Дай волю чувствам

Глава 3

– Может, предложишь мне выпить? – спросила Роза, когда повернулась и увидела, как Аарон потягивает спиртное.

– Что ты будешь? – спросил он.

– То же, что и ты.

Он кивнул и принялся готовить коктейль для нее. Чтобы чем-то занять себя и отвлечь от воспоминаний о том, как они с мужем занимались когда-то любовью, Роза осторожно подошла и убрала бутылки со стола в кухонный шкаф.

Ее руки дрожали, и ей пришлось подождать, пока они успокоятся, прежде чем убрать последнюю бутылку.

– Тебе не обязательно это делать.

– Я знаю. Как ты думаешь, твоя мать оставила нам что-нибудь поесть?

– Посмотри в холодильнике.

Роза так и поступила, хотя не была голодна. Опять же, она лишь хотела найти какое-то занятие, чтобы отвлечься от боли в сердце.

Холодильник оказался под завязку набит продуктами.

– Как мило с ее стороны! – сухо сказала Роза.

Теперь окончательно стало ясно, что Лиана все тщательно спланировала.

– Еды полно? – спросил Аарон.

– Да.

Роза напряглась, когда муж подошел к ней сзади и заглянул в холодильник.

– Вот это блюдо, кажется, приготовлено специально для сегодняшнего вечера, – она передала его Аарону, лишь бы только тот поскорее отошел. – А остальное придется готовить самим. Тут есть яйца, овощи и тому подобное.

– И мясо в морозилке.

Роза закрыла холодильник.

– Лиана все продумала, не так ли?

– Она всегда все просчитывает наперед, – сказал Аарон и протянул ей бокал с коктейлем.

Между их соприкоснувшимися пальцами словно пробежал электрический разряд. Роза так и не смогла привыкнуть к тому, насколько сильное влечение испытывала к Аарону с самого первого дня их знакомства.

– Просто мама не думает о последствиях.

– Наверное, она прекрасно понимает, что они будут.

Роза сняла фольгу, накрывавшую блюдо с едой, и обнаружила курицу с рисом. Достав две тарелки, она положила себе и Аарону по порции.

– Правда, она никогда не задумывается над тем, какими могут быть эти последствия. – Голос Аарона звучал ровно, но в нем слышалось разочарование, которое он никогда не мог скрыть полностью, если говорил о своей матери. – Ты ведь знаешь, сколько раз мне приходилось сталкиваться с неблагоприятными результатами ее действий. Как в тот раз, когда она подарила свою машину парню, с которым познакомилась на конференции.

Роза кивнула.

– Мама думала, что так ему будет легче добираться до работы и его в таком случае не уволят. А вместо этого парень все-таки потерял работу, потому что не умел водить машину. В итоге он ее продал, из-за чего у него возникли проблемы с полицией – ведь мама не переписала, как полагается, автомобиль на его имя.

– А тебе пришлось все улаживать, – тихо добавила Роза.

Звякнул таймер микроволновки. Роза передала Аарону тарелку с подогретой едой и поставила разогревать свою порцию.

– Извини, мил…

Роза запнулась, потому что вовсе не собиралась называть мужа «милый», да еще и ласково, с любовью.

Виной всему привычные действия: она разогревает ему еду – это было частью их прежней обыденной жизни. Но эта жизнь закончилась. Роза сама сделала такой выбор – не важно почему. И теперь невозможно было вести себя как раньше.

Микроволновка снова звякнула, сообщив тем самым, что еда разогрелась, и Роза поспешила воспользоваться этим предлогом, чтобы повернуться к мужу спиной, пытаясь подавить обуревавшие ее чувства.

– А ты совсем не изменилась, – произнес Аарон в наступившей тишине.

– Нет.

Роза взяла свою тарелку и бокал с коктейлем, села на диван и поставила еду на кофейный столик. Сделав большой глоток спиртного, она продолжила:

– Как я и предсказывала, Лиана упаковала в твой чемодан только пару рубашек и джинсы, которые мне явно велики.

Аарон устроился на противоположном конце дивана.

– Можешь надеть одну из рубашек.

Роза подняла бровь.

– И это не будет тебя… отвлекать?

– Уж не больше, чем то, что сейчас на тебе.

Его взгляд опустился на ее ногу, выглядывающую из разреза платья, а затем поднялся к ложбинке между грудей, виднеющейся в низком вырезе.

– Я пойду переоденусь, – сказала Роза внезапно охрипшим голосом и поставила бокал на столик.

– Это вовсе ни к чему.

Взгляд Аарона переместился на ее лицо, и Роза ощутила, как ее тело медленно охватывает желание.

– Так будет лучше.

– Боишься, что я сделаю то, чего мы оба не хотим?

– Нет. Просто считаю, что нам лучше не пересекать границы.

– А есть ли они, эти границы? – невозмутимо спросил Аарон, но Розу не обманул его спокойный тон – она расслышала в нем опасные нотки. – Я и не знал, что у супружеской пары есть границы.

– Но нас трудно сейчас назвать супружеской парой.

– Разве? Неужели ты послала мне из Кейптауна документы о разводе, а я не получил их?

– Я не подавала на развод. – Роза нахмурилась. – Ты знал, где я жила?

Он кивнул.

– Мне нужно было убедиться, что ты в порядке. Она закрыла глаза.

– Мне жаль. Я и не думала…

– Что я захочу убедиться, жива ли ты?

– Я взяла только свою одежду. Я подумала… – Роза замолчала, охваченная стыдом. – Я должна была сообщить тебе.

– Ты сказала, что нас трудно назвать супружеской парой, однако ты не попросила о разводе. Так мы женаты или нет?

Хотя выражение лица Аарона все еще оставалось бесстрастным, опасные нотки в его голосе становились все слышнее. Роза снова потянулась к бокалу.

– Я не хочу обсуждать это, – заявила она, сделав большой глоток спиртного.

– Не получится избежать разговора. Мы застряли здесь.

– Я знаю. Но если мы заговорим о таких вещах, нам будет куда сложнее дожидаться освобождения из этой ловушки.

– «Вещи», – тихо повторил Аарон, и его глаза наполнились гневом. – Так вот как ты называешь наши пять лет, прожитые вместе?

– Я называю это жизнью, – резко ответила она. – Так получилось, что мне пришлось уйти. – Она встала. – Нет смысла обсуждать прошлое.

Аарон тоже встал.

– Куда ты собралась, Роза? – спросил он. – Отсюда бежать некуда. Разве что ты решишь спрятаться от меня в ванной, но ты ведь не сможешь сидеть там долго.

Она сделала шаг назад и медленно опустилась на диван.

– А ты и рад этому.

– Вовсе нет.

Аарон сел, хотя его тело все еще оставалось напряженным.

– Что же ты испытываешь, в таком случае?

– Удовлетворение. Это карма.

– Карма? – Роза коротко рассмеялась. – Даже не подозревала, что ты веришь в карму.

– А я и не верил. До этой минуты, когда мне стало ясно, как сильно ты хочешь от меня сбежать – и не можешь.

– А за что наказан ты? Что ты сделал плохого? Чем заслужил, чтобы тебя заперли вместе с бросившей тебя женой?

Аарон стиснул зубы.

– Ну, раз так, то я не верю в карму.

– Похоже, ты выбираешь легкий путь.

– Или поступаю так, как мне удобно.

Он сказал это настолько резким тоном, что Роза удивилась и чуть не спросила мужа, чем его так расстроили ее слова. Но она сдержалась.

– Поступаешь так, как тебе удобно? Черт возьми, звучит так, будто ты наслаждаешься этим.

– Может быть, и так. Трудно сказать, поскольку я заставил себя ничего не чувствовать с тех пор, как ты ушла.

– Наверное, это к лучшему, – ответила Роза, снимая туфли. – Если мы ничего не чувствуем, значит, нам не больно. И раз уж мы оказались запертыми тут, то, что мы не причиняем себе боль, звучит не так уж плохо, не так ли?

Аарон изумленно посмотрел на жену:

– Ты… Ты серьезно?

– Да. – Она взяла со столика тарелку, поставила себе на колени и откинулась на спинку дивана. – Разве ты не рад, что мы не причиняем друг другу боль?

– Так ты поэтому ушла от меня? Потому что я сделал тебе больно?

Роза поковырялась вилкой в тарелке, а затем подняла глаза.

– Нет. Ты не сделал мне больно.

– Тогда почему ты меня бросила?

– Потому что если бы я осталась, то причинила бы боль тебе.

– Почему?

Она покачала головой, но не ответила.

– Роза, ты не можешь сказать мне такое и отказаться от дальнейших объяснений!

Она по-прежнему молчала.

На скулах Аарона заходили желваки.

– Неужели ты не понимаешь, что этим причиняешь мне боль?

– Понимаю.

– И это ничего для тебя не значит?

Аарону хотелось кричать, требовать от жены ответов, но он знал, что это не поможет. А ему было необходимо, чтобы Роза открылась ему, почему произнесла такие слова. Та Роза, на которой он женился, никогда бы не отказалась ни от чего, в том числе и от боли, если бы оставалась возможность для радости.

А может, и в самом деле его настигла карма? За то, что терял способность мыслить здраво, едва дело касалось Розы.

Когда они поженились, ей было всего двадцать три, а ему двадцать шесть. Он был старше и мудрее. По крайней мере, достаточно взрослый, чтобы понять, что она, возможно, еще не готова выйти за него замуж. Когда Аарон сделал ей предложение, Роза все еще горевала по своей матери, и ее решение, возможно, не было полностью продумано.

Мысли невольно вернулись к тому дню, но Аарон не мог припомнить, чтобы Роза хоть немного колебалась, прежде чем принять его предложение…

Он хотел, чтобы все было идеально. Просто, но идеально. В этом заключался его план. И поскольку в тот момент Аарон и Роза находились одни на пляже перед домом на острове Моряков, никто, кроме самого Аарона, не стал бы его винить, если все вышло бы иначе.

Он глубоко вздохнул, и Роза посмотрела на него: – Ты в порядке?

– Ну да.

– Уверен? – Она нахмурилась. – Ты такой тихий с тех пор, как мы приехали сюда.

Роза улыбнулась Аарону, и его пульс зачастил. Даже улыбка этой девушки могла заставить его сердце биться быстрее. Неудивительно, что он собрался сделать ей предложение, хотя раньше полагал, что никогда не женится.

– Я думаю.

– О чем?

– О нас.

– Правда?

Она прижалась к его боку.

– И к какому выводу ты пришел?

– Что ты – удивительная.

Аарон остановился. Волны шевелились у их ног. Солнце сияло с небес, словно одобряя его действия. А он не мог ждать больше ни минуты.

Улыбка исчезла с лица Розы, когда она увидела, как изменилось лицо Аарона.

– В чем дело?

– У меня для тебя кое-что есть.

– Хорошо. – На лице Розы было написано замешательство, но в ее глазах читалось доверие. И он надеялся, что никогда это доверие не предаст.

– Аарон? – тихо спросила она через мгновение. – Так ты скажешь мне, что у тебя там?

Вместо ответа он отступил на шаг и вынул из кармана пригоршню розовых лепестков.

«Это была глупая идея», – подумал Аарон, увидев, что смятение Розы усилилось, но было уже слишком поздно останавливаться.

Он прочистил горло и сказал:

– Я взял их из дома.

– Ты украл лепестки из сада? – Ее губы изогнулись в улыбке. – Только лепестки, а не цветы?

Он тоже улыбнулся.

– Я хотел сфотографировать тебя, стоящую под дождем из лепестков роз.

– Ты понимаешь, что это странно, верно?

Он улыбнулся еще шире и кивнул. Роза разочарованно вздохнула.

– Ладно. Мне просто подбросить лепестки вверх?

– Да. Но перебрось их через плечо. – Он протянул ей лепестки, стараясь, чтобы их не сдуло ветром. – Повернись ко мне спиной, пока я готовлю фотоаппарат.

Роза послушно повернулась, и Аарон подумал о том, что она всегда потакает его желаниям, потому что ставит его в своей жизни на первое место.

Он вынул кольцо из кармана, еще раз глубоко вздохнул, а после опустился на одно колено и произнес:

– Я готов.

Роза подбросила лепестки в небо и обернулась с улыбкой на лице. Сначала смятение вернулось. Ее глаза искали его, а лепестки порхали вокруг. Затем, когда их унес ветер, взгляд Розы опустился и остановился на Аароне. Она выдохнула его имя. Сюрприз превратился в нечто более глубокое, более значимое, как и она. И вдруг исчез весь страх, вся неопределенность.

«Это будет идеально», – успел подумать Аарон, прежде чем решился наконец сказать Розе, почему он хочет провести с ней остаток своей жизни…

– Ладно, – бросил Аарон, вырываясь из паутины заставших врасплох воспоминаний. – Хочешь еще выпить?

Роза удивленно посмотрела на него, а затем молча кивнула и протянула свой бокал. Он нарочно коснулся ее пальцев, когда брал его, и подметил легкое дрожание ее руки.

Аарон отвернулся, чувствуя переполнявшее его удовлетворение. Какой бы ни была причина ухода Розы, она не повлияла на их взаимную тягу друг к другу.

Возможно, он наделал слишком много ошибок. Но, по крайней мере, Аарон убедился, что жена по-прежнему ощущает влечение к нему.

«И что дальше? – спросил его внутренний голос, пока Аарон смешивал коктейли. – Роза уйдет от тебя опять? И ты отпустишь ее?»

Внутри все сжалось. Аарон подошел к жене и поставил ее бокал на стол, чтобы больше не прикасаться к ней. Он понятия не имел, чего он хочет от нее и от их брака.

Он всегда считал, что все в жизни делает правильно. Он заботился о своей матери, построил успешную карьеру, влюбился – пусть и незапланированно – и женился. Однако все пошло наперекосяк.

Возможно, это началось еще тогда, когда его матери поставили диагноз – рак, и он осознал степень своих ошибок.

А теперь страх, который еще больше вырос за последние четыре месяца, пульсировал в его груди. Все, кто должны были любить Аарона, покинули его: мать, отец, а теперь и Роза…

Аарон больше не мог отрицать, что виной всему – он сам.

Глава 4

– Итак, чем ты занимался последние четыре месяца? – поинтересовалась Роза, пытаясь заставить свой голос звучать равнодушно, – словно ей вовсе не хотелось знать, как Аарон жил без нее.

– Работал.

– Работал? – Так как муж ограничился кратким ответом, Роза спросила: – Ну и как идут дела? Есть новые клиенты?

– Есть.

– И?..

– Мы расширяемся.

– Неужели?

Прежде Аарон не говорил о желании расширить свой бизнес. Его юридическая фирма, консультирующая богатых клиентов по семейному праву, была одной из самых престижных в провинции Гаутенг, часть заработанных средств шла на помощь нуждающимся. Аарон всегда говорил, что доволен своей фирмой и даже гордится ею. Так почему он затеял изменения?

Роза ждала объяснений, но муж молчал, а у нее не хватило смелости спросить самой.

– Ну а как дела у тебя?

– Я разрабатываю новую коллекцию вечерних платьев.

– Как то, которое на тебе?

– Да. Для таких женщин, как я.

Аарон обвел ее взглядом, и в его глазах Роза прочла сдерживаемое желание.

– Эти платья будут нарасхват.

– Надеюсь. В прошлом месяце я выставила на продажу на своем сайте пробную партию и получила отличные отзывы.

– Я ведь говорил, что все получится.

– Да, говорил.

Не один год Аарон убеждал Розу решиться на создание одежды для таких женщин, как она сама, – с пышной грудью и полными бедрами, отличающихся от модных нынче худышек. Прежде Роза всегда делилась своими радостями и проблемами с Аароном. И сейчас ей тоже ужасно хотелось рассказать ему о трудностях и победах, связанных с разработкой новой коллекции. Но сердце сжалось при мысли, что это неуместно, ведь они расстались навсегда.

Аарон наблюдал за женой, пытаясь понять, о чем она думает, чем вызвано смятение на ее лице. Было ясно, что Роза не собирается сама об этом сообщать. Но и он тоже не мог быть с ней до конца откровенным. Разве мог он признаться в том, что задумал расширить бизнес в тот день, когда его мать в письме сообщила ему, что Роза находится в Кейптауне? Именно тогда Аарон решил открыть там филиал.

– О, посмотри! – тихо сказала она, глядя за его плечо, и боль на ее лице сменилась удивлением.

Послушно, хотя и неохотно, Аарон проследил за взглядом жены и увидел, что она наблюдает за дождем, идущим стеной, сквозь который то и дело пробивались вспышки молний. И что Роза нашла в нем настолько захватывающего? Обычный ливень. И все же, когда он оглянулся на лицо Розы, он мог бы поклясться, что та только что увидела настоящего единорога.

Она поднялась с дивана, подошла в своем красивом платье к стеклянным дверям и нежно коснулась их рукой, словно стремясь прикоснуться к дождю. Постояв так несколько минут, Роза выключила свет, пробормотала: «На минуточку», – и снова вернулась к двери.

Аарон не мог взять в толк, что такого особенного в наблюдении за дождем в темноте. Но реакция жены словно околдовала его. Он подошел и встал рядом, глядя на льющиеся с неба потоки воды.

– Не видела более красивого шторма, – тихо сказала Роза.

– Ты явно преувеличиваешь, – прокомментировал Аарон с полуулыбкой.

Она рассмеялась и посмотрела на него сияющими глазами.

– Ну да. Но мне нравится думать, что, преувеличивая, я могу произвести впечатление. Ведь это сработало? – спросила она и подмигнула.

Улыбка Аарона стала еще шире. Хотя его сердце по-прежнему было разбито из-за ухода Розы, он был зачарован ею – сиянием ее карих глаз, прекрасными чертами ее лица.

Аарон не понимал, почему его все еще тянет к этой женщине, хотя она так сильно изменилась и уже не напоминала ту, в которую он когда-то влюбился. Или он не узнавал сейчас сам себя? Аарон провел четыре месяца, ломая голову над тем, почему Роза ушла, что стало тому причиной. И мучительные размышления помогли ему увидеть себя в новом свете.

– Почему я до сих пор испытываю к тебе такие чувства?

Эти слова вырвались у него сами собой. Глаза Розы расширились, она закусила нижнюю губу. Аарон перевел взгляд на ее рот и шагнул к ней…

А потом вдруг Роза открыла балконную дверь и вышла под дождь.

– Что ты делаешь?

Но она повернулась к мужу спиной и подставила ладони под дождевые струи, словно хотела их поймать.

– Роза!

Та снова не отозвалась. Казалось, она не слышит Аарона.

Он выругался, а затем снял ботинки и вышел на балкон. Едва ледяные струи коснулись его кожи, Аарон шумно втянул воздух сквозь зубы.

Глаза Розы широко распахнулись, и Аарон разглядел в них изумление.

– Что ты делаешь?

– Очевидно, то же самое, что и ты, – процедил он. – Не хочешь объяснить, почему мы мокнем под дождем?

– Я не думала, что ты…

Она запнулась и замолчала. В этот момент ее лицо казалось невероятно привлекательным.

– Роза! – прорычал Аарон.

– Я хотела выбраться из этой комнаты, снова заговорила она, – чтобы подышать свежим воздухом. Внутри слишком душно.

– Площадь этой «комнаты» – более ста пятидесяти квадратных метров.

– Ты понял, о чем я, – отрезала она. – Там я чувствовала себя так, словно попала вместе с тобой в ловушку.

– Тебе кажется, что ты в ловушке со мной? – переспросил он.

– Нет, я не это хотела сказать. Просто это та самая комната… И мне так сложно противостоять тебе. Между нами внезапно все стало таким сложным. – Она издала звук, подозрительно похожий на рыдание. – Я чувствую себя в ловушке в основном из-за того, что сделала с нами. – Роза закрыла глаза, а когда снова открыла их, Аарон почувствовал ее боль так же остро, словно та пронзила его собственное тело. – Я уничтожила то, что у нас было.

Аарон сделал шаг вперед, желая обнять и успокоить жену, но остановился, сказав себе, что не может успокоить ее, не зная причины ее горя. И вообще, почему он обязан ее утешать, когда является пострадавшей стороной? Это Роза причинила ему боль, сбежав. А он тут мокнет под дождем из-за нее!

Аарон шагнул назад, не обращая внимания на новую вспышку боли в глазах жены.

– Мы заболеем, если останемся здесь.

– Так возвращайся внутрь, – пробормотала она несчастным голосом.

Разумеется, Роза не просила Аарона выйти с ней на улицу под дождь, и с его стороны было бы логично послушаться и вернуться в дом. Но он вздохнул и остался стоять на балконе, стараясь сохранить в памяти этот момент, каким бы бессмысленным он ни казался. Он пытался запомнить каждую мелочь: отяжелевшие от воды кудри Розы, потекшую под дождем косметику на ее лице, эксклюзивное платье, промокшее насквозь и облепившее ее красивое тело.

Бог знает, зачем Аарон хотел запомнить все это. Может, из-за чувств, затопивших в эту минуту его сердце, – сожаления, разочарования, тоски?

– Почему ты так смотришь на меня? – Боль в голосе Розы исчезла, сменившись страстью.

– Как?

– Так.

– Я жду, когда ты решишь вернуться в комнату. Она шагнула к нему.

– Неправда.

– Ты заболеешь.

– А ты нет?

Он пожал плечами в ответ.

Роза сделала еще один шаг вперед.

– Ты не помогаешь мне избавиться от ощущения, что я в ловушке.

Аарон опять пожал плечами. Она приблизилась еще на шаг.

– И ты не настолько равнодушный, каким притворяешься.

Роза коснулась его лица.

– Что ты делаешь? – спросил он, сжав ее запястье.

– Я пытаюсь показать тебе, что ты вовсе не такой безразличный, как полагаешь, – заявила она и с победной улыбкой опустила руку. – Я же говорила тебе!

Возражений не последовало. Да и что Аарон мог сказать? Ведь Роза была права. В ответ он обнял ее за талию и притянул к себе.

– Может, так и есть, – произнес он размеренно, хотя и с легким волнением. – Может, я вспомнил о том, как мы впервые поцеловались. – Он приблизил лицо к ее лицу. – Ты помнишь.

Это был не вопрос, а утверждение. Дыхание Розы участилось, она вытерла воду со лба дрожащей рукой. Да, Роза не забыла их первый поцелуй. И снова нахлынули воспоминания…

– Аарон, подожди!

Он повернулся и увидел, что Роза бежит к нему. Сердце радостно подпрыгнуло, как всегда, когда Аарон видел эту девушку, но он напомнил себе, что не должен в нее влюбляться.

– Ты не мог бы подвезти меня домой? – спросила она, подбежав, и затаила дыхание, дожидаясь ответа.

Едва Аарон кивнул, в небе раздался угрожающий гул, а затем на них обрушился дождь.

– Садись, – разрешил Аарон и направился к пассажирской двери, чтобы открыть ее.

Но Роза внезапно положила руку ему на грудь, он невольно задержал дыхание и снова напомнил себе о том, что должен держать себя в руках.

– Нет, – устало ответила Роза. Она прислонилась спиной к машине, опустила руку и подняла лицо к небу. – Нет, это именно то, что мне нужно.

– Вымокнуть до нитки под дождем?

Она хрипло рассмеялась, и Аарон ощутил прилив желания.

– Нет. Просто мне необходим перерыв.

– Тяжелый выдался день?

– А разве не каждый день тяжелый? – Она оглянулась на больницу, где проходила химиотерапию ее мать, и вздохнула. – Но сегодня было особенно тяжело. Мне еще нужно успеть закончить в срок несколько проектов, а в последние несколько месяцев меня нечасто посещает вдохновение.

– Мне жаль это слышать.

– Все в порядке.

Роза улыбнулась ему, и что-то изменилось. Аарон не знал, что именно, но почувствовал перемену.

– Нам пора ехать, – хрипло произнес он, сжимая пальцы в кулак, чтобы не дотронуться до Розы.

– А если я еще не готова?

– Подожду, пока будешь готова.

Ее глаза потемнели, губы приоткрылись. И он понял, как двусмысленно прозвучали его слова.

– Роза…

– Нет, Аарон, – тихо сказала она, шагнув ближе. – Я не хочу больше ждать… – Она покачала головой, и в ее глазах вспыхнул огонь. – Я слишком устала сдерживаться.

Быстрым движением она схватила его за рубашку, притянула к себе и поцеловала…

– Это случилось рядом с больницей. Ты попросила меня отвезти тебя домой, и тогда я впервые понял, что влюблен в тебя. А потом ты поцеловала меня.

Аарон заметил, что Розу бьет дрожь, хотя он не мог сказать, что было тому причиной: холодный дождь или воспоминания. Но он продолжал:

– Ты встала на цыпочки и прижалась губами к моим губам…

Он замолчал, когда Роза сделала резкий шаг назад, разрушив очарование момента.

– Ты перешел от заявлений в духе «Я не хочу иметь с тобой ничего общего» к этому?

– Это были не мои слова, а твои, – грубо ответил он, снова обретая над собой контроль.

Аарон сделал шаг назад и прижался спиной к перилам.

– Да, знаю, это сказала я. Я нуждалась в личном пространстве. Почему бы тебе не оставить меня в покое?

– Я не планировал, что нас запрут вместе.

– Но ты не даешь мне побыть в одиночестве и минуты. Почему?

Он не ответил.

– Мне хорошо тут, снаружи, одной, – процедила Роза сквозь зубы. – Я просто хочу постоять под дождем, перестать ощущать себя загнанной в ловушку.

Роза отвернулась, но Аарон успел увидеть беззащитность и ранимость в ее взгляде. Он ощутил внутри тревогу.

– Ты попала в беду?

– Что? – Она чуть повернула голову. – Нет.