Растопи мой лед

Глава 4

Настя не могла сидеть в четырех стенах и, как только отец уехал, она тут же собралась на тренировку.

–Привет, – в раздевалке ее встретила Алла, ее подруга. Единственная, кому Настя доверяла больше чем кому бы то ни было. – Я думала ты не придешь.

–Почему? – Настя сделала вид, что удивилась.

–Ну девчонки сказали ты упала сегодня на лестнице. Ты как?

–Не дождутся! – Огрызнулась девушка. Она была не в лучшем настроении и подруга просто попалась под руку.

–Насть ты чего? Я вообще только пришла и не понимаю, что произошло. Коля так вообще с Анжелкой разбираться пошел. Она то причем тут? –Подруга вопросительно посмотрела на Настю. – Или как раз причем?

–Причем. Но об этом никто не должен знать. – в голове Насти созрел план как проучить соперницу. – А вот Николай может мне все испортить. Рыцарь недоделанный!

–Ты мне вообще объяснишь, что у вас тут произошло?

–Потом, Ал, все потом. Я сейчас убегу. А ты никому не говори, что видела меня. Пусть все думают, что я заболела.

–Так ты не будешь участвовать, Насть? Ты что, серьезно?

–Увидишь!

Настя пулей вылетела из раздевалки, так же пулей и спорткомплекса, чтобы ее никто не видел.

До соревнований три дня, допуск уже подписан. Так что все складывалось как нельзя лучше.

В голове девушки оформлялась идея, как поставить наглую выскочку на место. О том, что именно Анжела столкнула Насту с лестницы, никто не знал. В больнице девушка промолчала, а в коридоре у тренерской их никто не видел. По крайней мере, Настя никого не видела там до падения. Скорую вызвала вахтерша, которой сказали ребята, обнаружившие Настю без сознания на полу. Все сводилось к тому, что девушка оступилась сама. Ну что ж, пусть так и будет.

Анжела была девушкой решительной, но Настя была уверена, что неопределенность сведет с ума любого. Пусть сейчас она думает, что устранила свою главную конкурентку. Расслабиться. А в самый последний момент Настя сделает свой ход.

Воодушевленная и очень довольная собой, Настя вернулась домой. Раз уж все думают, что она в больнице, значит у нее куча свободного времени. Его она решила потратить на домашние дела. Вот только рука действительно болела. Настя списала это на ушиб, наложила себе эластичную повязку, и продолжила заниматься делами. Но пыл все же слегка поумерила.

Неожиданно хлопнула входная дверь. Так рано отец никогда не возвращался. К чему бы это?

–Пап, – Настя вышла в коридор и очень удивилась увидев отца. – А ты чего так рано? Что-то случилось? Ты чего такой смурной?

–Все нормально. – отмахнулся от дочери тот. Он быстро разулся и хотел быстро прошмыгнуть в свою комнату, но Настя не собиралась так просто отступать. Она отчетливо увидела – у отца проблемы.

–Так. Не ври мне. Я же вижу. – Настя последовала по пятам за отцом. – Выкладывай. Что случилось?

–Меня уволили. – выдохнул отец, не смотря дочери в глаза.

–То есть как?– Настя опешила, от неожиданности рухнув на стул.

–А вот так! За прогул. Еще и обвинили в срыве контракта.

–Это бред, пап. Какой прогул? Ты же живешь на работе. – Настя подскочила, размахивая руками. – Ты же пашешь без выходных, в отпуске не был уже года три. И прогул?

–Да. Сегодня срочно нужно было отработать проект, а меня не смогли найти.

–Но это же всего несколько часов! – Настя срывалась на визг от негодования. Ее разрывало от обиды за отца и злости на его начальника. – Твой этот Горелов что, совсем ненормальный?

–Ему этого хватило. Моя репутация, оказывается, не играет никакой роли.

–Это все из-за меня! – девушка расхаживала по комнате, скрестив руки на груди. Если приглядеться, можно было увидеть пар, струящийся из ее носа о злости.

–Насть, успокойся. Ты совершенно не причем. Я и так всегда между тобой и работой выбирал работу. Может и хватит уже. Пусть другие пашут. Может у них есть кто-то лучше.

–Пап, да ты что?– вытаращила свои глазки Настя. – Ты что такое говоришь? Да они молиться должны на тебя! Ты ведь лучший Ты столько раз это доказывал на деле. Пап, нельзя сдаваться! Они еще передумают.

–Нет. Не думаю. Такой скандал знатный вышел, дочь. Теперь мне туда дорога заказана. –отец обошел Настю и вышел из комнаты. У входа он оставил пакет из магазина, а Настя и не замелила. Характерный звук стекла в пакете заставил Настю замереть от ужаса.

–Ну уж нет! – выкрикнула она, когда увидела что отец достает из пакета бутылку виски. – Я им устрою!

Глава 5 Настя

Не помню, как выскочила на улицу. Слезы обиды просто застилали глаза. Мой папочка, который всю свою сознательную жизнь провел на работе, ублажая этих толстосумов, вдруг стал неугоден. Он все мое детство, всю мою юность впахивал как вол, чтобы сейчас вдруг остаться у разбитого корыта? Нет, это не справедливо. Он всегда жертвовал своими интересами, своим личным временем, чтобы в тот единствен момент, когда его дочери понадобилась помощь, его самого выкинули на обочину! Это просто нереально! Так не бывает!

Я опомнилась только у автобусной остановки.

–Ну, ты и дура, Белозерова! – оглядела я себя в отражении витрины ларька. – И с кем ты пошла выяснять отношения в таком виде?

А видок то у меня действительно был тот еще. Домашний костюм никак не увязывался с моим настроем выцарапать глаза этому индюку, который изображал из себя великого начальника. И за что только отец его так уважал? Прям эталон сознательности, целеустремленности и успешного человека! Как же!

Нет. В таком виде никак нельзя было показаться на глаза этому феодалу. Я сейчас могу вызвать только или жалость, или смех. А я намеревалась устроить скандал. Ну или просто поговорить по человечески. Не знаю, в общем как получится.

Я все-таки вернулась в квартиру, надеясь, что папа не распечатает свою бутылку. Я очень этого боялась. После того как мама ушла, у него были проблемы с зеленым змием, и только случайность остановила его. Но сейчас это могло точно плохо кончиться. Работа много значила для отца, без нее он просто погибнет. Он всегда чувствовал себя нужным, частью чего-то важного, человеком, благодаря которому создаются важные вещи, причастным к важным событиям. Он, наверное, поэтому и стал архитектором, потому что привык созидать. А сейчас его лишили всего этого. Не справедливо лишили. И конечно он потерян. Ведь он столько всего сделал, чтобы добиться уважения, так старался, чтобы получить работу именно в «Эвересте», что все остальные строительные компании уже не были привлекательными для него. «Эверест» это действительно вершина и его оттуда сбросили. Дя него это подобно смерти. По крайней мере, в профессиональном плане. Я слишком хорошо знаю папу, чтобы его недооценивать.

Я тихонько прошмыгнула в комнат, чтобы отец не заметил моего возвращения. Если увидит, точно не даст мне сейчас уйти. Мой характер он знает так же хорошо, как и я его. В том состоянии, в котором я пребывала сейчас, я была способна наворотить дел. Но именно сейчас, меня саму это мало заботило. Я и намеревалась показать этому директору, что нельзя просто так выкинуть на улицу уважаемого человека, отличного специалиста и просто хорошего человека.

Быстро сбросив с себя костюм хорошей домашней девочки, я облачилась в джинсы, белую футболку и джинсовку. Может и не совсем подходящий наряд для общества столь важной персоны, но зато я в этом чувствовала себя уверенно. И ножкой топнуть и рукой махнуть, как говорится. Хотя махать то руками я и не собиралась, тем более что она как раз так не вовремя заныла. Может зря я все же отказалась сделать рентген. Ну ладно, потом разберусь и с этим. Сейчас есть более важные дела.

Так же тихо я выскользнула обратно, папа продолжал сидеть на кухне и, как бы мне не хотелось верить, но он распечатал таки эту чертову бутылку. Это только придало мне решимости. Я просто обязана поговорить с его этим Максимом Владимировичем, тем более, что все произошло как раз из-за меня.

Уже на улице я оценила время – на часах четыре часа. Рабочий день еще не закончился, но уже близился к завершению. В общем, на автобусе я точно никуда не успею. Такси!

Мне повезло, и через десять минут я уже поднималась по высокому крыльцу к двери святая святых. По крайней мере, по рассказам отца о своей работе, я именно так и представляла себе это место. Пафос и масштаб этого здания немного поумерили мой пыл, но я готова была идти до конца. И, немного замешкавшись у двери, все же решительно толкнула ее и вошла. Теперь точно отступать было некуда.

Глава 6 Максим

Весь день я убил на то, чтобы решить вопрос с заказчиком. Убеждал его, что для отработки его новых замечаний нужно время. Уйма времени была потрачена на то, чтобы убедить их в этом, потому как они хотели все и сразу.

–Где это чертов гений? – кричал я на свою секретаршу. Тоже мне пава- дрожит как осиновый лист, а толку ноль. Человека найти не может уже полдня.

–Я не знаю, Максим Владимирович, – блеет как коза. Заикаясь на каждом слове. Даже слезу пустила для пущей убедительности. – Я звоню почти непрерывно. А он не берет!

Терпеть не могу женские слезы. Но именно сейчас Катерина решила вывести меня из себя еще больше этим. Самый мощный женский прием манипуляции на меня не действовал никогда. Слезы – удел слабых, а в моей команде таких быть не должно.

–Если ты сейчас же не подберешь сопли и не найдешь мне его в течение получаса, вместе с ним вылетите как пробки! – громкий хлопок двери был отличным аргументом в ползу моих слов. Я не шутил и не блефовал. Если человек перестает быть профессионалом, он перестает работать в моей компании. Об этом знали все.

Не смотря на мои репрессии, Белозеров не появился ни через полчаса, ни через час. Ждать больше я уже не мог.

–Алексей, – набрал я своего зама, – зови этих бездарей из проектного отдела и тащитесь все в мой кабинет! Будем работать.

– А что Белозеров появился?

–Нет. – Меня передернуло от злости при упоминании этой фамилии. Удавил бы его своими руками. – Белозеров уволен. Будем решать вопросы своими силами.

Справедливости ради, стоит признать, без Белозерова все может пойти очень сложно. Он действительно отличный специалист. Но внезапное отсутствие дисциплины с его стороны – это непоправимая ошибка. Если человек не может держать слово, отдаваться делу всей душой, невзирая на личные проблемы, нам с ним не по пути, каким бы гениальным он не был.

В проектном отделе у нас работали еще три архитектора и два дизайнера. Под началом того же Белозерова дела у них шли довольно не плохо. А вот в отсутствие своего непосредственного начальника эти идиоты двух слов не могли связать. Мычали и хлопали глазами. Да уж, далеко мы уедем с таким рвением. А главное быстро.

–Пошли вон! – не выдержал я после часа так называемой командной работы. – Взяли все бумаги и пошли вон! К вечеру, чтобы у меня на столе лежал готовый проект со всеми доработками! Свободны!

Эти бездари схватили бумаги и как пулеметная очередь повыскакивали друг за другом прочь из моего кабинета. Остался только Алексей.

Воцарилась гробовая тишина. Но она оглушала похлеще раскатов грома. И в этой тишине я отчетливо понимал – эта «команда» нихрена не сделает. По крайней мере, за такой коротки срок, как это было необходимо.

–Ты все-таки уволил Белозерова? – тихо спросил Алексей.

–Я предупреждал. Он сам виноват.

–Виноват то он, а страдаем мы. И можем пострадать еще больше. Ну ты же видишь сам! – указал он руками на дверь, куда только что выскочила дружной толпой наша последняя надежда.

–Они справятся. Они работали под его началом. Им просто надо дать время.

–Которого у нас нет! – Друг повышал голос с каждым словом и медленно выходил из себя.

Ответить ему мне не позволил внезапно оживший телефон.

–Максим Владимирович, вы извините, но тут посетительница уж больно ушлая образовалась. – Охранник был немного взволнован. И я понял, что произошло что-то необычное.

–Что еще за посетительница? Ко мне?

–Да к вам. Мы ее не пускали, говорили что у вас совещание. А она такая наглая оказалась. Сергея нашего так облапошила и прошмыгнула в лифт. Мы Катерину предупредили конечно. Но сами понимаете.

–Ладно разберемся. А Сергею передай, что я его на пенсию отправлю, если он уже с девицей справиться не может.

Очень интересно. Только разборок с мутными девицами мне не хватало.

–Здравствуйте! – спустя всего пару секунд после звонка охранника в кабинет влетело ОНО САМОЕ. – А кто из вас Горелов Максим Владимирович?

На вид девушке было лет восемнадцать, ну может чуть больше. Надо признать она была более чем симпатична. Хотя сразу можно отметить – не так проста, как может показаться на первый взгляд. Ровная осанка, вздернутый подбородок и горящие глаза – все это придавало ей невероятный шарм. Она явно уверена в себе и пришла не просто так.

–Ну допустим я! -откинулся я на кресле назад и в ожидании продолжения спектакля смотрел на нее в упор, рассчитывая смутить ее хоть немного

–Ну тогда я допустим к вам! –. Но надо отдать ей должное, мне это не удалось. Почти. Руки на груди она оборонительно все-таки скрестила. Глаза ее недобро сверкнули. Было очень заметно, что она еле сдерживается, чтобы не заехать мне по физиономии. Что ж, это даже интересно. Чем же я разозлил совершенно не знакомую мне девицу?

–Ну допустим я слушаю вас. Только боюсь у меня мало времени. Минут пять!

–Я уложусь! –совершенно расславилась девушка и сделал два шага вперед. А она очень забавная. – Вы не можете уволить Белозерова Григория Ивановича!

–Да ладно! – а вот тут я обалдел. Я предполагал что угодно, но только не это. – Я вам скажу, что я не только могу, но уже и сделал это. С сегодняшнего дня Белозеров Григорий Иванович не работает в нашей компании. Если это все, прошу покинуть мой кабинет!

–Но вы не можете просто так выкинуть на улицу человека, который отдал вашей компании, – последнее слово она просто выплюнула, причем с таким отвращением, что мне даже показалось, что это было не про нас, – десять лет своей жизни! Он ведь жил на работе, а вы просто взяли и уволили его! Так нельзя!

–Почему же? – меня стало утомлять все происходящее. –Если сотрудник не является на работу, его увольняют.

–Не правда. Адекватные люди сначала выясняют причину. Вы ведь даже не поинтересовались, что у него произошло, что он так экстренно ушел! Это бесчеловечно!

–А ты кто такая? – она раздражала меня все больше. – Адвокат? А может ты из трудовой инспекции? Или из профсоюза архитекторов?

–Я его дочь! – выкрикнула она. – Это из-за меня он сегодня отсутствовал. Я попала в больницу. А папа просто не мог бросить меня!

–Так иди и долечись! – я ударил ладонями по столу со злости с такой силой, что эта пигалица вздрогнула и прикусила свой язычок. – Пошла вон! И чтобы я ни тебя, ни твоего отца не видел! Поняла!

–Поняла! – не теряя самообладания в тон мне ответила эта ДОЧЬ.

–Что ты поняла?

–Что вы бесчувственный, равнодушный сухарь! Бездушная машина!

–Пошла вон, дура!

–Козел!

Пока я подбирал слова, эта нимфетка резко развернулась на сто восемьдесят и вылетела из кабинета так же быстро как и вошла несколько минут назад. Причем так шарахнув дверью, что большая картина у двери с грохотом рухнула на пол.

–Это что вообще было сейчас? – я в полном шоке от произошедшего только что рухнул на стул и уставился на друга в поисках ответа.

–Огонь, а не женщина! – Алексей видимо был тоже под впечатлением и поэтому нес чушь. – Я бы на такой точно женился!

–Ты больной? – я не мог поверить ушам. Бабник и ловелас повелся только что на смазливую девку.

–Нет. Но могу заболеть, если мы сейчас же не пропустим по стаканчику. – Алексей поднялся со стула и направился к выходу. – Ты идешь? На сегодня, если я правильно понимаю дел на работе у нас больше нет.

–Ладно пошли. – согласился с ним я, понимая что бессмысленно просиживать время на работе. Теперь вся надежда на наших новых гениев.

–Слушай, а ты уверен в своем решении? – уже на улице неожиданно спросил меня друг. – Ну я про увольнение Григория.

Мы подошли к моей машине и я щелкнул брелком, открывая водительскую дверь.

–Ты что дочери его испугался? – пошутил я над ним. – Не стоит. Она тебе ничего не сделает.

Неожиданно Алексей разразился таким смехом, согнувшись практически пополам, что я немного опешил.

–Мне нет! – еле выдавливал из себя короткие слова тот. – А вот тебе явно стоит теперь оглядываться!

–Ты что, умом тронулся? Что несешь?

–А ты сам посмотри! – продолжать ржать как мерен мой друг и тыкал пальцем в пассажирскую дверь.

Я нехотя обошел машину, будучи уверен, что Леня прикалывается. Но когда моему взору предстала удивительная картина, практически маслом, я готов был разорвать на части эту курицу. Ее счастье, что она быстро слиняла.

Глава 7 Настя

-Что ты сделала? – Алла, выслушав краткий рассказ о моих вчерашних приключениях, была, мягко говоря, в шоке.

Мы сидели в нашем кафе у спорткомплекса и ждали ребят перед тренировкой.

–Ну а что я такого сделала плохого? – я оправдывалась скорее для себя, чем для подруги. – Пусть все знают!

–Насть, ты в своем уме? Нацарапать на машине стоимостью квартиры матерные слова – это не просто плохой поступок! Это вообще… я даже не знаю, как сказать! Это самоубийство!

–Ничего я не царапала. Я помадой написала. Дорогой между прочим помадой. Так что самолюбие его тачки не пострадало.

–О, это прям полностью меняет дело!

–И не матерное слово. Вполне себе приличное.

–Насть. Написать слово «ЧУДАК», а потом зачеркнуть букву «Ч», а сверху подписать букву «М» – это по твоему прилично? Ты серьезно?

–Ал, не нагнятай. Я и так если честно на измене. Ну психанула вчера. Может и пронесет.

–Как отец? – перевела тему Алка, после небольшой паузы, чтобы я могла отвлечься.

–Не очень. Переживает сильно. Вчера надрался. Я когда вернулась, он спал на диване в гостиной.

–Что делать будет дальше? – подруга искренне переживала. Мы выросли вместе и ей действительно не все равно.

–Не знаю. –пожала я плечами, помешивая ложечкой свой капучино. – Работу наверное искать. А какие варианты? Жизнь то продолжается. Я только переживаю, как бы снова не запил.

–Да может обойдется!

Мы посидели еще немного, но ребята так и не пришли. Мы с Аллой отправились в комплекс, тренировка должна начаться через двадцать минут.

–Привет, – Коля встретил нас еще на улице, у самого входа. Как будто специально караулил. – Как ты? Как твоя рука?

–А что со мной не так? – мне было странно слышать эти вопросы. О том, что я упала, он мог узнать только от девчонок, а из них никто не знал, что у меня проблема с рукой. Только Алла, и только сейчас.

–Ну девчонки сказали, ты с лестницы упала. Или это не так? – Коля был внешне спокоен, но глаза выдавали, что он жутко переживает. За меня или за то, что я продую соревнования?

–Ну упала и что? – меня если честно, раздражала его навязчивая забота. Слишком сладко и слишком много. – В человеческом организме много костей. И в моем случае они все целы. Чего ты так распереживался?

–Так соревнования же завтра.

–Как завтра? – а вот это уже новая информация. Я видимо или что-то напутала, или что-то пропустила.

–Ну так. Завтра. – пожал плечами наш Николай, как будто ничего особенного не произошло. – Тренер утром объявил всем. Вас просто не было еще.

–А почему перенесли? Черт! Почему я не в курсе?

–Ну не было же вас, я же говорю. Он вообще сказал, что скорее всего выступать не сможешь.

–То есть как? – сказать, что я была возмущена, ничего не сказать. Я была просто в бешенстве. – ну я сейчас устрою!

–Насть, угомонись! –вмешалась Алла, которая до этого молча наблюдала на нашим диалогом с Колей. – Ругаться с Михалычем перед важными соревнованиями глупо. Пойдем просто все узнаем. Спокойно!

Я сделала вид, что согласилась. Но настрой мой нисколько не поменялся. Тем более, тут как назло вышла Анжела, да еще с такой довольной рожей, что хотелось вмазать ей, да боюсь мне больнее сейчас будет.

–Ну что, Белозерова, – с ехидной улыбкой эта овца уставилась на меня с крыльца, – профукала медаль, да? Да еще так глупо, даже не приняв участие. Как обидно!

–Послушай ты, – я поднялась по ступеням наверх, чтобы быть на одном уровне с ней, – если ты думаешь, что столкнув меня с лестницы, ты сможешь убрать меня и тем самым обеспечить себе первое место, ты ошибаешься. Ты бездарь! И я выиграю у тебя, даже если у меня будут сломаны обе руки! А ты так и будешь всегда где-то позади!

Она только собиралась открыть рот, чтобы изречь очередную гадость, но Михалыч не дал ей такой возможности. Он оказывается все слышал и был очень удивлен.

–О чем речь? Кто кого столкнул? Анжела, – обратился он к ней, – это правда?

–Конечно нет!– чуть ли не завизжала та. – Она все врет! Ей лишь бы оговорить меня! Совсем зазвездилась уже на почве собственной исключительности!

–А ты бы заткнулась, дилетантка! – я уже была в секунде от того, чтобы ей вмазать.

–Так, девочки, успокойтесь. Нам тут драки женской только не хватало! – Михалыч встал между нами.

–Андрей Михалыч, за что вы меня исключили? – я переключилась на тренера, раз уж он вмешался так кстати.

–Я еще не решил. – миротворческим голосом запел тренер. Но я уже не велась на это. – все будет зависеть от медицинского заключения, которое ты принесешь. Если медики тебя допустят, то ты участвуешь.

–Так соревнования уже завтра! Когда мне справку то делать?

–Думай Белозерова, думай. Ты у нас чемпионка. А чемпионы очень находчивые. А теперь, – обратился тренер ко всем, повысив голос, – все разошлись. Быстро! И если я узнаю, что имели место разборки, всех сниму с соревнований! Все свободны.

Все быстро разошлись, а я так и осталась стоять как вкопанная. Ала тоже не двигалась с места.

–Насть, а где ты справку брать будешь? – обеспокоенная подруга озвучила то, что меня беспокоило больше всего. – Рука то ведь у тебя и правда болит. И синяк есть. Может и правда перелом?

Я уже не слышала, что она говорила еще. Потому что взгляд мой зацепился на машину у комплекса. Очень знакомую машину. И почему я раньше не обратила на нее внимание? Судя по всему, стоит она тут давненько.

Что ему тут надо?

Вернее, как он меня нашел? А главное – зачем?

Глава 8 Максим

За художества, что оставила на моей машине эта наглая девка, ее не мешало бы выпороть как следует. И в первые несколько секунд я так и хотел поступить. Тем более, что найти ее быстро не составило бы труда. Она ведь сама сказала, чья она дочь. Поэтому и место жительства ее вычислить не сложно.

Но вот посидев, подумав под откровенный ржач моего друга, я решил, что это слишком просто. Надо придумать более суровое наказание. Весь вечер дома размышлял, но так ничего зловещего в голову не пришло. Оригинальность – не мой конек. Но и спускать этот поступок было нельзя.

На работу я пришел в отвратном настроении. Злился сам на себя – в последнее время быстро решить проблемы, как раньше, у меня не получалось. Словно большая серая полоса. Серая полоса их мелких проблемок, которых стало слишком много. И меня не покидало ощущение, что серая полоса темнеет с каждым днем все больше. Кто-то явно желает мне зла. Но вот кто?

Еще заморочка с проектом. И с Белозеровым. Вообще все как то через задницу пошло. В груди сидело странное чувство, что все не просто так. Как будто все происходящее четко спланировано кем то.

–По моему ты параноик! – развеивал мои черные мысли Алексей, когда я поделился с ним своими сомнениями. – Увольнять Белозерова тебя никто не заставлял. Тут ты сам себя утопить решил.

–Причем тут утопить! – злился я все больше. – Просто нельзя спускать человеку безолаберность. Он сам виноват!