Леди Даяда и кот Баюн

Глава 4 Решения

Из Обманного леса они вышли уже ночью. На небе желтыми огоньками переливались звезды, а месяц, казалось, был нанизан на верхушку одной из сосен. И Даяда, и Харон молчали всю дорогу от болота, и только когда они прошли половину поля, девушка заговорила.

– Значит, все же, к Баюну?

– Любая дорога за пр-равдой к нему ведет, – промурлыкал Харон, не поворачивая головы. – Но, скажи мне на милость, чего ты так не хочешь к нему отправляться? Ведь не только из-за своих странных снов, не так ли?

– Не только, – призналась Даяда. Ей показалось, что пришло время открыть хоть кому-то старую неприглядную правду. Правду о проступке, который она запрятала как можно дальше. Правду о деянии, о котором постоянно жалела.

– Так в чем же дело? Рас-скажешь?

– Расскажу, – вздохнула девушка. – Когда-то давно, очень-очень давно, мы с Баюном были союзниками… Соратниками. Друзьями. – Последнее слово она выдавила из себя с большим трудом. Харон замер и Даяде пришлось вильнуть влево и едва не упасть, чтобы случайно на него не наступить.

Кот обратил на нее свои огромные зеленые глаза.

– Друзьями, значит, – протянул он, – а что потом? Что вас сделало вр-рагами?

Слова обожгли Даяде горло, но сказать их было нужно.

– Я… предала его.

– Как же?

Девушка сглотнула.

– Это я посадила его на цепь.

* * *

Поле закончилось, ночь продолжалась.

Они сидели у дороги и смотрели на огни деревни. Где-то там, у реки, проходили гуляния, но это было слишком далеко от поля, чтобы до них могли донестись хоть какие-то звуки празднования.

Ночь Ивана Купалы была в самом разгаре.

– Он, наверное, очень зол на тебя. – Сказал вдруг Харон, нарушая тишину.

Даяда грустно вздохнула.

– Он меня ненавидит. Правильно делает, конечно. Имеет ведь право.

Харон покачал головой.

– Есть какой-то способ его задобрить?

– Не знаю…

– Наверное, Баюн не всегда был таким? Не всегда делал то, из-за чего оказался на цепи?

– Естественно нет. Он был хорошим… когда-то. Но потом… – Даяда замолчала.

– Что потом?

– Давай в другой раз, – девушка поднялась на ноги и отряхнула юбку, – уже поздно, стоит пойти поспать. Хотя бы чуть-чуть.

«Если вообще получится», – подумала она, но вслух этого говорить не стала.

– Так мы пойдем к Баюну? – Харон посмотрел на нее снизу вверх и его глаза загадочно сверкнули.

– Мы? Ты пойдешь со мной?

– Когда-то я пообещал везде тебя сопровождать, – ответил кот, – я никогда не отказ-зываюсь от своих слов.

– Это будет опасно. Путь к Баюну лежит через очень мрачные земли.

– Ну и что? Справимся с трудностями вместе, не в пер-рвый раз же.

Даяда серьезно на него посмотрела. Каждый свой день она проводила рядом с этим котом, но, казалось, даже не задумывалась по-настоящему о том, сколько он для нее делал и делает, и что значит.

– Спасибо, Харон. Я редко тебе это говорю, но, правда, спасибо. Без тебя мне бы жилось намного сложнее. Я рада, что когда-то повстречала тебя.

– Взаимно, Даядушка. Но скажи мне вот что, – кот задумчиво помолчал, а потом продолжил, – ты же узнать про камень хочешь не только из-за того, что дала слово Вельнице? Намного проще было бы ее переселить в другую реку, подальше от деревень, запугать, в конце концов. Ты же могла бы. Но ты хочешь пойти к Баюну, несмотря на всю опасность. И дело тут явно не в обещании какой-то русалке. Я ведь прав?

– Ты всегда прав.

Кот сладко потянулся.

– Так прислушивайся тогда ко мне почаще.

Девушка очень серьезно на него посмотрела и кивнула.

– Я стараюсь это делать. И извини, если иногда что-то не так, если бываю резка с тобой. Я не со зла, знаешь же.

– Даже если и со зла, то это лишь твоя… – Харон резко замолчал. – Прости, Даяда.

Девушка кивнула, но не смогла удержаться, чтобы не поджать губы.

«Это лишь твоя суть? Ты так хотел сказать, Харон?» – грустно подумала она, но вслух так ничего и не сказала. Дальнейший путь до дома на холме они проделали в молчании.

* * *

Утром Даяда проснулась в расстроенных чувствах. Потянулась на своей постели, вдохнула аромат трав… Вставать не хотелось, а уж собираться в долгий путь и подавно. Что могло принести им это путешествие?..

Проблемы, ответ она знала и так.

Но если была хоть малейшая надежда на то, что камень действительно был найден, стоило проверить. Это мог бы быть ее шанс, шанс начать все сначала. Шанс получить право выбирать, стать нормальным человеком, отказаться от всей этой чертовщины… Быть просто девушкой, стареющей, той, которая могла бы найти себе любимого человека, выйти замуж, родить детей… Заниматься бытом, домом. Разговаривать с котом, который ей бы не ответил… Жить.

Просто жить.

В углу потянулся Харон. Он выгнул черную спину и что-то сонно пробормотал.

– Доброе утро, Харон, – негромко сказала ему Даяда.

– Добр-рое, – отозвался тот. – Нормально спалось?

– Бывало и лучше.

– Кошмар не снился?

– Сегодня нет… это, наверное, хорошо?

Если бы кот мог бы пожать плечами, то он так бы и сделал.

– Не знаю, Даяда. Сейчас в мире все слишком нестабильно. Даже я не могу ничего толком сказать или прогнозировать.

– Ладно… как думаешь, Вельница выполнила свое обещание?

– Не топить народ в ночь Купалы? Да кто же ее знает, она же русалка, а они все слегка того, – поморщился Харон. К русалкам он относился не очень тепло.

– Надо будет в деревню зайти, хлеба купить, да про ночь порасспрашивать.

– Это мы можем. Кстати. Есть тут у меня одна мысль… – протянул Харон, – не дело нам вдвоем к Баюну соваться. Может нам стоит помощ-щников себе подобрать, а?

– Да кого? – невесело усмехнулась Даяда, поправляя скатерть на столе, – кто с нами в такой путь идти согласиться? Кто вообще захочет связываться со мной?

– Ну нам уж точно не человек нужен.

– Уйка своих детей одних в лесу не оставит, это точно.

Кот фыркнул.

– С нее толку мало. Русалок ты вообще в расчет не бери, не та это сила. Нам кто-то посильнее нужен.

– Есть кто-то на примете?

– Есть. Но тебе не понравится.

– Ну? – Даяда слегка напряглась.

– Как на счет Берендея? Этот любого врага размолотит в щепки.

– Да я же его сто лет уж как не видела! Неизвестно в каких лесах он сейчас обитает. Нам нужен кто-то местный. – Возразила Даяда.

Харон провел лапкой по мордочке.

– Зато он был бы нам очень полезен. К тому же, уверен, он и сам не прочь про камень справиться. Ну или можем к болотной нечисти обратиться.

– Это к Болотнику, что ли? – скривилась Даяда. – Он меня не слишком жалует, я же однажды его болото высушила. Всех с его пристанища разогнала, дома лишила… Нет, не будет Болотник нам помогать.

– Ну он сам на это напросился.

– Боюсь, ему это не объяснишь. Да и он уж точно сущность свою менять не захотел бы, так у него власть, а человеком станет, что останется?

Харон задумался.

– Нам, в любом случае, нужен кто-то в спутники. Вдвоем мы Поля не пройдем.

Даяда и сама это понимала. Но на ум никто не приходил.

– Ладно, давай сейчас к Вельнице сходим, у нее заодно и спросим, кого она из нашей братии в последнее время на этих землях видела.

– Она же из р-реки не выходит, – усмехнулся Харон, – думаешь, лягушки ей новости на ухо наквакали? Так вдруг в ее ушах тина от постоянного пребывания на дне, а?

– Да что же ты так ее не любишь? – покачала головой Даяда, наскоро умываясь в тазу. Харон нервно дернул хвостом

– Я русалок, в принципе, не люблю. Мутный народец. Непостоянный, истеричный. Того и гляди – пакость какую сделают.

– Так нежить вся такая, – возразила Даяда, вытирая лицо белым полотенцем, – суть это их.

– Ну ты же не такая, – мурлыкнул Харон и принялся изучать девушку своими огромными зелеными глазищами.

– Да… но я ведь и… – Даяда замолчала, а потом обреченно махнула рукой, – так, ладно, чего пустые разговоры заводить! Пошли лучше к Вельнице, а там думать будем, в каком составе нам к Баюну отправляться.

– Решила, что помощ-щь нам не помешает?

– Она всегда будет полезна. Особенно, когда идешь разговаривать с таким, как Баюн.

– Думаешь, порвет на части и даже слушать не станет? – хмыкнул кот.

Даяда улыбнулась, а потом отошла к шкафу, чтобы выбрать одежду.

«С него станется», – напряженно подумала она. Все же, стоило более серьезно отнестись к предстоящему путешествию и встрече со своим старым знакомым. Конечно, вряд ли Харон был прав, и Баюн сразу бы набросился на нее со своими железными когтями, уж больно он поговорить любил перед трапезой…

Но кто знал, что с ним стало за все это время, что кот провел заточенным на дубу…

И что он мог бы сделать с той, кто обрекла его на такое существование…

Глава 5 Дар Вельницы да встреча с Потанькой

Вельницу они заприметили еще издали – девушка сидела на берегу и заплетала свои длинные голубые волосы в плотную косу. Судя по доносившемуся легкому пению, она была в благодушном расположении духа. Обычно это могло означать только одно – кто-то попался в сети коварной русалке и распростился с жизнью.

Даяда нахмурилась, но решила не торопиться с выводами. Тем более, ее обычно никто не решался обманывать, это было чревато, и вся местная нечисть про то знала.

– Доброе утро, Вельница! – поздоровалась она, подходя ближе.

Русалка повернулась к ним.

– Доброе, Даяда. Харон. Ну что, есть какие-то новости?

Даяда сбросила обувь и зашла слегка в реку. Приятная прохлада остудила уставшие ноги.

– Возможно, правда камень найден, – негромко сказала Даяда и посмотрела на кота. Тот сел на траву в нескольких шагах от русалки, и обвил черным хвостом лапки. Потом повел носиком и поморщился – от Вельницы сегодня особенно сильно пахло затхлостью и тиной.

– Что «возможно» и я знаю. А точнее новостей нет?

– За точностью к Баюну надо.

– К Баюну… Я же тебе это и в прошлый раз говорила. Чего противишься тогда и идти не хочешь?

– Есть свои причины, – витиевато ответила Даяда, болтая ногой в воде.

– Ты пойдешь? – уточнила Вельница, хмуро глядя на девушку. – Кот, ну хоть ты ей скажи! – Харон, в ответ на это, брезгливо повел мордочкой.

– Пойду. – Мрачно сказала Даяда, избегая смотреть и на русалку, и на своего друга-кота. – Но мне бы кое-что узнать у тебя сперва. Кто нам может компанию составить? Из… из наших? Кто-то сильный, и тот, кто сам в камне был бы заинтересован. Есть кто на примете?

– Тебе из высшей знати? – уточнила Вельница. – Так они с тобой не пойдут.

– Нет, кого попроще, но способного Баюну, в случае чего, противостоять.

Вельница прищурилась.

– Не знаю, что и сказать… – пробормотала она. – Из нечисти против Баюна мало кто выстоять способен. Тебе нужен живой, – усмехнулась русалка.

Харон вдруг вскочил на лапки и напряженно мяукнул.

– А ведь и правда, Даяда. Нам бы живого…

– Богатыря былинного? – усмехнулась Даяда, но задумалась – против нечисти всегда сильнее человеческая душа… Не зря говорят про геройства, не зря легенды про богатырей ходили. Был в этом смысл. Но как человека в такое путешествие заманить? Да кого?

– Богатыря не найдешь, – скривилась Вельница, – вымерли все или не родились еще. Кто их знает.

– Мысль не так уж и плоха… – признала Даяда.

– И к Берендею обратитесь. – Посоветовала русалка. – Не сомневаюсь, что он бы вам в пути пригодился, учитывая, что дорога к Баюну через Поля ведет.

Даяда нервно дернула плечом, а потом со всей силы пнула воду. В разные стороны разлетелись брызги, засверкавшие в солнечном свете, как драгоценные камни. Вельница напомнила ей о самой трудной части пути к заколдованному дубу – Ирисовых Полях Смерти. По которым с косой ходил их темный владелец, карающий каждого, кто ступал на его землю.

– Я его слишком давно не видела, не знаю, где искать.

– А где искать тебе Потанька подскажет, – хихикнула Вельница.

Харон зашипел.

– Этот мелкий пакостник в жизни не знал о расположении нечисти! Или он в ранге поднялся?

Даяда удивленно покосилась на кота – тот обычно вел себя сдержанно, но имя маленького бесенка его едва ли не вывело из себя.

– Он теперь много чего ведает, – загадочно сказала Вельница и принялась распускать волосы, которые ранее сплела в тугую косу. – Уж про Берендея он точно в курсе, так что обращайтесь, не сомневайтесь.

– Где его найти?

– В деревне заброшенный дом на окраине знаете? Который по правую сторону стоит?

– Полусгоревший, что ли?

– Да, он самый. Потанька там сейчас обитает. Странно, что вы его не встречали ни разу.

– Прячется от меня, поганец, – усмехнулась Даяда.

– Есть причины? – удивилась русалка. Девушка ей не ответила.

– Спасибо, Вельница. – Мурлыкнул Харон. – И за то, что не утопила никого, тоже спасибо.

Русалка улыбнулась и ее мутные прозрачные глаза сверкнули.

– Обращайтесь. Если в моих силах вам помочь, то я всегда помогу, уж не сомневайтесь. Вы двое всегда ко мне хорошо относились, и я вам за это вечно благодарна буду. В этом мире, да и в других тоже, не слишком русалок жалуют. – Вельница грустно улыбнулась. – Считают нас вторым сортом. А мы многое видим, да и способны тоже на кое-что. Не смотрите, что в водах обитаем, да на суше почти не показываемся, воды в мире ой как много. И вся она – наша. Водной нечисти принадлежит. Нет в мире ни одного водоема или прудика, который не был бы под контролем у кого-то из нас. Не забывайте об этом.

– Не забудем. – Улыбнулась в ответ Даяда.

Вельница запустила руку за пазуху и сняла с шеи нитку, на которой висел какой-то оберег. Поцеловала его, подержала секунду в холодных бледных ладонях, а потом протянула Даяде.

– Возьми.

– Что это?

– Маленькое напоминание о прошлом… так, ерунда, но ежели беда какая приключится, или вдруг кто из водных демонов неуважение проявит, покажите ему эту подвеску, вмиг присмиреют.

Даяда взяла с ее ладони подвеску, присмотрелась. Харон подошел поближе, явно заинтересованный. В руке девушка держала оберег, который выглядел как восьмиконечная звезда с острыми лучами. Дорогая штучка… Значимая, не только в смысле, что был в нем заложен, но и в материале, из которого он был сделан – это было серебро.

– Алатырь? – удивилась Даяда.

Вельница смущенно кивнула.

– Спасибо… – пробормотала Даяда, удивленная и ошарашенная поступком русалки. Было в этом что-то очень… странное, необычное. Мелкая нечисть, к которой Вельница относилась, обычно не была привязана к вещам из прошлого, и уж, тем более, не стремилась делать что-то во благо других. А отдать кому-то свой оберег… Он, конечно, нежить уже уберечь никак не мог, но, все же… Так, дань прошлому, связующая ниточка…

– Берегите себя, – улыбнулась Вельница, – и возвращайтесь!

С этими словами голубоволосая русалка бросилась в реку и через пару секунд исчезла под водой.

– Странное что-то творится, – пробормотал Харон, качая головой и рассматривая оберег в руках у Даяды. Та не ответила.

* * *

Полусожженный дом, в котором следовало искать мелкого бесенка Потаньку, стоял на окраине деревни и смотрел на прохожих пустыми черными дырами окон. Даяда жила на холме около поселения уже очень давно, но так и не смогла вспомнить, когда это здание сгорело и кто в нем раньше жил.

Кто обитал теперь было ясно.

И не факт, что там был только один Потанька.

– Чей это дом раньше был? – задумчиво спросила Даяда, рассматривая полуразрушенную избу. – Вообще никак вспомнить не могу. Может ты подскажешь?

Харон какое-то время помолчал.

– Не знаю я, – наконец ответил он, – да какая разница, пошли. Нам же не прошлые жильцы нужны, а ны-ынешние, – беззлобно усмехнулся кот. – Нам этого паскудника еще разговорить надо.

– За этим дело не станет, – отозвалась Даяда и пошла по заросшему сорняками и высокой травой участку прямо к покосившейся двери домика.

«Странно, – подумала она, – от двери уже давно не должно было чего-то остаться, деревенские ребятишки уже сто раз, наверное, в домик залезть пытались. Неужто Потанька свое жилье бережет да латает?»

Дверь, старенькая, посеревшая, но все еще державшаяся, недовольно скрипнула, когда девушка потянула ее на себя. Скрипнула и отворилась – перед Даядой всегда открывались все двери.

В избе пахло сыростью. На стенах – сажа, в углах паутина. Плотная, серебряная.

– Потанька, выходи. – Позвала Даяда, осматривая дом. Ее внимание тут же привлекла почерневшая полуобрушившаяся русская печь с зияющим проемом. – Мы знаем, что ты тут.

– Давай, вылезай, – мурлыкнул Харон и его глаза недобро сверкнули.

– Какие гости! – раздался тоненький голосок. Наверху на печке сидел человечек – с виду человек, как человек, только росту он был маленького, меньше годовалого ребенка, и пепельные волосы на голове топорщились в двух местах, откуда пробивались рожки.

– Как это понимать, а? – сурово спросила Даяда. – Оказывается, все про тебя знают, что ты тут обитаешь, а я ни слуху, ни духу?

В глазах бесенка мелькнул испуг. Он мигом соскочил с печки и низко опустил голову, приняв покаянный вид.

– А я думал, в курсе ты, – пискнул Потанька. – В гости, конечно, не заглядывал, чего беспокоить.

– Ну ты не заглядывал, а я вот взяла и заглянула.

– Всегда рад!

– Врешь, шельмец.

Бесенок развел руками и чуть подпрыгнул на месте.

– Чем могу помочь? – заискивающе спросил он.

– Мне Берендея найти нужно, – ответила Даяда, рассматривая бесенка. – Говорят, ты теперь о местонахождении нашей братии все ведаешь. Вот и говори – где мне Берендея искать.

– Так в лесу он, – удивленно ответил Потанька и принялся потирать маленькие ручки, – давно уж в лесу.

– В каком? – мурлыкнул Харон, раздраженно глядя на бесенка. Тот быстро посмотрел на кота, оценил его размеры, которые были больше его собственных, и заискивающе улыбнулся. Такой сожрет и не подавится, стоило бы вести себя поуважительнее, да поосторожнее.

– В Серебряном. Он туда лет пятьдесят назад перебрался. Бродит среди медведей, жаль только, что как они в спячку на зиму не впадает. Проблем было бы меньше… – пробормотал Потанька, а потом снова подскочил на одном месте. – А зачем вам этот оборотень понадобился?

– Нужно, – хмыкнула Даяда, которая не собиралась раскрывать свои планы мелкой нечисти. – И в каком он настроении?

– В мрачном, леди, – поежился бес, – в основном, в довольно скверном. Говорят, на медведей в тех краях сильно часто охотиться стали. Вот он и бесится, что родню свою толком защитить не может. Поговаривают, недавно аж группу охотников из десяти человек в клочья разорвал! Но я сам не видел, только, думаю, правда это. Свиреп Берендей в последнее время, ой как свиреп. Не ходили бы вы к нему. Беда будет.

– Считаешь, что он мне что-то сделать может попытаться? – Даяда приподняла одну бровь. Бесенок испугался.

– За него боюсь, – мигом исправился он и заискивающе улыбнулся.

– То-то же, – хмыкнула Даяда.

– Что еще пожелаете знать?

– Кто из подобных Берендею есть в наших лесах? – спросил Харон. Он смотрел на бесенка изучающе, но насмешливо. Глазки Потаньки забегали из стороны в сторону.

– Вы никак армию собираете? – пробормотал он. – Против кого пойдете? Назовите хотя бы стихию, а я уж подскажу, кто поспособствовать может.

– Что за глупости, какая армия, – удивилась Даяда. – Нам просто сходить кое-куда нужно, а путь неблизкий, да опасный. Хотим сопровождающего найти, только и всего. Никаких войн, никакого бунта.

– А жаль, – вздохнул бесенок, – некоторых давно уже на место надо поставить… Ну да ладно. Мало тут сильных осталось, ой как мало. Всякие мавки, да моховики с банниками. Уходит сила.

– А куда уходит?

– Да кто же их разберет, – развел руками Потанька, – кто куда. Уходят подальше в леса, да горы, даже людям вредить уже не очень хотят. Покоя жаждут, уединения. А причины… почем мне знать. Ты у старших можешь, конечно, спросить, вдруг скажут… Белуна не встречала?

– Этим летом нет, – покачала головой Даяда.

– Я его видел недели три тому наз-зад, – мурлыкнул Харон. – Он мне показался еще более сумасшедшим, чем обычно. Ерунду какую-то нес.

Даяда покосилась на кота, но задавать вопросы в присутствии Потаньки не стала.

– Вот и я про что! – снова подпрыгнул на месте бес. – Происходит что-то. То ли злятся наши, то ли с ума помаленьку сходят. Кто их разберет.

– А слышал что-нибудь о том, что в горе Семияге камень перерождающий нашли?

– Слышал. Только, думается, слухи просто. Иногда их пускают те, кто властью поживиться хочет. Может в Подводном мире опять изменения всякие.

– Кадровые перестановки, – мурлыкнул Харон себе под нос.

– Чего? – удивился Потанька, а Даяда чуть нахмурилась. Иногда кот говорил странные вещи, которые потом редко когда объяснял.

– Нич-чего.

– Есть еще какая-то ценная информация?

Потанька на миг задумался, а потом активно начал качать головой.

– Нет, особо ничего не слышал.

– Ладно. Спасибо, дружочек, – улыбнулась Даяда. Потанька нервно дернул кустистой бровью.

– Ты серьезно меня благодаришь? Не издеваешься?

– Нет.

– Почему? Я же мелкая нечисть. Вот прям совсем мелкая, и я не про свой рост говорю. – Бес удивленно смотрел на Даяду, во все глаза. Та ответила ему таким же удивленным взглядом.

– И что? Поэтому ты не заслуживаешь нормально отношения?

В глазах бесенка заблестели слезы. Харон дернул хвостом и непонимающе уставился на Даяду. Та едва заметно пожала плечами.

Глава 6 Белун

После разговора с Потанькой они вернулись в свой дом на холме. Харон устроился прямо на кровати Даяды, потянулся, словно собирался лечь подремать, а потом широко зевнул, показав острые длинные зубы. Опасные зубы хищника.

Даяда принялась собирать травы, которые могли бы им пригодиться в пути.

– Ну что, каков план? – поинтересовался кот, наблюдая за сборами девушки. Та ответила, не отрываясь от своего занятия.

– Отправимся в путь.

– Человечью душу искать не будем?

Даяда запихнула несколько мешочков с травами в просторную холщовую сумку и бросила на кота быстрый взгляд.

– А каким образом? Выйдем в центр деревни и кинем кличь «эй, кто из живых хочет составить компанию двум представителям нечисти в нелегком путешествии через Поля Смерти к коту-людоеду?» Ты серьезно думаешь, что кто-то согласится пойти непонятно куда и неизвестно зачем?

– Ты же можешь зачаровать кого-нибудь, – предложил Харон, снова потягиваясь, – одурманить. И любой пойдет за тобой хоть на край света. Неплохое решение в столь нелегкое время, не та-ак ли?

Даяда серьезно посмотрела на кота и покачала головой.

– Нет, я так не хочу. Я так больше не поступаю.

– Идешь против природы? – усмехнулся Харон. – Все равно она возьмет свое, ты же это знаешь.

Девушка скривилась.

– Спасибо за поддержку, дружище. Прямо приятно стало!

– Ну пр-рости, – усмехнулся Харон, – не люблю лицемерие. Ни в людях, ни в наших с тобой сородичах.

Даяда была так поражена словами кота, что ее рука с очередным мешочком замерла над зияющей дырой холщовой сумки.

– Ты про что вообще? Какое лицемерие, Харон?!

– Ты пытаешься удержаться от мелкого зла, хотя знаешь, что способна на огромное зло. И настанет день, когда тебе пр-ридется либо выбирать сторону, либо бороться за свою жизнь, а может и все это вместе сразу, и тогда все поменяется. Ты будешь защищаться и применять свою силу, вероятно даже во зло, во вред людям. – Харон покачал головой. – Не отрицай того, кто ты есть. Так нельзя, понимаешь?