удовлетворенно кивнул.

Итак. "Грязный бессмертный в обносках оторвал принцессу от важных дел своей надоедливой и неуместной просьбой. Дочь короля Янатанна наградила оборванца ироничным и уместным прозвищем". – продекламировал Шаддар, вызвав у меня уважительный свист. Девочка изумленно выпучилась на дядю, явно начав в уме заигрывания с причинно-следственной связью. Ничего, ей полезно…особенно если она наследная.

Дав друг другу обещания, закрепленные Системой, я, Картер и брат короля неторопливо пошли под иллюзией к краю территории Дома Матери.

– Чувствую я… попьешь ты нашей крови вдоволь как появишься в городе, – пожаловался мне мужик.

– Понятия не имею, я у вас еще не был, – хмыкнул я и объяснил магу ход своих мыслей, пряча выданные рукавицы и лопаты в инвентарь, – Мне, видишь ли, теперь нужно будет работать над репутацией и именем. Скорее всего – долго и много. Поэтому я хотел попросить у короля за это безобразное прозвище гражданство и домик с садиком, где мог бы бегать мой питомец. Ну еще денег и возможно помочь устроиться на какую-нибудь уважаемую всеми работу.

– Удивительно…скромно… – пропыхтел аль Акрас, когда откашлялся и вернул цвет лица в норму, не забыв потом свирепым тоном спросить, – А зачем тогда ты изволил устроить эту ужасающую буффонаду?

– Затем что Ваша Светлость изволили очень толсто намекнуть мне обвинить во всем Судьбу и смириться с произошедшим, – честно ответил я ему.

– Но она же ребенок! – всплеснул он руками.

– Но я же буду пугать этим прозвищем даже ее пра-правнуков! – передразнил я его и пошел прочь. Впереди была большая работа.

Интерлюдия

Великанская тощая фигура жуткого орка чуть пригнулась и сорвалась с места с удивительной скоростью, ошеломив даже его собственного питомца-единорога, который, впрочем, тотчас рванул вдогонку. Его Светлость граф Шаддар аль Акрас отмахнулся от поднятой обоими пыли и отправился назад к полусфере Дома Матери. По пути он негромко спросил в воздух:

– Айленд? Твоё мнение?

Возле шагающего аристократа из воздуха материализовался высокий и плотно сбитый гном в темной униформе Стражи Трона и зашагал рядом, отблескивая до синевы выбритой головой.

– Возраст около тридцати-сорока. Сложный серебряный класс…видимо. Паршивый брюзгливый характер. Встреча с принцессой – чистая случайность, – густым чистым голосом уверенно проговорил он.

– Уверены? Что говорит Акварель? – спросил маг, ощутимо расслабляясь.

– Акварель залила за воротник и клянется, что рядом с ней бы сейчас сидела и Валорра, будь девочка на пару лет старше! Этот Кирн Джаргак оказывает на женщин куда более серьезное впечатление, чем на нас!

– Да уж…а единорог?

– Случайность. Мы были уже тут, когда он его призвал. Животина залезла на крышу и отказывалась идти к орку, хотя тот убеждал, что сильно соскучился и они не виделись черт знает сколько лет. Замечу – приказывать ему он даже не собирался, – было заметно, что гном, которого все звали Айлендом, находится в состоянии ну совершенно нехарактерного для себя веселья.

– Пони Айленд! Будьте добры объяснить ваше совершенно неуместное веселье в текущей кризисной ситуации! – не выдержал дальнейшего надругательства над своими шаблонами изрядно перенервничавший граф.

– Это очень перспективный рекрут, Ваша Светлость. Его можно засылать агентом куда угодно – хоть в "Коммуну", хоть в "Милосердие", хоть в Веселый Квартал! Вы видели эту рожу? – хмыкнул гном.

– Именно что видел. Слишком близко и слишком долго. И думать забудь.

– Почему? – обиженно спросил гном, явно обломанный в лучших чувствах. Он начал загибать пальцы, перечисляя, – Эффектный, страшный, паршивый характер…а еще он довольно умен. И самое главное – я никогда не слышал ни про это имя, ни про класс, ни про владельца единорога!

– Айленд, друг мой…ты забыл еще две детали. Этот серый ужас всех женщин осторожен, не жаден и перерожден. Кого мир потерял из виду около тридцати пяти лет назад? Ничего не приходит на ум?

– Ох… – пробормотал Страж Трона и дернулся от резкого звука. Из клетки с принцессой раздался первый предсмертный визг гоблина.

(спустя 3 дня после диалога)

День пути до северного побережья континента Колис. Полоса Отчуждения. Ранний вечер.

Солнце жарило так, что большинство пустынных обитателей предпочло спрятаться и переждать губительную жару. Лютни залегали в логова, вывесив языки, аспиды зарывались на глубину, вместе с десятками различных видов хищной живности, привыкшей за долгие годы к регулярным поставкам лакомого зеленокожего мяса из джунглей.

Единственным живым существом, размеренно шагавшим по раскаленному песку пустыни была известная во многих краях света черепаха дзи-дзи. Впрочем, таким поведением черепаха дзи-дзи бы никого не удивила – так же размеренно и неторопливо все ее шесть тумбообразных ног шли бы по лаве, вечному льду и океаническому дну. Черепахе было плевать на всё, чем мир бы ее попытался удивить. Кроме, почему то, гравитации. Миру, в свою очередь, тоже было плевать на этих черепах – ни одному из известных живых, неживых, демонических, божественных или элементальных существ черепаха не была нужна. И ни одной другой разумной или нет силе. Кроме гравитации. Там были сложности. Черепаха не ела, не пила, не спала, не откладывала яйца – как и все из ее вида. Она просто шла по одному известному только ей маршруту, придерживаясь направления и огибая препятствия. В горы черепахи не забредали, а предпочитали обходить…

Вырвавшийся из песка костистый серый кулак заставил черепаху остановиться на мгновение и удивленно моргнуть, после чего вечная странница сделала шаг в сторону, пытаясь обогнуть препятствие. Неудачно. Кисть шлепнула черепаху по панцирю и прижала к вырастающей из песка груди. Очень высокий и жилистый орк с шкурой серого цвета встал во весь рост из песка, прижимая черепаху дзи-дзи к груди, так как будто решил верноподданно прослушать гимн Америки. Почти одновременно с этим послышалось обиженное лошадиное ржание, в котором постороннему слушателю мог бы показаться кошачий мяв и орк был слегка лягнут подбежавшим к нему крупным белоснежным единорогом. Не обратив особого внимания на рогатого коня, орк сплюнул в сторону песок и строго посмотрел дзи-дзи в глаза.

Безразличная ко всему в мире черепаха слабо топталась по груди орка, старательно вытягивая шею и слепо смотря вперед. Орк огорченно сплюнул еще раз, поставил животное на землю, тем самым позволяя счастливо избежать встречи с заклятым врагом всех дзи-дзи и отрывисто сказал своему питомцу:

– Пустыня говно. План Б, Картер.

Глава 5. Как много для счастья надо

Гоблины слабы, тупы и примитивны – если сравнивать их с подготовленным к схватке воином, ну или хотя бы крепким человеком, вооруженным дрыном. Даже самые рослые из зеленокожих уродливых пигмеев достигали роста около полутора метров, если бы хоть раз в жизни распрямились полностью. Но недооценивать их не стоит – чувство локтя у маленьких варваров развито куда сильнее, чем у более крупных и цивилизованных гоблиноидов. Любой представитель этого мелкого племени каким-то образом ощущает как настроение всех остальных гоблинов вокруг, так и их примерное количество. Это включает и выключает заложенные в карликах комплексы инстинктов и моделей поведения.

Именно поэтому пара вояк может криками и угрозами навести панику на десяток двуногих паразитов, а вот уже два десятка свирепо накинутся на людей и очень быстро переведут их в раздел готовой к употреблению пищи. Оголодавшая сотня гоблинов может стремительно напасть и вырезать небольшую деревушку, пустив под нож все живое. А две сотни…разделятся на два племени и уйдут в разные стороны. Так проще оставаться незаметными, проще добывать пищу, строить иерархию и всегда есть определенный "свободный" запас места под рожающих как ударники самок. Если случалась ситуация, в которое племя должно было оставаться большим и сильным, то в нем происходили некоторые, непонятные наблюдателям, социальные трансформации и начинали появляться гоблины, отличающиеся повышенным интеллектом.

В Зеленом Аду гоблин сидел на гоблине и им же погонял. Каждое племя было соседям братом, завтраком и развлечением. Рионна Аскальди говорила мне, что в глубинах этого зеленого массива есть огромные примитивные фермы, расположенные в подземных полостях, а также живут плоды экспериментов Сеятелей над зеленокожим народом – куда более сильные, умные и живучие полукровки, но на внешнем краю сплошных джунглей стояла вечная братоубийственная каннибалистическая война самых обычных гоблинов. Те, кому хватало мозгов и отчаяния бежать – умирали в пустыне от множества отожравшихся на зеленых хищников. Но были еще другие.

Те, кто решил выживать на узкой полоске пляжей между джунглями и океаном. Те, кто пытался там зарыться в песок или украсить прибрежные скалы шаткими хибарами, способными кое-как спасти от рейдов соплеменников, но разрушаемые любым сильным порывом ветра. Те, кто постоянно были готовы к визиту соплеменников из-за пальм и папоротников или к выныриванию какой-нибудь зубастой скотины из океана.

Те, к кому в гости пришли мы с Картером.

Я просто, нагло и беспардонно пользовался всеми преимуществами своей скорости, пролетая очередную лежку или лагерь гоблинов на всех парах и зашибая пару-тройку представителей племени. Желательно не насмерть, чтобы они своими криками собрали как можно большее число собратьев вокруг себя. А после этого возвращался, уже с полностью разогретым ядром Ки, в "Железной Рубашке" и начинал раздавать короткие жесткие удары по сторонам. Каждого из таких ударов вполне хватало единице местного низкорослого населения. Единорог в это время бегал где-то на условно безопасном расстоянии, но вполне уверенно перекусывал или расшибал копытами головы тем, кто был слишком сосредоточен на моей неблагообразной персоне.

Сначала было непросто. Первыми в инвентарь спрятались цепи, которые вместо того, чтобы пафосно выкашивать толпы мерзких карликов летели криво и били не туда, лопаясь некачественно прокованными звеньями от хорошего удара. Потом сами удары руками и ногами стали куда короче и экономнее, особенно после буквально второго моего набега, когда несколько зеленоватых орлов с шипением и воплями истыкало мои ноги и пах копьями, из-за чего пришлось быстро убегать, долго сидеть в "Целительной Медитации", а потом съесть едва ли не десятую часть всех припасов. Сидеть с риском – Дома Матери, к сожалению, встречались не так часто, как хотелось бы.

Но все постепенно налаживалось. Отскобленная и кое как высушенная шкура аспида стала отличной наспинной броней, что, несмотря на дурацкий вид, было очень практичным против дикарей, свято уверенных, что тычок копьем в спину это то, в чем нуждается каждый верзила. Росли приемы "Целительной Медитации" и "Железной Рубашки", понемножку рос "Повелитель Цепей", которого я практиковал на бегу и общий уровень персонажа.

– "Прием "Железная Рубашка" достиг 10го уровня! Защита увеличена в два раза!"

Прекрасно, то, что доктор прописал.

(спустя несколько часов)

– "Прием "Повелитель Цепей" достиг 10го уровня! Затраты на воздействие снижены в 2 раза!"

Чудненько, теперь еще и расстояние, на котором я "дотягиваюсь" взглядом почти три метра.

– Кирн…эй! Кирн! – слышится голос из уни…глубин души моей.

– Чего тебе, бесполезная суккуба?

– Я не бесполезная!

– Ты просто молчишь и бесплатно пользуешься моим зрением, слухом, нюхом и осязанием вместо того, чтобы радовать меня своей мудростью и делиться опытом, – справедливо замечаю я.

– А я не могу просто взять и поделиться! Я демон! Мне нужен контракт, по которому я что-то буду получать взамен! Правила, которым я буду следовать и которые буду соблюдать! А осязание можешь отключить, кроме порезов, ран и разбиваемых черепов этих уродцев, я ничего не ощущаю…потому что ты больше ничего не делаешь!! – сорвалась на визг суккуба по имени Лариса.

– Ты просто не ощущаешь, как с каждым днем твоего молчания переполняется чаша моего терпения, – поведал я ей, ставя демону запрет на осязание и с оторопью наблюдая за доедающим гоблина Картером, который по кошачьи лег на песок и теперь с недоумением пытался воткнуть свою длинную морду между передних копыт, туда, где лежала тушка.

– Я демон, подери тебя Плакальщики Хитокабатотты! Мы действуем по правилам. Нет правил – нет действий. Я не могу воспринять твои слова "Будь полезной и тогда может быть обретешь когда-нибудь свободу!", – прошипела Лариса.

– Тогда восприми слова "Будь полезной или готовься к неминуемой расправе", – великодушно разрешил я и вернулся к легкому послеобеденному геноциду.

(спустя трое суток)

– "Прием "Целительная Медитация" достиг 10го уровня! Расход ресурсов тела на исцеление снижен в 2 раза, расход Ки повышен на 20 процентов!"

И плюс, и минус. Если б еще из этой чертовой медитации можно было выходить самостоятельно. Теперь-то даже удар копытами от питомца меня не разбудит, даже не замечу. Хорошо хоть во время сеансов погружения в себя с целью исследования внутреннего мира Ларисы "И пусть весь мир подождет" не пытается закопать меня в почву!

Быстро, решительно и однообразно, следуя уродливой, вредной для разумных и столь полезной для меня сейчас идее Сеятелей, я стану сильнее.

С каждым новым уровнем "Железной Рубашки" гоблины превращались для меня во все более безопасную верещащую биомассу, умиравшую без особых усилий с моей стороны. Я продвигался все дальше и дальше на восток, прочь от Города Неудачников, подыскивая удобные для себя места. Окрестности каждого Дома Матери тщательно обшаривались, в Купель летела любая мелочь, привлекшая своей необычностью мое внимание – причудливый краб, кусок странного дерева, связка необычайно тяжелых и гладких орехов…всё, что я мог оторвать и унести со своими 35ю единицами орочьей силы, умноженными на усиление Ки. И такого было много. Даже мой инвентарь пополнился на десяток кристаллов Дикой Магии, где, правда, самый крупный был всего лишь Среднего уровня.

Сила, выносливость, реакция…все характеристики мне были важны, но важнее всего была самая бесполезная в практическом плане.

Уровень.

Он не дает ничего и долго еще не будет давать. Он бесполезен. Вдвойне бесполезен бывшему Соломону, который просто хотел когда-то тихо и мирно пожить вот на таком вот тропическом побережье, кушая бананы и отдыхая душой. А вот мне сейчас даст одну маленькую, но необходимую мелочь. Уровень спутает расчеты. Заставит ошибиться в предположениях. Натолкнет на неверные выводы. Уровень скроет меня даже посреди толпы.

И поэтому я буду вкалывать так, что вавилонские охотники на гоблинов со своими недельными рейдами вглубь лесов просто прослезились бы от зависти. Или повертели бы пальцем у виска.

В день я пробегаю около восьмидесяти километров, встречая до пяти прибрежных племен гоблинов-беглецов. И уже начинаю очередное истребление только после того, как зеленокожие понимают, что тыкать в меня копьями, ножами и стрелами бессмысленно.

Для них.

У меня же, во время «прелюдии», повышается уровень "рубашки".

(спустя полторы недели)

– "Прием "Железная Рубашка" достиг 20го уровня! Затраты Ки уменьшены в два раза!"

– "Прием "Целительная Медитация" достиг 20го уровня! Расход ресурсов тела на исцеление снижен в 2 раза, расход Ки повышен на 20 процентов!"

– "Прием "Повелитель Цепей" достиг 20го уровня! Сила воздействия увеличивается в 4 раза!"

Я сидел на траве и проводил анализ собственных сил и возможностей. Если не считать такой ерунды как характеристики, то они возросли многократно. Опыт, сын ошибок трудных…только он и ничто иное учило меня двигаться, бить, замечать признаки опасности и верно оценивать тональность гомона и криков маленьких зеленых человечков, позволяя понимать, когда засранцы собираются начать разбегаться. Жизненный опыт вещь многогранная – несколько пережитых штормов научили меня тому, что вернуться к одному из пройденных Домов Матери и начать лихорадочно закидывать в Купель все выброшенное непогодой на берег решение правильное и в высшей степени доходное.

Некоторые решения оказывались удачными – например, не спеша убегать, громко и жалобно причитая, от группы выскочивших из джунглей коротышек, к которым нередко присоединялись другие отряды, позволявшие мне сделать зеленое красным в гораздо больших количествах. А вот другие пробы заканчивались фиаско, это в основном о попытках приманить нечто большое и морское путем закидывания трупиков в прибрежную воду. Те твари, которые откликались на угощение, были либо слишком большими, либо слишком быстрыми – выскочивший один раз здоровенный монстр, напоминающий угря, срезал мне ноги по колени и шею по плечи Картеру в одном броске. В итоге я остановился на методичном перемалывании беззащитных дикарей.

Сейчас ситуация опять подсовывала мне авантюру. Система оповестила о смене региона и предложила задание.

"Вы вошли в локацию: Прибрежная Зона Ивваттика"

"Получено задание: уничтожить представителей вида "грисслав". Текущее количество: 311 особей.

Время выполнения задания: бессрочно

Награда: очки характеристик – 50, предмет с характеристикой "вечный" на выбор, уникальная серия книг.

Штраф за провал задания – – 70 процентов получаемого опыта на: 20 лет, Условия провала – выход из локации более чем на: 8 суток"

Ну как предложила…

– Вы там издеваетесь что ли?!! – заорал я в небо. Суккуба что-то изумленно пискнула, подав голос впервые за несколько дней.

Небо, конечно, промолчало. Зато из кустов выскочило что-то массивное, приземистое, темно-зеленого оттенка и подскочив ко мне за три быстрых корявых прыжка, схватило меня за ногу. И швырнуло.

Небо, земля, куст, пальма, хруст.

Смяв несколько шикарных папоротников, боднув пальму и помяв себе конституцию, я первым делом активировал "Железную Рубашку", а лишь потом начал шевелиться. Быстро вскочить не получилось, нога сдавленная и чуть не выдернутая из всего моего организма, не проявляла признаков жизни. Было больно, глаза искали противника, который тут же появился той же неопознанной массой и попытался сделать мне еще больнее, подпрыгнув и влепившись со всей дури в грудь. Я снова полетел, хоть и низко, но гораздо удачнее – не только не наткнувшись ни на что твердое, но и оказавшись на песке пляжа. Это позволило мне уверенно встать на три кости и совершить рывок с помощью "Пути Ветра" подальше, чтобы хотя бы рассмотреть противника.