У радости тысяча имен. Как полюбить этот мир со всеми его недостатками
- -
- 100%
- +
Byron Katie with Stephen Mitchel A THOUSAND NAMES FOR JOYl
Copyright © 2007 by Byron Kathleen Mitchell This translation published by arrangement with Harmony Books, an imprint of Random House, a division of Penguin Random House LLC and with Synopsis Literary Agency
© Сотникова А.А., перевод на русский язык, 2023
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023
Вступительное слово
Данная книга – портрет пробужденного ума в действии. И отклик Кейти Байрон на Дао Дэ Цзин, классическое произведение китайской философии, признанное мудрейшей книгой всех времен и народов.
Лао-цзы, автор Дао Дэ Цзин, мог жить в VI веке до н. э., а мог быть всего лишь вымыслом, легендой. Я обычно представляю его старцем с длинной белоснежной бородой, в потрепанных одеждах. Он вдумчиво молчалив, доброжелателен и спокойно созерцает бесконечные пути, ведущие людей к несчастьям. Во многих стихах Дао Дэ Цзин мудрец Лао-цзы говорит о себе как о Мастере – зрелом человеке, который существует вне мудрости и святости и овладел жизнеутверждающей, искупительной силой здравомыслия.
В фигуре Мастера нет ничего возвышенного или мистического. Он (или она) всего лишь человек, знающий разницу между реальностью и представлениями о реальности. Мастером может быть кто угодно – простой механик, доктор наук, управляющий банком или бездомный. Он ничем не отличается от обычных людей, кроме одного – Мастер не желает того, чтобы его жизнь в данный момент была другой, нежели она есть.
Таким образом, он пребывает в гармонии с миром, добивается желаемого, не прилагая чрезмерных усилий, сохраняет спокойствие в любой ситуации и абсолютно спонтанно делает добро себе и другим. Мастер – это вы, но познавший силу своего разума.
А теперь несколько слов об авторе книги. Байрон Кэтлин Рейд (или Кейти, как все ее называют) впала в глубокую депрессию, когда ей было немного за тридцать. Она жила в маленьком городке в пустыне южной Калифорнии, была деловой женщиной и матерью. Почти десять лет Кейти провела в метаниях между паранойей, гневом, самобичеванием и постоянно находилась во власти мыслей о самоубийстве. На протяжении двух последних лет она просто не выходила из своей спальни. А потом, февральским утром 1986 года, Кейти вдруг осознала одну простую истину, изменившую ее жизнь. В буддийской и индуисткой традициях для подобного опыта существует несколько разных названий. Сама Кейти называет его «Пробуждение к реальности». В одно мгновение, говорит она, я поняла, что страдала, когда верила своим мыслям. Перестав верить им, я перестала страдать. И это верно для любого человека. В простоте данного утверждения кроется наша свобода. С его помощью я пришла к выводу, что страдать необязательно. И обрела в себе источник радости, который никогда не иссякнет. Такой же источник есть в каждом человеке, всегда.
Очень скоро слухи о «лучезарной леди» распространились по Барстоу, родному городу Кейти, и люди начали искать встреч с ней. Они хотели узнать, как можно обрести присущую Кейти свободу. И очень скоро она убедилась, что людям не столько нужно ее личное присутствие, сколько возможность самим испытать пережитый ею опыт. Метод самопознания Кейти, который она называет «Работа», является словесным выражением безмолвных вопросов, возникших в ее сознании тем судьбоносным февральским утром. Методика Кейти простая, но чрезвычайно эффективная. Чтобы заняться «Работой», достаточно вооружиться ручкой и листом бумаги. И открыть свой ум для нового опыта. После того как стали распространяться слухи об удивительной духовной трансформации людей, попробовавших «Работу», Кейти начали приглашать представить свою методику широкой публике. Сначала она проводила свои семинары в Калифорнии, потом по всей Америке и в Европе. А теперь имя Кейти Байрон знает весь мир.
Вот уже пятнадцать лет Кейти путешествует по миру и рассказывает о «Работе» сотням тысяч людей на лекциях, семинарах, в больницах, тюрьмах, церквях, в офисах крупных компаний и общественных организаций, в университетах и школах, на воскресных курсах, а также на своих девятидневных курсах, посвященных методике «Работы».
Кейти мало знакома с классическими философскими произведениями. До нашей встречи она даже не слышала о Дао Дэ Цзин. Но зато этой удивительной женщине известно многое о радости, спокойствии и работе ума. О том, как он способен сделать нас жалкими и несчастными или как с его же помощью мы можем стать свободными. Поэтому Лао-цзы для Кейти своего рода коллега, человек, сотни лет назад занимавшийся тем же, что и она. И несмотря на то, что Лао-цзы давно уже нет в живых, для Кейти он – собеседник. Поэтому ее книга воспринимается как разговор двух Мастеров. Продолжая, подобно Лао-цзы, рассуждения на тему спокойствия ума, Кейти в своей книге рассматривает основополагающие принципы Дао Дэ Цзин, но только более многогранно, учитывая влияние разных обстоятельств.
Вот как родилась эта книга. Когда я впервые увидел Кейти, то был до глубины души поражен ее открытостью и мудростью, которая казалась чем-то едва осязаемым, прозрачным. В том, что касалось интеллекта, она была абсолютным ребенком: Кейти мало читала и ничего не знала о буддизме, даосизме и прочих духовных традициях. Она опиралась только на свой собственный опыт. С ее уст порой слетали удивительные по глубине слова, очень сильно напоминавшие отдельные цитаты из Сутр или Упанишад. Причем Кейти даже не осознавала, что их мог произносить кто-то до нее. На заре нашего брака я, движимый обычным любопытством, начал зачитывать ей отрывки из книг великих духовных учителей: Лао-цзы, Будды, мастеров Дзен, Спинозы и других. (Кейти называла их всех «твои усопшие друзья».) Она внимательно слушала все, что я ей читал, кивала в знак согласия или говорила: «Это точно» или «Именно так и есть!». А иногда, к моему глубочайшему удивлению, Кейти высказывалась примерно так: «Все это правильно, но до определенной степени. Я бы сказала иначе…»
В конце концов я прочел Кейти мой перевод Дао Дэ Цзин, от первой до восемьдесят первой главы, и записал ее отклики на каждую из них. Именно они стали черновым материалом для этой книги. Иногда я настаивал на том, чтобы Кейти давала свой комментарий к каждой прочитанной фразе. Но чаще она концентрировалась на каком-то одном отрывке или развивала мысль, прослушав всего пару строк из той или иной главы. (Эпиграфами к каждой из глав стали цитаты из Дао Дэ Цзин, которые лучше всего отражают то, о чем говорила Кейти.) Также я просил ее конкретизировать или расширять некоторые идеи или подталкивал ее мысль в направлении, которое казалось мне важным и интересным. Временами Кейти просто не отвечала на мои вопросы, касавшиеся отдельных отрывков. И тогда у меня возникало ощущение, будто я спрашиваю у рыбы, что для нее значит жить в воде. Я предложил Кейти конкретизировать понятия «прекрасный» и «уродливый», поскольку я, например, обожаю Моцарта и не воспринимаю рэп. Это, кроме прочего, помогло ей определить и прокомментировать понятие «шум», которое находится за пределами ее восприятия реальности.
Когда мы впервые заговорили о тексте Дао Дэ Цзин, Кейти спросила меня, что означает «Дао». Я объяснил, что буквально это слово означает «Путь» и используется для обозначения гармоничной, целостной реальности или, в ее терминологии, того, что есть.
Кейти была в восторге. «Только я не понимаю, что значит „гармоничная“, „целостная“ реальность», – промолвила она. – Для меня реальность проста и абсолютно лишена каких-либо тайн. Реальность – то, что ты видишь перед собой. То, что с тобой происходит в данный момент. Когда ты пытаешься спорить с ней, то проигрываешь. Человек, который не способен любить то, что есть, причиняет себе постоянную боль. А я больше не хочу быть мазохисткой».
Я познакомился с Дао Дэ Цзин в 1973 году и стал изучать ее более внимательно в 1986-м, когда приступил к работе над ее переводом. Я ценю эту книгу, как никакую другую в мире, поскольку многим ей обязан и знаю ее силу. (Один мой друг рассказал мне, как в юности справился со своими эмоциональными проблемами благодаря тому, что от корки до корки прочел Дао Дэ Цзин в моем переводе со всеми комментариями и потом неоднократно перечитывал ее в течение года.) Очень приятно осознавать, что существует такой вот учебник искусства жизни, книга мудрая и практическая одновременно. Но одно дело – прочесть о том, как жить в гармонии с обстоятельствами или даже понять, что это означает, и действительно принимать вещи такими, как они есть.
Даже самая мудрая из книг не способна наделить нас собственной мудростью. Поэтому, читая самые глубокие и разумные слова, с одобрением кивая головами на высказывания вроде «Не пытайся контролировать свою жизнь», «Живи в настоящем», «Воспринимай мир как свое „Я“», «Отпускай проблемы», «Доверяй существующему порядку вещей», мы остаемся наедине с простым вопросом: как этого достичь?
Кейти уже написала две книги о том, как прекратить страдание, разобравшись с мыслями, которые заставляют нас страдать. Мыслями, противоречащими реальности. Никто из нас не умеет просто отпустить неприятную ситуацию, но каждый в состоянии научиться исследовать свои негативные, тревожные мысли. Например, если вы огорчены или подавлены, и вам кажется, что отделаться от этого тягостного чувства невозможно, исследуйте свои мысли, которые утверждают: «Мое положение ненадежно», «Я никогда не смогу сделать это», «Она не должна была бросать меня», «Я слишком толстая», «Мне нужно больше денег», «Жизнь несправедлива». И, разобравшись с ними, вы больше никогда не будете прежними. Потом вы сами решите, делать ли вам что-то в вашей ситуации или лучше оставить все как есть. Но очевидно одно: ваша жизнь после подобного опыта прояснится, вы почувствуете умиротворение и уверенность в себе. Ваш ум очистится, и реальность начнет свободно проявляться через вас – без усилий с вашей стороны, но с радостью и добротой, о которых Лао-цзы писал в своей книге. И хотя реальность нельзя описать словами, Кейти говорит, что у радости тысяча имен. А поскольку все мы неотделимы от реальности, то радость, по сути, является основой нашей сущности.
Под словом «исследование» в последующих главах Кейти подразумевает «Работу». Которая состоит из четырех вопросов и того, что Кейти называет «разворотом», или же способом пережить противоположное тому, во что вы верите. Вот эти вопросы:
1. Это правда?
2. Можете ли вы абсолютно точно знать, что это правда?
3. Как вы реагируете, когда появляется эта мысль?
4. Кем бы вы были без этой мысли?
Когда вы впервые сталкиваетесь с этими вопросами, они могут показаться мало вразумительными. Единственная возможность понять, как они работают, – задать их себе. Но, даже просто наблюдая за тем, как другие люди задают себе эти вопросы, вы получите намек на их силу или же сможете ощутить ее во всей полноте. Если вы отвечаете на вопросы искренне, они оживают и как будто отражают ту истину, которую мы не замечаем, оглядываясь по сторонам. На следующих страницах вы познакомитесь с несколькими подробными примерами того, как другие исследовали свои негативные мысли под руководством Кейти, которая, несмотря на меткие и порой колкие комментарии, полна искренней любви к людям. (Вы можете ознакомиться с детальными инструкциями по выполнению «Работы» в приложении, прочесть книгу «Любить то, что есть» или посетить веб-сайт Кейти www.thework.com.)
Методику «Работы» окрестили селф-хелпом, но она гораздо шире. Работа – это самоосознание, которое ведет к прекращению страданий. Когда мы сами исследуем мысль, причиняющую нам боль, то понимаем, что она не является истиной. Мы устанавливаем причину и видим следствие такой мысли, трезво смотрим на то, сколько боли или неудобств причиняет нам вера в ее истинность. А потом мы заглядываем в пустое зеркало и видим мир за нашими представлениями о мире. Мы понимаем, какой станет наша жизнь без этой мысли. И, в конце концов, переживаем опыт, противоположный тому, в который так упрямо верили. Глубоко исследуя свои негативные мысли, мы лишаем их силы и дальше причинять нам боль. А со временем подобные мысли вообще перестают посещать нас. «Я не отгоняю от себя неприятные мысли, – говорит Кейти. – Я подхожу к ним с пониманием. И они сами покидают меня».
Да, несомненно, глубокое исследование своих мыслей – задача не из легких и требует смелости, особенно если уже ощущаешь эти мысли как неотъемлемую часть себя. В своей книге «Тысяча имен радости» Кейти дает читателям превосходную возможность убедиться в том, какая упоительная свобода открывается благодаря исследованию своих мыслей. Как вы уже, наверное, поняли, данная книга намного больше, чем просто комментарии к Дао Дэ Цзин. Это возможность проникнуть в глубины своего существа и узнать больше о жизни женщины, которая вот уже двадцать лет живет так, как учил Лао-цзы. Глубокая, наполненная радостью мудрость Кейти не просто теория, а живая и эффективная методика работы с мыслями. Именно благодаря этой мудрости книга получилась настолько яркой и убедительной. «Тысяча имен радости» – портрет невозмутимо жизнерадостной женщины. Она умеет радоваться жизни в любой ситуации: танцует ли она со своей новорожденной внучкой на руках или обнаруживает, что ее дом ограбили, стоит ли лицом к лицу с преступником, который собирается лишить ее жизни, или же просто идет на кухню. Она с одинаковым спокойствием и жизнерадостностью узнает о том, что слепнет, больна раком или провалила тест на то, насколько она потрясающая любовница. Книга Кейти не просто описывает состояние пробужденного ума и повествует о том, как спокойно воспринимать любые обстоятельства. Она дает вам возможность самим понять и прочувствовать эти состояния.
Наверное, вы уверены в том, что свобода, доступная просветленным мудрецам и духовным учителям древности, недостижима для современных людей, и тем более для вас. Книга «Тысяча имен радости» заставит вас поверить в обратное.
Стивен Митчелл
Примечание: Хотя классический китайский текст и лег в основу моей книги «Дао Дэ Цзин в новом переводе», вам нет необходимости знакомиться с первоисточником, чтобы наслаждаться книгой Кейти. Но несмотря на то, что «Тысяча имен радости» должна читаться как самостоятельный текст, каждая из ее глав имеет отношение к соответствующей главе моей книги. Поэтому желательно все-таки читать их параллельно.
У радости тысяча имен
Введение
Дао Дэ Цзин – необыкновенно точное описание ума, который пребывает в гармонии с обстоятельствами. Древний Китай, современная Америка – какая, собственно, разница? Время и пространство не имеют значения.
Когда вы не верите своим мыслям, жизнь становится легкой и непринужденной, не требующей усилий, инертной. Мой опыт говорит мне о том, что смятение и есть страдание. Замешательство возникает, когда вы пытаетесь спорить с тем, что есть. Когда вы точно знаете, каким именно должно быть то, чего вы хотите. Поэтому, желая чего-то, сильно отличающегося от того, что есть, вы действительно испытываете замешательство.
Исследуя свои мысли, вы понимаете, как приверженность некой идее или убеждению заставляет вас страдать. Покой – естественное состояние нашего ума. Когда на его горизонте появляется мысль, покой нарушается. Затем мысль прочно обосновывается в уме, вы верите в нее, и покой исчезает. Вы замечаете в себе напряженность, близкую к стрессу. И это ощущение говорит о том, что вы сопротивляетесь реальным обстоятельствам, поверив своей мысли. Другими словами, бросаете вызов реальности.
Но когда вы начинаете исследовать мысль, которая за всем этим стоит, вы понимаете, что она не истинна. И снова оказываетесь за рамками придуманной вами истории. Ее иллюзорный мир рушится в свете осознания, и остается только то, что есть на самом деле. Спокойствие – это вы такие, какие есть, без всякой выдуманной истории. И так до тех пор, пока не появляется следующая гнетущая мысль. Но если вы приучите себя исследовать каждую свою мысль, то со временем этот процесс станет естественным. Вы будете осознанно воспринимать любую появляющуюся мысль.
Когда в Дао Дэ Цзин упоминается «Мастер», то речь идет всего-навсего о человеке со спокойным умом, который любит то, что есть. В этой книге я часто использую слово «мастер», поскольку оно присутствует в Дао Дэ Цзин, правда, с местоимением «она», потому что все, о чем пойдет речь, – мой личный опыт. Однако обычно я не часто прибегаю к словам «мастер» или «учитель». Ведь тогда получается, что не все мы можем быть наставниками и учителями. А это неправильно. Каждый из нас наделен мудростью в равной мере. Один человек не может быть мудрее другого. И, в конце концов, никто не сможет стать для вас лучшим учителем, чем вы сами.
Я не даю советов. Каждый из вас сам знает свой путь, и я доверяю вам. На протяжении сорока трех лет я не имела ни малейшего представления о моем пути. Пока в один прекрасный день не нашла его. Или, может быть, просто стала достаточно открытой для того, чтобы мой путь меня нашел. Поэтому я верю в вас и знаю – вы тоже способны обрести свой путь. Никто не лучше и не хуже другого.
Не существует гуру, способных по мановению волшебной палочки сделать вас просветленными. Но если духовный наставник – это человек, который доволен жизнью, не спорит с реальностью, движется по жизни радостно и без усилий, принимая вещи такими, какие они есть, тогда, кто знает, может быть, я и есть такой наставник.
Я открыта любым мыслям, любому опыту, который несет мне жизнь. Я исследовала свои мысли и пришла к выводу, что они ничего не значат. Я свечусь изнутри радостью понимания. Мне известно страдание, я познала радость, и я знаю, кто я есть. Я есть то же, что и вы, даже если пока вы еще этого не осознали. Прекрасно, когда у тебя нет истории, нет прошлого и будущего, тебе не о чем волноваться, нечего делать, некуда идти и некем быть.
1Дао, о котором можно рассказать, не есть вечное Дао
Невозможно передать реальность словами. Пытаясь сделать это, вы ее ограничиваете. Вы втискиваете ее в рамки существительных, прилагательных и глаголов и тем самым отрезаете себя от вечного потока. Дао, о котором можно поведать, не есть вечное Дао, поскольку попытки рассказать о нем ограничивают его временем. Оно перестает существовать при самой попытке дать ему некое имя. Как только вы даете чему-то название, оно перестает быть вечным. «Вечный» означает свободный, лишенный границ, не имеющий места во времени и пространстве, существующий без преград.
Не существует названия и для той, которая сейчас сидит в кресле. Я – опыт вечного. Даже при мысли «Бог» все замирает и воплощается во времени. И точно так же, как я своей мыслью создала «Бога», я создаю и «не Бога». Механизм замещения один и тот же – подумав «дерево», вы создаете «дерево» и «не дерево». Пока нет названий, в мире не существует вещей, он лишен смысла.
В мире, где нет слов и вопросов, царит мир и покой. Тот покой, та радостная тишина, в которой на каждый вопрос уже существует ответ. В этом мире, предшествующем словам, есть только одна реальность, неделимая, неосознаваемая, уже существующая. Все вещи, явно отделенные друг от друга, не могут быть реальными, поскольку ум уже дал им наименования. Когда мы понимаем это, нереальное становится прекрасным, ведь нет ничего, что могло бы угрожать реальному. Я никогда не рассматриваю вещи отдельно друг от друга и не ограничиваю их названиями – «дерево», «ты» или «я». Все они только в моем воображении, независимо от того, верю я в них или нет.
Стремление дать всему название лежит в основе существования всех тех конкретных вещей, составляющих иллюзорный мир, мир сновидений. Первый сон – оторвать часть от целого и назвать ее «дерево». Я называю это «мышлением первого поколения». Затем одна мысль порождает другую, и так получаются «большое дерево, красивое дерево, дерево, под которым я хотел бы посидеть, дерево, из которого получится отличная мебель, дерево, нуждающееся в спасении». И сны продолжают сменять друг друга. Ребенку требуется всего мгновение, чтобы уйти в мир снов, погрузиться в сны о мире. А вам понадобится одно мгновение, чтобы усомниться в снах, разрушить чары и быть благодарным Дао за все – дерево и не дерево, мир и не мир.
Когда ум верит в то, о чем думает, он дает названия тем вещам, которые не имеют названия, тем самым пытаясь сделать их реальными с помощью имен. Ум верит в реальность имени и в то, что сам он отделен от внешнего мира. Подобное убеждение ума – иллюзия. Весь мир – всего лишь проекция. Когда ты загнан в угол и напуган, мир кажется враждебным; а если ты любишь то, что есть, весь мир кажется наполненным любовью. Внутреннее и внешнее всегда совпадают. Они – отражение друг друга. Мир – это зеркальное отображение нашего ума.
Когда вы не верите своим мыслям, вы свободны от первозданного желания видеть реальность не такой, какой она является. Вы осознаете бессловесное, немыслимое. Вы понимаете, что любая тайна – плод вашего собственного творчества. На самом деле никаких тайн не существует. Все так же ясно, как день. Все просто, потому что за этим ничего нет. Просто еще одна история, которая рождается сейчас. И только.
В конце концов «тайна» равна «воплощению», если просто смотреть под другим углом. Весь мир – оптическая иллюзия. Он – это вы, обезумевшие и жалкие, или вы, счастливые и умиротворенные. В конце концов «желание» равно «не желанию». Желание – дар, умение подмечать. Все в жизни происходит для вас, а не с вами.
Я тщательно исследовала свои мысли и пришла к выводу, что спорить с реальностью – безумие. Я всегда хочу одного: пусть происходит то, что происходит. Например, моя мать, которой уже девяносто лет, умирает от рака поджелудочной железы. Я ухаживаю за ней, готовлю и убираю, сплю рядом с ней, живу в ее доме двадцать три часа в сутки (только на один час муж забирает меня на утреннюю прогулку). Так продолжается уже месяц. Порой мне кажется, что ее дыхание – пульс моей жизни. Я купаю ее, подмываю, как младенца, я даю ей лекарства и чувствую огромную благодарность. Как будто это я сама умираю от рака и последние дни сплю, смотрю телевизор, разговариваю и пью самые замечательные болеутоляющие таблетки из всех.
Я восхищаюсь красотой и совершенством ее тела, моего тела. И в последний день жизни моей матери, когда я буду сидеть у ее кровати, дыхание ее прервется, но я знаю: это всего на мгновение. И через некоторое время дыхание снова прервется, и я знаю – наши глаза закроются, и через мгновение матери не станет. Я пристальнее всматриваюсь в глаза, которые покинул ум, бессмысленные глаза, глаза без ума. Я жду каких-то изменений. Я жду, когда же в этих глазах покажется смерть, но ничего не меняется. Моя мать сейчас такая же, какой был всегда. Мне нравится моя история о ней. А как еще она могла существовать?
Мужчина приставляет дуло пистолета к моему животу, отводит курок и глухо произносит: «Я убью тебя». Я шокирована тем, насколько серьезно он воспринимает свои мысли. У той, которая отождествляется со мной, сама мысль об убийстве вызывает чувство вины, поскольку убийство обрекает на страдания. Поэтому я прошу его, настолько мягко, насколько могу, не делать этого. Я не говорю ему, что думаю не о своем, а о его страдании. Но он отвечает мне: «Я должен тебя убить», и я его понимаю. Я помню, как еще в своей старой жизни я тоже хотела делать какие-то вещи. И поэтому благодарю его за то, что делает для меня все возможное. И отмечаю, как сама удивляюсь. И вот так она умирает? Так кончается ее история?
И пока радость жизни наполняет меня, я, как чудо, ощущаю то, что моя история до сих пор продолжается. Мы никогда не можем знать ее конца, даже если она кончается прямо сейчас. Меня трогают небо, облака и посеребренные лунным светом деревья. Я радуюсь тому, что не упущу ни одного момента, ни одного вдоха этой потрясающей жизни. Я спокойно жду. И в конце моего ожидания он не нажимает на курок. Он не поступает так с собой.
И то, что мы называем «плохим», и то, что считаем «хорошим», происходит из одного источника. И источник этот, из которого происходит все сущее, Дао Дэ Цзин называет «Тьма». Какое прекрасное название (если нам вообще нужно давать названия вещам)!
Тьма – наш источник. В конце она поглотит все. Сущность тьмы – любовь, хотя в своем невежестве мы награждаем ее такими эпитетами, как «страшная», «ужасающая», «непроглядная», «невыносимая». Мы испытываем стресс, поскольку верим в воображаемый образ тьмы. Мы представляем ее чем-то чуждым, далеким и проецируем на нее свой страх и замешательство. Но в реальности тьма всегда щедра и великодушна.