Ведьмы. Лабиринты памяти
- -
- 100%
- +
– У нас туда девочка одна кстати уехала, – заметила Людмила, и пояснила – медсестра. Там новую больницу открыли недавно.
– Я там был, – заявил Олег.
– Да что ты?! – воскликнула Людмила, оборачиваясь к нему, – Тебе кажется.
– Нет, – Ответил Олег, – мы там «Изабеллу» пили и виноградом закусывали. А Маринка потом еще шутила, что виноград с виноградом…
– Кто такая эта Маринка? – взвилась Людмила, вскакивая.
– Никто, – быстро сказал Олег, но Людмилу было уже не остановить:
– Опять ты начинаешь! Мы же договорились начать всё с чистого листа! – глаза девушки налились слезами, а рот некрасиво набух и скривился, – Тебя никто не искал, ты это понимаешь? Если и была у тебя какая-то Маринка, то ты ей не нужен!
– Я курить пошел, – рыкнул Олег, направляясь к балкону.
– Тебе нельзя курить! – крикнула вслед ему Людмила.
– Отстань, а? – ответил девушке нежный жених и захлопнул дверь так, что задрожали стекла.
Людмила вернулась в ванную и продолжила стирку. Она остервенело полоскала и терла ни в чем не повинный пододеяльник, мысленно ведя непримиримый спор, предоставляя всё новые аргументы, унижая и раня обидчика.
Совместная жизнь с Олегом оказалась совсем не такой, как Людмила себе представляла. Сначала всё было совсем не плохо. После выписки из больницы Олег сразу поселился в крошечной однокомнатной квартирке Людмилы. Родители девушки были пенсионерами и проводили лето на даче, таким образом жилище было в полном распоряжении молодежи. Людмила как могла окружила неулыбчивого кавалера заботой. Было видно, что и он изо всех сил старается быть внимательным и добрым. Олег помогал девушке по дому, старался во всем быть полезным. Но иногда создавалось впечатление, что он всего лишь играет роль в постановке, которая ему вовсе не нравится. Он обнимал Милу и занимался с ней любовью, приносил цветы и говорил ласковые слова. Но безошибочным женским чутьем Людмила понимала, что Олег её совсем не любит, и при первой возможности оставит. Вдобавок оказалось, что и в хозяйстве от него не много толка. Однажды Людмила попросила Олега отшлифовать отцовским рубанком подоконник на балконе. Результатом трудового подвига была жуткая рана на ладони. Если бы Людмила не была медиком, и Олег попал бы к врачу на час позже, ни один специалист не смог бы вернуть подвижность кисти. Слава Богу, всё обошлось! Позже выяснилось, что починить конфорку на газовой плите предполагаемый жених тоже не умеет. Мастер ремонтного цеха удивленно оглядывал предлагаемый фронт работ, и всё время предлагал «вызвать специалиста с руками». Это бесило до слез, но Людмила старалась быть понимающей и всё списывала на последствия травмы.
Девушка выделила из своих сбережений довольно крупную сумму Олегу на одежду, ведь у него было только то, в чем он приехал из больницы. Остальные вещи, которые приносил уже бывший начальник, Олег оставил в палате. Сказал, что забыл, а когда вернулся, сумку уже украли, но Людмиле казалось, что это просто оправдание. Из магазина Олег принес двое трусов, носки, простую черную футболку и джинсы! Денег не осталось ни копейки. Вместо того, чтобы приобрести множество практичных вещей отличного качества, в которых он мог бы легко ходить до осени и даже дольше, он приволок дороженные заграничные тряпки, на которые приличный человек даже и не взглянул бы. При этом Олег хвастался, как зашел в магазин, где продавали «жесть и отврат», и ничего не купил, зато в соседнем сквере познакомился с «отличным парнем», который продал ему классные голубые джинсы и футболку, и даже на трусы еще осталось. Тогда они первый раз серьезно поругались. Людмила остервенело хлестала Олега злополучной футболкой, и едва сдерживая слезы кричала, что копила эти деньги несколько месяцев, откладывала каждый рубль, а теперь ничего нет. Олег уворачивался и слабо отрыкивался, что мол есть же джинсы и футболка, и пока он будет ходить в них, а деньги снова появятся. Стоит отметить, что зарабатывать деньги Олег действительно начал очень быстро. «Отличный парень» из сквера сказал, что его приятели занимаются ремонтом квартир и будут рады дополнительным рукам даже если помощника придется всему учить. Так же иногда Олег подменял знакомого водителя, подрабатывая по вечерам частным извозом. Людмила вспомнила как однажды Олег явился далеко заполночь, пьяный, в новенькой кожаной куртке, небрежно накинутой на плечи и долго рассказывал, как они «с отличными парнями» встречали из аэропорта «классного мужика», который всю травил шутки про радиоактивность и скелетов на немецком, а Олег переводил.
– Так ты, что, немецкий знаешь? – обомлела тогда Людмила.
– Ja, meinSchatz (да, моя драгоценная) – промурлыкал Олег, улыбаясь, и скрылся в ванной.
Он не заметил, как побледневшая Людмила обессиленно сползла по стенке, усевшись на подставку для обуви.
Но если закрыть глаза на эти странности, Олег был не плохим парнем, вполне подходящим для совместной жизни. Даже лучше многих. Он почти не пил, а если и пил, то Людмилу не обижал и не дрался, «на хозяйство» деньги давал без напоминаний, частенько приносил девушке приятные пустячки, которые так любят представительницы прекрасного пола. А то что вещи дорогие любит, так мало ли у людей странностей? Может впервые такое в городе увидел и не удержался, купил. Со временем научится.
Раздался негромкий стук в дверь, и Людмила обернулась на звук. На пороге показался Олег с большим яблоком в руке. Он протянул плод девушке:
–Мирись-мирись?
–У меня руки мокрые, – улыбнулась Людмила, снова становясь Милой-Милочкой.
– Кусай, – предложил Олег, одной рукой обнимая девушку, а другой поднося яблоко к её губам. Он поцеловал её в макушку и прижался щекой к тому месту, где целовал.
– Дураки мы, да? – спросила Людмила.
– Ну, – ответил Олег, – не буду больше курить.
– Ага, врач сказал, вредно, – Людмила заглянула Олегу в глаза, для чего пришлось немного отстраниться, и быстро спросила, – Может поженимся?
И тут же пожалела о своих словах. Олег заметно напрягся и начал что-то увлеченно разглядывать где-то у Людмилы за ухом.
– Люд, давай попозже?
– Чего ждать-то? – спросила девушка
– Ну как нам жениться, ни жилья, ни денег, ни работы нормальной у меня, – Олег укусил от общего яблока и осторожно погладил Людмилу по спине, – Потерпи немного?
– Родители уже скоро приедут, что им говорить будем? – Мила решила идти до конца, – Мама отцу не говорит, что мы вместе живем, сам понимаешь. Как ему это понравится?
– Пора съезжать? – улыбнулся Олег.
– Нет, что ты! – испугалась Людмила, – Просто не по-человечески как-то, – и тут же спросила – Ты же меня любишь?
– Конечно! – ответил Олег, снова прижимая её голову к своему плечу.
Ему было неловко и стыдно от этих вопросов. Людмила очень нравилась ему. Она была веселая, добрая, изумительная хозяйка, и прехорошенькая к тому же. С ней было спокойно и просто. Людмила так восхищалась Олегом и так явно старалась во всем ему угодить, что становилось тошно от этой сладости. Олег чувствовал себя мухой в банке с вареньем –вкусно, вольготно, но лапки с каждой секундой всё сильнее вязнут в сиропе и намокают крылышки, лишая возможности улететь. Думал Олег конечно другими словами, но смысл такой. Он был на сто процентов уверен, что никогда на Людмиле не женится.
– Олег, давай переедем? – вдруг предложила девушка, снова выворачиваясь из-под его руки, – Просто вместе, без свадьбы?
– Куда, например? – поинтересовался он.
– Да вот хоть в тот городок про который передача была, – оживилась Людмила, заметив, что Олегу её идея пришлась по вкусу, – напишем Татьяне, с нашей больницы, которая уже переехала, спросим, что к чему.
– Если рабочие места есть, то и общежитие, наверное, дадут, – рассудил Олег, – Ты – умница у меня, Людмилка!
Вопрос с переездом решился за пару недель, оказалось, что информация о вакансиях на новом месте есть в отделе кадров той больницы, где работала Людмила. Людмиле предложили место медсестры в родильном отделении новой больницы, а Олегу – мастера по отделочным работам, на некоторых этажах всё ещё продолжался ремонт. Так же молодым специалистам выделялись комнаты в общежитии и небольшая сумма «на обустройство». Вопрос о женитьбе больше не поднимался, хотя и очень беспокоил Людмилу. Оформление отношений позволило бы претендовать на отдельную жилплощадь и на большую сумму подъемных, но Олег молчал и ссориться с ним не хотелось.
Глава 4.2.
Продукты в дорогу было решено купить на городском рынке, куда Людмила и Олег направились в последний выходной. Рынок представлял из себя множество торговых палаток, выставленных в строгом порядке. Здесь можно было приобрести одежду, предметы домашнего обихода, кое-какие инструменты и детали, поделки, сувениры, детские игрушки. В центре рынка располагалось капитально выстроенное здание, где продавали продукты питания.
Олег и Людмила неторопливо прогуливались между рядами, изучая ассортимент. Посмотреть и правда было на что: на широких прилавках ровными рядами высились бутылки с молоком и простоквашей, заботливо прикрытый марлей дозревал домашний творог, в большом чане дожидалась своих покупателей жирная аппетитная сметана, а с краю скоромно примостились кусочки сыра.
Мясная лавка так же радовала изобилием. В отличие от магазина, здесь можно было выбрать птицу, найти подходящее мясо на суп или жаркое, или побаловать себя отменными субпродуктами.
От лотка с рыбой во все концы помещения разносилось ни с чем не сравнимое амбре, но и там тоже змеилась очередь, ведь смешливая толстая продавщица в клеенчатом переднике громко завлекала покупателей присказками типа «Покупай мою селедку и на ужин съешь в охотку».
– Закуси селедкой водку, – выдал свой вариант кто-то из очереди.
Олег и Людмила, улыбаясь прошли дальше. Перед ними переливались всеми цветами радуги фрукты, овощи и зелень. Черешня и вишня, стояли рядом, приманивая покупателей своими чудными ароматами. Желтые абрикосы, кое-где украшенные россыпью розовых точек, сами походили на маленькие солнышки.
Укроп и петрушка были сложены ровными аккуратными пучками и заботливо поставлены в воду, чтобы не завяли, помидоры поражали воображение всеми оттенками красного, свежие огурчики, выложенные рядом, словно грели под яркими лучами свои зеленые пупырчатые бочка. Компанию им составлял алый редис, продававшийся как вместе с зелеными листьями, так и без.
Рядом предлагали орехи и сухофрукты. Они были разложены по небольшим холщовым мешочкам, раскрытым, чтобы покупатели сами могли насыпать себе то, что им приходилось по вкусу. Олег набрал большой кулек фундука, и грецких, и даже миндаля, присыпав это великолепие курагой. Кулек он теперь нёс в руке, периодически запуская пальцы внутрь и выуживая лакомства. Людмила смотрела на то, как жених тайком вытирает липкие руки о брюки, и недовольно кривилась. Девушка самостоятельно приобрела несколько помидорин и огурцов, немного картофеля и лука, пару яблок и пучок зелени для салата. Набралась довольно тяжелая сумка, которую Олег без слов подхватил, но после этого снова ушел в свои мысли.
– Мил, а мы зачем столько набираем? – вдруг спросил он, – Нам же уезжать.
– Как зачем? – не поняла девушка, доставая из кармана ещё одну сумку, – В дорогу возьмем с собой. Нам же надо чем-то питаться.
Она уложила в сумку хлеб и половинку батона, печенье, суп быстрого приготовления «из звездочек» и ещё что-то мелкое и сыпучее, сбоку втиснула бутылку молока.
– Что, в поездах не кормят теперь? – отчего-то начал раздражаться Олег, наблюдая за девушкой, – Давай по бутерброду с мясом сделаем и всё?
Людмила всплеснула руками:
– Как всё? А потом ты что есть будешь?
В ответ Олег пробурчал что-то по поводу посещения вагона-ресторана. Которые, мол, есть в каждом поезде.
– А что в ресторан-то? – ехидничала Людмила, – Давай уж тогда пусть нам в купе яства носят? Мы ведь баре!
Она отвернулась и, поставив сумку на землю, стала в ней ожесточенно рыться.
– Олег, – не выдумывай глупостей, – проговорила она, поднимаясь, в руках ничего не было – Сварим картошечки, намоем помидорчики, огурчики, яиц тоже возьмем, и будет нам славно.
– А огурчиков маринованных? – хитро спросил Олег
– И маринованных тоже, – улыбнулась девушка.
Пошатнувшийся мир был восстановлен. Олег заверил девушку, что её стряпня гораздо лучше ресторанной (что, к слову сказать, было правдой), А Людмила согласилась сделать из указанных ингредиентов большой сложный салат, который можно было заправить майонезом или залить квасом и получить окрошку. Бутерброды «с мясом» Олег тоже отстоял.
– Олег, ты ещь, как мясорубка, – ласково укорила жениха Людмила.
– А то! – согласился он, шутливо позерствуя, – Зато я здоровый и сильный!
– И скромный! – не удержалась от колкости девушка. Она поднялась на цыпочки и звонко чмокнула жениха в щеку.
Они выбрали в лавке симпатичный кусочек говядины, кое-где расчеркнутый светлыми жилками и договорились сварить его с перцем и солью, а затем нарезать на ломтики. Запечь, конечно, было бы лучше, но никому не хотелось заводиться на целый вечер с фольгой и духовкой. Мясо предполагалось класть на хлеб, дополнив бутерброд огурцом или помидором. Олег любил ещё капнуть майонеза, чтобы склеить слои кушанья, но в дороге соус мог испортиться, и его Людмила предложила взять отдельно и добавлять по мере надобности.
Обсуждая вечернее меню и другие хозяйственные дела двинулись к выходу. Олег ловко лавировал между другими покупателями, плечом освобождая дорогу и для Людмилы. Было довольно жарко и от некоторых прилавков по полу протянулись грязные ручейки, которые приходилось обходить или перепрыгивать. Холодильники не справлялись с нагрузкой. Людмиле стало дурно, и она обрадовалась, что скоро окажется дома.
Напоследок задержались у открытого лотка со всякой всячиной. Олегу понадобились батарейки. На прилавке была беспорядочно набросана неизвестная металлическая мелочь, к которой почти все мужчины испытывают непонятную тягу. Олег купил в соседнем лотке воды для Людмилы и стал увлеченно копаться в железяках, попутно что-то обсуждая с продавцом. Неопрятного вида мужчина сидел на раскладном стульчике с тканевым сиденьем и курил. Он не встал при виде покупателей, как это делало большинство продавцов, но тем не менее с удовольствием отвечал на вопросы. Нашлись у него и батарейки, причем нескольких видов, что было весьма удивительно.
Стол был внахлест застелен газетами. Внезапно перед глазами Олега, сосредоточенно выбиравшего «что-нибудь ещё», промелькнул край фотографии, привлекший его внимание. Мужчина удивленно поднял брови и разгреб клубок проводков, громоздившийся сверху.
– Интересная пара, – заметил он.
– Ну да, – согласился продавец.
Олег не отрываясь разглядывал изображение: Фотограф поймал момент, на котором мужчина и женщина выходили из какого-то здания. Вид у обоих был отстраненный и холодный, но за внешним равнодушием явно читалось напряжение и какой-то надрыв. Мужчина похож на военного или большого начальника: царственная осанка, надменный орлиный взор, сурово сжатые челюсти. Такой легко может на кого угодно нагнать страху. Мужчина осторожно поддерживал спутницу за плечи, помогая спускаться по ступеням. Женщина была одета в длинный плащ, светлого цвета, волосы скрывались под косынкой. «Странно, – подумал Олег, – Чего она в платок-то вырядилась?» И сам удивился, как будто он мог знать, носит дама на фото платки или нет. Она смотрела прямо перед собой, позволяя разглядеть крупные благородные черты: правильный овал лица, длинные аккуратные брови, прямой нос, темные губы, скорее всего умело подкрашенные яркой помадой.
– Какая красивая, – похвалил Олег.
– Может актриса, – равнодушно пожал плечами продавец. Он принялся перечислять когда-либо виденные фильмы, примеряя к роли к женщине на фото и все отвергал.
– Да нет, из приезжих кто-то, – встрял пузатый мужик в клетчатой рубашке, стоявший рядом, – Вы на газету-то гляньте.
Все как по команде уставились на край названия, торчавший из-под верхнего слоя газет: «…варии», – вот что там было написано, а строчкой ниже заглавные буквы «… АЭС».
– Их тут много толклось сразу как всё случилось, – продолжал «клетчатое пузо», – То замеряли, то проверяли, – он подтянул штаны, – Но женщина красивая, согласен.
– Олег, может хватит женщин разглядывать, – раздался недовольный голос, – Сколько можно?
Людмила быстро подошла к жениху и взяла под руку, намереваясь увести от прилавка. Олег быстро рассчитался с продавцом и, ещё разок взглянув напоследок на фото, пошел с девушкой.
***
На следующий день Олег вновь проснулся без настроения. Ему всю ночь снились кошмары. Теперь их главными участниками стали люди с фотографии, то появлявшиеся из неоткуда, то вновь растворявшиеся в непроглядных сумерках сознания:
– Ну, молодой человек, – отчитывал его суровый мужчина, – Как вы полагаете решать этот вопрос? … Какая чудовищная безответственность, в вашем возрасте!
Он таял в клубах серого нечто, уступая место женщине в платке. Красивая дама прижимала его к груди, как маленького. Но Олег почему-то не отстранялся, а наоборот наслаждался прикосновениями легких теплых рук.
– Том, ну хватит тебе! – возникал в голове её бархатный голос.
Потом мужчина и женщина долго вальсировали, оглушительно смеясь и каркая. Время от времени Олег присоединялся к ним, и от этого начинала кружиться голова. Причудливые изломанные фигуры сплетались немыслимыми узорами, не позволяя увидеть, что же скрыто за их нагромождением. Олег всё силился заглянуть за эту завесу, и не мог. Он так и блуждал до рассвета в клубах темного дыма, то и дело натыкаясь на невидимые препятствия, заставлявшие бесконечно толкаться на одном месте.
За завтраком Олег не смог проглотить ни кусочка из заботливо приготовленных Людмилой блюд. Он налил в кружку кофе и осторожно прихлебывал, ожидая, когда же предметы перестанут плясать перед глазами. Больше всего состояние напоминало банальное похмелье. Олег подумал, что ему было бы не так обидно, если бы накануне он действительно перебрал со спиртным. Голова раскалывалась. Его бездействие раздражало Людмилу. Девушка собирала вещи, время от времени покрикивая на Олега. Тот досадливо морщился, обещая всё-всё собрать, но чуть-чуть попозже. Понукаемый невестой он в конце концов кое-как покидал в сумку свои пожитки, после чего сообщил, что готов ехать. Тем не менее сборы продолжались почти весь день. Кроме одежды требовалось взять множество предметов домашнего обихода и хозяйственных принадлежностей. Людмила заворачивала посуду в газеты и заботливо укладывала между мягкими вещами. У Олега создалось впечатление, что она хочет вывезти за раз весь дом, о чем он и сообщил девушке. Они некрасиво поругались, перекидывая плошки из сумки в сумку, а оттуда на диван, сопровождая процесс язвительными комментариями и злыми шутками.
Закончилось всё тем, что Олег попросту сбежал из дома, пообещав вернуться только к вечеру. Честно сказать, без него Людмиле стало спокойнее. Она обстоятельно разложила вещи, перебрав несколько раз и отсортировав, на её взгляд, только самое нужное, приготовила обещанный салат и мясо, отгладила одежду Олега и снова сложила в сумку. Получилось аккуратно и компактно. Так же она поступила со своими вещами, осторожно сложив их ровными рядками. Посуду сложила между одеждой, единственную вазу сунула в рукав свитера, чтобы не разбилась при перевозке. В отдельную сумку поместила то, что должно было понадобиться в дороге: купальные принадлежности, еду, смену одежды для поезда, пару книжек и деньги.
Родители Людмилы не смогли приехать, чтобы проводить дочь, но осенью обещали навестить её на новом месте. Соседка, заглянувшая узнать, как дела, предложилаЛюдмиле поистине бесценный совет, когда та поделилась своими переживаниями. Голосом, не терпящим возражений опытная дама изрекла:
– Так ты забеременей!
– Что? – переспросила Людмила.
– Забеременеть тебе, говорю, надо, – повторила соседка, – И ребеночка родить. Куда он от такого аргумента денется?
– А ведь точно! – прошептала девушка, меняясь в лице от внезапной догадки.
– Эх, молодежь, всему вас учить надо!
Они еще немного поговорили на эту и на другие темы, после чего соседка откланялась, пообещав вовремя поливать цветы. Людмила осталась одна, поджидая Олега. Она в волнении то садилась на диван, то вновь принималась ходить по комнате. Счастье, переполнявшее девушку, было изумительным и ни на что не похожим. Она пыталась вспомнить, когда в последний раз отказывала Олегу в близости из-за «женских недомоганий», и получалось, что очень давно. А значит у них скоро будет настоящая семья! Они поженятся, потому что любят друг друга и скоро у них родится сын или дочка.
Глава 4.3.
Первые недели после переезда пролетели как один день. Расселение, оформление документов для работы и прочие бытовые заботы отнимали море времени. Молодым людям выделили две комнаты в конце коридора. Хозяйственная Людмила планировала, что, если они не поженятся в ближайшее время, можно было бы отделить себе небольшой закуток от общей площади и врезать дверь, получив, таким образом, что-то наподобие прихожей. Олег заметно приободрился, и это не могло не радовать Людмилу. Она не чувствовала усталости отглаживая шторы, намывая и отчищая мебель. То, что не представлялось возможным отчистить, перекрашивалось, драпировалось и маскировалось. Олег заменил скрипящие дверные петли, подтянул на место расползавшиеся ножки кроватей и помог Людмиле перетянуть видавшие виды стулья. Одну из комнат было решено отвести под спальню, а в другой устроить место для приема гостей. Смешливая Люда легко знакомилась с людьми и быстро обросла на новом месте большим количеством приятельниц. По вечерам часто собирались в чьей-нибудь комнате, долго пили чай с домашней выпечкой, делились новостями, планами и дневными заботами.
Олег держался особняком. Ему были чужды посиделки во дворе с пивом и настольными играми, он не имел и не хотел искать общих тем для разговоров с соседями, носил дорогие вещи, неизвестно как появлявшиеся в гардеробе и всем своим видом показывал, что является птицей из совсем другого гнезда. Простые работяги, так же приехавшие на поиски счастья и своего места в жизни тянулись к нему, но столкнувшись со стеной отчуждения быстро прекращали попытки подружиться, сокращая общение до скупых кивков при встрече. Олегу было всё равно.
Он снова видел сны. Каркающий смех много курящей женщины. Мужчина что-то рассказывает рокочущим шепотом. Он старается говорить тише, но голос, как гром – предвестник грозы, заполняет всё пространство. Женщина снова заливается резким хохотом, переходящим в кашель. Олег знал, что дама при этом размахивает рукой с зажатой в тонких пальцах сигаретой вокруг себя, разгоняя то ли дым, то ли собеседников… Легкие прикосновения чего-то родного и теплого, запах кофе с корицей: «Стало маме не под силу мыть лохматого верзилу… чтобы шею вымыть сыну, надо влезть ему на спину…». Олег улыбался этим голосам и просыпался. Ничего. Обрывки воспоминаний таяли в предрассветных сумерках. Олег слушал тихое дыхание доверчиво прильнувшей к нему Людмилы и ждал пока зазвонит будильник.
Работа помогала хотя бы немного отвлечься от тяжелых размышлений. Целыми днями Олег красил, штукатурил, пилил, собирал мебель, в общем, занимался тяжелым физическим трудом, который, как известно, лучше всего помогает разгрузить мозг. Особенно, когда результат труда виден сразу. Больница преображалась на глазах. Новое пятиэтажное здание, ещё пахнувшее свежей краской, было разделено на две части, в одной из которых была больница, а в другой – поликлиника. Обширная территория была обнесена забором из металлических прутьев черного цвета, красиво переплетенных между собой. Вдоль широких асфальтовых дорожек высадили декоративные ели и кустарники. Иногда Олег и Людмила прогуливались между ними после работы.
– Я такая счастливая! – смеялась девушка, доверчиво прижимаясь к кавалеру.
Олег склонен был согласиться. Ему было спокойно и вольготно на новом месте. Людмила не надоедала серьезными разговорами, была мила и нежна. У него была работа, была крыша над головой и даже появились кое-какие планы.
– Люд, давай машину купим? – предложил Олег как –то за завтраком. Занавески топорщились от легкого ветерка, мимолетом заглядывающего в комнату. Было свежо и тихо, только где-то совсем далеко работала бензопила. Скорее всего сотрудники коммунальных служб спиливали лишние ветви деревьев, придавая кронам красивый, ухоженный вид.
– Ну, размечтался – улыбнулась девушка, она ласково взъерошила Олегу волосы и спросила, – денег-то где возьмем?
– Придумаем, – не сдавался Олег, подхватывая Людмилу и усаживая себе на колени, отчего та мгновенно зарделась, – Можем продать что-нибудь ненужное, – продолжил он фразой из мультфильма.