Архэ

1. Договор

– Ты и так уже сделал более чем достаточно, Ри, – голос Фэба звучал глухо, почти без выражения, он сидел очень прямо, но было видно, что держится Фэб из последних сил. Если бы не Кир, сидящий рядом, и незаметно поддерживавший Фэба под локоть, тот имел бы все шансы свалиться. Опасаться того, что Фэб переиграет, не следовало. Во-первых, дипломатический опыт у Фэба был огромен. Во-вторых, потрясения последних дней не прошли для него даром. И всё-таки…

– Я сделал то, что следовало сделать, и не надо думать, что это доставило мне удовольствие, – сухо, даже как-то излишне сухо ответил Ри. Связь была прекрасная, и позволяла уловить малейшие нотки изменения интонации в его голосе. Показное безразличие. И тщательно скрываемое раздражение.

– Сделал то, что следовало сделать? – повторил Фэб. – Ты убил часть моей семьи, убил тех, кто был мне дороже всего, что есть на этом свете. Твои вандалы надругались над их телами. А теперь ты даешь нам понять, что даже похоронить их так, как мы хотим это сделать, ты нам не дашь, потому что похороны будут проходить под надзором твоих верных клевретов.

– Я должен удостовериться… – начал Ри, но его перебил Кир.

– В чем удостовериться, сука? – ласково спросил он. – У тебя материалов гистологических мало осталось, что тебе еще от нас нужно, вонючая сраная падаль?!

– Кир, не надо, – попросил Фэб.

– Надо, – отрезал Кир. – Мне теперь если из-за чего вообще будет смысл жить, так только из-за мысли о том, что существует вероятность, что я горло ему вырву, и в задницу засуну!..

– Кир, всё, – приказал Фэб. – Довольно. Вот что, Ри. Похорон под надзором не будет. Если ты не снимешь своих сотрудников, мы просто останемся на орбите планеты. Потом…

– Надолго ли останетесь? – в голосе Ри звучала явная издевка.

– Это не имеет значения, – Фэб прикрыл глаза. – По всей видимости, на длительный срок. Дальше будем действовать по обстоятельствам.

– Это апофеоз идиотизма, – в голосе Ри звучало недоумение. – Более тупой угрозы, если это угроза, невозможно даже представить себе. Потому что, для начала, чем это в принципе мне может угрожать?

– Ничем, это не угроза, – пожал плечами Фэб. Снова прикрыл глаза. – Я даже не пытаюсь воззвать к твоей совести, Ри. Потому что у тебя ее не осталось. Я просто констатирую факт: еще раз унизить их, пусть даже и в смерти, и поиздеваться над ними я тебе не позволю.

– Ссыкло, – вдруг с отвращением в голосе произнес Кир. – Фэб, он же их боится! Он их, мертвых, боится, ты понимаешь? Или невероятный гений всё никак не может забыть модель Хайдельберга, и собирается потом их откопать и распихать кусками по новым приборам? Маразм. Зачем тогда отдал тела? Эй, ссыкло, не молчи! То, что ты поехал крышей, мы уже давно поняли, но эта вот херня, которую ты сейчас творишь, она тебе зачем? Ты можешь внятно объяснить, для чего тебе нужно это наблюдение, в чем ты хочешь удостовериться? В том, что мы их не оживим? Или как? Тебе явно мало, но мало – чего именно?! – Кир, забывшись, начал орать. – Что тебе еще надо?! Ты уже уничтожил их, ты уничтожил нас, всех нас, так чего ты от нас еще хочешь? Не будем мы высаживаться. Незачем. А еще лучше – сперва их в движках спалим, потом сами… придумаем что-нибудь.

– В твоей религии, Фэб, самоубийство считается грехом, – напомнил Ри.

– Какая теперь разница? – беззвучно ответил Фэб.

– А что про эту идею сказала вам Роберта? – Ри последние полтора года называл Берту именно так. Подчеркнуто-отстраненно.

– Не твое дело, – отрезал Кир. – В общем, так. Озвучиваю два варианта развития событий. Первый: ты не отзываешь своих шавок, мы остаемся на орбите, проходит какое-то время, и всё содержимое корабля отправляется туда же, куда ты отправил наших. Экипаж, разумеется, уйдет, у нас тут не один корабль, как ты знаешь. Второй: ты убираешь свою шваль, мы садимся, хороним своих, и остаемся на планете.

– Неужели навсегда? – с издевкой спросил Ри.

– Уж как получится, – тоже с издевкой ответил Кир. – Возможно. Деваться нам всё равно некуда.

Ри молчал, видимо, обдумывая сказанное Киром. Фэб и Кир тоже молчали, ждали, что он решит.

– Хм… – Ри помедлил. – Честно говоря, мне не хотелось бы потерять Роберту, Дерзкову, и кота. Да, в особенности кота, который умеет интуитивно создавать проходы, жаль, ему нельзя приказывать это делать. Вы трое по факту не годны вообще ни на что. Роберта и Дерзкова – потенциально нужны…

– А их ты спросить не хочешь? – ехидно поинтересовался Кир.

– Ты забыл, что я уже спрашивал, и получил отказ? – Ри говорил теперь совершенно спокойно, видимо, он принял решение. – Да, пока что отказ, но время идет, обстоятельства меняются, и, надеюсь, они еще одумаются.

– Именно поэтому они категорически не хотят с тобой общаться, – не открывая глаз, произнес Фэб. – Берта даже имя твое запретила рядом с ней произносить – ей предстоит похоронить обоих мужей. Арина очень быстро поняла, что ты такое, и, поверь, ее проще будет уничтожить, нежели чем изменить её решение. Ты зверки убил тех, кто спас ей жизнь. Ты разрушил всё, о чем она мечтала. Одумаются? Перейдут на твою сторону? После того, что ты сделал?

– Фэб, ты – лжец, – вдруг произнес Ри. – И ты, Кир, тоже. Вы ведь прекрасно помнили Берег, верно? Вы, оба. Сколько лет вы молчали?

– Столько же, сколько молчала Джессика, – пожал плечами Кир. – Выходит дело, она тоже лгунья, не так ли?

– Вы – видели. Неужели ничего не поняли, ни о чем не догадывались? – Ри горько усмехнулся. – Спасибо Джесс, которая нашла в себе смелость, и помогла решить эту задачу. И если вы, два недалеких ума, считаете, что всё сводится лишь к тривиальному убийству и похоронам, за которые вы так радеете, то…

– То какая тебе разница, если, как ты сам утверждаешь, мы не способны ни на что повлиять? – взорвался Кир. – Понимаем, не понимаем… мы понимаем, что ты сейчас просто открыто измываешься над всеми нами! И над живыми, и над мертвыми!

– Всё, довольно, – с отвращением в голосе произнес Ри. – Значит, так. Я сниму надзор. Частично сниму, но при соблюдении ряда условий. Первое: в течение пятидесяти лет вам запрещается покидать планету. Второе – мой личный контроль. То есть я могу сделать вызов в любое время, разумеется, неучтенное, и отсутствие ответа от любого из вас в течение нескольких минут повлечет за собой атаку на мир, с полным уничтожением всех, там находящихся…

– Ты охренел, мразь? – у Кира глаза полезли на лоб. – Ты что несешь?! Планета при чем?!

– А иначе ничего не получится, – пожал плечами Ри. – Условия тут ставите не вы, если вы не забыли. Далее.

– Это еще не всё? – спросил Фэб.

– Да, не всё. Окист в курсе, я предвидел подобное развитие событий, и, разумеется, подстраховался заранее. Они согласны вас принять, они позволят вам жить в нашем старом доме…

– Да неужели, – с деланным восхищением произнес Кир.

– Но при этом вы можете не рассчитывать ни на избирательные права, ни на достойную работу, ни…

– Так не пойдет, – покачал головой Кир. – Ладно, хорошо, надзор. Допустим. Но жить на социальный минимум? Ты еще скажи, сидеть безвылазно при доме? Фиг с два. Обойдешься. На планете мы будем делать то, что нам захочется делать. Можешь даже не начинать, Ри. Или давай, сжигай нас прямо сейчас, чего мелочиться?

– Кир прав, – тихо произнес Фэб. – Я планирую посетить последовательно все монастыри и всех знакомых служителей. Ты и это хочешь мне запретить? Мы хотели потом вывезти Эри и Берту на озера, может быть, это их хоть немного отвлечет – и это запрещено? Действительно, если всё так, то проще нас сжечь сразу.

– Н-да… – протянул Ри. – Не следовало вам отдавать тела, и не следовало допускать этого фарса. Какой же я идиот. Но – хорошо. Будь по-вашему. Однако учтите – одно неверное движение, и…

– Хватит, – попросил Фэб. Он сидел, сгорбившись, глядя в пол, безнадежная, обреченная поза. – Всё, хватит. Отзывай сопровождение. И, очень надеюсь, в этой жизни мы больше не встретимся.

Саппорт сопротивления, небольшой, юркий, заходил сейчас на посадку над степью. Сопровождение официальной ушло уже два часа назад, экипаж дождался разрешения (на Окист садились редко, чаще всего – корабли с нелегалами, транзитниками), и сейчас пилот вел машину к указанной точке. Разумеется, экипаж уже был в курсе. Разумеется, все шестеро пилотов этого экипажа обещали молчать, как рыбы. Разумеется, им никто не поверил.

– Память затри, – посоветовал Скрипач Фэбу. – Перед стартом.

На высадку отводилось полчаса, после этого кораблю предстояло тут же стартовать. Этим можно неплохо воспользоваться.

– Угу, – кивнул Фэб. – Но до этого организуем им считку с двумя трупами, мало ли что.

– Сто процентов проверят, – заметил Саб.

– Ну а как же, – невесело усмехнулась Берта. – Ребята, вы… я очень прошу, Фэб… я не смогу еще раз увидеть… вот это всё…

Она, разумеется, имела в виду два погребальных блока, они же термокапсулы, саваны, и прочее. Ит безнадежно вздохнул.

– Маленькая, придется потерпеть, – произнес он. – Это же недолго совсем.

Эри подошла к Берте, и обняла. Принялась гладить по плечам, по голове, и что-то шептать на ухо. Уже в который раз за последние сутки Ит удивился их необъяснимой схожести, ему показалось, что обнимаются сестры, старшая и младшая, и успокаивает сейчас старшую младшая. Может быть, двоюродная, но в родстве сомневаться не приходится.

– Ладно, – сдалась Берта. – Кир, только налей мне что-то выпить. Буду изображать безутешную вдову.

– Тебе изображать ничего не придется, – покачал головой Скрипач. – Ты и так уже…

Он не договорил, всё было понятно без лишних объяснений.

– Так, рыжий, давай быстро в эти ящики, – скомандовал Ит. – Бертик, Эри, выходите отсюда, Саб, ты тоже.

– О, распорядитель собственных похорон отыскался, – хмыкнул Саб. – Ладно, ладно, уходим. Не переборщите только.

– Разберемся, – отмахнулся Скрипач. – Первый раз, что ли.

Сперва нужно было пройти таможню, и проходить таможню должны будут трупы, именно трупы. Иначе весь план насмарку. Натурализоваться можно потом, связей на планете у них по сей день имелось немало, но таможня будет, в том числе, из официальной службы, и лучше застраховаться на сто процентов. Поэтому придется «слегка подшаманить» по словам Кира. Впрочем, это недолго. Уже и так понятно, что мурыжить на входе их никто не намерен. Незачем.

Расчет оказался правильным, досмотр занял минут десять. Блоки, разумеется, просканировали, равно как и прибывших, таможенник поднял руку, сообщая о пропуске, почти сразу, официалы, общим числом два, задержались у капсул, но ненадолго – сверили генные карты, стрельнули по капсулам сканерами, и тоже подняли руки. Чисто. Ну, еще бы не чисто – фокус настолько старый, настолько заезженный, что никому и в голову не придет, что тут может быть подвох. Хотя… Фэб коротко глянул на таможенников из официалки… интересно. Может, что и поняли. Но, даже если поняли, не хотят связываться. Видимо, уже в курсе. Или?..

– Сейчас подойдет машина, следуете по желтой полосе, пересадка в Саприи, – сообщил таможенник от транспортников. Оба официала уже ушли. – Вам потребуется помощь в перевозке тел?

Фэб отрицательно покачал головой. Кир и Саб стояли у капсул, немного в стороне Эри снова обнимала беззвучно рыдающую Берту, Шилд сидел у ее ног, с интересом оглядываясь по сторонам.

– Не потребуется. Мы наймем помощников в Саприи, – сообщил Фэб.

– Хорошо. Кот модифицирован? – поинтересовался таможенник.

– Что? – не понял Фэб.

– Кот, – таможенник кивнул в сторону Шилда. – Выглядит, как здешние полуразумные.

– А… Нет, или… да нет, точно нет. Просто очень умный и старый кот, – пожал плечами Фэб. – Много раз геронто проходил, да и хозяйка его неплохо обучила.

– Надо же, – покачал головой таможенник. – Полуразумные палки таскать умеют, как собаки. А еще тут шестиногие есть, они тоже умные, и такие штуки творят, умора… Простите, – опомнился вдруг он. – У вас горе, а я о котах.

– Ничего, – слабо улыбнулся Фэб. – Это не ваше горе.

– Младшие? – догадался таможенник.

– Да, – кивнул Фэб. – Именно так.

– Может, воссоздание возможно? – спросил вдруг таможенник. – Тут, помню, был один случай, когда троих сразу работали, такая шумиха получилась!

– Да, я в курсе, – кивнул Фэб.

– Вы в курсе? Откуда? – удивился таможенник.

– Это мы и были. Мы двое, я и вон тот, – Фэб указал на Кира. – И еще одна женщина. Её здесь нет. И, надеюсь, никогда не будет, – беззвучно добавил он.

– Ничего себе… – только и смог произнести таможенник. – Но в базе… а почему вас нет в базе, в таком случае?

– Понятия не имею, – пожал плечами Фэб.

Ри, разумеется. Ну а кто еще. Безумие, судя по всему, продолжается.

К ним по желтой полосе подходила уже машина транспортной сети, больше всего напоминавшая цистерну с паучьими ножками по бокам. Господи, какое старье, подумалось Фэбу. Есть места, в которых ничего не меняется.

– О, простите, мне надо на секунду подняться на корабль, я забыл сумку, – сказал Фэб. Прости, команда, но выхода нет. – Мы свободны?

Таможенник кивнул.

– Можно вас будет найти потом? – без обиняков спросил он.

– Зачем? – удивился Фэб.

– Так… пообщаться, – таможенник улыбнулся. – Так можно или нет?

– Найти нас будет несложно, приезжайте, – пожал плечами Фэб. – Хотя я слабо себе представляю, для чего вам это понадобилось.

– Хочу знать, во что мы всем Окистом вляпались, – пояснил невозмутимо таможенник. – Ведь вляпались, так?

– Так, – согласился Фэб. – Приезжайте. Дней через десять только, не раньше. Боюсь, в ближайшее время нам будет не до разговоров.

– Фэб! – позвал Кир. – Сумка где? Ты сдурел? Они стартуют через пять минут!

– Сейчас! – отозвался Фэб. – Простите, время.

– Да, да, конечно, – покивал таможенник. – Примите мои соболезнования, – он покосился на капсулы, и вдруг улыбнулся. – И поздравления с днем рождения.

– Через десять дней, – с нажимом произнес Фэб. – До встречи.

По дороге Ит и Скрипач принялись требовать, чтобы их немедленно распаковали, но Фэб был неумолим – только по прибытии, не раньше. В машине кроме них никого не было, она двигалась по транспортной полосе в автоматическом режиме, поэтому разговаривать не стеснялись, но вылезать, по мнению Фэба, было еще рано. Машина шла по пустой сухой степи, под белесым прозрачным небом. Жара. Там, за стенами машины, стояли безветрие и жара, можно было различить столбы дрожащего прозрачного воздуха над проплешинами в траве. Лето. Огромное, бескрайнее, безмятежное лето. Снова степь, безучастно подумал Фэб. Тогда все тоже начиналось в степи. Бескрайняя, пустая степь, и лето. Может быть, и в этот раз?..

– Думаешь, он не снял наблюдение? – спросил Кир.

– Не сомневаюсь даже, не снял, конечно. Но тут в игру уже вступают факторы личности, точнее, личностей, которые, как мы уже успели понять, в информировании его величества о чем бы то ни было не заинтересованы. Думаю, они обо всем догадались, но влезать в ситуацию и получать проблемы не хотят категорически, – Фэб сел поудобнее, вздохнул. – Это хорошо. Это пока что будет играть нам на руку.

– Ребята, вы там как? – с тревогой спросила Берта.

– Как кильки в банке, – с отвращением ответил Скрипач. – Да еще и консервантом воняет. Фэб, ты подлейшее в мире существо, ты в курсе?

– В курсе, в курсе, – успокоил Фэб. – Лежите смирно.

– А как тут еще можно лежать? – вызверился Ит. – Не понимаю, для кого сейчас эта комедия, если все и так всё поняли уже?

– Для обывателей, вероятно, – предположил Саб. – Хотя зачем это обывателям, я не очень…

– Да, для обывателей, – подтвердил Фэб. – Покажем всем то, что они должны увидеть, потом будем думать дальше, как выкручиваться.

– Может, вам водички дать? – спросила добрая Эри. Берта согласно закивала. – Вы пить хотите?

– Потерпим, – вздохнул Скрипач. – Ладно, ничего, уже не так долго осталось. Часа полтора, ну два. Кир, Фэб, только давайте в Саприи как-то побыстрее всё решим, а? Закажите катер, и сразу валим оттуда.

– Я уже заказал, – успокоил Фэб. – На старом счету, оказывается, еще изрядно денег осталось. На несколько лет точно хватит. А дальше посмотрим.

– Придется, – проворчал Скрипач. Голос его звучал сейчас глухо, из-за капсулы. – Кстати, все в курсе, что Окист в переводе с украинского означает заднюю часть туши мясного животного?

– Госссссподи, – простонал Кир. – Ты опять? Ты нас снова будешь этой тупейшей шуткой задалбывать, как в те годы, когда мы тут жили? Не из-за этого он так называется! Эри, Саб, не слушайте его!

– А почему он так называется? – с интересом спросил Саб.

– По именам трех основателей колонии, они были рауф, завезли сюда первых поселенцев, – объяснил Саб. – Только про формы имен точно неизвестно. То ли аристократы двухбуквенные, то ли кто попроще. Но уж точно не задняя часть животного.

Эри прыснула.

– Это надо так понимать, что мы в жопе, – констатировал Саб. – Прекрасно.

– Вот кто тебя за язык тянул, а? – безнадежно спросил Кир. – Солнце, учти, когда я тебя выну из этого ящика, я первым делом нарву крапивы, и…

– И напомнишь ему, где его находится его собственная задняя часть, – подсказала Берта. Чем дальше машина уходила от места посадки корабля и таможни, тем лучше становилось ее настроение. – Я подержу, Кир. С удовольствием подержу. И второго тоже. У меня к ним такой счет накопился, что…

– Так, отставить нервы, – приказал Фэб.

– Сейчас, мы еще немножечко, – попросил Скрипач. – Кстати, дом-то большой, конечно, но пару-тройку комнат на втором этаже я бы открывать не стал. Разве что вещи оттуда я бы выкинул.

– Думаю, там нет никаких вещей, – заметил Фэб. – Он сюда сто процентов наведывался. Искал. Так что вещей там, скорее всего, уже нет.

– Эта могла что-то оставить из ностальгических соображений, – заметила Берта. Разумеется, она имела в виду Джессику. – Все-таки первого ребенка они настрогали именно в этом доме.

– Фу, – поморщился Кир. – Бертик, зачем так пошло?

– Затем, – отрезала Берта. – Затем, Кир. Раньше она для меня была если не лучшей подругой, то…

– Она была твоей лучшей подругой, – строго произнес Фэб.

– Ну да, когда-то была. А превратилась в подстилку маньяка и садиста, – в голосе Берты зазвучала сталь. – Не надо сейчас об этом, иначе я снова заведусь, и…

– И придется тебя отпаивать коньяком, а коньяка у нас нет, – подсказал Кир. – Фэб, слушай, закажи туда сразу продуктов, что ли. Или давай я, ты опять фигню всякую назаказываешь. Мяса бочкового взять надо, овощей, бухла, вкусного чего-то… дай мне канал, я сделаю.

– Лови, – пожал плечами Фэб. – И возьми готового. И… да, для поминок на завтра сделай заказ. Побогаче. Не жмись.

– Как скажешь.

– Блины закажи, – глухо посоветовал Скрипач из капсулы. – Мы там скоро доедем, а?

– Скоро, уже горы видны, – отозвался Кир. – Ехать еще минут двадцать. Так, не отвлекайте меня. Берта, не помнишь, тут икра черная ведь была?

– Была, была, точно была. Кир, где ты смотришь? В сегмент русского клана выйди, и оттуда… ага, вот, смотри, поминальная трапеза, давай заказывай на десять человек, а там посмотрим. Нет, не на десять. На двадцать. На завтра. Какой вечер, какое в десять, ты чего?

– Днем? – удивился Кир.

– Часов на шесть, – сдалась Берта. – Хорошо, пусть будет вечер. Но не позже шести. Ага, так нормально.

– Икру я ел, штука вкусная, – Саб на секунду задумался. – Кир, а можно пива заказать ещё?

– На поминки нельзя, на поминках пиво не пьют, – вмешалась Эри. – Но ты всё равно закажи, я тоже хочу. На сегодня.

– Ит, слушай, они в наше отсутствие, по-моему, неплохо спелись, – заметил Скрипач. – Тебе так не кажется?

– Кажется, – обреченно отозвался Ит из другой капсулы. – Когда только успели?

– У нас было время, – хмыкнул Саб. – Позже расскажем.

– Я так чувствую, что для рассказа потребуется что-то покрепче, – предположил Скрипач.

– Возможно, – согласился Фэб. – Так, всё, лежите и молчите. Подъезжаем.

В Саприи, самом большом поселении на Окисте, расположенном в теле горы, управились на удивление быстро. Отпустили машину транспортников, дождались большого грузового катера, пересели в него, и тут же стартовали. Разумеется, за процедурой пересадки наблюдала не одна сотня любопытных глаз, и увидела эта сотня то, что ей положено было увидеть – безутешных родственников и друзей, и две капсулы с телами. Кир, когда пересаживались, посмотрел на высокую, в облака уходящую белую стену Саприи, испещренную тысячами окон, и махнул рукой – то ли случайный жест, то ли приветствие. Интересно, знакомые видели? Запросто. Знакомых немало. Точнее, их много. Вот и поглядим, что из этого получится.

Саприи, в переводе это слово обозначало «дом», представлял собой уникальный даже для Окиста объект: стабилизированную гору, в один из склонов которой встраивались жилые этажи, расположенные снаружи, и множество технических помещений и различных предприятий и заведений, расположенных внутри горы. Самыми престижными считались верхние этажи, гильдия строителей продавала жилье в них за баснословные деньги, народ попроще селился уровнями ниже, а самые нижние, начальные уровни спросом не пользовались, квартиры на них либо сдавались за гроши, либо вовсе стояли пустым десятилетиями, если не столетиями. Снимали они всей семьей когда-то квартиры внизу, было дело. Вполне хорошее жилье, но народ, живущий в Саприи, считай, в столице, избалован, не беден, и на дешевизну не польстится.

– Кир, чего завис? – поторопил Саб. – Поехали.

– Да так, вспомнил просто, – Кир вздохнул. – Вон там, дальше, есть дендрарий. Мы, когда нас вернули… ай, ладно, потом расскажу. Так, накрыло немножко. Воспоминания.

– Ничего, потом повспоминаешь, – Саб огляделся. – Местечко и впрямь примечательное. С размахом строили.

– Есть такое дело, – Кир всё еще смотрел куда-то вверх. – Остальные поселения тут колхоз колхозом, за некоторыми исключениями. А тут да…

– Колхоз? – не понял Саб.

– Ну, селяне живут, – объяснил Кир.

– То есть деревня. Мог бы так и сказать. Черт, сколько еще всего придется выучить, – пробормотал Саб. – С вами пообщаешься, такого наберешься… ладно, поехали, пока нас Фэб не прибил.

Долетели быстро, за полчаса. По дороге Скрипач с Итом устроили, по словам Кира, бунт на корабле, и по прибытии их, в конце концов, выпустили. Достали из катера обе капсулы, побросали в траву несколько сумок с вещами, отпустили машину. Уже вечерело, в траве заливались местные цикады, лес стоял вокруг дома неподвижной стеной. Безветрие, безмолвие, тишина.

– Запустение, – констатировала Берта. – Какая трава высокая… Интересно, был тут этот? С этой?

Ит огляделся. Высокие непримятые стебли, мелкие цветочки – почти как там, на той поляне, на Берегу. Под елками, ставшими огромными, слой нетронутой хвои – сколько же лет назад Фэб их сажал? Подумать страшно.

– В этом году точно не был. В прошлом – тоже. Дальше пока не скажу, – он, раздвигая высокую, по пояс, траву, подошел к крыльцу. – А, нет. Скажу. Не был. Консервация еще наша стоит, старая.

Замок его узнал, дверь вздохнула, активируясь, и стала медленно открываться. Ит толкнул ее, и вошел в дом.

– Не был, тут вообще никого не было, – сообщил он с порога. – Видимо, для гения уже не тот масштаб. А нам в самый раз будет.

– Надеюсь, ванна цела, – Фэб тоже пошел к дому, раздвигая траву. – И косилки. Тут скоро будет столпотворение всех подряд, надо поляну выкосить, и возле дома тоже…

– Фэб, притормози, – попросил Скрипач. – Ты не забыл, что нас еще хоронить предстоит? Ау!

– Ах, да, – Фэб остановился. – Так. Сейчас перенастрою систему, потом все в дом. Надо обсудить, что делать дальше, и связаться с теми, с кем получится.

– Начни с отца Анатолия, – посоветовал Скрипач. – Это будет самым логичным поступком в наших обстоятельствах.

2. Мистификаторы

Действительно, при осмотре выяснили, что дом много лет стоял пустым и законсервированным – видимо, Ри, когда прилетал сюда на поиски (разумеется, безуспешные), в нем не останавливался. То ли не хотел бередить воспоминания о жизни вместе с их частью семьи, то ли побрезговал, что вполне закономерно, то ли просто решил не тратить время на расконсервацию строения, и останавливался в Саприи.

Дом оживал сперва медленно, неохотно; но через пару часов, после того, как запустили основные модули, дело пошло на лад – сперва закончили самоочистку оба насоса, и в систему пошла, наконец, чистейшая вода, потом Кир, по его словам, чуть ли не хворостиной выгнал из подсобки застоявшиеся косилки, и вскоре травы перед домом стало значительно меньше, а после того, как Берта включила, где только можно, очистители воздуха и антипыль, стало совсем хорошо.